Жанр: Боевик
Все девушки любят бриллианты
... более будешь "fine", - решительно сказал Том.
Он быстро нашел машину и приказал водителю:
- Париж! Отель "Риц"!
Таня нашла в себе силы улыбнуться:
- Ты живешь в гостинице для богачей... Том беспечно махнул рукой:
- "National Geographic" оплатил... Мне-то все равно, где жить.
В машине Татьяне стало чуть-чуть полегче, но все равно ее голос звучал
слабо:
- Том, слушай... Я расскажу тебе все с самого начала... Моя мама всегда
увлекалась генеалогией нашей семьи и ...
Он мягко прервал ее:
- Больше ни слова. Через полчаса мы будем в гостинице, я уложу тебя в
постель, закажу обед и потом тебя выслушаю.
У Тани не было сил возражать. Она закрыла глаза и положила голову на плечо
Тома. Попыталась расслабиться и
подремать. Но в голове упорно стучало:
"Сегодня! Сегодня в девять!"
Она почти добилась своего. Она его нашла. Но почему ей не нужна уже ни
разгадка тайны, ни сокровища?
У Рустама оставалась последняя - и единственная надежда. Надежда на то, что
девица вернется в свою гостиницу в
Париже. Надо же ей забрать свои шмотки?
Правда, внутренний голос ехидно комментировал: "На хрен ей это тряпье - она
уже миллионерша!" И Рустаму хотелось
заскрипеть зубами, стереть в порошок этот внутренний голос. Разбить окно в такси
или морду этому козлу Мелешину.
Впрочем, и Рыжий тоже хорош. Копнуть бы их всех, помощничков... Довели дело
до французской ментуры! И при этом
девку опять упустили! Втроем упустили, придурки! А сами остались крайними. Их
обидчик куда-то испарился, а хозяин кафе
заявил полиции, что "эти русские передрались между собой". Робкие возражения
Мелешина на ломаном его французском
никто и не слушал!
Ищи-свищи теперь эту телку! Только как ее искать?!
Внутренний голос насмешливо подсказал: "Почему же, найти будет можно. В
особняке где-нибудь на Багамах..."
Рустам аж застонал.
"Я с детства мечтала пожить в парижском "Рице", - промелькнуло в голове у
Татьяны.
Вот мечта и сбылась. Но только ее почему-то совсем не радовал ни отливающий
золотом паркет, ни потолки с лепниной,
ни огромные чудо-пальмы в кадушках...
Побыстрей бы добраться до постели!
Том понял ее состояние. Он помог ей раздеться, принес из ванной мокрое
пушистое полотенце и положил на ее пылающую
голову. "По-моему, у тебя температура".
Быстро заказал обед - зачем-то с черной икрой.
- Том, ты с ума сошел! Мне икра в Москве надоела! - попыталась соврать
Таня.
- Икра отлично восстанавливает силы, - отмахнулся Том.
Официантка быстро принесла заказ. Она с легкой завистью посмотрела на
красивую девушку в постели и на
представительного мужчину, который заботливо попросил подкатить столик с
изысканным обедом поближе к даме.
И только когда Таня через силу впихнула в себя и икру, и нежнейшую форель,
сваренную в белом вине, и два пирожных со
свежими фруктами, Том сказал:
- Теперь я тебя слушаю.
Ее рассказ занял полтора часа. Том слушал, не прерывая, и только легонько
поглаживал Таню по пылающему лбу.
Впрочем, к концу рассказа лоб стал совсем прохладным - температура спала.
- Священник сразу спросил мое имя и фамилию. Я ответила. И он сказал, что
интересующий меня человек будет сегодня в
девять вечера у главной лестницы в "Чреве Парижа"...
- Знаешь, что в этой истории самое странное? - задумчиво спросил Том.
- То, что меня до сих пор не убили?
- И это тоже... Но давай разберемся... Как я понял, владелец чемодана тебя
просто использовал - для того, чтобы ты достала
чемодан и вывезла его в безопасное место. Но на клад претендовали и другие люди.
Кто?
- Наверно, эти бандиты из Южнороссийска, - сказала Таня.
