Жанр: Боевик
Мстители
...торый можно вложить в удар, она
брала скоростью и точностью. Кроме того, у нее была чудная растяжка - она
без особого труда, стоя на одной ноге, дотягивалась другой ногой до
предметов, находящихся на уровне своей головы и выше.
Однако связываться с милицией Ольга посчитала неразумным. Кроме того,
никакой вины она за собой не чувствовала. Поэтому, вздохнув, она поплелась в
"уазик".
Внутри машины уже сидело несколько особ женского пола. И тут до нее
дошло. Похоже, это была очередная милицейская акция по отлову проституток,
работавших на улице.
"Господи, во в компанию попала!" - подумала Ольга.
Проститутки молча и равнодушно оглядели ее. Одна из них, та, что была
постарше, сказала:
- Ну, мать, ты даешь! Это что, твой выходной прикид или ты только
начинаешь?
Ольга осмотрела свои кроссовки, потертые джинсы, теннисную майку и
сказала:
- Нормальный у меня прикид. А здесь я вообще случайно.
- Вот и доказывай теперь ментам, что ты не верблюдиха! Не повезло тебе,
телка. Сегодня облава на нас по всему городу.
В милиции Ольгу вместе с ее спутницами присоединили к еще большей группе
задержанных в разных концах города проституток. Ситуация начинала выводить
ее из себя. Она принялась объяснять чуть ли не каждому милиционеру, что ее
взяли по недоразумению, что она просто ехала домой от подруги.
Рядовые менты ограничивались фразами типа "Разберемся" и "Разговаривать
будешь, когда тебя спросят". Они не очень церемонились с проститутками,
некоторые из них выдергивали девчонок из клеток, где те стояли толпой, и
уводили, как говорили, для допросов. Среди обитательниц клеток прошел слух,
что после этих допросов отпускают.
Вот в этот-то момент и появился майор Шамонин. В тот день среди
присутствовавших ментов он был самым старшим по званию. Ольга сразу кинулась
к нему с просьбой разобраться в недоразумении и отпустить ее.
Майор оглядел просительницу медленным тяжелым взглядом с головы до ног,
потом расплылся в улыбке и сказал:
- Ну пойдем, поговорим.
Он провел ее в одну из камер и спросил у сопровождавшего его лейтенанта:
- Там матрац-то есть?
- Есть, - ответил ухмыляющийся лейтенант. - Если что, зовите.
- Не надо, мы справимся, - ответил майор.
После того как дверь камеры захлопнулась, Ольга окончательно поняла, для
какого допроса ее пригласили.
- Ну, давай, - сказал майор, - показывай, на что ты способна.
- Вы меня не поняли. Я действительно оказалась здесь совершенно случайно.
- Ну-ну, - надвигался на нее майор, - вижу, что начинающая. Хорошо, очень
хорошо.
Шамонин расстегнул китель и бросил его на стоявший рядом стул.
- Что вы делаете?! Вы меня не поняли. Я не проститутка.
- Молодец, молодец... Люблю молоденьких. Они еще не такие растасканные.
Майор не слышал того, о чем говорила Ольга. Он был весь в похотливом
возбуждении.
Его руки забегали по телу Ольги, глаза замаслились.
- Да прекратите вы! - закричала Ольга, оттолкнув майора.
Шамонин отступил на несколько шагов и бросил:
- Молодец, молодец. Умеешь заводить... Ничего, через пару часов отпустим
тебя домой. А если будешь умницей, то и отвезем.
Он снова приблизился к Ольге, и та его опять оттолкнула. Глаза Шамонина
начали наливаться кровью.
- Ты что, дурить меня будешь, гадючка?! - прохрипел мент, влепив ей со
всего размаха пощечину.
