Жанр: Детектив
Трое в лифте, не считая собаки Три подруги в поисках денег и сч
..., то люди могут сразу
заподозрить неладное, в то время как Катьку просто посчитают не от мира сего и не обратят
внимание, но решила не уточнять, чтобы подруга совсем не обиделась.
- Да ладно, я уж привыкла, что мне всегда все самое трудное достается, - фальшиво
вздохнула Катя.
На самом деле ей было ужасно интересно. И даже переживания за здоровье и целость
мужа Валика как-то отошли на задний план.
Вернулась Жанна и показала им крошечную бусинку, размером с капельку воды.
Пожалуй, бусинка больше похожа была на какое-то насекомое - черная, блестящая, с двумя
проволочными лапками...
- Суешь эту штуку в одежду! - поучала Жанна. - Вот так...
Она впихнула "паучка" под воротник клетчатого пиджака. Проволочные лапки вцепились
намертво. Отдирая подслушивающее устройство, Жанна мимоходом осмотрела пиджак и
осталась довольна.
- Отличная вещь! В нем ты будешь в полной безопасности!
Прихватили еще в ларьке с косметикой тюбик жуткой помады морковного цвета, а также
клетчатую сумку, непременный атрибут каждой уважающей себя тетки-челночницы.
И, разумеется, застряли в пробке, так что Жанна просто позеленела от злости. Ирина еле
ее успокоила.
- Я с вами! - сказала Жанна, паркуя "девятку" на стоянке у аэропорта.
- И думать не смей! - приказала Ирина, застегивая на Кате пиджак.
Пуговицы были крупные, грязно-оранжевого цвета. Сидел пиджак не так чтобы очень, но
это не главное. Ирина от души накрасила Кате губы морковной помадой и растрепала волосы.
- Вот теперь то что надо! А ты, Жанка, сиди тихо и даже голову в окно не высовывай!
Хотя вот что... Катерина, у тебя косыночка есть?
- Есть! - злорадно отозвалась Катька, протягивая зелененькую шелковую косыночку,
которую сегодня повязала на шею.
- Да вы что? - отшатнулась Жанна. - Зеленую косынку к бордовому брючному
костюму? Я лучше умру!
- Не дури! Закрой свои буйные кудри, иначе тебя кто-нибудь опознает! рассердилась
Ирина. И не капризничай, не до этого сейчас.
Жанна только скрипнула зубами.
Оказалось, что самолет из Нью-Йорка уже приземлился, о чем дамы узнали, поглядев на
табло.
Вскоре показались и первые пассажиры.
- Наш наверное будет самый толстый, - проговорила Ирина, - небось в самом конце
причапает...
Однако она ошиблась. Их американец хоть и был толстым, но двигался быстро и не зевал
по сторонам. Багаж очевидно он получил одним из первых, потому что уже минут через десять
Ирина увидела загорелую лысину. Толстяк весело улыбался и громко говорил что-то
плечистому молодому человеку, который катил рядом с ним тележку с чемоданами. По тому,
каким цепким взглядом молодой человек оглядывал встречающих, Ирина поняла, что он
выполняет при американском коллекционере функцию не только секретаря, ной охранника.
Двое миновали импровизированный коридор, который образовали встречающие, и
остановились в зале. Молодой человек замешкался, высматривая, надо полагать того, кто их
встречал, и тут Катерина со своей сумкой вырвалась вперед.
- Валик! - закричала она. - Дорогой ты мой!
Как же я рада...
При виде чучела в дурацком клетчатом пиджаке американец малость прибалдел. Молодой
человек сделал поползновение закрыть собой американца, но между ними оказалась тележка с
чемоданами, куда Катька одним движением руки бросила еще свою торбу.
Оказавшись рядом с американцем, Катерина сходу бросилась ему на шею.
- Любовь моя! - кричала она. - Как же я соскучилась без тебя!
И она запечатлела ни щеке коллекционера смачный поцелуй.
- Что вам надо? - завопил по-русски очухавшийся секретарь. - Мадам, вы ошиблись!