- Точно! Они заметили, как ты доставала чемодан, и до сих пор за тобой
следят. Возникает вопрос - почему же они сразу не
отобрали у тебя сокровища?
- Я уже думала над этим. Может быть, им нужен не столько клад, сколько тот
человек? Ну этот ОН, который его спрятал?
Которого мы ищем? Может, он знает что-то очень ценное? Или владеет этим?
- Правильно, моя умница!.. Значит, бандиты задерживают теплоход и
договариваются с таможней, чтоб тебя пропустили, -
это возможно?
- В России - возможно, - уверенно ответила Таня.
Том продолжал:
- И они надеются, что ты приведешь их к этому человеку. Они твоими руками
вывозят сокровища за границу и надеются
там завладеть кладом и вдобавок выйти на другого человека. На того - Фрайбурга.
Зачем-то он им нужен... Но он их
опережает. До сих пор все понятно. Понятно, кроме одного. Как ОН узнал, что ты
едешь именно в Стамбул? И как, оказался
там раньше тебя ?
Татьяна только пожала плечами.
Том задумался. Он продолжал легонько поглаживать Таню по голове. Потом его
рука скользнула на ее шею и задержалась
на пульсе, бьющемся в сонной артерии:
- Многовато, около ста... - Том потеребил цепочку на Таниной шее и
задумчиво спросил:
- Слушай, а этот кулон... Он какой-то старинный...
Татьяна вздрогнула:
- Том, мне его прислала - "княжна"! Написала, что это фамильная
драгоценность!
- Княжна?! Быстро снимай.
Татьяна молча протянула ему медальон. Том достал свой швейцарский
офицерский нож. Внимательно рассмотрел
медальон. Потом открыл золотую крышку.
В медальоне таилось что-то металлически-блестящее.
- Что это? - в ужасе спросила Таня.
- Это? Насколько мне известно - передатчик. ОН все время знал о всех твоих
передвижениях с точностью до километра.
Таня утомленно закрыла глаза:
- О боже!
- Итак, - сказал Том, - мы поняли почти все. Кроме одного. Зачем ему с
тобой встречаться?
Бронзовые часы на камине в номере 333 парижского отеля "Риц" показывали
шесть вечера. Татьяна и Том уже перебрали
тысячу вариантов - по какому сценарию пройдет сегодняшняя встреча?
Они разыгрывали предположительные варианты и так и этак, но ничего путного
не получалось.
При этом они должны были все время иметь в виду, что у Фрайбурга-окняжны"
есть пистолет... Пистолет Татьяна уже
видела в Стамбуле.
- Так мы совсем в дебри забредем. - Том решительно поднялся. -Слушай, давай
сделаем вот что. Ты вещи не хочешь
забрать из своей гостиницы?
- Не отказалась бы!
- Тогда лучше сделать это сейчас, пока наши бандиты сидят в полиции.
- А ты думаешь, они еще сидят?
- Где же им быть! Они же все кафе разгромили! Дай бог, завтра под залог
выпустят. Здесь, в Европе, с этим строго.
- Ну давай съездим, - неуверенно сказала Таня. Она все еще неважно себя
чувствовала.
- Не мы съездим, а я съезжу. А ты будешь спать, время еще есть. Не
возражаешь?
Таня совсем не возражала. Ей было очень приятно, что нашелся наконец ктото.
Кто-то достаточно сильный для того,
чтобы она позволила ему решать за нее.
"Да, тут, если возьмут, уж взяткой не отделаешься", - глодала Рыжего
нехорошая мысль. Они с напарником, понукаемые
безжалостным Рустамом, поднялись по водосточной трубе до третьего этажа и
залезли в окно Таниного номера. Стекло бить
не пришлось - щеколда была не заперта.
Рустам с Мелешиным остались внизу.
А Рыжий с Кольтом получили строгий наказ - мочить. Мочить без жалости.
Мобильный телефон прозвенел только в половине седьмого.
- К вам гребет американец. Глушите прямо у двери.
Перед глазами плавали разноцветные рыбы. Они постоянно меняли то цвет, то
форму. Превращались то в крошечных
карасиков, то в огромных китов. Он тщетно пытался сбросить наваждение, выбраться
из этого рыбьего царства... Хотя бы
взглянуть на часы... Но это ему никак не удавалось...
