Жанр: Боевик
Охота на человека
...а.
За столом больше говорил Пауль Шэфер, давая одновременно интервью и
рассказывая о своей колонии. Саундерсу лишь изредка удавалось вставить некоторые
вопросы. Вебер ел молча, почти не разговаривая. Только однажды он, сидя слева,
протянул Саундерсу солонку и с любопытством заметил, как непроизвольно дернулась
левая рука у "Дронго". Но быстро подавив то естественное желание, Ричард
протянул правую руку. Он понял, что Вебер заметил его ошибку.
- У вас действует левая рука? - спросил Вебер, - я думал, вы инвалид.
- В Англии мне сделали великолепный протез, - соврал Саундерс, - он
управлялся мини-компьютером, вживленным в протез, но, к сожалению, мне пришлось
оставить его в Лондоне, они обещали сделать к моему приезду еще лучший.
- Конечно, лучше иметь такой надежный протез, - усмехнулся Вебер, не сводя
глаз с Ричарда.
- Утром я покажу вам, как работают наши люди, - вставил Шэфер, - можете
остаться до утра у нас, - милостиво разрешил он, - нам нужны честные репортажи о
нашей общине.
Саундерс обратил внимание, что на ужин не был приглашен сержант Фрага. При
этом на стол не подавали вина и других спиртных напитков, еда тоже была
достаточно скромной. После ужина Ричард и Марк, попрощавшись с хозяевами,
покинули гостиную. Перед уходом Марк успел прикрепить "жучок" к столу.
Зайдя в свою комнату, Ричард включил аппарат-передатчик, вставив его в ухо.
Послышался уверенный голос Вебера. Он говорил по-немецки с Шафером и Саундерс
ничего не понял. Он передал аппарат Ленарту "Ленарт хорошо владел французским,
немецким, английским, Саундерс знал английский, итальянский, испанский. Во время
планирования операции это обязательно учитывается", знавшему немецкий.
- Послушай, что они говорят, - очень тихо сказал Ричард.
- Шэфер ругается, говорит, что недоволен. Его лагерь стал центром
террористов. Вебер его успокаивает. Очень сильно ругаются все трое. Шэфер
уходит. С ним другие гости. В комнату вошел еще один человек. Они говорят о
каких-то террористах, которых готовили в лагере. Те уже выехали в США. Еще
говорят, что нужно иметь в виду резервный вариант. Кажется, перешли на
испанский*.
Марк вернул передатчик Саундерсу, тот быстро поднес его к уху.
- Не забудьте, Диас, это очень важно. Вы должны будете координировать
действия наших людей в Нью-Йорке. Всю информацию получайте через вашего
осведомителя, - говорил Вебер. - Когда вы летите в Америку?
- Через три дня, - ответил его собеседник.
- Значит, вы будете там раньше всех, - Вебер помолчал, - Америка, двести
тридцать четвертый, - неожиданно сказал он. - Как с грузом?
"Видимо, рейс Диаса", - подумал Саундерс.
- Уже переправлен в Парагвай. Люди генерала Родригеса готовы принять любое
количество, мы должны будем выйти на Кабальеро "Кабальеро - главный помощник
генерала Родригеса", помощника генерала, чтобы получить разрешение на ввоз в
страну груза.
- Действуйте, - сказал Вебер.
- А что будет с этими "журналистами"? - спросил Диас.
- Мы их уберем сегодня ночью, - спокойно сказал Вебер. - Это, конечно,
"Дронго" и его помощник. Грубер опознал их. Ничего, им немного осталось.
Саундерс убрал аппарат.
- Нужно уходить как можно скорее, - прошептал он Марку Ленарту. - Вебер
знает, кто мы.
"СЕКТА ПАЛАЧЕЙ"
(продолжение)
"В 1976 году Комиссия ООН по правам человека опубликовала доклад, из
которого явствует, что в немецкой колонии существует тайный центр пыток
чилийской - охранки. С разоблачениями выступили "Международная амнистия" и
западногерманский журнал "Штерн".
