Жанр: Детская
Каникулы по-человечески
... места. Он давно заметил, что из-под пальто у
Виктора свисает хвост. Но ждал и ничего не спрашивал.
— Снимай быстрей пальто! — торопила Оля. — А то Новый год прозеваем.
И, не выдержав, она обняла дядю за шею. Тихо, чтобы не слышали и не
рассердились мама с папой, она прошептала ему в самое ухо:
— А мне что ты привез?
Наверное, этого-то вопроса Виктор и ждал.
— Помнишь, Ольга, ты спрашивала, от кого люди произошли? И не верила,
что от обезьяны.
— Забыла, — смутилась девочка.
— Вообще-то человеку не мешает помнить, от кого он произошел, чтобы не
слишком воображать, — вмешался в разговор Павел.
— Вот, — торжественно произнес Виктор. — Смотрите и помните!
Он медленно расстегнул пуговицы пальто.
Оля увидела, что на рубашке у дяди висит рыжий меховой мешок.
— Бери!
Девочка робко шагнула вперед, но едва она протянула руки, мешок упал на
пол. Он прокатился по комнате и исчез под елкой.
— Мама! Павел! Смотрите! Заводная обезьяна!
— По-моему, она вовсе не заводная, — заметил папа.
— Нет, заводная, заводная! — твердила дочь. — С пружиной. Заведешь
ее ключом — и она прыгает, да?
— Что там у вас за шум? — выскочила из кухни мама.
Оля влезла на четвереньках под елку, туда, где стоял торт. Она
протянула руку, но обезьяна прошмыгнула мимо, прыгнула на подоконник,
вскарабкалась на форточку и повисла вниз головой.
— А ведь папа, как всегда, прав, — промолвила Наташа. — Конечно, она
живая. Просто не верится: настоящая обезьяна. Да, Витя?
И она посмотрела на брата. Тот молчал и улыбался. Тогда сестра подошла
к нему поближе и тихо, так, чтобы Ольга не слышала, сказала:
— Ты в своем уме? Только обезьяны нам не хватало!
— Понимаешь, Наташа, я подумал: животных полезно воспитывать с детьми.
То есть я хотел сказать, детей с животными... Они становятся лучше...
— Кто становится лучше? — поинтересовалась Наташа.
— Они.
— Кто — они?
— Дети... И животные тоже.
— А тебе не жалко отдавать обезьяну? Может, лучше пускай живет у тебя?
— Жалко, — согласился брат. — Но я хотел, чтобы Оля играла с ней и
занялась ее воспитанием.
Наталья посмотрела на него пристально.
— Тебе пора жениться! — изрекла она.
Все-таки она была старшей сестрой.
— Же-нить-ся, понимаешь? — отчеканила она. — А ты? Почему ты пришел
один?
— Как же один? Я вдвоем!..
— Я имею в виду не обезьяну, а ты знаешь кого — Розочку.
— Видишь ли, мы только что с ней поссорились.
— Из-за чего?
— Из-за обезьяны.
— Ужас! — проговорила сестра. — Ну, ладно! Снимай быстрей пальто. А
то так и простоим возле вешалки весь Новый год...
Оля ничего не слышала. Она, не отрываясь, смотрела на обезьяну. Наконец
Оля произнесла:
— Ты мне очень нравишься. А я тебе?
Обезьяна все еще висела вниз головой, слегка покачиваясь. Она
внимательно смотрела на Олю, будто пыталась понять, нравится ли ей эта
девочка.
— Обезьяны любят висеть вверх тормашками! — произнес Виктор.
— Вверх кармашками, — поправила Оля.
Гостья перестала раскачиваться и подмигнула Оле. Видимо, все-таки
девочка ей понравилась.
— Ее надо одеть, — решила Оля.
— Верно, — поддержал Виктор. — Она замерзла.
— Я на нее надену свой красный лыжный костюм. Мне он уже мал, а ей
подойдет.
Виктор взял обезьяну на руки, и они вдвоем с Олей надели на нее куртку
и брючки. Для хвоста прорезали ножницами дырку.
Оля не отходила от обезьяны ни на шаг. Тогда мама подошла к дочери,
взяла ее за плечи и повернула к себе.
— Раз уж Витя привез обезьяну, она никуда не денется, а Новый год
денется.
