Жанр: Боевик
Третьего не дано
...кон, уставленном работающими компьютерами. Сергей находился не
один, а с целой группой таких же "дебилов", одетых в желтые халаты. Они сидели
перед мерцающими мониторами, в шлемофонах, с подключенными сенсорными датчиками
и перебирали пальцами клавиатуру. Вдоль рядов прохаживались двое мужчин в синих
комбинезонах, наклоняясь изредка к играющим людям, поправляя или корректируя их
действия. Помещение походило бы на зал игровых автоматов, если бы не необычная
тишина в зале, гнетущее выражение лиц и загадочность всего происходящего. Словно
бы тут совершалась какая-то черная месса, призванная вызвать из глубин ада
самого сатану. Либо ещё какое-то действо подобного рода, с использованием
последних супердостижений двадцатого века.
- Этот в порядке, - негромко сказал один мужчина в комбинезоне другому.
- Включи ему следующую программу, - ответил тот. Человек, названный
"пастухами" "в порядке", выглядел наоборот, как одержимый бесами. Лицо его
корчилось, искажалось мукой, глаза начали вылезать из орбит. С губ срывались
какие-то непонятные обрывки фраз, слов. Сменив файл, мужчины в комбинезонах
пошли дальше, остановились возле Днищева.
- А этот пусть ещё поработает, - произнес первый, всматриваясь в
безжизненное лицо Сергея. - Созреет.
- Не нравится мне почему-то этот новичок, - резко бросил второй. - Откуда
он вообще взялся?
- Оттуда, откуда же и все остальные, - ответил первый. - С улицы.
- То-то и оно. А я давно твержу отцу Дионисию, что надо менять принципы
подбора паствы. Людей надо брать не с улицы, а с молодежных тусовок, с
факультетов, из неформальной среды. А то занесем черт-те какую заразу!
- У отца Дионисия своя голова на плечах.
- Вот-вот. Как бы эта голова не полетела вместе с нашими. У Асахары тоже
было слишком много амбиций. А чем все это обернулось?
- Не знаю, я в Аум Сенрике не был.
- Тогда тебе крупно повезло. А я подключался к его психотропным
разработкам. Сам чуть не "съехал".
- Оно и видно, - ехидно сказал первый.
- Ты на что намекаешь? - обиделся второй, толкнув Днищева кулаков в
затылок. Сергей мотнул головой, но более никак не среагировал на это.
- Да ладно, Жора, не заводись, - миролюбиво сказал первый. - Пошли лучше к
сеансу готовиться..... Скоро отец Дионисий прибудет.
- И то верно.
Толкнув Днищева ещё разок в затылок, Жора пошел вслед за своим напарником.
Лицо Сергея оставалось все таким же "дебильным", лишь зрачки глаз слегка
сузились. Он продолжал нажимать на клавиши и, похоже, получал от этого
удовольствие. Но радовался Днищев в общем-то по другому поводу. Тому, что ему
наконец-то удалось проникнуть в эту компьютерную секту отца Дионисия.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Мокровец оказался гораздо хитрее и искуснее, чем предполагал Днищев. Его
ум не соответствовал обезьяньей внешности и обладал дьявольским коварством. На
даром отца лжи называют обезьяной Бога. На сей раз Мокровец ускользнул шестого
мая, когда Днищев, вновь вышедший на опасного противника, приготовил ему
западню...
Накануне состоялся разговор с Кротовым на одной из конспиративных квартир
"Русского Ордена". Координатор, судя по всему, провел пари бессонных ночей, в
глазах скопилась усталость. Он бросил на стол несколько фотографии, на которых в
разных ракурсах была запечатлена искореженная взрывом "Вольво", три трупа - двое
в салоне, один возле автомашины.
- Заряда не пожалели, - сказал Кротов. - Это Степняк, председатель
концерна "Росич". Его шофер и телохранитель. Все входили в "Русский Орден".
Степняк оказывал нам существенную поддержку.
- Где это произошло и как? - спросил Днищев.
