Жанр: Детектив
Холодная зеленая бездна
...усь!
Его пальцы зацарапали по стальной переборке, словно он пытался вырыть себе
укромное местечко, чтобы надежно
спрятаться.
- Тогда кто?
- Пэт... Пэт Нелсон! Чак привел катер к старой пристани и забрал нас троих
на борт. Но я не предполагал, что он хочет
убить ее, пока он это не совершил. Клянусь!
- Почему же он застрелил ее так, чтобы каждый понял, что это убийство?
Почему просто не швырнул ее в воду, чтобы
она утонула?
- Он не хотел рисковать. Трейси была хорошей пловчихой, она могла бы долго
продержаться на воде. И ее подобрало бы
какое-нибудь проплывающее судно.
- Но ее можно было бы оглушить перед тем, как скинуть в воду.
- Конечно, конечно! - Его голова закивала, как у марионетки. - Вы правы,
лейтенант. Я говорил все это Пэту, но он,
идиот, не желал меня слушать.
Тут я ударил пистолетом по его макушке, иначе через секунду уже всадил бы в
него пулю. Его тело обмякло: было
похоже, будто ему все-таки удалось спрятаться в переборке катера.
Я направился к выходу, но внезапно почувствовал направленный на меня взгляд
зеленых глаз.
- Куда вы? - шепнула она.
- На палубу.
- Я с вами.
- Здесь вам будет безопаснее. Как только я прикончу Нелсона, катер
устремится к пристани.
- Я умру, я чувствую это, - произнесла она обреченно. - Лучше уж на чистом
воздухе на палубе, а не в этом жутком
душном гробу, с надвигающимися на меня все ближе стенами.
- С вами ничего не случится, если останетесь тут! - резко прикрикнул я. -
Все это продлится недолго.
- Я поднимусь с вами, - упрямо повторила она. - Если вы попытаетесь
остановить меня, я буду кричать.
Можете прикончить меня, чтобы я заткнулась, но тогда они услышат выстрел!
"Ее не остановить, - подумал я, - разве что обойтись с нею так же, как с
этими двумя". Но я не мог ударить по голове
беззащитную женщину.
- Ладно, - обреченно согласился я. - Идите первой.
Но на палубу выползайте на четвереньках и сразу же ложитесь у борта, пока я
не скажу, что дальше делать.
- Поняла.
Она поднялась и неуверенно двинулась к лестнице.
Я шел по пятам. До люка восемь ступенек. Вроде он открывался позади
мостика, и я скрестил пальцы, чтобы оба они - и
Нелсон и Фенвик - находились в рулевой кабине. Луиза опустилась на колени у
подножия лестницы и с трудом,
останавливаясь на каждой ступеньке, стала взбираться наверх. Мне показалось, что
прошло очень много времени, прежде
чем ее голова вырисовалась на фоне ночного неба. Я подождал, пока ее ноги не
скроются из виду, и тоже начал осторожно
подниматься на палубу.
Оказавшись наверху, я увидел, что Луиза стоит во весь рост в нескольких
шагах от меня.
- Ложитесь, кретинка! - зашипел я.
Она среагировала так, словно я подал сигнал утренней побудки. Ее ноги
пришли в движение, и она бросилась как
сумасшедшая к мостику, крича во весь голос:
- Пэт! Посмотри, Пэт! У Уилера пистолет, он сзади тебя!
Нелсон испуганно ругнулся, но как рулевой он быстро сообразил, что делать.
При резком повороте влево катер занесло
вбок и он сильно накренился. Я схватился свободной рукой за комингс, чтобы
удержаться на лестнице, потому что крен все
увеличивался. Дикий пронзительный крик заставил меня посмотреть вперед, где
Луиза, потеряв устойчивость, катилась в
сторону по палубе. Ее руки сигналили в последнем немом призыве о помощи. Потом
она с силой ударилась бедром в
бортовое ограждение. Голова и верхняя половина туловища перевесилась наружу,
зацепившись за туго натянутую
проволоку.
Судно, завершив полный поворот, вернулось на прежний курс. Палуба сильно
задрожала, и я бессильно наблюдал, как
при каждом очередном толчке ноги Луизы все выше поднимались над палубой, пока
спустя несколько секунд ее колени не
скользнули через борт и она не исчезла из виду.
Вспышка пистолетного выстрела где-то прямо передо мной заставила меня
инстинктивно присесть. Пуля с
отвратительным визгом отрекошетила от комингса, за который я только что
держался.
Подождав немного, я приподнял голову. Выстрел последовал мгновенно. Пуля
угодила в крышку люка позади меня, и я
даже испугался, что она непременно отскочит мне прямо в спину.
