Жанр: Боевик
Ракетчик 3. Западня для ракетчика
..., что он в
потемках принял за груду ветоши, оказалось скелетом в тельняшке, морских брюках и сапогах.
Давыдов поднял лампу повыше. На тельняшке виднелось пятно с отверстием на груди. Чуть
ниже он разглядел потемневшие бинты.
- Теперь понятно-о-о, - протянул он.
- Что понятно?
- Да я все думал, почему дверь открыта? Что, все ушли и бросили этот склад оружия? С
какой стати? А так все становится на свои места. Этот парень, Анатолий показал на скелет,
наверное, остался последним в живых, остальных он похоронил во взорванном туннеле.
Возможно, некоторое время оставался на этом складе, хотя это больше похоже на закладку,
охранял оружие.
- Что такое закладка?
- Склад небольшой, для диверсионной группы. Наши такие оставляли, когда отступали.
Или, может, для предстоящего десанта оружие заложили.
- А этот последний?
- Возможно, ему зачем-то понадобилось выйти из подземелья. Может, связь у него была,
или еще по какой-то причине. Наткнулся на немцев, был ранен, но ему удалось оторваться.
Сумел вернуться сюда, рана оказалась тяжелой, боец не выжил.
- Матрос.
- Что?
- Говорю, матрос, форма у него морская.
- Пусть матрос, - согласился Давыдов, - скорее морской пехотинец, у него сапоги. -
Да, пожалуй, что так, - Давыдов накрыл останки одеялом.
- Вы его что, просто так оставите?
- А что я по-твоему должен сделать? Он у себя дома, а мы у него в гостях. Нужно вести
себя вежливо. Давай лучше займемся делом.
Минут пятнадцать они молча сосредоточенно работали. Сначала с деталей оружия нужно
было удалить густую смазку. Для этого вполне сгодилось дизельное топливо. Избавившись от
загустевшей смазки, Давыдов смазал части оружия жидким маслом. Собрал пистолет, оттянул
назад затворную раму, отщелкнул ее в исходное положение. Оружие работало как часы.
Отложив готовый пистолет, он принялся за второй. Потом занялся обоймами. Вычистив их как
следует, капитан набил восемь обойм патронами и заставил Виктора сделать то же самое.
- А зачем так много?
- Когда дело дойдет до стрельбы, снаряжать будет некогда. Теперь пойдем займемся
фортификацией.
- То есть?
- Нас ожидает штурм. Нужно обеспечить нашему противнику возможность в полном
составе войти в комнату, а нам перестрелять их из-за укрытия.
- Понял, - кивнул Сомов-младший.
С фортификацией пришлось повозиться. Ящики были ужасно тяжелыми, да и
предшествующая ночь была не из легких. Ящики установили сплошной стеной примерно
посреди комнаты. Напротив двери в соседнее помещение капитан распорядился оставить
проход.
- А то они просто дальше не пойдут. Идея простая, - объяснял он, - огонь открываем
по моей команде, разряжаем по одному пистолету, потом ты перезаряжаешься, я стреляю.
После перезарядки открываешь огонь ты, я перезаряжаю.
Капитан выдал пустые обоймы и раза три потренировал Леньку вести огонь и
перезаряжать оружие.
- А если они все не зайдут?
- Уничтожаем тех, что вошли. Потом швыряем в коридор гранаты. Когда-нибудь гранату
бросал?
- Нет.
- Тогда с гранатами я управлюсь сам. Это такое оружие, не обижайся, новичку в руки
лучше не давать.
Четыре снаряженных гранаты с отогнутыми у чеки усиками Давыдов разместил у
бойницы в первой комнате. Еще четыре, во второй.
- Ну, теперь можно и отдохнуть, - сказал Анатолий, - ты первый. Шагай в "спальню"
и постарайся заснуть.
- Там! Вместе с...
- Можешь подняться на НП, но там тебе будет не так удобно.
- Я уж лучше на свежем воздухе.
- Валяй, в твоем распоряжении два часа, потом я тебя разбужу.