— Я хочу, чтобы она встретила Новый год, как люди! — воскликнула Оля.
— Обезьяна — как люди, а мы наоборот! Усади к елке дядю, папу и
помоги мне. А то Павла не допросишься...
Оля все поняла, но шла в кухню спиной вперед, не сводя глаз с обезьяны.
И вошла не в кухню, а в стенной шкаф, который отец забыл закрыть.
¶Четырнадцатая история. СТРАННЫЙ НОВЫЙ ГОД§
— Между прочим, Витя, — спросила Наташа, — ты елку есть будешь?
— Хм... А я не поперхнусь?
— Что ты! Оля с Павлом так старались! Весь стол повесили на елку...
Елка была приставлена к стене, чтобы не бросалось в глаза отсутствие
веток. Павел велел всем расставить полукругом стулья.
— Еще две минуты, и прозеваем Новый год, — суетилась мама, раздавая в
руки каждому по вилке.
Оля села и посадила рядом обезьяну. Та хотела тут же схватить яблоко,
висящее на елке. Но Оля успела вставить ей в руку вилку.
— Люди не едят руками! — объяснила Оля.
— Точно! — согласился Виктор, нагибаясь к елке и запуская пальцы в
банку за соленым огурцом.
— Дядя Витя! — строго проговорила Оля. — Для этого есть вилка. Какой
пример ты подаешь обезьяне?
— Я больше не буду! — извинился Виктор, отправляя огурец в рот.
— Друзья! — воскликнул Павел. — Скорей наполняйте бокалы!
Оле налили лимонада. И обезьяне поставили рюмку с лимонадом. Не
дожидаясь, пока все по обычаю чокнутся, обезьяна схватила рюмку, понюхала и
выпила.
Старинные бабушкины часы заскрипели, дверца открылась.
— Ку-ку! — произнесла кукушка.
Обезьяна с недоумением уставилась на нее и внимательно слушала, как она
прокуковала двенадцать раз.
— Ура-а-а!.. — закричали все.
Обезьяна испуганно втянула голову в плечи.
— С Новым годом! — вместе сказали папа маме и мама папе.
— С Новым! — кивнул дядя.
— Все стали срывать с веток ломтики колбасы, сыра и доставать из-под
елки еду.
— Это вы здорово придумали, — похвалил Виктор. — Елка первый сорт! И
стола не нужно.
Обезьяна отпила еще лимонаду, а остаток вылила на пол. Она почесала
себе спину, но девочка схватила ее за руку.
— Нельзя чесаться за едой!
Тогда обезьяна решила немного размяться и стала подпрыгивать на стуле.
— Нельзя! Нельзя! Нельзя! — повторяла Оля и усадила ее на место.
До чего же плохо быть людьми, подумала, наверное, обезьяна. Все-то им
нельзя! То ли дело быть обыкновенным животным: все можно. Делай что хочешь!
— Послушайте! — взмолилась мама. — Может, хотя бы пить чай мы сядем,
как нормальные люди, — за стол? Между прочим, Витя, Ольга тоже сделала тебе
подарок.
— Ну, показывай! — подмигнул дядя.
— А где обезьяна? — спросила Оля, поставив бокал с лимонадом. — Она
только что сидела рядом со мной на стуле...
Виктор бросился искать обезьяну.
— Да вот она! — крикнул Павел.
Обезьяна сидела под елкой, срывала одну за другой конфеты и уничтожала
их.
— За нее не беспокойтесь! — сказал Виктор. — Показывайте ваш
подарок!
Оля нагнулась, вытащила из-под елки "наполеон" и держала перед дядей на
руках. Посредине виднелась надпись, выведенная кремом.
— Целых два года мечтал в Индии о таком "наполеоне". Ай да Олька!
Девочка поставила торт на стол.
Вдруг улыбка исчезла с маминого лица.
— Да что же это творится?! Почитайте, как на нем написано?!
— Действительно, странно, — пробурчал Павел.
ДЯ
ВИ
С ПРИВЕ
— А где остальное? Слизано?
— Это я виноват, — раскаялся Виктор. — Обезьяна была голодная. Я не
кормил ее полдня. А мне "наполеон" попробовать можно?
— Ешь хоть весь, — позволила Оля.
— Ну, весь — это, пожалуй, слишком. А вот кусочек...