Он сделал попытку оторвать Катьку от своего шефа, но не тут-то было. Ирина, наблюдая
со стороны, поняла, что именно сейчас Катя делает то, что собиралась, то есть засовывает
подслушивающее устройство под воротник пальто американца. На лице ее появилось такое
сосредоточенное выражение, что Ирина испугалась разоблачения.
Однако охранник видел Катерину со спины, то есть имел возможность только
полюбоваться коричневыми и желтыми клетками. Вот Катино лицо просветлело, и она
отшатнулась от американца.
- Ой! - вскричала она. - Я кажется обозналась; . Вы вовсе не Валик! А как похож...
Билл Йейтс стоял столбом, очумело моргая глазами. На щеке его расплывалось морковное
пятно - след дешевой Катькиной помады. Катерина тут же принялась тереть эту щеку,
приговаривая:
- Ну надо же как похож! Вылитый Валик!
Ирина не удержалась от смеха, вспомнив Катькиного мужа. Ваг уж трудно найти менее
похожих людей!
Тут к троице подскочил еще один плечистый молодой человек. И хоть он был похож на
первого, как две капли воды, по некоторым признакам Ирина угадала в нем соотечественника.
Русский охранник не стал тратить время на слова. Мощной рукой он оторвал Катьку от
американца, всунул ей в руку клетчатую сумку и направил в сторону, придав необходимое
ускорение с помощью крепкого шлепка по мягкому месту.
- Нахал! - взвизгнула Катя.
- Не переигрывай! - шепнула приблизившаяся Ирина. - Быстро уходи отсюда и садись
в машину как можно незаметнее. Я сама за ними прослежу!
Катя все поняла и исчезла. Американец в сопровождении двоих молодых людей тоже
поспешил к выходу. Ирина проводила их до стоянки, и увидела, что они сели в черный
"мерседес".
Она поспела к "девятке", когда "мерседес" уже выруливал на дорогу.
- Вот за этим! - Ирина запыхалась и вздрогнула, услышав в машине чужие голоса.
Увидев довольные лица подруг, она поняла, что у Кати все получилось и что микрофон
работает.
Секретарь, оказавшийся еще и переводчиком, от имени мистера Йейтса интересовался,
отчего мистер Суходольский не приехал в аэропорт. На что русский охранник отвечал, что
мистер Суходольский предлагает встретиться сегодня в восемь вечера в ресторане "Пастель" и
там решить все деловые вопросы, а заодно и поужинать. Соединить, так сказать, приятное с
полезным.
- Там они и совершат сделку! - сказала Жанна, останавливаясь на перекрестке и
набирая номер на мобильнике.
Она позвонила в ресторан "Пастель" и заказала столик на восемь вечера. Ресторан был
очень дорогой, и места всегда были.
На шоссе "мерседес" с американцем так Припустил, что Жанна только скрипела зубами.
Однако "девятка" не отставала. При въезде в город стало легче, из-за многочисленных
светофоров машины двигались медленно.
- Как бы они не заметили преследования, опасливо сказала Ирина, помогая Кате стереть
с губ морковную помаду.
С пиджаком Катерина расстаться не спешила.
- Можно я его себе оставлю? - спрашивала она. - Понимаете, я в нем раскованно себя
чувствую...
- Да уж, - рассмеялась Ирина и в красках расписала Жанне Катино поведение в
аэропорту.
Когда они свернули на Миллионную улицу, Жанна остановилась.
- Все поняла, куда его везут, - сообщила она, не в гостиницу, а в апартаменты. Дальше
ехать нельзя, как бы они нас не заметили. Придется пешком.
Они осторожно вылезли из машины. Катерина просилась тоже, обещала, что снимет
приметный пиджак, но Жанна была неумолима.
- А вдруг у охранника глаз наметан и они узнают тебя даже в другом прикиде? Сиди в
машине и не чирикай, мы скоро.
Дом был четырехэтажный, очень красивых пропорций, недавно отремонтирован.
