Жанр: Криминал
Професия: аферист игра на интерес
...орного. Тот о
чемто спорил с аккуратным парнем в строгом костюме. Тося остановил машину
и подошел к Дворному. Они обнялись, радуясь встрече.
- Теперь это моя резиденция. Пойдем посидим, выпьем, - говорил Дворный,
указывая на "Русский чай". - Здесь ты всегда сможешь меня найти.
Мне нужно присматривать за моими детьми. - И он указал в сторону нескольких
амбалов. - Видишь, сколько забот-хлопот подвалило? А как ты?
Пойдем расскажешь.
Они долго разговаривали. Постоянно кто-то заходил, и Дворный отвлекался,
давая советы или распоряжения. Тося вспомнил о "КАМАЗе" и сказал:
- Знаю место, где стоит нулевой "КАМАЗ" с "АЛКой". Можно его угнать и
продать. Если желаешь, можешь принять участие.
- Кто в доле? - спросил Дворный.
- Я да ты. Еще немного нужно будет уплатить одному пацану. Он поставит
"КАМАЗ" на ход.
- Ты же говоришь, новый?
- Да. Но звери, уезжая, сняли аккумуляторы и так хитро заблокировали
тормоза в машине, что ее не сдвинешь с места.
- Давай съездим, глянем. Тогда и поговорим.
После того как они посмотрели огромную машину, Дворный послал одного
из своих "мальчиков" разузнать, кто охраняет "КАМАЗ". Выяснилось, что
охрана доверена двум алкоголикам.
- Почему ты предлагаешь мне эту работу? - спросил Дворный, недоверчиво
глядя на Тосю. - Ты мог бы взять пятерых ребят, и они тебе все бы
сделали и не за долю, за какие-нибудь десять - пятнадцать тысяч.
- Здесь деньги не главное, - ответил Тося. - Главное, что мне хочется
сделать любую работу вместе с тобой. На данный момент я другой не знаю.
И потому предложил эту.
- Хорошо, - сказал Дворный. - Я согласен. Когда начнем?
- Сегодня вечером привезу специалиста. Он будет работать до утра и
скажет, когда можно будет забирать "КАМАЗ". Каждый из нас, - продолжил
Тося, - может взять в дело столько людей, сколько посчитает нужным. Но
оплачивать их работу будет из своей доли.
Мотыль с Сашей Колхозником договорились с малознакомым грузотаксистом
оттарабанить "КАМАЗ" с "АЛКой", который "ремонтировался" на Дальних
Мельницах. Грузотаксист имел "СуперМАЗ". Когда он услышал, что за то,
чтобы отбуксировать "КАМАЗ" с "АЛКой", ему предлагают пять тысяч, не задумываясь,
согласился.
В назначенное время все собрались на месте. "СуперМАЗ" задом подъехал
к "КАМАЗу", на котором была надета жесткая сцепка. Водитель "СуперМАЗа"
спустился из своей высокой кабины и пошел осмотреть то, что ему предстояло
везти. В двух метрах от себя, справа, он увидел Глаза, который загонял
патрон в патронник обреза. Водитель сделал вид, что не обращает внимания,
и продолжил свой путь. Тут он услышал звон разбитого стекла. Это
Молдаван разбил ветровичок. Кабина была открыта, и за руль пустили специалиста.
Водитель "СуперМАЗа" увидел Дверного и еще нескольких вооруженных
людей.
- Мы что, воруем эту машину? - обратился он к стоявшему рядом Колхознику.
Тося отодвинул Колхозника в сторону и подошел к водителю.
- Да, дружок. Мы воруем эту машину. И вот тебе десять тысяч. - Он
протянул шоферу пачку денег.
Тот машинально, судорожно схватил деньги.
- И помни, - продолжал Тося. - Это твоя доля. Теперь ты - наш соучастник.
Водителя начало лихорадить. Он не произнес больше ни одного слова.
Было десять часов вечера. Жители близлежащих домов, заметив движение
вокруг машины, сразу выключили свет и закрыли ставни. Сквозь щели пытались
что-то рассмотреть.
