Жанр: Криминал
Наркобизнес в России
...ояние
человека. Значит, наркоман получает изменение психического состояния
наркотиком. Вот и получается, что государство заинтересовано сбывать эти
наркотики, но легально, под названием тазепам, мезипам. Да, конечно, есть в
государстве люди, которые заинтересованы сбывать такие препараты - это
фармацевтические концерны. Да и не только в нашем государстве, причем это
очень прибыльный бизнес, и здесь идет война очень серьезная.
М. Ш. Вы думаете, это проблема только России или всего мира?
В. И. Всего мира. Но во всем мире очухались. На сегодняшний день в США
вопросами помощи больным наркоманией занимаются примерно полмиллиона
общественных организаций, которые финансируют не медицинские программы, а
реабилитационные центры, исключающие применение лекарств и дающие гораздо
больший эффект.
М. Ш. Неужели в законе нет ничего позитивного, что способствовало бы
лечению от наркомании?
В. И. Закон и смешон, и преступен. По-моему, он увеличит вал наркотиков
не для медицинских целей. Вот послушайте. На первых его страницах сказано,
что государство выступает монополистом во всех видах деятельности с
наркотиками. Хорошо, согласен: речь идет о производстве, транспорте и сбыте
наркотиков. Но на 11-й странице вы вдруг читаете, что лицензию на операции с
наркотиками может приобрести юридическое лицо и что представитель
юридического лица для получения лицензии не должен состоять на учете в
наркодиспансере и обязан иметь фармацевта с высшим образованием в фирме.
Смешно - не то наркобизнесменам очень трудно это сделать! И еще нужна
лицензия на производство, транспорт и сбыт наркотиков. При чем тут хотя бы
транспорт? Для этого надо ответить еще на один вопрос, с которым я хотел бы
обратиться к министру здравоохранения: сколько российскому государству
необходимо наркотиков? Я лично, пожалуй, ответил бы так. Советскому Союзу на
год было достаточно килограмма сухого морфия, а это миллиард ампул.
Он распределялся по клиникам, по онкологическим центрам. Мы же знаем, кто
нуждается в наркотиках, раковые больные составляли 90%. Где применяется
морфий? При болевом шоке, почечных коликах, т, е, в единичных случаях.
Поэтому посмотрели, сколько больных, сколько надо, и получили нужное
количество. В таком случае хочется спросить законодателя: о каком транспорте
идет речь? Вы что, молоко, хлеб развозите? Транспортные компании организуют,
лицензию берут на транспорт наркотиков. Это ж как называется? Килограмм
наркотика производится в течение двух недель. Раньше с этим справлялись
Одесский и Чимкентский заводы. Произвели - и закройте завод.
Грубо говоря, юридическое лицо - это палатки, которые будут
функционировать под прикрытием так называемого афганского или чернобыльского
фондов, а значит, немудрено, что и криминальных структур. Да мы уже с вами
это проходили. Вспомните тарпищевский и федоровский спортивный фонд, который
торговал водкой и сигаретами. Так здесь будет то же самое: законодательное
обеспечение позволит взять лицензии. Вы понимаете, что это такое?
А всего-то на год медицинской промышленности нужен килограмм морфия.
Большинство депутатов, которые голосовали за этот закон, не знают об
этом. Те же, кто закон готовит, знают. Почему так ловко все получается?
Обратите внимание, что закон-то об обороте наркотических и психотропных
средств. Вот о психотропных средствах можно говорить в тоннах. Пока реальной
возможности отказаться от них нет, и они действительно перевозятся тоннами.
Но психотропные препараты, транквилизаторы, не являются предметом черного
нелегального наркобизнеса. Да, они могут вызвать пристрастие, иногда даже
зависимость, но это не наркомания...
М. Ш. То есть наркотические средства и психотропные вещества - разные
вещи, а значит, может быть, нужно два закона?
В. И. Я и говорю им, отделите эти вещи. Закон нужен один. О наркотиках. А
все остальное регулируется с помощью других нормативных актов.
Есть в этом законе еще один любопытный момент. Собственно, для чего он
создавался? Не ради же того, чтобы люди убивали своих детей, губили свой
разум. Нет. В нем написано, что для контроля легального оборота наркотиков
создается государственное учреждение. Еще одно. Но у нас же есть МВД,
прокуратура, ФСБ, таможенный комитет, ФПС... К чему еще одна организация?
