Абзац: Полный самый		URL: https://lib.co.ua/novel/smitdgoan/prizrakiproshlogo.jsp

	Призраки прошлого
	Аннотация
 	Новые романы Джоан Смит переносят читателя в Англию прошлого века. Сочетая в себе лучшие черты любовно-сентиментального жанра, эти романы отличаются увлекательным сюжетом, интригой, психологически достоверными образами романтических героев, что дает основание предрекать успех новому сборнику популярной писательницы.

	ГЛАВА ПЕРВАЯ 	— Еще один визит, папа? — спросила она. 	— И не совсем обычный визит, — ответил он, не скрывая возбуждения. 	В шестьдесят лет, несмотря на седину, он все еще сохранял бодрость. Черные брови и здоровый цвет лица делали его моложе своих лет. Элегантность высокой стройной фигуры подчеркивал великолепного покроя сюртук тончайшего сукна. Мистер Вейнрайт уделял своей внешности особое внимание — и все из-за постоянных визитов к влиятельным особам. Нельзя же было выглядеть пугалом, если тебя приглашают герцоги и графы. Чарити не раздражала щеголеватость отца, так как это держало его в форме. 	— Куда же на этот раз? — поинтересовалась она с притворным энтузиазмом. 	— Угадай! — ответил он игриво. — А я посмотрю, обладаешь ли ты психологическим чутьем. 	— Уж не Лонглит ли? — воскликнула она. Психологическое чутье здесь было не при чем — отец давно мечтал о приглашении в этот дом. 	— Лучше! 	— Не знала, что существует, дом, который интересует тебя больше, чем Лонглит. 	— Если и есть такой, то это только Кифер Холл. Так как лорд Мертон не интересуется спиритизмом, я уж был совсем потерял надежду. 	— И вот теперь получил приглашение, да? Ну, отец, ты становишься знаменитостью. 	Она намеренно допустила это преувеличение и была вознаграждена сияющей улыбкой. На этот раз он не прятал ее за выражением ложной скромности. 	— Должен признать, что моя известность понемногу растет. Если Бог наградил талантом, надо делиться этим даром с другими. Наверное, графиню заинтересовала моя последняя статья. Приглашение прислала графиня, но лорд Мертон конечно в курсе дела, без его одобрения она бы этого не сделала. Мой трактат о призраке в Редли Холл прочел весь свет, и он был одобрен. Ничто так не пленяет воображения, как таинственная смерть молодой красивой женщины. На леди Монтегью произвела большое впечатление моя работа с призраком темнокожего монаха в развалинах старого аббатства в Болье. 	— Да, папа, помню Болье отлично. А что волнует обитателей Кифер Холла? Кто их беспокоит? Призрак рыцаря Нэгга? 	В каждом деле есть свои звезды. Любители алмазов наизусть знают трагическую легенду о Кохиноре. Членам Клуба Завсегдатаев Скачек известны имена Голдолфин Барб, Биерли Терк и Дали Арабиан. Для тех же, кто увлекается потусторонним миром, самыми яркими звездами всегда были Зеленая Леди в Лонглите и Нэгт — призрак доблестного воина из Кифер Холла. 	— Не думаю, — проговорил Вейнрайт, сосредоточенно перечитывая письмо. — Кажется, там появился новый призрак, это не знаменитый рыцарь и не поющая монахиня, о которых мы столько читали. Сочту за честь заняться новым пришельцем и разгадать загадку для графини, если это будет в моих силах. — Скромное если это будет в моих силах было сказано для формы. Когда мистер Вейнрайт брался за дело, касающееся призраков, он всегда выходил победителем. 	Мистер Вейнрайт не претендовал на роль заклинателя, изгоняющего привидения или чего-то в этом роде. Просто он обладал даром настраиваться на волну духа и мог, войдя в дом, тут же объяснить владельцу, кто гремел дверьми или стонал по ночам, или выглядывал из темных углов, до смерти пугая обитателей имения. Казалось, он обладал способностью вступать в контакт с этими призраками, выяснять, чем они недовольны и обсуждать с ними вопросы с позиций разума, как если бы они были живыми людьми. Вейнрайт считал, что раз однажды они были людьми, то не должны были претерпеть духовные изменения, хотя их физическая оболочка и перешла на другой уровень существования. И ему всегда удавалось умиротворить призрак и даже снискать его расположение в пользу обитателей поместья. 	