Я понял, что Нелсон находится в более выгодном положении. Он уже привык к
ночному освещению на палубе, в то
время как у меня не было такой возможности. Моя голова была для него
превосходной мишенью каждый раз, когда я
выглядывал из-за своего укрытия. Я пару раз быстро выстрелил в воздух, чтобы
убедить Нелсона, что я все еще нахожусь
поблизости, и стремительно скользнул вниз по лестнице.
Те двое все еще пребывали в бессознательном состоянии. Я схватил Хэла за
шиворот и повторил его же фразу о том, что
кого-то надо принести в жертву. Какое счастье, что он был таким маленьким и
тщедушным, подумал я, легко вытащив его
вверх. Достаточно одного выстрела в воздух, чтобы привлечь внимание Нелсона.
Я спустил курок и тут же подхватил Хэла обеими руками под мышки и осторожно
подтолкнул его вверх. Как только
голова его выглянула из-за комингса, один за другим прозвучали два выстрела, и
одна из пуль с отвратительным чавканьем
вошла в череп Хэла. Я издал испуганный крик и отпустил тело. Оно полетело вниз
по лестнице, и наделало столько шуму,
что всякий бы понял, что произошло. Я спустился следом, втащил Хэла в каюту и,
встав на колени, затаился возле двери с
пистолетом в руке.
Казалось, я провел в ожидании не менее десяти лет, прежде чем что-то
произошло. К тому времени мои ноги свело
судорогой. Наконец я различил едва слышный скрежет где-то наверху у самого люка,
потом опять наступила абсолютная
тишина. Мой палец находился на спусковом крючке, и именно в этот момент мне
приспичило чихнуть.
Пару секунд я промучился с этой напастью, а потом до боли в ушах напряг
слух и опять различил тот же скрежет - на
этот раз гораздо ближе... А может, черт возьми, мне все это просто чудилось?
В темном прямоугольнике открытого люка промелькнули расплывчатые очертания
быстро движущегося тела, прямо у
лестницы. Изнутри я не мог как следует разглядеть тот дальний угол, где укрылся
противник, но это не означало, что он не
видел, что делается в каюте.
Впервые в жизни мои рефлексы опередили сознание.
Пока мозг рассуждал, как поступить, я, выпрямившись в полный рост и вытянув
правую руку, бросился вперед.
Я молниеносно пересек каюту. Мои голова и плечи оказались за дверью, и я
неожиданно увидел согнутую фигуру прямо
перед моим пистолетом. Когда я выстрелил два раза подряд, фигура бесследно
исчезла, как это случается с тенью, когда
солнце прячется за тучу. Я встал на четвереньки и только тогда сообразил, что
фигура исчезла, потому что человек припал к
полу и сейчас лежал ничком.
Я с трудом поднялся на ноги, немного подождал, затем подсунул носок ботинка
под свою жертву и перевернул ее на
спину. На мгновение я испытал шок, увидев уставившиеся на меня безжизненные
глаза Фенвика. Значит, это он ругнулся,
когда Луиза предостерегла его на палубе о моем приближении. Ну что ж, все
правильно! Фенвик не сумел бы так быстро
отреагировать на ее крик.
Я осторожно поднялся по трапу на палубу и с большими предосторожностями
стал пробираться к рулевой кабине.
Только когда я приблизился совсем близко, силуэт человека за рулем приобрел
более или менее определенные очертания.
- Ты позаботился об этом ублюдке, Чак? - со смехом произнес Нелсон,
поворачивая ко мне голову.
- Да, черт возьми! - ответил я, прижав дуло пистолета к его загривку. - Но
зато вы хорошо позаботились о Луизе?
Он замер на несколько секунд, потом сказал:
- Я видел, как она рухнула, когда я сменил курс. - Он старался держать себя
в руках. - А что случилось?
Она повредила ногу или еще чего-нибудь?
- Она сильно ударилась о заграждение и, не удержавшись, упала за борт.
- Какое несчастье! - Он тяжело вздохнул, не выпуская руль из рук. - Ну что
же, очевидно, все проясняется. Вы, конечно,
хотите, чтобы мы вернулись к причалу?
- Конечно. И если мы не доберемся туда за час, я прострелю вам башку и сам
займусь изучением навигации!
- Мы доберемся туда, - проворчал он. - Но сначала скажите мне вот что.
Любой может завопить от боли, но я готов
поспорить, что всадил пулю в вашу голову. Уверен даже, что слышал глухой звук, с
которым она вошла туда!
- Звук тот, голова не та.
- Не понял.
- Хэл великодушно пожертвовал собой, - объяснил я. - Впрочем, он никогда не
узнает, кто его ухлопал, потому что был
без сознания.
- Вы хитрый хладнокровный сукин сын!
Береговые огни вырисовывались все отчетливее. Вскоре я уже смог различить
светящуюся рекламу и опознавательные
знаки нужной нам пристани.