Но только в 1985 году министерство иностранных Дел ФРГ попросило своего
посла в Сантьяго выяснить, как обстоит дело. Тот встретился с членом хунты,
командующим корпусом чилийских карабинеров генералом Родольфо Станхё, который
известен как близкий друг Шэфера (надо сказать, что глава секты носит титул
"почетного карабинера" и над колонией развивается флаг чилийских карабинеров).
Ответ генерала легко предугадать: он сообщил послу, что обнаружить наказуемые
Элладио Лайзега действия со стороны руководства колонии "Дигнидад" не удалось.
В 1987 году название колонии вновь замелькало в заголовках газет. Министр
иностранных дел ФРГ Геншер потребовал расследовать все обстоятельства, связанные
с колонией. Колонию посетили чилийский судья и два адвоката из "Международной
амнистии". Как сообщил потом на пресс-конференции председатель
западногерманского отделения этой организации Реверкамп, выезд на место убедил
его, что показания разных лиц о пытках соответствуют действительности.
В феврале 1988 года было проведено публичное слушание по делу "Дигнидад". К
этому боннские власти побудил тот факт, что руководство колонии не пустило на
свою территорию делегацию иностранных дел ФРГ, а чилийские власти не проявили
особого стремления к сотрудничеству.
На слушание были приглашены четверо бывших узников этой колонии. Они
поведали о том, как в анклаве все еще живы и торжествуют принципы идеологии,
казалось, ушедшей в прошлое вместе с "третьим рейхом". С помощью психотропных
средств маньяки ломают психику у людей, превращают их в безвольных автоматов. В
отношении детей совершаются развратные действия, а в первые годы диктатуры
Пиночета чилийская охранка ДИНА зверски пытала здесь политзаключенных, используя
их как подопытных кроликов для усовершенствования техники пыток. Лишь немногие
из заключенных смогли выжить и выбраться из этого ада.
После слушания руководство "Дигнидад" попыталось представить себя жертвой
"марксистского заговора". Но к расследованию отнеслось серьезно. Шэфер и
некоторые из его приближенных обратились в Сантьяго с прошением о предоставлении
им чилийского гражданства, чтобы таким образом предотвратить выдачу ФРГ. И они
не получили бы отказа, если, бы не вмешалось западногерманское консульство.
Поговаривают, что руководители секты подумывают о переезде на новое место - в
Южную Америку или в Австралию. Еще в 1970 году после победы на выборах
Сальвадоре. Альенде Шэфер и его сподвижники собирались покинуть Чили и даже
купили участок земли в соседней Аргентине. Но потом времена изменились...
Один из немногих чилийцев, кто осмелился во всеуслышание разоблачить секту
палачей - епископ Карлос Камус. Именно он рассказал в печати о том, что в
колонии чилийская секретная служба содержит и пытает чилийских граждан. Как
считает Камус, дело "Дигнидад" не удастся до конца раскрыть, пока не будет
разрешена основная проблема Чили - проблема восстановления демократии".
Вернер Хертнер, "Новое время", N 34, 1988 г.
Колония "Дигнидад". 30 ноября 1988 года
- Нужно уходить как можно скорее, - прошептал он, - Вебер знает, кто мы.
- Будем прорываться? - спросил Марк. - Или позвать сержанта Фрагу?
- Ты сумеешь его найти?
- Да, он остановился совсем рядом, в соседнем здании.
- Тогда давай, найди его, только очень быстро. А я постараюсь увидеть
Шэфера.
- Зачем? - удивился Марк.
- Попрощаюсь и уедем, - подмигнул ему Саун-дере, - насколько я понял, глава
общины не очень жалует Вебера.
- Не знаю, - покачал головой Марк, - но я пойду искать Фрагу.
- Только очень быстро, - еще раз сказал "Дронго". Марк осторожно вышел из
комнаты. В коридоре никого не было и он, стараясь ступать почти бесшумно, вышел
из здания. В соседнем строении горел свет и слышались веселые голоса мужчин.
Ленарт мягко подкрался к окнам. В комнате сидели Фрага и несколько молодых
людей. Сержант был сильно пьян, и это Ленарт понял сразу, едва увидел его. Марк
моментально просчитал, что добровольно Фрага не уйдет отсюда. Он громко постучал
в окно. Один из сидевших за столом подошел к окну, открывая ставни.