Дверь открылась без стука.
Таня, которая приходила в себя в теплой ванне, удивилась. Они с Томом
договорились, что он постучит условным
сигналом. Неужели в "Рице" такие бестактные горничные? Приходят убирать в
присутствии постояльцев? Разве не висит на
двери: "Просьба не беспокоить"?
Она быстро завернулась в полотенце с намерением устроить разнос
нарушительнице покоя... И тут дверь в ванную комнату
распахнулась.
На пороге стоял Рустам. Он плотоядно улыбался.
БЕЗ ДЕСЯТИ ДЕВЯТЬ!
А он лежит тут с разбитой головой!
Том попытался вскочить на ноги и застонал. Глаза заливало кровью.
Он полез в карман за носовым платком.
В карманах явно кто-то рылся.
Деньги, паспорт и две кредитки оказались на месте.
Исчезла только визитная карточка отеля "Риц".
Ноги не слушались, голоса не было. Как в дурном сне, когда не получается
выбраться из кошмара. Она только плотнее
запахнулась в полотенце и перепуганно смотрела на Рустама. "Надо выглядеть
смело!" - билось в голове. Но смелости не
было. Смелость израсходовалась за все эти дни бесконечных поисков и погонь.
Татьяна слышала, как в комнате кто-то ходит, что-то падает на пол.
Значит, этот человек здесь не один. Значит, здесь вся банда. А Том, где же
Том?
Кажется, этот вопрос она задала вслух. Потому что кто-то ей злорадно
ответил: "Твой хахаль отдыхает!" Второй голос
добавил: "Утомился, поди, тебя драть!" И ржание. Похотливое мужское ржание,
такое неуместное в изысканном интерьере
отеля "риц"...
Ей швырнули джинсы и футболку: "Одевайся!" Она не решилась попросить их
отвернуться. Просто зашла за открытую
дверцу шифоньера и молча натянула одежду.
Интересно, как бы поступил сейчас какой-нибудь Рэмбо? Что бы он сделал
против четверых вооруженных мужчин,
которые застали его врасплох? Татьяна попыталась вспомнить, обсуждали ли они
подобные ситуации с Валерой...
На первый взгляд ей остается только подчиниться. А на второй... Татьяна
молча вышла из-за дверцы шкафа и прошла - под
охотничьими взглядами мужчин - к комоду. Схватила огромную колониальную вазу -
ого, какая тяжесть! - и изо всех сил
швырнула ее в окно. Венецианское стекло разбилось с оглушительным звоном.
Том попробовал бежать. Не получилось. В голове, казалось, поселились какието
крабы. Они раздирали его своими
безжалостными клешнями. В висках стучало. Черт, он сейчас упадет!
Пришлось замедлить шаг. Он прошел через холл, старательно пряча от портье
свое разбитое лицо. Поймал такси.
Поколебался, прежде чем назвать адрес.
Часы безжалостно демонстрировали: пять минут десятого. В гостинице ее все
равно уже нет.
"Чрево Парижа! Vite!" (Быстро! (франц.)).
Окно номера выходило во двор. Один из бандитов тут же бросился задергивать
шторы. Двое других рывком подскочили к
ней. Ей со всего маху влепили сильнейшую пощечину. Потом вцепились в волосы и
ударили еще раз.
Татьяна успела пробормотать: "Не надо"... И потеряла сознание.
Пришла в себя она быстро - на нее выплеснули стакан ледяной воды.
- Слушай, детка! - сказал ей самый старший из бандитов. Глаза его горели
нехорошим огнем... - Шутить с тобой я не буду.
Еще одна выходка - пришью на месте!
Он сунул ей под нос пистолет. В носу защипало от запаха холодной стали.
- Ты поняла?
Она поспешно кивнула.
Он ударил ее еще раз - в живот: "Так поймешь лучше".
Сгибаясь от нестерпимой боли, Татьяна углядела - или ей это только
показалось? - искру сочувствия в глазах одного из
бандитов.
