Жанр: Приключения
Разведчик (хондо)
...ва, и король
согласился уплатить за них очень значительную сумму.
Алчная "Анна Ивановна"
Обер-разведчик Наполеона Шульмейстер сумел отличиться во время
эрфуртского свидания французского и русского императоров (сентябрь 1808 г.),
организовав хорошо поставленное наблюдение за его участниками, и особенно,
конечно, за царем Александром I. Быстро сменявшиеся любовницы царя все как
на подбор оказывались состоявшими на службе у Шульмейстера. Но вездесущий
главный шпион, окружая слежкой императора Александра, пропустил все же одно
важное свидание царя, точнее - не знал и не догадывался, о чем говорилось на
этом свидании.
Английские разведчики, которые, как осы из роя, вились вокруг Эрфурта,
раздобыли довольно точные и подробные отчеты о встрече императоров. В этих
шпионских донесениях сообщалось о столкновениях, скрывавшихся за фасадом
дружественных переговоров двух могущественных монархов.
Однако многоопытная английская разведка тоже ничего не узнала об
интересующем нас эпизоде. Правда, сам Наполеон в последующие годы начал
смутно подозревать, что нечто фатальное для него тогда произошло, но где,
при какой обстановке и, главное, при чьем участии - все это так и осталось
для императора тайной вплоть до конца его дней. А рассказал впервые об этой
истории уже в наше время известный советский исследователь академик Е. В.
Тарле на основе изучения русских дипломатических архивов.
Главными действующими лицами были русский царь Александр I и ушедший в
отставку французский министр иностранных дел князь Талейран, впрочем,
по-прежнему сохранявший влияние на политику Франции. Представлять их нет
необходимости. "Властитель слабый и лукавый", по пушкинской характеристике,
русский царь известен так же хорошо, как и его собеседник, само имя которого
стало синонимом дипломатической изворотливости и коварства. Это был тот
самый князь Талейран - аристократ, ставший дипломатом и министром
Французской республики (он не мог ужиться лишь с якобинцами), предавший
потом республику Наполеону, а затем предавший самого Наполеона Бурбонам,
чтобы еще через полтора десятилетия предать Бурбонов, перейдя на службу к
королю-буржуа Луи Филиппу Орлеанскому. "Что-то есть во мне, - иронически
отмечал Талейран, - приносящее несчастье правительствам, которые
пренебрегают моими услугами". Про Талейрана современники говорили: он так
богат, потому что продавал всех, кто его покупал. Человек, после смерти
которого острословы спрашивали: "Талейран умер? Интересно узнать, зачем ему
это понадобилось?"
Но и в 1808 г. репутация Талейрана была уже вполне устоявшейся. Русские
дипломаты в официальной переписке называли его "попом-расстригой",
"письмоводителем тирана", профессиональным предателем и столь же
профессиональным взяточником и казнокрадом, который обоими этими способами
награбил несчетное число миллионов. Но никто не отрицал его выдающегося ума,
проницательности и дальновидности, сочетавшихся с готовностью на любое
преступление, если оно выгодно, и с абсолютным бесстыдством, которое он
умело скрывал за величавой и ленивой надменностью прирожденного вельможи.
Такова была личность, представшая перед Александром Павловичем в
Эрфурте, и вдобавок личность, крайне царю несимпатичная. Александр всю жизнь
не мог простить Талейрану одну ноту, составленную им по приказу Наполеона. В
этой ноте более чем прозрачно намекалось на соучастие Александра в убийстве
его отца Павла I.
Встреча с "подлецом" Талейраном была тем более неприятна царю, что
политика сближения с Францией и вражды с Англией, которую пришлось проводить
после Тильзита, вызывала растущее неодобрение русского дворянства как сильно
задевавшая его экономические интересы. Александр тревожился даже за свою
личную безопасность в Эрфурте, занятом наполеоновскими войсками. Еще недавно
при таких же обстоятельствах Наполеон в Байонне приказал арестовать
приехавших туда испанского короля и наследного принца!
