Жанр: Детектив
Тайна смерти мисс вейн
Энтони БЕРКЛИ
Перевод с английского. М. Тугушева. OCR tymond
Очередной роман шерингэмовского цикла. Помимо занимательного сюжета он
пронизан обилием юмористических
замечаний и комментариев, сразу настраивающих на игривый лад. В какой-то мере и
повествование и некоторые сцены
взывают в памяти приключения Шерлока Холмса. Сходство с произведениями Конан
Доила дополняется появлением "друга
сыщика", что совершенно необычно для шерингэмовских сюжетов. Изложение, в
котором почти не появляются
действующие лица драмы, а необходимые сведения о них излагаются опосредованно,
также характерно для рассказов о
Холмсе. Так что, когда в 23-й главе всплывает имя Холмса, этому не удивляешься.
Больше, чем когда-либо, Шерингэм демонстрирует удивительную наивность вкупе
со способностью к плодотворным
размышлениям. Его ход мыслей особенно интересен и нагляден в эпизоде, когда он
развивает свои идеи вслух в присутствии
Энтони и приходит к совершенно противоположной, нежели высказанная им ранее,
точке зрения.
Всегда бывает забавно проследить, какие версии происшедшего автор выбирает
в качестве ложного, а какие - в качестве
истинного решения. Так, "Тайна смерти миссис Вэйн" образует весьма интересную
пару с более поздним романом,
"Убийство на верхнем этаже" (1931). Между этими двумя произведениями можно
провести достаточно параллелей, но здесь
следует определенно отметить, что замысел разгадки "Миссис Вэйн" использован в
качестве ложной разгадки в "Убийстве
на верхнем этаже".
Инспектор и Шерингэм, то ли по причине отдаленности первого от Лондона и
начальства, то ли по причине отпускного
настроения, общаются оживленнее обычного и благожелательно настроенный инспектор
склонен поразительно часто
нарушать инструкции. Впоследствии он будет гораздо сдержанней.
Пикировка этих двух протагонистов, собственно говоря, заполняет собой
практически весь роман. Энтони и мисс Кросс,
игравшие такую большую роль в первых главах, впоследствии отходят на задний
план. Хозяйка, у которой остановился
Медоуз, смотрится куда значительнее мужа убитой женщины - хотя мы даже не знаем
ее фамилии! Неудивительно, что в
финале очень мало внимания уделяется разочарованию Энтони или репортерским
трудам Роджера. Эта
незаинтересованность дальнейшей судьбой персонажей призвана еще раз подчеркнуть
нарочитую пародийность "Миссис
Вэйн". А кроме того, милейший Шерингэм всегда склонен устраивать театр одного
актера, в котором другие люди должны
не более чем предоставлять ему ситуации для игры ума. Эта деталь тоже несет в
себе заряд иронии - ведь самовлюбленности
в знаменитых героях детективного жанра всегда было предостаточно.
Вышел в Англии в 1927 году.
Перевод выполнен М. Тугушевой специально для настоящего издания и
публикуется впервые.
Наш специальный корреспондент
- Если бы,- сказал Роджер Шерингэм, потянувшись за третьим ломтиком тоста,-
в твоем мозгу было столько же извилин,
сколько складок на твоих брюках, Энтони, у тебя хватило бы соображения узнать,
когда отходит наш поезд от Сент-Панкраса
еще вчера вечером, до твоего приезда сюда.
- Но ведь здесь есть телефон, а в Сент-Панкрасе справочная служба,-
возразил его двоюродный брат.- Разве нельзя
воспользоваться этими двумя удобствами?
- Ты прислал мне письмо, в котором просил, чтобы я потратил свое
драгоценное время, развлекая тебя во время твоих
каникул,- негодующе продолжал Роджер,- и я не только согласился, но весьма
любезно предоставил тебе выбрать, куда мы
отправимся, а также и заказать места в гостинице. Я даже согласился приютить
тебя на одну ночь, перед поездкой, и покорно
сносить твое присутствие и болтовню за моим столом во время завтрака (а это
невыносимо для любого благоприличного
человека и просто сокрушительно для холостяцкого бытия, в котором завтрак в
одиночестве - вечная неизбывная радость). И
где же, я тебя спрашиваю, моя награда? Ты наотрез отказываешься даже узнать
время отправления нашего поезда от СентПанкраса!