Причем финансироваться это государственное учреждение должно из бюджета и
внебюджетного фонда. Но каким образом госучреждение может финансироваться из
внебюджетного фонда? Зачем? А затем, что этот внебюджетный фонд, в свою
очередь, будет финансироваться из денег, изъятых из наркобизнеса. Теперь мне
все понятно! Во всяком случае, мне все понятно. Кому-то, может быть, нет.
Создан треугольник для отмывания денег. Как? - спросите вы. Это может
быть сюжетом детективного романа или фильма.
М. Ш. Приведите пример.
В. И. О том, что мы не ценим денег, а ценим дружбу, вы, наверное, знаете.
Вначале меня заинтересовал вопрос: почему создание внебюджетного фонда
должно фигурировать в законе о наркотиках? Что такое? Например, я хочу
создать благотворительный внебюджетный фонд. Обращаюсь в Минюст,
регистрируюсь. Главой фонда я назначу своего приятеля, который хорошо меня
понимает. А сам я непосредственно наркосбытчик. Вот у меня завалялась тонна
героина, которую мне надо продать. Я нахожу покупателя, назначаю место
встречи, он везет мне миллиард долларов. И я даю информатору известие в ФСБ,
что готовится такая-то операция по продаже. Прилетают и арестовывают. И
тонну героина, и миллиард долларов. Я пожертвую даже людьми, которых
арестуют, и все будет выглядеть очень правдоподобно. Куда пойдет этот
миллиард долларов? Во внебюджетный фонд. А я из фонда переправлю эти деньги
на борьбу с наркобизнесом, где сидит мой приятель или брат. И он вернет мне
эти деньги на борьбу с наркоманией. И дело сделано, деньги отмыты. В чем
дело? Почему, собственно, это нужно?
Да потому что беда наркобизнеса в том, что люди все-таки не научились
ставить преграды для отмыва денег. На Западе это учитывают. Черные деньги
надо запустить на банковские каналы, и их никто никогда не проследит после
этого. И вот создается такой механизм. Когда очнутся, как я говорю шутя, как
с чеченскими авизо, поезд уже уйдет, и очень далеко.
М. Ш. И все-таки какой нужен федеральный закон о легальном обороте
наркотических средств и психотропных веществ?
В. И. Я бы многое там перечеркнул. И как гражданин России и отец своих
детей, я написал бы единственную строку: гражданин России обеспечивается
конституционным правом на защиту от распространения наркомании. И
расшифровку этой позиции, и все.
М. Ш. Что это, по-вашему, означает?
В. И. Этот прецедент нам известен. Существует уголовная ответственность
за заражение сифилисом, СПИДом? Да. Если ваш ребенок затащил моего ребенка в
ночлежку и упорол его наркотиками, я прямо подаю иск на вас и требую
материальной компенсации, а еще в больших размерах-морального ущерба на
основе Конституции. И пусть только судья не примет к рассмотрению.
Или такой пример. Скажем, напротив моей квартиры сосед продает наркотики.
А у меня дети, я не хочу, чтобы на их глазах это происходило. Пишу
начальнику отделения, даю ему эту информацию. Второй экземпляр заявления
оставляю себе. Через месяц он мне должен ответить, но этого, конечно, не
происходит. Тогда к этой копии заявления прилагаю мое заявление в суд и
подаю на начальника отделения судебный иск за нанесенный мне моральный
ущерб, миллионов так на 150. Суд подтвердит моральный ущерб. Расплатится так
один раз и уже разберется со своим коррумпированным или некоррумпированным
участковым в две секунды. Так порядок будет наведен в России за неделю.
Если на сигналы о том, что в притонах продаются наркотики, милиция не
реагирует, то, конечно, значит, повязана с этими дельцами. А как их взять?
Взять - значит доказать. А попробуйте доказать. Поймайте участкового, когда
он правой рукой берет деньги, а левой - возвращает наркотики. Да никогда вы
его не поймаете. И не надо ловить. Этим должны заниматься те, кто на наши
деньги обеспечивают нашу безопасность. И это должно быть в конституционном
законе: право российского гражданина на защиту от наркомании. Мы можем их
заставить это сделать.
М. Ш. Вы пришли к этому сами или это мировой опыт борьбы с наркобизнесом?