Два огромных черных силуэта на фоне нескольких перепуганных домиков -
вот все, что мог увидеть прохожий. Но прохожий там не ходит. Это редкость
в этом районе. Особенно в такое время.
"СуперМАЗ" с ревом, медленно потянул прицеп. Три легковые машины принимали
участие в похищении. Две из них "вели" украденный "КАМАЗ". В головной
находились Тося с Дворным. Третья машина на большой скорости проезжала
вперед и возвращалась, внимательно просматривая дорогу. Так они
проехали полгорода. Затем снова свернули в лабиринт улиц.
Открылись огромные ворота, и появилось много ребят, которые помогли
разместиться "КАМАЗу". Тося с Дворным зашли вдвоем в кабинет директора
предприятия. Директором была невысокая женщина с испугом в глазах. Она
сидела в кресле за столом, а по бокам стояли двое крепких парней.
- Я смогу заплатить только триста пятьдесят тысяч, - сказала женщина,
Кигда Тося и Дворный уселись за стол. - А остальные сто пятьдесят будут
не раньше чем через неделю.
- Так не пойдет, - возразил Тося. - Нам нужны все сегодня. А иначе мы
оставим какую-то часть пригнанного сооружения, а остальное привезем,
когда появятся деньги.
- Миша, - обратилась женщина к Дворному, - у меня правда больше нету
ни копейки. Хотите - возьмите товаром.
- Какой товар? - спросил Дворный.
- Видео-, аудиокассеты, - начала перечислять та, - все японского производства,
голландские мохеровые шарфы...
- Ладно, ладно, - перебил ее Тося. - По какой цене? - И тут же добавил:
- Сговоримся.
- Отличный мы с тобой сделали удар, - сказал Дворный дома у Тоси.
Он помогал разбирать вещи, внесенные в квартиру. Тося сортировал видеокассеты,
икру и шарфы.
- Дворный, - сказал Тося, - тебе дорога эта женщина? Та, что только
что выплатила нам деньги?
- Да что ты, Тося! Она просто председатель кооператива, и я несколько
раз выступал в роли ее "крыши". И не больше.
- Тогда вот что я тебе скажу. Если вдруг решу, что этому "КАМАЗу" не
место на ее площадке, и заберу его, тебя это никак волновать не станет?
- Ну конечно, Тося. Делай с ним что захочешь и что сумеешь. Конечно,
мне бы хотелось, чтобы делал ты это со мной.
- Да я еще ничего и не собираюсь делать. Что, спросить нельзя?
Вечером Тося лежал на диване, заложив руки за голову. Большой мохнатый
пес потягивался на ковре у дивана. Видеомагнитофон был включен. Телевизор
показывал изумительный ялтинский пляж, где Тося сидит в шезлонге.
К нему прижимается интересная блондинка. Рядом - скрипач в сером
костюме виртуозно работает смычком. Седовласый музыкант танцует со своим
саксофоном. Играет гитара. На этом оазисе пляжа царит веселье.
Но Тося не видел, что показывает телевизор. У него в голове было другое.
Он вспоминал, что к самым воротам "КАМАЗ" подвозили путаными улочками
и из всех, кто принимал участие в этой операции, лишь он и Дворный
знают место, где находится "КАМАЗ". "Пока они перевертят, перекрутят,
перебьют номера, - рассуждал Тося, - пройдет неделя, другая. И за это
время не мешало бы куда-то пристроить этот "КАМАЗ".
Через пару дней он поехал к Осмысленному на Дальние Мельницы, не имея
конкретного плана в голове. Стучась в железные ворота большого забора,
он вспомнил его имя.
- Привет, Саша! - сказал он, когда увидел у открывшейся калитки
большого, недовольного Сашу.
- Ловко ты нас тогда провел! - ответил тот, впуская гостя во двор. -
До сих пор вспоминаю. Вроде бы и отыгрался я тогда. А на самом-то деле
тысяча ушла.
- Да ладно тебе, Саня. Я тоже думал о нашем знакомстве и хочу сказать,
что, по-моему, ты неплохой парень. А деньги - это ерунда. Должны
же были мы с чего-то начинать нашу дружбу.
Тося достал портмоне и, отсчитав, протянул Саше две тысячи.