"Чрево Парижа" находится в самом центре города, на месте огромного рынка,
описанного еще Эмилем Золя. Теперь рынок
снесли, и на этом месте помещается - по традиции - огромный торговый центр. Днем
здесь вполне цивильно - работают
картинные галереи, куча магазинов и ресторанов. Ходит респектабельная публика.
Но к вечеру магазины закрываются.
Работает лишь пара ресторанчиков низкого пошиба. Однако двери в отделанные
мрамором коридоры центра не закрывают.
"Чрево Парижа" берет на откуп веселая парижская молодежь.
Здесь собираются роллеры и гоняют по просторным коридорам, прыгают на своих
коньках по перилам лестниц. Брейкеры
под дикую музыку из магнитофонов и одобрительные крики демонстрируют по одному -
по двое свое странное искусство.
В сторонке сидят на корточках наркоманы, погруженные в "кайфовые" мечты.
Том с трудом пробивался сквозь толпу гудящих подростков. Ничего не скажешь,
место выбрано неплохо! Любой человек -
если он не одет в традиционную униформу (широкие штаны и футболку) - сразу
бросается в глаза.
Где же здесь главная лестница?
Шеф службы безопасности постарался ничем не выдать своего удивления.
Мускулистые мужики с жесткими глазами в "Рице" иногда встречались -
некоторые гости приезжали с охраной. Но
охранники всегда держались обособленно.
Их никогда не видели вместе с женщинами. Тем более с одной женщиной на
четверых.
Эта девушка явно не их поля ягодка. Он припомнил - кажется, мадемуазель
была вместе с американцем из номера 333. И
при чем же тогда здесь эти четверо?
Он поспешно направился навстречу странной компании.
Главную лестницу оккупировали любители пива. На каждой ступеньке помещалась
или воркующая парочка, или веселая
компания. И все были при бутылках. Том внимательно рассматривал пивохлебов. В
основном беспечная молодежь. Мальчики
и девочки с крашенными в авангардные цвета волосами. Были среди них и люди
постарше - мужчины лет за тридцать. Но эти
настолько усердно пытались подцепить себе кого-нибудь из "молодняка", что явно
не тянули на загадочного НЕГО.
На Тома никто не обращал внимания. Подумаешь, фингал под глазом и волосы с
несмытой кровью! Здесь и не таких
видали!
Часы показывали половину десятого. Том купил себе бутылку пива и устроился
на единственной свободной ступеньке. Он
решил подождать еще пятнадцать минут.
Мускулистая компания явно ускорила шаг. Один из мужчин не очень вежливо
обхватил девушку за талию и буквально
поволок ее за собой. Шеф службы охраны быстро огляделся - как назло, никого из
подчиненных поблизости не было. А
годами выработанное чутье подсказывало, что сейчас ему пригодилась бы их
помощь...
Он нагнал "охранников" только у выхода из гостиницы. И обратился прямо к
девушке: "У мадемуазель все в порядке?"
Она затравленно посмотрела на него и промолчала.
За нее на ломаном французском ответил один из мужчин:
- Она не понимает по-французски. А в чем дело?
Проигнорировав мужчину, он опять обратился к девушке - теперь по-английски:
- У вас действительно все в порядке?
Она поспешно кивнула.
Странная процессия села в первое же такси в ряду машин, стоявших у
гостиницы.
Шеф службы охраны смотрел им вслед. И увидел: когда девушку довольно грубо
заталкивали на заднее сиденье, ей в спину
упирался пистолет.
Такси тронулось.
Он достал мобильный телефон и сообщил в полицию номер машины.
Теперь Том был одним из многих любителей пива. На него по-прежнему никто не
обращал внимания. Ну сидит себе
мужик, скучает с грустной физией - мало ли тут таких?
Том внимательно рассматривал всех вновь прибывающих. Три веселые девчонки.
Грязный дедуля-клошар - пришел
побираться. Парочка любопытствующих туристов... Неужели все впустую? Неужели он
сейчас просто встанет и поедет в
"Риц" - ни с чем?
Том понимал, что в отеле его ждут плохие новости...