Виктор вонзил нож в самое сердце "наполеона" и отрезал солидный кусок.
— Ты ешь с таким аппетитом, что и мне захотелось.
Павел взял себе кусок поменьше.
— Пейте чай! — приказала Наташа.
— Кто хочет стать образованным, должен съесть оставшиеся буквы, --
провозгласил Виктор. — А ну, Ольга!
— Пусть обезьяна образовывается! — тут же вмешалась Наталья. — Оле
нельзя шоколадного крема ни крошки! У нее диатез.
— А у обезьян диатез бывает? — спросила Оля.
¶Пятнадцатая история. КАПУША§
— А теперь, — твердо заявила мама, — Ольге пора спать. И,
пожалуйста, никаких возражений!
— Я сегодня не лягу спать, — твердо заявила Оля. — Я хочу
посмотреть, как обезьяна превратится в человека.
— Но это же невозможно! — засмеялся папа.
— Почему? Дядя Витя сказал, что люди произошли от обезьян.
— Произошли. Это сказал не дядя Витя, а Дарвин. Но произошли они целых
два миллиона лет назад. Те, кто остались обезьянами, теперь никогда не
станут людьми!
— Нет, станут, станут! — упрямо повторяла Оля. — Ты сам говорил, что
теперь прогресс! Надо только постараться. Я буду ее воспитывать и превращу в
человека!
— Что ж, попробуй, — усмехнулся Павел.
Мама отнеслась к идее скептически:
— Скорей не обезьяна превратиться в человека, а Оля в обезьяну!
— Это мы еще посмотрим! — возразила дочь.
Оля не ушла спать, хотя была уже ночь и глаза у девочки слипались.
— А как ее зовут? — вдруг спросила она.
— Да пока никак ее не зовут. Просто обезьяна, и все, — сказал дядя.
— Никак не зовут? Так не бывает! — не унималась Оля. — Давайте
придумаем обезьяне имя!
— Только имя человеческое! А то она превратится в человека, а имя
будет обезьянье, — заметил Павел.
— Имя-то придумать легко, а вот произойти... — промолвил Виктор.
— Может, назвать обезьяну Розой? — подумала Оля.
— Ну уж нет! — мгновенно возразил дядя. — Роза не подходит.
— Давайте назовем ее Инда, — предложил папа.
— Почему Инда? — мама строго посмотрела на папу.
— Просто Инда похожа на Индию.
— Нет, Павел! Надо необычно назвать. Например, я читала, есть такое
имя Дрепанальда.
— А что это значит?
— Ясно что: дрейф папанинцев на льдине.
— При чем тут льдина? Обезьяна ведь не с Северного полюса!
— Я знаю, как обезьяну зовут, — тихо проговорила Оля. — Ее зовут
Обезьяна, Которая Хочет Произойти в Человека.
— Вот уж! — поморщилась Наташа. — А длиннее ты придумать не могла?..
Нужно всего одно слово!
— Пожалуйста: Обезьянакотораяхочетпроизойтивчеловека, — скороговоркой
выпалила Ольга.
— Если бы тебя звали не Оля, а, к примеру, Девочка, Которая Хочет
Превратить Обезьяну в Человека? — поинтересовался Павел. — Мама тебе
говорит: "Пойди умойся, Девочкакотораяхочетпревратитьобезьянувчеловека".
Нравится?
— Неплохо! Пока учительница произнесет, звонок прозвенит... У меня
есть имя, отчество и фамилия: Ольга Павловна Кольцова. А у нее — Обезьяна
— фамилия, Которая — имя, Хочет Произойти в Человека — отчество.
— Слишком длинно.
— Ну, хорошо! Тогда просто Которая, и все!
— Которая — тоже не имя! Что — Которая, куда — Которая, зачем --
Которая?
Спор прервался звонком в дверь. Позвонили раз, другой, третий.
Почтальон принес телеграмму.
Ольга схватила ее, разорвала бумажную ленточку и прочитала:
¶ЖЕЛАЮ ВСЕМ СЧАСТЬЯ ЗПТ ОЛЕНЬКЕ ВЕСЕЛЫХ§
КАНИКУЛ ЗПТ ЖДУ ЕЕ В ГОСТИ ТЧК БАБУШКА КАПИТОЛИНА
— Хочу в Ярославль к бабушке! — заявила Оля.
