Жанр: Детская
Фантазеры
...шли
к нам, как будто у нас было бюро находок. С каждым днем приходило все больше
и больше народу.
- Удивляюсь! - говорил Мишка. - Приходят только те, у которых пропал
чемодан или хотя бы сундук, а те, которые нашли чемодан, преспокойно сидят
дома.
- А чего им беспокоиться? Кто потерял, тот ищет, а кто нашел, чего ему
еще ходить?
- Могли бы хоть письмо написать, - говорит Мишка. - Мы бы сами пришли.
Один раз мы с Мишкой сидели дома. Вдруг кто-то постучал в дверь. Мишка
побежал отворять. Оказалось, почтальон. Мишка радостный вбежал в комнату с
письмом в руках.
- Может быть, это про нашего Дружка! - сказал он и стал разбирать на
конверте адрес, который был написан неразборчивыми каракулями.
Весь конверт был усеян штемпелями и наклейками с надписями.
- Это не нам письмо, - сказал наконец Мишка. - Это маме. Какой-то шибко
грамотный человек писал. В одном слове две ошибки сделал: вместо "Песчаная"
улица написал "Печная". Видно, письмо долго по городу ходило, пока куда надо
дошло... Мама! - закричал Мишка. - Тебе письмо от какого-то грамотея!
- Что это за грамотей?
- А вот почитай письмо.
Мама разорвала конверт и стала читать вполголоса:
- "Милая мамочка! Разреши мне держать щеночка маленького. Он очень
красивый, весь рыжий, а ухо черное, и я его очень люблю..." Что это? -
говорит мама. - Это ведь ты писал!
Я засмеялся и посмотрел на Мишку. А он покраснел как вареный рак и
убежал.
Мы с Мишкой потеряли надежду отыскать Дружка, но Мишка часто вспоминал о
нем:
- Где он теперь? Какой у него хозяин? Может быть, он злой человек и
обижает Дружка? А может быть, Дружок так и остался в чемодане и погиб там от
голода? Пусть бы мне не вернули его, а только хоть бы сказали, что он живой
и что ему хорошо!
Скоро каникулы кончились, и пришла пора идти в школу. Мы были рады,
потому что очень любили учиться и уже соскучились по школе. В этот день мы
встали рано-рано, оделись во все новое и чистое. Я пошел к Мишке, чтоб
разбудить его, и встретился с ним на лестнице. Он как раз шел ко мне, чтобы
разбудить меня.
Мы думали, что в этом году с нами будет заниматься Вера Александровна,
которая учила нас в прошлом году, но оказалось, что у нас теперь будет
совсем новая учительница, Надежда Викторовна, так как Вера Александровна
перешла в другую школу. Надежда Викторовна дала нам расписание уроков,
сказала, какие учебники будут нужны, и стала вызывать нас всех по журналу,
чтоб познакомиться с нами. А потом спросила:
- Ребята, вы учили в прошлом году стихотворение Пушкина "Зима"?
- Учили! - загудели все хором.
- Кто помнит это стихотворение?
Все ребята молчали. Я шепчу Мишке:
- Ты ведь помнишь?
- Помню.
- Так поднимай руку!
Мишка поднял руку.
- Ну, выходи на середину и читай, - сказала учительница.
Мишка подошел к столу и начал читать с выражением:
Зима!.. Крестьянин, торжествуя,
На дровнях обновляет путь;
Его лошадка, снег почуя,
Плетется рысью как-нибудь...
Он читал все дальше и дальше, а учительница сначала смотрела на него
пристально, потом наморщила лоб, будто вспоминала что-то, потом вдруг
протянула к Мишке руку и говорит:
- Постой, постой! Я вспомнила: ты ведь тот мальчик, который ехал в поезде
и всю дорогу читал стихи? Верно?
Мишка сконфузился и говорит:
- Верно.
- Ну, садись, а после уроков зайдешь ко мне в учительскую.
- А стихи не надо кончать? - спросил Мишка.
- Не надо. Я и так вижу, что ты знаешь.
Мишка сел и принялся толкать меня под партой ногой:
- Это она! Та тетенька, которая с нами в поезде ехала. Еще с нею была
девчонка Леночка и дяденька, который сердился. Дядя Федя, помнишь?
- Помню, - говорю. - Я ее тоже узнал, как только ты стихи стал читать.