- Что нужно? - спросил он по-немецки.
- Там зовут сержанта Фрагу. Говорят, очень срочно, - соврал Марк.
- Хорошо. Хуан, тебя зовут, - закричал собутыльник сержанта.
Тот кивнул головой, попытался встать, собирая остатки сил. Но не смог
оторваться от стула. Затем, залпом осушив еще один стакан, он решительно
поднялся и вышел из комнаты. Душная жаркая ночь не отрезвила его, когда Фрага
вышел из здания. Подойдя к Ленарту, он хмуро спросил:
- Кто меня зовет?
- Они ждут у машины, - соврал Ленарт. Сержант помотал головой и затопал к
своему "джипу". Дойдя до него, он недоуменно огляделся, не понимая, куда делись
ожидавшие его люди, тогда Ленарт сильным коротким ударом свалил его, уложив
прямо в машину.
Саундерс в это время зашел к Шэферу, который находился уже в своих
апартаментах. От взгляда "Дронго" не укрылась большая двуспальная кровать в
соседней комнате, на которой уже лежал мальчик лет десяти. "Дронго" чуть
поморщился, превозмогая отвращение, и обратился к Паулю Шэферу.
- Я прошу простить нас, но мы с другом должны срочно уехать. Полковник
Астеньо, оказывается, дал еще одно поручение сержанту Фраге, а тот нам ничего не
сказал. Вот почему мы должны уехать именно сегодня.
- Очень жаль, - сказал Шэфер, изображая обиженного, - вы могли бы остаться
на ночь, но это ваше дело. Я думаю, вы увидели в нашем лагере много интересного
и полезного для всех жаждущих служить Господу.
- Конечно, - заверил его Саундерс, заставляя себя пожать протянутую руку.
Он быстро вышел за дверь и, уже не оглядываясь, зашагал к машине. Ленарт
ждал его, сидя за рулем. Бесчувственный Фрага лежал на заднем сидении.
Саундерс оглянулся, все было спокойно. Он вскочил в "джип".
- Как можно быстрее, - скомандовал он Ленарту, . - пока они не опомнились.
Марк, включив зажигание, резко дернул машину с места. "Джип" привычно
заурчал, набирая обороты. Из лагеря они выезжали почти в полной темноте. Уже
минут через десять после их отъезда в лагере послышались крики, забегали люди,
повсюду зажглись огни. Но их автомобиль был уже в нескольких километрах от
"Дигнидада".
Набирая скорость, машина неслась на северо-восток, в горы, к
государственной границе Чили.
Сантьяго. 30 ноября 1988 года
Она подходила к самолету почти уверенной походкой энергичной деловой
женщины. После вчерашнего бегства из гостиницы, где лежал убитый Гомикава, ей
повсюду мерещилась зловещая улыбка Миуры.
Оставшись в номере одна, после бегства Миуры, она проплакала почти полчаса,
пока, наконец, не осознала, что нужно немедленно уходить отсюда. Моника оделась,
сумела кое-как наложить косметику, собрать свои вещи. С большим трудом ей
удалось перетащить труп Гомикавы в ванную комнату, затереть следы крови на
ковре.
Моника понимала, что ее единственный шанс - это немедленное исчезновение из
Сантьяго. Дрожащими руками она подняла телефонную трубку, вызывая такси. Затем
набрала номер аэропорта. На Рио-де-Жанейро не было ни одного билета. Случайно
оказался билет на Буэнос-Айрес. Заказав его для себя, Моника быстро положила
трубку и вышла из номера. Она предусмотрительно оставила разорванный паспорт
мистера Гоуэрса в одном из чемоданов Саундерса. У погибшего Гомикавы не было при
себе никаких документов.
Моника, выйдя в коридор, осмотрелась, сжимая сумочку, в которой лежал
револьвер. Затем вошла в лифт и спустилась вниз. У входа в отель уже стояло
такси. Стремительно пройдя холл и не обнаружив ничего подозрительного, она вышла
из гостиницы и сёла в машину. Автомобиль помчался по улицам города. Начался
мелкий дождик, столь желанный в эту душную ночь. Всю дорогу Моника молчала,
тревожно оглядываясь назад.