Стоп-стоп, а кто вот этот мужчина? Держится как свой - джинсы, футболка,
длинноватые волосы, перехваченные кожаным
ремешком. Бутылка пива в руке. Но глаза тревожные. И возраст явно неподходящий
для безалаберных посиделок на лестнице.
Том решительно встал ему навстречу.
Такси успело проехать от силы один квартал, когда Рустам рявкнул Мелешину:
- Тормози падлу!
- Зачем? - удивился тот.
- Заткни пасть! Тормози!
Мелешин пожал плечами и попросил водителя остановиться.
Они быстро пересели в другое такси.
Как только машина тронулась с места. Рустам шваркнул по плечу Мелешина:
- Зачем тебя только держат, ты, десантура гребаная! Ничего, что ли, не
заметил? А ты, Рыжий? Все молчали.
- Эх вы, детки! - покровительственно процедил Рустам. - Тот мужик из "Рица"
сразу куда-то звонить начал. Не иначе как
номер машины в полицию передавал!
Татьяна, которая тоже успела рассмотреть этот маневр шефа службы охраны,
потерянно закрыла глаза. Теперь их никто не
ищет. И даже загадочный ОН не будет знать, где она находится.
"Боже мой, неужели?" - молнией мелькнуло в голове у Тома.
Да нет, не может быть, это пиво играет нехорошие шутки. Пиво на голодный
желудок да на разбитую голову.
Он решительно встал со своей ступеньки, оставив недопитую бутылку на
лестнице - ее тут же подхватил дедок-клошар.
Что же ему сказать? На язык просились грубости: "Как ты смел втравить ее в
это? О чем ты думал, старый хрыч?"
Он сдержался. Просто подошел вплотную и тихо проговорил:
- Татьяна в большой беде.
У двери номера 333 стоял полицейский. Игнорируя его вопрос, заданный пофранцузски,
Том решительно открыл дверь. В
лицо рванулся сквозняк. Он цепко, по-журналистски, осмотрел номер. Окно разбито.
На полу вперемешку валяется его и
Танина одежда. Ее распотрошенная косметичка. Раздавленный флакончик духов.
И новое синее платье, купленное вчера в Анган-ле-Бене. Оно зачем-то было
разорвано пополам.
В комнате находились еще один полицейский и представительный мужчина в
форменной куртке "Рица" со значком шефа
службы охраны. Вид у них был более чем виноватый...
Том не стал дожидаться вопросов и сразу перешел в наступление:
- Хорошенькая у вас служба охраны! Что здесь случилось? Где девушка?
Шеф службы охраны опустил глаза и... бросился к бару, приготовить ему чтонибудь
выпить. Как легко тут все у них, у
этих лягушатников! Налил коктейль - и сразу подружились!
Том рявкнул:
- Не трудись, я не пью!
И решительно вышел прочь. Ему вслед что-то закричали, но он только ускорил
шаг. Не стал дожидаться лифта и бегом
спустился по лестнице.
Тане было тесно и душно. Слева наваливался парень, которому она тут же дала
кличку "Столовка" - от него сильно несло
чесноком и вчерашним супом.
Справа ее прижимал еще более отвратительный тип - немытый и непричесанный.
Настоящий Бомж...
Чесночные, грязные - это еще полбеды! Больше всего Татьяну беспокоили их
глаза. Глаза холодные и пустые, без
малейшей искорки мысли, без крошечного оттенка жалости.
Единственный из бандитов, который показался ей более-менее симпатичным,
похоже, не пользовался влиянием в этой
компании. На него все время рявкал Старший, да и Столовка с Бомжом посмеивались.
Его она назвала про себя Мышонком.
Хотя по физическим данным Мышонок был, пожалуй, самым накачанным. Он выглядел
скорее как Могучий Мышонок.
Интересно, почему остальные бандиты его унижают? И не удастся ли этим
воспользоваться?
За окном проносился пригород. Аккуратные домики с игрушечными черепичными
крышами, прилизанные палисадники,
теннисные корты.
Интересно, куда ее везут? И почему взяли сейчас, - хотя ведут они ее уже
больше недели. Татьяна могла поклясться, что
видела уже на парижских улицах и Бомжа, и Столовку, и Могучего Мышонка.
