Жанр: Любовные романы
Лабиринт отражений
...ца
стола.
— Нет-нет, все в порядке.
— Ты побледнела как полотно.
— На какую-то долю секунды мне показалось, будто я вспомнила ту ссору,
но...
Пиппен не сводила с нее пристального взгляда.
— И это все?
— Да, все. Я даже не могу припомнить, по какому поводу мы ссорились.
Тетя Пиппен... — она смотрела невидящими глазами на тарелку, бесцельно
выводя вилкой круги на скатерти, — скажите, Рослин рисовала кружочки
над буквой i вместо точек?
Пиппен испуганно вскинула глаза:
— Да... Точно, теперь я припоминаю.
Не думая о том, что делает, Джули с силой надавила на вилку так, что зубцы
погнулись. Она поспешно засунула вилку под свою тарелку, чтобы никто не
увидел.
Пиппен снова заговорила, размышляя вслух:
— Но, с другой стороны, ты делала точно так же. Вообще поразительно,
сколько сходства было между вами. Вы практически все делали одинаково. Как
только одна заболевала, тут же заболевала и другая. Если у одной появлялась
какая-нибудь новая привычка, другая тут же ее подхватывала. Так получилось и
с этим кружочком вместо точки. Ты начала первая, а Рослин моментально
подхватила. Знаешь, судя по тому, что я читала о близнецах, идентичные
почерки встречаются крайне редко. Порой разница в почерках — это
единственный признак, по которому можно различить близнецов. Но с вами все
получилось не так, как в книжках. — Взгляд ее внезапно стал острым и
цепким. — А почему тебя это заинтересовало?
Джули ответила неопределенным жестом.
— Так... Просто хочу как можно больше узнать о Рослин.
— Тогда посмотри на себя в зеркало, — рассмеялась Пиппен.
В этот момент раздался голос Хелен, впервые за все время ужина:
— Это неправда, Пиппен, ты знаешь не хуже меня. По внешности и
привычкам они действительно ничем не отличались друг от друга, но что
касается характеров, то здесь сходства и в помине не было.
— Да, вы со Стеллой все время это повторяли. Но я никогда ничего
подобного не замечала, — резко оборвала ее Пиппен. — Возможно,
Рослин и была несколько более... более... легкомысленной, более озорной, в
то время как Сьюлин отличалась большей сдержанностью.
— Легкомысленной?! И только? Не смеши. Я бы назвала это по-другому. К
сожалению, меня никто не слушает. — Хелен встала из-за стола. —
Мне пора нести ужин Стелле.
Она вышла из комнаты. Джули снова обернулась к Пиппен:
— Что она имела в виду?
— Не обращай на нее внимания. Хелен — старая дева, и у нее
соответствующие взгляды. Вообще у всех людей есть свои любимчики. Ты была
любимицей Хелен. Мне плевать на ее слова. Она никогда не могла вас
различить, не говоря уже обо всем остальном. Да и никто не мог, пока мы с
Рисом не вмешались и не заставили вашу мать прекратить это издевательство с
одеждой.
— С одеждой?
— Ну да, Мелисса совершала ту же ошибку, что и все матери идентичных
близнецов. Одевала вас во все одинаковое, вплоть до панталон и трусиков. Все
одинакового цвета. Любой врач тебе скажет, что на ребенка это очень плохо
действует. Ребенок, как и все люди, хочет чем-то отличаться от других. Ему
нужно сознавать собственную индивидуальность и неповторимость. Нам с Рисом
понадобилось немало времени, чтобы убедить Мелиссу позволить вам одеваться
по-разному. В конце концов мы победили, и вы больше никогда не надевали
одинаковые платья в один и тот же день. С тех пор вас, слава Богу, могли
различать по одежде, по крайней мере тогда, когда вы стояли рядом.
— Ну хорошо... И все-таки что же насчет Рослин? От нее так и не
осталось никаких следов? Даже обломков корабля не нашли?
Пиппен покачала головой.
— Ничего. Но в этом нет ничего необычного. Во время сильного урагана
такое часто случается. Корабль может разбиться вдребезги. Здесь такое
происходило уже не раз.
— У нее на корабле было радио? Могла она послать SOS или что-нибудь еще
в этом духе?
— Конечно, на
Двойной Эллен
было радио. Тут может быть два
объяснения: либо она уже ничего не могла сделать, либо не хотела обращаться
за помощью из чистого упрямства или из гордости. Кстати, это был ее самый
большой недостаток — упрямство, гордыня. Она, по-видимому, слишком надеялась
на себя. Решила, что сможет справиться без посторонней помощи даже в такую
погоду.
— Да... — медленно проговорила Джули, — это действительно
поразительное совпадение: то, что мы обе исчезли почти одновременно.
— Если оба исчезновения не связаны между собой.
Джули вздрогнула:
— Связаны? Но каким образом?
Пиппен только пожала плечами:
— Откуда мне знать? Если ты не знаешь, то я и подавно. Существует,
правда, одно различие.
— Какое?
— Ты здесь, а Рослин нет в живых.
Джули сидела в своей комнате, положив руку на телефонную трубку. После ужина
прошло уже довольно много времени. Наконец она решилась. Сняла трубку и
набрала домашний номер телефона Шелла.
Он не сразу взял трубку. Ответил задыхающимся голосом, как после быстрого
бега.
— Шелл, это Джули. Я уже подумала, что тебя нет дома.
— Я принимал душ. Поздно вернулся домой сегодня. Знаешь, я несколько
раз собирался позвонить тебе, но потом решил, что нужно дать тебе время
остыть.