Чарити удивляло, как часто возникали добрые отношения между хозяином дома и призраком. Как правило, люди не стремились отделаться от пришельца из потустороннего мира, просто хотели узнать, кто это и почему он явился именно к ним. Сама она не обладала талантом отца и никогда не видела призраков. Она даже где-то в секретных уголках души прятала сомнения, что они вообще существуют, это сомнение не развеяли некоторые действительно странные вещи, которые ей приходилось иногда наблюдать, работая с отцом. Но у нее не было ни малейшего сомнения, что он искренне верит в духов. Вся его жизнь вращалась вокруг этой страсти. Отец являлся основателем Общества по Изучению Перевоплощений. В периоды, свободные от посещения домов, куда его приглашали для установления личности духа, он копался в пыльных томах, изучая феномен от истоков, стараясь найти ему объяснение. Он познакомился с историей всех известных призраков Англии, и с многими из них был на короткой ноге, называя их по именам. 	Обширные познания мистера Вейнрайта, естественно, вызывали к нему глубокое уважение клиентов. 	— Опять старина Том разбушевался? — спрашивал он, например, леди Джон Муллинер, едва лакей вводил его в салон. 	— Как вы узнали, что его зовут Том? И откуда вам известно, что он опять беспокоит нас? — пыталась выяснить хозяйка. 	До визита к Муллинерам Чарити видела, как отец читал о Томе, призраке садовника из поместья Англемер. В 1763 году Тома застали в интимной сцене с дочерью владельца дома и застрелили на месте, попав в самое сердце. Зачем было леди Джон вызывать спирита, если бы призрак Тома опять не начал ее беспокоить? 	— Чувствую интуитивно, — скромно отвечал мистер Вейнрайт. 	В подобные минуты Чарити понимала, что отец мошенничает. Однако в другое время нельзя было не согласиться, что он действительно обладает таинственной силой. Часто он говорил о призраках то, что нигде не читал. И никто не мог поставить ему подобные сведения. Последующее изучение истории дома подтверждало его теории. 	Однажды Чарити сопровождала его в поездке в Сент Мартин Прайори. Он прошел на чердак и сказал: 	— Молодая женщина, несчастная в любви. Ее запирали здесь, но умерла она в другой комнате. 	— Совершенно верно! — Сэр Гарольд Мортон воскликнул тогда. — Господи, помилуй, Вейнрайт, вы не могли нигде об этом прочитать, я сам узнал об этой истории только в прошлом месяце. Мисс Харли отравили в ее спальне. Мы недавно обнаружили ее дневник здесь, под полом, на чердаке. Когда я достал его, стали слышаться стоны, шаги по ночам. Эта комната находится под нашей спальней, моя жена очень встревожена. 	— Должны быть еще письма, — сказал отец. 	— Да! Мы нашли небольшую связку — шесть писем. Жена куда-то их убрала. Они представляют большую ценность. 	— Ваш призрак хочет, чтобы вы вернули письма. Они от ее возлюбленного. Дух не обладает большой силой, он очень древний, конец семнадцатого века, как мне кажется. 	— Письма датированы 1690 годом. 	— Положите письма на место, и леди не будет вас беспокоить. Я попрошу ее не трогать конверты и не тревожить вас. Духи тоже не вечны, кроме того у них много работы в их мире. 	Сэр Гарольд положил письма на место, и о призраке скоро забыли. 	— Вы уверены, отец, что лорд Мертон одобряет ваш визит? — спросила Чарити. По опыту она знала, что негостеприимный хозяин может испортить им пребывание в доме. 	