- Ну, что теперь будет? - беспокоился Мишка. - Зачем она меня в
учительскую вызвала? Наверно, достанется нам за то, что мы тогда шумели в
поезде!
Мы с Мишкой так волновались, что не заметили даже, как занятия кончились.
Последними вышли из класса, и Мишка пошел в учительскую. Я остался ждать его
в коридоре. Наконец он оттуда вышел.
- Ну, что тебе учительница сказала? - спрашиваю я.
- Оказывается, мы ее чемодан взяли, то есть не ее, а того дяденьки. Но
это все равно. Она спросила, не взяли ли мы по ошибке чужой чемодан. Я
сказал, что взяли. Она стала расспрашивать, что в этом чемодане было, и
узнала, что это их чемодан. Она велела сегодня же принести ей чемодан и дала
адрес.
Мишка показал мне бумажку, на которой был записан адрес. Мы поскорей
пошли домой, взяли чемодан и отправились по адресу.
Нам открыла дверь Леночка, которую мы видели в поезде.
- Вам кого? - спросила она.
А мы забыли, как звать учительницу.
- Постойте, - говорит Мишка. - Вот тут на бумажке записано... Надежду
Викторовну.
Леночка говорит:
- Вы, наверно, чемодан принесли?
- Принесли.
- Ну, заходите.
Она привела нас в комнату и закричала:
- Тетя Надя! Дядя Федя! Мальчики чемодан принесли!
Надежда Викторовна и дядя Федя вошли в комнату. Дядя Федя открыл чемодан,
увидел свои очки и сразу надел их на нос.
- Вот они, мои любимые старые очки! - обрадовался он. - Как хорошо, что
они нашлись! А то я к новым очкам никак не могу привыкнуть.
Мишка говорит:
- Мы ничего не трогали. Все ждали, когда хозяин отыщется. Мы даже везде
объявления наклеили, что нашли чемодан.
- Ну вот! - сказал дядя Федя. - А я никогда не читаю объявлений на
стенах. Ну ничего, в следующий раз буду умнее - всегда буду читать.
Леночка куда-то ушла, а потом вернулась в комнату, а за ней бежал щенок.
Он был весь рыжий, только одно ухо у него было черное.
- Смотри! - прошептал Мишка. Щенок насторожился, приподнял свое ухо и
поглядел на нас.
- Дружок! - закричали мы.
Дружок завизжал от радости, кинулся к нам, принялся прыгать и лаять.
Мишка схватил его на руки:
- Дружок! Верный мой пес! Значит, ты не забыл нас?
Дружок лизал ему щеки, а Мишка целовал его прямо в морду. Леночка
смеялась, хлопала в ладоши и кричала:
- Мы его в чемодане с поезда принесли! Мы по ошибке ваш чемодан взяли.
Это все дядечка Федечка виноват!
- Да, - сказал дядя Федя, - это моя вина. Я первый взял ваш чемодан, а
потом уж вы мой взяли.
Они отдали нам чемодан, в котором Дружок ехал в поезде. Леночка, видно,
очень не хотела расставаться с Дружком. На глазах у нее даже слезы были.
Мишка сказал, что на следующий год у Дианки снова будут щенки, тогда мы
выберем самого красивого и привезем ей.
- Обязательно привезите, - сказала Леночка. Мы попрощались и вышли на
улицу. Дружок сидел на руках у Мишки, вертел во все стороны головой, и глаза
у него были такие, будто он всему удивлялся. Наверно, Леночка все время
держала его дома и ничего ему не показывала.
Когда мы подошли к дому, у нас на крыльце сидели две тетки и дядька. Они,
оказывается, нас ждали.
- Вы, наверно, за чемоданом пришли? - спросили мы их.
- Да, - сказали они. - Это вы те ребята, которые чемодан нашли?
- Да, это мы, - говорим мы. - Только никакого чемодана у нас теперь нет.
Уже нашелся хозяин, и мы отдали.
- Так вы бы поснимали свои записки, а то только людей смущаете.
Приходится из-за вас даром время терять!
Они поворчали и разошлись. А мы с Мишкой в тот же день обошли все места,
где наклеили записки, и ободрали их.
ТЕЛЕФОН
Один раз мы с Мишкой были в игрушечном магазине и увидели замечательную
игрушку - телефон. В большой деревянной коробке лежали два телефонных
аппарата, две трубки, в которые говорить и слушать, и целая катушка
проволоки. Продавщица объяснила нам, что если один телефон поставить в одной
квартире, а другой - у соседей и соединить оба аппарата проволокой, то можно
переговариваться.
