Жанр: Боевик
Ракетчик 2. Ракетчик
...шляпе начал петь про горницу, в которой светло, аккомпанируя себе на расстроенной гитаре.
Девушки дружным хором подхватили. Второй юноша решил поддержать гитариста губной
гармошкой. Тогда пьяная компашка из первого купе вывернула магнитофон на всю катушку.
"Чтоб вас", - угасающей искрой промелькнуло в сознании засыпающего капитана. Поезд
набрал полный ход, вагон сильно трясло из стороны в сторону. Перестук колес слился в
сплошную дробь, то и дело заглушаемую взрывами девичьего смеха. "Вояки прибыли
знакомиться с новыми пассажирами", - последнее, что ухватило сознание, летящее в темную
пропасть...
Бригаду подводных лодок Калининградской военно-морской базы подняли по тревоге.
Командование экипажей вызвали в штаб. Явившиеся по вызову офицеры напрасно пытались
выяснить у дежурного по части причины объявленного сбора. Пожилой капитан третьего ранга
в синей тужурке с серебристой лодкой и колодкой орденских планок на груди только
беспомощно разводил руки.
- Не знаю. Звонок из штаба флота был. Вы все на раздаче указивок еще раньше меня
узнаете.
Офицеры, оживленно переговариваясь хриплыми со сна голосами, рассаживались за
столы в классе оперативной подготовки. Помощник начальника штаба, поглядывая в свой
блокнот, синим маркером помечал на карте Балтийского моря маршрут движения, какого-то
судна. В обведенном красным кружком районе к синей линии приближались две красные с
условными обозначениями малых кораблей класса сторожевых катеров. Один из красных
треугольников был перечеркнут крест-накрест, второй - зачеркнут синей линией. Над
изображениями катеров синели стрелки, обозначающие нанесенный ракетный удар. Командир
Б-457 толкнул локтем сидящего рядом штурмана:
- Учения?
- Слишком странная обстановка для учений. Смотри время на карте! Судя по отметкам,
побоище случилось только вчера.
Командир бригады, рявкнувший "Товарищи офицеры", заставил разговоры стихнуть.
Командир базы в сопровождении начальника штаба, главного штурмана и начальника
оперативного отдела прошел к столу возле карты. Все, кроме начопера, сели. Адмирал кивнул.
Начопер, взяв в руку тонкую длинную указку, сразу огорошил сидящих:
- Довожу боевой приказ. - По залу прошел негромкий ропот. Довольный
произведенным эффектом лектор окинул сидящих взглядом поверх очков и продолжил: -
Вчера два сторожевых катера морских частей пограничных войск предприняли попытку
перехватить судно "Ариадна", следующее из Петербурга в албанский порт Дуррес под
российским флагом. В ходе задержания с судна по катерам был нанесен удар ракетами класса
"корабль-корабль", в результате которого катера получили серьезные повреждения и
прекратили преследование. По последним данным, судно "Ариадна" миновало остров
Сааремаа. Приказываю: экипажам лодок Б-457 и Б-578 произвести поиск и потопить
судно-нарушитель. Подписано командиром базы. Число сегодняшнее. - Помедлив, он
зачем-то добавил: - Это не учения...
Две черные стальные сигары под рев дизелей покинули места стоянок, миновали входные
боны и разошлись в стороны, начиная классический прием поиска цели: взять, нарушителя в
клещи. К району предполагаемой встречи лодки шли надводным ходом, ежеминутно получая
данные радиолокационной разведки от наземных постов слежения. На расстоянии,
превышающем радиус поражения находящегося на "Ариадне" "Акинака" на три мили,
субмарины плавно скользнули в стылую балтийскую воду.
Давыдов проснулся оттого, что его безжалостно трясли за плечо.
- В чем дело? - зевая, пробормотал он.
Над ним склонилась проводница. В тусклом свете вагонных лампочек ее лицо казалось
серым.
- Да проснитесь же вы! - плачущим голосом причитала женщина. - Тут эти военные
драку устроили! Может, хоть вы их успокоите?