Виктор взял с собой оружие и отправился отдыхать, Давыдову и самому хотелось прилечь
хоть ненадолго, но на войне, как на войне. Капитану хотелось есть и пить. Он вернулся в
"комнату отдыха", более всего напоминающую казарменный кубрик. Давыдов уселся за стол и
открыл найденную тетрадь, принялся читать при свете керосинки. Это было что-то вроде
бортового журнала или дневника. Из прочитанного Анатолий уяснил, что они действительно
нашли склад боепитания, предназначенный для обеспечения будущего десанта. Сначала записи
шли регулярно, потом появились пробелы. Давыдов дошел до описания первого боевого
столкновения, когда со стороны прихожей донеслось легкое позвякивание. Капитан взял
оружие и прошел ко входу в убежище. С другой стороны кто-то старательно простукивал дверь,
потом из-за нее донеслось приглушенное шипение. Минуты через две на металлической
поверхности появилось яркое светящееся малиновым светом пятно. Противник перешел к
активным действиям. Анатолий сходил и разбудил парнишку. Оба заняли "огневые" позиции.
- Поесть бы! И пить охота.
- Еды нет, воды тоже.
Пятно прямо посреди основания двери разрасталось, завоняло нагретым металлом и
горящей краской.
- Так они долго возиться будут, - зевнул Виктор, - я бы на их месте петли срезал и
засовы.
- Может, им оттуда не видно, где они стоят, - предположил Давыдов, - возможно тот,
кто эту дверь делал, предусмотрел такой вариант событий.
- Вы пока подремлите, - предложил Сомов-младший, - а я покараулю, ведь почти
сутки на ногах.
То, что ноги подкашиваются, Давыдов чувствовал и сам. Сутки выдались! Давыдов
почувствовал, что его неумолимо тянет в сон. Он заставил себя сосредоточиться на светящемся
пятне. Оно раскалилось до нестерпимо белого-розового сияния, наконец металл вспучился и
брызгами лопнул. Из отверстия показалось пламя газового резака, по полу раскатились
металлические шарики, они быстро остывали и, меняя свечение от белого до бордового, гасли.
Давыдов чувствовал, как мозг обволакивает вялость и сонливость, он уже не думал ни о чем, а
мог только тупо сидеть и смотреть на пульсирующее в темноте световое пятно. Капитан до
боли закусил нижнюю губу, это его взбодрило лишь на мгновение. Как только боль прошла,
усталость навалилась с новой силой.
- Как-то они странно режут, - вывел его из состояния полудремы голос Виктора.
- Что? - не сразу сообразил Давыдов, пытаясь вернуться к действительности.
- Да они зачем-то круг вырезают. Действительно сварщик делал в бронелисте
окружность диаметром с крышку от консервной банки.
- Что-то тут не так, - прокомментировал происходящее напарник.
- Сам вижу, что не так, не пойму, что они задумали.
Наконец невидимый сварщик закончил свою работу, концы окружности соединились.
Кто-то ударил по кругляшку, он отлетел внутрь комнаты и откатился в угол. В двери появилась
дыра, слабо подсвечиваемая с другой стороны лучом переносного фонаря. Вслед за этим за
дверью послышалось резкое шипение. Отверстие в двери исчезло, кто-то что-то старательно
пропихивал через дырку. Потом какой-то предмет с глухим стуком упал по эту сторону двери.
Анатолий включил электрический фонарь, на полу лежала дымовая шашка, от ее торцов
расходились в стороны мощные струи дыма.
- Ща я им их гостинец обратно выкину, - метнулся к двери курсант.
- Сидеть, - рявкнул Давыдов и еле успел поймать его за руку. Словно в ответ из
отверстия в двери бабахнул выстрел. Если бы не заграждение из ящиков, обороняющимся
досталось бы крепко. Картечь выбила из "бруствера" щепки и, встретив на своем пути
оружейную сталь и дерево тары, потеряла свою убойную силу. От грохота Анатолий и Виктор
на несколько минут оглохли, в пульсирующей болью в ушах тишине на пол упала вторая
шашка. В помещении стало трудно дышать. Анатолий схватил Виктора за руку и поволок его
на НП.
ГЛАВА 32.
ОТВЕТНЫЙ УДАР КАПИТАНА ДАВЫДОВА.