Ольга отлетела на топчан, а майор, приблизившись к ней, норовил ударить
ее еще раз. Но она нырнула под его руку и воткнула в майорский пах свое
колено. Шамонин издал звук, представлявший собой нечто среднее между визгом
и ревом. Однако это нечто тут же было заглушено еще одним ударом Ольги
сомкнутыми в замок руками - сверху по шее.
Майор уткнулся лицом в топчан. Послышалось мычание. В следующее мгновение
дверь камеры открылась, вовнутрь влетели двое милиционеров.
- Товарищ майор, товарищ майор! - закричал один из них, недоуменно глядя
на корчившегося на топчане начальника.
- Ты что с ним сделала, стерва? - рявкнул другой.
- Ничего, - буркнула Ольга, - он сам полез. Я его десять раз
предупреждала.
Милиционеры подхватили майора под мышки и повели из камеры. Ольга
осталась одна.
В томительном ожидании она провела несколько часов. К ней никто не
заходил и на ее крики не отзывались.
Она подозревала, что, так сказать, продолжение следует. И не ошибалась.
Дверь в камеру открылась, и вошли трое здоровенных ментов с резиновыми
дубинками в руках.
Самый верзилистый, тупо смотря на нее, приказал:
- Раздевайся.
Ольга молчала. Тот стал надвигаться на нее. Она схватила лежавший на
топчане китель майора и, швырнув его ему в морду, кинулась к двери.
Единственной ее целью было позвать на помощь ну хоть кого-нибудь. Хотя она
сама толком не понимала, до кого здесь можно было докричаться.
Один из бугаев, замахнувшись на нее дубинкой, получил удар пяткой в
челюсть и рухнул на пол. В тот момент, когда Ольга уже была в дверях камеры,
она столкнулась с Шамониным. Секунду они смотрели в глаза друг другу. И тут
ей на голову сзади обрушился удар. Она упала.
Все дальнейшее вспоминалось как в полусне. Сознание лишь иногда
возвращалось к ней, тем самым лишь увеличивая муки. Ее отволокли на топчан и
с нарочитой грубостью раздели.
Милицейские гориллы сначала долго избивали Ольгу дубинками, а затем ее
изнасиловал майор Шамонин.
Очнулась бедолага уже на следующий день в больнице. Оказалось, что ее
неприятности не закончились. Врач сообщил, что она была привезена
милиционерами. Они указали в рапорте, что побои нанесли ей во время облавы
на проституток вынужденно, так как она оказала милиционерам злостное
сопротивление. Более того - нанесла им телесные повреждения.
Против нее готовилось возбуждение уголовного дела. Немного позже пришло
сообщение из университета о ее отчислении за аморальное поведение.
Спустя месяц пребывания Ольги в больнице по ее душу явился участковый
милиционер. По секрету он сообщил, что если она не будет выступать против
милиции, то Шамонин готов отозвать свое заявление на нее. Участковый
добавил, что она все равно ничего сделать не сможет, так как факт ее
изнасилования доказать невозможно. Кроме того, действительно имеются
свидетельские показания о том, что она нападала на милиционеров. Помимо
самих "пострадавших", этот факт засвидетельствован показаниями нескольких
проституток.
Пожилой участковый почти по-отечески посоветовал Ольге:
- Лучше не поднимай бучу. А то как бы хуже не было. Шамонин влиятельный
человек. Им ничего не докажешь.
После выписки из больницы неделю Ольга провела в своем доме в
одиночестве, стараясь никого не видеть и ни с кем не разговаривать. Вот
тогда-то она и приговорила майора Шамонина, поняв, что другого ей ничего не
остается.
Она знала, что ее отец хранил в погребе гаража, находившегося в одном из
подмосковных городков, оружие, привезенное из российских горячих точек.
Как-то раз она, придя в гараж за картошкой, заинтересовалась большим
пакетом, в котором увидела завернутые в промасленную тряпку несколько
пистолетов.
Свой выбор она остановила на большом армейском пистолете Стечкина.
Оставалось выбрать место расплаты с Шамониным и не промахнуться.
