Жанр: Боевик
Палач 018. Буря в техасе
...дстать
перед законом. В противном случае они предстанут передо мной. Этой же ночью.
Болан повесил трубку, вернулся в машину и умчался в ночь, тогда как сотрудники
телецентра принялись лихорадочно готовить самый сенсационный репортаж года.
Глава 15
Телевизионная передача, которую в городе окрестили "Новости Мака Болана", имела
неожиданные последствия: несколько известных граждан, занимающих высокое положение в
администрации штата, обратились в полицию с требованием обеспечить их безопасность.
Окружной судья объявил о своей отставке. Его примеру быстро последовали двое членов
законодательного собрания Техаса, после чего представитель губернатора объявил о начале
"глубокой проверки" деятельности исполнительной власти.
Полиция по всему штату готовилась к предстоящей бессонной ночи. В спецвыпуске
теленовостей ведущий сообщил о прибытии в Даллас большой группы высокопоставленных
чиновников из федеральных правоохранительных органов.
Да, сюжет этой ночи начал раскручиваться под диктовку Болана: его действия вызвали
волны шока и паники, захлестнувшие весь штат. Сам же Болан тщательно готовился к
предстоящей работе.
Он медленно объехал квартал, настороженно присматриваясь к стоявшим у тротуаров
машинам, затем зарулил на стоянку у дома Артура Клингмана.
Он как раз выходил из "порше", когда из тени здания к нему шагнул человек, на
физиономии которого аршинными буквами было написано, что он из Нью-Йорка, предъявил
удостоверение сотрудника полиции и заявил:
- Служба безопасности, сэр. Предъявите ваше разрешение на припарковку.
Болан выпрямился и посмотрел на парня сверху вниз.
- Да вот, смотрите, - проговорил он, слегка растягивая слова, - оно на ветровом
стекле.
Мафиози низко нагнулся над машиной и больше уже не выпрямился. Колено Болана
уперлось ему в поясницу, а обе руки "обняли" его шею в смертельном захвате. Последовал
резкий рывок в сторону, шейные позвонки чуть хрустнули, и тело мафиози обмякло в мощных
руках Болана.
Мак аккуратно опустил инертное тело на землю, оттащил его в сторону и ногами затолкал
под скамейку.
Даже если бы это происходило средь бела дня, посторонний наблюдатель не понял бы,
что произошло с охранником, - настолько быстро и четко все было проделано.
Болан, не медля ни секунды, двинулся к дому Клингмана и через черный ход вошел в
небольшой холл.
Здесь он неожиданно наткнулся на толстяка, торопливо спускавшегося по лестнице. Болан
усадил его на ступени, по-футбольному ударив ногой в пах, после чего нанес резкий удар
ребром ладони по горлу. Глаза толстяка закатились, и он отключился. Не останавливаясь, Болан
рванулся вперед к своей цели.
Сжимая в руке "беретту", он выскочил на лестничную площадку второго этажа, а оттуда
- в просторный холл. От одной из дверей к нему рванулся охранник, на ходу расстегивая
кобуру. "Беретта" слегка дернулась в руке Болана, и мафиози рухнул на пол у входа в
апартаменты Клингмана.
Перешагнув через безжизненное тело, Болан ударом ноги распахнул дверь. Два гангстера,
расположившиеся перед телевизором с пивом и бутербродами, вскочили на ноги в отчаянной
попытке дотянуться до оружия, беспечно оставленного ими в кобурах, висевших на спинке
стоявшего неподалеку стула. Они не успели ступить и шагу. Девятимиллиметровые свинцовые
вестники смерти принесли им вечное успокоение прямо на опрокинутом пиве и недоеденных
бутербродах.
Болан закрыл за собой дверь и двинулся в глубь апартаментов. Он нашел Артура
Клингмана в дальней комнате сидящим за небольшим столом, на котором стоял кувшин с
мексиканской текилой и тарелка с аккуратно нарезанными ломтиками лимона.