В аэропорт она приехала за час до отлета самолета. Взяв билет и
зарегистрировавшись, Моника сдала багаж и прошла в туалет. Зайдя в кабину, она
вытащила свой револьвер из сумочки, завернула его в бумагу и бросила в мусорное
ведро.
Ей пришлось пережить несколько неприятных минут, пока она пересекала
большой зал и подходила к стойке регистрации. Проходя таможенные формальности,
она еще раз обернулась назад. Миуры нигде не было видно. Миновав пограничный
контроль, она несколько успокоилась и уже вполне овладела собой. В длинном
коридоре аэропорта, ведущем к самолету, рядом с ней шли несколько десятков
пассажиров.
Моника, вспомнив Гомикаву, с ужасом представила, как его тело все еще лежит
в холодной ванной комнате. Сколько же еще пройдет времени, пока его, наконец,
обнаружат горничные. Моника знала, что процесс выдачи тела Гомикавы может
затянуться на долгие месяцы, и все это время его труп будет находиться в
холодильной камере полицейского морга Сантьяго, Она вздрогнула словно от холода.
Вспомнила руки Миуры и едва не упала, споткнувшись о ступеньки при входе.
Идя на посадку, она сумела мобилизовать всю свою волю, стараясь не выдавать
волнения. Но абсолютно спокойной она стала только тогда, когда самолет уже
оторвался от земли. А пока... Она подходила к самолету уже почти уверенной
походкой энергичной деловой женщины.
Анды. 1 декабря 1988 года
До границы они ехали довольно быстро, стараясь Оторваться от возможного
преследования. Фрага храпел в машине, удобно устроившись на заднем сидении.
Саундерс, выбросив черную перчатку с левой руки, разминал затекшие пальцы. До
полицейского поста они доехали в полной темноте. Затем, выключив фары, Ленарт
повернул резко влево. В темноте нельзя было и думать ехать в горы, не зная
дороги в этой местности. Приходилось ждать рассвета
"Дронго" понимал, что Вебер сделает все возможное для его поисков, но
дальнейший путь был настолько опасен, что сама мысль о продвижении вперед не
приходила им в голову.
Марк, сидевший в полной темноте, поежился. Было довольно холодно. По ночам
в ноябре температура здесь опускалась иногда до 5 - 10 градусов по Цельсию и,
учитывая легкую одежду обоих "журналистов", им приходилось нелегко. Только
сержант, порядком захмелевший и спавший в автомобиле, не чувствовал прохлады
этой ноябрьской ночи. Они вздрагивали от любого шороха, любого самого малейшего
звука. Саундерс, достав пистолет у Фраги, положил его на сидение, готовый в
случае крайней необходимости применить оружие.
Два раза по дороге проехали грузовики в сторону границы. Погони за ними не
было.
- Странно, - сказал Ленарт, - уже полночь, а "легионеров" Вёбера еще нет.
- Они, наверняка, ищут нас в Тальке, - тихо отозвался Саундерс. - Веберу и
в голову не придет, что мы можем рискнуть прорываться через границу.
У них в паспортах заблаговременно были проставлены и аргентинские визы для
въезда в страну, однако прежде нужно было благополучно выехать из Чили.
- Сколько отсюда до границы? - спросил Ричард. Марк достал карту, нагнулся,
посветив небольшим фонариком.
- Около двадцати километров, - отозвался он.
- А до ближайшего аргентинского селения?
- Еще столько же.
- Сорок километров, - задумчиво сказал "Дронго". - Это шесть-семь часов по
пересеченной местности. А если рискнем? Может быть, пойдем прямо сейчас?
- Бросим машину? - спросил изумленный Ленарт
- Конечно. Мы же не прорвемся на ней через границу. А в горы она вообще не
пойдет.
- Сорок километров через горы, - покачал головой Марк. - Очень трудно.
- Ты можешь предложить что-нибудь другое?
- Дождемся утра и попытаемся сориентироваться, - предложил Ленарт.
- Но если люди Вебера не найдя нас в Тальке, поймут, что мы поехали сюда?
