Жанр: Детектив
Катание с американских горок
...ватил левой рукой за грудь.
- Эй, Марти! - На этот раз голос Эрла звучал даже жалобно. - Ты слышал,
что я сказал? Оглох, что ли?
Честно говоря, мне не очень хотелось портить собственный дом, но я два
раза выстрелил в стену. Полетели куски штукатурки.
- Марти! - Эрл почти рыдал.
- Марти мертв! - крикнул я. - Я только что убил этого подонка. И тебя
убью, Эрл, грязный бандит, сукин сын!
- В моих руках девчонка. - Он был в бешенстве. - Я ее прикончу, Холман,
если ты ко мне приблизишься.
- Господи, убивай! - прокричал я в ответ. - Кто об этом пожалеет? Там,
откуда она пришла, таких шлюх предостаточно.
Неожиданно наступила тишина, она длилась секунд пять.
- О'кей, Эрл, - сказал я. - Я выхожу. Я подтащил оглушенного Марти к
двери и встал за ним.
- Вот он я, Эрл! - Повернув Марти, я выставил его в холл.
Прогремели один за другим четыре выстрела, тело Марти конвульсивно
вздрогнуло в моих руках.
- Марти? - почти простонал Эрл. - Ради Христа, Марти, зачем тебе надо
было разыгрывать все это?
Я вылетел в прихожую. Эрл стоял там, все еще держа в руке опущенный
пистолет. За его спиной стояла Анджела, закрыв лицо руками. Я трижды нажал
на спусковой крючок, тщательно прицеливаясь. Две первые пули попали ему в
грудь и сбили с ног, третья расщепила деревянную панель в двух дюймах от
лица Анджелы. И только сейчас я понял, что стрелял из "магнума" Марти.
- Не убивайте меня, Рик! - закричала Анджела. - Пожалуйста, не убивайте
меня!
- Не беспокойся, не буду. По крайней мере, намеренно.
Она осторожно убрала руки от лица и посмотрела на меня.
- Я думала, что умру, - сказала она, вся дрожа. - Я так испугалась.
- Иди обратно в гостиную и приготовь что-нибудь выпить для нас обоих.
Она шла съежившись, изо всех сил стараясь на смотреть на тела, лежащие на
ее пути. Вынув из кармана носовой платок, я тщательно протер рукоятку
пистолета и вставил его в вялую руку Марти, сжал пальцы на рукоятке. Когда я
вошел в гостиную, Анджела пролила изрядное количество виски на стойку бара,
вместо того чтобы наполнить стаканы. Я отобрал у нее бутылку и приготовил
выпивку.
- Ну, что тут было, пока ты ждала моего приезда?
- Ужас! - Она не могла унять дрожь. - Этот Эрл заставил меня все снять с
себя и ходить голой и все лапал меня, Рик! - Ее глаза расширились. - Вы
убили их обоих! Что мы будем теперь делать?
- Я не убивал никого. Они убили друг друга. - Я взял стакан и подал ей. -
Выпей это, но только не слишком быстро. Через пару минут позвони в полицию и
расскажи, как все случилось.
- Что сказать?
- Меня здесь не было. Ты позвонила мне, потому что была испугана и
подумала, что только я могу тебе помочь. Я ответил, что буду занят до
позднего вечера, но ты можешь приехать ко мне домой и ждать меня там.
Предупредил, что задняя дверь будет не заперта. Они выследили тебя и тоже
вошли в дом. Марти считал, что с тобой надо расправиться силой, но Эрл
боялся: если я вернусь и не застану тебя, то могу вызвать полицию. Эти двое
начали издеваться над тобой. Наконец Марти сказал Эрлу, что ты полностью в
его распоряжении. Когда Эрл дошел до двери, Марти выхватил пистолет и
выстрелил в него, но промахнулся. - Я указал на отбитую штукатурку. - Пули
попали в стену. Эрл выскочил в холл, а Марти побежал за ним. Ты слышала
несколько выстрелов, потом наступила тишина.
Ты набралась храбрости, вышла и увидела, что они оба мертвы.
Она отпила немного виски, держа стакан обеими руками.
