Жанр: Боевик
Репортаж без места событий (Папарацци)
...ъехала к воротам.
- Кого надо? - громко крикнул охранник, не замечая, что в машине сидит сам
Владимир Вениаминович.
- Это я, Вася. - Климачев решил выйти из машины и самолично открыть нам
калитку.
Я тоже поднялась с сиденья, вышла из салона и глубоко вдохнула свежий
воздух. Ромка, Маринка и Виктор высаживались
по очереди. Машину я оставила около ворот, чтобы не въезжать на участок.
Мы прошли по уже знакомой тропинке к дому, где и ожидал нас охранник.
- Куда столько народу? - спросил Василий Федорович, видимо, не вспомнив нас
с Маринкой.
- Завтра здесь будет открыта выставка моей коллекции, - несколько смущенно
объяснил Владимир Вениаминович наше
присутствие. - Так что тебе предстоит работать в усиленном режиме.
- А что же так скоропалительно? - поинтересовался охранник. - Подготовиться
же надо!
- Вот мы и приехали готовиться, - ответила я и в очередной раз
представилась.
Когда Василий Федорович услышал мою фамилию, он быстро сориентировался.
- Так это вы та леди, которая мало того что разоблачает в своей газете
преступников, так еще и борется с ними? - заметил не
чуждый юмора Василий Федорович.
- В первую нашу встречу он был не так разговорчив, - прошептала мне на ухо
Маринка.
Я подумала о том же, вспоминая неразговорчивого хмурого мужичка, который
довольно невнятно отвечал на наши
вопросы. Я присмотрелась еще раз к Васину и поняла причину его благодушного
настроения. Василий Федорович был под
хмельком. Его глаза блестели, а рот просто растягивался в улыбке. Не знаю уж, с
кем он здесь выпивал, но общения в доме ему
явно не хватало. Он попытался даже пройти с нами в дом, но Владимир Вениаминович
решительно выпроводил его.
- Да, да, Ольга Юрьевна, - поймал мой взгляд Климачев и покачал головой. -
Охранник пьян, хотя это с ним бывает нечасто.
Василий Федорович иногда выпивает, но никогда не превышает своей нормы, то есть
не напивается до поросячьего визга. Хоть
и говорят, что пьяный человек соображает хуже трезвого, но это не про Василия.
Он после двух рюмок, а я уверен, что он
больше не употреблял, становится просто веселее и разговорчивее.
- А почему вы его не уволите? - спросил Ромка, поражаясь, что столь дорогая
коллекция находится под охраной
подвыпившего человека.
- Мы с ним школьные друзья, - коротко сказал Владимир Вениаминович, не
вдаваясь в подробности, которые мы с
Маринкой уже слышали.
- А он не был пьян в ночь ограбления? - спросила Маринка подозрительно.
- Нет, в этом я уверен, - немного занервничал Владимир Вениаминович. - Я же
сказал, что он выпивает не часто и не много,
так что работе это не вредит.
На этом обсуждение профессиональной пригодности Василия Федоровича мы
прекратили и из прихожей перешли в зал, где
хранилась коллекция. Осматривая помещение, на этот раз я пыталась определить,
куда можно спрятать камеры наблюдения,
где будут располагаться витрины. Мое внимание зафиксировало, что в мастерской
царил все такой же беспорядок. Видимо,
Владимир Вениаминович не был здесь с того самого раза или же вообще предпочитал
работать в эдаком богемном беспорядке.
Ромка с Виктором с интересом разглядывали "мастерскую" Климачева.
- Больше похоже на коллекцию сейфов, - заметил Ромка, подходя ближе к ним.
- Все для пущей безопасности, - как бы ответил Владимир Вениаминович.
- А где вы будете хранить экспонаты, которые не будут выставлены? -
спросила я у Климачева.
- Несколько сейфов можно перевезти ко мне домой. Там они будут в
безопасности.
- Я советую вам уже сейчас определить, какие экспонаты вы отберете помимо
колье, чтобы с Виктором увезти ненужное. -
Про себя я решала, что еще нам понадобится для подготовки профессионального
наблюдения за выставочным залом.