- Знаю я этот дом, - сказала Жанна, - клиент у меня как-то был очень богатый татарин
из Казани. Всей семьей они приехали - он сам, три жены и еще дети, уж не помню сколько
штук. Так они в этом доме апартаменты сняли, татарин в гостинице жить не захотел, чтобы
никто на его жен не пялился. Хотя откровенно тебе скажу, там и смотреть-то не на что было -
в том смысле, что замотаны они все по самые глаза.
Ирина пригляделась к окнам. Вот на третьем этаже дружно упали занавески.
- Там он, на третьем, - удовлетворенно сказала Жанна, - слышала я, что этот самый
Йейтс не любит яркого света. Так что он на третьем этаже расположился. Идем к машине, Ирка,
нечего здесь маячить.
Катя встретила их вопросительным взглядом.
- Катерина, ты свое дело сделала, можешь отправляться домой, - сказала Жанна, - а
мы с Иркой переоденемся и пойдем в ресторан. Тут больше делать нечего.
- Я Яшу проведаю, а потом домой нужно заехать, потому что вечернее платье я с собой к
Катьке не взяла.
Жанна так торопилась, что не спросила, с какого это перепуга Ирина живет сейчас у Кати,
и даже собаку с собой взяла. Условились встретиться у нее.
- Куда ты так несешься? - Катерина, пыхтя, еле поспевала за подругой. - Ирка, что
вдруг за пожар?
- Что-то я за Яшу беспокоюсь, - призналась Ирина, - оставили его одного в
незнакомом доме.
А он не привык долго быть один.
Дальнейшие события показали, что волновалась Ирина не напрасно. Уже на подходе к
дому они заметили группу соседок, роящихся возле Катиного подъезда. Сходству с пчелиным
роем способствовало их угрожающее гудение.
Ирина попыталась было незаметно проскочить мимо, но Катерина обязательно должна
была выяснить, что же случилось. Она громко поздоровалась, и тогда небольшая группа
распалась, и соседки воззрились на них весьма неодобрительно.
- Катерина Михайловна! - сказала рыжая крашеная тетка не первой молодости. -
Должна вам заметить, что это форменное безобразие!
- Что безобразие? - растерялась Катя.
- То, что вы устраиваете в квартире в отсутствие вашего мужа! - сурово отрубила тетка.
Катерина совершенно растерялась от такой постановки вопроса. Она стояла столбом и
хлопала глазами. Пришлось Ирине вмешаться.
- Что собственно произошло? - холодно поинтересовалась она. - Вы вообще-то кто?
- Что значит - кто? - возмутилась тетка. - Я Недужная!
- Да? - громко удивилась Катя. - А с виду не скажешь. На первый взгляд вы
выглядите вполне здоровой.
Стоявшая ближе Всех худенькая старушка фыркнула и закусила губы, чтобы не
расхохотаться, а рыжая, тетка налилась свекольным румянцем.
- Моя фамилия - Недужная! - заорала она. Мой муж - генерал Недужный...
- Простите, - прервала Ирина, - вы не могли бы покороче? А то мы спешим... Какие у
вас проблемы? Мы вас залили?
- Хотела бы я знать, каким образом это может быть? - агрессивно заговорила мадам
Недужная. Если квартира профессора Кряквина на пятом этаже, а я живу на шестом?
Ирина хотела спросить, какого черта тогда зловредная тетка скандалит и не дает им с
Катькой пройти, но благоразумие одержало верх.
- Целый день из вашей квартиры, Катерина Михайловна, раздается стук, грохот, возня,
стоны и вой! - возмущалась генеральша. - Целый день такие подозрительные звуки! Я, как
главный уполномоченный по подъезду, имею полное право знать, что у вас там происходит. И
еще хотелось бы напомнить, что муж ваш, Катерина Михайловна, в данное время в отъезде...
- А то я сама об этом не помню, - отмерла Катя.
- И еще неизвестно, как он посмотрит на то, что вы устроили в его квартире какой-то
вертеп! не моргнув глазом, продолжала генеральша. - Мы тут живем уже очень давно, наш
подъезд в доме всегда считался образцовым. И мы не потерпим, чтобы посторонние личности,
которые без году неделя...
- Слушайте, со своим мужем она сама как-нибудь разберется, без вас! - не выдержала
Ирина. Ни за что не поверю, что профессор просил вас вмешиваться в воспитание его жены!