Давыдов сунул ноги в холодные туфли. Повезло еще, что у них со стариком размер
совпал. Хорош бы он был в брюках при меховых летных ботинках с высокой шнуровкой. Из
коридора доносились шум драки и ругань. Давыдов выглянул в проход. К этому моменту
скандал уже перерос в сражение. Один из хиппи был повержен, с залитым кровью лицом он
полз по проходу, а вэвэшник с непропорционально длинными конечностями метелил его
ногами, норовя угодить носком сапога в печень. Второго туриста, ухватив сзади, удерживал
Серега, а мордоворот Коляныч с хаканьем работал кулаками. Звуки ударов вызывали
ассоциации с замесом большого количества теста. Две раскрашенные, как вышедшие на тропу
войны воины племени сиу, приятельницы вояк тоже не сидели без дела. Вцепившись в
штормовку одной из байдарочниц, они волоком тащили ее по проходу, сопровождая движение
пинками. Вторая девушка, зажав порез на руке, забилась в угол и, забравшись с ногами на
сиденье, таращилась на происходящее расширенными от ужаса глазами. По полу каталась
пустая бутылка, хрустело стеклянное крошево.
Надежды Давыдова на сохранение инкогнито в одночасье рухнули. Теперь от него уже
ничего не зависело. После такой драки без милиции не обойдется, его неизбежно пристегнут
как свидетеля, и он засветится, как сигнальный фонарь. Да еще, не дай Бог, окажется в сводках,
подаваемых милицейскими чинами по команде...
- Мы тебя, лярва, научим вежливости, будешь в следующий раз вежливой, когда
приглашают...
"Индианка" с фиолетовой прической неуклюже ткнула байдарочнице кулаком в лицо, та
взвизгнула и замолотила ногами, стараясь достать своих врагинь кроссовками.
- Сделайте же что-нибудь! - толкала Анатолия в спину проводница.
"Сама же небось этим уродам водку продавала", - с тоской подумал Давыдов.
Жизненный опыт подсказывал: нет ничего хуже, чем принимать участие в чужой драке, а уж
лезть в сражение, в котором участвуют представительницы противоположного пола, - Боже
упаси! Давыдов остановился, соображая, как прекратить побоище.
- Коляныч, поднимай этого хмыря! - заорал вэвэшник, пнув лежащего туриста. - Они
уже приехали, сейчас выходят.
Но Коляныч был занят, он с размаху дал бородатому в подбородок, после чего тот
безжизненно повис, уронив на грудь голову с нечесаными космами. Вояки поволокли парней в
тамбур, явно собираясь устроить незапланированное десантирование.
- Да они ж поубиваются! - заверещала проводница, еще усерднее подталкивая
Анатолия в спину. - Ну что же вы стоите? Они ведь и правда ребят на ходу выкинут...
- Войска! Кончай кипеж! - заорал Давыдов. - Прекращай войну!
Ввязываться в драку можно, только если чувствуешь свое превосходство, не важно какое,
моральное, физическое, численное или служебное. Это Давыдов хорошо усвоил, еще будучи
молодым лейтенантом. Не все его подчиненные сразу понимали необходимость служебной
субординации и безоговорочное лидерство начальника, регламентированное уставом и
законами. Некоторым воинам приходилось разъяснять прописные истины методами, к которым
они привыкли на гражданке. Еще лучше, если при вступлении в бой противник чувствует твое
превосходство. Сейчас обе воюющие стороны этого превосходства, похоже, не чувствовали.
Недоделанные военные специалисты прекратили буксировать несостоявшихся десантников и
бросили их на пол. Бородатый живо очнулся и на четвереньках направился в свое купе.
- А, проснулся, гад! - взревел Коляныч. - Счас ты у меня свои погоны хавать будешь,
сука! - И мордоворот двинулся навстречу капитану. Остальные двое пристроились сзади,
образовав прочный тыл. Девицы прекратили свою возню на полу и с интересом следили за
новым действующим лицом.
Давыдов внимательно наблюдал за приближением построившейся "свиньей" группы
дебоширов. Скосив глаза, он заметил, что туристы, судя по всему, даже не думают хоть чем-то
помочь ему. Бородатый прижался к своей приятельнице, а второй остался в глубоком тылу.