- Вы знаете, Ольга Юрьевна, у меня есть несколько камер слежения, которые
можно установить, - угадал мои мысли
Владимир Вениаминович. - Есть и витрины, оборудованные сигнализацией.
- Да вам и наша помощь-то не нужна, - со смехом заметила Маринка.
- Тогда мы оставляем вам Ромку и Виктора в помощь, - решила я. - А мы с
Маринкой зайдем к охраннику. Там у нас будет
пункт наблюдения во время работы выставки.
- Тут вот что, Ольга Юрьевна, я обычно пользуюсь услугами одной фирмы в
момент выставок, - скромно сообщил
Владимир Вениаминович. - У нее, так сказать, эксклюзивные права на обустройство
выставочных залов. Могу ли я и на этот
раз обратиться к ним за помощью?
- Конечно, - ответила я. - Это даже хорошо. Чтобы все было как всегда.
Я еще раз окинула взглядом помещение. Да, нам хватит одного дня, чтобы
подготовить его.
- А в каком сейфе нам лучше оставить колье? Желательно, чтобы он был с
ключом, который я смогу взять с собой, -
обратилась я к Климачеву.
- Можно вот этот. - И он открыл один из железных ящиков.
Я осмотрела его. Внутри сейф оказался пуст. Маринка положила туда коробку с
колье, Владимир Вениаминович закрыл
сейф и передал мне ключ, как мы и договорились. После этого мы с Маринкой
отправились во флигелечек охранника, чтобы
осмотреть и его.
К этому времени приехали представители фирмы, оборудовавшей выставочные
залы. Мы с Маринкой могли уезжать, а
Ромке с Виктором предстояло расставить камеры, а также подслушивающие
устройства. Это могли сделать и представители
фирмы, но я хотела, чтобы Виктор находился рядом с колье - так-то безопаснее.
Глава 11
Выставка открывалась в десять утра. Но я собиралась подъехать на час раньше
- надо успеть выбрать удобную позицию
перед экранами камер. Перед выставкой надо еще заехать в редакцию, чтобы
захватить с собой Виктора.
И все равно, когда я проснулась в шесть часов утра, времени оставалось
навалом. Я сразу же протопала в душ, а затем
устроилась на диване, чтобы выпить утреннюю чашечку кофе. В руках я нервно
вертела телефон - куда же позвонить?
Климачеву? Но мы с ним уже договорились обо всем. Мой звонок его только
встревожит. Сергею Ивановичу? Мы с ним
максимум через полчаса встретимся в редакции. Виктора мне тоже не хотелось
беспокоить, впрочем, как и Маринку и Ромку,
которые, наверное, еще спят.
Здоренко? А почему бы и нет? Все-таки конкурирующая фирма, так сказать.
Может быть, рубоповцы сработали оперативно
и уже вышли на след, а тут мы устроили цирк с колье. Об этом я даже не подумала,
хотя Здоренко сам бы обязательно
позвонил, так сказать, отрапортовать об успехе и получить рекламу в моем
издании. И все же я набрала домашний номер его
телефона, надеясь застать хозяина за завтраком. Но, приложив трубку к уху и
услышала лишь противные длинные гудки.
Попытаюсь отыскать его на работе! Я набрала рабочий номер Здоренко и
прислушалась. Те же длинные гудки. Где он может
шляться? И вдруг:
- Алло, Здоренко слушает.
- Это Ольга Бойкова.
- Почему так рано? Вляпалась опять куда-то? Я говорил тебе - не занимайся
ты всякими глупостями! Все равно ничего
хорошего из этого не выйдет! - налетел на меня бравый офицер РУБОПа. Знакомая
реакция!
- Спасибо за дружеский разговор, - поблагодарила я. - Только я сижу дома и
ломаю голову над очередной статьей в
"Свидетель", а не ерундой занимаюсь, - соврала я.
- А что звонишь тогда? - удивился Здоренко.