Тем более поразительным оказалось для Александра содержание его беседы
с ближайшим советником Наполеона. Суть того, что было сказано Талейраном -
если отбросить многочисленные экивоки и красивые слова, - сводилась к
следующему. Он, Талейран, не согласен с безудержными завоевательными планами
Наполеона. Не согласна с этим и Франция. Страна хочет лишь границ по Рейну,
Альпам и Пиренеям. Все остальное - то есть добрая половина Европы,
подчиненная Наполеону, - это личные завоевания императора, до которых, по
любезному разъяснению князя, Франции нет никакого дела. Иначе говоря,
Талейран заранее отказывался от этих аннексий - он был убежден, что их все
равно не удастся долго удержать, - в пользу того, кто помог бы покончить с
властью Наполеона. А чтобы закрепить новые отношения с Александром, Талейран
выразил готовность поступить на русскую службу, разумеется, тайно и, что
тоже само собой понятно, с полагающимся в таких случаях жалованьем. Все это,
конечно, было обговорено и согласовано не при первой встрече, а на
нескольких последующих свиданиях.
Более того, чтобы доказать серьезность своих намерений, Талейран тут же
стал выдавать царю секреты Наполеона, указывать пределы, до которых можно
доходить, когда случится противостоять требованиям и планам французского
императора, не вызывая окончательного разрыва. А потом в беседах с
Наполеоном Талейран горестно вздыхал, слушая его жалобы на неожиданное
упорство, проявленное царем в ходе переговоров.
Хотя Талейран и не был уже главой министерства иностранных дел, он
по-прежнему, как лицо, близкое к Наполеону, был посвящен во все тайны
внешней политики Франции. Кроме того, поскольку многоопытный князь знал, что
ему никак не удастся утаить свои метаморфозы от обладавшего особым нюхом на
подобные дела Фуше, Талейран счел за благо привлечь его на свою сторону.
Тот, как и Талейран, понимавший опасность дальнейшей завоевательной политики
Наполеона, занял позицию дружественного нейтралитета и даже при случае начал
поставлять Талейрану недостававшие ему сведения для передачи в Петербург. В
секретной русской дипломатической переписке герцог Беневентский, светлейший
князь Талейран-Перигор, кавалер бесчисленных орденов, с той поры стал
именоваться "юрисконсультом", "моим другом", "нашим книгопродавцем",
"кузеном Анри", а то и просто "Анной Ивановной".
Надо сказать, что "Анна Ивановна", подобно одной гоголевской героине,
оказалась дамой, приятной отнюдь не во всех отношениях. За поставляемый ею
товар она неукоснительно требовала значительной оплаты и проявляла столь
неумеренное корыстолюбие, что переписка русского посольства в Париже с
Петербургом все время сопровождалась настойчивыми просьбами о присылке
дополнительных денежных сумм. Чего, однако, никак нельзя было узнать из
информации, поставлявшейся почтенной особой, так это того, что она вскоре же
(через посредничество Меттерниха, бывшего тогда австрийским послом в Париже)
нанялась по совместительству на службу к Австрии и ловко маневрировала между
двумя нанимателями, интересы которых далеко не совпадали. Не брезговала
"Анна Ивановна" и военным шпионажем, поставляя австрийцам сведения о
движении французских войск как раз накануне новой войны Наполеона против
Австрии в 1809 г.
Наполеон, конечно, ничего не знал об этих "негоциациях", как писали
старинным слогом в тогдашних русских дипломатических бумагах. Но императору
тотчас же донесли о непонятном сближении Талейрана и Фуше, бывших до этого
явными врагами. Это была открытая демонстрация. Скрывался ли за ней заговор?