- Вот этим подкрепляю каждое свое слово.
Саша взял деньги и невнятно пробормотал слова благодарности, после
чего пригласил Тосю в дом.
Там он увидел уже знакомые лица ночных приятелей. Осмысленный указал
гостям на дверь, и они с Тосей остались вдвоем. Саша сварил чифир и
предложил Тосе. Тот не стал отказываться и не выказал удивления. Он взял
в руки горячую железную кружку и, с наслаждением отхлебнув несколько
глотков, протянул Саше.
Так они сидели и передавали кружку из рук в руки. Тут Саша недоверчиво
посмотрел на Тосю и сказал:
- А ты знаешь, тот "КАМАЗ" угнали.
- Какой "КАМАЗ"? - не понял Тося.
- Да тот, которым ты интересовался.
- Что-то припоминаю. Большой, грязный и старый. Кому он мог быть нужен?
- удивился Тося.
Саша изучающе посмотрел на него. Потом сказал:
- Теперь грузины платят сто тысяч тому, кто поможет отыскать их машину.
- Сто тысяч? - продолжал удивляться Тося. - Да за сто тысяч я его под
землей найду. А как же с ними можно обговорить условия, чтобы не надурили?
- Я смогу это устроить, - проговорил Саша.
Тося оживился:
- Звери наверняка дали заяву, и поэтому с ними встретиться - это попасть
на объектив к мусорам. Поэтому узнай для меня телефон, по которому
я смог бы позвонить. И знай, если получится, что я здесь наживу какие-то
деньги, о тебе буду помнить в первую очередь.
Осмысленный отдал какие-то распоряжения, крикнув кому-то через забор,
и через несколько минут Тося получил нужные телефоны. Оказалось, что
грузины абонировали номер в гостинице "Черное море".
Тося оставил Сашу наедине с его мыслями и друзьями.
Проезжая мимо "Русского чая", он заглянул к Дворному. Того не оказалось
в резиденции. Вместо него он встретил там Колхозника и Мотыля. Колхозник
крутил в руке коробочку апельсинового цвета. Тося обратил на нее
внимание.
- Ты знаешь, - обратился Мотыль к Тосе, - в той большой "АЛКе", что
мы пригнали, зимой может быть тепло, а летом - холодно? У меня есть паспорт
от нее. А у Колхозника - коробочка с какой-то запасной деталью.
Тося взял паспорт и коробочку.
- Пусть побудет у меня, - сказал он. - Паспорт ведь не на русском
языке. Попозже разберусь и расскажу вам. Передавайте Дворному привет. А
я поеду: нет времени ждать.
Он приехал на железнодорожный вокзал и оттуда позвонил грузинам. Когда
ему ответили, он сказал:
- Четыре дня назад у вас пропал "КАМАЗ". Если вы хотите получить его
обратно, вам следует выполнить мои условия.
- А как мы узнаем, что это действительно наш "КАМАЗ" и что вы нас не
обманываете?
- Брось пудрить мне мозги, умник, - сказал Тося. - Ты думаешь, я не
знаю, что на этом телефоне висит "ухо"? Позвоню через полчаса, и ты мне
скажешь, по какому телефону мы сможем с тобой поговорить вдвоем. И если
ты попытаешься меня обмануть, наша связь сразу прекратится. И ты снова
сутками будешь сидеть на телефоне рядом с двумя мусорами и кучей аппаратуры.
А сейчас спустись на первый этаж. Там, возле одного из кресел,
стоит большое дерево. Фикус называется. Сядь в кресло и засунь под фикус
руку. Там ты найдешь то, что подтвердит мое отношение к твоему "КАМАЗу".
- И Тося положил трубку.
Через полчаса, когда он с автовокзала набрал этот же телефон, уже
знакомый ему голос с сильным акцентом назвал новые цифры телефона и добавил:
- Через пятнадцать минут.
Тося подъехал к ЦУМу и там набрал новые цифры. Когда ответил все тот
же голос, он сказал:
- За "КАМАЗ" и "АЛКу" хочу сто пятьдесят тысяч.
Грузин стал просить отдать "КАМАЗ" за сто. В результате сторговались
за сто тридцать.