- Вот нам бы купить! Мы как раз соседи, - сказал Мишка. - Хорошая штука!
Это не какая-нибудь простая игрушка, которую поломаешь и выбросишь. Это
полезная вещь!
- Да, - говорю я, - очень полезная штука! Захотел поговорить, взял трубку
- поговорил, и ходить никуда не надо.
- Удобство! - восторгался Мишка. - Сидишь дома и разговариваешь.
Замечательно!
Мы с Мишкой решили собирать деньги, чтобы купить телефон. Две недели
подряд мы не ели мороженого, не ходили в кино - все деньги копили. Наконец
насобирали, сколько было нужно, и купили телефон.
Примчались из магазина домой с коробкой. Один телефон у меня поставили,
другой - у Мишки и от моего телефона протянули проволоку через форточку
вниз, прямо к Мишкиному телефону.
- Ну, - говорит Мишка, - попробуем разговаривать. Беги наверх и слушай.
Я помчался к себе, взял трубку и слушаю, а трубка уже кричит Мишкиным
голосом:
- Алло! Алло!
Я тоже как закричу:
- Алло!
- Слышно что-нибудь? - кричит Мишка.
- Слышно. А тебе слышно?
- Слышно. Вот здорово! Тебе хорошо слышно?
- Хорошо. А тебе?
- И мне хорошо! Ха-ха-ха! Слышно, как я смеюсь?
- Слышно. Ха-ха-ха! А тебе слышно?
- Слышно. Послушай, сейчас я к тебе приду.
Мишка прибежал ко мне, и мы принялись обниматься от радости.
- Хорошо, что купили телефон! Правда? - говорит Мишка.
- Конечно, - говорю, - хорошо.
- Слушай, сейчас я пойду обратно и позвоню тебе.
Он убежал и позвонил снова. Я взял трубку:
- Алло!
- Алло!
- Слышно?
- Слышно.
- Хорошо?
- Хорошо.
- И у меня хорошо. Давай разговаривать.
- Давай, - говорю. - А о чем разговаривать?
- Ну, о чем... О чем-нибудь... Хорошо, что мы купили телефон, правда?
- Правда.
- Вот если бы не купили, было бы плохо. Правда?
- Правда.
- Ну?
- Что "ну"?
- Чего же ты не разговариваешь?
- А ты почему не разговариваешь?
- Да я не знаю, о чем разговаривать, - говорит Мишка. - Это всегда так
бывает: когда надо разговаривать, так не знаешь, о чем разговаривать, а
когда не надо разговаривать, так разговариваешь и разговариваешь...
Я говорю:
- Давай вот что: подумаем, а когда придумаем, тогда позвоним.
- Ладно.
Я повесил трубку и стал думать. Вдруг звонок. Я взял трубку.
- Ну, придумал? - спрашивает Мишка.
- Нет еще, не придумал.
- Я тоже еще не придумал.
- Зачем же ты звонишь, раз не придумал?
- А я думал, что ты придумал.
- Я сам тогда позвонил бы.
- А я думал, что ты не догадаешься.
- Что ж я, по-твоему, осел?
- Нет, какой же ты осел! Ты совсем не осел! Разве я говорю, что ты осел!
- А что ты говоришь?
- Ничего. Говорю, что ты не осел.
- Ну ладно, довольно тебе про осла твердить! Давай лучше уроки учить.
- Давай.
Я повесил трубку и сел за уроки. Вдруг Мишка снова звонит:
- Слушай, сейчас я буду петь и на рояле играть по телефону.
- Ну, пой, - говорю.
Послышалось какое-то шипение, потом забренчала музыка, и вдруг Мишка
запел не своим голосом:
Куда, куда вы удалились,
Весны моей златые дни-и-и?
"Что это? - думаю. - Где он так петь выучился?" Вдруг Мишка сам является.
Рот до ушей.
- Ты думал, это я пою? Это патефон по телефону поет! Дай-ка, я послушаю.
Я дал ему трубку. Он слушал, слушал, потом как бросит трубку - и бегом
вниз. Я взял трубку, а там: "Пш-ш-ш! Пш-ш-ш! Др-р-р! Др-р-р!" Наверно,
пластинка кончилась. Я снова сел за уроки. Опять звонок. Я взял трубку:
- Алло!