Задыхаясь, они выбрались наверх и несколько минут дышали. Полной грудью пили
чистый морской воздух. Рассвело. Море окрасилось утренними цветами, на волны легли лучи
солнца. Через несколько минут вернулась способность слышать.
- Гады, как фрицы, газами травят.
- Железная тактика. Знают, что аквалангов у нас нет, дышать нечем. Хотя не
догадываются, что мы можем здесь отсидеться.
- Пропала наша "Китайская стена" без толку, теперь они спокойно вырежут дверь и
войдут. Здесь обороняться хуже.
- Хуже, - согласился, Давыдов, - но можно. Если гранатами.
- Гранаты все там остались.
- Плохо, - капитан встал с пола, - пойду принесу.
- Там же дышать нечем.
- Есть одна идея. Жди меня здесь.
Анатолий сделал несколько вдохов и выдохов и, стараясь не делать резких движений,
отправился вниз по лестнице. Дым уже дошел и сюда, пока он не пошел вверх, а тек вниз по
лестнице, заполняя помещение дизельной и аккумуляторной. Давыдов вошел в комнату. Все
было заполнено дымом, воняло сгоревшей химией. Из дверей в "прихожую" вываливались
новые клубы, свет лампы казался мутным, слабо мерцающим пятном. Капитан нашарил полку с
противогазами, захватил два и рванул вверх по лестнице. Через мгновение он уже дышал
морской прохладой и тер слезящиеся глаза.
- И что? - поинтересовался у него Виктор.
- Противогазы.
Виктор достал один из них и попробовал одеть. Шлем-маска лопнула ровно по середине.
- Они же ни на что не годятся.
- Главное, чтобы фильтр был нормальный.
Давыдов осмотрел фильтрующую коробку. Вроде целая, будем надеяться, что исправная.
- Толку от нее без "морды".
- Но-но! Выше нос! - бодро воскликнул капитан. - Отрабатываем норматив:
повреждена шлем-маска и соединительная трубка.
Освободив коробку от пробок, он охватил губами горловину, зажал пальцами нос и сделал
вдох. Вроде бы - ничего. Анатолий спустился по лестнице и очень осторожно втянул воздух в
себя. Воздух был вполне пригоден для дыхания. Он поднялся на площадку НП.
- Держит, - капитан похлопал по ребристому боку фильтрующей коробки, - пошли за
карманной артиллерией.
Внизу ориентироваться приходилось в основном на ощупь, дым ел глаза, но дышать было
все-таки можно. Собрав гранаты, Анатолий вручил их Виктору и знаком приказал подниматься.
Сам же направился в комнату, где хранилось оружие. В клубах дыма разобрать что-либо было
практически невозможно, но по шипению газосварки Давыдов понял, что противник
возобновил штурм двери. Убедившись, что противник не оставил своих надежд избавиться от
свидетелей, капитан вернулся на чистый воздух. Отдышавшись, он поделился с Виктором
результатами разведки.
- Ну, этого развлечения им еще часа на два, а потом можно ждать гостей.
- Теперь отобьемся, - курсант покачал в руке ребристую гранату.
- Знаешь, я подумал, что все не так здорово. Если мы их всех разом не накроем, то будем
сидеть в этом лабиринте и друг дружку подстерегать из-за угла. В смысле, враг вражку.
- Может, они уйдут после гранат?
- Тоже не выход. Уйдут, останемся без аквалангов. Как выберемся?
- Что же делать?
- Думай, может что придумаем.
Анатолий молча устроился у амбразуры.
- А вылезти отсюда никак нельзя?
- Я вообще-то не альпинист, но все равно требуется какое-никакое снаряжение. А у нас
его нет. Была бы хоть веревка. Хотя, стоп! У нас же есть кабель, - с надеждой произнес
капитан.
Он подошел к полевому телефону, откинул крышку, открутил зажимы и взял в руки
освободившийся конец провода. Потер между пальцами гуттаперчевую изоляцию, она тут же
превратилась в труху.
- Медь, это плохо. Даже если длины хватит, веса не выдержит.
- Жалко, - в голосе парня прозвучало искреннее разочарование.
- Погоди, я свою сумку забыл, - вспомнил Анатолий, - схожу принесу.