- А теперь самое главное, - сказал Тося. - Это вопрос обмена. Вы уплатите
сто тысяч, и я выгоняю "КАМАЗ" на какой-нибудь пустырь. Затем
звоню и говорю, откуда его забрать. Тогда вы доплачиваете еще тридцать.
- Нет, - сказал грузин, - деньги против "КАМАЗа".
- На вашем месте я бы поостерегся подобной категоричности, - заявил
Тося. - Если мы прервем наши отношения, я тут же отыщу покупателя за четыреста
тысяч. И давно бы сделал это. Но тогда потеряется смысл, ради
чего его похищал. И все это превратится в элементарное воровство. А я
очень этого не хочу, так как Коран не позволяет. Но, клянусь Аллахом,
сделаю это, если ты будешь продолжать свое упрямство.
- Слюшай, ара; не надо нервничать, - сказал грузин. - Я вижу, ты
серьезный человек. Я понимаю твои опасения. Но и ты меня должен понять.
- Или так, или вообще никак, - сказал Тося. - "КАМАЗ" против денег
ставить не буду. Когда ты увидишь "КАМАЗ", зачем тебе платить? Он и так
твой. И вместо денег увижу мусорские стволы автоматов.
- Хараше, - сказал грузин. - Половина сейчас, половина - потом.
- Нет, - отрезал Тося. - Только так, как я сказал. И учти: если
что-нибудь случится с моим человеком, который будет нести деньги, тут же
оболью твою машину бензином и подпалю.
Тося, хотя и был уверен, что грузины принесут деньги без милиции, решил
все же не рисковать. На улице Братьев Ачкановых он подобрал молоденькую
проститутку, стоявшую у обочины дороги. Они вместе вышли из машины,
которую он загнал во двор дома у парка Горького, и не спеша направились
к указанному месту.
По дороге Тося сказал своей спутнице:
- Иди к кинотеатру вот по этой аллейке. В конце развернись и медленно
начинай прогуливаться взадвперед. Но далеко не отходи. Как только увидишь
грузина с газетным пакетом в руке, пройди мимо него и спроси, не
нужна ли ему девочка. Он скажет, что не нужна. Тогда снова иди к кинотеатру.
А когда он скроется из виду, возьмешь в урне между первой и второй
скамеечкой тот газетный пакет, который он оставит там. Принесешь мне. Я
за это заплачу тебе за четыре дня твоей работы. Причем в максимальном
ритме.
- А если он мне скажет, что ему нужна девочка? Что мне, идти с ним?
- Он так не скажет. Ну а если скажет, договорись с ним через час,
объяснив тем, что ожидаешь мужа.
Та рассмеялась:
- А что там будет, в том пакете?
- Там будет диссертация, которую мне написали за большие деньги. А
сейчас не хочу, чтобы они видели мое лицо, так как опасаюсь шантажа.
Девушка смерила Тосю оценивающим взглядом.
- А где ты будешь в это время?
- Буду тебя ждать в машине, там, где мы ее оставили.
Когда девушка ушла, Тося развернулся и пошел к машине. Он перегнал ее
на платную стоянку, где удобно расположился, и в подзорную трубу стал
наблюдать за происходящим в парке. Он видел, как грузин прогнал девушку,
что-то крича и размахивая руками. Затем, озираясь по сторонам, положил
газетный сверток в урну, оборвал несколько веток с растущего рядом куста
и прикрыл сверху. Постоял некоторое время и пошел, оглядываясь и останавливаясь.
Увидев, что грузин уселся в машину, где его ждали двое, Тося завел
мотор. Девушка подошла к урне, извлекла пакет и быстро пошла в сторону
нужного двора. Тося включил передачу и поехал.
Когда девушка переходила через дорогу, остановился возле нее и открыл
дверь:
- Быстро в машину! Она уселась, и он рванул с места.
Тося отвез девушку на прежнее место и щедро ей заплатил.
"И все же, что же придумать с "КАМАЗОМ"? - думал он. - Он по-прежнему
стоит у этой бабы".
Пересчитывая деньги, отметил: "Не дешево ли я продал коробочку с деталью
и паспорт?"