Австрийский посол в Париже, будущий канцлер К. Меттерних, поддерживавший
самые тесные связи с Талейраном, которому передал не одну сотню тысяч
франков за его услуги, писал в Вену: "Не устроят катастрофу, но используют,
если таковая произойдет". В переводе на обычный язык это означало, что оба
министра не отважатся подготовить покушение на Наполеона, но заранее
принимают меры на случай, если Наполеон окажется убитым, чтобы
воспользоваться создавшейся ситуацией. Талейран и Фуше в таком случае
собирались возвести на императорский престол маршала Мюрата, незадолго до
того ставшего королем Неаполя. Мюрат был женат на сестре Наполеона Каролине
Бонапарт. Поэтому Меттерних имел сведения из первого источника, так как
состоял в любовниках Каролины. Честолюбивая Каролина была заведомо готова
одобрить этот план и послала в Неаполь Мюрату письмо или специального гонца,
чтобы новоявленный неаполитанский король не упустил возможности, если она
представится ему во Франции. Кажется, написал письмо на сей счет и Талейран,
а Фуше услужливо подготовил смену лошадей, чтобы ускорить прибытие Мюрата в
Париж. Однако у Наполеона недаром было несколько секретных полиций, разведок
и контрразведок. Переписка с Мюратом была перехвачена людьми министра почт
Лавалетта, который поспешил сообщить обо всем Наполеону. Это сообщение
заставило Наполеона, находившегося в Испании, бросить армию и спешно,
загоняя лошадей, вернуться в Париж. На торжественном приеме 23 января 1809
г. император в ярости набросился на Талейрана, публично напомнив ему все
измены и соучастие в самых темных делах. "Почему я вас еще не повесил на
решетке площади Карусель? Но есть, есть еще для этого достаточно времени! Вы
- грязь в шелковых чулках! Грязь! Грязь!.." - кричал в исступлении Наполеон.
Покидая приемную, Талейран заметил ошеломленным свидетелям этой сцены:
- Как жаль, господа, что такой великий человек так плохо воспитан. А в
передней он прошептал одному из своих близких знакомых:
- Такие вещи не прощают.
Впрочем, уже вечером, возвращая по требованию императора ключи - знаки
своих обязанностей великого камергера, Талейран заметил, что ничто не
способно ни преодолеть, ни ослабить его признательности и верности
императору, которые он сохранит до конца жизни... А Фуше, который избежал
падения, в своих ежедневных полицейских рапортах Наполеону докладывал о том,
как реагирует общественное мнение на отставку Талейрана. В рапорте от 1
февраля министр полиции уверял, будто в конечном счете возобладало
убеждение, что эти два лица (т. е. Талейран и сам Фуше) "могли объединиться
только во имя подлинных и явных интересов династии Бонапартов". Конечно,
Наполеон этому нисколько не поверил. Правда, он не знал пока, что "Анна
Ивановна" занялась военным шпионажем в пользу Австрии, война с которой
быстро надвигалась, запросив за свою службу первоначально с Меттерниха не-
сколько сот тысяч франков. Вена ответила согласием, и Меттерних стал
получать немало наиважнейших сведений военного и политического характера. А
поскольку Меттерниху с началом войны предстояло покинуть Париж, было
договорено, что Талейран станет пересылать всю информацию и получать
следуемое вознаграждение через одно доверенное лицо во Франкфурте-на-Майне.
(Для собственных же нужд Талейран еще со времен Аустерлица имел своего
человека в штабе Наполеона, обязанностью которого было известить князя
раньше всех других, если император будет сражен шальной пулей.)
Возрождение из пепла
Герой одного фантастического рассказа Г. Уэллса приказал Земле
остановиться. Началась космическая катастрофа. Насмерть перепуганный, ее
виновник успел лишь потребовать, чтобы все вернулось в прежнее состояние, а
люди так ничего и не узнали о своей неминуемой гибели и чудесном спасении.
Нечто подобное произошло и с французской секретной службой в июне 1810 г. Не
будучи птицей Феникс, она тем не менее возродилась из пепла... сожженных
документов.
Уже 12 лет с небольшим перерывом возглавлял Жозеф Фуше министерство
полиции, создав огромную всепроникающую сеть шпионажа - за всеми слоями
населения, за придворными, за военными, за дипломатами как французскими, так
и иностранными, за чиновниками наполеоновской администрации и литераторами,
покорно черпавшими вдохновение в указаниях императорской цензуры. Полиция
запрещала сколь-нибудь многочисленные собрания, даже семейные праздники и
встречи друзей без своих представителей. Однажды один известный генерал
намеревался собрать немногих своих боевых товарищей за дружеским столом.
Бравый воин с негодованием узнал, что делать это без участия полиции
запрещено. Он пожаловался Фуше. Министр ласково кивал в знак сочувствия, но
не отступал от своих требований. Когда возмущение генерала дошло уже до
предела, Фуше внезапно осенила какая-то мысль.
