Жанр: Боевик
Я буду мстить
Юлия ШИЛОВА
Я смотрела на упрямо звонивший телефон. Говорить ни с кем не хотелось. В
конце концов я не выдержала и сняла трубку.
- Слушаю, - сухо сказала я.
- Женя, здравствуй. Это Роберт. Прими мои соболезнования по случаю смерти
отца. Звонил мой сводный брат.
- Принимаю, - я глубоко вдохнула.
- Извини, что не успел на похороны. Меня не отпустили с работы. Ты же
знаешь, как я сильно загружен. Любой простой -
катастрофическая потеря денег. - распинался брат, пытаясь оправдать свое долгое
молчание. Я резко перебила его:
- Можешь не продолжать. Извиняю.
- Женя, ты сильно не расстраивайся. Я прекрасно понимаю, как много для тебя
значил отец. Он тебя вырастил и любил как
родного ребенка. Наверно, даже больше, чем меня... Ты держись. Ты только
держись. В общем, я завтра прилетаю. Ты
сможешь встретить меня в аэропорту? Записывай номер рейса.
У меня задрожали руки, комната поплыла перед глазами, но я записала все,
что продиктовал сводный брат.
- Женя, и еще, я буду не один - Не один?
- Я приеду со своей девушкой У тебя появилась девушка?
- Да, я скоро женюсь, - восторженно сообщил брат и, словно пытаясь
успокоить самого себя, сказал:
- Как-никак тридцать лет. Пора бы остепениться.
- И когда ты собрался остепеняться?
- Через пару месяцев. Можешь меня поздравить. Вчера я подал заявление.
Шестнадцатого сентября состоится мое
бракосочетание.
- Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Я тебя поздравляю.
- Ну ладно. Все остальное обговорим при встрече. Как только в трубке
послышались короткие гудки, я швырнула ее на пол,
налила себе виски, плюхнулась в огромное белоснежное кресло и закурила.
Интересно, о чем мой братец собрался говорить со мной при встрече?! Об этом
огромном доме, который больше похож на
замок или самый настоящий сказочный дворец, о моем так называемом отце или об
этом проклятом завещании, которое он
оставил?! Через два месяца мой дорогой братик женится, а это значит, что
появится еще один претендент на наследство. Два
месяца... Два месяца на то, чтобы единственным претендентом на отцово наследство
осталась я... Я заслужила этот роскошный
дом, эту умопомрачительную обстановку... Я выстрадала все это и имею на это
полное право. Я пошла в каминный зал и тупо
остановилась перед фотографией отца, висевшей над камином. Потом сняла ее и
внимательно всмотрелась в это до боли
знакомое лицо. В камине еще горел огонь. Сев на корточки, я стала отрывать
маленькие кусочки картона и кидала их в огонь.
Когда фотография полностью сгорела, я нехорошо улыбнулась, зажгла свечки и с
подсвечником в руках стала бродить по дому.
Наверное, обычный человек чокнулся бы, попав в этот дом с его огромными,
погруженными в темноту комнатами. Может
быть, потому, что я сова, я боюсь света - в солнечные дни чувствую себя особенно
уязвимой и незащищенной. То ли дело,
когда темно! Я раба ночи и ее преданное дитя. На моих окнах рольставни. Я
практически их не открываю. Не пользуюсь и
выключателями: ненавижу яркие люстры, которые обожал мой отец и навешал их по
несколько в каждой комнате. Я всегда
передвигаюсь по дому с подсвечником и восхищаюсь запахом догорающей свечи.
Каждый месяц отец уезжал в командировку,
и тогда весь дом погружался в беспросветную темноту... Но он возвращался,
открывались жалюзи, горел свет, работал
телевизор, играла музыка... В те дни, когда он был дома, я становилась мрачной,
чувствовала себя ужасно подавленной и
глубоко несчастной. Он снова уезжал, я брала подсвечник и погружалась в свой
собственный мир, понятный только мне одной.
Раздался телефонный звонок, от неожиданности я вздрогнула. Наверняка опять
брат. Да какой он мне, к черту, брат! Так,
человек, с которым пришло мое унылое, ничем не примечательное детство!
