Жанр: Боевик
Английский бульвар
...о не собирался мне врать. Алессандро действительно находится в
больнице. И если это так, то почему я должна
волноваться? Человек проявил деликатность, прислав своего знакомого, чтобы
предупредить меня. Он просил меня не
появляться в больнице, чтобы не давать повод журналистам раздуть сенсацию. В
общем, все шло нормально, но я почему-то
волновалась.
Вокруг смеялись люди, громко играла музыка. Я начала улыбаться.
Жизнь уж не казалась мне такой несправедливой. Алессандро любит меня и
доказал это, прислав Цирила. Наверное, он
очень значительный человек, если даже в больнице журналисты и фотографы
стремятся что-то узнать, чтобы сделать о нем
репортаж.
Я вдруг подумала, что ничего не знаю о мужчине, с которым провела ночь на
яхте. Такого со мной еще не случалось. Раньше
я узнавала обо всем подробно, прежде чем согласиться на интимную близость. А
сейчас я словно потеряла голову. Хотя, по
большому счету, нужно поступать именно так. Есть что-то бухгалтерское в наших
расчетах, когда мы взвешиваем, стоит или не
стоит встречаться с тем или иным мужчиной. И мы еще мучаем представителей
сильного пола, пытаясь доказать им, сколь
недостижимым призом является каждая из нас. А может, мы все не правы? Может,
влюбляться нужно именно так, как это
делают мужчины? Увидев красивую женщину, они больше ни о чем не думают. Им важно
добиться ее расположения, и их
мало интересует ее социальное, финансовое положение, вообще все эти детали.
Может, нам, женщинам, тоже стоит так себя
вести? Уметь полностью отдаваться собственной страсти, не раздумывая. Увы, мы
по-другому устроены. У нас так не
получается. Нам нужен постоянный партнер. Мы хотим знать, кого впускаем в свой
мир, в свое лоно. Нам нужны детали,
подробности, частности. Мы должны все знать о своих избранниках. И, наверное,
это тоже правильно. Просто мы совсем
разные люди. Мужчины и женщины. И поэтому я, сидя за столиком, огорченно думаю,
что ничего не знаю о жизни
Алессандро, хотя он знает обо мне еще меньше.
Был одиннадцатый час, когда, выпив чашечку крепкого кофе, я пошла по
направлению к своему отелю. Я так устала, что ни
о чем другом уже не хотелось думать. Приму душ и лягу в постель. А завтра с утра
поеду к Алессандро в больницу. Я не
нарушу его покой. Просто мне нужно убедиться, что с ним все в порядке. Нужно
узнать, как он себя чувствует.
Мимо меня прошли два молодых человека, и один из них, повернувшись в мою
сторону, весело подмигнул. Я улыбнулась
ему в ответ. Такие мальчики для меня слишком молоды. Ему не больше двадцати. Или
я уже чувствую свои годы?
Конечно, нет. Какая глупость. Не хочется об этом думать, но мне уже за
тридцать. Говорят, что женщина после тридцати
становится более раскованной и острее чувствует. Конечно, становится. При одной
мысли, что через несколько лет ты уже не
будешь никому нужна, можно сойти с ума. Если вас будут успокаивать и
рассказывать сказки про Софи Лорен и Элизабет
Тейлор, которые и в пожилом возрасте смотрелись очень неплохо, вы им не очень
верьте. Софи Лорен - единственная в своем
роде, которая сумела сохраниться в старости. А насчет второй я не очень уверена.
Моя бабушка выглядела в свои годы гораздо
лучше, чем распухшая от безделья и алкоголя бывшая красавица Элизабет Тейлор с
непонятной мальчишеской прической и
бесформенной фигурой.
Хочется любви и тепла. Хочется одного мужчину на всю жизнь. Хочется любить
и быть любимой. Возможно, что
Алессандро Куацца как раз тот самый идеал, к которому я пытаюсь приблизиться всю
свою жизнь. Даже если он не захочет
связать со мной свою судьбу - а было бы слишком дерзко даже мечтать о подобном,
- то и тогда он останется лучшим
воспоминанием в моей жизни. Праздником, который всегда будет со мной.
Подходя к отелю, я вспоминаю, как заснула вчера в Сен-Тропе, и улыбаюсь.