- Вы не можете дать мне список приглашенных? - спросил он и, бегло
взглянув лишь на первые два-три имени среди дюжины, спокойно добавил:
- Хорошо, генерал, нет нужды в присутствии представителя полиции...
Фуше превратился в силу. Перед ним, посвященным во все закулисные
стороны жизни великих мира сего и их слабости, испытывали больший страх, чем
перед самим императором. Фуше была отлично известна вся подноготная
императорской фамилии, вплоть до распутства сестер Наполеона или того, с кем
изменяет императору его любовница. Но новоиспеченного герцога Отрантского
неустанно гложет неудовлетворенное честолюбие. Ему тесно в стенах
министерства полиции. Наполеон - в Испании, англичане используют его
отсутствие для высадки в Бельгии. Фуше именем императора создает, обучает,
снаряжает в короткий срок целую армию и посылает ее навстречу высадившемуся
неприятелю. Английскому десанту приходится спешно убраться восвояси.
Но Жозеф Фуше мечтает о большем. Он знает, насколько широко
распространена тяга к миру, который бы покончил с многолетней изнурительной
войной против Англии, и что в Лондоне тоже имеются влиятельные силы, готовые
подумать о компромиссе, о соглашении, которое снова открыло бы для
английских товаров захлопнутые Наполеоном ворота в европейские страны. И вот
фуше по собственной инициативе продолжает тайные переговоры с Англией,
прерванные неуступчивостью Наполеона. Фуше готов отказаться от части
завоеваний, сделанных французами. Его агентом является темный делец банкир
Уврар, но и он думает, что действует по поручению императора, исполнителем
воли которого является министр полиции. Более того, даже голландский король,
брат Наполеона, Людовик Бонапарт уверен, что переговоры, ведущиеся через
Голландию, проходят, несомненно, с ведома и с согласия императора.
Как отмечалось, у Наполеона имелась не только полиция Фуше, но и другая
полиция, шпионившая за Фуше, а также полиция главного директора почт,
которая должна была наблюдать за полицией, следившей за хитроумным герцогом
Отрантским. Были у императора еще и другие полиции... Но ведь и сам Фуше, в
свою очередь, следил за следившими за ним полициями. Как бы то ни было, этот
переплетенный "клубок змей" продолжал извиваться, а нужной информации
Наполеон от своих агентов так и не получил. Узнал он о действиях Фуше совсем
случайно. Когда Наполеон с новой женой - дочерью австрийского императора
Марией-Луизой - посетил Голландию, Людовик Бонапарт мимоходом упомянул об
этих переговорах как о хорошо известном факте. Не надо быть Наполеоном,
чтобы понять, кто скрывается за спиной Уврара. Взбешенный император отдает
приказ командиру жандармерии Савари, герцогу Ровиго, немедленно без шума
задержать агента Фуше. В Париже Наполеон спрашивает министра полиции,
известно ли ему что-нибудь о переговорах Уврара. Тот, разумеется, спешит
отречься от своего представителя. Тогда, продолжая игру, Наполеон
приказывает Фуше арестовать уже находящегося за решеткой Уврара. Министр
полиции пытается возражать и этим лишь разоблачает себя.
Собрав совещание своего правительства, Наполеон заявил:
- Что вы думаете, господа, о министре, который, злоупотребляя своим
положением, без ведома своего государя вступает в дипломатические переговоры
с иностранными державами на основе им самим установленных условий и
компрометирует таким образом политику своей страны? Какому наказанию по
нашему законодательству подлежит он за подобное должностное преступление?
- Несомненно, Фуше очень виноват, - тихо пробормотал приглашенный на
совещание Талейран, - и его следует заменить на его посту. Однако для замены
Фуше, по правде говоря, я не вижу никого, кроме герцога Отрантского.
Император был иного мнения. На другой, день Наполеон назначает Савари
министром полиции. Правда, герцог Отрантский знает слишком много, чтобы его
можно было просто вышвырнуть пинком. Как и во время одной уже имевшей место
краткой отставки Фуше, увольнение от должности сопровождается почетным
назначением на пост императорского посла в Рим. Но Фуше уже закусил удила.