- Что вам надо? - хрипло спросила Таня. Голос, как ни старалась она
сохранять самообладание, дрогнул.
- Шоколада! - рявкнул один из бандитов, и все залились жеребячьим ржанием.
- Девочка, веди себя хорошо, и ты получишь сладкое, - сказал,
полуобернувшись с переднего сиденья, человек восточного
вида. Именно он у бандитов, определила Таня, был за главного. И он был страшнее
всех. - Твоя мамочка разрешила нам тебя
взять. И побаловаться.
Мама? Взять ее? Что за бред?
Какая ужасная, словно в дурном сне, поездка! Что за дикий диалог!
Том не мог обращаться к нему по имени. Его когда-то учили на спецкурсе по
этике, что если ты называешь человека по
имени, значит, ты его уважаешь. А как он мог его уважать? После того, что тот
сделал с Татьяной? С его Татьяной?
ОН понуро стоял у входа в гостиницу "Риц". Швейцар подозрительно косился на
тертые джинсы и длинные волосы под
кожаным ремешком, но пока молчал.
Том сказал как можно короче:
- В номере полный разгром. Ее нет. Полиция не в курсе.
ОН сказал с чувством превосходства:
- Я знаю, где ее искать.
- Ваш кулон не поможет. Я снял его с нее. ЕГО как будто ударили по лицу. Он
сразу постарел и стал еще более нелепо
смотреться в своих молодежных джинсах...
- Зачем, ну зачем вы это сделали?
Казалось, что ОН сейчас его ударит. Том автоматически отступил на шаг.
И попал в объятия полицейского, которого он только что видел в своем
номере. На ломаном английском тот сказал:
- Прошу вас вернуться в гостиницу.
Маленький Жак считал себя самым счастливым парнем на свете. Во-первых, он
жил в Марн-ла-Вилле. Это было лучшее
место на земле с тех пор, как здесь построили Диснеевский парк. И с тех пор, как
папа подарил ему на день рождения годовой
абонемент. Теперь он мог в любое время сколько угодно кататься на любых
аттракционах.
Во-вторых, у Жака были замечательные родители. Они были постоянно заняты
своими важными взрослыми делами и
совсем не докучали воспитанием. Ему разрешалось гулять аж до одиннадцати вечера.
Не ругали его и за рваную одежду, и за синяки, полученные в честных битвах
с соседскими мальчишками. Папа, наоборот,
хвалил его за то, что он маленький настоящий мужчина.
А с тех пор, как умерла старушка Мартин из соседнего дома, Жаку стало жить
еще веселей. Дом у старушки был огромный,
с галереями, переходами и огромным садом. Сначала мальчишки под руководством
Жака совершали набеги за огромными
яблоками и строили на территории мадам Мартин шалаши. Потом дом стал сдаваться в
аренду - и Жаку стало жить еще
интереснее. Каких только постояльцев он не повидал! Сюда приезжал известный
старый артист - кажется, его звали Жерар - с
двумя почти голыми тетями. Приезжал модный писатель - вместе с молодым
дяденькой, у которого были накрашены глаза.
Наведывались компании тетенек - Жак видел, что они творили в саду!
На чердаке своего дома Жак соорудил наблюдательный пункт. Дед подарил ему
старенький бинокль, а бабуля отдала почти
новый диван. Родители на чердак никогда не лазили - говорили: пусть у мальчика
будет в доме своя тайна...
Сегодня Жак вернулся из Диснейлэнда только в восемь - после пяти
головокружительных спусков на "космической
пушке". Он нетерпеливо съел ужин, которым его накормила Ворчливая Жаклин,
захватил бутылку пепси и отправился на
свой чердак. После горок его слегка качало... Сейчас он развалится на своем
диване и заодно посмотрит, не появились ли в
доме новые постояльцы...
По мрачной длинной галерее Татьяну привели в огромную восьмиугольную
комнату. С ней оставили Столовку и Бомжа.