- А зря! - припечатала генеральша и удалилась, оставив таким образом за собой
последнее слово.
- Не завидую я генералу Недужному! - вздохнула Ирина.
- Правильно делаете, - согласилась худенькая старушка, - он давно умер. А наша
генеральша все никак не может командирские замашки свои бросить. Но, действительно. Катя,
очень уж у вас шумно было весь день. Я сначала и не поняла, что происходит - воет кто-то, да
так жутко... Мы же не знали, что вы собаку завели. Ужас берет от ее воя, прямо собака
Баекервилей.
- Что вы! - возмутилась Ирина. - Яшенька кокер-спаниель, он очень милый и
деликатный песик. И такой воспитанный!
- Ну-ну, - вздохнула соседка.
Катя пробормотала извинения и ринулась вверх по лестнице. За дверью квартиры была
тишина.
- Вот видишь, - сказала Ирина, - твои соседки просто наговаривают на Яшу. А этой
генеральше я бы сказала пару ласковых, если бы не торопилась.
Они вошли в квартиру и остановились на пороге, застыв, как изваяния.
Длинный полутемный коридор выглядел так, как будто только что в нем закончилась
битва двух диких африканских племен. Жуткие маски, вырезанные из черного дерева,
тихо-мирно висящие на стенах, теперь угрожающе перекосились, одна упала и валялась на
полу. Африканские копья - ассагаи - упали со своих подставок, и одно из них умудрилось
загадочным образом проткнуть пасть чучелу крокодила. Серая обезьяна еще больше выпучила
стеклянные глаза - очевидно от страха. В довершение ко всему, пол в коридоре устилали пух
и перья какой-то неизвестной птицы.
Ирина очухалась первая - долг призывал ее спасти Яшу от когтей неизвестных
злоумышленников.
- Яшенька! - вскрикнула она.
Ответом была полная тишина, такая бывает после битвы, когда жестокие победители
добили раненых, а пленников увели с собой, чтобы съесть их в более комфортной обстановке.
- Боже мой, Катька! - вскрикнула Ирина. - Яшу наверное съели неизвестные
злоумышленники!
- Не думаю, - зловеще ответила Катя, - Яша, немедленно иди сюда!
Ирина уже устремилась в дебри квартиры.
- Это кабинет Валика! - завопила Катерина, грудью становясь на защиту территории ее
мужа. Туда даже я не захожу!
В следующей комнате были свалены какие-то тряпки, которые при ближайшем
рассмотрении оказались Катиными лоскутками..
- И это тоже сделал неизвестный злоумышленник? - подбоченившись, спросила
Катерина.
Ирина предпочла не ответить.
- Яшенька, выйди, покажись! - безуспешно взывала она. - Мы не будем ругаться...
Обыскали кухню, но обнаружили только большую лужу под столом и какие-то
подозрительные крошки, которые при ближайшем рассмотрении оказались остатками печенья.
"Собака как сквозь землю провалилась.
И когда Ирина уже совершенно отчаялась, из кабинета профессора Кряквина раздались
рычание и лай. Катя открыла дверь, и встрепанный Яша выскочил прямо на них.
- Боже мой, Яшенька, что с тобой случилось? вскричала Ирина.
- С ним ничего не случилось! - рявкнула Катерина. - Это с квартирой случился
форменный погром! Ой, а что это?
На письменном столе профессора стояло нечто, напоминающее пустую шляпную
болванку.
- Тут раньше был надет ритуальный головной убор представителя племени моей, -
нервно объяснила Катя, - куда он подевался-то?
- А как он выглядел? - Ирина опустилась на корточки и заглянула под стол.
- Там было пыльно и пусто. Подошел Яша и ласково лизнул ее в щеку теплым языком.
- Очень пышный, - добросовестно начала описывать Катерина, - много перьев и
каких-то ленточек и ниточек...
Она остановилась, потом полетела в коридор.
"Так вот откуда в коридоре пух и перья!" сообразила Ирина.