- Скоро она нам уже не понадобится, - печально произнес Виктор.
- Ну, ты это брось, выкарабкаемся.
- Как?
- Как-нибудь. В конце концов наши помогут.
- Где сейчас наши? Да они еще и не знают, что мы тут не одни. Кстати, я тут рацию
нашел и ящик с батареями.
- А ну, тащи, - обрадовался Давыдов, - что же ты сразу не сказал? Связь - нерв
войны, историю учить ну ясно.
Станция "Север" времен войны была в таком состоянии, что Анатолий сразу понял, не
видать им связи, как своих ушей. Батареи в ящике давно превратились в едкопахнущую
однородную массу.
- Годится только для школьного музея боевой славы, - подвел итоги осмотра Анатолий.
- Может, ее хоть как-то починить можно, вы ж связист?
- Как связист говорю - нет, у нее от времени даже монтаж осыпался.
Капитан потряс в руках корпус радиостанции, внутри что-то дробно пересыпалось.
- Да-а...
- Ладно, я за сумкой, а ты думай. И не делай умное лицо, ты же будущий офицер, -
изрек Давыдов избитую училищную шутку.
Виктор только грустно усмехнулся. Давыдов взял "воздухоочиститель" и отправился
вниз. Дыма стало меньше, он куда-то исчезал, но дышать воздухом в комнате капитан все же не
рискнул бы. Видно было все так же плохо. Пробивавшийся с лестницы утренний свет терялся и
рассеивался в клубящихся у дверей остатков дыма. Керосинка от недостатка воздуха погасла, а
электрический фонарь Анатолий забыл на НП. Искать пришлось на ощупь. Пробираясь вдоль
стены, капитан больно ударился коленкой о препятствие и едва не выронил фильтрующую
коробку. Чертыхаясь, протянул руку и похлопал по препятствию. Глухо загудел жестяной
короб воздуховода. В мозгу вспышкой молнии сверкнула мысль. Воздуховод! Ну конечно, он
же должен куда-то вести. Вряд ли строители вывели воздухозаборник на стенку скалы. Для
успешной работы вентиляции нужна тяга. А здесь вон как шурует. Анатолий нашел свою
сумку, заглянул в соседнюю комнату, там было еще темнее, повсюду плавали остатки дыма, в
двери краснел почти законченный прямоугольник. Сварщику осталось минут на сорок работы,
на полу чадили картонные трубки дымовых шашек. Неожиданно отверстие внизу открылось и
на пол со звоном шмякнулся жестяной цилиндр. С одного боку его с шипением вырывался
оранжевый дым. Таким обозначают себя на поле авианаводчики. "Не иначе, последние
приготовления к штурму. Закинули для гарантии, чтоб наверняка все тараканы передохли", -
решил Давыдов и вернулся к лестнице. Поднявшись на НП, он внимательно осмотрел
тянущийся вдоль стены жестяной короб вентиляции. Вытащил нож и воткнул его в ребро
короба. Ржавая жесть легко поддалась. Отпилив кусок сантиметров семьдесят, он отогнул
жесть и заглянул внутрь. В вентиляционном колодце было темно, снизу тянулись струи дыма,
но самое главное капитан увидел прямо в полуметре перед собой. Анатолий вылез из отверстия,
оглянулся на напарника и заговорщически подмигнул. У того на лице отразилось полнейшее
непонимание происходящего.
- Посмотри, - предложил капитан и отодвинулся.
Виктор осторожно заглянул в пролом. Вверх и вниз по стене уходили ржавые скобы
лестницы, вверху светлел прямоугольник чистого утреннего неба. Через прямоугольник плыли
облака, стремительно мелькнула чайка.
- Здорово! - воскликнул Виктор.
- Ну, я полез, - сообщил Давыдов, засовывая за ремень ствол ТТ, - нужно
поторапливаться, а то им там совсем чуть-чуть осталось. Жди здесь, стереги сумку.
- Вы только не долго.
- Не боись, только гляну что и как, и назад, - успокоил напарника Анатолий.