Старший снизошел до объяснений:
- Я пошел звякать! Мелешин приготовит пожрать. А вы с девки глаз не
спускайте. - Он направился к двери и уже выходя
добавил:
- Ручонки не распускать, ясно? Телка моя! - Он глумливо добавил:
- Если мамзель, конечно, не возражает...
Татьяна промолчала. Она устроилась в глубоком продавленном кресле и
постаралась посмотреть на Старшего гордо и
независимо.
Тот уверенно встретил ее взгляд и добавил:
- Гоношись, гоношись... Люблю целочек!..
Татьяна отвернулась.
Столовка и Бомж сидели молча. От них нестерпимо воняло чесноком и несвежей
одеждой. Она постаралась дышать ртом и
глубоко задумалась. При чем здесь ее мама? И где сейчас Том?
На пороге дома мадам Мартин Жак увидел странного дядьку. Дядька прислонился
к перилам и что-то горячо говорил по
телефону. Какой странный мужик, какой-то с виду восточный... Араб, индус?
Жак отворил окно и постарался расслышать хоть слово. Нет, только неясный
говор. Но говор не французский.
Мальчик отбросил недопитую бутылку пепси и навел свой бинокль на окна
второго этажа. В этой комнате пусто... И в той
никого...
Только в восьмиугольном зале он разглядел за незашторенными окнами двух
мужчин и девушку. Девушка съежилась в
огромном кресле. А два мужика как будто за ней следили! Один стоял ближе к
окнам, другой - у двери.
Ух ты, что здесь сегодня происходит!
Жак со своего чердака не раз видел, как развлекаются веселые компании, в
которых несколько мужчин и только одна тетя.
Сначала они пьют и танцуют, а потом начинают демонстрировать такую гадость! Он,
честно говоря, еще ни разу до конца не
досмотрел - противно было. Но сейчас тут происходит что-то совсем странное...
Жак навел бинокль на девушку. Да она красотка! Голубые глаза, золотистые
волосы! Как в сказке про Золушку. А мужики,
что ее охраняют - а Жак почему-то не сомневался в том, что ее охраняют, - такие
противные. У одного по всей щеке огромный
шрам. Другой какой-то немытый, все время чешется...
И тут его осенило: да они же ее похитили!
Жак мгновенно вскочил с дивана...
Том не питал особых надежд на то, что полиция ему поможет. И ему очень не
хотелось тратить драгоценное время на
бесполезные разговоры. Но что было делать? Ажан был вежлив, но настойчиво
повторил, что ему нужно задать несколько
вопросов.
Они молча вернулись в разгромленный номер. Пока поднимались на лифте, Том
мгновенно выстроил стратегию своих
ответов. С русской девушкой Таней они познакомились случайно. Почувствовали
взаимную симпатию. Оба не связаны
супружескими узами - так что нет ничего удивительного в том, что они стали жить
в одном номере. Знал ли он, что за ней
следят? Скажем так, подозревал. Обратил пару раз внимание на подозрительных
типов. Но Татьяну ни о чем не спрашивал...
Им было хорошо вместе, и не хотелось портить отношения неуместными
вопросами.
Да потом, насчет слежки он мог и ошибаться. Кто же знал, что все кончится
вот так...
Том решил: побольше претензий, почаще не оправдываться, но нападать! В
конце концов во всем виновата служба
безопасности "Рица" - как они могли допустить, что людей похищают прямо из
гостиницы? Скандал! Этот скандал для отеля -
почище гибели принцессы Дианы! Да они землю должны рыть, чтобы замять его. Тем
более он, уважаемые месье,
американский журналист!
"Наступательная" стратегия сработала. Полицейский уважительно рассмотрел
синий американский паспорт и солидную
визитную карточку и не стал мучить Тома лишними вопросами. Если он и догадался,
что Том знает больше, чем говорит, то
виду не подал.
- А вы приняли какие-то меры? Попытались задержать похитителей? Или ваше
невмешательство в частную жизнь
распространяется до столь широких пределов, что вы не препятствуете похищению
людей? - саркастически спросил Том.
В разговор вступил шеф службы охраны:
- Я запомнил номер такси, на котором они уехали. Сейчас мы проверяем, где
эта машина. Ответ должен быть с минуты
...Закладка в соц.сетях