- Яшка, паршивец! - кричала Катя. - Валик меня убьет за этот убор! Он его обожает, в
кабинете на письменном столе держит! От этой собаки одни неприятности!
- Просто он нервничает в незнакомой обстановке! - заступилась Ирина за любимого
кокера. А мы тоже хороши, ушли на целый день, оставили его одного. Да там от одних этих
африканских масок можно со страху умереть! Вот он и выл от тоски.
- И убор головной растрепал тоже от тоски?
Ирина промолчала. Она пыталась вычесать из Яшиной шерсти пыль и какой-то странный
бурый порошок.
Пришлось скормить Катьке полкурицы, иначе она ни за что не соглашалась посидеть с
Яшей.
Жанна встретила Ирину уже полностью готовой к походу в ресторан. То есть это она
думала, что полностью готова. Ирина оглядела ярко-алое платье от Кензо, пышные волосы и
неизбежные серебряные погремушки в ушах и тяжело вздохнула.
- Ты нарочно? - угрожающе спросила она. Ты хочешь, чтобы весь ресторан пялился на
тебя, и Суходольский сразу же тебя узнал?
- Что же мне - парик светлый надевать что ли? возмутилась Жанна. - И платье в
цветочек?
- Ничего красного! - категорически заговорила Ирина. - Платье конечно шикарное, но
в нем только быков дразнить! Или гусей! Волосы зачесать гладко, надеть что-нибудь
скромненькое и никакого серебра!
Жанна, ворча, смазала волосы гелем и изумленно смотрела в зеркало.
- Черное ни за что не надену, буду как та девица из "Матрицы"! - возмущалась она.
В конце концов выбрали итальянский трикотажный костюм оливкового цвета, в нем
Жанна выглядела даже моложе. Время уже поджимало, Ирина дала слово, что только
переоденется и тут же спустится к Жанне. Подруга осталась ждать ее в машине.
Дома никого не было. Ирина проскочила в свою комнату и раскрыла шкаф. Собственно
выбора особенного у нее не было. Ирина была не любительница ходить по ресторанам, так что
мигом перетрясла наряды и остановилась на коротком черном платье без рукавов. Платье
сидело как влитое, Ирина причесалась, брызнула за уши духами и слегка попудрила нос. Вид в
зеркале ей понравился. И вдруг ужасно захотелось, чтобы в ресторане сейчас ждал ее любимый
человек, ждал и надеялся. А она, Ирина, чуть-чуть опоздает, но любимый мужчина не станет ее
ругать и устраивать сцену, потому что он в ней уверен, он знает, что она обязательно придет, и
это даже приятно - сидеть в дорогом ресторане, потягивать аперитив и ждать, когда придет
любимая женщина. И у них будет долгий и спокойный вечер, можно наговориться и
наглядеться друг на друга, а потом...
В это время открылась дверь, и на пороге комнаты появился ее муж собственной
персоной. Бывший муж, тут же уточнила Ирина про себя.
- Привет! - удивленно сказал он. - Ты дома?
И поскольку Ирина ничего не ответила, он продолжал более насмешливо:
- Ты же ушла из дома, стало быть, подумала, решила не валять дурака и вернулась?
Ирина сжала зубы, отметив, что вид в зеркале стал не слишком привлекательный. Она
знала, что плохо выглядит, когда злится. Настроение сразу упало. Тоже тетеха, размечталась
тут о любимом человеке, если бы не канителилась, успела бы уйти раньше мужа. Бывшего, тут
же уточнила она. Принесла же его нелегкая так не вовремя!
- Я зашла только взять кое-какие вещи, - холодно проговорила она, не ответив на
приветствие.
За время их короткого разговора муж успел приглядеться к Ирине и сообразить, что она
явно куда-то намылилась. Платье, как уже говорилось, хоть и было достаточно скромного
покроя, но соблазнительно обтягивало фигуру, глаза, выгодно подчеркнутые макияжем,
вызывающе блестели, от Ирины пряно пахло дорогими духами, которые она назло всем купила
себе в подарок на день рождения.