Подниматься было легко. Давыдов только побаивался за прочность ступеней, и поэтому
старался взбираться так, чтобы его вес распределялся минимум на три вбитых в скалу ржавые
скобы. Один раз он здорово перепугался: ржавая арматура со скрипом подалась вниз,
зашуршали по жести выкрошившиеся из стены камешки. Наконец Давыдов одолел подъем.
Выбрался из колодца и осмотрелся. Его взору открылась плоская, как стол, вершина Серой
скалы. Когда-то воздухозаборник был закрыт деревянной решеткой или люком, за годы с
момента сооружения объекта она сгнила и рухнула вниз, вокруг колодца виднелись остатки
рамы. Капитан направился в обход. После многих часов, проведенных в подземелье, здорово
было оказаться на поверхности, снова видеть солнечный свет. Для осмотра площадки
потребовалось не больше двух минут. Когда капитан закончил обход, ему хотелось рвать и
метать от досады. Путь на вершину не принес долгожданного избавления, спуститься с
площадки было невозможно. Почти правильный овал вытянулся метров на семьдесят, с трех
сторон он заканчивался крутым обрывом. Капитан с опаской встал на четвереньки и осмотрел
почти отвесные склоны. Внизу на валунах пенились волны, со стороны берега площадка
переходила в мешанину скальных пород. С трещинами, разломами, камнями, грозящими при
первом же прикосновении рухнуть вниз. Давыдов понуро направился к люку вентиляции,
думая, какими словами лучше воспользоваться, чтобы рассказать Виктору о результатах его
исследований. Вдруг в поле его зрения попало еще кое-что. Сквозь площадку по диагонали
тянулась линия отдушин - почти правильных прямоугольников. Параллельно ей, но ближе к
берегу, еще одна. О чем-то знакомом эти дыры ему напоминали. Анатолий уселся на край люка
и собрался было спускаться, как вдруг вспомнил. Именно эти отверстия он видел в коридоре,
который привел их к железной двери. Внизу - штурмующий дверь неприятель. А значит, через
эти отверстия в коридор смело можно метнуть гранаты. Главное теперь - не ошибиться, ведь
за аккумуляторной был еще один коридор. Анатолий встал так, что бы тень от него не падала на
отверстия, и пошел вдоль линии отдушин. Возле одной из них он уловил резкий запах карбида.
Снизу слышалось шипение сварки и голоса. Капитан бесшумно двинулся к люку. Внизу его
встретил встревоженный Виктор.
- Ну что?
- Выбраться там не получится, но кое-что полезное имеется.
Анатолий как можно лаконичнее объяснил свою затею.
- Так давайте скорее, а то не успеем.
- Тут нужно, как в математике, торопиться не спеша. Понимаешь, если просто бегать от
дырки с бомбами и сбрасывать их вниз, гарантии, что накроет их всех, все же нет. Дырка - не
прямо у двери, это раз, граната может застрять (ходы давно никто не чистил), это два. Кроме
того, здесь достаточно высоко, а время горения запала небольшое, взрыв может произойти не в
коридоре, а в вентиляционном колодце.
- И что теперь.
- А теперь тащи стаканы.
- Зачем? Пить все равно нечего.
- Неси, потом объясню. И провод от телефона внизу отцепи.
Виктор взял противогазную коробку и исчез в проеме лестницы, Давыдов вытащил из
сумки уже успевшее надоесть изделие и аккуратно пристроил его возле амбразуры. На всякий
случай прикрыл его неисправной рацией и ящиком с батареями. Накинул сверху ветхий
дождевик. В сумку сложил все имеющиеся в наличии гранаты. Вскоре вернулся курсант,
прижимающий к груди стаканы.
- Я еще и кружки прихватил, - доложил он о проявленной инициативе.
- Кружки не нужны.
- Какая разница?
- Они не бьются.
- И что?
- А то! Ты провод отцепил?
- Так точно, - обиделся помощник.
- Не журись, сейчас все поймешь сам, - капитан подошел к тумбочке с ТАИ-43 и метр
за метром вытянул наружу весь кабель. Получилось метров двадцать, он распустил его и связал
концы провода между собой.
- Лезем наверх, стаканы не разбей. И смотри, меньше чем на три ступени и не вздумай
опираться.