- Ты, между прочим, читал вот это?- воскликнул Энтони, взглянув на Роджера
поверх газеты "Дэйли курьер".- Кент
всадил сорок семь мячей в Блэкхите. Вот это да!
- А если бы ты заглянул не на последнюю полосу,- ответил Роджер с
холодком,- то, наверное, нашел бы материал
поинтереснее, чем подвиги Кента в Блэкхите. Да, взять хотя бы передовую.
- Значит, в газете напечатали одну из твоих статей на криминальные темы?- и
Энтони стал перелистывать страницы в
обратном порядке.- Да, я кое-что твое читал, и, знаешь, Роджер, это
действительно совсем неплохо.
- Большое тебе спасибо,- благодарно промурлыкал Роджер,- устами младенцев и
сосунков глаголет истина! Ну ты, во
всяком случае, понял, о чем там речь, не так ли? И это хорошо. Я старался писать
применительно к уровню понимания
рядового читателя "Курьер" и, по-видимому, преуспел.
- Да, это довольно интересно,- отозвался Энтони, устремив взгляд на
соответствующую страницу.
- В общем, да,- скромно поддакнул Роджер, складывая салфетку.- Должен
признаться, я сам себя похвалил за...
- Это статья под названием "Означают ли короткие стрижки недостаток
сердечности?" Клянусь Юпитером, хорошая
мысль, а? Понимаешь, куда целит автор. Мальчишеский характер, и повадки, и все
такое прочее. И еще он пишет...
- Ты смотришь не на ту колонку,- ледяным тоном прервал его Роджер.- То, что
тебе нужно, находится справа, рядом с
разделом писем.
- Писем?- рассеянно повторил Энтони.- О да, нашел: "Священники говорят
непонятно". "Сэр, в прошлый четверг я
присутствовал на похоронах двоюродной бабушки моей жены и был чрезвычайно
расстроен быстрой и невнятной речью
священника во время службы, который читал..."...
- Нет, я, наверное, все-таки, не поеду с тобой на каникулы, Энтони...- И
Роджер в такой ярости вскочил из-за стола, что его
стул перевернулся и с громким стуком упал.
- Ты стул опрокинул,- очень вдумчиво заметил Энтони.
По счастью, в этот момент зазвонил телефон.
- Алло,- сказал Роджер в трубку гораздо громче, нежели требовалось.
- Алло,- ответил чей-то голос.- Это мистер Шерингэм?
- Нет! Он сегодня рано утром отбыл в Дербишир.
- Ну будет вам!- мягко упрекнул голос.- Конечно не мог он уехать раньше
одиннадцати, не позавтракав, ведь так?
- Кто это говорит?
- Бергойн из "Дэйли курьер". Ну будьте же серьезны, Шерингэм. У меня камень
с души свалился, раз я ухватил вас за
пятку. Послушайте!
Роджер стал слушать, и лицо во время этого процесса постепенно прояснялось
и мрачная раздражительность уступала
место чрезвычайному волнению.
- Нет, боюсь, об этом и речи быть не может, Бергойн,- наконец сказал он.-
Вы же знаете, я как раз собираюсь на две
недели в Дербишир вместе с моим двоюродным братом. Уже номера заказаны и так
далее. Иначе я был бы просто в восторге.
На другом конце провода раздались возражения.
- Хорошо, если хотите, я еще раз подумаю,- ответил с видимой неохотой
Роджер.- Но я очень опасаюсь! Как бы то ни
было, через четверть часа я дам вам окончательный ответ. Это вас устроит?
С минуту он молча слушал, затем повесил трубку и с сияющим лицом обернулся
к Энтони.
- Боюсь, что наше маленькое путешествие отменяется,- радостно возвестил
Роджер.
- Что такое?- вскричал Энтони.- Но мы... мы же заказали номера!