Андрей Снегирев осознал, что его жена - красивая женщина. Собственно, он это знал и
раньше, но как-то не придавал этому значения. Ирина была безупречной женой, это все
признавали. То есть она любила его и детей, и вся отдавалась семье. Но при этом не слонялась
по дому в замызганном халате, всегда была аккуратно одета и причесана. Они почти никогда не
ссорились, Ирина имела спокойный неконфликтный характер, всегда уступала мужу или умела
свести любой спор на шутку. Оттого, что она никогда не выпячивала свое "я", признавала его
первенство во всем, Андрей уверился, что он - самый умный и самый талантливый. Ни разу за
все года семейной жизни Ирина не дала ему повода ревновать. Он твердо знал, что она не
станет ему изменять, оттого, что слишком свято относится к семье. Так уж ее воспитали. И, сам
того не сознавая, Снегирев этим усиленно пользовался.
Любой мужчина призадумался бы, оставляя красавицу жену одну на целый год. Любой,
но не Андрей Снегирев. Он-то был уверен, что порядочность не позволит его жене завести даже
легкую необременительную интрижку.
Одним словом, Андрей Снегирев хорошо знал свою жену, но совершенно ее не ценил.
Ирина была не только красива, но и умна, причем у нее хватало такта не показывать свой ум
мужу. Муж признавал некоторые ее достоинства, но в глубине души считал женщиной
недалекой.
Его закрутила другая, новая и интересная жизнь в другой стране и другая работа, он с
головой окунулся в эту новую жизнь. Его жена не устраивала сцен и скандалов из гордости, и
он легкомысленно решил, что так будет продолжаться всегда. Его обожаемые дети были всегда
под присмотром, да не какого-то постороннего человека, а родной матери.
Но вот дети выросли, а жена вдруг объявила, что хочет развода. Снегирев не очень-то в
это поверил, он решил, что это очередные женские штучки. Хотя Ирина никогда ими не
увлекалась, но все же... Однако он все же посчитал нужным приехать, как раз и дело с
наследством двоюродного дядьки нужно было протолкнуть.
Не придал он большого значения и скандалу, и уходу жены из дома. Ну, психанула,
сбежала, вернется, куда денется.
И вот теперь, глядя на нее, он сообразил наконец, что его жена наводит красоту не просто
так, а для ждущего ее мужчины. ДРУГОГО мужчины!
- Куда это ты собралась? - грозно спросил он.
- Должна заметить, что тебя это совершенно не касается, - сообщила Ирина,
внимательно изучая себя в зеркале, - но если тебе действительно интересно, то скажу: в
ресторан. Есть очень хороший ресторан "Пастель", дорогой правда, но кухня там отменная.
- Вот как? - голос его сорвался на фальцет. А могу я поинтересоваться, с кем ты идешь
в ресторан?
Тут как раз Ирине представился удобный случай наговорить мужу турусы на колесах, что
идет она в ресторан с очень интересным и богатым мужчиной, что давно уже у них серьезные
отношения, которые подошли наконец к такому порогу, что нужно решать, как они будут
строить свою жизнь дальше. И что он, ее любимый мужчина, и позвал ее в приличный
ресторан, чтобы там, вдвоем и без помех, обсудить этот самый порог, и что вполне возможно
беседа их закончится предложением руки и сердца. Именно поэтому Ирина хочет наконец
освободиться от своего брака, который и так уже давно изжил сам себя.
Любая женщина не преминула бы воспользоваться ситуацией, чтобы повернуть разговор в
свою пользу. Любая, но не Ирина. Ей вдруг стало противно врать. Ведь нет же у нее никого.
Нет никакого любимого мужчины. Да и вообще никакого мужчины в ее жизни нет. Вот такой
вот парадокс, подумала она, глядя на свое отражение в зеркале, такая интересная женщина, и
одна, как перст, как телеграфный столб на полянке. Просто противно!
- Я иду в ресторан с Жанной, - сухо сказала она, внимательно следя, чтобы помада на
губах лежала ровно, - нам нужно обсудить кое-какие деловые вопросы...
"Так я тебе и поверил, - подумал обозленный муж, - нашла идиота. Ежу ясно, что
идешь ты, голубушка, к мужику. Ишь расфуфырилась как!"