- На кольцевой дороге, за Гольяново. Ночью. Радиоуправляемое устройство,
замаскированное под огнетушитель, подсунули им в салон. Сила взрыва эквивалентна
600 гр. тротила.
- Скажу больше. Есть сведения, что к этой акции причастны люди из группы
"Психоз". А ещё конкретнее, твой "приятель" Мокровец.
- Откуда известно?
- У меня свои каналы информации, - усмехнулся Кротов. - За достоверность
ручаюсь. В каждой среде обитания найдется человек, которому корпоративные
интересы дороже личных. И наоборот. Люди подобны музыкальным инструментам, надо
только уметь играть.
- Почему же вы, ежели такой хороший музыкант, не смогли предотвратить
акцию? - спросил Днищев, чувствуя, что начинает закипать: Кротов многое не
договаривал, а Сергей терпеть не мог играть в прятки. - Насколько я понимаю, в
группе "Психоз" находится наш человек? И что же? Степняка нельзя было куда-то на
время упрятать? Или своим информатором вы дорожите больше?
- Мы не знали против кого конкретно пройдет акт, - устало сказал Кротов. -
Запомни: мы не принадлежим себе, личной жизни у нас нет. Мы - как единый
организм, руки, голова, ноги. Каждый выполняет свою функцию. И такой же
слаженный организм действует против нас. В этой борьбе надо быть здоровым и
трезвым, с ясным сознанием и крепкими мышцами. Нас пытаются заразить инфекцией,
вбрасывая все новые и новые бациллы, а мы делаем вредные прививки им. А вирусы
есть всюду. Кстати, тебя не удивило, что в тот вечер, первого апреля, когда мы
сидели у Киреевского, я при всех рассказывал тебе о группе "Психоз"? Нас было
восемь человек.
- И что? Хотите сказать...
- Именно. Я специально вбросил эту информацию, поручив тебе заняться
разработкой группы.
- А кто-то из присутствующих тогда связан с демшизой?
- Только не с "демшизой", а с серьезной организацией, которая шутить не
любит. Димшиза - пена, она наверху. И масонские структуры, вроде "Ротари" или
"Ордена Орла" - известны. Все это - верхняя часть айсберга. А есть дно, вроде
"Психоза" и других групп... - добавил Кротов. Потом продолжил: - Мне было важно
знать: прав ли я в отношении своих подозрений? И оказалось - прав. Теперь могу
поздравить тебя от всей души. Ты - на крючке. Им известно, что ты занимаешься
"Психозом", конкретно - Мокровцом. И кто-то из них станет заниматься тобой.
Скорее всего, тот же Мокровец. Ты идешь по его следу, а он пойдет по твоему.
- Ну и свинья же вы, Алексей Алексеевич! - сердито произнес Днищев. - Это
называется - "подставить".
- А что я мог сделать? - усмехнулся фараонской улыбкой полковник ГРУ. -
Как ещё было выяснить - ест ли среди нас предатель? Кроме того, я уверен, что
когда ты встретишься с Мокровцом, ставки у букмекеров будут приниматься один к
трем. В твою пользу. И он, и ты - одиночки, но за тобой - вся мощь "Русского
Ордена", а за ним - всего-навсего силы темной пустоты, ничто. - Кротов вновь
усмехнулся, похлопав Днищева по плечу. Тот сбросил руку, продолжая злиться. У
этих "сил пустоты" есть конкретные выразители, опутавшие весь мир.
- Вы хоть выяснили, кто в "Русском Ордене" работает на них? - спросил он
угрюмо.
- Круг сужается, - уклончиво отозвался Кротов.