- Это ты их заказал,- поправил его Роджер.- И ничто тебе не мешает их
занять. Ты сможешь спать в одном номере, а
причесываться в другом. Разумеется, я с восторгом возмещу любые убытки, которые
ты потерпел, неправильно меня
истолковав, будто я стану тебя сопровождать, но я должен воспользоваться
возможностью и указать тебе, без всяких
околичностей, что по закону меня нельзя привлечь за это к ответственности, и
если мои наследники или совладельцы фирмы
согласятся с твоим требованием, я дам указания своим адвокатам не...
- Что ты мелешь?- закричал Энтони.- И почему таким образом хочешь
отступиться от нашего плана в последнюю минуту?
Что случилось? И с кем ты говорил?
Роджер снова уселся за стол и налил себе чашку кофе.
- Если расположить твои вопросы в порядке инверсии,- сказал он неторопливо,
до некоторой степени посерьезнев,- это
был редактор "Дэйли курьер" - грандиозный человек. Политики перед ним дрожат, а
герцогини отдают ему честь. Может
быть, ты помнишь, мы с ним прошлым летом обменялись услугами, когда занимались
тем самым Уичфордским делом. Он
хочет, чтобы я немедленно отправился в Хэмпшир как специальный корреспондент
"Дэйли курьер".
- В Хэмпшир?
- Да. Не знаю, видел ли ты в сегодняшних газетах незаметное сообщение о
женщине, которая упала со скалы над
Ладмутским заливом и разбилась насмерть. Теперь возникло предположение, что,
возможно, это не был просто несчастный
случай и на этот счет существуют кое-какие новые данные. В газете хотят, чтобы я
продолжил серию криминальных статей,
которые я для них делал, и, разумеется, занялся расследованием этого дела в
качестве сыщика-любителя, если представится
возможность. А мне такое предложение очень по душе.
- Но ты ему сказал, что об этом не может быть и речи, так как ты уезжаешь
на каникулы вместе со мной?
Роджер ласково улыбнулся и ответил:
- Понимаешь, мальчик, эти дела именно так и делаются, и ты это поймешь,
когда повзрослеешь. Но если говорить
серьезно, ты имеешь больше прав на мое общество. Если ты насмерть прикипел к
Дербиширу, я немедленно откажусь от
предложения газеты.
- Ну, разумеется, этого делать не надо,- сказал растроганно Энтони.- Я об
этом и не помышлял. За кого ты принимаешь
меня? Беги, занимайся этим делом и выслеживай, сколько тебе влезет. Я даже раза
два куплю "Курьер", посмотреть, как
идиотски ты себя ведешь.
- Если, конечно, сможешь оторвать взгляд от крикетной страницы. Но, Энтони,
ты молодец, принимаешь удар стойко, поспортивному,
должен тебе сказать, и говорю это с удовольствием. Я-то знаю, как
это ужасно, когда твои планы рушатся в
последний момент.
- Ну, смею думать, я это как-нибудь переживу,- философски заметил Энтони,
вминая пальцем табак в трубку.- Я не оченьто
дорожу своим собственным обществом, это верно, но, может быть, кого-нибудь
подыщу в спутники. Хочешь табачку?
- Спасибо...
Роджер взял предложенную порцию и с несколько растерянным видом вложил ее в
чашечку собственной трубки.
Внезапно его лицо прояснилось, и он азартно стукнул кулаком по столу.
- Придумал! А почему бы тебе не поехать со мной? Дело предстоит довольно
интересное, и я буду очень рад твоему
обществу. Ну конечно же!
- Но надо будет снова заказывать номера и в другой гостинице,- прожурчал
Энтони.
- Ради бога, перестань ты стенать по поводу тех напрасно заказанных комнат!
Ты просто свихнулся на этой почве. Заказ
можно и отменить, ведь так? Тебе хотелось бы со мной поехать?
- Да, я бы поехал.
- Тогда ступай и пошли телеграмму с отказом, а я вышлю им чек из Ладмута,
так что все будет в порядке. Я позвоню в
"Курьер" и скажу, что еду, но потом мне придется быстро туда съездить и
повидаться с ними, прежде чем приступить к делу.