Он стремится показать Наполеону, что стоит большего, чем окружающая его
толпа придворных льстецов и покорных слуг с министерскими портфелями.
Полицейская машина создана Фуше и не будет иметь другого хозяина!
Когда герцог Ровиго является к герцогу Отрантскому с извещением о том,
что он, Савари, назначен на пост министра полиции, Фуше встречает своего
преемника с исключительной любезностью. Савари обманут. Он даже вздыхает с
облегчением. Вместо тяжелых разговоров, ссоры с властным и опасным человеком
состоялась дружеская беседа людей, один из которых обязан по приказу принять
дела, а другой готов отказаться от ставших весьма обременительными
обязанностей. Фуше выражает даже готовность всячески быть полезным новому
министру в ознакомлении со множеством новых и незнакомых для него вопросов.
Конечно, потребуется немного времени, чтобы привести в порядок дела этого
ведомства - ведь императорский приказ последовал так неожиданно, что герцог
Отрантский не успел подготовиться для передачи всего многосложного аппарата
министерства своему преемнику. Если герцог Ровиго не возражает, он, Фуше, за
несколько дней все доведет до полнейшего ажура, а тем временем и герцогиня
Отрантская успеет перебраться на новую квартиру. Конечно, Савари не
возражает и, крайне довольный, удаляется. А Фуше вместе с самым доверенным
помощником принимается за дело. Документы, касающиеся наиболее важной
секретной агентуры, или уничтожаются, или быстро вывозятся в личные тайники,
где их не разыскать императорским соглядатаям. Многочисленные агенты -
военные, чиновники, придворные, священники - все они шпионы Фуше и только
Фуше, и он не желает передавать их в руки Наполеона. Для вида оставляются
лишь сведения о малозначительных агентах, от которых нельзя узнать ничего
серьезного. Четверо суток продолжается лихорадочная работа. Четверо суток
дымит камин, бесследно пожирая все то, что Фуше не считает нужным сохранить
для себя и в то же время не желает уступить Савари.
А после этого происходит передача дел ничего не подозревающему герцогу
Ровиго. Вся разведывательная сеть Фуше порвана на множество мелких, не
связанных между собой частичек, главные звенья ее бесследно исчезли. Через
сутки об этом догадывается и Савари, который вынужден с тревогой доложить о
странном происшествии самому императору. Наполеон посылает фуше предписание
вернуть похищенные бумаги. Одно, второе, третье... Но тот в ответ лишь
утверждает, что давно сжег документы, которые у него требуют. Он как бы
мимоходом бросает посланному от Наполеона, что это сделано для поддержания
чести императорской фамилии (явный намек на имеющиеся в руках отставного
министра важные и компрометирующие бумаги). Но Фуше просчитался - он
недооценил решительность Наполеона. Тот сразу отдает приказ начальнику своей
личной полиции Дюбуа: или Фуше вернет требуемые бумаги, или его надлежит
отправить в тюрьму под конвоем десятка жандармов, и он скоро почувствует,
что значит навлекать на себя императорский гнев.
Только теперь Фуше понимает, что зашел слишком далеко, - Дюбуа
опечатывает бумаги бывшего министра. Конечно, все важное давно припрятано в
надежных местах, но ясно, что император ни перед чем не остановится, дабы
сломить Фуше. И Фуше на какой-то момент действительно сломлен. Тщетно пишет
он униженные письма Наполеону, добивается приема. Ему грубо сообщают, что в
его услугах более не нуждаются. Объятый паническим страхом, Фуше уезжает из
Парижа, мчится в Италию, петляя по различным городам, собирается уехать за
океан - его останавливает лишь страх попасть в руки англичан. А тем временем
герцогиня Отрантская вступает в соглашение с Наполеоном. Она отдает самые
важные бумаги, касающиеся лично Наполеона и императорской фамилии. После
этого отставной министр имеет возможность вернуться в свое поместье. (Это
еще не последний этап в карьере Фуше - его ожидают новые взлеты и новые
падения.)
А пока что Савари, начисто лишенный способностей Фуше, но трудолюбивый
и настойчивый служака, начинает шаг за шагом восстанавливать разрушенное.
Кое-какие следы Фуше не успел уничтожить - остается, например,
регистрационная книга фамилий и адресов второстепенных осведомителей.