Проводница, испуганно умолкнув, юркнула в какое-то купе. Коляныч на ходу подобрал с полу
горлышко разбитой бутылки. Дело принимало серьезный оборот.
"Еще порежут, подонки. Надо же, как повезло с попутчиками!" Давыдов засунул руку под
тужурку и осторожно пятился, поглядывая назад. В такой ситуации выход был один - быстрые
и очень решительные действия. Противника нужно ошеломить любым способом. Удар следует
наносить по инициатору безобразия как можно более устрашающим способом, чтобы
остальные сразу прониклись и осознали.
Противник вытянулся в колонну, мордоворот с расколотой бутылкой по-прежнему
возглавлял боевой порядок атакующих.
- Страшно, сука?! У-у, мореман долбаный. - Он устрашающе взял свое оружие "на
изготовку".
Давыдов созрел. Свирепо оскалившись, он рывком вытащил из-за пазухи пистолет.
- Стоять, гаврики! Ты, недоносок, быстренько уронил стеклышко, а то порежешься!
Атакующие на секунду замерли, пытаясь оценить изменения в соотношении сил.
- Я тебе твою зажигалку в жопу затолкаю! - заверещал долговязый.
Коляныч, оскалившись, бросился вперед и, выставив руку с розочкой, завопил:
- Нарисую!
При стрельбе без самовзвода есть одна особенность: давление на спуск должно быть
большим, нежели обычно. На стрельбище это может вызвать отклонение пули от цели. Но в
тесном коридоре с трех метров промахнуться невозможно. Соблюдая предписанную законом
формальность, Давыдов, ловя цель на мушку, крикнул уставное и уже абсолютно бесполезное в
данном случае: "Стрелять буду". В последний момент он перевел точку прицеливания с колена
на голень. "Не оставлять же ублюдка калекой на всю жизнь". Грохот выстрела подействовал
отрезвляюще. Коляныч уронил свое оружие, обеими руками схватился за простреленную ногу и
с воем стал кататься по полу. Второй двинулся было вперед, но теперь в атаку ринулся Давыдов
и с размаху врезал рукояткой пистолета в лоб замешкавшемуся противнику. Перепуганный
долговязый поднял руки вверх и замер. Не останавливаясь и стараясь удержать захваченное
превосходство, Анатолий въехал ему ногой в неудобосказуемое место. Длинный согнулся и
получил рукояткой ТТ по затылку. Давыдов обернулся к ошеломленным "индианкам" и
рявкнул:
- Упали! Ты тоже! - скомандовал он байдарочнице с подбитым глазом. - Запереть
двери в соседние вагоны, - приказал Анатолий проводнице...
Глава 31.
КРУГИ НА ВОДЕ.
На работе директора НПО "Прогресс" Тучина А. Ю. не оказалось. Растерянная
секретарша сообщила, что директор с утра не появлялся. Группе сотрудников ФСБ,
возглавляемой капитаном Воробьевым, пришлось ехать к Тучину на дачу. От армейских
контрразведчиков в эту группу вошел капитал Зубров. Медведев потерялся где-то в морских
штабах, занятых перехватом судна с комплексом на борту. Убив больше часа на дорогу,
видавшая виды "Волга" подъехала к воротам так называемого садоводства. В обе стороны от
ворот по всему периметру кооперативного товарищества тянулся глухой железобетонный
забор. Из дверей КПП нарисовался камуфлированный шкаф. Выпятив перетянутое ремнем с
кобурой впечатляющего вида брюхо, он наглым тоном протявкал сидящим в машине:
- Кто такие, приглашение есть? Частное владение, - добавил он на случай, если
прибывшие не поняли, куда явились.
Водитель опустил стекло и высунул руку с раскрытым удостоверением.
- Не велено. Без пропуска не пропущу. - Детина развернулся и направился в свою
берлогу.
Воробьев обернулся к сидящим сзади оперативникам и кивнул. Те разом открыли задние
дверцы... Хамье надо учить. Быдло должно находиться в стойле.
Мгновенное появление увешанных оружием ребят сразу повергло бритоголового в
состояние легкого ступора. Эфэсбэшникам даже не пришлось применять методы физического
воздействия, дабы втолковать охраннику, что он не прав. Угодливо, по-холуйски улыбаясь,
туша в камуфляже, обильно потея с испуга, поведала, как проехать к нужному коттеджу.