Днищев быстро прикинул: кто тогда был на вечере, когда поминали
Просторова? Он сам, Киреевский с Кротовым, ещё пятеро: журналист Корабелов,
генерал Карпухин, депутат Госдумы Яничкин, протоиерей Шаргунов и предприниматель
Роговодов. Ни одного из них он не смог бы заподозрить в утечке информации. Все
люди проверенные, отдавшие "Русскому Ордену" и служению России все силы. Либо
Кротов что-то путает, что при его дотошности вряд ли, либо предатель очень хитер
и осторожен. Пятерых можно отмести сразу же: Карпухина, Кротова, Киреевского, не
способного на двойную игру, самого Днищева (уж в себе-то он был уверен!) и,
конечно же, священника. Корабелов входил в демократические круги, но и не
скрывал этого, наоборот, приносил "Русскому Ордену" ценную информацию, поскольку
считался там "своим парнем". Яничкин с трибуны Госдумы клеймил режим изо всех
сил. Роговодов оказывал финансовую поддержку. Его хорошо знал Юра Ковчегов,
отзывался с уважением, а мнению своего приятеля Днищев привык доверять. Так кто
же?
- Не ломай голову, - словно угадав его мысли, произнес Кротов. - Занимайся
лучше Мокровцом. Теперь он для тебя - противник номер один. И постарайся не
упустить его вновь.
- Я даже не знаю, где сейчас прячется эта обезьяна, - пожал плечами
Днищев.
- А ты пораскинь мозгами, - сказал Кротов. - Помнишь, когда ты "ходил" за
ним, а мы после анализировали маршрут Мокровца, что показалось особенно
странным?
- Все. Бестолковость движений. Он словно дурачил меня.
- Это-то понятно. Но попутно он решал и свои задачи. Мокровец, как и
другие демоны из группы "Психоз", получают инструкции от своих хозяев
оригинальным способом.
- Каким же?
- Чтобы спрятать что-то, надо выставить это на всеобщее обозрение. Умный -
поймет, дурак - пройдет мимо и не заметит.
- Ладно, пусть я буду "дураком", но вы-то перестанете тянуть кота за
хвост?
Кротов пригладил щеточку белесых усов, усмехнулся.
- Кинотеатр "Форум". Афиша, - отозвался он, подмигнув Днищеву.
Из записных книжек Просторова
"... Демократы как всегда начинают ерничать и кривляться, когда мы заводим
речь о масонских организациях и заговорах. Но иудейский принцип деления людей на
"избранных" и "быдло", они даже не пытаются скрыть, им кичатся и рекламируют его
во всех СМИ. Есть каста, элита, в своей основе - еврейского происхождения, и
гои, уподобленные скоту. Полистайте телефонный справочник "Лучшие" люди и все
станет ясно. Возьмите в руки альманах "Орден Орла" с кадуцеем (жезлом Меркурия)
на обложке, символизирующем торговлю и с древних времен гарантировавшего его
владельцу неприкосновенность, где собраны, по уверению редакции, самые достойные
граждане России, чей авторитет не подлежит никакому сомнению в сферах политики,
бизнеса, культуры... Перевожу с тарабарского: масоны, высоких степеней посвящения.
Кто же эти "неприкасаемые", которым мы должны низко кланяться и благодарить небо
за возможность дышать одним воздухом с ними? Назову наиболее известные имена:
Чубайс, Бунич, Шаккум, Каспаров, Церетели, Гусман, Федосеева-Шукшина, Лебедь,
Неверов и т.д. "Лучшие люди России". Естественно, что все, кто не входит в Орден
Орла - соответственно относятся к худшим людям. Проще сказать, к отребью, быдлу,
скотам. В задачах Ордена записано: "повышать авторитет лиц, достигших
определенных успехов в области...". Это - типично масонский принцип: делать
искусственно из пустого человека значащую фигуру, накачивать её воздухом.
Примеров - множество. Из ремесленника Церетели "выдувают" великого скульптора;
из картаво-шепелявого Гусмана или мекающего Киселева - ведущих телепрограмм, из
финансового проходимца Неверова - крупного бизнесами, из ограниченного солдафона
Лебедя - кандидата в президенты России.
Многие из патриотов уверены, что стоит лишь поднять восстание, повесить за
ноги Борового и Новодворскую и прочих "жидов", как Россия тут же воскреснет. Это
не так. Ничего не изменится, если изгнать за границу клику Чубайса-ЛужковаЕльцина.