Тогда они могут появиться здесь уже через два часа, - возразил "Дронго".
- А если мы все-таки попытаемся утром проехать через границу легально. У
нас есть аргентинские визы в паспортах?
- Думаешь, Вебер не учел этой возможности? Наверняка, все пограничные посты
уже предупреждены о нашем появлении.
- Мистер Саундерс, это очень опасно, - напомнил Марк, - ночью идти в горы
через границу.
- Еще опаснее сидеть здесь и дожидаться, когда нас схватят люди Вебера, -
решительно сказал Саундерс, выходя из машины.
Взяв сумку и пистолет Фраги, он добавил:
- Не забудь захватить флягу с водой и карту. Марк послушно вылез за ним.
- Куда идти? - бодро спросил Ричард.
- Туда, - махнул на восток Ленарт.
Они зашагали в сторону границы. Высоко в небе над ними сиял лунный
полумесяц и, необычный для европейцев, Южный Крест, освещающий местность.
Идти приходилось достаточно осторожно, чтобы не натолкнуться на патруль,
чилийских карабинеров или пограничную стражу. Сначала идти было легко, но после
двух часов ходьбы в легких туфлях ноги начали нестерпимо ныть. Их обувь была
менее всего приспособлена к подобным походам по гористой местности. Еще через
два часа, к рассвету, выяснилось, что они, наконец, достигли границы. Далеко
внизу на перевале находился пограничный пост между Чили и Аргентиной. Редкие
автомобили, проходившие там, тщательно обыскивались пограничниками. Внезапно
Марк крикнул Саундерсу:
- Ложись! Там вертолет!
Из-за гор показалась винтокрылая машина, стремительно двигающаяся в их
сторону. На открытой местности трудно было укрыться и они побежали вниз в
лощину. Вертолет, очевидно, заметил их, так как резко изменив направление,
рванулся к ним. Дважды им пришлось падать на землю из-за пулеметных очередей,
которые вспарывали землю буквально в нескольких метрах от них. Наконец они
достигли небольшого каменного выступа, за которым можно было укрыться. Оба
тяжело дышали, на Ленарте была разорвана рубашка.
- Что будем делать? - судорожно спросил Марк, задыхаясь от сумасшедшего
бега.
"Дронго" молча посмотрел вверх. Вертолет висел в воздухе, от сильной
вибрации начала подниматься пыль, заслоняя все вокруг.
- Они побоятся высадиться, - ответил Саундерс, - сколько может быть человек
в этом вертолете - трое-четверо, не больше. Хуже, если они сообщат вниз. Тогда
через час-полтора здесь будут пограничники. Кстати, ты умеешь водить вертолет?
- Да, - ошеломленно кивнул Ленарт, - но не думаете же вы захватить
вертолет?
- Это только в кино агенты сначала сдаются, а потом, перебив экипаж,
улетают на захваченном вертолете, - улыбнулся "Дронго", - в жизни так не бывает.
Я думаю, мы, наверняка, нужны им живыми. Это не люди Вебера, у них не может быть
вертолета. Он принадлежит чилийским ВВС. Так что у нас есть шанс уйти отсюда.
Они не будут слишком настойчивыми.
В этот момент снова прозвучала длинная очередь. Пули зажужжали перед носом.
Вертолет висел почти над ними. Ричард достал оружие.
- Если они спустятся, придется стрелять. Мы не можем попасть им в руки. До
назначенной даты шесть дней. Никто, кроме нас не знает о парагвайских операциях
и Визите Диаса в Америку. Мы должны передать эти сведения любой ценой.
Вертолет, дав еще несколько очередей, полетел в сторону.
- Они еще вернутся, - уверенно сказал Марк.