Однажды в разговоре с Геной Узбеком Тося узнал, что тот занялся грузоперевозками.
Для этого он приобретает свой автомобильный парк и нуждается
в тяжелых машинах.
- Гена, - обратился Тося к Узбеку, - хочешь купить в свой парк новый
"КАМАЗ" с "АЛКой"? Правда, он в розыске. Но думаю, тебя это не испугает.
- И за сколько? - поинтересовался Гена.
- Дешевле взгляда продавщицы, - улыбнулся Тося. - За сто тысяч, если
для тебя.
- За сто тысяч я забираю его в эту же секунду.
- Только у меня Дворный в доле. Ему нужно сообщить, - добавил Тося.
Они вместе с Узбеком отправились к Дворному, который очень обрадовался,
что Тося вспомнил о нем.
- А как же мы его заберем? - спросил Дворный.
- Нужно связаться с Ректором и заказать у него необходимые документы,
- сказал Тося.
- Точно.
Дворный набрал телефон Ректора.
Один день потребовалось тому, чтобы подготовить нужные бумаги. Затем
выбрали четверых представительных парней, провели их через парикмахерскую
и запустили в гости к директорше кооператива.
- Будьте добры, документы вот на эту машину, - сказал Мотыль перепуганной
директорше. - Стало быть, нет документов? - продолжал он. - А вообще
каким образом на территорию вашего предприятия попала краденая машина?
Вася, созывай понятых, - обратился он к одному из сопровождающих.
К нему подошел секретарь бледной директорши.
- Не нужно поднимать шум, - сказал он. - Все вопросы можно решить за
столом.
Они уселись за стол, и Мотыль положил на него свежеизготовленные документы...
В конце концов Узбек уселся за руль "КАМАЗа". Мотыль умудрился у директорши
получить еще сорок тысяч, и они уехали.
По дороге Тося сказал Дворному:
- А ведь так можно запросто кидать этих кооператоров. Берем у Узбека
"КАМАЗ" или "МАЗ" и продаем по полцены как ворованный. А затем приезжает
Узбек и забирает свою машину. А кто виноват? Только тот, кто купил. Это
он не смог, не успел перебить номера и сохранить в тайне.
- Да, - согласился Дворный.
Но никто из них никогда подобной работой больше не занимался.
ИГРУН
Прикуп уже собрался повернуть во двор, когда увидел Сяву, который
закрывал машину.
- Что же занесло тебя в наши края? - подойдя к другу, спросил Тося.
- Хочу зайти к Игруну. Посмотреть, что он прикупил. Будет твоим соседом,
Тося, слыхал?
- Только что впервые услышал. Что ж, зайдем к Витьку. Глянем, как он
разместился.
Друзья направились к подъезду, у которого грузчики стаскивали с машины
здоровенный шкаф. Они прошли мимо усердно старающихся рабочих и поднялись
на четвертый этаж. Вошли в приоткрытую дверь и очутились в
большой пустой комнате. У стены стоял стол, уставленный шампанским, между
которым рассыпались баночки с красной икрой. Из-за закрытой двери
неслась музыка и раздавался приглушенный стон.
- Похоже, мы попали по нужному адресу, - сказал Сява, подходя к столу.
Друзья уселись и принялись откупоривать шампанское, когда дверь в
спальню отворилась и вышел невысокого роста, крепкий лысоватый парень в
одних плавках. Подошел к столу. Взял бутылку с шампанским и баночку с
крабами. В этот момент в дверях появились шестеро грузчиков с лямками
через плечо и громадным шкафом. Взмыленный грузчик спросил парня в плавках.
Твердо стоя посреди комнаты, тот смотрел на них сверху вниз, держа
шампанское и крабы с уверенностью лорда в смокинге.
- Хозяин, куда ставить?
- Ребята, ставьте по периметру, - ответил тот вполголоса, без интонации,
что вызвало еще больший шок у рабочих.
Они продолжали держать шкаф, пытаясь понять, какое место в этой
большой комнате называется таким знакомым словом. И только громкий смех
Тоси заставил улыбнуться непроницаемого Игруна. Рабочие поставили шкаф и
облегченно вздохнули, поняв шутку.