Это был красивый седовласый старик, краснолицый, с ясными глазами и массивным
волевым подбородком. Несмотря на сложность ситуации, в которую он попал, от него веяло
такой силой и энергией, что казалось, будто он один в состоянии разрешить все свои проблемы.
"Да, крутой старикан, - подумал Болан. - Колоритная личность".
Мистер Клингман был одет в накрахмаленную рубашку цвета хаки и такого же цвета
брюки, заправленные в старые ковбойские сапоги. Взгляд Мака привлекли его руки, лежавшие
на столе, большие и грубые. Они лучше любых слов говорили, что этот человек всю жизнь
провел в тяжелом физическом труде. Могучий, коренастый, как дуб, в глазах Болана он
олицетворял бескрайний богатейший Техас.
Артур Клингман медленно поднялся. Полные тревоги глаза оценивающе изучали
незнакомца с пистолетом в руке.
- Ну вот, мы наткнулись на нефтеносный пласт, - сказал старик, низкий звучный голос
которого удивительно соответствовал его облику.
Болан швырнул снайперскую медаль на стол и ответил:
- Похоже, что так, Клингман.
- О'кей. Я готов.
- Я пришел не за тем, чтобы наградить вас этой медалью, - сказал Болан.
Удивление в ясных глазах Клингмана сменилось любопытством.
- Тогда что вам надо?
- Я хочу выполнить обещание, данной одной отчаянной леди, - ответил Болан пионеру
техасского нефтяного промысла. - Я пообещал сделать все, что в моих силах, чтобы спасти ее
папу.
Веки Клингмана дрогнули, и жесткое выражение его лица смягчилось.
- Так вы говорили с моей девочкой?
- Ваша девочка у меня. С ней все в порядке: она жива и здорова. - Болан бросил на стол
спички, и Клингман моментально схватил их. - Она находится в этом мотеле, комната 115.
Джудит ждет, что вы придете за ней. Прихватите какую-нибудь одежду, а то у нее нет никакой.
Ваши дружки посадили ее на иглу и держали голышом под замком.
Гневным движением руки Клингман сбросил кувшин с текилой со стола.
- Сукины дети! - взорвался старик. Его полные ярости глаза наткнулись на холодный
взгляд Болана. Нефтепромышленник смущенно отвел глаза. - А я самый последний из всех, -
добавил он упавшим голосом.
- Разобраться во всем - это ваше дело, - сказал Болан.
- А что вам известно?
- Очень многое. Джудит помогла. Я решил сорвать техасскую операцию мафии.
Кажется, она называется "Седьмой флаг". И я добьюсь своего. С вашей помощью или без нее.
- Так вам нужна моя помощь?
Болан коротко кивнул головой и спрятал "беретту" в кобуру.
- Джудит считает, что вы сумеете сделать правильный выбор.
Воздев глаза к потолку, могучий нефтяник стоял в середине комнаты, раскачиваясь, как
гигантская техасская сосна на ветру.
Он взъерошил огромной лапищей свою серебряную шевелюру и признался:
- А ведь это я начал "Седьмой флаг"...
- Я знаю, - ответил Болан. - Теперь у вас появился шанс похоронить его
собственными руками. Признайте, Клингман, вы потеряли контроль над операцией.
- К сожалению, - со вздохом ответил техасец. - Я снова и снова пытаюсь понять, где
допустил промах. Но, черт возьми, должен же быть какой-то иной выход!
- Нет, выхода нет, - заверил его Болан. - Вы заключили сделку с дьяволом, Клингман.
Должен признаться, я почти восхищаюсь вами. Вы все поставили на одну карту, и
по-человечески я могу вас понять. Но сделки с дьяволом не проходят даром. И с этим вы
должны согласиться.
- Ни с чем я не собираюсь соглашаться!
- Вы должны повернуться лицом к дочери, - спокойно напомнил ему Болан. - Или вам
придется иметь дело со мной. Вот ваш выбор.
Техасец ухмыльнулся, и Болан увидел в его улыбке истоки черного юмора Джудит
Клингман.