А из трубки:
"Ав! Ав! Ав!"
- Ты чего, - говорю, - по-собачьи лаешь?
- Это не я. Это с тобой Дружок разговаривает. Слышишь, как он кусает
трубку зубами?
- Слышу.
- Это я ему в морду тыкаю трубкой, а он ее зубами грызет.
- Ты бы лучше не портил трубку.
- Ничего, она железная... Ай! Пошел вон! Я тебе покажу, как кусаться! Вот
тебе! ("Ав! Ав! Ав!") Кусается, понимаешь?
- Понимаю, - говорю.
Снова сел за уроки. Через минуту звонок. Я взял трубку, а там что-то
жужжит:
"Жжу-у-у-у!"
- Алло! - кричу я.
"Жуу-у! Жжу-у!"
- Чем ты там жужжишь?
- Мухой.
- Какой мухой?
- Ну, простой мухой. Я ее держу перед трубкой, а она крылышками машет и
жужжит.
Целый вечер мы с Мишкой звонили друг другу и выдумывали разные фокусы:
пели, кричали, рычали, мычали, даже шепотом разговаривали - все было слышно.
Уроки я кончил поздно и думаю:
"Позвоню еще раз Мишке, перед тем как лечь спать".
Позвонил, а он не отвечает.
"Что же это? - думаю. - Неужели телефон испортился?"
Позвонил еще раз - опять нет ответа! Думаю:
"Надо пойти узнать, в чем дело".
Прибегаю к нему... Батюшки! Он телефон положил на стол и ломает. Батарею
из аппарата вытащил, звонок разобрал и уже трубку развинчивает.
- Стой! - говорю. - Ты зачем телефон ломаешь?
- Да я не ломаю. Я только хочу посмотреть, как он устроен. Разберу, а
потом соберу обратно.
- Так разве ты соберешь? Это понимать надо.
- Ну я и понимаю. Чего тут еще не понимать!
Он развинтил трубку, вынул из нее какие-то железки и стал отковыривать
круглую пластинку, которая внутри была. Пластинка вывалилась, и из трубки
посыпался черный порошок. Мишка испугался и стал собирать порошок обратно в
трубку.
- Ну, вот видишь, - говорю, - что ты наделал!
- Ничего, - говорит, - я сейчас соберу все, как было.
И стал собирать. Возился, возился... Винтики маленькие, завинчивать
трудно. Наконец собрал трубку, только железка у него одна осталась и два
винтика лишних.
- А это откуда - железка? - спрашиваю.
- Ах я разиня! - говорит Мишка. - Забыл! Ее надо было там внутри
привинтить. Придется снова разбирать трубку.
- Ну, - говорю, - я пойду домой, а ты, как только будет готово, позвони
мне.
Пошел я домой и стал ждать. Ждал, ждал, так ничего не дождался и спать
лег.
Наутро телефон как зазвонит! Я вскочил неодетый, схватил трубку и кричу:
- Слушаю!
А из трубки в ответ:
- Ты чего хрюкаешь?
- Как это хрюкаю? Я не хрюкаю, - говорю я.
- Брось хрюкать! Говори по-человечески! - кричит Мишка.
- Я же по-человечески. Зачем мне хрюкать?
- Ну, довольно тебе баловаться! Все равно я не поверю, что поросенка в
комнату притащил.
- Да говорят же тебе, что никакого поросенка нет! - рассердился я.
Мишка замолчал. Через минуту приходит ко мне:
- Ты чего хрюкал по телефону?
- Я не хрюкал.
- Я ведь слышал.
- Да зачем же мне хрюкать?
- Не знаю, - говорит. - Только у меня в трубке все "хрю-хрю" да
"хрю-хрю". Вот пойди, если не веришь, послушай.
Я пошел к нему и позвонил по телефону:
- Алло!
Сначала ничего не было слышно, а потом потихоньку так:
"Хрюк! Хрюк! Хрюк!"
Я говорю:
- Хрюкает.
А в ответ снова:
"Хрюк! Хрюк! Хрюк!"
- Хрюкает! - кричу я.
А из трубки опять:
"Хрюк! Хрюк! Хрюк! Хрюк!"
Тут я понял, в чем дело, и побежал к Мишке.
- Это ты, - говорю, - телефон испортил!