Сегодня я буду спать в своей постели. Вернее,
на чужой кровати в отеле "Сплендид", но на эту неделю она стала моей. Я вхожу в
лифт и поднимаюсь на свой этаж. Выхожу в
коридор. У меня хорошее настроение: завтра я поеду к Алессандро. Но чем дальше я
иду по коридору, тем труднее мне дается
каждый шаг.
Внезапно я останавливаюсь. Меня что-то беспокоит. Что именно? Или я выпила
слишком много вина? Нет. Я делаю еще два
шага по направлению к моему номеру. Я уже совсем близко. И вдруг начинаю
понимать, что меня беспокоит. Запах.
Знакомый запах немытого тела, смешанный с запахами морской соли, йода,
лука.
Это запах Джефа, который я уловила сегодня днем. Это его запах. Но что
делает Джеф в моем отеле? Может, он принес
цветы от Алессандро? Я не удивлюсь, если увижу еще один букет в своем номере.
Улыбаясь, я подхожу к двери и достаю
карточку.
В этот момент у меня за спиной кто-то открывает дверь, и я слышу, как с
громким смехом из номера выходит немолодая
парочка. Им лет по пятьдесят.
Оба загорелые, счастливые, довольные. Кажется, немцы.
- Пардон, фрау, - говорит мне мужчина, увлекая свою спутницу.
Я улыбаюсь ему в ответ и вдруг слышу, что в моем номере кто-то делает шаг в
сторону от двери. Здесь нет глазков, но за
дверью явно кто-то стоит и подслушивает. Может, Алессандро выпустили из
больницы? Я хочу открыть дверь, но в последнюю
секунду замираю. Если бы Алессандро приехал из больницы, он не стал бы ждать
меня в номере. И как бы он туда попал?
Никто не даст ему ключи от моего номера. Он вполне мог дождаться меня в холле.
Тогда кто же там?
И почему я чувствую этот острый запах? Нет, мне не нравится, что кто-то мог
открыть мою дверь и спрятаться в номере,
дожидаясь меня. Нет-нет. Мне это решительно не нравится. Рядом с моим номером
находится дверь, ведущая к запасному
выходу, на аварийную лестницу. Я решительно стучу в свою дверь и, сделав шаг,
оказываюсь на аварийной лестнице. Теперь
нужно подождать. Я слышу, как медленно открывается дверь моего номера. Я чуть
приоткрываю дверь в коридор. Тот же
отвратительный запах. Наверное, так пахнут гнилые зубы Джефа. Я быстро бегу по
лестнице. Нужно предупредить портье, что
в моем номере посторонний. Добежав до первого этажа, я выхожу в холл и пытаюсь
отдышаться. До стойки портье несколько
шагов. Я делаю первый...
- Сеньора Ксения! - слышу я за своей спиной знакомый голос.
Это Цирил, который читает газету, сидя в кресле. Он мне и нужен. Я
поворачиваюсь к нему. Позже я думала, какой дурой
нужно быть, чтобы сразу не понять, что делал Цирил в холле моего отеля.
- Что с Алессандро? - спрашиваю я его.
Это главное, что меня волнует.
- Все в порядке, - он убирает газету и делает усилие, чтобы улыбнуться. -
Он просил передать вам привет.
- И больше ничего?
- Нет, - кажется, он удивлен. - Почему вы спрашиваете?
- В моем номере кто-то прячется. Кажется, ваш Джеф, - объясняю я ему.
- С чего вы взяли? - хмурится Цирил.
Он задает мне этот вопрос очень тихо.
- Я почувствовала чужой запах, - пытаюсь объяснить я ему, - а когда
постучала в свою дверь, то поняла, что в номере кто-то
есть.
- С чего вы взяли, что это Джеф? - спрашивает Цирил.
- Не знаю. Но мне показалось, что это был его запах.
- У вас такое хорошее обоняние? - улыбается Цирил. - Пойдемте проверим,
есть ли кто в вашем номере.
- Может, лучше предупредить портье? - делаю я шаг в сторону стойки портье.
- Не нужно! - он цепко хватает меня за руку, и я удивленно оборачиваюсь,
глядя на него.
- Не забывайте, что вы подруга Алессандро Куацца, - напоминает мне Цирил. -
Если о таком скандале узнают журналисты,
ему будет неприятно. Лучше мы сами поднимемся наверх и проверим, кто прячется в
вашем номере.