- Пошли, - Ричард вскочил на ноги и они побежали. Через десять минут
вертолет, снова появившийся в воздухе, дал по бегущим мишеням еще одну длинную
очередь. Им пришлось снова искать укрытия. Но на этот раз они едва не опоздали,
и пулеметные очереди чудом не задели их. Через пятнадцать минут они снова
рискнули броситься в горы и снова появившийся вертолет помешал им. Положение
становилось отчаянным, на противоположном склоне, внизу, в двух километрах от
них уже показались едва различимые фигуры чилийских пограничников. Саундерс и
Ленарт снова побежали. Когда они рискнули пробежать большой участок открытого
пространства, снова появился вертолет. Послышались выстрелы. Марк неожиданно,
дико вскрикнув, покатился вниз. Ричард обернулся, не удержался и тоже полетел
вниз. Вертолет, дав еще несколько очередей, улетел. Саундерс подполз к Ленарту.
Тот стонал от боли.
- Ты ранен? - тревожно спросил Ричард.
- Кажется, да, - виновато ответил Ленарт, - в ногу зацепил-таки. Мистер
Саундерс, бросайте меня и уходите. Сейчас только вы можете сообщить о приезде
Диаса. Не забудьте, они говорили о каком-то их информаторе.
- Я все помню, - успокоил его "Дронго", - но здесь я тебя не оставлю.
Он разорвал часть своей рубашки и перевязал Ленарта. Тот охал от боли.
Взвалив на себя Ленарта, Саундерс медленно, тяжело переваливаясь, потащился с
ним в горы.
- Только бы не появился вертолет, только бы его не было, - шептал он, как
заклинание. Прошло десять минут, пятнадцать, вертолета не было. Через сорок
минут вдалеке послышался гул моторов.
- Будь ты проклят, - разочарованно сказал Саундерс, вытирая пот со лба и
ища место, где можно было бы укрыться. Но вертолет повел себя как-то странно На
полпути к ним он повернул назад и стал облетать местность, где они были раньше.
"Что за идиот, - подумал Саундерс, - чего он там ищет?" Он продолжал еще минут
пять наблюдать за маневрами вертолета наконец, когда ему надоели эти
бессмысленные маневры, он снова взял Ленарта на плечи и потащил в горы.
- Они, по-моему, сумасшедшие, - сказал Ричар тяжело дыша, - ищут нас на том
склоне горы.
- Они не могут искать нас здесь, - едва не теряя сознание от боли,
прошептал Марк, - это уже Аргентина. Ричард остановился, перевел дыхание.
- Конечно, Аргентина, - засмеялся он, - как я сразу не догадался.
В этот момент солнце осветило их, и вертолет, резко изменив курс, снова
обстрелял их. Ричард успел вместе с Марком спрятаться за камнями.
- Вот тебе и Аргентина, - проворчал он, - эти фашисты не соблюдают никаких
международных договоров.
Вертолет, покружив, улетел, здесь он не мог долго находиться, и Ричард в
который раз потащил Марка в горы.
Через десять часов, когда солнце уже клонилось к закату, им удалось выйти
на автомобильную трассу, ведущую к небольшому селению. Водитель грузовика,
узнав, что они бежали из Чили, любезно согласился подвезти их. Еще через час
местный врач уже оказывал помощь Ленарту. Пуля раздробила часть кости, и рана
была чрезвычайно болезненной. Врач, делавший перевязку, категорически не
соглашался отпускать Ленарта, но Марк настаивал на своем. За сто пятьдесят
долларов им удалось найти водителя, согласившегося везти их в Маларгуэ. Еще
столько же пришлось отдать местному полицейскому, дабы тот не проявлял излишнего
любопытства. Поздно ночью они выехали в городок, где был единственный в этой
местности железнодорожный вокзал. Переночевав в небольшой гостинице города, они
на следующий день выехали в Мендосу, предварительно заказав себе билеты на
ночной рейс Мендоса - Буэнос-Айрес. Только в вагоне Ленарт позволил себе
потерять сознание от боли.
Буэнос-Айрес. 3 декабря 1988 года
Они сидели на скамье, совсем недалеко от вокзала Ретиро. В расположённом
рядом Новом Порту слышались крики людей, шум заходящих и уходящих судов. С их
места можно было различить далекую водную синеву Ла-Платы.