- Я скорее повернусь лицом к дьяволу, чем к кому-нибудь из вас, - отрезал старик. - Я
слышал ваше интервью. Весьма убедительно. А по всему Техасу воют койоты. Болан, хотите -
верьте, хотите - нет: я перестал контролировать "Седьмой флаг" с тех пор, как койоты начали
рыскать в наших краях. Тут вы совершенно правы. Сделка с чертом? И здесь вы тоже правы. Но
все началось с невинной идеи, ну, почти невинной, - поправился он.
Болан взглянул на часы.
- Время у меня вышло, - с сожалением сказал он. - Мы можем поговорить в пути.
Пошли?
- Куда?
- Может быть, на встречу с дьяволом.
- Одну минуту. - Клингман снял с книжной полки пухлый портфель и, похлопав по
нему широкой ладонью, сказал Палачу: - Это избавит нас от долгих разговоров. Здесь вся
дьявольская правда, от первого до последнего слова. Карты, планы, графики - весь проект.
Возьмите и уходите. Я буду вам только обузой, я сам вернусь к Джудит.
- Мы уходим вместе, - отрезал Болан. Он взял пионера техасской нефти под руку и
повел к двери.
- Возможно, наш путь закончится в аду, - проворчал Клингман.
Болан не отрицал и такого исхода. Ему не раз приходилось встречаться лицом к лицу со
смертью. Но он никогда бы не переступил через труп проигравшего старика. Вполне
объяснимые мотивы побудили Артура Клингмана и некоторых его товарищей пойти по
наклонной плоскости. Но у них хватило мужества и духа вести честную игру. К сожалению, из
этого ничего не вышло: та каша, которую они хотели сварить, оказалась круто пересоленной.
На каком-то этапе их одолел приступ жадности, видение в образе золотого тельца ослепило их,
затмило их разум. Последовала роковая ошибка, и мафия наложила на все свою грязную лапу.
Вопреки утверждениям своих хулителей, Мак Болан никогда не стремился играть роль
Бога. Он не судил и не осуждал таких людей, как Клингман. Он верил, что каждый человек -
сам себе судья и сам себе проклятие.
Возможно, Клингман был прав. Может быть, им обоим суждено вместе пройти через все
круги ада. Но Болан надеялся, что это произойдет не сегодня. Он отвез старика в надежное
место и вернулся к осуществлению своего замысла.
В телефонной трубке послышался тревожный голос Джека Гримальди:
- Хорошо, что ты объявился, парень. В мотеле что-то неладно. Девчонка либо сбежала,
либо по какой-то причине не может ответить. Я названиваю ей через каждые пять минут с тех
пор, как прибыл на место.
Болан долго молчал. Наконец он ответил:
- Ну что ж, она птица вольная.
- А может, она просто боится подходить к телефону?
- Нет. Я ее предупредил, чтобы ждала звонка. Ах, черт возьми! Я только что отправил
туда Артура Клингмана. Ты знаешь, этот старик - крепкий орешек. Пусть сам разберется со
своей дочерью. Нас ждут другие дела. Готовь вертолет.
- Машина готова. Когда и куда тебе подать ее?
- Пока не знаю. Я сейчас затаился и веду наблюдение за противником. Но надо быть в
готовности и не прозевать их. Не отходи от телефона, Джек.
- Понял. Кстати, у меня есть информация для тебя.
- Джек, я же просил тебя не высовываться.
- Да, я сижу тихо, как мышка. Но, черт побери, не могу же я всю ночь торчать в своей
норе и валять дурака. Я тут потолкался среди людей, пытаясь что-нибудь разузнать о девчонке
Клингмана, но безуспешно. Зато кое-что другое может тебя заинтересовать.
- Ладно, выкладывай.
- Лилео отправил группу своих головорезов на буровые Клингмана, которые мы
атаковали утром. Похоже, мы проглядели там что-то очень важное. Мне сказали, что западнее
атакованного участка чуть ли не целая квадратная миля накрыта маскировочной сеткой, а под
ней спрятаны прелюбопытнейшие вещи.