- А теперь расскажите мне кое-что, - обратился я к Нелсону. - Зачем вы
застрелили Трейси Тенисон? Ведь сразу стало
ясно, что ее убили. Вы даже не пытались, что бы это выглядело как несчастный
случай.
- Полагаю, вы понимаете, что, избавившись от Трейси Тенисон, я устранил
угрозу, нависшую над казино.
Поскольку всегда, когда совершено убийство, полиция начинает искать
преступника, я заранее подготовил для нее
подарок.
- Дейна?
- Кого же еще?
- Почему?
Огни стоянки были совсем близко, и Нелсон уменьшил газ.
- Он был не тот мужчина, что ей нужен, - ответил он после короткой паузы. -
Я понял это с той самой минуты, как
впервые увидел ее. Много ли таких, как она, зеленоглазых рыжеволосых красоток
мужчина встречает в своей жизни?
Я не знал, что ему ответить, потому сосредоточился на том, чтобы вытащить
свободной рукой сигарету из пачки и
раскурить ее.
- И еще одно! - Его голос зазвучал неподдельно горестно. - Она должна была
сказать мне, что ее боязнь воды вовсе не
каприз!
- Она пыталась, - возразил ч.
- Не слишком! Если бы она настаивала, я бы не взял ее на катер.
Нелсон включил задний ход, и мы медленно подошли к причалу.
- Странно, - пробормотал он, - но я никак не могу отделаться от одной
мысли. Где она сейчас?
- Дрейфует.., в холодную зеленую бездну.
- Что это значит?
- Ничего. - Я снял указательный палец со спускового крючка, а потом отвел
пистолет от его шеи. - Эти слова произнес
один человек, с которым я был недолго знаком некоторое время назад.
Совещание с Лейверсом продолжалось пять часов, но я не помню, как оно
закончилось и что там говорилось.
Я даже не понял, остался ли я на работе. К восьми утра я вернулся домой и
свалился на кровать. А около шести вечера
меня разбудил какой-то психованный репортер.
Он просил, чтобы я осветил ему всю историю убийства с новой точки зрения.
Его интересовало, действительно ли я
прошлой ночью, будучи безоружным, прикончил двух бандитов и скольких бы я мог
поубивать, будь я вооружен. Я
сообщил ему, что шериф вернул мне пистолет, я готов начать все сызнова и его имя
возглавит список.
Затем я принял душ и оделся. Пара пропущенных мною стаканчиков оказались
такими мерзкими, будто предупреждали,
что пора вообще бросить пить. И даже мой проигрыватель не успокоил меня. А было
уже около восьми, и я вынужден был
признать, что медленно, но верно схожу с ума. Что-то такое грызло меня изнутри,
но вот что?
Через полчаса раздался звонок в дверь. По пути в прихожую я решил, что если
это опять псих-репортер со своей новой
точкой зрения на случившееся, то я прибью его на месте и в оправдание скажу, что
это была самооборона.
Я широко распахнул дверь и в изумлении уставился на Сэм Конви в очках с
толстой оправой и в подпоясанном желтом
плаще.
- Вы знаменитость! - объявила Сэм Конви невыразительно. - Ваша фотография
помещена на первой странице вечерней
газеты. В передовице сказано, что вы - герой, а какой-то там специальный местный
корреспондент уверяет на пятой
странице, что вы приверженец суда Линча и вас следует привлечь к суду. Но
большинство людей все же читают
передовицы, а потому вы - известный герой.
Ну и куда мне пройти поздравить вас?
- Сюда! - воскликнул я и повел ее в гостиную.
Она остановилась на пороге комнаты и внимательно все осмотрела, словно была
новым судебным приставом и
нуждалась в практике.
- Уютно, - наконец изрекла она. - Глядя на эту кушетку, готова поспорить,
что ее пружины могли бы поведать немало
пикантных подробностей из вашей сексуальной жизни.
- Почему вы не снимаете плащ? У меня в квартире идет дождь? - спросил я.
- Немного погодя, - сказала она. - Я не уверена, что задержусь у вас
надолго, только на столько, чтобы хотя бы оправдать
физические усилия, затраченные на поездку. Вы ничего не замечаете?
- Что? - пробурчал я.
- Я рассердилась на вас за то, что вы были так грубы со мной на обратном
пути из Вегаса, - произнесла она. - Но вы
правы! Поэтому я и приехала поблагодарить вас за то, что вы изменили мою жизнь.
Так вы действительно ничего не
замечаете?
- Ну что? - Я уже начал раздражаться.
- Ваше имя - Эл Уилер, вы - лейтенант полиции, - быстро заговорила она. -
Вы обожаете скотч со льдом и небольшим
количеством содовой и - о да! - вы чертовски хороший трахальщик.