- Подкиньте информацию, - попросила я. - Как там у вас с диадемой Якушева?
Что насчет попытки кражи колье из
московского музея?
- Да ничего, - нервно повысил голос Здоренко. - Преступники пока не
пойманы, но мы уже вышли на Прядилина Дмитрия
Михайловича. Может, знаешь такого?
- Коллекционер, - невинным голоском ответила я.
- Так вот мы его пока прорабатываем, - сообщил Здоренко с гордостью.
- А что, у него нашли диадему? - наивно спросила я.
- Нет, - рявкнул в ответ Здоренко. - У него ее нет! Но надеемся, что именно
он и заказал работы Куницина, чтобы затем
продать их. И, наверное, уже продал. Мы установили слежку за ним, - сообщил
Здоренко, но затем спохватился:
- Но об этом в газете писать не надо. Поняла?
- Есть, товарищ генерал, - отрапортовала я. - Кого еще подозреваете?
- Пока никого, - честно признался Здоренко и смутился. - Мы продолжаем
отрабатывать версию, что колье могло быть
похищено коллекционером из-за границы, послали запросы, так что сейчас ждем
ответа.
- Оперативно работаете! - пошутила я.
- Да, кстати, на днях приходил еще один потерпевший, - проговорился
Здоренко. - Написал заявление, что у него похитили
кубок также работы Куницина. Где он только был раньше? Обычно о краже из
коллекции заявляют тут же, как только
обнаруживают пропажу! А у него она произошла несколько дней назад.
- А если человек обнаружил пропажу не сразу? Сам-то он какое произвел на
вас впечатление?
- Мы уже были на месте преступления, - сообщил Здоренко. - Кубок,
оказывается, вообще стоял на полке, на самом видном
месте. И не заметить, что он пропал, Климачев, то есть заявитель, не мог. Так
что теперь мы должны раскрыть сразу три
преступления: попытка кражи колье с выставки московского музея, ограбление и
убийство Якушева, да еще и кражу кубка из
коллекции Климачева - Желаю вам удачи, - пожелала я. Собеседник еще раз пожурил
меня за то, что я до сих пор занимаюсь
неблагодарным журналистским делом, а не выхожу естественным образом замуж, чтобы
холить мужа и рожать детей,
напомнил о катастрофической демографической ситуации в стране, - за сим мы и
попрощались.
Значит, РУБОП переключился пока на Прядилина, который будет в поле их
зрения где-то около двух дней. Срок я
определила приблизительно, зная методы их работы. В это время сотрудники
правоохранительных органов, так я надеялась, не
будут трогать Климачева и не спугнут своими действиями преступников. Так что у
нас есть время, чтобы устроить засаду на
выставке Климачева.
Ну вот, а теперь пора отправляться в редакцию. Я не торопясь оделась, взяла
свою сумочку, спустилась к машине. И через
несколько минут была в редакции.
Кряжимский, Виктор и Маринка поджидали меня, а Ромка запаздывал. Я
рассказала коллегам о звонке Здоренко, а Виктор
отчитался передо мной за проделанную работу по подготовке к выставке. Нам, за
исключением Кряжимского, оставалось
только добраться до загородного дома Климачева.
- Ольга Юрьевна, я с вами! - подал голос Ромка, когда все уже сидели в
машине.
- Наверное, твоя помощь нам не понадобится, - сказала я из салона
автомобиля.
- Да-а! - жалобно протянул Ромка. - Как готовиться, так Ромка, а как
преступников задерживать - Ромка не нужен?!
- Ну, хорошо, - согласилась я. - Поехали.
Уже через полчаса мы были за городом. На этот раз мы въехали на территорию
участка на машине, а ворота нам открыл
Василий Федорович, настроение которого было не таким лучезарным, видимо, сегодня
он был трезв как стеклышко. Буркнув
что-то невразумительное в качестве приветствия, он сообщил, что Владимир
Вениаминович в доме, и пригласил пройти в
выставочный зал.