В. И. Нет. К этому я пришел сам. Все это для меня вещи обыденные и
очевидные. Я в этой области работаю около 30 лет.
М. Ш. Как вы пришли к созданию реабилитационного центра "Нарконон"?
В. И. Повлиял Хаббард, человек, который не только в прикладной философии,
но и в области наркологии сделал принципиально новое и очень важное
открытие. Узнав его суть, люди очень быстро убеждались, что наркомания не
тяжелый недуг, а она излечима.
Как излечима? Когда человек бросил употреблять наркотики, когда он уже
перешел ломку, поправился, иными словами, он все-таки говорит, что в голове
какая-то пленка, мир черный вокруг: я думать ни о чем не могу, я
автоматически действую, не могу удержаться от этого. Что это такое?
Все очень просто. Я тоже искал философский камень в свое время, думал,
найдем, изобретем лекарство, которое может преодолеть эту психологическую
зависимость. Но это невозможно, потому что выход в другой плоскости.
Выяснилось, что все наркотики растворяются в жирах. И большинство не
растворяется в воде. Попадая в организм, они депонируются в жирах, а 85%
вещества мозга - это жир, и наркотик идет туда. Мозг очень плохо снабжен
капиллярной системой на уровне клеток, и наркотик так и остается там.
Конечно, наркотик влияет и на скорость импульсов. Подробностей, думаю, не
надо.
Засев в мозгах, наркотик диктует им свою волю. Как же выводить его? Через
какое сито? В мире на сегодняшний день известен один способ - метод
Хаббарда, метод очистки организма от токсинов. Есть масса способов вывода
других токсинов - трансфузия, гемосорбция, просто замена крови. Вот
наркотики не выводятся известными способами, так же как радиоактивные
нуклеактиды.
Метод сводится к следующему.
Сауна в течение 30-40 дней по 5-6 часов в день. С приемом возрастающих
доз витаминов, минералов, солей, которые выводятся с потом, и их надо
возмещать в увеличивающихся дозах. И на 5-й - 7-й день вдруг в поте
обнаруживается кокаин, ЛСД, морфин. И продолжается это до 15-17 дней, а
потом наркотики из пота исчезают. Вот такая кривая. И когда заканчивается
процедура, человек физически выглядит здоровым и смело может сказать: "Я
свободен". Эту ленту, пленку в голове ему вырезали.
М. Ш. То есть, грубо говоря, вы предлагаете вместо центров по вкачиванию
в человека химии, то есть тех же наркотиков, строить оздоровительные центры?
В. И. Я никому ничего не предлагаю. Я сам взял и построил центр, и он
сейчас действует в Москве. Когда я в девяностых годах увидел эти центры в
Штатах, Германии, Швеции, я буквально был потрясен.
М. Ш. Вы построили центр наподобие того, что предлагал Хаббард?
В. И. Да. С 1994 года он функционирует. И я могу вам сказать, что доброй
сотне детей и юношей я сохранил жизнь, они не употребляют наркотики.
М. Ш. Метод Хаббарда все-таки метод физикобиологический?
В. И. Программа "Нарконона" этим не исчерпывается. Окончательный вопрос с
наркотиками разрешается не только путем очистки организма от токсинов, но и
восстановлением нравственных, если хотите, моральных ценностей у человека.
Речь идет именно о восстановлении, а не привитии новых. И вот когда два
компонента срабатывают, человек обретает полную свободу от наркотиков.
И дальше возникает вопрос: ну, хорошо, а что делать с программой
реабилитации Хаббарда? Вылечившиеся наркоманы - это 20% полезнодействующей
силы, а 80% полезнодействующей силы-это профилактика наркотизма. Мои
сотрудники работают в школах с педагогами, с родителями, с самими детьми. И
здесь мои усилия я направляю на тот самый спрос, предполагая, что если
ребенок усваивает то, что не надо пробовать наркотик, просто не надо
пробовать, так и нет проблемы наркомании. Просто нет-и не надо бороться с
наркобизнесом, не надо никого арестовывать.
М. Ш. Но лечение в вашем реабилитационном центре очень дорого.
В. И. Да, дорого. За здоровье надо платить. Но основные расходы идут на
проживание в доме отдыха и на питание. То есть на то, что является
прерогативой государственных или коммерческих цен. Мы их не устанавливаем.