Я сняла трубку и затаила дыхание.
- Женечка, здравствуй. Это дядя Игорь тебя беспокоит.
- Здравствуйте, - буркнула я и напряглась как струна. Звонил один на
многочисленных знакомых отца. Я никогда не любила
его знакомых... Наверное, это оттого, что очень сильно не любила отца.
- Женечка, через чае к тебе подъедет один из моих доверенных людей. Дела в
тем, что твой отец не успел мне передать очень
важные для меня бумаги... Я заплатил за них твоему отцу приличные деньги, но так
и не получил...
- Но ведь он скоропостижно умер...
- В том-то и дело. В общем, к тебе приедет мой человек. Ты ему отдашь,
падки. Ты же знаешь, я принял довольно активное
участие в похоронах, внес посильный вклад...
- Но я не знаю, какие бумага вам нужны. Я вообще ни разу не заходила в
кабинет после смерти отца. Там, наверное, целые
горы бумаг.
- Мне нужны бумаги по делу Чичерина. Там должна быть такая тоненькая серая
папочка. У тебя еще целый час. Зайди в
кабинет поищи. Будь умницей и сделай то, о чем я тебе прошу. Если не сможешь
найти сама, тебе поможет мой человек.
- Хороню, - вздохнула я и слегка прикусила губу.
Взяв подсвечник, поднялась по старой дубовой лестнице на второй этаж.
Посветив на висящую на каменкой стене картину, я
ухмыльнулась. Эту картину нарисовала я. На ней был мой отец. Вернее, о том, что
это отец, знала только я одна. Черное,
мрачное, трехголовое чудовище со звериным оскалом и длинным торчащим пенисом...
В эту картину я вложила всю свою
злость и ненависть, которая накипела во мне за многие годы. Я подарила ее отцу
на день рождения и сказала, что написала ее от
души. Отец пришел в дикий восторг и повесил над центральной лестницей. Он так и
не понял, что это он. Он думал, что это
злобное существо - плод моего воображения, моей фантазии, моего безумия. После
смерти отца я уничтожила все его
фотографии Сегодня последнюю. Оставила только этот портрет.
Здравствуй, папа, - подмигнула я чудовищу и провела ладонью по холсту.
Чудовище представляло собой самое настоящее исчадие ада и смотрело на меня
колодными глазами Полюбовавшись на
свой шедевр, я вошла в кабинет. Отец не любил, чтобы я отвлекала его от работы,
и никогда не впускал меня стада. Его кабинет,
где он пропадал сутками, много курил, думал, делал важные звонки, и моя
мастерская, заставленная мольбертами, банками с
краской и множеством безумных картин, находились совсем рядом. В мастерской
прошло мое детство, моя юность. Это был
мой мир, понятный только мне и моему отцу. Дни напролет переводила я здесь на
полотна мое безумие. Я тихонько толкнула
дверь кабинета. Она легко открылась. Старинный письменный стол был завален
бумагами. Я принялась за дело. Перебрав гору
папок, фотографий, каких-то записок, поняла, что документов о Чичерине нет...
Я подошла к шкафам. Боже мой, сколько барахла! Когда я стану полноправной
хозяйкой, вытащу весь этот хлам на улицу и
разожгу самый настоящий костер. Я буду плакать и смеяться, глядя, как жарится
этот ненужный хлам. Вот так. Столько лет
жизни отец собирал все эти листочки, аккуратно подшивал их в папки, не разрешал
к ним даже прикасаться. А я просто взяла и
сожгла... Даже не знаю, сколько времени я провозилась в кабинете. Прервал мои
поиски звонок в дверь. Открыв ее, я
сморщилась от дневного света и смахнула выступившие слезы. Проклятая
светобоязнь... Дойдя до массивного каменного
забора, посмотрела в глазок и увидела молодого мужчину. Он был довольно
симпатичен, аккуратно выбрит и создавал
впечатление преуспевающего человека. Почувствовав, что кто-то подошел к глазку,
он представился:
- Я от Игоря Николаевича. Мне нужно забрать папку с документами по делу
Чичерина.
Открыв железную калитку, я постаралась выдавить улыбку:
- Я просмотрела черт знает сколько папок, но папки с фамилией Чичерин нигде
нет.