В двенадцать десять отправляется поезд в Борнмут. Грин, наверное, уже собрал мой
чемодан, а ты, послав телеграмму, снова
возвращайся сюда, возьми багаж и поезжай на вокзал Ватерлоо. Возьми два
одиночных купе первого класса, и я встречу тебя
у кассы, где ты возьмешь билеты до Сэндаун Парк, за пять минут до отхода поезда.
- Какое у тебя второе имя? "Живчик" или "Молния"?
Сходя по главной лестнице дома, где в своей холостяцкой квартирке проживал
Роджер Шерингэм, Энтони Уолтон
улыбнулся своим мыслям. Маленькие каникулы, которые он договорился провести с
Роджером, будут, по всей вероятности,
еще интереснее, чем он предполагал.
Хотя между кузенами было больше десяти лет разницы (Роджеру уже исполнилось
тридцать шесть, а Энтони толькотолько
стукнуло двадцать пять), они всегда дружили, и тем более крепко, что едва
ли сходились хоть в чем-то касательно
вкусов и чувств. Неоднократно уже замечено, и даже людьми, от которых можно было
бы ожидать более разумных
суждений, что противоположности часто сходятся и заключают счастливые браки. И,
как это ни смешно и неправдоподобно,
между совершенно не похожими друг на друга людьми возникает иногда настоящая
мужская дружба, данный случай был
тому подтверждением.
Энтони, большой, широкоплечий, добродушный тугодум отличился в Оксфорде как
крикетист и был награжден синей
майкой чемпиона. Теперь он регулярно покидал контору отца, где отсиживал
положенные часы с любезным выражением
лица и ровным счетом ничего не делая, чтобы по субботам успеть сыграть за
команду "Арлекинов". Втайне он был убежден,
что главное в мире - это спортивные игры. По части мозгов он не мог соперничать
с умным, проницательным, хотя
несколько вспыльчивым Роджером, и его медлительная манера себя вести весьма
контрастировала с неуемной энергией
этого джентльмена. Не обладал Энтони и достаточно развитым воображением, так что
известность двоюродного брата как
писателя с уже международной прочной репутацией не производила на него ни
малейшего впечатления, хотя он должным
образом уважал его заслуги в гольфе, отмеченные в Оксфорде синей майкой почти
пятнадцать лет назад.
Со свойственной ему методичной тщательностью Энтони приступил к исполнению
многочисленных отданных ему
приказаний. За семь минут до отправления поезда он, с билетами в руках, занял
условленное для ожидания место на
обширных просторах вокзала Ватерлоо.
Через две минуты пунктуально появился Роджер, и они вместе прошли через
контроль, сопровождаемые носильщиком,
нагруженным двойным багажом. В поезде было мало народу, и они без осложнений
заняли места в вагоне первого класса для
курящих.
- Ну, сын мой, Энтони, нам предстоит получить большое удовольствие от этой
маленькой поездки,- заметил Роджер, когда
поезд тронулся, с удобством устраиваясь в углу купе и развернув большой газетный
сверток,- ты это понимаешь?
- Неужели?- осведомился Энтони любезно.- Но мне, конечно, интересно будет
наблюдать, как ты идешь по следу. Чудное
будет зрелище.
- Да, и теперь, когда я размышляю на этот счет, мне кажется, ты тоже будешь
довольно нужным помощником, правда?
- Я? Но почему?
- Как друг-идиот,- весело ответил Роджер.- Мне как сыщику полагается
несоображающий, глупый друг. У всех лучших
ищеек такие есть.
Энтони что-то проворчал и начал довольно демонстративно листать журнал
"Спортсмен", которым довольно
предусмотрительно запасся на дорогу. Роджер занялся своим газетным свертком.
Полчаса или даже больше они молчали, а
затем Роджер, отбросив в сторону последнюю газету, сказал:
- Наверное, я должен изложить тебе факты дела, насколько я их себе
представляю. А кроме тою, это поможет закрепить их
в моей собственной памяти.
Энтони посмотрел на часы:
- А знаешь, Роджер, ты молчал целых тридцать шесть минут и двенадцать
секунд?- сказал он крайне удивленным тоном.-
Ты, пожалуй, показал рекордное время, а?