- Почему?
- Ты разбирал его, вот и испортил у себя в трубке что-то.
- Наверно, я что-нибудь неправильно собрал, - говорит Мишка. - Надо
исправить.
- Как же теперь исправишь?
- А я посмотрю, как твой телефон устроен, и свой сделаю так же.
- Не дам я свой телефон разбирать!
- Да ты не бойся! Я осторожно. Надо же починить!
И стал чинить. Возился, возился - и починил так, что совсем ничего не
стало слышно. Даже хрюкать перестало.
- Ну, что теперь делать? - спрашиваю я.
- Знаешь, - говорит Мишка, - пойдем в магазин, может быть, там починят.
Пошли мы в игрушечный магазин, но там телефонов не чинили и даже не
знали, где чинят. Целый день мы ходили скучные. Вдруг Мишка придумал:
- Чудаки мы! Ведь мы можем по телеграфу переговариваться!
- Как - по телеграфу?
- Очень просто: точка, тире. Звонок-то ведь действует! Короткий звонок -
точка, а длинный - тире. Выучим азбуку Морзе и будем переговариваться!
Достали мы азбуку Морзе и стали учить: "А" - точка, тире; "Б" - тире, три
точки; "В" - точка, два тире... Выучили всю азбуку и стали переговариваться.
Сначала у нас получалось медленно, а потом мы научились, как настоящие
телеграфисты: "трень-трень-трень!" - и все понятно. Это даже интереснее
было, чем простой телефон. Только это продолжалось недолго. Один раз звоню
Мишке утром, а он не отвечает. "Ну, - думаю, - спит еще". Позвонил позже -
опять не отвечает. Пошел к нему и стучу в дверь. Мишка открыл и говорит:
- Ты чего в дверь барабанишь? Не видишь, что ли? - и показывает на двери
кнопку.
- Что это? - спрашиваю.
- Кнопка.
- Какая?
- Электрическая. У нас теперь электрический звонок есть, так что можешь
звонить.
- Где ты взял?
- Сам сделал.
- Из чего?
- Из телефона.
- Как - из телефона?
- Очень просто. Звонок из телефона выдрал, кнопку - тоже. И батарею из
телефона вынул. Была игрушка - стала вещь!
- Какое же ты имел право телефон разбирать? - говорю я.
- Какое право! Я свой телефон разобрал. Твоего ведь не трогал.
- Так телефон-то наш общий! Если бы я знал, что ты станешь ломать, то и
не стал бы с тобой покупать! Зачем мне телефон, если разговаривать не с кем!
- А зачем нам разговаривать? Небось недалеко живем, можно и так прийти
поговорить.
- Я с тобой и разговаривать после этого не хочу!
Рассердился я на него и три дня с ним не разговаривал. От скуки и я свой
телефон разобрал и сделал из него электрический звонок. Только не так, как у
Мишки. Я все аккуратно устроил. Батарею поставил возле двери на полочке, от
нее по стене провода протянул к электрическому звонку и кнопке. А кнопку к
двери хорошенько винтиками привинтил, чтобы она не болталась на одном
гвозде, как у Мишки. Даже папа и мама похвалили меня за то, что я устроил
такую полезную вещь в доме.
Я пошел к Мишке, чтобы рассказать ему, что у меня теперь тоже
электрический звонок есть.
Подхожу к двери, звоню... Нажимал кнопку, нажимал - никто не отворяет.
"Может быть, звонок испортился?" - думаю. Стал в дверь стучать. Мишка
открыл. Я спрашиваю:
- Что же звонок, не действует?
- Не действует.
- Почему?
- Да я батарею разобрал.
- Зачем?
- Ну, я хотел посмотреть, из чего батарея сделана.
- Как же, - говорю, - ты теперь будешь - без телефона и без звонка?
- Ничего, - вздохнул он, - как-нибудь буду!
Пошел я домой, а сам. думаю: "Почему Мишка такой нескладный? Зачем он все
ломает?!" Мне даже жалко стало его.
Вечером я лег спать и долго не мог заснуть, все вспоминал: как у нас был
телефон и как из него получился электрический звонок. Потом я стал думать об
электричестве, как оно получается в батарее и из чего. Все давно уже спали,
а я все думал про это и никак не мог заснуть. Тогда я встал, зажег лампу,
снял с полки батарею и разломал ее. В батарее оказалась какая-то жидкость, в
которой мокла черная палка, завернутая в тряпочку. Я понял, что
электричество получалось из этой жидкости. Потом лег в постель и быстро
заснул.