- Предоставьте это мне. Я могу пройти в дом?
- Да, конечно.
Я закрыла калитку и последовала за ним. Дойдя до входной двери, молодой
человек резко остановился и посмотрел на меня
ничего не понимающим взглядом:
- Там беспросветная темень...
- Не обращайте внимания. У меня есть свечи. У вас что, проблемы с
электричеством?
- Нет. Просто я не люблю дневной свет. Захлопнув входную дверь, я
направилась к лестнице.
- Вы живете в полной темноте?
Да. Я полная противоположность своему отцу. Он обожал дневной свет, а я его
просто не выношу.
- А как же телевизор?
- Его можно смотреть в темноте...
- Вы довольно странная.
- Может быть. Вы работали на отца?
- Нет. Я художница. Я рисую картины при медленно догорающих свечах.
Поднявшись по лестнице, мужчина остановился у портрета отца, достал платок
и смахнул выступивший на лбу пот.
- Это ваша работа?
- А как вы догадались?
- Такую картину мог нарисовать только человек с больным воображением.
- Оно у меня и в самом деле больное. Я этого не стыжусь.
- Как вы придумали это чудовище? Оно вам приснилось? - мужчина посмотрел на
меня заинтересованным взглядом.
- Зачем мне его придумывать? Это чудовище сопровождало меня всю жизнь. Это
мой отец.
Глаза гостя округлились, он закашлялся.
- Вы считали своего отца чудовищем?
- Я его хорошо знала.
- Надо же, а мне он был симпатичен.
- Вы были знакомы с ним лично?
- Да. Он очень часто приезжал к Игорю Николаевичу.
- Я не хочу больше говорить о своем отце, - резко сказала я и убрала
подсвечник от картины. В кабинете показала на
выключатель:
- Можете зажечь свет.
- Спасибо. А вы искали документы без света?
- В темноте я ориентируюсь намного лучше. Мужчина зажег свет. Я слегка
сощурила глаза и махнула рукой на соседнюю
дверь.
- Если я вам понадоблюсь, я в своей мастерской. Дверь кабинета оставалась
открытой, и у себя я умышленно не плотно
закрыла дверь, оставила маленькую щелочку. Буквально через несколько секунд
послышался голос гостя:
- Але! Игорь Николаевич. Это Виктор. Я в доме адвоката. Еще пока не нашел.
Сейчас буду искать. Я не знал, что у него
умалишенная дочь. Знаете, я подумал, а есть ли у него еще дети? Если у него
только эта единственная дочь, то ей место в
дурдоме. Тут такие хоромы. Можно неплохо заработать. Старик слишком много нажил
добра. Ладно, поговорим при встрече.
Как только голос умолк, я появилась у входа в кабинет. Увидев меня, мужчина
улыбнулся и потер ладони:
- Ну что, принимаюсь за поиски. Тут столько папок...
- У адвоката есть сын, - сказала я ровным голосом.
Он тоже является полноправным наследии ком этого дома. Так что ищите свою
папку и убирайтесь вон.
Мужчина пришел в полнейшее замешательство От яркого света огромной
старинной люстры у меня выступили слезы. По
всей вероятности, гость подумал, что это от того, что мне пришлось услышать Он
нервно достал сигарету и закурил.
- Извините. Я не хотел, чтобы вы заплакали...
- Не стоит извинений. У меня просто светобоязнь, - резко перебила я
незнакомца и взяла платок.
Мужчина сел на стул и нервно забарабанил пальцами по столу. Затем
пристально посмотрел на меня и тихо сказал:
- Ты даже не представляешь, как ты красива Первый раз я увидел девушку,
которая поистине красива. Ни грамма косметики,
ни грамма загара. Нереально белая кожа, без единого намека на ямочку или
прыщик... Огромные черные глаза и совершенно
правильные, восхитительные черты тела.. И при всем при этом ты сумасшедшая.
Устроила тут самый настоящий склеп и
сидишь в этой зловещей темноте, как ненормальная, рисуя какие-то идиотские
картины.
- Я нормальная, - сухо сказала я.
- Если ты нормальная, то я приглашаю тебя вечером в ресторан поужинать.