_ Почему он может не одобрить? Его мать называет 	дело крайне неприятным, доставляющим массу хлопот. Она настаивает, чтобы я приехал как можно скорее. Похоже, что они сами побеспокоили духа. Часто духи не переносят, когда в доме производят перестановки, перестройки и тому подобное. 	— Где находится этот Кифер Холл? — спросила Чарити, прикидывая, долгой ли будет поездка. 	— В Хемпшире, всего шестьдесят миль отсюда. Ближайшая деревня — Истли — в двух-трех милях от Кифер Холла. Если выехать завтра утром, то к обеду доберемся до местной гостиницы, а к вечеру будем в имении и сможем осмотреть его. 	Дочь ничего не возразила, хотя подумала, что раз Кифер Холл так близко, можно было бы пообедать там. Отец не любил начинать представление с прозаических вещей. Он бы не одобрил слова представление, но с течением времени определенная театрализация неизменно сопровождала его работу. Мистер Вейнрайт обычно приезжал в своем черном экипаже с вензелем Общества по Изучению Перевоплощений, напоминавшим герб старинного благородного рода. Четверка ухоженных черных лошадей, отлично гармонировавших с каретой, усиливала впечатление внушительности. 	Мистер Вейнрайт был одет в черный вечерний костюм, поверх которого была накинута черная пелерина на белой атласной подкладке, развевавшаяся за его спиной при быстрой ходьбе. В руке он держал черную трость с серебряным набалдашником, завершавшую облик мага, явившегося дать сеанс чудодейственного волшебства. Ему нравилось слышать за спиной возгласы изумления, когда он направлял серебряный набалдашник на угаданное место и важно изрекал: 	— Здесь. Отсюда появляется призрак. Вас посещает недобрый дух, миледи, — жертва убийства! 	Не прошло и полгода, как отец Чарити оставил службу в Парламенте, занялся спиритизмом, отдавая ему все время. 	Вечером Чарити достала справочник Пэры Англии, Шотландии и Ирландии и занялась родословной семейства Мертонов. Она обнаружила, что Кифер Холл — родовое имение — когда-то принадлежал Декастеланам. Кроме графини Мертон, урожденной леди Анны Кастерс, в семье было два сына: старший Джон (граф Мертон) и его младший брат Льюис (виконт Уинтон). Несложные арифметические подсчеты позволили определить возраст братьев — тридцать и девятнадцать лет соответственно. Упоминания об их женах в справочнике не содержалось. Учитывая это обстоятельство, она отобрала наряды с особой тщательностью. 	— Как ты думаешь, папа, мне понадобится платье для верховой езды? 	— На этот раз нет, дорогая. Но не забудь захватить новый вечерний наряд. Уверен, что придется присутствовать на вечере или приеме. 	Отцу был хорошо известен этикет, и Чарити оставалось только повиноваться. В письме подобные сведения не содержались, но предвидение никогда его не подводило. Кроме дара общения с призраками, у него были и другие оккультные способности. Чарити была счастлива слышать, что будет присутствовать на приеме или балу. 	В Лондоне они проводили так мало времени, что не было надежды найти хорошую партию в столице. Оставалось попытаться забросить невод в тех водах, куда влекла отца его страсть. Хотя мисс Вейнрайт нельзя было назвать несравненной, но и дурнушкой она не была. Вьющиеся каштановые волосы красиво обрамляли ее милое личико в форме сердца, особое очарование ему придавали голубые глаза, прямой носик и ровные зубки, сверкавшие белизной, когда она улыбалась. Стройная фигура и изящная манера, получившие особый лоск от частого общения с высокопоставленными особами, дополняли ее природные прелести. Несколькими обещающими знакомствами пришлось пожертвовать в угоду ненасытному влечению отца. Он не знал усталости в погоне за новыми духами и успевал завершить работу в очередном имении, прежде чем Чарити удавалось получить предложение руки и сердца. В скорости маневрирования она значительно уступала мистеру Вейнрайту. 	На следующее утро они выехали в Кифер Холл. 	