— Если хочешь, пожалуйста, — ответила Наташа. — Папа тебя отвезет.
Оля поглядела на обезьяну и попросила:
— Пап, отвези меня в Ярославль в конце каникул. Сейчас я не могу
ехать: я должна превратить обезьяну...
— Будет сделано! — подчинился отец.
Оля еще раз заглянула в телеграмму, которая лежала на столе, и
закричала:
— Знаю! Знаю, как назвать обезьяну! Давайте назовем ее Капитолиной --
в честь бабушки Капы...
Мама с папой и Виктором переглянулись.
— А что? Мысль! — произнес Павел.
— Твоя мама обидится, — заметила Наталья.
— Она у меня мудрая и поэтому не обидится.
— Капитолина! Капитолина! Капа, Капочка, Капуша! — закричала Оля и
обратилась к обезьяне. — Хочешь, чтобы тебя звали Капушей?
— Угу, — ответила та.
Но в данный момент больше ее занимало то, что здесь на деревьях с
зелеными колючками растут конфеты.
— Вот видите?! — торжествующе изрекла Оля. — Значит, решено. Пускай
Капуша проводит каникулы по-человечески!
— Наташа! — воскликнул отец. — Кстати: ребенок прав! У дочери
впереди целые каникулы, а мы даже не подумали, как будем их проводить...
— Самое время начать размышлять об этом посреди ночи, — проворчала
мама. — Если уж серьезно, то надо провести семейный совет.
— Начнем семейный совет, — согласился Павел.
Виктор торжественно встал и постучал вилкой о бутылку.
— На повестке дня, — солидно изрек он, — один важный вопрос: как
организовать каникулы?
— А если не организовать, они не состоятся? — спросила Оля.
Она любила задавать каверзные вопросы.
— Состоятся, — уверенно ответил Виктор. — Но не так, как надо.
— А как? — спросила Оля.
— Не-ор-га-ни-зо-ван-но!
— Может, и хорошо, что неорганизованно? — заявил папа. — Будут
неожиданности.
— Говори, чего ты хочешь? — Павел обратился к Оле.
— Я хотела бы поваляться в снегу и поиграть в снежки...
Всем известно: больше всего на свете всегда хочется сделать именно то,
что нельзя. Когда Оля была маленькой, у нее часто болели уши.
Кольцову тоже очень хотелось поваляться в снегу и поиграть в снежки, но
он знал, что Оле этого никак нельзя делать, и только хмыкнул. Мама схватила
папу за бороду и потрясла.
— Вот что вы называете неожиданностями! — воскликнула Наталья. — Ну
уж нет! Никаких валяний!
Всегда мама хватала папу за бороду, и на этом семейный совет
заканчивался.
— На каникулах я буду воспитывать Капушу! — заявила Оля.
— Воспитывай, — Виктор обнял племянницу. — Может, она и вправду
возьмет да и произойдет в человека!..
Павел поглядел в окно и с грустью заметил:
— Смотрите, какая звездная ночь! На небе ни облачка!
Больше всего на свете астроном Кольцов любил чистые звездные ночи. В
отличие от всех прочих людей, он радовался, когда днем было пасмурно, шел
дождь или снег.
— Если уж все равно должен пройти дождь, так пусть он льет днем, --
говорил Павел. — Авось к ночи весь выльется, и небо прояснится...
— Послушай, Павел! — предложил вдруг Виктор. — Ты давно обещал мне
показать звезды. Я никогда не видел, как они выглядят в телескоп. Начнем с
этого Олины каникулы! Сейчас снег перестал, небо чистое. Рванем в твою
обсерваторию, а?
— Здорово придумано! — воскликнул папа.
— Здорово! Поедем смотреть звезды! — закричала Оля.
— Угу, — сказала Капуша.
Ей тоже хотелось увидеть звезды.
— И вовсе не здорово, — холодно заметила Наталья. — Вы поедете, а мы
с обезьяной останемся, да?
— Почему же? Поедем все вместе! На полчасика...
— Ну уж нет! Оле пора спать, да и я очень устала.
— Раз в жизни ребенок может и не поспать! — проговорил папа.
— Новый год длинный, не обязательно все успеть сделать в первую ночь,
— резонно возразила мама. — Звезды от вас никуда не убегут. Видите, даже у
Капуши глаза слипаются...