Кое-кого знают чиновники министерства, даже швейцар. И когда посетители -
среди них много агентов Фуше, - не подозревая о произведенном разгррме, из
осторожности наносят ни к чему не обязывающий визит новому хозяину в здание
министерства полиции, министр спешно консультируется у привратника, посещало
ли данное лицо герцога Отрантского. Скрывая свое незнание, Савари удается
убедить большинство явившихся на прием людей, что у него находятся все
материалы об их прошлом, которыми располагал Фуше. А ведь эти материалы
часто куда более, чем деньги, служили гарантией верности агента. Так
постепенно, незаметно для самих агентов, и не подозревавших о развале
механизма, частью которого они являются, эта машина снова восстанавливается
деталь за деталью. И хотя многие "части" утеряны, ее снова пускают в ход.
Тонкости переплетного дела
Тайная война шла с переменным успехом. Провалы соседствовали с
успехами. Серьезной удачей английской секретной службы была передача в
Лондон державшегося в строгом секрете текста Тильзитского договора,
заключенного в июне 1807 г. между Наполеоном и царем Александром I. Письмо,
поступившее министру иностранных дел Джорджу Кан-нингу, прибыло,
по-видимому, из Мемеля, расположенного сравнительно недалеко от Тильзита,
через посредничество британского посланника в Копенгагене Гэрлайка. Этот
английский дипломат сообщил также о подозрительных передвижениях французских
войск на границах с Данией. А на следующий день в Лондон с новыми
подробностями прибыл английский разведчик Колин Маккензи, находившийся
где-то около Тильзита во время встречи двух императоров. Вероятно, важные
сведения поступили и от д'Антрега, поскольку Каннинг вознаградил графа
ежегодной пенсией в 400 ф. ст.
Политическая и морская разведки были налажены значительно лучше, чем
военная. Главнокомандующим английской армией с 1798 по 1827 г. был второй
сын Георга III фельдмаршал Фредерик Август, герцог Йоркский, бездарный
полководец, не раз терпевший позорные поражения от французских генералов.
Большую оперативность герцог проявлял в казнокрадстве да еще в оптовой
торговле военными чинами по сниженным (по сравнению с официальными) ценам.
Заведовала ею миссис Кларк, фаворитка герцога. Когда любовники рассорились,
она не стала молчать. Чтобы прекратить неприятное парламентское
расследование, герцог поспешно подал в отставку. Но скандал вскоре поутих, и
достойный фельдмаршал снова занял свой пост.
В 1803 г. герцог Йоркский создал специальное Управление военных знаний,
которое должно было наряду с обобщением опыта прошлых войн и составлением
карт заниматься также изучением иностранных армий, в том числе и на основе
информации, получаемой от специальных агентов за рубежом. Управление
постепенно превратилось в разведывательный департамент военного ведомства.
Овладевая чужими секретами, британское правительство нередко не могло
сохранить свои собственные. В июлле 1809 г. английский флот появился в устье
Шельды и захватил остров Валхерн, базу для своих действий против Бельгии и
Голландии, находившихся в руках французов. В Лондоне рассчитывали на то, что
главные силы Наполеона сконцентрированы против Австрии. Однако экспедиция
окончилась полной неудачей, и в декабре 1809 г. Валхерн был очищен от
английских войск. Немалую роль в этой неудаче сыграла неспособность
обеспечить внезапность наступательных действий. Один из участников
экспедиции писал: "Положение было таково: как только министры начали
обсуждать вопрос, секрет сразу стал достоянием гласности на континенте, как
и большинство наших секретных дел в то время. Можно с уверенностью сказать,
что почти в каждом случае, когда успех экспедиции зависел от секретности,
единственными не знавшими, в чем дело, были офицеры, которым поручалось
командование".
Немало секретной информации попадало на страницы печати. Командующий
английскими войсками в Испании герцог Веллингтон писал в марте 1813 г.:
"Вполне можно сообщать разведывательную информацию через газеты. Более того, Гипотезы и легенды
Наполеон после отречения от престола получил во владение небольшой
остров Эльбу, представляя самим фактом своего нахождения неподалеку от
берегов Франции угрозу для Б
...Закладка в соц.сетях