На место одних придут другие, не лучше. Кого-кого, а подлецов в России
хватает. Дело не в масонах, захвативших в Кремле власть, а в нас самих. Для
Победы надо убить лишь одного "жида", но самого главного - того, что сидит в
нашем сердце и не дает стать настоящими Православными. Истинный христианин не
поймается на уловки - не станет смотреть постыдное телевидение, не купит
демократическую газетку, не заглянет в казино и не пойдет голосовать за Зюганова
или Ельцина. Чем больше будет таких людей в России - тем быстрее падет
преступная власть, поскольку она держится лишь на воровстве, убийствах, лжи,
подлогах, зависти, гордыне, - на всех тех людских пороках, которые Создатель
повелел искоренять из своего сердца. Россия спасется не количеством митингующих,
а числом праведников... Но это не означает, что мы должны лишь молчать и каяться.
Пример подвижничества явил нам митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн.
До последних дней он разоблачал деяния сильных мира сего, духовно окормлял нас и
указывал путь к спасению. Народ не захотел прислушаться к его проникновенным
речам. И Владыка ушел.
Он предупреждал: "... будем ли мы покорно ждать, когда яд бездуховности и
религиозного одичания окончательно затуманит наше сознание и подорвет основы
государственного бытия России? Или все же попытаемся вернуть им изначальный
священный смысл, возвысим до понимания своего служения, своего долга - не только
индивидуального, личного, но и всенародного, соборного? Хранить Божественные
истины веры, её благодатные дары... непросто и нелегко. Для этого потребен тяжелый
душевный труд - труд христианского подвижничества и покаяния, державного
мужества и стойкости..." В статьях, книгах, проповедях Владыки Иоанна мы найдем
ответы на множество вопросов и прошлого, и настоящего, и будущего, а уж членам
"Русского Ордена" их положено знать непременно, чтобы вооружиться против врага
мечом истины и щитом разума.
Демократы и либералы, наши и заграничные, всячески пытались опорочить его,
замалчивают его творения и после смерти, даже из церковных приходов по чьему-то
негласному указанию изымаются книги митрополита Иоанна. Почему же они так боятся
его? Не потому ли, что видят себя, свою сущность, как в зеркале? Он писал, что
безбожный коммунизм терзал Россию, паразитируя на многовековых устоях общинных
традиций, а бессовестная демократия собирается терзать её, паразитируя на
древних вечевых и соборных традициях: "все идеи демократии замешаны на лжи".
Человеческая история на всем своем протяжении не знала ни одного государства,
где был бы на деле реализован принцип народовластия, всегда власть находится в
руках узкой группы лиц, немногочисленной и замкнутой корпорации. По существу,
это - рабовладельцы, элита, ничтожный процент от общего населения страны. Все
остальные - гои, скоты, по их собственному признанию. Иными словами, воплощение
демократических идей означает власть заговорщиков, искусно управляющей толпой
из-за кулис.
Но путь возрождения Святой Руси есть путь Веры и здравого смысла. А
монархия является оптимальной, исторически опробованной, естественной формой
государственного бытия российской цивилизации. Об этом говорил и Лев Тихомиров,
и Победоносцев, и Катков. Митрополит Иоанн предупреждает, что никакое
монархическое возрождение не станет возможным до тех пор, пока в высоких
сановных кабинетах и в СМИ господствует космополитизм и оголтелая русофобия,
преклонение перед Западом, культ насилия, наживы и разврата. Из всех верховных
правителей России в двадцатом столетии это наиболее отчетливо понял под конец
жизни Иосиф Сталин. При нем были открыты тысячи храмов, возвращен институт
патриаршества, прекратились гонения на верующих, дикие шабаши безбожников, а
патриотизм официально признан государственной идеологией. Знаменитый сталинский
тост на победном банкете "за великий русский народ" как бы подвел окончательную
черту под изменившимся самосознанием власти. Но внутри Кремля борьба
"космополитов" (Берия) и "националистов" (Жданов) продолжалась. Мало кто знает о
пророчестве схимонаха Аристоклия, сказанном им ещё в 1918 году: "По велению
Божию, со временем немцы войдут в Россию и тем спасут её. Но в России не
останутся и уйдут в свою страну. Россия же затем достигнет могущества ещё
большего". Это исполнилось в 1941 году. В 1945 Сталин довел могущество СССР до
невиданных размеров, создав геополитического преемника Российской Империи, начав
возрождение в сердцах народа Православной Веры. Могли ли стерпеть подобное все
внешние и внутренние враги? Конечно же, нет. И на политическую арену вытолкнули
Хрущева.