Тут Виктор поднялся.
— Пожалуй, я еще заеду к друзьям.
Оля посадила Капитолину на диван и стала ее баюкать.
— Ты не будешь скучать без обезьяны? — с надеждой спросила Наташа. --
Может, возьмешь ее обратно?
— Не будет, не будет! — успокоила маму Оля.
Виктор вышел в коридор и стал надевать пальто и чалму. Потом вернулся.
Он хотел попрощаться с Олей, но оказалось, что она уже спит, свернувшись на
диване калачиком и обняв обеими руками обезьяну.
Павел посоветовал Наташе отнести в кухню грязную посуду.
— Ты расстроилась? — спросил он.
— Из-за чего? — зевнула мама.
— Из-за обезьяны. Капа нам заменит кошку, собаку, черепаху и попугаев,
которых Олька давно просит купить. И нам будет легче и веселей.
— Я так устала, Павел, — сказала Наташа, — что не хочу веселей. У
меня даже нет сил тебе возразить. Какой-то сумасшедший Новый год. Посмотрим,
что будет завтра утром. То есть теперь уже сегодня.
Кукушка вылезла из старых бабушкиных часов и прокуковала два раза.
Мама осторожно накрыла Олю и Капушу одеялом, поцеловала дочь в щеку,
погладила обезьяну и вздохнула.
¶Шестнадцатая история. МОРОЖЕНОЕ ДЛЯ ЛЕЙТЕНАНТА КИСЛИЦЫ§
Накануне Нового года лейтенант Кислица совсем уж было собрался уйти на
пенсию. Но тут ему поручили одно дело.
Для того чтобы в нем разобраться, Кислице необходимо было поесть
мороженого. Вообще-то ничего страшного. Бывают задания и потрудней. Беда в
том, что лейтенант сладкого не любил, и лучше бы ему поручили есть соленые
огурцы, кислую капусту или холодец — тоже холодное блюдо.
Но приказ есть приказ. Лейтенант переоделся в серый костюм и надел
вместо шинели обыкновенное пальто.
Вечером мотоцикл с двумя желтыми глазами затормозил у двери
кафе-мороженого "Снеговик".
Маэстро Жора сразу узнал переодетого лейтенанта и сделал вид, что
невероятно рад новому гостю.
— Желаете мороженого? Пломбир, крем-брюле, шоколадное? В один момент,
вне очереди...
И Кислице пришлось притвориться, что он очень любит мороженое. Хотя
лицо его горело от ледяного ветра, он сказал:
— Что-то жарко сегодня, решил вот охладиться... Но вы не беспокойтесь,
я в порядке очереди.
Лейтенанту хотелось посмотреть, как работает Жора. Маэстро действовал
быстро, всем накладывал полные вазочки пломбира, крем-брюле и шоколадного
так, что мороженое стекало через край клиентам на руки.
— Кушайте на здоровье! — приговаривал Жора. — Следующий!
Переодетому Кислице мороженщик положил такую порцию, что ее можно было
бы разместить в трех вазочках. Лейтенанту сразу стало очень грустно от того,
что ему предстоит съесть столько мороженого. И очень быстро, пока не
растеклось.
Он сел за крайний столик, чтобы видеть все столы.
Когда Кислица пододвинул стул, у него под ногами что-то скрипнуло.
Кислица глянул под ноги — это скрипнула дощечка паркета.
Ничего подозрительного в вазочке лейтенант не обнаружил. Мороженое было
вкусным, и всем — и малышам, и взрослым, и старичкам со старушками — Жора
накладывал полные порции. Но, может быть, слишком большие порции, это тоже
подозрительно? Кислица доел мороженое до конца и понял, что долг велит ему
посидеть в кафе и понаблюдать еще. Он заказал вторую порцию и заставил себя
съесть и ее.
Наконец, лейтенант тяжело вздохнул и направился к выходу.
— Как мороженое? Понравилось? — крикнул Жора. — Заходите почаще!
— Спасибо! — ответил Кислица. — На будущий год увидимся.
Жора подумал: только тебя, лейтенант, здесь не хватало! Ишь хитер — на
будущий год! А будущий год — завтра...