Тося был давно знаком с Игруном. Их связывала одна совместная работа,
где Витя проявил себя верным другом: он бросился на нож, закрывая Тосю.
В конце концов нападавшего потерпевшего угомонили, но Витя при этом получил
тяжелое ранение.
Когда у Тоси спрашивали, чем занимается Витя, он отвечал: "Добрый вэчир
ваший хати!" - подразумевая квартирные кражи.
В этот вечер друзья долго обменивались новостями. Уже давно ушел Сява,
когда было решено отправиться "на гастроли".
Тося позвонил Виоле, и она присоединилась к ним. Две недели они
разъезжали, меняя город за городом. В каждом успешно потрошили кошельки
спекулянтов, а иногда и случайных людей, увлекшихся легкой наживой.
Поздно вечером они въехали в город. В поисках "Интуриста" подъехали к
гостинице "Кировоград", которая в эквиваленте к звездочным отелям с трудом
могла дотянуть до трех звездочек. Незадолго до того, как отель появился
в поле их видимости, Витя начал жаловаться на боль в горле, которая
усиливалась с каждой минутой. Тося успокаивал товарища, сказав, что
в отеле должен быть врач, несмотря на позднее время.
Тося с Виолой взяли двухместный люкс, а Витя разместился в одноместном
номере на этом же этаже. После того как Тося поставил машину на стоянку
и друзья устроились в номерах, Витя сказал, что чувствует себя все
хуже и хуже и с трудом может дышать и говорить. Но Тося считал, что Витя
преувеличивает ситуацию.
- Знаешь, дружок, мне кажется, что тебя просто продуло в машине и ты
схватил ангину.
Но Витя лег в кресло и приготовился умирать.
- Виола, попытайся найти врача. А если нет, попроси портье вызвать
"скорую".
Виола нехотя пошла к лифту. Не прошло и пяти минут, как в номер следом
за Виолой влетели двое в белых халатах.
- Кто больной? - спросил врач и, не дождавшись ответа, ринулся к лежавшему
в кресле Вите. - Та-ак, что там у вас? Откройте рот.
Он взял больного за шею двумя руками и повернул голову к свету. Витя
немного приоткрыл рот, так, что интересующийся не смог рассмотреть даже
третьей части его языка.
- Откройте рот шире!
Но на Витином лице не дрогнул ни один мускул.
- Что вы, молодой человек, как бабушка, не получившая субсидий? Я понимаю,
что больно, и прошу вас не кричать глашатаем. Я только прошу превозмочь
боль на время и открыть рот так широко...
- Как это делает потерпевший, - добавил Тося.
Внимательно осмотрев Витю, врач установил, что это ангина. Посоветовал
теплое питье и держать в тепле ноги. После чего удалился.
- Как тебе удалось так быстро вызвать "скорую"? - спросил Тося, когда
за медиками закрылась дверь.
- Портье мне объяснил, что в гостинице врача в это время не бывает.
Тогда я попросила его вызвать неотложку. Он набрал номер и протянул мне
трубку. В ней звучал безразличный, сонный голос диспетчера, который стал
задавать мне какие-то нелепые вопросы о температуре, возрасте и так далее.
Тогда я сказала, что как врач считаю, что у больного подозрение на
дифтерию. После этого сообщения в трубке бодро произнесли: "Ждите", и
связь прервалась.
- Ты сообразительная девочка. Сознайся, ты ведь с самого начала знала,
что у него ангина.
- Ну, конечно, знала. Витя, я попросила дежурную принести тебе чай,
по возможности с малиной. Но подаст это она в твой номер.
Тося не в первый раз задумывался над разногранностью характера Игруна,
который в экстремальных ситуациях мог проявлять себя смелым, решительным,
готовым совершить поступок ценою в жизнь. Сейчас он выглядел
ребенком, нуждающимся в заботе и опеке.
Пару дней лил дождь, и друзья проводили время в отеле. Там они познакомились
с завсегдатаями. Ими оказались армяне, проживающие в городе, а
также два армянина из Риги. Между армянами постоянно возникали какие-то
конфликты, которые разрешались путем криков и отчаянной жестикуляции.
Рижские армяне в разговоре с Тосей кляли свою нацию.