Роль необычных пророчеств в истории вообще бывает порою просто
ошеломляющей. Мы знаем практически одного Нострадамуса, но, работая в архивах, я
натолкнулся на некоего Мотовилова, жившего в прошлом веке. И поразился его
предвидениям...".
Мастерская художника, рисовавшего афишу для кинотеатра "Форум" находилась
в подвале. Самого Рафаэля Днищев тут не застал, но, судя по всему, он должен был
явиться с минуты на минуту. Можно сказать, что краски и кисти ещё "дымились"
перед чистым холстом, натянутым на рекламный щит. Лампочка под потолком освещала
художественный беспорядок: разбросанные по столу тюбики, остатки пищи, пустые
бутылки. В углу валялись использованные афиши. Покопавшись в них, Сергей нашел
то, что искал. Морду Сталлоне с суперсовременным оружием - фильм "Беглец" -
именно на него пялился в тот день Мокровец. Теперь эту броскую афишу стал
изучать Днищев, стряхивая пепел на голливудского киноактера. Зрители
приглашались на просмотр картины с 20 апреля. Указывалось время сеансов. Все
циферки написаны разными красками - черной, красной, желтой, зеленой, синей.
Красиво. И очень удобно: зная свой цвет, легко узнаешь и время - когда тебе
назначено. Но только в какой день и где? Логично было бы предположить, что
именно здесь, в "Форуме". Фильм шел с 20 по 27 апреля. Первое или последнее
число? Теперь крутят другую американскую муру - с 28 апреля по 6 мая. Сегодня
как раз шестое. Если Кротов со своим источником информации прав, то Мокровца
следует ожидать именно сегодня. Днищев уселся на продавленный диван и посмотрел
на часы: половина третьего. Впереди ещё три сеанса - в 16, 19 и 22 часа.
Интересно, что скажет Рафаэль, когда вернется со своим пивом?
Пузатый художник действительно принес целую сумку пива, но поджидавшему
его гостю не удивился. Тяжело дыша от откупорил одну из бутылок и стал жадно
пить из горлышка, скосив глаз на Днищева.
- Жажда мучает? - посочувствовал Сергей. - Видно неплохо погулял вчера?
- Тебе какое дело? - оторвался художник. - Ты кто?
- Гога с Магоги. В масть идет?
- Спрашиваешь! - усмехнулся тот, вскрывая другую бутылку. - Мне пиво
доктора прописали. Как особо ослабленному водкой. Так чего тебе, Гога, надобно?
- Пустячок. В новой афише время всех сеансов написать одним цветом.
Например, голубым.
Художник поскучнел, стал разглядывать пиво на просвет.
- Совсем рехнулись, - произнес он. - Вы хоть объясните, зачем это нужно?
- Нет, пузан, это ты мне объясни, - Днищев поднялся и отобрал у него сумку
с ценным продуктом. - Что, как и почему. Давай-давай, не задерживай поезд. Мне
ещё на Северный Полюс, к раздаче белых медведей надо успеть.
Художник тяжело опустился на диван, пожал плечами.
- Так и знал, что чем-нибудь этаким и кончится, - сказал он. - Не стоило и
связываться.
- Без предисловий к "Анне Карениной", пожалуйста.
- Ладно. Я понимаю, что вас интересует. Три месяца назад ко мне пришел
человек. Я его знать не знаю и больше не видел. Так, мол, и так, можно
подзаработать на ерунде. Просто, время одного из сеансов написать черной
краской. Все остальные - любым цветом, каким захочу. Ну, я и делал это... а чего?