- Есть, - подчеркнуто официально ответил Виктор, запихивая стаканы за пазуху. Не
мешкая ни минуты, они выбрались на площадку. Анатолий тут же приложил палец к губам и
показал на солнце, на тени и на отверстия. Виктор понимающе кивнул. Давыдов отсчитал два
отверстия от того, из которого пахло карбидом, и размотал вдоль них кабель. Виктор бережно
извлек стакан из-за пазухи и передал его Анатолию. Тот достал из мешка гранату, вставил ее в
стакан так, чтобы спусковая скоба была плотно прижата к ребристому боку, и осторожно
вытащил чеку. Потом бережно поставил посудину с гранатой на край вентиляционного хода.
Про этот фокус рассказывал вернувшийся из Афганистана майор-преподаватель. Нашим
вертолетчикам-транспортникам уж больно досаждали "духи", засевшие в ущельях. Ракет у
наших не было, а из пулемета попасть в одиночную цель достаточно сложно. А моджахеды
пропускали машину и лупили ей вслед из крупнокалиберных пулеметов. Для борьбы с ними
один догадливый техник решил использовать ручные гранаты, но проблема заключалась в том,
что иногда они рвались в воздухе, не долетая до цели. Тогда он стал укладывать их в стаканы,
которые без зазрения совести заимствовал в столовке. Стакан, удерживая спусковую скобу в
прижатом к корпусу положении, не давал гранате рваться раньше времени. Долетев до земли,
стакан разбивался, скоба освобождалась и Ф-1 рвались почти под ногами у вражеских
зенитчиков. У Давыдова были РГД-43, в обычный стакан они бы не поместились, а в
"раритеты", обнаруженные в шкафу, влезли. Вот только от использования лимонок пришлось
отказаться, они в стаканах болтались, могли рвануть прямо в руках. Возле каждого отверстия
Давыдов поставил по две гранаты. Прислушался, снизу раздавались глухие удары, сварщик
закончил, противник выбивал, отрезанный прямоугольник стали. Капитан кивнул, и они разом
смахнули гранаты вниз. Раздался едва слышный мелодичный звон, свидетели адмиральских
чаепитий разлетелись вдребезги. Бабахнуло здорово, в коридоре почти одновременно рвануло
семь РГД-43. Через ходы вентиляции вверх ударили языки черного дыма, тонко пропели
осколки, вершина скалы вздрогнула. Гранаты в клочья разнесли штурмовую команду, пробили
корпус сварочного аппарата и кислородных баллонов. На этом все бы и закончилось, но у
восьмой гранаты из-за продолжительного срока хранения замедлитель горел чуть дольше
остальных. Чуть-чуть, самую малость, но этой малости хватило на то, чтобы она взорвалась
тогда, когда в коридоре смешались кислород и ацетилен. Эффект получился, как от взрыва
миниатюрного вакуумного боеприпаса. От высокой температуры рванули баллоны аквалангов.
Такого эффекта Давыдов не ожидал. Между ним и Виктором каменная поверхность вдруг осела
и рухнула вниз. Свод коридора на протяжении метров пяти превратился в обломки камня и
бетона. Из провала поднялось облако каменной пыли. В воздухе резко запахло тухлыми
яйцами, гарью. А из провала выплыло облако удушливого дыма. Наконец ветер сдул пыль и
образовавшиеся при взрыве газы.
- Ну, командир, не слабо. Восхищен, - покачал головой Сомов-младший. - Этому в
училищах связи учат?
- И этому тоже. Что-то больно здорово грохнуло. Может, что-то в нашем складе
сдетонировало?
- Вот уж не знаю, но уцелевших там, по-моему, нет.
- Очень на это надеюсь. Пошли смотреть.
Давыдов и курсант тем же способом, каким лезли на "крышу", вернулись на НП. Гарью и
сгоревшим тротилом воняло даже здесь.
- Придется минут пять подождать. - Давыдов уселся на рацию и стал ждать, пока
вентиляция справится с дымом. Ждать пришлось минут десять.