- Идемте, - соглашаюсь я. Мы идем по направлению к лифту. Мы стоим в холле
и ждем, пока кабина спустится на первый
этаж. Я стою рядом и терпеливо жду. Краем глаза замечаю, как над губой Цирила
выступают капельки пота. Он быстро
вытирает их ладонью. И нетерпеливо смотрит на табло, показывающее движение
кабины. Я смотрю на него и неожиданно
начинаю волноваться.
У меня в комнате есть кто-то посторонний. И я почти убеждена, что это Джеф.
Я почувствовала его запах. Я слышала, как
открывалась моя дверь.
Спустившись вниз, я нашла в холле Цирила. Что он делает в моем отеле?
Неужели пришел только для того, чтобы передать
мне привет? Мог бы позвонить и передать.
Значит так: пока неизвестный находится в моем номере, Цирил сидел в холле.
Дверцы кабины открываются, и Цирил пропускает меня вперед. Я вхожу в
кабину, он идет следом. За нами успевает вбежать
высокий мужчина, который явно торопится и все время смотрит на часы. Уже
полночь, интересно куда торопится этот
незнакомец? Цирил недовольно смотрит на него, но молчит. Пока мы поднимаемся, у
меня есть несколько секунд на
размышление. Значит, Цирил находится в отеле, а в моем номере прячется Джеф. И
теперь мы вместе с Цирилом идем
проверять мой номер.
Господи! Как я раньше не догадалась? Конечно, Цирил и Джеф не хотят, чтобы
я встречалась с Алессандро. Они решили
меня убрать. Не знаю, почему, но они хотят от меня избавиться. Может, им
заплатила бывшая невеста Алессандро, чтобы меня
убрали с ее пути? Как же я сразу не поняла, почему здесь появился Цирил. Как все
это глупо...
Кабина лифта останавливается на четвертом этаже, и незнакомец выходит. Мы
остаемся с Цирилом вдвоем. Он нажимает
кнопку пятого этажа. Я замечаю, что он волнуется. На пятом этаже кабина
останавливается. Цирил выходит первым и ждет,
когда выйду я. Сделав шаг по направлению к нему, я неожиданно нажимаю кнопку
первого этажа. Он не сразу понимает, что
произошло. Я делаю шаг назад, и дверцы лифта закрываются. Цирил слишком долго
ждал.
- Стой! - кричит он, бросаясь ко мне. Но поздно. Створки кабины закрылись,
и я чувствую, как лифт движется вниз. И еще
слышу крики Цирила. И его ругательства. У меня исчезают последние сомнения. Они
хотят от меня избавиться! Им наверняка
заплатили, чтобы не допустить моих встреч с Алессандро. Мне всегда не нравился
Цирил, я чувствовала, что он может предать
своего друга.
Кабина лифта останавливается на первом этаже, и я бегу к стойке портье.
- Мосье, у меня в номере кто-то чужой! - кричу я ему. - Срочно вызовите
полицию! Ко мне залез вор.
Портье растерянно смотрит на меня. Его стойка находится рядом с входной
дверью, и никаких незнакомых лиц он не видел.
Тем не менее он поднимает трубку и что-то говорит. Я нетерпеливо смотрю по
сторонам. Когда же наконец появятся
полицейские? Но вместо них я вижу двоих мужчин, один из которых, очевидно,
сотрудник охраны, а другой менеджер отеля.
- Пойдемте посмотрим, - предлагает один из них.
Он явно пытается меня успокоить. От волнения я не могу произнести ни слова,
а лишь судорожно киваю. Мы направляемся
к лифту, поднимаемся на пятый этаж. Я иду между мужчинами, словно опасаясь, что
на меня может наброситься неведомый
зверь. Мы подходим к входной двери. Менеджер громко стучит. Никакого ответа. Он
стучит еще раз. Опять нет ответа. Он
достает свой ключ и открывает дверь. Мы входим в номер. Менеджер включает свет.
Здесь никого нет. Постель чисто убрана,
все мои вещи на месте. Чемодан стоит рядом со столиком - там, где я его
оставила.
Охранник поднимает жалюзи и выходит на балкон. Опять никого. Он осматривает
шкафы. В них висит моя одежда.