Глава 4
Игорь поднял телефонную трубку и набрал номер. Ее долго никто не брал.
Наконец гудки прекратились, и он услышал картонный голос автоответчика: "К
сожалению, нас нет дома. Оставьте свое сообщение после звукового сигнала..."
"Александр, это Игорь звонит. Мне срочно надо с тобой переговорить.
Перезвони мне".
Игорь положил трубку и усмехнулся. Конечно, теперь хрен кого выцепишь.
Все включили автоответчики.
Он сделал еще несколько звонков своим бывшим приятелям. Однако везде
слышал либо автоответчики, либо вежливые расспросы жен о том, "кто его
спрашивает". Получив ответ на свой вопрос, они тут же говорили, что "его нет
дома, но, когда он будет, обязательно передам".
После серии звонков Игорь понял, что звонить бессмысленно. Он закурил,
раздраженно бросив на стол зажигалку.
"Черт, когда же началась вся эта непрерывная череда неприятностей?"
По всему выходило, что началом бед можно было считать удачно проведенную
сделку по скупке акций некоего молочно-консервного комбината. Неожиданно для
всех это бывшее государственное предприятие, приватизировавшись, стало
прибыльным. К нему потянулись разного рода теневые структуры. В связи с этим
дирекция комбината поручила Игорю, как человеку, имевшему свои интересы в
биржевом деле, скупить акции, чтобы подстраховаться на случай попытки
приобретения кем-либо контрольного пакета этих самых акций. Акции свободно
"ходили" на рынке и до последнего момента никому были не нужны.
Игорь подошел к делу энергично и даже творчески. Он блестяще организовал
работу, в результате чего в руках дирекции комбината оказался требуемый
пятьдесят один процент акций.
Давление на Игоря стало оказываться уже в ходе проведения сделок. Сначала
были просто звонки "неизвестных доброжелателей", рекомендовавших ему не
связываться с этим делом. Игорь не реагировал.
Потом пошли откровенные предложения людей, ведущих параллельную с ним
работу насчет перекупки акций по достаточно выгодной цене. Игорь отказался.
Он твердо знал, что если хоть раз подведет клиента, его репутация
коммерсанта может непоправимо пострадать.
Когда "доброжелатели" уже дозревали до серьезных угроз, было поздно. Дело
с контрольным пакетом акций для комбината было успешно завершено.
Похоже, Игоря недооценили. А когда хватились, то решили так или иначе
отыграться. Об этом его и предупредили по телефону.
Игорь не придал звонку особого значения, посчитав его проявлением обычной
эмоциональной реакции проигравшей стороны. Ему удалось узнать, что это мало
кому известная частная фирма, лишь недавно зарегистрировавшаяся.
Через месяц после звонка у Игоря угнали машину, темно-синий БМВ, которую
найти так и не удалось.
Почти сразу после этого сорвалась крупная сделка, и он понес существенные
убытки. Партнер, с которым Игорь постоянно имел дело, неожиданно отказался
от каких бы то ни было контактов. Игорь вынужден был заплатить крупную
неустойку.
Далее последовал период относительного затишья. Дела шли ни шатко ни
валко, ни особо выгодных сделок, ни крупных неприятностей не было.
И тут, как-то чересчур неожиданно, на фирму Игоря нагрянула налоговая
полиция. По форме визит напоминал скорее наезд бандитов. Были арестованы
счета и изъята важная документация, которую впоследствии так и не вернули,
объяснив тем, что якобы потеряли. Кроме того, фирму подвергали крупным
штрафным санкциям, которые Игорь собирался, правда, оспорить в суде.
Для этого требовались, однако, время и деньги. Финансовые ресурсы фирмы
были серьезно подточены. К тому же весь период вынужденного простоя Игорь,
естественно, продолжал платить арендную плату и зарплату сотрудникам.
