Абзац: Полный самый		URL: https://lib.co.ua/novel/portermargaretevans/derzkiypoceluy.jsp

	Дерзкий поцелуй
	Аннотация
 	Красота, очарование, титул, блестящее воспитание — отличный "товар" на лондонской ярмарке невест, куда юная леди Лавиния Кэшин отправилась с единственной целью — найти подходящего жениха, чтобы спасти разорившуюся семью. Однако никакие доводы рассудка не могут удержать девушку от любви — страстной, безумной любви к знаменитому авантюристу Гаррику Армитиджу, совершенно не подходящему на роль "выгодного мужа". Лавиния из последних сил пытается противостоять обаянию этого опасного человека, но воля ее слабеет с каждым его дерзким поцелуем...

	Пролог 	Остров Мэн, сентябрь 1793 года 	Пора домой, подумала Лавиния Кэшин. Серые тучи уже заволокли гору Снейфелл. И если она не поторопится, то промокнет до нитки. Перед тем как сесть на пони, она засунула в петлицу куртки веточку цветущего вереска и молодой усик плюща. 	Фиолетовый цветок, похожий на колокольчик, оторвался, и она смахнула его со своей юбки грязно-коричневого цвета, связанной из шерсти логтанских овец. Раньше юбка принадлежала ее сестре, и местами ткань истончилась, но все прорехи были аккуратно заштопаны. Красная куртка для верховой езды, хотя ее ушили и укоротили рукава, была ей все же велика в плечах — ведь раньше она принадлежала ее брату. 	Старое кожаное дамское седло — еще одна семейная реликвия — заскрипело под ней. 	— Шагом, Фаннаг. — Затем, понимая, что теперь ей не скоро выпадет возможность поговорить на родном языке, добавила: — Нам некуда спешить. 	Животное осторожно ступало по горной тропе мимо заброшенного сельского дома на острове Мэн. В полях, окруженных развалинами каменных стен, жнецы косили овес и ячмень — была середина урожая, самое горячее время на острове. 	Сильный порыв ветра растрепал гриву Фаннага и темные локоны Лавинии — невозможно было сказать, чьи волосы были более непослушными и спутанными. Это короткое путешествие по холмам и горным долинам навеяло на нее грусть — ведь больше она не сможет так беспечно относиться к своей внешности. 	Она подъехала к каменистому мысу, увенчанному замком, который много веков назад построили ее предки, и настроение ее испортилось. На ступеньках крыльца, удобно устроившись, сидели ее родители и брат. Ее сестра сидела перед ними на складном стульчике — карандаш в ее руке летал по альбомному листу. 	Китти — талантливая художница — работала над прощальным подарком для Лавинии. 	— Ездила на Снейфелл? — спросила она. 	— Только до вершины Норт-Баррул, не дальше — гроза надвигается. Ты еще не закончила? 	— Без тебя это невозможно. Это семейный портрет, мы все должны быть на нем запечатлены. 	Лавиния спешилась и повела пони по заросшей лужайке к семье, сидевшей на ступеньках. Ее отец изучал Мэнкс меркъюри, еженедельную газету, продававшуюся на острове; он машинально гладил по голове бесхвостую кошку, растянувшуюся возле его ног. Мать разбирала содержимое корзинки, сортируя и связывая в пучки увядшую полынь и ромашку, пижму и чернобыльник. 	Керрон сидел развалясь на нижней ступеньке. Увидев сестру, он насмешливо произнес: 	— Мы боялись, что в холмах тебя поймали тролли. 	— Я стараюсь держаться подальше от этих человечков, — ответила она, подстраиваясь под его шутливый тон. — Как только замечу их красные шапочки, бегу прочь изо всех сил. 	— Лонду, — позвала ее Китти, — не позволяй Фаннагу опускать голову. И постарайся не выглядеть такой мрачной. 	— Ничего не могу с собой поделать. Завтра в это время отец и я отправимся в Англию. Dys Sostyn, — повторила она про себя на мэнкском диалекте. 	Задохнувшись, Китти отложила карандаш. Она достала платок и кашлянула в него. Ее родители встревоженно переглянулись. 	— Сегодня ей хуже, — покачал головой лорд Баллакрейн. 	