- Фамилия мертвой женщины - Вэйн,- ответил Роджер невозмутимо.- Миссис
Вэйн. По-видимому, она отправилась на
прогулку с девушкой, которая приходится ей двоюродной сестрой и живет у нее в
доме, некой мисс Кросс. По словам этой
девицы, миссис Вэйн на обратном нута сказала девушке, чтобы дальше она шла одна,
потому что она хочет завернуть к
приятельнице по какому-то делу. Но она так к приятельнице и не попала. Через
пару часов в полицейский участок обратился
рыбак и сказал, что, когда он примерно полчаса назад проплывал мимо берега
залива к местам, где обитают омары, на
камнях у подножия скалы он видел что-то, однако ему, очевидно, не пришло в
голову подплыть и узнать, что это такое.
Послали разузнать туда констебля, и они вдвоем с рыбаком спустились по камням
вниз, как раз в том месте много расщелин
между скалами, и внизу нашли тело миссис Вэйн. Вот таким-то образом.
- Мне кажется, я где-то об этом читал,- кивнул Энтони,- но разве это не
несчастный случай?
- Именно так и думают все тамошние жители, и к тому же самому заключению
пришли после вскрытия: "Смерть
наступила в результате несчастного случая". Но дело на этом не закончилось.
Местный корреспондент газеты "Дэйли
курьер" сегодня утром случайно увидел, как вокруг этого места рыщет - кто бы ты
подумал?- сам инспектор Морсби. А раз
уж этим делом занимается Морсби, то, значит, должно произойти нечто очень
существенное.
- Клянусь Юпитером! Ты хочешь сказать, что ее убили?
- Я полагаю, так думает Скотленд-Ярд,- серьезно подтвердил Роджер.
Энтони тихонько присвистнул и потом спросил:
- А есть какие-нибудь улики?
- Мне о таковых ничего не известно, хотя конечно у них должен быть какойнибудь
рабочий материал. Местный
корреспондент сообщил лишь то, что миссис Вэйн была очаровательной женщиной, еще
вполне молодой (всего двадцать
восемь лет, так, кажется, сказал Бергойн), хорошенькой, обаятельной и
пользовалась среди соседей большой популярностью.
Ее муж, богатый человек, значительно старше ее и занимается наукой в качестве
любителя. Она его конек. Но, в сущности,
он довольно известный экспериментатор, насколько мне известно.
- Звучит как-то чудно,- раздумчиво сказал Энтони.- Кому в целом свете может
прийти в голову убить подобную женщину?
Может, у тебя уже есть какие-то данные? Что-нибудь прояснилось?
После минутного колебания Роджер ответил:
- Только то, что двоюродная сестрица после смерти миссис Вэйн должна
получить десять тысяч футов.
- Ого! Это звучит довольно зловеще, не так ли?
- Да, действительно,- мрачно подтвердил Роджер.
Опять наступило недолгое молчание.
- И ты подрядился обо всем об этом написать в "Курьер"?- почти беспечно
продолжил разговор Энтони.
- Да, и, насколько мне известно, мы в этом поле - первые охотники. И это
будет маленький хорошенький сюрприз, если
мы единственные сообщим завтра утром какие-нибудь новости о Морсби. И как только
мы приедем на место, мне надо будет
улетучиться и поболтать с ним. Хорошо, что я с ним немного уже знаком.
- Займите свои места для ленча, п'жалста,- сказала голова, внезапно
вынырнувшая в купе из коридора.- Подают ленч, с
вашего позволения.
- Знаешь, Роджер,- заметил Энтони, когда они покорно встали,- не понимаю,
что тебя заставило заниматься
криминальными делами? Я хочу сказать, еще до Уичфордского дела. И почему ты им
занялся?
- Из-за одной очень запутанной и очень сложной небольшой проблемы, которую
я имел удовольствие решить примерно
два года назад,- скромно пояснил Роджер.- И вследствие этого я понял, на что
способен, так сказать. Я не могу назвать тебе
имена или другие такие же подробности, потому что это глубочайшая тайна. И лучше
тебе об этом меня не расспрашивать.
- Ну, верняк, я не буду тебя об этом расспрашивать, раз это такой секрет,-
пообещал Энтони.