Менеджер проверят ванную комнату.
- Проверьте свои вещи, мадам, - просит он меня.
Я уже и без проверки вижу, что все на месте. Собственно, красть у меня
нечего. Если не считать моего дорогого платья,
которое я вчера купила и которое висит в шкафу. Все мое имущество со мной, кроме
документов, которые я оставила у портье.
- Все в порядке, - говорю я им смущенно.
- Наверное, вы ошиблись, - снисходительно улыбается менеджер отеля.
- У нас иногда случаются подобные инциденты. Гости путают свой этаж, и им
кажется, что в их номер кто-то забрался. Не
волнуйтесь мадам, у нас собственная охрана, и не было ни одного случая воровства
за последние десять лет.
- С чем вас и поздравляю, - говорю я этому самодовольному типу.
Что еще я могу сказать? Рассказать ему о моих отношениях с Алессандро? Или
упорно доказывать, что я слышала, как ктото
открывал мою дверь? Ничего не докажешь. Все равно он решит, что я
сумасшедшая.
- Извините, - говорю я ему, - кажется, я действительно ошиблась.
- Ничего страшного, мадам. Мы всегда рады вам помочь.
Менеджер снисходительно улыбается мне. Я кажусь ему экзальтированной
дамочкой, каких немало на Лазурном берегу в
летний сезон. Он выходит вместе с охранником. И я слышу, как он негромко говорит
своему напарнику:
- У них так всегда. Все время им мерещатся посторонние мужчины.
Они приглушенно смеются и уходят. Я закрываю дверь на все замки.
Приставив стул к двери, я кладу на него чемодан. Если кто-нибудь попытается
сюда войти, нужно будет выломать дверь и
опрокинуть стул с чемоданом. За это время я успею выскочить на балкон и
закричать. Я вхожу в ванную комнату. Мою лицо и
руки. Достаю полотенце, чтобы вытереться, и чувствую отвратительный запах Джефа.
От неожиданности я чуть не плачу. Мне
еще смеют говорить, что здесь никого не было! Он явно вытирал руки или лицо моим
полотенцем! Видимо, сидел и ждал,
когда я приду. Было жарко, а кондиционер он включить не решился, чтобы не выдать
своего присутствия. Поэтому так остро
пахнет его потом: он все время вытирал лицо моим полотенцем. Бросив полотенце на
пол, я беру другое.
Выхожу из ванной и без сил опускаюсь на постель. Если Цирил и Джеф хотели
меня убить, то они могут повторить свою
попытку. И этот индюк менеджер об этом даже не узнает. Мне нельзя здесь
оставаться. Мне ни в коем случае нельзя здесь
оставаться. Нужно снять номер в другом отеле. Если, конечно, получится. Сейчас
август, и все отели переполнены. Но все
равно я должна отсюда уйти. В любом случае я должна покинуть этот номер.
ИНТЕРЛЮДИЯ
Джеф удивился, когда услышал голоса за дверью. Он сделал несколько
осторожных шагов и прислушался. В коридоре
шумела немецкая парочка. Затем раздался громкий стук. Джеф замер, но затем
решил, что нужно открыть. Очевидно, стучали
соседи, громкие голоса которых он слышал. Он подошел и открыл дверь. В коридоре
никого не было. Джеф вернулся и сел на
край ванной. Когда наконец вернется эта русская? Неужели она будет гулять до
утра? Или найдет другую яхту?
Джеф был ограниченным, замкнутым человеком. Ему с трудом удалось найти
подругу, да и та была явно не эталоном
красоты. И сошлась с Джефом скорее на почве пристрастия к легким наркотикам, чем
из-за взаимной симпатии. Вообще
Джефу не очень везло с женщинами. Зато повезло с хозяином. Алессандро Куацца
взял его на работу еще несколько лет назад.
И давал не только деньги. Почему-то хозяину нравилось смотреть, как Джеф спит с
его знакомыми женщинами. Алессандро
платил огромные деньги самым красивым проституткам и топ-моделям, а потом с
удовольствием наблюдал, как роскошные
женщины оказываются в объятиях Джефа. Ему нравилось уступать своих подружек
пахнущему потом и луком Джефу.
Наверное, это был изощренный вид садизма, о котором женщины не подозревали.