Наши чистые затраты обходятся в 20% от стоимости всего лечения. Но мы
полностью отвечаем за тех, кто прошел полный курс лечения. Эти люди уже
никогда не будут употреблять наркотики и всю оставшуюся жизнь будут
пропагандировать лозунг: "Нет наркотикам! ", то есть "Нарконон! ".
Глава 5
МНОГОЛИКИЙ СПРУТ НИГЕРИЙСКАЯ МАФИЯ
После таких задержаний и рождаются, наверное, легенды. Пауль Фелекс,
гражданин Нигерии, обладал недюжинной силой, и, чтобы его свалить, скрутить,
повязать, понадобились двадцать минут и усилия всех оперативников -
участников задержания. Причем преступник умудрился порвать две пары
наручников и даже телефонный провод, которым оперативники пытались его
связать.
За этой квартирой в доме на проезде Дежнева сотрудники РУОПа следили
месяц. Когда пришла информация, что там продается наркотик, оперативники не
стали спешить с выводами. Чтобы нигерийцы продавали прямо с квартиры? Это
была наглость, на них, нигерийцев, непохожая, так что информация вполне
могла быть ошибкой, если не что-нибудь похуже. Торопиться было нельзя ни в
коем случае, мало ли что...
"Я ВОНТ ХЕРАЙН!"
Нигерийская наркомафия в России - это прежде всего предельная дисциплина,
иерархия, четкое следование правилам, полная и почти безусловная
конспиративность встреч. Практически никогда нигериец не станет сбывать
товар в квартире, которую снимает и в которой живет.
Любому наркоману в Москве известно, что негры в Москве торгуют
наркотиками. Подходите прямо на улице к чернокожему молодому человеку,
который непонятно почему стоит на одном месте и никуда не уходит, и
говорите:
- Ай эм Вася. Я вонтхерайн! (То бишь героин.)
И десять против одного, что вам повезет, особенно если опытный
наркопродавец заметит в глазах просителя знакомый жаждущий "огонек".
Потенциальному покупателю будет дан номер пейджера. Остальное-дело техники.
Вы позвоните на этот пейджер и поделитесь своими проблемами - разумеется, в
пределах того, что вы можете доверить телефонисткам. Как говорят в таких
случаях оперативники, контакт состоялся.
Если же покупатель чем-то не понравился чернокожему "благодетелю", то он
может съездить к Российскому Университету дружбы народов имени Патриса
Лумумбы, где нужные связи завести можно с легкостью. Впрочем, в последнее
время добираться туда совершенно необязательно. По утверждению тех же
руоповцев, героина в Москве сейчас навалом, достать его можно практически
везде: в метро, на улице, где попало. Но к Патрису Лумумбе все равно ездят,
потому что когда-то вожделенный наркотик можно было достать только там, а
раз так, то, значит, есть возможность наладить нужные контакты. А за своей
дозой, как известно, наркоман поедет хоть на край света, если ему твердо ее
гарантируют.
Еще два-три года назад слава об Университете дружбы народов как главном
месте, где в Москве торгуют героином, быстро распространилась в тех странах,
откуда приезжают учиться студенты. И тут произошел казус. Университет стал
терпеть колоссальные убытки, поскольку именно плата за обучение иностранцев
- основная статья дохода университета. Дело в том, что руководство вуза
решило создать собственную службу безопасности. Возглавил ее выпускник
университета врач-психиатр Александр Мельниченко.
Служба безопасности университета насчитывает сегодня 140 человек.
Подавляющее большинство местных секьюрити - выпускники и студенты
университета. Именно благодаря усилиям людей Мельниченко с начала прошлого
года торговцев героином удалось вытеснить с территории альмаматер.
- Сегодня мы более или менее владеем ситуацией, - уверяет Мельниченко. -
Перелом наступил, когда удалось-таки отправить в мордовский лагерь одного из
главных организаторов героинового бизнеса - нигерийца Угона Отуечву Оконкво.
Но наркодельцы достигли главного: сумели за короткое время создать
достаточно обширный рынок сбыта.
ПОД СОЛНЦЕМ САТАНЫ
Нигерийская мафия, по мнению специалистов, уже стоит на видном месте в
России.