- Конкретнее, Джек.
- Да просто бред какой-то. Если информация достоверна, то это район развертывания
военизированного формирования.
- О'кей, информация принята, - сказал Болан. - Точно, бред.
- Но это еще не все. Они там, якобы, хранят сырую нефть в замаскированных
резервуарах, а по секретному трубопроводу, проложенному от нефтеперерабатывающего
завода, перекачивают в емкости бензин и авиационное топливо. Мой источник информации
говорит, что под маскировочной сеткой длинными рядами выстроена бронетехника. Есть
склады боеприпасов и все остальное, как в армии. Но самих войск нет. Они свою живую силу
рассредоточили и скрывают среди гражданского населения, а теперь хотят сделать то же самое
и со всеми своими запасами. По этой причине Лилео и Квазо перебросили туда группу своих
людей для прикрытия операции.
- Откуда ты узнал это, Джек?
- Источник информации - человек, приближенный к руководству, начальник команды
Квазо. Занимается девочками в Далласе и Форт-Уэрте. Не слишком ли подозрительно, как ты
считаешь?
- Да я ко всему отношусь с подозрением, - устало ответил Болан.
- Если это дезинформация, то она очень впечатляет. По словам болтуна, на заре мафиози
планируют взорвать все буровые Клингмана.
- Зачем?
- Думаю, хотят скрыть свою деятельность и замести следы. Я слышал, там хватит сырой
нефти, чтобы обеспечить работу всего транспорта страны в течение года. А они якобы хотят все
взорвать. Могут ли они сделать такое?
Согласно документу из портфеля Клингмана, вполне могли, о чем Болан откровенно
сообщил пилоту.
- Да, Джек, они могут стереть с лица земли все, на что наложили там лапу.
- Безрадостные перспективы, старик...
- Задумано с размахом, - с досадой заметил Болан.
- А кого, собственного говоря, волнует, что они хотят взорвать несколько скважин? Или
они рассчитывают, что ты клюнешь на этот крючок?
- В том-то и дело, Джек. Пока до этого никому нет дела, но через несколько месяцев, как
я слышал, это взволнует весь мир.
- Что это значит?
- А то, что по расчетам специалистов, мы на всех парах несемся к мировому
энергетическому кризису.
- Так вот оно что! И как только ты разнюхиваешь такие истории?
- Боюсь, что на сей раз история до ужаса смахивает на правду, - мрачно ответил
Болан. - Именно на ней держится весь безумный техасский проект.
- А что это еще за проект?
- Это уже другая история, но не менее кошмарная, чем предыдущая. Прелюдия к тому,
что, вероятно, ожидает нас несколько позже. Больше не будет борьбы из-за политических
идеалов, будет борьба за выживание в мире, стремительно лишающемся своих природных
ресурсов. Грядет эра локальных войн, Джек.
- Ты наговорил столько, сержант, что я, боюсь, уже не смогу заснуть сегодня.
- На сон даже не рассчитывай. Сейчас самое время вернуться на участок Клингмана,
Джек. Иди разогревай двигатель и готовь птичку к полету.
- Я все понимаю, Мак, но какое отношение все это имеет к мафии?
- Самое непосредственное, Джек. Тебе никогда не приходило в голову, что мафиози
похожи на муравьев?
- Что-что?
- На месте каждого пикника всегда появляются муравьи, верно? А самый большой
пикник в нашей стране состоялся именно здесь - на техасскую нефть клюнуло немало
любителей поживиться.
- Эге! Я, кажется, начинаю понимать...
- Правильно, и размах этого пикника оказался гораздо больше, чем мы думали... Ну
ладно. Будь готов, Джек. Я еще позвоню.
Болан повесил трубку и в глубоком раздумье вернулся к машине.