Разумеется, они не отказывались: ведь
деньги были уплачены, а им никто не давал гарантий, что они будут спать именно с
хозяином яхты. Но нужно было видеть, как
морщились молодые женщины, оказавшись рядом с этим животным. Джеф был готов на
все ради хозяина.
Он опоздал вчера в Монако не по своей воле. Хозяин приказал найти одного
человека, с которым они должны были
встретиться в Ментоне. Но нужный человек умудрился опоздать, и Джеф, беспокоясь,
что не успеет на яхту, предупредил об
этом свою подружку. Хозяин был в ярости и пообещал убить Джефа, если тот еще раз
его подведет.
Джеф услышал быстрые шаги в коридоре и снова поднялся. Кто-то опять
постучал в дверь. Потом еще раз. Джеф замер в
нерешительности.
- Открывай дверь, - услышал он знакомый голос Цирила.
Джеф сразу впустил напарника хозяина в номер.
- Уходим отсюда, - быстро проговорил Цирил, - она догадалась.
Джеф ничего не понял. Вернее, он не сразу понял слова Цирила. Но тот,
схватив его за руку, выволок в коридор и потащил
за собой к аварийной лестнице.
- Эта сука все поняла, - проворчал сквозь зубы Цирил, спускаясь по
лестнице. - Завтра будем сидеть в машине и ждать, когда
она утром выйдет отсюда. Ты меня понял?
- Ждать всю ночь?
- Если понадобится, то и две ночи, - огрызнулся Цирил. - Это все из-за
тебя. Зачем ты открыл дверь, когда она постучала?
- Я думал, это немцы. Они так шумели.
- Не нужно было думать. Теперь нам нужно ждать, когда она выйдет из отеля.
Идем быстрее, иначе они закроют двери и мы
не выйдем отсюда.
Выйдя из отеля, они направились к автомобилю Цирила, стоявшему чуть в
стороне. Уселись. Цирил достал телефон и
набрал номер Алессандро.
- Добрый вечер, - тихо сказал он.
- Как у вас дела? - поинтересовался Алессандро. - Все в порядке?
- Нет, - ответил Цирил, покосившись на Джефа. - Ничего не вышло. Не
получилось.
- Как это не получилось? - занервничал Алессандро. - Ты с ума сошел? Как у
вас могло не получиться?
- Сорвалось. Но мы находимся рядом с отелем и...
Алессандро выругался. Потом немного помолчал, приходя в себя.
- Делайте, что хотите, но чтобы до завтрашнего утра все было кончено.
Останьтесь рядом с отелем и ждите всю ночь. Нельзя
чтобы завтра утром она попыталась попасть в больницу. Нельзя этого допустить,
Цирил.
- Я все понимаю...
- Ничего ты не понимаешь! - крикнул Алессандро. - Если бы понимал, не стал
бы мне сообщать такую неприятную новость.
В общем, у тебя одна ночь.
Делай что хочешь...
Он отключился. Цирил убрал аппарат, посмотрел на Джефа. Достал из бардачка
пистолет, проверил обойму.
- Ее нужно убить, - твердо сказал Цирил. - Будем сидеть здесь всю ночь.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Я мечусь в своем номере, как в клетке. Потом вспоминаю про телефон.
Можно узнать, в каком отеле есть свободные места. Я поднимаю трубку и снова
кладу ее. Так нельзя. Я ведь юрист по
образованию, должна понимать, что делаю.
Меня можно вычислить. Проверить мои телефонные разговоры и узнать, в какой
отель я звонила. Нет, так нельзя. Мне
нужно отсюда вырваться и найти другое место. Можно взять такси и поехать в
другой город. В Антиб или в Канны. Вообще в
любой город, лишь бы оказаться отсюда подальше. Конечно, мои вещи не пропадут,
но я могу забрать и свой чемодан. Хотя
нет. С чемоданом мне будет сложнее. Нет, нет. Нужно взять только самые
необходимые вещи.
Зубная паста, щетка, косметичка, смена белья. Мне нужно спрятаться только
на одну ночь. Потом я найду Алессандро и все
ему расскажу. Он сам решит, что делать с этим Цирилом. Когда он все узнает, то
примет меры. Может, даже даст мне
телохранителей. Я ему обязательно все расскажу. Пусть знает, чем занимаются
Цирил и Джеф за его спиной. Пусть знает. Я
еще раз осматриваю номер.