Надо сказать, что я не ожидала увидеть ничего приличного. Но буквально за
сутки "мастерская" Климачева совершенно
преобразилась, приобретя вид музейного зала. Окна задернуты плотными бордовыми
шторами, в зале горели яркие лампы.
Витрины, отделанные тканью под цвет штор, расставлены так, что уже при входе
можно было видеть некоторые экспонаты. На
полу лежало новое ковровое покрытие. Я попыталась отыскать камеры, но не
обнаружила ни одной. Виктор сработал
профессионально.
- Как вам? - поинтересовался Владимир Вениаминович, глядящий почти франтом
в превосходном черном костюме
классического покроя. Ботинки его были начищены до блеска. Видимо, Климачев
успел посетить парикмахера, так как волосы
его были хорошо пострижены.
- Изволите выглядеть великолепно, - сделала я комплимент Климачеву, от
которого он немного смутился.
К сожалению, в ответ мне он не мог сказать ничего подобного, так как я была
одета отнюдь не празднично. Джинсы и
просторный пуловер - для службы наблюдения ничего иного не надо.
- Выставка все-таки, - бодро сказал он. - А как вам зал?
- Мне нравится, - одобрила я. - Только теперь мне хотелось бы посмотреть
витрину, где будет находится колье.
- Пожалуйста, - Владимир Вениаминович пригласил меня в глубь зала.
Маринка с Ромкой уже расхаживали вдоль витрин, рассматривая экспонаты.
Маринка не переставала восхищаться,
мысленно примеряя все украшения на себя. Хотя она уже и видела тут практически
все, но на выставке все вещи казались
великолепнее. Ромка относился к выставке куда спокойнее, не выражая никаких
эмоций. Виктор остался на входе.
- Все витрины на сигнализации, поэтому просьба быть аккуратнее, - напомнил
Климачев Маринке, которая бегала от
экспоната к экспонату. - Проходите, Ольга Юрьевна! - пригласил он меня.
Я медленно прошла мимо всех витрин и оказалась в углу зала, где обнаружила
пустую витрину. Колье, видимо, должно
располагаться здесь. Витрина ничем не отличалась от всех остальных, если не
считать того, что она была несколько меньше, так
как в остальных помещалось сразу по несколько экспонатов. Владимир Вениаминович
решил таким образом выделить колье из
всего разнообразия украшений и столовых приборов.
- Эта витрина уже подключена к сигнализации? - спросила я, обходя ее
вокруг.
- Нет, здесь нет проблемы, - ответил Владимир Вениаминович. - Я уже
убедился в потрясающем профессионализме
Виктора.
- А где сейф? - поинтересовалась я, нащупывая в сумочке ключик.
- Здесь же! Мы не стали выносить его из зала, а поместили под витрину, -
объяснил Владимир Вениаминович.
Он зашел к витрине сбоку, присел и открыл замаскированную дверцу внизу. Там
действительно был сейф, который он не
стал вытаскивать, поэтому я наклонилась и открыла его ключом. Колье было там, да
и куда оно могло деться из такого
надежного места? Я достала коробку, и Маринка с Ромкой тут же подбежали ко мне.
- Я думаю, что его уже можно поместить в витрину, - предложила я.
- Позвольте это сделать мне, - попросил Владимир Вениаминович.
- Конечно же, - согласилась я. Владимир Вениаминович аккуратно приподнял
колье с подушечки, а Ромка уже открыл
витрину. Но Климачев не торопился, рассматривая вещицу.
- А где же вензель мастера? - спросил он подозрительно, вертя колье в
руках.
- Вот он, - указала я на еле заметное сочетание двух букв.
- Не очень удачно расположен, - сообщил Владимир Вениаминович. - К
сожалению, посетители не увидят его.
Климачев еле слышно вздохнул и аккуратно уложил колье на полке витрины. Я
подозвала Виктора, чтобы он подключил
сигнализацию, и еще раз критическим взглядом окинула витрину. Вроде бы ничего
подозрительного! Я опять не нашла камер
и попросила Виктора показать мне их. Почти незаметные объективы располагались со
всех сторон витрины, а микрофон
подслушивающего устройства Виктор поместил рядом с сейфом, который был уже
спрятан за невидимой дверцей.