- Нам нужно серьезно поговорить! - строго сказал он. - Я прошу тебя отложить
ресторан!
И недвусмысленно встал у двери, давая понять Ирине, что не хочет ее отпускать. Ирина
незаметно перевела взгляд на настенные часы и ужаснулась. Жанка ждет ее уже двадцать пять
минут! Они могут опоздать в ресторан к восьми часам и не увидят, совершилась ли сделка, то
есть передал ли Суходольский камею американцу или нет. Она подведет Жанну, а ведь жизнь
подруги висит на волоске!
Ирина поглядела на мужа с самой настоящей ненавистью.
- Немедленно дай пройти! - прошипела она. Иначе я за себя не ручаюсь!
Муж очень удивился, он никогда не видел Ирину такой разъяренной. Ишь как ее
разобрало, просто несется на всех парах к мужику. И это при живом-то муже!
Мистер Снегирев впал в праведное негодование. В пылу этого самого негодования он
как-то выпустил из виду все свои многочисленные интрижки с английскими студентками и
коллегами по работе.
Ирина воспользовалась его временным замешательством и проскочила в дверь. Каблучки
ее зацокали по лестнице, и муж опомнился.
В каждом мужчине сидит собственник. Снегирев был совершенно спокоен, когда оставил
жену в России, он знал, что она будет ему верна.
Теперь же, когда он убедился, что это не так, в душе у него взыграло ретивое. Как любой
ревнующий мужчина, он захотел увидеть своего счастливого соперника. Для этой цели он
осторожно прикрыл дверь, чтобы не было слышно внизу, и начал красться по лестнице.
Он успел выйти во двор, когда машина, в которой сидели Ирина и Жанна, как раз
выезжала за ворота. Увидев за рулем Жанну, он еще больше разозлился. Ни за что он не
поверит, что эти две бабы отправились в ресторан вдвоем. Значит, там на месте мужиков
подклеят! Он еще раньше Жанку терпеть не мог. От этой черномазой лахудры одни
неприятности...
- Живо за этой машиной, - сказал он подъехавшему бомбисту.
Жанна свернула в тихий переулок и остановилась перед залитым неоновым светом
входом в ресторан. На стоянке перед рестораном теснились дорогие немецкие и американские
машины, рядом с которыми скромная Жаннина "девятка" выглядела совершенной замарашкой,
напоминая Золушку после того, как дворцовые часы пробили полночь.
- Сколько можно ездить на этом ржавом ведре! - проворчала Жанна. - Я чувствую
себя нищенкой, бомжихой!
- Зато на скромной машине мы не бросаемся в глаза, не привлекаем к себе внимания...
- неуверенно возразила подруге Ирина.
- Да? - Жанна вскипела, словно эта реплика стала последней каплей, переполнившей
чашу ее терпения. -А по-моему, здесь гораздо меньше внимания привлекал бы к себе мой
"мерседес"! А ржавая "девятка" возле этого заведения выглядит белой вороной, и все только на
нее и пялятся! Больше ни за что не пойду у тебя на поводу!
- Какое странное название у этого ресторана! - проговорила Ирина, пытаясь
переменить тему.
- Что же в нем такого странного? - Жанна пожала плечами, взглянув на вывеску. -
"Пастель", самое модное местечко в городе. В последнее время вся обеспеченная публика
только сюда и ходит.
- Ну, знаешь.., звучит как-то двусмысленно... на слух воспринимается как "постель"..,
сразу возникает вопрос, чем здесь занимаются.
- Ну, Ирка, ты даешь, - Жанна расхохоталась, конечно, каждый понимает это в меру
собственной испорченности! Пастель - это вид цветного рисунка, мягкие тона называют
пастельными.., подробнее Катька тебе объяснит.
- Ты уж меня совсем неграмотной считаешь! обиделась Ирина. - Что я, по-твоему, не
знаю что такое пастель? Просто звучит двусмысленно!
- Мужика тебе надо завести, сразу перестанут мерещиться на каждом шагу
двусмысленности!
- Вы
...Закладка в соц.сетях