Наконец удача улыбнулась ему. Позвонил старый знакомый, который сообщил,
что есть возможность совершить крупную сделку по покупке ценных бумаг
Южно-Сибирской железной дороги.
Сделка была, пользуясь терминологией бизнесменов, "верняк". Дело - за
деньгами. Такой крупной суммы, как двести миллионов рублей, у Игоря не
имелось. Требовалось взять кредит.
Поисками кредитов у Игоря всегда занимался его заместитель - Алексей
Пчелкин. Он сообщил ему, что нашел банк, который предоставляет кредит в
срочном порядке, но под залог.
Игорь заложил свою квартиру. Оставалось обналичить деньги и приступить к
скупке ценных бумаг.
И вот тут-то и произошли события, загнавшие Игоря в угол. Он с точностью
помнит тот день, когда после обеда в его кабинет зашел Пчелкин и сообщил:
- У нас серьезные проблемы.
- В чем дело?
- Финансовая компания тормозит с отдачей налички.
- Почему?
- Не знаю, - пожал плечами Пчелкин.
- Что за финансовая компания?
- В том-то все и дело. Какие-то новые ребята. У них был самый низкий
процент обналички.
Игорь выяснил, что Пчелкин, получив деньги от банка на расчетный счет,
переправил их финансовой компании "Лотто": обычная операция по переводу
безналичных денег в наличные. Деньги переводились за покупку акций
финансовой компании.
Да, по сути это была фиктивная сделка, преследовавшая цель получить
наличные деньги. Через день фирма выкупала свои акции назад по цене на
пять-десять процентов ниже продажной, но платила при этом наличными.
Однако "Лотто" тянула с выплатой.
Следующую информацию, которую получил Игорь, можно было считать
заключительной точкой в афере. Дело в том, что договор, заключенный его
замом, не предусматривал срока и условий выкупа финансовой компанией "Лотто"
своих акций. Игорь совершенно четко сознавал, что его банально "кинули",
использовав при этом нерадивость Пчелкина.
Он немедленно направился в "Лотто" на беседу с директором компании по
фамилии Сурчалов. Его встретил молодой рыжеволосый мужчина в очках и с
веснушками на носу. В разговоре с Игорем он был сама любезность.
- Да-да, мы понимаем... Но, к сожалению, пока не можем выкупить этих
акций. Да, у вас свои сложности... Но кому сейчас легко живется? - Сурчалов
"нарисовал" сочувственную улыбку. - Как только наша компания будет иметь
возможность выкупить акции, мы немедленно сделаем это. Цена определена. Срок
выплаты будет зависеть от финансового положения "Лотто" и от приоритетов ее
развития.
Игорь молча сидел в кресле напротив Сурчалова и после некоторой паузы
произнес:
- Таким образом, можно сказать, что вы нас "кинули"?
- Я не хотел бы использовать подобные термины в нашей беседе.
Напряжение, скопившееся внутри Игоря за последние несколько месяцев,
прорвалось наружу. Он вскочил на ноги, уперся руками в стол и заорал в лицо
Сурчалову:
- Ты что же, сука, хочешь сказать, что вот так просто можно "наколоть"
меня на двести миллионов и я после этого оставлю тебя в покое?
Лицо Сурчалова стало холодным и непроницаемым.
- Мы действовали по закону, - сказал он и нажал кнопку под столом.
Через полминуты в кабинет влетели двое охранников и усадили Игоря в
кресло.
- Нет-нет, - сделал жест рукой Сурчалов, - уведите его вон отсюда. Этот
господин не умеет себя вести.
Пока охранники тащили Игоря по коридору, он безуспешно пытался вырваться
из их крепких объятий и кричал:
- Нет, я это так просто не оставлю! Ты мне вернешь все до копейки, козел
рыжий!
Дальше события стали развиваться со стремительностью скатывающейся с гор
снежной лавины.