БЕНГАЛЬСКИЕ ОГНИ
Сколько хлопот у нас с Мишкой было перед Новым годом! Мы уже давно
готовились к празднику: клеили бумажные цепи на елку, вырезали флажки,
делали разные елочные украшения. Все было бы хорошо, но тут Мишка достал
где-то книгу "Занимательная химия" и вычитал в ней, как самому сделать
бенгальские огни.
С этого и началась кутерьма! По целым дням он толок в ступе серу и сахар,
делал алюминиевые опилки и поджигал смесь на пробу. По всему дому шел дым и
воняло удушливыми газами. Соседи сердились, и никаких бенгальских огней не
получалось.
Но Мишка не унывал. Он позвал к себе на елку даже многих ребят из нашего
класса и хвастал, что у него будут бенгальские огни.
- Они знаете какие! - говорил он. - Они сверкают, как серебро, и
рассыпаются во все стороны огненными брызгами.
Я говорю Мишке:
- Что же ты наделал? Позвал ребят, а никаких бенгальских огней не будет.
- Почему не будет? Будет! Еще времени много. Все успею сделать.
Накануне Нового года он приходит ко мне и говорит:
- Слушай, пора нам за елками ехать, а то останемся на праздник без елок.
- Сегодня уже поздно, - ответил я. - Завтра поедем.
- Так ведь завтра уже украшать елку надо.
- Ничего, - говорю я. - Украшать надо вечером, а мы поедем днем, сейчас
же после школы.
Мы с Мишкой уже давно решили поехать за елками в Горелкино, где мы жили у
тети Наташи на даче. Тети Наташин муж работал лесничим и еще летом сказал,
чтобы мы приезжали к нему в лес за елками. Я даже заранее упросил маму, чтоб
она разрешила мне в лес поехать.
На другой день я прихожу к Мишке после обеда, а он сидит и толчет
бенгальские огни в ступе.
- Что ж ты, - говорю, - не мог раньше сделать? Ехать пора, а ты возишься!
- Да я делал и раньше, только, наверно, мало серы клал. Они шипят, дымят,
а гореть не горят.
- Ну и брось, все равно ничего не выйдет. - Нет, теперь, наверно, выйдет.
Надо только побольше серы класть. Дай-ка мне алюминиевую кастрюлю, вон на
подоконнике.
- Где же кастрюля? Тут только сковородка, -говорю я,
- Сковородка?.. Эх, ты! Да это и есть бывшая кастрюля. Давай ее сюда.
Я передал ему сковородку, и он принялся скоблить ее по краям напильником.
- Это у тебя, значит, кастрюля в сковородку превратилась? - спрашиваю я.
- Ну да, - говорит Мишка. - Я ее пилил напильником, пилил, вот она и
сделалась сковородкой. Ну ничего, сковородка тоже нужна в хозяйстве.
- Что же тебе мама сказала?
- Ничего не сказала. Она еще не видела.
- А когда увидит?
- Ну что ж... Увидит так увидит. Я, когда вырасту, новую кастрюлю ей
куплю.
- Это долго ждать, пока ты вырастешь!
- Ничего.
Мишка наскоблил опилок, высыпал порошок из ступки, налил клею, размешал
все это, так что у него получилось тесто вроде замазки. Из этой замазки он
наделал длинных колбасок, навертел их на железные проволочки и разложил на
фанерке сушиться.
- Ну вот, - говорит, - высохнут - и будут готовы, только надо от Дружка
спрятать.
- Зачем от него прятать?
- Слопает.
- Как - слопает? Разве собаки бенгальские огни едят?
- Не знаю. Другие, может быть, и не едят, а Дружок ест. Один раз я
оставил их сохнуть, вхожу - а он их грызет. Наверно, думал, что это конфеты.
- Ну, спрячь их в печь. Там тепло, и Дружок не достанет.
- В печку тоже нельзя. Один раз я их спрятал в печь, а мама пришла и
затопила - они и сгорели. Я их лучше на шкаф положу.
Мишка взобрался на стул и положил фанерку на шкаф.