- Ну, пошли, - капитан взял противогазную "банку", вытащил из-за пояса пистолет,
дослал в патронник патрон и двинулся вперед. Вооруженный Виктор двинулся следом. Им
пришлось лезть через завал из ящиков опрокинутой "китайской стены". В двери зияла
огромная прямоугольная дыра. Анатолий с оружием наизготовку осторожно выглянул в
коридор. Последствия двойного взрыва были ужасны. Возле двери лежали изувеченные
осколками обугленные останки охотников за древностями. На полу валялся светящийся, чудом
уцелевший фонарь. Ошметки аквалангов, обломки ружей. Патроны в них взорвались разом, и
от шедевра иностранных оружейников остались только стволы. Давыдов осторожно потянул
воздух носом, пахло ужасно, но дышать все же можно. Сзади, прислонившись к стене, корчился
в рвотных конвульсиях Виктор. Пустой желудок отреагировал на запах и нервный стресс.
Давыдов, насмотревшийся подобного во время своих "каникул в Лапландии", и то с трудом
удерживался от того, чтобы не присоединится к подчиненному. Собрав волю в кулак, он
продолжил осмотр, освещая дорогу фонарем. Эйфория от военных успехов у него улетучилась
через первые секунды осмотра завала. Обратный путь был намертво замурован обвалившимся
сводом подземелья. Прикинув объем и вес обвалившейся каменной массы, капитан пришел к
выводу, что вдвоем они провозятся не меньше недели, и то, если будут работать "от забора и до
ужина".
- Что там? - справился наконец с организмом Виктор.
- Финиш, - мрачно ответил капитан, присаживаясь на подходящего размера булыжник.
- Какой еще финиш?
- Полный, обратно не пройти.
Виктор подошел и бессильно опустился рядом.
- И что теперь?
- Ну, можно идти туда, - Давыдов махнул фонариком в сторону коридора, - может,
там есть проход. Но сначала изучим трофеи.
Он поднялся и подошел к сваленным у стенки мешкам. Вован, затариваясь на катере, не
поскупился, отбирая для шефа лучшие продукты. Правда, приходилось брать только то, что
было надежно упаковано и чему не грозила порча от морской воды. Но и этого было вполне
достаточно. Давыдов подобрал мешок и, велев напарнику прихватить второй, направился на
НП. Устроившись на свежем воздухе он вытряхнул все из мешка на пол.
- Улов, что надо, - удовлетворенно кивнул он, - еда, питье, батарейки. Плохо, если
воды нет, - он носком туфли откатил в сторону пустую бутылку с яркой этикеткой.
- Кажется, здесь есть минералка, - Сомов-младший вывернул свой мешок поверх
Давыдовского.
- О'кей, гуляем. - Давыдов проворно открыл банку импортной ветчины и покромсал ее
содержимое ножом.
- Вы что, будете это есть прямо здесь? Когда там эти лежат?
- Угу, - тщательно пережевывая ветчину, кивнул капитан, - и ты будешь, иначе
свалишься и останешься лежать вместе с этими самыми. Водичку передай, пожалуйста.
После минутных колебаний, Виктор жадно впился зубами в нарезанное мясо.
- Жалко, хлеба нет, - с сожалением высказался он, голодными глазами косясь на бекон
в пластиковой упаковке.
- Вот, вместо него, - капитан протянул ему жестяную банку с печеньем. - А мне
передай-ка, плиз, вон ту емкость.
Виктор подобрал с пола бутылку и передал капитану. Тот внимательно изучил надписи на
этикетке.
- Виски, сделано в Штатах. Стало быть, дрянь. Любят нынешние баре экзотику, травятся
импортным самогоном. Нет, чтобы коньяку испить, или хоть водочки отечественной, по ГОСТу
изготовленной.
- Коньяк даже Уинстон Черчилль любил, - кивнул жующий Витька и уточнил, -
армянский.
- Умный был, однако. Но мы - не британский премьер, и даже не ихний маршал RAF,
посему обойдемся имеющимся. Приказываю личному составу для приведения в порядок
нервной системы сделать не менее трех глотков. Затем отдых. На сей раз сплю первым я, через
два часа разбудишь. И настоятельно рекомендую не забывать, что наши дружки с пиратского
брига шастают по окрестностям, а нам их стравливать больше не с кем. Давыдо
...Закладка в соц.сетях