В пакете лежит одежда, в которой я была на яхте. Ее можно оставить, она мне
не понадобится. И вообще мне сейчас не до
купальных костюмов. Дура. Называется приехала на отдых. Меня чуть не убили из-за
моей любви к Алессандро, из-за нашей
встречи. Наверное, Цирил не случайно рассказал мне о его невесте. А если это он
организовал нападение на Алессандро на
вокзале в Ницце? Очень может быть. В любом случае Цирил - страшный человек, и
мне нужно отсюда бежать.
Все сложено, и я забираю свою сумку. Жаль, что мое дорогое платье остается
висеть в шкафу. Я смотрю на него некоторое
время, затем пожимаю плечами. Надеюсь, что Цирилу оно не понадобится, а убирать
его в чемодан я не хочу. Я иду к выходу,
потом возвращаюсь. Знаю, что я дура, но по-другому не могу. В такой ситуации
нужно думать о спасении своей жизни. А я
думаю о спасении своего дорого платья. Не хочу я его просто так оставлять в
шкафу. Если Цирил снова появится, он может
порвать его. Из вредности. Или Джеф будет лапать своими вонючими грязными
руками. Нет-нет. Я не оставлю свое платье на
вешалке.
Это не правильно. Я хватаю платье и, сложив пополам, убираю его в чемодан.
Потом убираю туда же новую сумочку и
обувь. Ничего, что платье помнется, потом я его сама отглажу. Но это лучше, чем
если оно останется висеть в шкафу. Чемодан
я закрываю на ключ и на кодовый замок. Теперь не доберутся. Ломать чемодан они
не станут. А выносить отсюда чужой багаж
им не придет в голову. Не такие же они идиоты. Теперь им не добраться до моего
платья.
Я знаю, что должна думать совсем о других вещах. Но так уж мы, бабы,
устроены. Для нас дорогое платье - это совсем не
мелочь, а важная составляющая жизни. Взяв сумку, я направляюсь к выходу. Ну
почему в американских фильмах все так
легко, а мне приходится так трудно? Можно позвать кого-нибудь снизу, чтобы
забрал мою сумку и вызвал такси. Это лучше,
чем самой выходить из номера, рискуя нарваться на этих бандитов. Я поднимаю
трубку и звоню в службу багажа. Довольно
долго никто не отвечает. Уже за полночь, и они, наверное, отдыхают. Наконец мне
отвечает портье.
- Я вас слушаю, - говорит мне портье.
Именно он взял трубку. Видимо, телефон переключен на него.
- Пусть кто-нибудь поднимется ко мне за багажом, - прошу я портье и слышу
привычное: "Сейчас пришлю, мадам".
Наверное, портье, положив трубку, недовольно говорит: "Опять эта
сумасшедшая русская чего-то хочет".
Ждать пришлось долго. Минут десять, если не больше. Наконец появляется
мальчик лет восемнадцати. Лучше бы они
вообще никого не присылали.
Мальчик берет мою сумку, и мы идем к лифту. Я держусь в середине коридора,
готовая броситься бежать, едва увидев когонибудь
из моих знакомых. Но никого нет. Когда мы подходим к лифту, створки двери
неожиданно открываются, и я вижу как
оттуда выходит незнакомец. Я испуганно шарахаюсь, едва не сбив с ног мальчика,
который несет мою сумку. Он изумленно
смотрит на меня. Наверное, будет потом рассказывать менеджеру, какая я идиотка.
Но мне уже все равно. Мы спускаемся вниз,
и я забираю свой паспорт.
- Чек аут? - уточняет портье, решив, что я уезжаю.
- Нет.
Хорошо, что я знаю французский и английский. В этой ситуации мое
единственное спасение - знание языков.
- Мои вещи остались в номере, - объясняю я ему, - и мне нужна машина. Такси
на вокзал.
- Извините, мадам, - говорит мне удивленный портье, - но вокзал уже закрыт.
Поезда не ходят после часа ночи.
- Все равно вызовите, - настаиваю я. Мне нельзя здесь оставаться в любом
случае.
- Куда вы поедете, мадам? - уточняет портье.
Кажется, он очень удивлен.
- В Канны, - выпаливаю я первое, что приходит мне в голову.