Конечно, кто даст гарантию, что в Техасе состоялся последний пикник хищников? И где
будет следующий? Вероятнее всего, там, где властвует Ее Величество Нефть. Все идет к тому,
что властелином мира станет тот, кто обретет контроль над нефтью. А раз так, то предстоит
серьезная драчка. При мысли об этом Болан даже поежился. Ни одна война не справится с
отчаянно жестокой схваткой богатейших промышленных стран мира за выживание в условиях
топливного кризиса. Да, Мака не могла не волновать судьба техасских скважин. Пока он жив,
мафия может не рассчитывать на наживу в Техасе.
Информация Гримальди, безусловно, с душком. Такие серьезные сведения никогда просто
так не падают с небес, если их не пытаются навязать с определенной целью.
Способны ли эти болваны взорвать скважины, если он клюнет на приманку? А если нет?
Болан отрицательно покачал головой. Он не клюнет. Он знал, что возможность диверсии
не исключена - это подтверждали сведения, полученные от Клингмана. Фактически весь
нефтеносный участок "Клингман Петролеум" был подготовлен к уничтожению. И тем не
менее, полученную информацию следовало бы проверить - готовят ему западню на буровых
или нет.
Но сначала он должен попасть на две встречи: одна - с человеком из Вашингтона, другая
- с клоуном из Сент-Луиса.
Болан остановился у парадного подъезда местной штаб-квартиры здания ФБР и мигнул
фарами.
Небрежной походкой Гарольд Броньола вышел на тротуар, открыл дверцу и занял место
рядом с человеком, которого полиция разыскивала по всей Америке.
- Хорошая машина, - одобрительно сказал он вместо приветствия.
"Порше" плавно тронулся от бордюра и влился в бесконечный поток машин.
- Куплена на деньги мафии, - пояснил Палач шефу спецгруппы ФБР, созданной
специально для поимки Болана.
Броньола хихикнул и закурил сигарету. Это был человек лет сорока - сорока пяти,
непримечательной наружности и, на первый взгляд, любезный и обходительный. Его можно
было принять за продавца супермаркета, который в душевных муках, но с мрачной
решимостью сохранить праздничное настроение готовится к неизбежным опустошительным
набегам покупателей за рождественскими подарками. В действительности же он был одним из
руководителей ФБР с дипломом юриста и многолетним опытом работы в правоохранительных
органах. Броньола заслуженно считался одним из лучших специалистов по борьбе с
организованной преступностью. Ему удалось установить личный контакт с Боланом еще в
самом начале его крестового похода против мафии и добиться от федерального правительства
негласной поддержки Болана, но впоследствии Мак сам отказался от этой затеи.
Он однажды сказал Броньоле:
- Пути, которые я торю ценой собственной крови, - только мои пути, и ответственность
за содеянное лежит только на мне. Мне не нравится, что в ад партизанской войны вместе со
мной втягивается вся страна, начиная с рядовых граждан и кончая Президентом.
Самостоятельность Палача и его трезвый взгляд на вещи заставили Броньолу по-новому
взглянуть на человека, полностью посвятившего себя служению истинному правосудию. И
даже официальное назначение Броньолы начальником отдела ФБР по борьбе с особо опасными
преступлениями, под юрисдикцию которого формально попадала деятельность Мака Болана,
никак не повлияло на его отношение к воину-одиночке и привело к опасному конфликту
интересов.
- Этот человек - вовсе не кровожадный маньяк-убийца, каким его пытаются изобразить
средства массовой информации, - заявил однажды Броньола своему шефу. - Мы могли бы
поручить ему выбор и поиск нужных целей. На сегодняшний день Мак Болан - самый
выдающийся специалист по борьбе с организованной преступностью. Он заслуживает
всяческого поощрения и помощи.
Но "выдающийся специалист" не принял от государства никакой помощи, и давление,
оказываемое правительством на Броньолу, усилилось.