- Попробуешь предупредить хозяина - ты у меня этот аппарат скушаешь. И водички не
дам на запивку, - ткнув пальцем в телефон, пообещал Воробьев посеревшему церберу. - Я
достаточно ясно излагаю?
Секьюрити истово закивал головой.
Дорога к особняку пролегала лесом: сосны, песочек, все как на Рижском взморье, только
море отсутствует. Под "садоводство" пригодилась территория, некогда принадлежавшая
пионерскому лагерю завода "Сталь-трубмаш".
- Хорошо живут. Природа, чистый воздух. Посторонние не мешают. Дома вон какие!
Метров по сто жилплощади, - позавидовал один из оперативников в звании старшего
лейтенанта. - А ты хоть всю жизнь лямку тащи - на конуру в "хрущевке" не заработаешь.
"Волга" остановилась у распахнутых ворот тучинского коттеджа. Прибывших встречал
тоскливый собачий вой.
- В доме собачка воет. - Старший лейтенант передвинул автомат поудобнее. - Что-то
хозяев не видно.
- Давайте! Ты - к заднему ходу, - распорядился Воробьев. - А мы отсюда попробуем.
Он подошел к двери и позвонил. Вой сменился захлебывающимся лаем.
- Если пес кинется - вали, - скомандовал Дмитрий Ильич.
Зубров осторожно потянул ручку входной двери.
- Тут не заперто. - Он широко распахнул дверь.
Из темного коридора навстречу следователям выскочила собака. Оперативник поднял
автомат, но стрелять не пришлось. Пес жалобно заскулил и, колотя хвостом по земле, стал
жаться к ногам вошедших.
- Пошли наверх. Похоже, опоздали.
В комнатах первого этажа никого не было, вслед за оперативником с автоматом оба
капитана поднялись на второй этаж. Заглядывая в комнаты, они обошли весь этаж, пока не
уперлись в дверь хозяйского кабинета. Увязавшаяся за ними собака снова завыла и, прижав
хвост, стала пятиться. Оперативник легонько толкнул дверь, но она оказалась заперта изнутри.
Офицер сдвинул автомат за спину и вопросительно посмотрел на Воробьева.
- Давай, - кивнул тот.
Старший лейтенант отошел в глубь коридора и с разбегу ударил в дверь плечом. Та с
треском распахнулась. Хозяин особняка сидел в кресле возле камина. Огонь уже давно погас, за
каминной решеткой чернел ворох сгоревшей бумаги, несколько листов валялись на ковре перед
нею. В помещении стоял тухловатый запах сгоревшего пороха. Охотничье ружье с
инкрустированным ложем лежало на полу возле тела. Стена за креслом была забрызгана
красным и желтым. Взглянув на тело самоубийцы, оперативник согнулся пополам и рванул из
кабинета.
- Твою мать, - выдавил из себя Зубров. - Пошли отсюда, тут работа только для
экспертов.
Воробьев кивнул.
Они вышли на улицу. Старший лейтенант сидел на крыльце и утирался носовым платком.
Рядом вертелась потерявшая хозяина собака.
В районе поиска "Ариадна" была одна, другие суда шарахнулись от опасного корабля, как
от зачумленного. Первой на цель вышла Б-457. Акустик лодки услышал шум винтов на пеленге
в пять градусов. Лодка смело могла использовать свой гидролокатор, не опасаясь угрозы быть
обнаруженной. Будь на месте "Ариадны" вражеский эсминец, исход такого противостояния
было бы трудно предсказать. Но у обычного грузового судна не было никакой надежды выйти
из этой схватки победителем. Находящийся на борту комплекс был бесполезен в борьбе с
субмариной и ее торпедами.
- Боцман, рули на всплытие. Поднять перископ.
Это, несомненно, была "Ариадна". Командир недолго разглядывал в мощную оптику
перископа силуэт цели, белые надстройки в подпалинах, пробоины, оставленные снарядами
сторожевика, и сбитую набок мачту. В свете зарождающегося утра "Ариадна", тяжело
переваливаясь с волны на волну, двигалась прямо на подлодку.