- Будем надеяться, что это нам поможет, - проговорила я. - Виктор, а можно
ли записать на пленку, если появится что-то
интересное?
- Все, что угодно, Ольга Юрьевна, - опередил его Ромка. - Вы же будете
наблюдать за залом.
Виктор же только утвердительно кивнул.
- Так! Здесь вроде бы все в порядке, - сделала я вывод. - Остается еще
полчаса до открытия. Мне, пожалуй, уже пора идти в
сторожку к Василию Федоровичу. Да, кстати, а он будет присутствовать на
выставке?
- Я думаю, что охранник в зале необходим, - высказал свое мнение Владимир
Вениаминович.
- Тогда будет два охранника: Виктор и Василий Федорович, - предложила я. -
Один в зале, а другой у порога.
- Хорошо, - согласился Владимир Вениаминович. - Подозрений это не вызовет,
на выставке всегда присутствует охрана. А
вот юноша и девушка здесь не к месту, - Климачев посмотрел в сторону Маринки и
Ромки, которые, услышав это, дернулись и
хотели возмутиться.
- А разве они не могут сойти за посетителей? - встала я на защиту интересов
моих сотрудников. - Ну пусть не все время.
- У меня другое предложение, - перебил меня Владимир Вениаминович. - Ромку
я представлю как моего племянника,
который приехал в гости, если кто-то будет интересоваться его персоной. Он же
может продавать билеты, так как у нас нет
кассира. А вот девушка на самом деле может быть простой посетительницей.
Владимир Вениаминович явно симпатизировал Ромке, так как тот помогал ему
подготовиться к выставке, а вот к Маринке
он не был особо благосклонен. Я согласилась, так как при таком раскладе в
выставочным зале будут находиться два надежных
человека, на которых я могу положиться в любую минуту. Маринка пока отправилась
со мной в подсобное помещение, где
находился охранник. Я напоследок еще раз окинула взглядом выставочный зал, и мы
с Маринкой вышли из здания.
Василий Федорович проводил нас в комнату, где мы с Маринкой будем
находиться во время выставки. В маленьком
подсобном помещении были всего две крохотные комнаты: зал и спальня, поэтому мы,
войдя в него, сразу же оказались в зале.
Василий Федорович оборудовал все, видимо, по своему вкусу. Минимум мебели,
маленький телевизор в углу, идеальный
порядок и чистота. Такой же была и спальня, куда я заглянула из любопытства.
Односпальная кровать, аккуратно застеленная,
невысокая тумбочка и двустворчатый шкаф - это была вся мебель. На тумбочке -
ничего, Василий Федорович, видимо, все
необходимое держал внутри.
Мы расположились в зале, из окна которого можно было видеть всех
посетителей. В углу располагалось пять мониторов,
которые фиксировали все, что происходит в выставочном зале. Василий Федорович
сам включил их, и я увидела перед собой
пустой пока зал. Камеры были расставлены очень удачно - любого подошедшего к
витрине, в которой находилось колье, я
могла рассмотреть со всех сторон. Одна из камер снимала вход на выставку таким
образом, что можно проследить за всеми
передвижениями посетителей. Сам зал на экране показался мне немного меньше, чем
был на самом деле. Прослушивающее
устройство тоже было уже включено, но молчало, так как Владимир Вениаминович с
Виктором и Ромкой находились у входа.
Виктором я осталась довольна - техника установлена классно.
Василий Федорович, который находился за моей спиной, спросил, все ли меня
устраивает, и, получив утвердительный ответ,
удалился.
- Оль, а почему это Климачев предпочел Ромку, а не меня в племянницы? -
немного обиженно спросила Маринка,
устраиваясь у окна, чтобы наблюдать за первыми посетителями.
- Потому что ты больше походила бы на его любовницу, - честно призналась я.
- А Владимиру Вениаминовичу лишние
сплетни не нужны.