- Я не люблю рестораны. Я была там всего пару раз с отцом. Мне там не
понравилось Мужчина почесал затылок:
- Знаешь, мы всегда думали, что адвокат прячет свою дочь потому, что она
умалишенная...
- Я нормальная, и я ни от кого не прячусь, я просто так живу, - ледяным
голосом произнесла я. -Ищи побыстрее папку и
уходи. Я не люблю, когда в мой дом приходят посторонние.
Мужчина согласно кивнул и подошел к огромному старинному дубовому шкафу. С
трудом открыв тяжелую дверь, он
вскрикнул и отскочил в сторону. Из шкафа вывалился огромный кокон, обернутый
плотной клеенкой и толстым скотчем. Я
вцепилась в дверной косяк и почувствовала, что у меня перехватило дыхание.
- Господи, что это?
- Какой-то кокон?
- Понятия не имею. Твой отец здесь что-то спрятал.
Мужчина достал из кармана перочинный ножик и стал резать туго намотанный
скотч. Когда наконец ему это удалось и он
добрался до того, что находилось внутри, в лицо мне ударил запах сумасшедшей
вони и тухлятины. В клеенке лежал мужчина,
напоминающий мумию.
- Это труп, - с ужасом прошептала я.
- Я в этом не сомневаюсь, - задумчиво произнес гость. - По-моему, он лежит
здесь давно. Странно как-то... Он не сгнил, а
высох... Прямо настоящий гербарий. Ты его знаешь?
- Кого?
- Ну, этого человека... Он когда-нибудь бывал в вашем доме?
- Нет, я его первый раз вижу, - еле слышно прошептала я.
- Твой отец был не так прост, как казался, усмехнулся незнакомец и нервно
закурил. - Я так понимаю, это его рук дело?
- Ну, понятно, что не моих.
- Ладно, это меня не касается. Я ищу папку с фамилией Чичерин и умываю
руки.
- Как это ты умываешь руки? - опешила я.
- А что, по-твоему, я должен делать?
- Ты этот кокон достал, ты его открыл, а теперь собираешься сваливать. Не
по-людски как-то получается. Ты это все затеял,
ты его отсюда и уноси.
- Вообще-то я пришел сюда за папкой...
- Но тем не менее вместо папки ты умудрился найти труп. Послушай, будь
человеком, помоги мне от него избавиться...
- А почему ты не хочешь вызвать милицию?
- Потому, что труп уже все равно не оживет, а мне лишние проблемы ни к
чему. Зачем мне лишние вопросы и полный дом
любопытного народа? Я очень плохо переношу посторонних людей.
- К твоему отцу приходило очень много людей. Одного из них он убил и
запрятал в этот шкаф. Возможно, что и инсульт
случился именно на этой почве - Это только твои догадки, - быстро проговорила я
и брезгливо посмотрела на мумию. Может,
отец совершенно непричастен к этому кокону, - задумчиво сказала я и вдруг
замолчала. Я растерялась. -Но если не отец, то кто?
Больше некому.
Мужчина тяжело вздохнул и совсем тихо сказал:
Я этот кокон распотрошил, я его и заклею. У тебя есть скотч?
- Скотч?
- Ты не знаешь, что такое скотч? раздраженно спросил он и снова закурил.
- Я не такая идиотка, как ты думаешь. Я знаю, что такое скотч, и я даже
знаю, для чего он тебе нужен. Ты хочешь обратно
заклеить этот чертов кокон и засунуть его в тот шкаф, откуда ты имел
неосторожность его вытащить. Но ты подумал, как я буду
жить в доме, зная, что в кабинете лежит труп?
- А почему я должен о тебе думать? - усмехнулся мужчина.
Меня охватил ужас. Покраснев до кончиков ушей, я сжала кулаки.
- Если ты не поможешь мне избавиться от трупа, то не получишь никакой папки
с фамилией Чичерин!
- Если я не возьму эту папку сейчас, то Игорь Николаевич больше не будет
обращаться к тебе с подобной просьбой. Он будет
действовать по-другому.
- Как это - по-другому?
Ну, более нахально, что ли... Он платил твоему отцу баснословные деньги на
протяжении многих лет...