- Ты ведь знаешь, какой Дружок, - говорит Мишка. - Он всегда мои вещи
хватает! Помнишь, он затащил мой левый ботинок, так что мы его нигде найти
не могли. Пришлось мне тогда три дня ходить в валенках, пока другие ботинки
не купили. На дворе теплынь, а я хожу в валенках, как будто обмороженный! А
потом уже, когда купили другие ботинки, мы этот ботинок, который один
остался, выбросили. потому что кому он нужен - один ботинок! А когда его
выбросили, отыскался тот ботинок, который потерялся. Оказалось - его Дружок
затащил на кухню под печь. Ну, мы и этот ботинок выбросили, потому что если
б первый не выбросили, то и второй бы не выбросили, а раз первый выбросили,
то и второй выбросили. Так оба и выбросили.
Я говорю:
- Довольно тебе болтать! Одевайся скорее, ехать надо.
Мишка оделся, мы взяли топор и помчались на вокзал. А тут поезд как раз
ушел, так что пришлось нам дожидаться другого. Ну ничего, дождались,
поехали. Ехали, ехали, наконец приехали. Слезли в Горелкине и пошли прямо к
лесничему. Он дал нам квитанцию на две елки, показал делянку, где
разрешалось рубить, и мы пошли в лес. Елок кругом много, только Мишке они
все не нравились.
- Я такой человек, - хвалился он, - уж если поехал в лес, то срублю самую
лучшую елку, а то и ездить не стоит.
Забрались мы в самую чащу.
- Надо рубить поскорей, - говорю я. - Скоро и темнеть начнет.
- Что ж рубить, когда нечего рубить!
- Да вот, - говорю, - хорошая елка.
Мишка осмотрел елку как следует со всех сторон и говорит:
- Она, конечно, хорошая, только не совсем. По правде сказать, совсем
нехорошая: куцая.
- Как это - куцая?
- Верхушка у нее короткая. Мне такой елки и даром не надо!
Нашли мы другую елку.
- А эта хромая, - говорит Мишка.
- Как - хромая?
- Так, хромая. Видишь, у нее нога внизу закривляется.
- Какая нога?
- Ну, ствол.
- Ствол! Так бы и говорил!
Нашли мы еще одну елку.
- Лысая, - говорит Мишка.
- Сам ты лысый! Как это елка может быть лысая?
- Конечно, лысая! Видишь, какая она реденькая, вся просвечивает. Один
ствол виден. Просто не елка, а палка!
И гак все время: то лысая, то хромая, то еще какая-нибудь!
- Ну, - говорю, - тебя слушать - до ночи елки не срубишь!
Нашел себе подходящую елочку, срубил и отдал топор Мишке:
- Руби поскорей, нам домой ехать пора.
А он словно весь лес взялся обыскать. Уж я и просил его и бранил - ничего
не помогало. Наконец он нашел елку по своему вкусу, срубил, и мы пошли
обратно на станцию. Шли, шли, а лес все не кончается.
- Может, мы не в ту сторону идем? - говорит Мишка.
Пошли мы в другую сторону. Шли, шли - все лес да лес! Тут и темнеть
начало. Мы давай сворачивать то в одну сторону, то в другую. Заплутались
совсем.
- Вот видишь, - говорю, - что ты наделал!
- Что же я наделал? Я ведь не виноват, что так скоро наступил вечер.
- А сколько ты елку выбирал? А дома сколько возился? Вот придется из-за
тебя в лесу ночевать!
- Что ты! - испугался Мишка. - Ведь ребята сегодня придут. Надо искать
дорогу.
Скоро стемнело совсем. На небе засверкала луна. Черные стволы деревьев
стояли, как великаны, вокруг. За каждым деревом нам чудились волки. Мы
остановились и боялись идти вперед.
- Давай кричать! - говорит Мишка. Тут мы как закричим вместе:
- Ау!
"Ау!" - ответило эхо.
- Ау! Ау-у! - закричали мы снова что было силы.
"Ау! Ау-у!" - повторило эхо.
- Может быть, нам лучше не кричать? - говорит Мишка.
- Почему?
- Еще волки услышат и прибегут.
- Тут, наверно, никаких волков нет,
- А вдруг есть! Лучше пойдем скорее.
Я говорю:
- Давай прямо идти, а то мы никак на дорогу не выберемся.
Пошли мы снова. Мишка все оглядывался и спрашивал:
- А что делать, когда нападают волки, если ружья нет?
- Бросать в них гор
...Закладка в соц.сетях