Моника, прилетевшая сюда два дня назад, уже успела несколько отойти от
кошмара в Сантьяго. Саундерс просмотревший сегодня чилийские газеты, где была
фотография убитого Гомикавы, мрачно слушал рассказ взволнованной женщины о
событиях того злосчастного дня. Они оба должны были сегодня улететь из
Аргентины. Моника Вигман, несмотря на ее возражения, летела в Европу,
Руководство "Интерпола" справедливо решило дать ей возможность отдохнуть после
таких потрясений, а Ричард Саундерс должен был лететь в Нью-Йорк, где его ждал
Робер Дюнуа. До назначенного "Дня X" оставалось менее четырех дней.
В столицу Аргентины "Дронго" прилетел один. У Марка Ленарта сильно распухла
нога, и рана начала гноиться. Его пришлось оставить в Мендосе, куда прибыли
сотрудники "Интерпола" для его охраны.
Теперь, сидя на скамье, Саундерс и Моника ждали, когда им, наконец,
принесут авиабилеты и документы. Несколько в стороне сидело двое парней,
постоянно сопровождавших Саундерса с момента его прибытия в Буэнос-Айрес.
Слушая сбивчивый рассказ Моники о событиях того дня, Саундерс понимал,
Миура последует за ним и в Нью-Йорк, где они неминуемо должны будут встретиться.
- Вы теперь поедете один в Нью-Йорк, - задумчиво сказала женщина, словно
прочитав его мысли, - и этот "ястреб", наверняка, будет там.
- Посмотрим, - строго сказал Саундерс, - во всяком случае, я хотел бы с ним
встретиться.
Они помолчали.
- Холодно, - неожиданно сказала женщина, хотя в городе стояла обычная
ноябрьская жара.
Ричард, сняв пиджак, набросил его на плечи женщины.
- Не надо, - попыталась возразить она.
- Не спорьте, вы же в легком платье, можете простудиться.
- А вы не можете?
- Могу. Но это сейчас не самое главное, - невесело улыбнулся Ричард.
- Скажите, "Дронго", вы женаты? - вдруг спросила Моника.
- Нет. А почему вы спрашиваете?
- Просто так. Я вдруг подумала, что у вас очень неспокойная жизнь.
- Да, наверное. Но я как-то не очень задумывался над этим.
- А вы правда русский? - задала явно ненужный вопрос Моника.
- Почему русский?
- Так о вас говорят все. Но на русского вы не очень похожи. Скорее на
итальянца или испанца.
- Моника, вы сегодня очень любопытны, - ушел от прямого ответа Саундерс.
- Простите, просто скучно сидеть здесь без дела.
Они снова помолчали.
- А вы сами замужем? - спросил Ричард.
- Нет, - покачала головой женщина, - и никогда не была.
- Почему? - удивился Саундерс.
- Работа, - неохотно ответила Моника, - в ДЕА не очень поощрялось
замужество сотрудников-женщин. Она протянула руку.
- Кажется, пойдет дождь.
Саундерс посмотрел на голубое небо, где ярко светило солнце.
- Похоже, - решил согласиться он, - но мы все равно должны ждать.
Высоко в небе показалась стая птиц, летящих на север. Саундерс проводив их
угрюмым взглядом, тяжело вздохнул.
- В северном полушарии сейчас зима, - напомнил он.
- Да, - растерянно сказала Моника, увидев его взгляд. - Птицы полетели, -
сказала она задумчиво. - Дронго - это, кажется, такая птица. Почему именно
"Дронго"?
- Есть такая маленькая птичка, - пояснил Саундеpc, - она строит свои гнезда
высоко в ветвях деревьев. Дронго не боится никого и ничего, смело вступая в бой
с любым пришельцем, осмелившимся нарушить его покой. Однажды в горах Индокитая я
наблюдал бой дронго с двумя беркутами. Это было поразительное зрелище, маленький
дронго не уступал. Вот тогда я решил взять себе это прозвище.
- Ясно, - Моника быстро поднялась со скамьи. - вот и наши хозяева.
К ним направлялся представитель "Интерпола".
- Добрый день, господа, но почему вы не захотели ждать в гостинице? - сразу
упрекнул их подошедший
- Хотели напоследок погулять по городу, - тихо ответила Моника, - все-таки
целый месяц мы были вместе.
- Это было очень неосторожно с вашей сторо
...Закладка в соц.сетях