Кислица поднял воротник, завел мотоцикл и отъехал от кафе. Никаких улик
он не обнаружил. Лейтенант, однако, усмехнулся и произнес свою любимую
поговорку:
— Сколько веревочке ни виться, концу ее явиться!..
Жора был парень не промах. Он прекрасно понял, что Кислица ничего не
заметил. Но Жора и не в таких переделках бывал. Выкрутится.
Маэстро посмотрел на часы. До Нового года совсем немного времени. В
кафе никого не осталось! По радио передавали музыку. Жора выключил радио,
чтобы музыка не отвлекала его от предстоящего дела. Он запер дверь, погасил
в зале свет, сел за стойку и высыпал из ящика деньги.
На стойке лежала целая гора бумажек и мелочи. Он начал их считать.
Денег получалось столько, будто все мороженое продано, а в действительности
половина еще осталась.
В одну кучу Жора сложил деньги для себя, а в другую те, которые
придется отнести в банк. Но отдавать деньги очень не хотелось. Лучше все
оставить себе и спрятать.
Маэстро завернул деньги в газету и, не зажигая света, отправился в
конец зала, к крайнему столику, тому самому, за которым еще недавно сидел
лейтенант Кислица.
Жора отодвинул столик и начал осторожно ходить по паркету, наступая на
все дощечки по очереди. Он ходил до тех пор, пока одна из них не заскрипела.
Жора, кряхтя, опустился на колени и потянул эту дощечку. Она послушно
отделилась. Под ней лежал конец проволоки. Жора потянул за нее, и соседние
паркетины одна за другой зашевелились, стали выпадать из ряда.
Под паркетом оказалась яма. В ней стоял голубой деревянный ящик с
длинным ремнем. Жора потянул за ремень и вытащил этот ящик. На боку его было
написано: "Мороженое". Маэстро открыл крышку: ящик был наполовину полон
деньгами.
Труженик низких температур запустил руки внутрь, и они по локоть
утонули в деньгах.
— Кр-р-расота! — прошептал Жора. — Ах вы, мои денежки, денежки мои!
И он высыпал в ящик все деньги, что собрал сегодня. Даже те, которые
сперва собирался отнести в банк.
Пока Жора пересчитывал деньги и прятал их, время бежало вперед.
— С Новым годом! — крикнули на улице.
Мороженщик посмотрел на часы. Новый год наступил.
Жора быстро поставил ящик в яму, нанизал на проволоку дощечки, уложил
их на место и вдавил каблуком последнюю паркетину. После этого он задвинул
тайник столом. Теперь все шито-крыто. Комар носа не подточит!
Вдруг Жора вспомнил последние слова лейтенанта: "На будущий год
увидимся!" А год этот уже наступил. Когда, где и зачем хочет увидеться с
мороженщиком лейтенант Кислица? Может, в милиции догадываются, что Жора
делал из одной порции две? Как бы продать все мороженое, которое привезли на
каникулы, а деньги забрать себе?
Можно сказать, что мороженое съели мыши. Но где их взять — мышей? И
как они прогрызли железные бидоны?
Лучше устроить пожар. И сказать, что мороженое сгорело. Жалко, что оно
не горит!
Жора сел за стойку, обхватил голову руками, стал думать.
Просто необходимо на кого-то свалить вину. Кто-то должен быть виноват в
том, что он, бедный, несчастный мороженщик, остался без мороженого. Воры!
Воры залезли и объелись мороженого!
¶Семнадцатая история. ЭТО ПРОСТО БЕЗОБРАЗИЕ!§
Утром Оля проснулась рано, потому что спать, свернувшись калачиком на
диване, неудобно. За окнами было темно.
Она любила просыпаться первой и тихо ходить по квартире. Ты сама себе
хозяйка, никто не говорит, что нужно делать и что не нужно.
Это было самое первое утро в Новом году. Девочка вспомнила события
минувшей ночи и встревожилась. А где же Капуша?
В темноте Оля встала на пол и чуть не упала. Ей под ноги попался шарик,
который покатился в сторону. Оля шагнула, и задела ногой другой шарик, а
потом третий. Тогда она зажгла свет.
Весь пол оказался в красных мячиках — одни побольше, другие поменьше.
Со шкафа свешивалась бахрома из красных ниток.
— Капитолина! — шепотом позвала Оля. — Капуша, ты где?
— Угу! — отозвалось со шкафа.