- Каждую копейку, которую платили моему отцу, мой отец отрабатывал по
полной программе, забывая про отдых и болезни.
Он никому и ничего не должен.
Почувствовав, что такая категоричность сейчас не к месту, я сменила тон:
- Очень тебя прошу, помоги мне избавиться от трупа. Я тебе хорошо заплачу.
- Хорошо, только деньги мне не нужны. Я тебе помогу только при одном
условии.
- При каком?
- Мы избавляемся от трупа, и ты ужинаешь со мной в ресторане. Тебя это
устраивает? Я закивала головой.
Спустя несколько минут мужчина вынес кокон из кабинета и положил его рядом
с входной дверью. Усевшись на пол, он
смахнул пот и устало попросил:
- Послушай, включи свет, а то ведь можно умом тронуться. Как кроты, ейбогу...
- А подсвечник? Тебе что, ничего не видно? - растерялась я, но все же
включила свет.
- Вот это другое дело. А то у меня создалось впечатление, что я попал в
склеп. Темнота, свечи, трупы... Думаю, настало
время познакомиться. Меня зовут Виктор.
- Женя. - Я как-то глупо улыбнулась и протянула Виктору руку.
- Принеси большую сумку или мешок, - сказал он, вставая. - Надо этого
жмурика как следует запаковать, чтобы соседи
ничего не заподозрили.
Я побежала в кладовку и схватила первый попавшийся мешок. Виктор засунул в
него кокон, завязал мешок веревкой.
- Собирайся. Поехали заметать следы преступления твоего отца.
- Я готова. Куда мы его денем?
- Скорее всего скинем в реку. Подбросим рыбкам корм. Правда, не знаю,
станут ли они есть такую сухую мумию.
- Но ведь ты еще не нашел папку!
- Это повод для того, чтобы вернуться в этот дом. Первым делом, чтобы не
расшатывать твою нервную систему, мы
избавимся от трупа. Затем обещанный ресторан, и я отвожу тебя обратно. После
чего забираю папку и еду по своим делам.
- Даже не знаю, как тебя благодарить, - промямлила я.
- Ты отблагодаришь меня тем, что поужинаешь со мной. Надеюсь, в том
ресторане, куда я тебя отвезу, тебе понравится.
- Ой, я совсем забыла про ресторан... Я быстро переоденусь.
Забежав в свою комнату, я открыла шкаф и посмотрела на свой достаточно
богатый гардероб.
Это сумасшедшее количество костюмов приобрел для меня мой покойный отец. Он
привозил их из своих многочисленных
заграничных командировок и постоянно пытался меня чем-нибудь удивить. Стоп. В
данный момент мне меньше всего хочется
думать про своего отца. Мало того что он изрядно попортил мне жизнь, так он еще
не хочет оставить меня в покое после своей
смерти! Убил человека и даже не позаботился о том, чтобы вынести труп из дома...
Подыскав подходящее платье, я за несколько секунд уложила волосы и оглядела
себя в зеркало. По-моему, довольно
неплохо. Мысль о том, что мне придется посетить ресторан, была мне крайне
неприятна, но радость от того, что в моем доме
больше не будет прозябать незнакомый труп, приводила меня в восторг и заставляла
закрыть глаза на предстоящую
неприятность. Вернувшись в прихожую, я поймала на себе восхищенный взгляд
Виктора, но постаралась не придать этому
особого значения. Мы положили мешок с мумией в багажник новенького "форда" и
отъехали от моего дома. Всю дорогу
Виктор нервно курил. Мои глаза успели привыкнуть к дневному свету и перестали
слезиться. Подъехав к реке, мы вышли из
машины и огляделись по сторонам.
- Нам нужна лодка, - сказал Виктор. - Труп лучше утопить и как можно дальше
от берега.
- Какая разница? Мы же не имеем к этому никакого отношения...