- Я поняла, что вы сказали, Рик, - прошептала она. - Но в этом нет
смысла. Зачем тогда я звонила вам в первый раз?
- Ты работала у Бенни Ленгэна как девушка по вызову. Но примерно три
месяца назад поругалась с ним и ушла. Решила быть независимой девушкой. Но
тогда эти двое пришли к тебе. Ты знала, что они работают на Виктора Бонетто,
у которого доля в деле Бенни. Они хотели, чтобы ты работала на них. Они тебя
били, насиловали, и ты согласилась. Но ты не знала, что Эрл был садистом.
Это означало, что, если так будет продолжаться и дальше, он просто убьет
тебя. Ты вспомнила, что когда-то слышала мое имя, и позвонила мне.
- Вы хотите, чтобы я сказала им о Бенни? И о Бонетто?
- Анджела, - искренне сказал я. - Обещаю, что все будет в порядке. Когда
они кончат допрашивать тебя, приезжай снова сюда. Можешь оставаться здесь
сколько захочешь. Я посмотрю за тобой.
Она обдумывала этот вариант, пока допивала свое виски, потом медленно
кивнула:
- Думаю, что справлюсь со всем, Рик.
- Конечно справишься. Они станут задавать миллион вопросов, но ты
выстоишь. Можешь более подробно рассказать о твоей работе у Бенни. Скажи им,
что он подослал к тебе одного из продавцов наркотиков, который работал у
Бонетто, и он хотел, чтобы ты предлагала товар клиентам, но ты не пошла на
это. Вот почему ты поругалась с Бенни и отказалась работать у него. Скажи
им, что того торговца наркотиками звали Арт Стиллмэн. Они за это дадут тебе
медаль.
- О'кей, - сказала она упавшим голосом. Я взял пустой стакан из ее рук и
снова наполнил его. Потом вымыл и тщательно протер свой стакан, поставив его
обратно в шкаф.
- Еще одно, - сказал я. - Не забудь сказать о этой привычке Бенни делать
татуировки своим девушкам. И покажи им своего скорпиона. Даже легавые должны
иметь какое-то удовольствие!
Глава 13
У меня еще оставались ключи от дома в Бель-Эре. Я вошел в гостиную, и мне
показалось, что я и не уходил оттуда. Трэйси все еще сидела среди подушек на
софе. Уровень виски в бутылке понизился всего на пару дюймов, поэтому она не
была так пьяна, как в прошлый раз.
- Хай, Трэйси.
- Я не ожидала вас так скоро. Я взглянул на часы:
- Уже прошло пять часов.
- Хотите выпить?
- Думаю, что да.
- Я направился к бару.
- Я кое-что разузнал, - сказал я, наливая себе виски. - Это не Бонетто и
не его бандиты убили Стиллмэна.
- Разве? - равнодушно ответила она.
- Жена Сэма Хейскелла сообщила ему по секрету кое-что о Стиллмэне. Но к
моменту, когда она это сделала, Стиллмэн был уже мертв.
- А я все пытаюсь написать песню, - сказала Трэйси. - Она у меня в
голове, но вот никак не вырисовывается. Это похоронная песня. Я запнулась на
первых двух строчках:
Когда любовь умерла,
То почему и боль не уходит?
Вы не находите, что это звучит немного банально?
- Когда вы вернулись из Нью-Йорка, Трэйси?
- Утром во вторник, я же вам уже говорила. - Она сделала еще пару
глотков. - Моя главная проблема состоит в том, что, даже если я закончу эту
печальную песню, ее будет петь кто-то другой, значит, вся моя работа ни к
чему.
- Я могу проверить расписание авиалиний, ваш отель в Нью-Йорке. Это
займет уйму времени, но все-таки когда-нибудь я все узнаю.
- Я свернула все дела по записям в субботу поздно вечером. Меня там
больше ничего не держало, но мне так не хватало моей дорогой Саманты.
Поэтому я подумала, что сделаю ей приятный сюрприз, приехав домой пораньше.