Игорь еще не успел подумать, какие меры предпринять в отношении "кидал",
как по возвращении домой поздним вечером того же дня его встретили в
подъезде двое парней. Один подошел к нему вплотную и зажег перед его лицом
зажигалку.
- Он? - спросил второй.
- Он, - ответил парень с зажигалкой.
После чего, загасив огонь, ударил Игоря под дых. Игорь упал на бетонный
пол. Затем бандиты стали методично "обрабатывать" тело поверженного ногами.
Работали они профессионально, по принципу: "Не убить, но покалечить".
Когда Игорь, казалось, перестал подавать признаки жизни, они
остановились. Один из них снова чиркнул зажигалкой. В свете огня сверкнуло
лезвие бритвы.
- Массаж мы ему уже сделали, сейчас еще немного подбреем, и будет полный
порядок.
Бандит полоснул бритвой Игоря по уху. Лицо сразу обильно залила кровь.
- Ну вот, мужик, - сказал "цирюльник", вытирая об одежду Игоря лезвие, -
теперь ты, надеюсь, понял, что вести себя надо прилично. Второго урока ты
уже не переживешь.
Парочка вышла из подъезда.
Игорь, с огромным трудом поднявшись, прижав к уху носовой платок,
поплелся в квартиру.
Несколько дней Игорь не выходил из дома, пока наконец до него не дошла
еще одна суровая весть.
"Бонус-банк", в котором он брал кредит под залог квартиры, занял
неожиданно жесткую позицию. За неделю до истечения срока кредита банк
объявил, что не намерен ждать больше ни дня. Более того - реализует
заложенную квартиру, как только окончится срок возврата денег.
Игорь отправился еще на одну аудиенцию - теперь уже к президенту банка
Владимиру Маркову.
Марков, невысокий плотный мужчина средних лет с большими залысинами, был
президентом банка со дня его основания. Он скептически посмотрел на
заклеенное пластырем лицо Игоря и произнес:
- Нуте-с! Внимательно вас слушаю.
Игорь никогда не имел раньше дел с этим банком и на особое снисхождение
не рассчитывал. Он изложил свою позицию, попросив банк отсрочить погашение
кредита под процент и дать ему возможность самому реализовать залог. Игорь
рассчитывал, что, продав свою квартиру самостоятельно, он хоть как-то
сохранит возможность заниматься бизнесом.
Неожиданно Марков согласился с визитером, заявив при этом, что процент за
каждый день отсрочки будет повышен.
Как только были оформлены необходимые бумаги, Игорь начал энергично
искать покупателя на квартиру. Но и здесь через некоторое время он заметил
явные странности. Покупателей нашлось довольно много, почти все были
заинтересованы в сделке, но в последний момент отказывались от нее без
каких-либо обоснований.
На попытки Игоря снизить цену никто даже не реагировал. Он все отчетливее
понимал, что и эта его неудача отнюдь не случайна.
Между тем вскоре в его доме объявились люди, заявившие, что представляют
интересы "Бонус-банка". Они вынуждены выселить из квартиры живущих здесь и
потребовать выплаты процентов по залогу.
- И еще хорошо добавить нам лично "на молочишко", - ухмыляясь, подытожил
амбал с двумя золотыми коронками во рту.
Игорь созвонился с Марковым, но тот ответил без обиняков:
- Больше нам разговаривать не о чем. С вами будут контактировать мои
представители.
Игорь решил отступить от недавно принятого им правила - не обращаться к
кому бы то ни было из недавних друзей-приятелей за помощью. Ему пришла в
голову идея попытать счастья с бывшим одноклассником, возглавлявшим один из
городских ломбардов. На сей раз он позвонил ему не домой, а в офис. Несмотря
на поздний час, Сергей Коротков был на месте.
- Здравствуй, это Игорь.
- Привет, - несколько уныло поздоровался Коротков.
- У меня дело.
- Да-да, я понимаю, - стал мяться Сергей. - Но ты знаешь, сейчас
настолько тяжелое положение. Тебе, видимо, бабки нужны, а у меня тут свои
проблемы...