Почему-то вид у Роджера стал немного разочарованный.
Девушка и убийство
Деревня Ладмут расположена в миле от станции того же названия. Прибыв на
последнюю, Роджер и Энтони отметились в
помещении, соединявшем в себе кассу, пристанище для носильщиков, багажное
отделение и гардероб, и стали выяснять, в
каких отелях можно остановиться.
- "Телях",- повторил носильщик, станционный смотритель и контролер в одном
лице, почесывая макушку с
глубокомысленнейшим видом.- А у нас здесь поблизости нет "гелей". Уж во всяком
случае того, что называется "гелями".
- Ну тогда кабачок какой-нибудь,- уже несколько раздраженно спросил Роджер.
Путешествие было долгим,
утомительным, а после Борнмута они ехали со скоростью едва десять миль в час.
Для человека, который так стремился
поскорее заняться делом, как Роджер, вряд ли могло существовать что-нибудь
отвратительнее, чем скорость передвижения,
обычная на перегоне между Борнмутом и Ладмутом. И нельзя было сказать, что поезд
двигался медленно, но, казалось,
станции его совершенно сбивали с панталыку: он останавливался и прохлаждался на
каждой не меньше двадцати минут,
прежде чем находил в себе силы снова тронуться в путь.
- Как называется лучший паб в Ладмуте?
Многопрофессиональный собеседник хрипло хохотнул.
- Лучший паб?- повторил он, явно забавляясь.- Лучший паб, а? Хо-хо!
- Наверное, я сказал что-нибудь забавное,- пояснил Роджер, обращаясь к
Энтони.- Видишь? Этому джентльмену стало
смешно. Я спросил, как называется лучший паб, так что он просто сейчас
задохнется от смеха.
Энтони внимательно вгляделся в многопрофессионального служаку.
- А мне кажется, что он смеется не над тобой. Он просто вспомнил, как
Гладстон пошутил в тысяча восемьсот восемьдесят
четвертом году.
- Да здесь ни одного нет,- хохотал мастер на все руки,- поэтому, когда вы
говорите лучший паб, я...
- Тогда где же находится хоть какой-нибудь паб?- терпеливо осведомился
Роджер.
- Ну конечно в деревне.
- А где деревня Ладмут вместе со своим единственным пабом?- продолжал
Роджер с почти сверхчеловеческим умением
собой владеть.
На этот раз они получили более ясный ответ и, покинув станцию, побрели,
палимые жарким солнышком, в указанном
направлении, покинув единого в трех лицах носильщика, станционного смотрителя и
контролера, который время от времени
снова начинал хохотать, когда лучшая в мире шутка вдруг сверкала какой-то новой,
раньше не замеченной гранью.
Путники сильно разгорячились во время прогулки и были рады нырнуть в
полутьму маленькой старомодной гостиницы,
стоявшей посередине небольшой кучки домов и составлявшей жилое ядро деревни. На
громкий стук по прилавку появился
хозяин, крупный мужчина, немного смахивавший на добродушного быка. Было почти
слышно, как он потеет.
- Боюсь, не смогу, джентльмены, вас обслужить,- жизнерадостно доложил он,-
есть только лимонад и имбирное пиво, и
ничего больше.
- Только и всего?- сказал Роджер.- Ну тогда принесите две больших, самых
больших кружки с самым мокрым пивом,
потому что мы не прохожие, мы - постояльцы.
- Вы не хотите ли остановиться здесь? Вам нужны комнаты?
- Да, конечно, нам и комнаты понадобятся, но вот прямо сейчас мы хотим
пива, и не забудьте, что я сказал про величину
кружек.
- О, если так, то это дело другое,- подтвердил хозяин.- Я вам принесу
такие, что вмещают по кварте, если, конечно, не
возражаете.
- Не возражаем? Сейчас увидите, как мы не возражаем.
Хозяин шумно наполнил две огромные кружки пивом, и двое жаждущих припали к
ним с благодарностью. Затем Роджер
поставил свою на прилавок и вытер рот.
- Значит, это единственная гостиница в окрестностях, не так ли?- спросил он
небрежно.