- Нет, ничего. Как узнавал, какой из сеансов надо выделить?
- Он звонил мне по телефону. Перед тем, как я вешал афишу нового фильма на
щит.
- Это ведь не все. Дальше?
- Слушайте, а мне ничего не будет?
- Бесплатное пиво. В больнице. В какой конкретно день ты должен был
освободить мастерскую на время этого "черного" сеанса.
- В последний. В заключительный день просмотра. Я думал, что здесь
встречается какой-нибудь шиш со своей шлюхой. Деньги они оставляли под ковриком.
Кстати, мелочь, всего десять долларов. А мне-то что? И то - хлеб.
- Скорее, пиво.
- Сегодня, между прочим, шестое. В четыре часа мастерская должна быть
пустой, - подсказал художник, заискивающе глядя в глаза Днищева.
- Это я уже и без тебя догадался.
Сергей быстро прикинул: осталось тридцать минут, предупредить никого из
"близких" он уже не успеет. Да не особенно и хотелось звать кого-либо на
подмогу. Если кто-то назначил тут встречу Мокровцу, то он сумеет справиться сам.
Но Рафаэля из мастерской лучше не выпускать: так спокойнее. Вырвав из розетки
телефонный провод, Днищев прошелся по длинному помещению, оглядывая каждый
закуток.
- Сядь в уголке, пей пиво и не дергайся, чтобы тут не произошло, -
произнес он, останавливаясь перед художником. Тот уже давно понял, что
разговаривает с профессионалом. Устроившись за рекламным щитом, художник затих.
А Днищев, сняв "ТТ" с предохранителя, занял позицию перед дверью, чуть
передвинув шкаф, за которым оказался надежно укрыт. Интересно, что за гости
пожалуют сюда через десять минут? Если их будет не двое, а трое или четверо -
что тогда? Но менять решения было уже поздно?
- А не пойти ли мне пока погулять, пока вы станете разбираться? - подал
голос художник: он был уверен, что влип в какую-то мафиозную "стрелку".
- Дыши через раз, - посоветовал ему Днищев. - А в случае чего падай на
пол.
Из подвала был только один выход. Клетка захлопнется, как только они
придут. Но и он сам окажется в западне. Впрочем, это заботило Днищева меньше
всего. Ему нужен был Мокровец. Шимпанзе сможет пролить свет на многие "тайны".
Надо лишь обездвижить его и вывезти в надежное место. Но Днищев и на сей раз не
учел изобретательности противника...
В три минуты пятого в мастерской неожиданно погас свет.
- Ч-черт? - тихо выругался Сергей. - Где у тебя выключатель?
- В коридоре, на лестнице, - шепотом отозвался художник.
Они оказались в кромешной темноте. Днищев почувствовал неприятную дрожь в
пальцах. Все ясно: Мокровец подстраховывается. У него прибор для ночного
видения. Сейчас он войдет в мастерскую, осмотрит помещение, а когда обнаружит
Днищева - подстрелит его, как утку. Теперь держись... Дверь слабо скрипнула,
послышались легкие шаги, осторожные и медленные. "Он один", - определил Сергей,
вжавшись в стенку за шкафом. "А может быть, пошуметь вызвать его ответную
реакцию? Терять-то все равно нечего..." Самое противное было в том, что Днищев
чувствовал себя играющим в жмурки. Но глаза были завязаны лишь у одного. Шагах в
трех от него в стене находился выступ, за которым можно было укрыться. Тихо
присвистнув, Сергей толкнул шкаф, опрокидывая его на пол, и метнулся влево.
Раздавшийся грохот был ничто по сравнению с тем, что произошло потом. Секунду
спустя начался буквально ураганный огонь. Мокровец стоял посреди мастерской и
поливал из "Кедра" свинцом все вокруг. Днищев даже не пытался стрелять в ответ,
вжавшись за выступ в стене. Он ощущал себя, как мишень в тире, причем мишень
побывавшая в употреблении как минимум два раза. Разрядив обойму, Мокровец
выскочил из мастерской. Наступила тишина.