— Что?! Ты пригласила этого старого шарлатана, которому кажется, что он умеет беседовать с призраками? — воскликнул лорд Мертон, не скрывая отвращения. 	— Он не шарлатан, Джон, — ответила спокойно леди Мертон. — Напротив. Леди Монтегью отлично отзывается о его способностях. 	— Леди Монтегью — старая склеротичка, ей нечего делать, так она вообразила, что видит призраков. 	— Всем хорошо известно, что в Болье обитает призрак темнокожего монаха. Все видели его. 	— Я его не видел, хотя бывал там десятки раз, — не унимался Мертон. 	— Ты никогда ничего не замечаешь, — раздраженно ответила мать. 	— Клянусь всеми святыми! Охотник за призраками! Этого еще не хватало! Вот уж будет потеха! Наконец-то мы взглянем на Нэгга, — воскликнул виконт Уинтон. Затем, вспомнив о своей роли, он обратился к Мертону с сардонической гримасой. — Не упусти случай, Джон. Есть такие чудеса на свете, что... что... — он замолчал: Шекспира Льюис знал гораздо хуже, чем Байрона. 	— Осел! — вспылил Мертон. — И, ради Бога, сними с шеи эту идиотскую тряпку, ты похож на тренера с ипподрома. 	Сыновья мало походили на мать. Леди — маленькая, некогда красивая блондинка — со временем увяла и превратилась в капризную раздражительную даму. Они же оба были высокие и темноволосые. Льюис был интереснее брата. В девятнадцать его наиболее яркой чертой были ясные большие голубые глаза, горевшие неземным светом и часто принимавшие мечтательное выражение. При взгляде на старшего можно было легко представить, как он будет выглядеть лет через десять, когда юношеская округлость лица уступит место твердой линии подбородка и более прямому очертанию носа и, когда, возможно, он сочтет нужным избегать лишней пестроты в одежде. Голубой в белых горох шелковый платок, небрежно повязанный вокруг шеи, никак не гармонировал с красным в золотую полоску жилетом. Короткому до талии сюртуку дорогого сукна придавали нелепый вид огромные медные пуговицы величиной с блюдце. Только молодость и гармоничное телосложение не давали ему выглядеть законченным шутом. 	— Мне показалось, что кто-то опять прошел в холле. Тебя не беспокоят эти шаги, мама? — спросил Мертон. У Нэгга была досадная привычка шагать по Оружейной комнате и греметь оружием, что доставляло массу беспокойства обитателям особняка. 	— Почему меня это должно беспокоить? — отрезала она. — Это происходит постоянно, сколько я себя помню в этом доме. 	— Пол неровный. Надо заняться им. Если не Нэгг, то что заставило тебя пригласить этого Вейнрайта? 	— Я тебе уже три раза говорила, Джон, что призрак повадился ходить в мою спальню. Уже месяц я не сплю ночами. 	— Могу заверить, мама, что на самом деле беда совсем в другом: у нас очень старый дом, где все скрипит и скрежещет, и ветер воет в трубах. 	— Да нет же, совсем не это! Кто-то подходит к окну ночью. 	— Задерни портьеры, — сказал он твердо. 	— Я их задергиваю, а она их открывает. И она... она иногда выходит из платяного шкафа, — в голосе леди Мертон звучало крайнее волнение. 	Джон еле удержался, чтобы не сказать помешалась, как заяц в марте. Последнее время мать стала, особенно мнительна и легко уязвима. Она сменила общество портнихи на постоянную компаньонку — мисс Монтис, которая раньше убирала комнаты наверху. Это говорило о том, что госпожа либо переживает приступ одиночества, либо чем-то очень напугана. Она стала также часто встречаться с Сент Джоном, местным священником. Несомненно что-то ее очень беспокоило. Конечно, надвигалась старость. Если уж ей захотелось пригласить спирита, пусть — большого вреда от этого не будет. Он, Мертон, намекнет ему, чтобы справился с призраком побыстрее, заплатит десять гиней, и дело с концом. 	— Когда он явится? — спросил он. Сегодня к ночи, часов в одиннадцать. 	— Одиннадцать?! Чертовски невежливо являться в гости в это время. 	