Кризис во взаимоотношениях Гарольда Броньолы и Мака Болана достиг наивысшей точки
в Лас-Вегасе, когда Броньоле, к его огромному сожалению, пришлось применить оружие
против Палача. И тот и другой ясно понимали, что в Вегасе шла оголтелая охота на
"возмутителя спокойствия", осмелившегося узурпировать право государственного аппарата
вершить правосудие над своими гражданами. Впоследствии Броньола с отвращением и стыдом
вспоминал, как воспользовался основным принципом Болана - его отказом поднять оружие на
представителей полиции и других органов правопорядка. И только провидение предотвратило
тогда трагическую развязку в Вегасе. После того случая Броньола научился безошибочно
находить компромисс между чувством долга и своим уважением к этому мужественному
человеку.
И вот сейчас долг снова свел их вместе в крутой переделке. Какая ирония судьбы: делая
одно дело, они, тем не менее, находились по разные стороны баррикады. Официально Болан
был для Броньолы таким же преступником, как самый оголтелый гангстер - убийца
полицейских.
Броньола несколько раз глубоко затянулся, затем, чувствуя себя очень неуютно рядом с
выжидательно молчащим Боланом, заговорил, нервничая с каждым словом все больше и
больше:
- Я хочу, чтобы ты немедленно покинул Техас, Мак. Это моя личная просьба, и ты
можешь отнестись к ней, как тебе заблагорассудится. Считай ее расплатой за старые долги.
Назови это любовью, страхом или просто дерьмом собачьим, дело твое... Но я хочу, чтобы тебя
к полуночи не было в этом штате.
"Порше" продолжал плавно нестись в общем потоке машин. Болан пожал плечами.
- Боюсь, я не успею закончить всю работу к полуночи, Гарольд.
- Ты уже все закончил, - дружелюбно заметил Броньола. - Ты сделал достаточно.
Крысы стаями бегут с корабля. Теперь дай нам вступить в игру. А ты уходи. Мы сами
разберемся с недостающими элементами головоломки.
- Вы даже не знаете, где они лежат, - как бы между прочим заметил Болан.
- Возможно, нам известно больше, чем ты думаешь.
- Так вы, значит, нацелились на "Седьмой флаг", - проворчал Болан, искоса взглянув
на своего собеседника.
- Какой флаг?
- А я думал, ты в курсе, - ехидно заметил Болан.
- Перестань.
Болан раскатисто рассмеялся.
- А не хочешь ли ты несколько отодвинуть срок? - спросил он, оборвав смех.
Броньола заерзал, продолжая курить, затем небрежно поинтересовался:
- Сколько тебе нужно времени?
- Я начал операцию на рассвете, - сказал Болан, - и планирую закончить ее к этому же
времени.
Броньола поспешным кивком выразил свое согласие.
- О'кей. Я дам своим людям поспать ночью. Но это все, что я могу. Ты наступишь на
любимую мозоль правительства, дружище. На рассвете полиция получит приказ стрелять на
поражение. Считай это предупреждение любезностью с моей стороны. Так что ты говорил про
флаг?
- Мафиози назвали свой проект "Седьмым флагом", - пояснил Болан. - Идея родилась
в голове Артура Клингмана, личности, хорошо известной в Техасе.
- Это имя и мне хорошо знакомо, - со вздохом прервал его Броньола.
- Теперь его знают все мафиози Америки, - сказал Болан. - Но плодами его идеи
воспользовались другие. А изначальный толчок его мыслям дал жесткий прессинг со стороны
некоторых крупных нефтяных компаний. Клингману стало предельно ясно, что дни
независимых нефтепромышленников-одиночек сочтены. Коренные техасцы - очень крутые
люди, Гарольд. Особенно те, кто вырос в хижине бурильщика. Так вот, они задумали тайную
операцию, которую назвали "Седьмой флаг" - символ их духа независимости. Собственно
говоря, сначала их проект действительно был не более чем символом. В нем, может быть,
отразилась решимость сохранить Техас независимым от крупных международных махинаторов.
Лично у меня реакция техасцев вызывает понимание и сочувствие. Но потом у Артура
Клингмана поехала крыша, и его просто-напросто сожрали с потрохами. Безрассудный
политический авантюризм и мощный экономический кулак объединили свои усилия, чтобы
реализовать "Седьмой флаг" в качестве генерального плана создания новой Республики
Техас, - и это все на полном серьезе! Мафиози создали здесь свое военизированное
формирование и военную базу. Невероятно, но факт.