Перекрестившись, Днищев поднялся на ноги. Тот же мрак, только под ногами
захрустели осколки.
- Эй, Рафаэль, ты жив? - позвал он, двигаясь вдоль стенки. Художник не
ответил. Днищев достал спички, чиркнул. Вокруг - полный разгром, даже
нарисованный Сталлоне изрешечен пулями. Хозяин мастерской неподвижно лежал за
рекламным щитом. Рядом разбитая бутылка пива.
- Не повезло тебе, прости, - произнес Днищев.
Теперь надо было уходить самому. В театре объявили антракт.
Стенограмма лекции Киреевского (6 мая 97 г.)
"...Для начала хочу привести слова князя Жевахова, заместителя последнего
обер-прокурора Святейшего Синода, человека глубоко религиозного, духовного чада
знаменитого оптинского старца Анатолия. Жевахов был твердым державником и
монархистом, сумел проникнуть в суть революционных событий в России. Вот что он
писал в эмиграции, сумев избежать с Божьей помощью гибели от рук большевиков:
"Задача революции 1917 года заключалась в уничтожении России и образовании на её
территории ...опорного пункта для последующего завоевания западно-европейских
христианских государств... Впереди стояли гонения на Православную Церковь,
расхищение несметных богатств России, поголовное истребление христианского
населения, мучения, пытки, казни... Предупреждали о наступлении этого момента
Серафим Саровский, Илиодор Глинский, Иоанн Кронштадтский и мудрецы-миряне, один
перечень имен которых мог бы составить целую книгу, но им никто не верил... И
когда наступил этот - давно предвозвещенный день - то его не только не узнали, а
наоборот, думал, что "новыми" людьми строится "новая" Россия". Как и сейчас
"новые русские" устраивают свое общежитие на территории бывшего СССР. Об одном
из таких забытых мирян-пророков - Николае Мотовилове - я расскажу позднее, а
пока поговорим об этих "устроителях" нового мирового порядка и их пастырях.
Проще говоря, о масонах, и их прихвостнях, чья роль в развале Империи очевидна.
Одна из наших лекций уже была посвящена их деятельности в прошлом России, теперь
же перейдем к современному этапу. А именно - к возрождению космополитического
мировоззрения, наступившего после смерти Сталина. Певцами и выразителями этого
направления стали Евтушенко, Вознесенский, Окуджава, воспевшие комиссаров в
пыльных шлемах. В это же время одним из орудий разрушения православной церкви
становится "экуменизм" - еретическое движение придуманное масоном Моттом, и
поддерживаемое Ватиканом. Хрущевскими функционерами проводилась обработка
иерархов Русской Православной Церкви с целью внесения в её среду раскола,
подчинения диктату богоборческих сил. На поверхность поднялись такие личности,
как Мень, Глеб Якунин, поддерживавшие реформы церкви. Одновременно Западом велся
активный поиск в нашей стране лиц, могущих стать агентами влияния и выдвинуться
в дальнейшем на значительные посты в сфере политики, экономики, пропаганды.
Агент влияния - лишь винтик в сложной машине, управляемой по программам
зарубежных спецслужб. Еще Ален Даллес говорил: "Мы найдем своих
единомышленников, своих помощников и союзников в самой России... В управлении
государством мы создадим хаос и неразбериху". Его предсказания, к сожалению,
исполнились. В начале шестидесятых годов в Колумбийском университете прошли
стажировку будущие "прорабы перестройки" Александр Яковлев и Олег Калугин.
Именно Яковлев позднее, будучи главным идеологом КПСС, вытащил на поверхность
целый ряд одиозных личностей, сыгравших роковую роль в истории нашей страны -
Коротича, Афанасьева, Егора Яковлева, Попова, Арбатова, Собчака, Шаталина,
Заславскую, Гайдара...
Голос с места: - Вы забыли включить в этот список Примакова.
Киреевский: - Давайте не будем торопиться с выводами. Те люди, которых я
упоминал и которых назову ещё - в духовном смысле "невозвращенцы". О
...Закладка в соц.сетях