Маринка прикусила язычок и умолкла. Теперь нам оставалось только ждать,
пока появится первый, а затем второй, третий,
четвертый посетитель... И каждый может оказаться тем самым или самыми
грабителями, которые уже один раз пытались
украсть колье. Я уселась у экранов, переводя взгляд с одного на другой монитор.
Так как выставка проходила в загородном доме, все посетители могли
подъезжать на стоянку, где они сразу же попадали в
наше с Маринкой поле зрения. Первым пришедшим на выставку за десять минут до ее
открытия был корреспондент местного
телевидения с оператором, который понуро тащился за ним с камерой. Они подъехали
в микроавтобусе с пестрыми надписями,
гласящими, что это представители прессы. Вертлявый худой парень с длинными
волосами немного комично смотрелся с
микрофоном. Несмотря на то, что я часто общалась с коллегами, этого
корреспондента я не знала. Он, наверное, был
обозревателем новостей по искусству, работал на выставках, в музеях, а я такие
события обычно пропускала.
Он уверенным шагом прошел к особняку, оператор еле поспевал за ним, снимая
даже участок Климачева, затем вошел в
выставочный зал, как я увидела это на мониторе, и о чем-то разговорился с
Климачевым. Спросив, по-видимому, разрешения
на съемку, он за пять минут пробежал по всему выставочному залу с оператором,
периодически останавливаясь то тут, то здесь.
Конечно же, не обошел он своим вниманием и колье Куницина, которое заснял
крупным планом. Затем корреспондент коротко
поговорил с самим Владимиром Вениаминовичем и так же быстро скрылся, как и
появился.
Я не знала, как мне следует воспринимать приход корреспондента телевидения,
но то, что он снял выставку, будет лишней
бесплатной рекламой для нас. И вдруг меня как током ударило! А вдруг это и был
человек, подосланный для того, чтобы
разведать ситуацию на выставке? В результате этого у бандитов будет пленка,
просмотрев которую они уже могут идти на дело.
А мы здесь сидим и ушами хлопаем! Я разозлилась на саму себя и связалась по
телефону с Виктором, чтобы уточнить
личность первого посетителя.
Он объяснил мне, что это был корреспондент местного телевидения, который
готовил репортаж для выпуска новостей. Но
удостоверения они у него на спросили, купившись на микроавтобус и оператора. Это
смутило меня еще больше. Что-то надо
было делать, чтобы сразу же подтвердить или опровергнуть мои подозрения. А что
если позвонить одному моему знакомому с
этой телевизионной компании?
Я быстро набрала номер сотового знакомого журналиста, которому я сама
неоднократно подкидывала сенсационный
материал. Должен же он сейчас помочь мне!
- Да, - раздался знакомый голос в трубке.
- Лешка? Это Ольга Бойкова. Ты где сейчас?
- Дома, - немного раздраженно ответил собеседник. - И уходить никуда не
собираюсь, даже если в городе произошло нечто
сенсационное!
- Ничего такого не произошло, - успокоила я его. - Мне просто надо
проверить, работает ли в вашей телекомпании один
человек.
- Фамилия? - коротко спросил Лешка.
- Не знаю, - призналась я.
- Оля, ты что, издеваешься? Звонишь ни свет ни заря и еще прикалываешься? -
разозлился Лешка.
- Уже десять часов, к твоему сведению, - уточнила я.
- А я имею право в свой выходной, который честно заслужил, хотя бы
отоспаться.
- Прости, пожалуйста, но очень нужно. Тут на одну выставку тип приезжал в
вашем микроавтобусе с оператором...
- И что? Готовят материал? Ничего подозрительного с точки зрения криминала,
которым ты так любишь заниматься, -
перебил меня Лешка.
- А то, что этот молодой человек даже не показал своего журналистского
удостоверения, - продолжила я. - Поэтому я думаю,
что он не имеет никакого отношения к вашей телекомпании.
- Опиши-ка его, - потребовал Лешка.
- Такой высокий, длинноволосый, худой, но симпатичный... - Я пыталась еще
подобрать слова.
- Он приехал на выставку в музей? - уточнил он.