Очевидно, такой ответ его устраивает. И он поднимает трубку, чтобы вызвать
машину. Я сижу в холле и жду, когда подъедет
такси. В отличие от мальчика, который поднимался с первого этажа на пятый более
десяти минут, такси подкатывает к отелю
уже через две минуты. Мальчик берет мою сумку, и мы идем к машине. Я выхожу из
отеля и пугливо оглядываюсь. Никого
нет. Улица пуста. Я усаживаюсь в такси, дав мальчику чаевые - десять франков.
Кажется, он не очень доволен. Наверное, за
ночное обслуживание у них принято давать больше. Но в том случае, если они
появляются вовремя. Я говорю водителю, парню
лет двадцати пяти:
- В Канны.
Он даже не спрашивает, куда именно. Это потом я поняла, почему он не
спросил. Канны на самом деле маленький поселок,
в нем всего несколько улиц.
Он легко трогает машину с места. На всякий случай я оборачиваюсь. Никого.
Хотя на другой стороне улицы тронулась
какая-то машина. Или мне показалось?
Довольно быстро мы выезжаем на трассу. Дорога между Ниццой и Каннами тоже
особенная. Такое ощущение, что часть
дороги пробита внутри скалы.
По обеим сторонам возвышаются холмы. Мы несемся на большой скорости в
сторону Канн. Я все время смотрю назад, но
там мелькают фары разных автомобилей, и какой из них был у отеля мне трудно
отсюда различить. Откуда я знаю, кто за нами
едет. Ночью по трассе много машин.
- Куда вас отвезти? - спрашивает водитель, когда мы подъезжаем к городку.
- В отель, - поясняю я ему, глядя на часы. Уже второй час ночи.
- Какой отель? - улыбается водитель. - "Мажестик"? "Мартинез"?
"Карлтон Интерконтиненталь"? Или "Нога Хилтон"?
Ну откуда я знаю, какой отель мне нужен. В любом случае мне понадобится
номер до утра. Зачем мне дорогой отель?
- Мне нужен недорогой отель. В Каннах есть трехзвездочные отели?
- В Каннах все есть, - улыбается молодой человек, направляя машину в
сторону вокзала.
Мы подъезжаем к небольшому зданию, и он, оставив меня в салоне автомобиля,
идет в отель. Я невольно оглядываюсь по
сторонам. Интересно, куда он меня привез? Что это за отель? Кажется, какая-то
ночлежка. Убежав от Цирила, я могу нарваться
на бомжей или наркоманов. Куда он меня привез? Я смотрю по сторонам и вдруг с
ужасом замечаю, как к такси подъезжает
другая машина. Я его слишком хорошо знаю, чтобы спутать. Это "мерседес" Цирила.
Они следили за мной все время, двигаясь
от самой Ниццы! Машина останавливается. И в этот момент я резко открываю дверцу
и вываливаюсь из машины. У меня нет
времени ждать, пока меня убьют. Я бегу за ближайший дом и неожиданно слышу треск
разбиваемого стекла. Это еще что
такое? Они бросаются в меня камнями? Совсем с ума сошли? Я оборачиваюсь и вижу,
что Цирил целится в меня из пистолета с
длинным дулом. Ну надо же быть такой дурой! Он стреляет в меня из пистолета с
глушителем, поэтому выстрелы и не
слышны. Цирил стреляет еще раз, и пуля едва не задевает мое ухо.
Мое счастье, что этот подонок плохо стреляет. Говорят, что талантливый
человек талантлив во всем. Наверное, бездарный
также бездарен во всех своих проявлениях. Если в меня не может попасть с
расстояния в двадцать метров.
Представляете, о чем я думала в такой момент! На бегу, задыхаясь. Обувь мне
мешает, но снять ее на ходу не могу. Забегаю
за следующий угол и мчусь дальше.
Пусть они меня найдут! Когда я была студенткой, то брала призы по легкой
атлетике. И хотя сейчас у меня одышка и я
сильно располнела, тем не менее некоторые навыки остались. Я успеваю снять обувь
и бросить ее в сумку. Я бегу изо всех сил,
просто лечу над тротуаром. Почему в этих чертовых Каннах нет полицейских. Куда
они все подевались?
Я забегаю еще
...Закладка в соц.сетях