В аэропорту я взяла такси и приехала сюда около девяти вечера. Его машина
была припаркована у дома. У меня возникло грязное подозрение, что Саманта
изменяет мне, полагая, что я все еще в Нью-Йорке. Поэтому я потихоньку
проникла в дом. В тот момент они были наверху, в ее спальне, но он оставил
свой атташе-кейс в холле, на кресле. Меня одолело любопытство. Я,
естественно, подумала, что если Саманта изменяет мне, то с какой-то другой
женщиной. Поэтому и открыла атташе.
- И нашли там подделанное признание и фотографии?
- В конце было написано, почему она решила покончить с собой. Это был
какой-то страшный кошмар. Я поняла, что все это - наглая ложь и кто-то
вынудил ее подписать бумагу о том, что она собирается убить себя. - Она
сделала еще глоток. - А похоронную песню писать отвратительно, вы знаете
это, Рик? Надо выразить чувства, но не впадать в сентиментальность. Разве
это легко?
- А что вы сделали потом, Трэйси?
- В ящике бюро лежал пистолет. Я всегда держу его под рукой, потому что
боюсь грабителей или каких-нибудь сумасшедших поклонников Саманты. Я взяла
его из ящика и поднялась наверх. Они были в спальне Саманты, как я вам
говорила. Саманта лежала на постели в таком наркотическом опьянении, что
явно не понимала, что происходит вокруг. А этот мужчина стоял возле нее и
наполнял шприц. Меня озарило. Он собирался умертвить ее слишком большой
дозой, и это было бы логично, потому что все знали, что она наркоманка.
Тогда я навела на него пистолет и приказала бросить шприц. Он бросил. Думаю,
с ним едва не случился сердечный приступ, когда он услышал мой голос. Я его
узнала, это был Арт Стиллмэн, он продавал ей наркотики, когда мы бывали в
Лос-Анджелесе. Он сказал, что ей потребовался товар, и он его доставил. Она
попросила сделать ей укол, и он был готов к этому, когда я вошла. Я ответила
ему, что уже прочитала признание Саманты и ее прощальные слова. - Трэйси со
страданием посмотрела на меня поверх стакана. - Может быть, я не права,
выбрав жанр похоронной песни? Прощальная песня была бы лучше, как вы
думаете?
- А что сказал Стиллмэн?
- Он сказал, что все это просто шутка. Они были на приеме вчера вечером,
и все там дурачились. Он еще долго нес какой-то вздор, пока я не приказала
ему заткнуться. Я сказала, что он собирался убить Саманту, а теперь я убью
его. Он стал просить пощадить его, но это было бесполезно. Я не хотела
причинять беспокойство Саманте, поэтому заставила его спуститься сюда. Там я
его застрелила. - В ее голосе неожиданно прозвучали нотки изумления. - Это
оказалось так чертовски просто, Рик! Я всего только нажала на спуск, и пуля
угодила ему в грудь. Он не кричал, не стонал, посмотрел на меня, как будто с
удивлением, и упал на пол. Я подошла, убедилась, что он мертв, потом
переоделась и оттащила этого подонка в его же автомобиль.
- Переоделись? - спросил я.
- Нужно было что-то попроще: темные свитер, брюки, кроссовки.
- Вы сами вытащили его из дома и уложили в машину?
- Я понимаю, что я костлявая, но жилистая, - самодовольно сказала она. -
Потом я поехала по дороге в каньон и оставила его там.
- А как вы добрались обратно?
- Пешком. Я же родом из Лос-Анджелеса. Я знаю все дороги в каньоне как
свои пять пальцев. А выйдя на освещенное место, побежала трусцой. Я была
одета как раз для этого. Всякий, кто увидел бы меня, подумал, что я одна из
тех любителей бега трусцой в Лос-Анджелесе, которые предпочитают заниматься
этим вечером, а не утром.
- И еще одно не дает мне покоя, Трэйси. На кой черт вы меня наняли?
- Когда я вернулась назад, наш дом был похож на ту самую посудную лавку,
в которой побывал слон. Я поднялась наверх, посмотреть, в порядке ли
Саманта. Они сорвали с нее одежду, она лежала на кровати и стонала от боли.