Командир защелкнул рукоятки перископа.
- Погружение. Торпедная атака. Изготовить носовые.
- Есть изготовить носовые, - эхом отозвалось в динамике.
Начертив под водой широкую дугу, лодка вышла на позицию атаки. Задача была куда
проще отрабатываемых на учениях и тренировках. Для того чтобы от находящегося на борту
комплекса гарантированно ничего не осталось, стреляли сразу двумя торпедами.
- Пли! - крикнули из центрального поста.
Выброшенные сжатым воздухом торпеды хищными рыбинами рванулись к цели. Следом
потянулись шлейфы из пузырьков воздуха. Разломленный взрывом корпус "Ариадны" подняло
из воды. Пылающие обломки с шипением погружались в темные воды, на поверхности моря
растеклись пылающие пятна топлива. К месту гибели нарушителя полным ходом спешил
тральщик с водолазной командой на борту. Командование должно быть уверено, что на дне не
останется ничего, даже отдаленно напоминающего злополучный комплекс.
СМЕНА ИМИДЖА.
Все обитатели вагона, включая проводницу, собрались в первом купе. Троица дебоширов
со связанными руками размещалась на боковой полке. Протрезвевшие вояки уже утратили
воинственный пыл и выглядели достаточно жалко. На столе перед Давыдовым лежала стопка
документов - военные билеты вэвэшников и паспорта их приятельниц.
- Вы свои тоже доставайте! - скомандовал он группе побитых туристов. - А то потом
ищи ветра в поле.
- А наши документы вам зачем? Не мы же драку начали, - возразил бородатый.
- Затем. Где я потом буду отлавливать свидетелей правомерного применения оружия?
- Так мы сами на них в милицию готовы жаловаться, - подала голос девица с
перевязанной рукой. К счастью, ее ранение оказалось пустяковой царапиной. - И все
подтвердим.
- Я что, недостаточно понятно объяснил? Документы на стол...
Байдарочники полезли за паспортами. Давыдов сунул проводнице блокнот и шариковую
ручку.
- Переписывайте паспортные данные, не забудьте про места жительства.
- Место рождения писать?
- Писать! И дату тоже.
- Ребята, давайте без милиции обойдемся, - загундосил длинноногий арестант. -
Слышь, братан, зачем тебе это нужно?
Давыдов повернулся в сторону говорящего и зарычал:
- Ты, чмо, как меня назвал? Где ты своего брата увидел, недоделок?
- Товарищ капитан, ну отпустите нас...
- Капитан-лейтенант, - очаровательно улыбнувшись, поправил его Анатолий. - Вы,
уроды, еще и в званиях не разбираетесь.
- Ну, товарищ командир... - заныл тот, которого называли Серегой.
- Если бы я был твоим командиром, ты бы здесь не сидел. Поздно, орелики! Куда вы
теперь с простреленной ногой? Только к людям с печальными глазами в сером.
- Знаете, как менты нашего брата не любят, - снова встрял длинный.
- А это ваши ведомственные заморочки. Меня они не касаются, я из другого
министерства.
- Товарищ капитан-лейтенант, вы насчет ноги не волнуйтесь. Коляныч не в обиде, мы же
заявлять не будем на вас, за то, что выстрелили...
Давыдов фыркнул, давясь от смеха. "Надо же, ну и борзость. Они на меня заявлять не
будут, благодетели человечества".
- Я тоже не в претензии, можете и заявить. Жаловаться не стану. Кончай разговорчики!
Мне нужно решить, что с вами дальше делать.
Анатолий задумался. Нужно было каким-то образом избавиться от арестантов, не
привлекая к себе внимания. Через час поезд подходил к Беломорску, а на следующей станции
ему выходить. Прикинув все возможные варианты, он выработал план. Было в нем несколько
неувязок, но все-таки план. Давыдов посмотрел на приятельниц утихомиренных воинов и
выбрал ту, у которой волосы были более естественного цвета.
- Ты, пигалица! - обратился он к фиолетовой. - Марш в сортир! Берешь ведра, тряпки,
и чтоб через пятнадцать минут тут и следа от вашего пребывания не было.