Если поначалу героином приторговывали ливанцы, сирийцы и афганцы, то уже
к лету 1994 года на Юго-Западе Москвы безраздельно хозяйничали нигерийцы. Им
не только удалось вытеснить своих арабских конкурентов, но и поначалу
отразить "наезды" одной из солнцевских бригад, контролирующей эту территорию
и попытавшейся взять под свой контроль выгодный бизнес.
В результате разборок нигерийцев с солнцевскими больше всего пострадал
один из корпусов Университета дружбы народов, который был попросту подожжен.
Сами же нигерийцы на время растворились по Москве и буквально через пару
дней возобновили свой бизнес. По утверждению оперативников из УНОНа
(Управления по борьбе с незаконным оборотом наркотических веществ) МВД РФ,
"гостей" столицы все-таки взяли под "крышу" солнцевские. В некоторых районах
Москвы нигерийцы "отстегивают" и чеченским мафиози.
Итак, масштабы деятельности нигерийских торговцев героином сопоставимы
только с их же четкостью функционирования. Торговцев очень трудно застать на
месте преступления, очень трудно проследить ниточку их контактов дальше,
если в руки правоохранительных органов попадается кто-то из представителей
низшего звена "иерархии".
Чтобы поймать с поличным на месте преступления даже вульгарного
"сбытчика", розничного торговца, оперативники проводят целые операции по
задержанию. Но как правило, такие победы не дают нужного результата.
Практически во всех случаях подобных задержаний цепочка с арестом
наркоторговца моментально прерывалась. В чем же тут дело? Как раз в
эффективности той системы безопасности, которую нигерийские мафиози
разработали и претворили в жизнь.
ОСТОРОЖНО, ДВЕРИ ОТКРЫВАЮТСЯ!
Нигерийцы мало чем отличаются от остальных многочисленных гостей нашей
страны, в частности ее столицы, когда начинают делать здесь первые шаги и
обживаться. Прежде всего они, разумеется, снимают квартиры, в которые
вселяются по два-три человека. Подавляющее большинство находящихся в таком
положении граждан, если у них нет никакого официального статуса, ищут
работу, дело, с помощью которого они могли бы поднакопить деньжат, - у
каждого свои резоны в Москве.
Благо, как говорит старинная русская поговорка, "в Москве денег - кадка,
была бы догадка". А суть мудрого изречения не изменилась и в настоящее
время. Прибывают нигерийцы в Москву под видом либо беженцев, либо студентов,
либо бизнесменов, однако разворачивают совершенно иную деятельность,
несовместимую с законом. И подчиняются иным законам - жесточайшей
дисциплины.
Начнем с того, что одна квартира ничего не значит, то есть значит,
конечно, но очень мало. Она лишь одна из ячеек, точное число которых, к
сожалению, назвать не сможет никто, в том числе и те, кто с наркопродавцами
борется изначально, то есть специалисты.
В каждую квартиру, в которой живут эти преступники, наркотик, в частности
героин, привозят по мере надобности, то есть в порядке поступления заказов.
Причем важно, что количество единовременно поступившего наркотика
чрезвычайно редко превышает пять граммов. Затем за товаром приезжает курьер.
Получив его на квартире, курьер отправляется на место встречи. И никогда -
никогда! - он не идет на нужную встречу один. Как минимум - вдвоем, как
правило - втроем.
Обычно встречи происходят в метро. Кстати сказать, очень удобное место. В
толпе, толкотне можно производить любые действия, но удобство еще и в том,
что народ периодически убывает, и можно оглядеться вокруг себя в спокойной,
так сказать, обстановке. А затем - снова наплыв толпы, и так без конца.
Итак, сначала выходит один нигериец (именно - нигериец, потому что
посторонние в эту компанию не попадают), проверяет станцию на предмет
подозрительных людей, самих клиентов: нормально ли они ведут себя, не
слишком ли суетятся, ни одна мелочь не ускользает от внимательного взгляда
"проверяющего".
Следом за ним прибывает второй. Они обмениваются условными сигналами, то
есть первый сигнализирует второму, что все чисто. Тогда второй направляется
к клиенту вместе с наркотиком.
Непосредственно сама передача наркотика от одного участника сделки к
другому может происходить различными способами. Например, с помощью поцелуя.
Дело в том, что в большинстве случаев наркотик запаян в достаточно плотный
целлофановый шар (нигерийцы изготовляют его на удивление практично и
добротно), и при поцелуе этот небольшой контейнер, в котором умещается до
одного грамма героина, перекочевывает из одного рта в другой. Или еще проще:
товар передается просто рукой за спину, когда оба сидят. Деньги вручаются
таким же манером перед тем, как продавец встанет и либо уйдет из вагона,
либо войдет в него - в зависимости от ситуации.