- В том то и дело, что разница есть. Если бы мы сразу вызвали милицию, то и
в самом деле не имели бы к этому никакого
отношения, но мы ввязались в это, черт бы тебя побрал! Я вообще первый раз в
жизни избавляюсь от трупа человека, которого
не убивал. Короче, стой на шухере и внимательно смотри по сторонам. Если вдруг
мимо проедет машина или кто-то пройдет,
постарайся сделать вид, что ты просто любуешься природой, дышишь свежим
воздухом. После того склепа, который ты сама
себе устроила, тебе и в самом деле не мешало бы хорошенько продышаться.
- А ты? - Я испуганно посмотрела на Виктора и подошла к нему как можно
ближе.
- А я поищу какую-нибудь лодку. В общем, расслабься и жди моего
возвращения.
Как только Виктор скрылся за деревьями, я облокотилась на капот и стала
тупо смотреть на воду. Перед глазами в который
раз возник отец. Господи, и как же его угораздило убить этого незнакомца! Я
попыталась вспомнить последний день жизни
отца перед инсультом. Утром он сказал, что у него в кабинете состоится деловая
встреча с одним очень нужным человеком.
Точно, он сказал именно так. Почти весь день я не выходила из своей мастерской.
По всей вероятности, этот кто-то и лежит
сейчас в мешке... Вечером отец позвал меня ужинать Он очень сильно нервничал,
был бледен и много пил... А затем наступила
ночь. Меня слегка затрясло, потемнело в глазах. Я дала себе слово никогда не
вспоминать эту кошмарную ночь, потому что
было очень страшно. Так страшно, что от зловещих воспоминаний у меня начинается
самая настоящая истерика...
Кто-то стукнул меня по плечу. Резко обернувшись, я облегченно вздохнула и
моментально успокоилась: рядом со мной
стоял Виктор.
- Я лодку нашел. Можешь не волноваться, тут вообще ни души. Сейчас мешок
лодочнику отнесем, и дело сделано. Лодочник
отплывет на приличное расстояние и уничтожит все следы преступления.
- Ты договорился с лодочником? - опешила я и от удивления открыла рот.
- Я заплатил ему нормальные бабки. Лодочник при понятиях. Не первый раз
такие поручения выполняет. Я мог привести
его сюда и заставить тащить мешок, но мне не хочется, чтобы он видел мою машину
и запомнил номер. Осторожность никогда
никому не мешала. Хочешь, никуда не ходи, постой здесь, а я отнесу мешок - Нет.
Я с тобой. Что-то жутко здесь стоять.
Кажется, вот-вот из кустов кто-то выбежит и набросится сзади.
- Ты хочешь сказать, что тебе бывает страшно?
- Конечно, бывает. Я же живой человек.
Когда я увидел твой склеп, который ты сама себе создала, я подумал, что
чувство страха у тебя просто отсутствует.
- Ты зря так подумал. Это не склеп, это мой мир. Виктор достал из багажника
мешок, закинул его на плечо и зашагал по
тропинке. Я быстро засеменила следом, всячески пытаясь скрыть охватившее меня
волнение.
- Ну и папик у тебя... Тот еще жук. На мокрое дело пошел, а от трупа
избавиться не мог. Только идиоты трупы в доме
прячут, - возмущался Виктор, поглядывая в мою сторону.
У берега покачивалась довольно старая, но аккуратная лодка. Невесть откуда
возник жутковатый мужик. Он расплылся в
улыбке и дохнул на меня густым перегаром.
- День добрый, - хитро пробормотал он и взял у Виктора мешок.
- Не такой уж он и добрый, - устало сказал Виктор и потер ладони. - Короче,
смотри мне, сделай все по уму. Я проколов не
люблю. Если тебя о чем-нибудь спросят, ты нас не видел и знать ничего не знаешь.
Учти, я ведь и в самом деле могу сделать
так, что ты больше ничего не будешь ни видеть, ни слышать.
- Не переживай, сделаю все в лучшем виде. Я по таким делам мастак. Не ты
первый, не ты последний ко мне с такой
просьбой обращаешься. У меня уже рука набита. Каждую неделю приносят.
Виктор ухмыльнулся и сквозь зубы процедил:
- И еще. Хочу, чтобы ты понял одну вещь. Я к тебе ни с какой просьбой не
обращался, я тебе заплатил. Улавливаешь
разницу? Я вообще просить не умею. Я или плачу, или получаю желаемое с позиции
силы.