- Вот еще, - фыркнула та. - Нашел девочку.
- Марго, делай, что сказано, - подал голос со скамьи штрафников Серега.
- А ты, - Анатолий повернул голову к крашеной блондинке, - иди смывай свою
боевую раскраску.
- Зачем? - не поняла девица.
- Я тебя замуж беру. На полдня, - с самым серьезным видом сообщил Давыдов. -
Бегом марш.
Публика ошарашенно глядела на капитана.
- Вы что, серьезно? - первой подала голос проводница. - Это ж шмары, каких свет не
видывал...
- Меня устраивает.
Байдарочницы, скорчив презрительные гримасы, отвернулись. Давыдов усмехнулся.
- Значит, так, гаврики. Вы, воины, и ты, чучело. - Он посмотрел на Марго, усердно
возюкающую тряпкой. - Сейчас выходите. Ваши документы я забираю с собой. Получите
потом у своей приятельницы, которая вместе со мной следует дальше. Сидите здесь на станции
и ждете ее возвращения. Она прибудет первым же встречным поездом. Если хотите - можете
обратиться в линейное отделение. Не хотите - ваше дело. Вопросы?
- Нам вообще-то до Кандалакши... - неуверенно возразил долговязый, Серега тут же
ткнул его локтем. - Мы согласны...
- Меня ваше согласие не колышет. Просто делайте, что вам говорят. Вздумаете дурить,
ну что ж, вариант вашей полной ликвидации меня тоже вполне устраивает. Меньше дерьма
будет атмосферу портить, - будничным тоном сказал Давыдов, вытащив оружие.
Троица испуганно отшатнулась. Вернулась умытая блондинка - физиономия мокрая,
прическа всклокочена.
- Здесь будете или потом? - деловито поинтересовалась она.
- Чего будете? - спросил капитан.
- Ну, меня - здесь или позже...
- Тьфу, дура! Нужна ты мне больно, - рассмеялся Давыдов. - Тоже мне Чичоллина.
- Тогда зачем я вам понадобилась?
- Скоро узнаешь.
- Я - все, - отрапортовала уборщица.
- Гильзу нашла?
- Вот. - Она извлекла из ведра желтоватый цилиндрик.
- Давай сюда. - Анатолий положил стреляную гильзу в карман и придирчиво осмотрел
район проведения субботника. Обернулся к проводнице.
- Сортиры мыть?
Проводница удивилась, но, подумав, согласилась.
- Мыть, - вздохнул капитан. - Ничего не попишешь, вперед! За работу!
Девица, презрительно вскинув голову, удалилась.
- Переписали? - спросил Давыдов у проводницы.
- Все готово. - Она протянула блокнот.
- Теперь вот эти. - Анатолий подвинул ей документы пленников. - Писать все,
включая номера в/ч и должность. Это страница номер восемь, - любезно подсказал он занятой
переписью населения женщине. За окнами уже серел рассвет.
Ранним утром поезд въехал на станцию Беломорск. За окнами проплыло коричневое
деревянное здание вокзала. Раньше Анатолию часто приходилось бывать в этом городе и
особенно в ресторане "Поморье", где молодые офицеры обычно отмечали окончание
командировок в Северную Венецию. Проголодавшийся Давыдов с щемящей грустью вспомнил
и о былых пиршествах в забегаловке, носившей лирическое наименование "Желтый дьявол".
Дернувшись при резком торможении, состав замер у единственного перрона.
- Граждане пассажиры, ваша остановочка, освобождаем плацкарту, вещички не
забываем, - бодро возвестил капитан, и троица потопала к выходу.
- Вы их что, вот так просто отпустите? - обратилась к Анатолию участница сражения с
оранжевой фарой под левым глазом.
- Желаете и дальше путешествовать в их компании? - вежливо спросил капитан. -
Только учтите, я скоро выхожу. Так что? Выходим, джентльмены. - Анатолий подтолкнул
замешкавшегося замыкающего. - Девушка передумала, вы ей больше не интересны.
Компания столпилась в тамбуре, Давыдов помог Маргарите вынести чемоданы, затем
отошел и достал пистолет.