- Лицо странно обострилось. - Они что-то делали с ней, Рик. Какие-то ужасные
вещи. Но она так и не пришла в сознание. Я так думаю, что Стиллмэн давал ей
большие дозы в течение всего уик-энда и она не могла противиться этому. Мне
надо было знать, кто это делал, Рик, и с какой целью. Вот почему я наняла
вас.
- А что было на другой день?
- Она проспала почти до вечера понедельника. Я дала ей еще одну дозу. Но
маленькую. Потом переоделась в ту одежду, в которой прилетела, и сделала
вид, что только что появилась. Саманта была в таком состоянии, что поверила.
Это чем-то напоминало настоящую амнезию.
- Понимаю. Она говорила, что Стиллмэн держал ее в таком состоянии весь
уик-энд, что она чувствовала себя словно на американских горках. Но в этот
вечер она начала что-то вспоминать. Эти проблески, вы помните?
- Но она что-то знала, - вздохнула Трэйси. - Вот почему она так
ненавидела меня все это время. Подсознательно она чувствовала, что это я
убила Стиллмэна, но, конечно, не знала почему.
- А как она теперь?
- А разве я вам не сказала? - Трэйси долго и тупо смотрела на меня. -
Примерно час назад я поднималась в ее комнату, чтобы посмотреть, как она. -
Ее губы превратились в тонкую полоску. - Она мертва, Рик.
- Мертва?
- Слишком большая доза, как я думаю. Вот ведь какая ирония. Я хочу
сказать, что несколько дней назад Стиллмэн пытался умертвить ее именно таким
способом, теперь она прибегла к нему сама.
- Вы уверены, что она мертва?
- Господи! Вы считаете, что я не убедилась в этом? Она поставила стакан,
поднялась с дивана и неловко прошла через комнату к бюро. Вынула оттуда
листки бумаги и передала мне.
- Вам надо прочитать это, - сказала она. - Признание Саманты, написанное
Артом Стиллмэном.
- Хорошо, - механически ответил я, забирая у нее бумаги.
- Думаю, мне лучше подняться и посидеть с Самантой. Она никогда не любила
темноты.
Трэйси вышла из комнаты, а я принялся читать признание. Стиллмэн проделал
большую работу. Он не впутал только Виктора Бонетто, но зато дал описание
всех замешанных в деле. Дал подробный список продавцов наркотиков, включая
своего приятеля Берни Риза, девушек по вызову Бенни Ленгэна, братьев Перини
с их клубами, торговца живым товаром Сэма Хейскелла. Арт Стиллмэн
фигурировал там как честолюбец. Он хотел занять место Виктора Бонетто.
Угрожая передать это признание и фотографии копам, он собирался прибрать к
рукам всю компанию.
Весь текст был напечатан, кроме двух последних строк. Печать поставлена
кое-как: чего еще можно было ожидать от расстроенной девушки, к тому же
наркоманки. Последняя строка была написана рукой Саманты, большие каракули
сбегали в низ листа.
"Все это верно, и вот почему я хочу убить себя". Далее ее подпись.
Потом еще одна строчка и еще одна подпись.
"По тем же самым причинам, о которых написала моя дорогая Саманта, у меня
нет другого выбора, как умереть". Подпись: "Трэйси Нэш".
Тело Саманты лежало на кровати. На ней было великолепное платье, сшитое,
наверное, для выступлений. Волосы аккуратно уложены, на лицо нанесена
косметика. Руки сложены под грудью, глаза закрыты. Я прикоснулся тыльной
стороной руки к ее щеке. Кожа была ледяной.
Тело Трэйси лежало на полу возле кровати. Она вставила ствол пистолета в
рот и спустила курок. Частички ее мозга были разбросаны по ковру.