- Нет, ты не понял. У меня деловое предложение. Я хочу заложить тебе свою
дачу.
- Да? - удивился Сергей. - Дело зашло уже так далеко?
- Зашло.
- Да, подсел ты... Что ж, единственное, что я могу сделать, это дать тебе
не грабительский, а нормальный залог под дачу. И ссудный процент установлю
не очень большой. Ну а если не разрулишь, - Коротков вздохнул, - не
обессудь. Дачу отберу. Сам понимаешь - бизнес.
- Я все понимаю. Спасибо и на этом. От других вообще ничего не добился.
- Ты знаешь, их можно понять. Честно говоря, я и сам не очень хочу
ввязываться - ты каким-то серьезным людям дорогу перебежал. Поэтому за тебя
так круто и взялись. Иначе все, что с тобой происходит, не объяснишь. Надо
было быть осторожным. А ввязываться сейчас за тебя - свою задницу
подставлять. И все же то, что обещал, - сделаю.
- Да, спасибо, - сказал Игорь. - Завтра я подъеду к тебе в офис.
- Давай...
...Игорь вышел из дома в десять утра. Он направился к автомобильной
стоянке недалеко от двора. Когда до стоянки оставалось метров двести, около
него затормозила белая "девятка".
Из машины высунулась знакомая рожа представителя главы "Бонус-банка" с
золотыми фиксами.
- Здорово, земляк! - сказал он. - Ну что, решил вопрос?
Игорь угрюмо посмотрел на него и сказал:
- Почти. Надо кой-куда проехать и вообще.
- Садись. Мы тебя подвезем.
На общей стоянке возле дома его ждала машина, взятая им напрокат у
приятеля отца. Он иногда пользовался ею - сорок первым "Москвичом" - после
того, как угнали его БМВ. Поэтому ему ни к чему были услуги макаровцев. Но
те, заметив его колебания, решительно настаивали:
- Садись, садись. Заодно по дороге и поговорим.
Фиксатый вышел из машины, пропуская Игоря на заднее сиденье, где уже
сидел еще один амбал.
- Куда мы едем? - спросил Игорь, оказавшись зажатым с двух сторон
"опекунами".
- Сначала к нам в офис.
- А потом?
- Потом в другое место. Ты там поживешь недельку-другую.
- Зачем это?
- Затем, чтобы твой папаша не тянул с оформлением закладной.
- Какого черта впутывать сюда отца? Я же сказал, что сам все оформлю!
- Мы тебе не доверяем! - отрезал фиксатый.
- Вы с ума сошли! Отец же сердечник, ему будет плохо, если он узнает, что
меня похитили.
- А мы тебя и не похищаем. Мы тебя просто в гости приглашаем...
Перед самым утром на станции техобслуживания Ольге все же удалось
заснуть, но не более чем на час. Ее разбудил старик-осетин:
- Вставай. Уже семь.
- Да, сейчас.
Она скинула с себя шинель, надела куртку и не без удовольствия заметила,
что старик уже вскипятил воду и поставил на стол банку растворимого кофе.
Выпив кофе, она в половине восьмого зашла в один из ангаров станции
техобслуживания, где уже копошился с какой-то старенькой "ауди" мастеровой
мужик.
- До метро не подбросишь?
Мастер завел бывшую еще вчера Ольгиной "шестерку" и, плавно тронувшись,
двинул машину по направлению к станции метро "Выхино".
Через полчаса Ольга уже была на Павелецком вокзале и, постояв немного в
очереди, купила билет домой. В город, где и развернулись основные и весьма
драматические события ее послестуденческой, взрослой жизни...
В поездах она обычно ездила в плацкартном вагоне, хотя вполне могла
позволить себе купе и СВ. Но в СВ и в купе попутчики обязательно будут
заводить разговоры, к чему Ольга сейчас была явно не расположена. А в
плацкарте - вроде бы как не очень комфортно, зато легче затеряться среди
людей.