- Да!
- Боровиков Анатолий Юрьевич, работает у нас уже три года, - сразу же
ответил Лешка. - Занимается только вернисажами и
тому подобным, в чем я вообще ничего не соображаю. А оператор у него какой был?
Я попыталась вспомнить внешность оператора, но так как обращала на него
меньше внимания, ничего существенного
припомнить не могла.
- Лешка, подожди немного, - попросила я собеседника и обратилась к Маринке:
- Ты не помнишь, как выглядел оператор, который только что проходил с
камерой?
- Маленький, усатенький, с прыщами и очками, - брезгливо скривила губки
Маринка.
Я передала ее описание Лешке дословно, на что собеседник только
присвистнул.
- Между прочим, этот несимпатичный тип - профессионал своего дела, -
сообщил мне Лешка. - Кадынов Борис Николаевич!
Он предпочитает работать в паре с Боровиковым. Так что ничего подозрительного в
их появлении не вижу. Смотри очередной
выпуск новостей и увидишь там прекрасно отснятый материал. Я не сомневаюсь, что
все снято на уровне.
Я попрощалась с Лешкой, извинившись за беспокойство, и последовала его
совету, то есть включила телевизор, настроив его
на один из тарасовских каналов, название которого было аккуратно написано на
обоих боках микроавтобуса. До ближайшего
выпуска новостей оставалось еще два часа, но выключать телевизор я не стала, а
только убавила громкость.
Было ровно десять, но стоянка около дома Климачева оставалась пустой. Ну
хорошо, на этот раз мои подозрения не
оправдались, но не буду же я ежеминутно звонить своим знакомым, проверяя
личность каждого посетителя? Это полный
абсурд! Таким образом мне ничего не удастся узнать! Придется положиться на свою
внимательность, а также хваленую
интуицию, которая нередко меня выручала.
Следующим посетителем оказался приятной внешности молодой человек, который
вышел из шикарной машины и прошел
сразу в выставочный зал. Он медленно прогуливался среди витрин. Стоянка
постепенно стала заполняться машинами разных
марок. В зале образовалась уже небольшая толпа, констатировала я, бросив взгляд
на монитор. Все посетители не торопясь
ходили по выставочному залу, заглядывая то в одну, то в другую витрину. Я
смотрела на мониторы, надев наушники.
- Ренат Сабурович, смотрите! - неожиданно четко раздался голос одного из
посетителей через прослушивающее устройство.
- Это то самое, которое хотели выкрасть тогда, - продолжил тот же голос.
У витрины, где находилось колье, остановилась пара посетителей: юноша и
пожилой человек.
- Из музея? - уточнил дед.
- Ну да, только ничего у бандюганов не вышло, - сообщил молодой человек.
- Ничего особенного не вижу! Колье как колье, - безразличным голосом сказал
дед, отходя от витрины. - А вот перстень
гляди какой!
Оба посетителя отошли к соседней витрине. Конечно же, я ожидала, что колье
в связи с недавним происшествием будет
пользоваться повышенным вниманием посетителей, поэтому прослушивала все
разговоры, но ничего подозрительного не
замечала. Большинство посетителей вспоминало попытку кражи колье с выставки
столичного музея.
Прошел уже целый час после открытия выставки, а ничего поразительного не
произошло. За это время мне один раз
позвонил Кряжимский, поинтересовавшись, как у нас идут дела. Я с ним поговорила
недолго и продолжила наблюдение.
- Оль, смотри, - позвала меня Маринка и указала на стоянку. Из вновь
подъехавшего автомобиля выходил Дмитрий
Михайлович Прядилин, его я узнала сразу.
У входа на выставку он встретился с Климачевым, и они о чем-то поговорили,
разговора я не слышала. Интерес Прядилина к
выставке вполне объясним, в этом не было ничего подозрительного. Вместе с
Владимиром Вениаминовичем они прошлись по
залу, немного задержались у работы Куницина; Климачев рассказал, с каким трудом
ему удалось
...Закладка в соц.сетях