Я спустился вниз, не спеша допил свой виски. Никто в целом мире не
поверит теперь, что это признание - не правда. Это не пройдет даром для
Бонетто и всех, кто с ним. Более того, сейчас показания Анджелы будут
выглядеть более правдоподобными. Когда я подумал обо всем этом, то не нашел
причин, почему бы мне не быть откровенным с полицией. Конечно, я выглядел
довольно глупо, потому что упустил клиента прямо у себя из-под носа, но так
бывает. Это дало мне повод не возвращаться домой, где, скорее всего, меня
ожидала Анджела. Я сделал то, что должен был сделать, - сходил к Бонетто и
миссис Хейскелл, потом вернулся к своему клиенту с информацией, которую
раздобыл. Никогда бы не подумал, что Саманта Пайк будет лежать наверху
мертвая от передозировки наркотика, а Трэйси поведет себя так странно: даст
мне прочитать признание Саманты, а сама поднимется наверх, чтобы покончить с
собой. Она успела это сделать, прежде чем я добежал до спальни. Да, теперь у
них нет шансов найти, кто убил Арта Стиллмэна. Что ж, даже полиция не все
может.
Было уже около двух, когда капитан Стингер вернулся в офис, где я
терпеливо ожидал его.
- Думаю, мне не нужно вас больше задерживать, Холман, - сказал он. - Вы
подписали ваши показания и все, что надо?
- И все, что надо, - согласился я.
- Похоже, что у меня впереди еще остаток ночи. - Он энергично потер руки.
- Они взяли Бонетто и Ленгэна примерно час назад. Оба орали, что все вранье,
что их ложно обвинили. Кажется, Дни уверены, что это сделали вы.
- Я работал на клиента, который так же глубоко погряз в этом дерьме, как
и сам Бонетто.
- Все равно победа за вами, хоть вы и ничего не заработали.
- Спасибо за напоминание, - кисло ответил я.
- Нет никого, включая Виктора Бонетто, кто имел бы надежду выкрутиться
после такой записки о двойном самоубийстве.
- Согласен. Теперь я могу ехать домой, чтобы навести порядок после той
перестрелки, которая, как вы говорите, была там.
- Иногда лучше вообще не вылезать из постели. - Капитан не скрывал
улыбки.
- А что случилось с девушкой? Вы сказали, что она в порядке?
- Да, только напугана. Мы отпустили ее пару часов назад.
Я приехал к себе, оставил машину на дорожке и вошел в дом. Если не
считать испорченной выстрелом панели, холл выглядел вполне прилично. Как ни
странно, на полу не было пятен крови. В гостиной на диване сидела Анджела в
своем белом льняном платье, закинув ногу за ногу и положив руку на колени.
- Я вернулась, чтобы немного убраться.
- Очень любезно с вашей стороны.
- Они сказали, что еще вызовут меня. Что обе они, Саманта и Трэйси,
мертвы. Самоубийство. Бонетто и Бенни арестованы.
- А за Сэмом и Перини они придут позже.
- Вы сказали, что если я попросила бы вас, то вы позаботились бы обо мне,
Рик. Но теперь, когда они арестовали Бонетто и Бенни, все кончено, верно?
- Абсолютно верно, - согласился я.
- Но есть еще одна вещь, правда, не думаю, что вы в этом виноваты.
- Что еще?
- Помните, вы сказали, чтобы я показала им своего скорпиона? - На ее лице
отразилось возмущение. - Так вот я без конца показывала его. Один
полицейский заходил в комнату каждые две минуты, и всякий раз мне
приходилось спускать трусики.
- Полиция есть полиция, - глубокомысленно заключил я.
- Я устала. Это был такой длинный день, пока вас не было, Рик.
- Ты права, - согласился я.
- Но я не настолько устала, чтобы не заняться с вами любовью - прижаться
к вам как можно крепче и не бояться того, что может случиться завтра.
- Я понимаю.
Она вдруг с тревогой взглянула на меня:
- А вы хотите заняться со мной любовью, Рик?
- Я не знаю наверняка, хочу проверить это на вашем скорпионе.
- С удовольствием. - Она встала с дивана, повернулась ко мне спиной и
подняла юбку. - Я так и не успела надеть трусики, потому что все время в
комнату входили проклятые копы. Пришлось запихнуть их в сумочку.
Я был так поглощен разглядыванием выпуклых половинок ее великолепной
попки, что ничего не ответил.
- Так что мой скорпион сказал вам, Рик? - спросила она нетерпеливо.
- Я знаю, что он мне что-то хочет сказать, потому что все время
подмигивает мне. Но только в постели я смогу разобрать, что именно.
Закладка в соц.сетях