До поезда оставалось еще больше пяти часов, и Ольга решила побродить по
Москве. Она поехала в центр, прогулялась по Тверской, прошла на Красную
площадь, купила себе в ГУМе понравившиеся ей блузку и джинсы.
Заняв свое место в вагоне, Ольга внимательно осмотрела попутчиков. Ничего
особенного: две старушки, семейная пара, женщина-челночница, обложившая всех
их своими тюками. Ольга помогла челночнице распихать ее сумки, обменялась
дежурными фразами со старушками, уступив одной из них свою нижнюю полку. А
как только поезд тронулся, она забралась на верхнюю полку и принялась читать
купленный на вокзале детектив, написанный какой-то молоденькой женщиной по
фамилии Марина Серова. Через час чтения Ольга заснула.
Проснулась она среди ночи абсолютно бодрой. Все крепко спали, за
исключением мешочницы, которая бдительно следила за своими баулами. Ольга
отправилась в тамбур покурить.
За окном мелькали лишь слабо освещенные огнями поезда голые стволы
деревьев. Под стук колес воспоминания снова накатили на Ольгу. Так было уже
не раз. После каждого дела она снова и снова вспоминала события теперь уже
трехлетней давности, так круто изменившие ее жизнь.
Тогда в голове у нее было лишь одно - нельзя позволить Шамонину остаться
безнаказанным.
Слежка за ним продолжалась три недели. Ольга досконально изучила, так
сказать, режим его дня. По результатам ее наблюдений получалось, что майор
милиции домой возвращался обычно поздно.
Каждую субботу он бывал либо в ресторане, либо в бане. Причем в компании
людей, которые если и могли иметь отношение к правоохранительным органам, то
только в качестве их клиентуры.
Место у бани представлялось неудобным для расправы. Перед ее входом была
широкая открытая площадь, всегда заполненная народом.
Поджидать Шамонина у его дома Ольга сочла также неприемлемым: ее могли
заметить жильцы. Кроме того, майора почти всегда сослуживцы провожали до
подъезда, а порой, когда он был в сильном подпитии, - и до дверей квартиры.
Отрезок времени между отъездом провожавших и восхождением майора на его
второй этаж был слишком небольшим, чтобы успеть устранить гада.
Место у ресторана "Арагви", привычного Шамонину, Ольга нашла наиболее
подходящим для своей цели. Ресторан, в котором мент по субботам пьянствовал
с какими-то кавказцами, находился на территории городского парка. Заведение
было окружено газоном, по периметру которого рос густой кустарник, где в
сумерках не составляло труда спрятаться.
В очередную субботу, убедившись, что майор отправился в "Арагви", Ольга
проследовала за ним и уже ближе к вечеру обосновалась в наиболее подходящем
месте кустарника.
Она не сомневалась, что промаха не будет. Главным было не пропустить сам
момент выхода Шамонина из ресторана. Крыльцо представляло собой единственное
освещенное место, на котором можно было четко видеть живую мишень. Ожидание
было долгим, но наконец посетители ресторана начали расходиться.
На крыльце появился Шамонин. Он вышел не один. Рядом с ним был какой-то
человек сорока - пятидесяти лет. Тот, видимо прощаясь с майором, пожал ему
руку. Шамонин раскланялся и пошел вниз по лестнице.
Как только он достиг нижней ступеньки, раздался грохот пистолетной
стрельбы. Ольга выстрелила из "стечкина" три раза и ни разу не промахнулась.
Все три пули попали майору в голову. Лицо ублюдка было превращено в кровавое
месиво.
В какой-то момент после выстрелов люди, сходившие с крыльца, оцепенели.
Первым опомнился кавказец, вышедший из ресторана вместе с Шамониным и
успевший перед выстрелами сделать в
...Закладка в соц.сетях