Виктор взял меня за руку и, одарив лодочника суровым взглядом, отправился к
машине. Как только мы отошли на
приличное расстояние, с трудом переведя дыхание, я спросила:
- Послушай, а если этот алкаш обратится в милицию?
- Не обратится. Это его приработок. Многие лодочники промышляют таким
ремеслом. Я остановилась:
- Сколько я тебе должна?
- Не понял.
- Сколько денег я тебе должна за оказанную услугу? Что тут непонятного?
- Ты должна мне ресторан.
- И все?
- Пока все. А что, ты хочешь подарить мне еще и ночь?
Я оторопело смотрела на Виктора:
- Мы так не договаривались. Я лучше тебе денег дам.
- У меня с деньгами проблем нет.
- А с чем же у тебя проблемы? С женщинами, что ли? - язвительно спросила я.
- С женщинами у меня тоже полный порядок, не сомневайся.
Когда мы сели в машину, Виктор положил руку мне на плечо и тихо сказал:
- Извини. Я совсем не хотел тебя обидеть. Это была глупая и неуместная
шутка. Ты обещала мне ресторан. Так что, едем?
- Едем, - кивнула я и убрала его руку со своего плеча.
Перед тем как выйти из машины, я посмотрела на свое отражение в зеркало
заднего вида и удовлетворенно вздохнула.
- Можешь не переживать. Выглядишь ты просто превосходно.
- Ты так думаешь?
- Это первая мысль, которая пришла мне в голову, как только я тебя увидел.
Через несколько минут мы уже сидели за столиком в шикарном зале, отделанном
под старину. Я огляделась и подумала, что
здесь не так уж и плохо. Приличная публика, официанты в белоснежных перчатках и
красных камзолах... Отец водил меня в
точно такие же дорогие рестораны, но тогда я чувствовала себя как-то неуютно.
Возможно, оттого, что тогда я была с ним, а
сейчас с приятным молодым мужчиной.
Я сделала несколько глотков шампанского. Хотелось хоть немного
расслабиться, отвлечься от дурных мыслей но нелепая
история, разыгравшаяся несколько часов назад в кабинете отца, никак не выходила
из головы. Мой отец - убийца! Это просто
не укладывалось в сознании. Привести в наш дом человека, жестоко его убить и
спрятать труп в собственном шкафу... Прямо
наваждение какое-то. Хотя от моего отца можно было ожидать чего угодно. Эдакий
милый, приветливый и добренький
старикашка, который покорял всех феноменальным умом и страстью к большим
деньгам. А внутри у этого простачка сидел
жуткий и страшный червь, который ел сам себя и распространял ростки зла.
- Женя, а ты вообще умеешь расслабляться? - донесся до меня обиженный голос
Виктора.
Я растерянно пожала плечами:
- Наверное, вся моя беда в том, что я действительно этого не умею. Иногда
это получается в моей мастерской, когда, выпив
бокал красного вина, рисую очередную картину, - Так можно чокнуться...
- Именно такой ты меня и посчитал.
- Извини.
Возможно, я очень мало бываю на людях. Вернее, почти совсем не бываю.
- У тебя есть друзья, подруги?
- Нет.
- А почему?
- Не чувствую в этом потребности. Я очень замкнутый человек. У меня есть
сводный брат, но он живет в другом городе
Завтра он прилетает со своей будущей женой.
- Он прилетает к тебе насовсем?
От этого вопроса меня слегка затрясло и снова все поплыло перед глазами.
Этого вопроса я боюсь больше всего на свете.
Каждую ночь я задаю себе именно этот вопрос и нахожу только один ответ: я
никогда не смогу жить в одном доме вместе со
своим братом.
- Нет. Я думаю, он здесь долго не задержится Допив бокал шампанского, я
почувствовала приятный дурман и легкость во
всем теле. Вероятно, оттого, что в последнее время ужасно вымоталась. Я очень
много пью, рисую, не сплю ночами и
постоянно думаю... Виктор вновь наполнил бокалы, произнес какой-то дежурный,
заезженный тост и посмотрел мне в глаза. Я
немного смутилась и улыбнулась.
- Как
...Закладка в соц.сетях