- Мне стыдно сознаваться, что я армянин, - говорил один из них. - И
это из-за таких уродов, ты же видел.
На третий день Тося с Виолой решили совершить прогулку по городу. Витю
оставили в номере, так как он был еще не совсем здоров. Беря во внимание
его паникерский характер, решили дать ему вылежаться в постели по
полной программе врача.
Целый день влюбленные ходили по ресторанам и барам, посетили сауну. В
отель возвратились поздно вечером. В холле их окликнул портье. От него
Тося узнал, что у Вити была "скорая". Они хотели увезти его в больницу,
но Игрун наотрез отказался, при давлении девяносто на шестьдесят.
- И вообще они считают, что у него желудочное кровотечение. Но я вам
скажу, между нами, его отравили армяне. - На этом портье закончил знакомить
Тосю с событиями, происшедшими в его отсутствие.
Зайдя к Вите, Тося нашел своего товарища бледным и осунувшимся. Когда
тот начал говорить, от него повеяло смертью. Прикуп задавал вопросы, в
результате которых выяснилось, что после обеда зашел рижанин и предложил
выпить чаю. Когда в номере не нашлось второго стакана, пошел за своим.
Все деньги и ценные вещи находились у Тоси. Так как Игрун болел и никуда
не выходил, он сам попросил друга забрать его деньги. Они могли
пригодиться для дела. В номере у Вити было лишь несколько рубашек, нижнее
белье, брюки и плитка шоколада, ее он купил в подарок девушке, с которой
уже успел познакомиться. В карманчике сумки также лежало пять долларов.
Тося заглянул в шкаф. Сумки в нем не оказалось.
На следующий день Прикуп, вспомнив сцену в кабаке, отправился к армянину,
который конфликтовал в тот вечер с рижанами. Его несложно было
найти, так как компания собиралась все в том же месте.
Прикуп рассказал армянину, что из всех, с кем довелось встретиться за
последний месяц, он именно тот, кто нужен. Затем Тося расхвалил его деловые
качества, цепкость ума. Наконец объяснил, что располагает грандиозной
работой. Нужны верные, умные люди. Если они поладят, Тося возьмет
его на эту работу, которая сулит от четырех до шести тысяч долларов в
месяц.
Армянин лез из кожи вон, чтобы понравиться еще больше Тосе. И когда
речь зашла о вчерашней попытке отравления Вити, он рассказал, что рижанин
подсыпал Вите в чай клофелин. Затем прибежал к нему и переживал, что
переборщил и тот может умереть. "Я налил себе немного клафа и выпил. Если
тот воткнет, в моей крови тоже обнаружат. Тогда станет ясно, что хотели
травануть нас обоих".
Поблагодарив армянина и заверив, что скоро обговорят детали дела, Тося
расстался с ним.
Прикуп вспомнил, как в Дагомысе в ресторане "Сатурн" сидел за богатым
яствами и выпивкой столом с одной обворожительной красоты блондинкой,
которая оказалась итальянкой. Они замечательно провели день. А это был
прощальный ужин, так как итальянка была с мужем в этом отеле. Тот проявлял
нервозность, и дальнейшие отношения между ними становились невозможными.
Тося всегда вспоминал с досадой об этой разлуке...
В тот вечер он много пил. Шампанское так и постреливало на Тосином
столе. Говорили мало. Их руки нежно ощупывали друг друга.
Он почти стянул с нее платье, которое кое-как удерживалось, собравшись
вокруг талии и на локте левой руки.
Обезумевшие любовники не обращали внимания на собравшихся, которые,
сначала украдкой, а затем открыто, наблюдали за ними. Они ласкали и целовали
друг друга.
В зале появился муж, который к этому времени успел обойти все возможные
места ее пребывания в огромном гостиничном комплексе. Он подошел к
столу с грозным видом и, взяв жену за руку чуть выше кисти, поднял с
кресла, поправил платье и повел к выходу. Тося последовал за ними.
У дверей лифта и в самом лифте, где они поднимались втроем, Тося пытался
убедить взбешенного итальянца, что он очень любит его жену и желает
еще некоторое врем
...Поділитися у соцмережах