- Ну, мадемуазель, можете развязывать своих приятелей. Подбирайте барахло и
выметайтесь!
Девушка ловко освободила конечности своих спутников от стягивающих их полотенец.
- Полотенца можете оставить в вагоне, - распорядился капитан. - Их проводнице
сдавать надо.
Длинный и Серега резво спрыгнули на перрон и протянули руки пострадавшему
Колянычу. Тот обернулся и с ненавистью посмотрел на офицера в морской форме.
- Ну, мореман, мы еще встретимся...
- Шурик, давай же, пошли, - дергала его за рукав фиолетовая спутница.
- Конечно, встретимся. В следующий раз я тебя убью, - улыбнулся Давыдов. - Сразу.
Александр Николаевич Раздолбаев неуклюже вывалился из тамбура на руки встречающих
его товарищей, скривился при приземлении на раненую ногу и, повернувшись к Давыдову,
принялся осыпать его проклятиями.
- Вынос тела состоялся, - прокомментировал Давыдов и вежливо помахал им ручкой.
Вздрогнув, поезд медленно покатил дальше. Капитан вернулся в вагон.
Его пленница, нахмурившись, сидела в своем купе.
- Пошли, - скомандовал он. - Вещи с собой.
Давыдов собрал документы, разбросанные по столу, и положил их к себе в карман.
Девица уселась напротив.
- Открывай сумку. Вытряхивай свои шмотки.
Анатолий придирчиво осмотрел разбросанные наряды.
- Иди переоденься. Надень это и это.
Недоумевающая девушка взяла указанные предметы и скрылась за перегородкой. Через
несколько минут вернулась, замерла в проходе и, расставив руки, крутнулась на месте.
- Так лучше, - согласился Анатолий. - Ну-ка протяни руки вперед. - Осмотрев
длинные ногти с облезлым маникюром, он удрученно покачал головой. - Не пойдет. Сиди
здесь.
Давыдов постучал в купе проводницы. Та осторожно выглянула.
- Высадили?
- Высадили. У вас растворителя нет?
- Да нет, откуда?
- А водка?
- Пятьдесят рублей.
Анатолий сделал удивленное лицо и вопросительно вскинул брови. До тетки дошло, что
случай не тот, нырнула под стол и достала просимое.
- Спасибо, - вежливо поблагодарил капитан.
Вернувшись в купе, Анатолий открыл бутылку и водрузил ее на столик.
- Сбегать за стаканами? - с готовностью поднялась девица.
- Лак смыть, когти подстричь! - рявкнул Давыдов. - Пошевеливайся, у нас мало
времени.
Когда девушка закончила, Анатолий придирчиво осмотрел ее руки. Потом принялся
разглядывать ее лицо. Курносая, веснушки, аляповатые клипсы.
- Все равно не тянешь, - удрученно проговорил он после детального осмотра.
- На кокр не тяну? - обиделась девушка.
- На боевую подругу флотского офицера. Вынимай из ушей свою пластмассу.
- Это клипсы.
- Тем лучше - дырок не будет. Повернись! Смотри на меня! Нет, все равно чего-то не
хватает.
- Может, косметики?
Вспомнив ее грим, Давыдов вздрогнул. Потом у него возникла идея, и он пошел в купе
туристов. Те разом повернулись в его сторону.
- Вот вы, девушка! - Он поманил байдарочницу с фиолетовым фонарем, который она
уже успела замазать тональным кремом. - Можно вас на минуточку?
Девушка удивленно вскинула тонкие брови.
- Я?
- Вы, вы. Идите сюда, не волнуйтесь, вы мне понадобились как женщина. То есть не в
том смысле, - поспешил успокоить туристку Давыдов. - Мне нужен специалист по
макияжу. - Взяв девушку под руку, Анатолий отвел ее в свое купе. - Пожалуйста, подкрасьте
вот это чудо, только не очень ярко.
Девушка покорно вздохнула и спросила пленницу:
- У тебя косметика есть?
Та достала из сумки косметичку. Минут десять они колдовали, создавая арестантке
требуемый имидж.
- Ну как? - студентка вопросител
...Закладка в соц.сетях