"Я ТВОЙ НЕ ПОНИМАЙ!"
Все эти изощренные действия отследить сложно, но можно. И остлеживают. И
даже ловят. Но, к сожалению, в большинстве случаев на этом все и кончается.
"Ведущий" сделку человек, увидев, что его напарник задержан, моментально
звонит на квартиру попавшегося и докладывает обстановку сообщникам. Уже
через несколько минут квартира - чистая. Ее жильцы тут же растворяются в
многомиллионном городе.
Ну, а что задержанный нигериец? Тут уж начинаются многочисленные
"отмазки", не очень, впрочем, разнообразные. Обычно поначалу они все
ссылаются на полное незнание русского языка, на нищету, из-за которой
вынуждены ютиться где попало, на то, что жить им негде и не на что, а если и
есть у них какие-то деньги, то лишь благодаря добрым людям, которые им
помогают, чем могут. Проходит драгоценнейшее время, и наступает момент,
когда они чувствуют, что теперь можно и заговорить, но любые их показания
отныне не будут иметь ни малейшей ценности - поезд ушел. Даже если он и
захочет сдать своих подельников, то не сможет: они уже обо всем
позаботились, поменяли квартиру, и отследить дальнейшую цепочку невозможно.
Идеальный вариант для следствия - прибыть на квартиру, из которой был
выдан товар, через десять-пятнадцать минут после того, как наркоторговец
взят. Но пока это малодостижимая мечта оперативников.
В основном нигерийцы имеют дело с героином, и среди своих клиентов они
пользуются популярностью и уважением. Нигерийский героин наиболее чистый,
без всяких примесей, то есть за качество своего товара они отвечают. Держат
марку. Обычно нигерийцы не обманывают своих клиентов и грамм дают, что
называется, чисто весовой, без димедрола, чем частенько грешат другие их
коллеги.
Один грамм героина стоит сто долларов - такова такса. Если покупатель
берет много, то ему делается подарок в виде одного грамма сверху. Таким
образом они поддерживают своих выгодных клиентов. Конечно, нельзя сказать,
что распространение наркотиков в Москве - исключительная прерогатива
нигерийцев, однако они крепко и прочно держатся за место на российском
рынке, и борьба с этим кланом будет долгой и, по-видимому, изнурительной.
ЖЕЛЕЗНЫЙ ФЕЛЕКС
Но давайте вернемся к нашему герою.
Итак, гражданин Федеративной Республики Нигерия Пауль Фелекс Имитчер,
1969 года рождения, оказал при задержании мощное сопротивление, и, чтобы
все-таки его задержать, понадобились усилия целой группы оперативников.
Впоследствии он жаловался на то, что при аресте его били, требовал "скорую
помощь", которая не замедлила приехать, но все это не мешало ему в камере
активно заниматься боксом. Он тренировался каждое утро в течение нескольких
часов. Когда к нему по чьему-то недомыслию подсадили бомжа, то он на нем,
что называется, отработал все приемы, после чего стал единственным хозяином
камеры. В общем, решительный такой мужчина.
Вместе с ним в квартире был взят еще один человек. Пауль обращался с ним
как со швалью, недочеловеком, поэтому у оперативников и сложилось мнение,
что "железный Фелекс" - не последний человек в нигерийских родоплеменных
связях. Голубая кровь, одним словом.
Однако "аристократ" африканских родовых племен зарвался: торговал прямо с
квартиры, как сообщили руоповцам. Видимо, Паулю Фелексу Имитчеру не был чужд
этакий снобизм, вперемешку с высокомерным презрением, которые, разумеется,
граничили не только с наглостью, но и откровенной глупостью.
Руоповцы долго готовились, подбирая людей, которые хорошо знали Имитчера,
были вхожи к нему и могли бы купить у нигерийцев героин. Соответствующая
работа с ними была проведена, и в ходе тщательно спланированной операции
была зафиксирована передача запаянного целлофанового шара с героиновым
грузом. Всех, кто находился в тот момент в квартире, задержали. Пяти граммов
героина, найденных там, а также дву
...Закладка в соц.сетях