- Да, сэр, оно именно так. Ладмут небольшая деревня, понимаете, и больше не
становится.
- Что вы этим хотите сказать?
- Ну, в округе у нас много больших домов, и там проживает много
джентльменов и других господ. Их поболе, чем нас,
деревенских, а они, натурально, не очень-то благоволят к питейным заведениям и
гостиницам.
- Да, понятно. Между прочим, у вас остановился где-то тут мой друг по имени
Морсби. Случайно, не видели или не
слышали о таком?
- Мистер Морсби,- расплылся в улыбке хозяин,- да он здесь же и остановился,
как пить дать. Снял комнату сегодня утром,
честное слово. Подумать только!
- Да, только подумать! Слышал, Энтони? Дражайший старик Морсби пребывает
под этим же самым коньком на крыше.
Что ты об этом думаешь?
- Это хорошо!- подтвердил Энтони.
- Еще бы не хорошо!- и Роджер снова сделал глоток.- У вас тут небольшой
переполох случился, а, хозяин? Говорят, какаято
леди со скалы упала или что-то в этом роде.
- Миссис Вэйн, сэр? Да. Очень печальное дело, сэр, очень печальное.
Говорят, замечательная и приятная леди она была,
хотя сам я ничего такою сказать не могу, не общался. Немного чужая она здесь
была, понимаете. И замужем за доктором не
больше лет пяти.
- Доктором? Ее муж врач?
- Да нет, это больше так говорится. Его все зовут доктор Вэйн, хотя он
никакой не врач. Нажил много денег и уже был
богатым, когда поселился здесь лет двадцать назад, а то поболе, а до этого,
говорят, и вправду он был врачом, поэтому его
всегда и называют доктор Вэйн.
- Понятно. А где он живет? Поблизости отсюда?
- Да с милю отсюда будет, по Морской дороге к морю. Там большой дом стоит,
собственная усадьба, у скал. Мимо не
пройдете. Единственный дом. Место пустынное. Можете прогуляться и сами
посмотреть, если делать нечего.
- Клянусь Юпитером, можно и прогуляться. А, Энтони?
- Да, я думаю, это возможно,- с осторожностью ответил Энтони.
- Но прежде всего о комнатах. У вас сколько свободных, хозяин?
- Ну, кроме той, что занимает мистер Морсби, еще четыре. Если вы
задержитесь на минуту-две и посмотрите, го можете
выбирать любые.
- Не стоит беспокоиться. Мы берем их все.
- Как, всё четыре?
- Да, чтобы у каждого были своя спальня и гостиная.
- Но внизу есть гостиная, которой вы можете пользоваться. Гостиная что
надо.
- Неужели? Ну и хорошо! Тогда мы и ее берем. Мне нравятся хорошие гостиные.
И, таким образом, это будет пять комнат,
да? Думаю, нам хватит этого количества. Что ты скажешь, Энтони?
- Думаю, этого достаточно,- согласился Энтони.
- Вот видите, хозяин? Мой друг со мной согласен. Значит, договорились.
- Но это обойдется вам дороже,- пробормотал в некотором изумлении хозяин.
- Ну конечно дороже,- согласился радостно Роджер.- И намного дороже. Но
ничего не поделаешь. Мои друг человек очень
привередливый, просто очень, и считает, что нам на двоих надо не меньше пяти
комнат. И мне очень жаль, хозяин, но дела
обстоят именно таким образом. И теперь, я полагаю, вы хотите получить от нас
задаток, не так ли? Ну, разумеется. А после
надо сюда доставить со станции наши вещи и у вас, наверное, есть здесь служащий,
который может этим заняться. И можете
передать ему от меня, если краснолицый мужчина, который отдаст ему наши вещи,
будет вдруг странно при этом
похмыкивать, то пусть он на него не обижается. Дело в том, что кто-то сказал ему
шутку, родившуюся в тот же год, что
королева Виктория. Ну и теперь насчет задатка, о котором вы говорили. Вот десять
фунтов. Может, вы мне дадите сразу и
расписку, где укажете, что это задаток за все пять комнат, не то у меня будут
большие неприятн
...Закладка в соц.сетях