Оля раздвинула бахрому красных ниток и видит: на шкафу рядом с
чемоданом сидит Капуша и быстро-быстро перебирает руками. А перед ней мамина
шерстяная кофта. Вернее, бывшая кофта. От нее осталась узкая полоска. Все
остальное превратилось в нитки. Нитки превратились в красные шерстяные
шарики, что катаются по полу. Распустит обезьяна кусок кофты и нитку на
палец наматывает. Вот и летит на пол новый шарик.
— Ох, и натворила же ты дел! — испугалась Оля.
— Что там случилось?
Из другой комнаты, на ходу запахивая халат, вышла мама.
Она глянула на шкаф и тут же спросила:
— Где моя кофта?
— Вот она!
Оля забрала у Капуши остаток — узкую длинную полоску.
— Где? — упрямо воскликнула Наташа. — Не вижу.
— Вот твоя кофта!
Оля примерила остаток на себя.
— А это что? — мама указала на пол.
— Это... — Оля пожала плечами, — это клубки шерстяных ниток.
— Сама знаю, что клубки. Чья это работа?!
— Моя, — заявила Оля. — Я распустила. Случайно...
Оле показалось, что обезьяна ей подмигнула. Но Наталья сама увидела
Капушу. Та, сидя на шкафу, продолжала работать. Собирала свесившиеся нитки,
наматывала, а шарики сбрасывала вниз.
— Не морочь мне голову, Ольга! И не защищай обезьяну! Эту кофту мне
Павел подарил ко дню рождения. Зачем она это сделала?
— Ей скучно, — сказала Оля. — У нее тоже зимние каникулы. Надо же
чем-нибудь заниматься, когда скучно.
— Видали? Ей скучно... А если завтра ей опять станет скучно, она
снимет крышу с дома?
— Ей скучно, потому что все только и делают, что ее стыдят и ругают.
— А пускай она поступает по-человечески!
— По-человечески она еще не умеет. Я научу.
— Научишь?.. А ну, Капа, отдавай немедленно!
Наташа, сердясь, приставила к шкафу стул, влезла на него и протянула
руки к Капуше. Та послушно отдала остатки ниток, то, что осталось от кофты,
которая еще вчера была почти совсем новой.
— Прости ее, — попросила Оля.
— Такие вещи не прощают! Павел, Павел, ты слышишь?! Вставай
немедленно!
— Чего шумите, полуночники? — послышался сонный голос папы. — Новый
год, если не ошибаюсь, бывает всего раз в году. Дайте поспать!
— Пожалуйста, спи, если семейные проблемы тебя не волнуют! Я сама
знаю, что делать.
Мама решительно направилась к телефону. Она набрала номер, но там
трубку долго никто не снимал.
— Алло! Виктор? — заговорила, наконец, Наталья. — Да проснись, ради
бога! Проснулся? То-то! Ну и подарочек ты нам привез! Как это — что?! Ночью
Капуша распустила мою новую кофту. Что? Бывает?! Нет, мы с Олей просто
требуем, чтобы ты забрал свою обезьяну, да! Понял?! На днях заедешь? Ладно!
Оля не выдержала и выхватила у мамы трубку:
— Не надо! Не забирай, пожалуйста! Это моя обезьяна, я ее люблю!
— Ладно, Витя, — трубку взяла опять Наталья. — Видишь, какие
сложности. Спи дальше... Уже выспался? Тогда с добрым утром!
Она повесила трубку.
Так началось новогоднее утро в квартире Кольцовых.
Капуша перепрыгнула со шкафа на форточку и стала кататься от стены до
окна и обратно.
Поднялся и вышел, протирая глаза и потягиваясь, папа.
— С Новым годом! — сказал он, зевая.
— На весь год настроение испорчено, — бросила ему Наташа.
— Ты, как всегда, преувеличиваешь, — ответил он.
— Что за животное? — не слушала его Наташа. — Никакой пользы, только
безобразничает.
— Мама! — предложила Оля. — Я же умею вязать и ее научу. Она свяжет
тебе из этих ниток кофту лучше старой. Вот увидишь!
— Ай, ну вас! — усмехнулась Наташа. — Ладно уж, садитесь завтракать.
Зови за стол свою Капушу!
¶Восемнадцатая история. ДЕ
...Закладка в соц.сетях