— Тебе необязательно их встречать, Джон. Я приму мистера Вейнрайта и его дочь, позабочусь, чтобы их хорошо устроили. 	— Господи! Он путешествует со всем семейством? — удивился Джон. 	— Только с дочерью. 	— С дочерью? — заинтересовался Льюис 	— Мисс Вейнрайт помогает ему в работе — ведет записи его находок, — объяснила леди Мертон. 	— А затем папаша прописывает их в журналах на потеху публике, — проворчал Мертон, заранее не одобряя, что весь мир узнает о глупости его матери. 	— Хорошенькая? — спросил Льюис. 	— Леди Монтегью говорила, что она доброе создание. 	Джентльмены обменялись многозначительным взглядом. Мертон перевел: Уродина. Некрасивых девушек всегда называют добрыми созданиями. 	В теории любая леди, хотя бы немного не дотягивающая до совершенства, не представляла интереса для Льюиса. На практике он был гораздо менее требователен. 	— Жаль, — заметил он. — Сколько ей лет? Мертон предостерегающе посмотрел на него и покачал головой. 	— Не собираешься же ты волочиться за каждой босячкой? Этого нам только не хватало — чтобы ты опозорил нашу семью из-за дочери какого-то шарлатана! 	— О чем он говорит, тысяча чертей? — обратился Мертон к матери. 	— О, это что-то о птице, кажется, альбатросе, и море. Подумай, как странно: кругом вода, а матросы умирают от жажды. 	— Оба невежды, — пробурчал Льюис; его раздражала неосведомленность в литературе его семьи. — Ничего вы не понимаете. Это аллегория — о грехе и искуплении и очищении души. Альбатрос — символ. Интересно, предания о Нэгге — тоже аллегория? Надо будет поинтересоваться у мистера Вейнрайта. Мне кажется, что Нэгг... 	— Пожалуйста, сделай так, чтобы он замолчал, — взмолилась леди Мертон, обращаясь к старшему сыну. 	— Заткнись сейчас же, — цыкнул Мертон на брата. — У матери от тебя мигрень. 	— Ну, что ж. Не буду беспокоить ваши недоразвитые умы литературными иллюзиями. Но за призраками погоняюсь с превеликим удовольствием. 	Мертон поднялся. 	— У нас много работы, Льюис, — поместье в десять тысяч акров не присматривает за собой само. Пора тебе начать учиться как распоряжаться хозяйством. Если не дается высшее образование, займись сельским хозяйством — недалек тот день, когда придется управлять собственным наделом. Мне хватает хлопот с Холлом. Съезди на восточный луг. Уоллис стрижет сегодня овец. Посмотри, не нужно ли послать к нему на помощь пару работников. И проследи заодно, чтобы очистили амбар для новой шерсти. Я буду у себя в конторе. 	Льюис сразу помрачнел и процитировал: 	— Счастлив тот, кто... обрабатывает землю предков, погоняя быков, которых сам взрастил. Так, Джон? Завидую твоей непритязательности — тебе доступны простые радости. 	— Ты пропустил лучшую часть этих строчек из Горация — ...свободен от корысти. И да будет тебе известно, что я выращиваю не быков, а овец. 	— Какая разница? И те и другие отвратительно пахнут. 	— Быков не нужно стричь. 	Выбежав из дома, Льюис повеселел. Раз можно было исполнять хозяйственные обязанности, разъезжая верхом на лошади, жаловаться рано. Даже поэту нужен здоровый дух в здоровом теле. Если сидеть постоянно согнувшись над книгой, крепкое тело не наживешь. Он захватил ружье, чтобы подстрелить парочку зайцев к обеду. 	Леди Мертон осталась одна в гостиной. Волнения одолевали. Она понимала, что Джон не принимает ее страхов всерьез, но ведь она их не выдумала. Если бы он знал о ее прошлом! Там было достаточно событий, чтобы напугать любого смельчака. Теперь ее судьба вернулась к ней и не дает покоя. Нельзя было так поступать с Мег. Викарий сказал, что судьба дает ей шанс загладить грехи и предстать перед Создателем с чистым сердцем. Да, именно так следует к этому относиться — как к возможности исправить прошлое.
URL: https://lib.co.ua/novel/smitdgoan/prizrakiproshlogo.jsp