— Я набрала тысячелистника, — ответила его жена. — Он помогает от слабой груди не хуже, чем микстуры доктора, и ничего не стоит. 	— Скоро у нас будет достаточно денег, чтобы заплатить за ее лечение, — заметил отец. — И на то, чтобы послать Керра в университет. Шерстопрядильная фабрика работает без остановки; за груз шерстяных тканей в Ливерпуле дадут хорошую цену. И до конца года наша Лонду выберет одного из самых достойных неженатых джентльменов Лондона. 	Насчет последнего предсказания Лавиния не была уверена. 	Их поездка в Англию была дорогостоящим предприятием; и ее целью должна стать ее свадьба с богатым джентльменом. Но Лавинию беспокоило то, что ее семья непоколебимо верила в ее красоту. Сама о себе она была другого мнения. Окончив школу, она гуляла по округе скорее как бродяга, а не как дочь лорда. Хуже того, у нее не было приданого! Брат и сестра утверждали, что красота Лавинии компенсирует этот неприятный недостаток, но она в это не верила. В будущем о ней будут судить по стандартам Лондона, а не Мэна. 	Ее отца, чьи предки были кельтами, можно было назвать одним из смуглых аборигенов острова; ее белокожая мать могла бы проследить свою родословную до вторжения викингов. От отца Лавинии достались густые черные волосы, спадавшие по спине крутыми локонами, а от матери — белая кожа и светло-серые глаза. Двойняшки — ее брат и сестра — сходились на том, что такое сочетание привлекательно и уникально. Лавиния была с ними не согласна. 	— Если никто не женится на мне, что будет с нами? — размышляла она вслух. — Мы даже не сможем сохранить замок. 	Отец улыбнулся уверенно и гордо заявил: 	— На балах в Рэмзи, Дугласе и Кэлстауне у тебя не было недостатка в партнерах. В Лондоне будет то же самое, — улыбнулся он. — Поверь, у тебя будет множество поклонников. 	Ради своей семьи она надеялась на это, поскольку все они зависели от нее. 	Ее мать покопалась в корзинке и вынула оттуда веточку. 	— Сегодня ночью положи это под подушку, и тебе приснится твой будущий муж. 	Лавиния взяла веточку тысячелистника и добавила ее к вереску и плющу, украшавшим ее куртку. 	Найдет ли она счастье и любовь в браке по расчету? Она считала, что надеяться на это не стоит. Жених, который действительно любит свою невесту, рассуждала она, в первую брачную ночь будет добрым и ласковым. Но если супруги едва знакомы и их брак — это просто сделка, тогда рассчитывать на любовь не приходится. 	Она оставила эту неприятную мысль и стала смотреть на береговую линию, которая почти девятнадцать лет была границей ее маленького мира. Сильный порыв холодного влажного ветра пробрал ее до костей. Уши Фаннага дернулись, и он нерешительно взмахнул хвостом. Она потрепала его по шее, чтобы подбодрить, хотя и сама была бы рада, чтобы кто-нибудь утешил ее. 	У нее крепкая семья, их сплотили бедность и несчастья. Ее родители преданы друг другу. Двойняшки, мало похожие друг на друга внешне и по характеру, — ее лучшие, самые надежные и верные друзья. Она знала, что Керр, привлекательный, остроумный, очень завидует ей; он не может дождаться, когда придет его черед совершить то путешествие, в которое она отправлялась сейчас. Китти, домашняя, болезненная девушка, жалела ее, но старалась не показывать своих чувств. 	Лавиния знала, что судьба ждет ее где-то в другом месте — ей говорили об этом всю жизнь. Однако она даже не представляла себе, как сильно будет болеть ее сердце в эти последние дни перед отъездом. 	По затянутому облаками небу пронесся черный дрозд. 	— О, смотрите! — закричала она. — Это дрозд Лонго — он хочет со мной попрощаться. 	Жалобная песнь птицы и правда звучала как прощание, и от этого окончательного приговора она загрустила еще сильнее.

	ЧАСТЬ I 	Целуя, ты даешь иль принимаешь?
URL: https://lib.co.ua/novel/portermargaretevans/derzkiypoceluy.jsp