- Сэм! - Какое-то мгновение я смотрел на нее во все глаза, потом медленно
нагнулся к ее губам и, принюхавшись,
завопил:
- Вы же трезвы!
- И я даже помню Эла Счастливчика, - хихикнула она торжествующе, - которого
не узнала в то утро, проснувшись в
мотеле.
- Эй, - восхитился я, - как вам это удалось?
- Все, как вы и говорили, трезвой я была чопорной, жеманной,
неуравновешенной, вспыльчивой, в общем, совершенно
невыносимой! И только при помощи алкоголя я могла избавиться от самой себя и
превратиться в ту, которой хотела бы и
могла бы быть. - Она говорила все тише.
- Проклятие, Эл Уилер! - воскликнула она печально. - Я поняла все это
только после встречи с вами.
- Ну и как насчет выпивки? - спросил я небрежно.
- Иногда, - вздернула она подбородок, - я могу выпить просто для
настроения. Но в данный момент мне не нужна
выпивка!
- Какое совпадение! Я проспал весь день, следовательно, должен бы
чувствовать себя прекрасно. Но это было не так.
Тогда опрокинул для бодрости пару стаканчиков, но они оказались настоящей
отравой. О еде вообще думать противно. И
даже мой великолепный проигрыватель и любимые пластинки не в состоянии вернуть
меня к жизни. Меня что-то грызет
изнутри, я чего-то ожидаю, но чего? Не имею понятия. Как вы думаете, я
заболеваю?
- Нет, - легонько покачала она головой. - На самом деле.., это вполне
приятный комплекс героя. И я приехала сюда,
чтобы позаботиться о вас.
Я недоверчиво уставился на нее:
- Вы, случаем, не получили ученую степень по психиатрии после нашего
возвращения из Вегаса?
- Эл! - Она улыбнулась снисходительно. - Поверьте мне, пожалуйста! Я точно
знаю, что вас тревожит, и я смогу
действительно быстро с этим справиться - или медленно, как вы пожелаете.
- Быстро! - бросил я с вызовом.
- Хорошо. Только сначала я сниму плащ. Эта дверь - спальня?
- Почти, спальня за этой дверью на самом деле, - мило улыбнулся я ей. - Мне
бы не хотелось, чтобы вы всю ночь
блуждали вокруг двери!
- Это часть другого классического синдрома, - пробормотала она, направляясь
в спальню. - Жалкое заблуждение,
ничтожный сарказм вдруг превратился в блестящее остроумие.
Дверь с силой захлопнулась за ней.
Я выключил проигрыватель, потому что отвратительная какофония звуков,
производимая им, грозила мне глухотой. От
одного взгляда на бутылку виски на кухонном столе меня затошнило. Я вернулся в
гостиную и уставился в окно,
прикидывая, как лучше из него выброситься, чтобы добиться положительного
результата.
- Эл? - проворковала сзади Сэм.
Я с усилием обернулся. Высокомерная усмешка на моем лице сразу же потухла.
Сэм стояла возле кушетки с доверчивым
выражением на лице. В спальне она сняла с себя не только плащ. Я изумленно
уставился на нее. Я с жадностью смотрел на
ее крепкую грудь, плоский живот, пушистый треугольник между ног. На сто
процентов это была Сэм.
- Какова реакция вашей глубокой печали? - спросила Сэм, скользнув в мои
объятия и с силой прижимаясь ко мне
маленькими круглыми грудками.
- Удивительно приятное теплое чувство сейчас прогонит ее. Эй, а вы не
простудитесь в этом.., уж не знаю, как его
назвать.., наряде?
- Разве вы не собираетесь согреть меня?
Разумный вопрос. Мой пробуждающийся член с силой уперся в нее.
- Вы можете в любое время принимать со мною душ! - заметил я.
Она болезненно укусила меня за ухо.
- По-моему, вы выбрали быстрый способ исцеления.
- Правильно. Но могу я изменить его на медленный, но продолжительный?
- Конечно, дорогой. - Она застенчиво взглянула на меня.
Таким путем мы и пошли. Когда первый приступ страсти был удовлетворен, мы
просто лежали рядом, отдыхая и лениво
играя друг с другом, пробуждая себя к новой страсти...
Позже, когда мы лежали без движения, Сэм вдруг зарылась лицом у меня в
паху. Ее губы, язык и пальцы потихоньку
ускоряли движение. Я не смог больше сдерживаться, перекатил ее на живот,
достаточно грубо схватил за соски и потянул к
себе...
Так продолжалось всю ночь.
Рассвет уже прокрался в комнату, когда мы, изнуренные ночью любви,
собрались наконец спать. Но прежде Сэм еще раз
удобно устроилась у меня в паху.
Закладка в соц.сетях