- Теперь понятно, что здесь не обошлось без Спеллмана, - прокомментировал
Броньола, со все возрастающим интересом слушавший рассказ Болана.
- Вот именно. Нат Спеллман был у них шефом разведки. Он прослушивал здесь все
телефонные разговоры местной администрации, в том числе самого губернатора. Кроме того,
он организовал просто фантастическую утечку информации с крупной национальной станции
радиорелейной связи в Эль-Пасо.
Броньола был поражен и подавлен.
- Безумие! Что они затевают? Новую гражданскую войну?
Болан пожал плечами.
- Не знаю. Это бредовая идея. Сначала я думал, что затевается смена политических и
экономических декораций. Но у меня есть доказательства, что дело обстоит гораздо серьезнее.
Организация действительно хочет поднять седьмой флаг над Техасом. Они играют
по-крупному, задумали возродить Республику Техас, не больше и не меньше.
- Безумная затея, - растерянно воскликнул Броньола.
- Безумная и потому чертовски опасная, - кивнул Болан. - При наличии общности
интересов она могла бы сработать. Здесь уже сформировано теневое политическое ядро и
внушительная экономическая база. И теперь, когда боссы мафии уже настроились на обильную
трапезу, готовясь проглотить Техас, будет очень сложно отнять у них такой лакомый кусок.
- Все равно это безумие. Я не понимаю, как они могут надеяться на успех...
По мере того как Болан продолжал объяснение, в его голосе тоже зазвучали нотки
сомнения.
- Я знаю. Это действительно похоже на какое-то умозаключение, что так не свойственно
мафии. Я всегда был уверен, что ее боссы твердо стоят на земле, а не витают в облаках. Но...
вероятно, многие недооценивают значение Техаса для Америки. Одна только нефть чего стоит.
Ты знаешь, какая доля от ее общей добычи приходится на Техас? Третья часть.
- Да. Погоди минутку, пожалуйста, а то у меня голова кругом идет. Дай мне
подумать. - Броньола щелчком выбросил в окно машины окурок сигареты и тут же прикурил
новую.
Болан молча вел "порше" по улицам Далласа, тоже погрузившись в раздумья.
Спустя несколько минут Броньола шумно выдохнул густое облако табачного дыма и
заговорил снова:
- Сейчас мне приходит в голову множество незначительных мелочей, на первый взгляд,
мелочей... Теперь они, как кусочки мозаики, складываются в новую картину. Ты, конечно, прав
насчет Техаса. Это богатейшая политико-экономическая субструктура. И не только из-за нефти.
Здесь все поражает гигантскими масштабами: горнорудная и химическая промышленность,
сельское хозяйство, промышленное производство, объекты военно-промышленного
комплекса... И нет ничего удивительного в том, что кое-кому захотелось урвать этот лакомый
кусок и поднять над ним собственный флаг. Но я не вижу, каким образом можно осуществить
подобный замысел. Штат слишком велик, а затея слишком уж похожа на самоубийство.
- Ты говоришь "велик", а знаешь ли ты, что расстояние от Эль-Пасо до Бомонта намного
больше, чем от Нью-Йорка до Чикаго? И в этом тоже часть проблемы, Гарольд. Я заметил, что
местная полиция испытывает массу трудностей в связи с огромными просторами штата. Ты
хоть раз задумывался над тем, как укомплектована кадрами полиция штата, который больше,
чем вся северо-восточная часть страны? Они не смогли бы контролировать эти огромные
пространства, даже если бы патрулировали на вертолетах.
- О'кей. Оставим пока полицейских и кадровую политику. Ни один штат невозможно
безнаказанно вырвать из сложившихся границ страны. В свое время Эйб Линкольн весьма
успешно доказал это. Неужели ты всерьез думаешь, что мафия собирается воевать с
Соединенными Штатами Америк
...Закладка в соц.сетях