— Извини, что я на тебя тогда накинулась. Я не имела на это никакого
права.
— Наверное, имела. Я вмешался не в свое дело.
— Нет-нет, ты говорил правду. Но это не означает, что я снова собираюсь
идти к доктору Риардону, — поспешно добавила она. — Шелл, скажи,
ты нашел свою
Танцовщицу II
?
— Никаких следов. Похоже, что я ошибался. Ее, наверное, действительно
украли, иначе за это время она бы где-нибудь обнаружилась. Или же... или же
она затонула.
— Надеюсь, что этого не случилось, Шелл.
— Я тоже надеюсь. Джули... с тобой все в порядке?
Некоторое время она молчала.
— Джули!
— Нет-нет, Шелл, ничего особенного не произошло. Мне просто захотелось
услышать твой голос и сказать, что я больше не сержусь.
— Ты даже не представляешь, какое это для меня облегчение, Джули.
Послушай, я еще не ел. Подумывал было о том, чтобы сунуть что-нибудь из
морозильника в духовку. Но теперь я бы с большим удовольствием повел тебя
куда-нибудь поужинать.
— Я уже поела, Шелл.
— Тогда, может быть, сделаем так: я сейчас поем за телевизором, а потом
встретимся в баре у Тони, выпьем чего-нибудь?
Сперва она хотела отказаться. По интимной нотке, прозвучавшей в голосе
Шелла, Джули почувствовала, что после бара он захочет повести ее к себе
домой, а она не могла решить, хочется ли ей этого. Потом она вспомнила о
дневнике. Ей просто необходимо с кем-нибудь об этом поговорить, а лучше
Шелла никого для этого не найти.
— Хорошо, давай пойдем в бар.
— Вот и прекрасно! В котором часу за тобой заехать?
Джули снова заколебалась. Вспомнились слова Пиппен.
— Не нужно за мной заезжать. Сейчас около восьми? Встретимся в баре у Тони в половине десятого.
— Но почему ты не хочешь, чтобы я... Ну ладно, это не важно. Встретимся
в половине десятого у Тони. Жду с нетерпением.
Джули положила трубку. Еще несколько минут сидела на кровати, обдумывая свое
решение. Если она покажет ему дневник, не будет ли это ошибкой? А вдруг он
решит, что она и есть Рослин? Тогда он больше не захочет с ней встречаться.
Нет, она должна пойти на этот риск. Шелл занял слишком большое место в ее
жизни. Не стоит ничего от него скрывать.
Через несколько минут Джули услышала звук автомобиля. Пиппен снова куда-то
уезжает. Обычно она уезжала почти сразу же после ужина в машине, взятой
напрокат. Ни Стелла, ни Хелен машину не водили. Двухместный гараж давно
превратился в сарай для инструментов. Джули как-то раз заговорила об этом с
Полин.
— С тех пор как ваша мать погибла в автомобильной катастрофе, мисс
Стелла не разрешает никому из нас водить машину. Мне приходится ездить в
магазин за продуктами на такси.
Джули переоделась. Тихонько приоткрыла дверь, прислушалась. Со стороны
бабушкиной комнаты доносилось бормотание Хелен. По-видимому, та читала
Стелле вслух.
Девушка бесшумно прошла через холл. Осторожно, как только могла, потянула за
нижнюю планку ступеней, ведущих на чердак, моля Бога о том, чтобы они не
загремели, как в прошлый раз. На этот раз ступени развернулись почти
бесшумно. Может быть, кто-то их смазал? Она поднялась на чердак, где сейчас
совсем стемнело. Лишь из холла проникала слабая полоска света.
Она нащупала выключатель. Лампочка в центре потолка зажглась слабым
желтоватым светом. Джули подняла крышку сундука, опустилась на колени,
пытаясь нащупать дневник под ворохом старых платьев. Его не было. Она не
могла его найти. Начала лихорадочно выбрасывать платья на пол.
Безрезультатно.
Дневник бесследно исчез!
В полной растерянности Джули поднялась с колен... и замерла. Позади нее
скрипнули половицы и раздался чей-то голос:
— Не это ли ты ищешь?
Джули резко обернулась. На мгновение ей показалось, будто она смотрит в
зеркало. У той, что стояла сейчас перед ней, абсолютно все было идентичным
ей самой. Фигура, черты лица, прическа и даже одежда, вся до мелочей. С
одной только разницей — в руке она держала тот самый дневник.
Теперь она его приподняла со зловещей, издевательской улыбкой на губах.
— Так не это ли ты ищешь, дорогая сестрица?
Джули задохнулась.
— Рослин?!
— Нет, что ты, как можно! Рослин мертва, об этом всем известно.
Рослин рассмеялась беззаботным детским смехом, так не вязавшимся с холодным
выражением ее лица.
В этот момент упала завеса, восемь лет скрывавшая от Джули ее прошлое. Она
вспомнила все, до мелочей.
Рослин подошла ближе.
— В чем дело, сестренка? Ты побледнела, как призрак. Уверяю тебя, что
я-то не привидение, вызванное тетушкой Пип.
— Я... я вспомнила.
Рослин снова рассмеялась.
— В самом деле? Я слышала о том, что ты потеряла память, хотя, честно,
никогда этому не верила. Слишком уж это было бы удобно.
— О Боже! — Джули прижала руку к губам, в немом ужасе глядя на
сестру. — Так это правда все то, что написано в дневнике? То, что ты
сделала с... папой. Я видела тебя в гараже. Ты копалась под маминой машиной.
Тогда я ничего не заподозрила. Но потом позвонили и сообщили о несчастном
случае, и я все поняла. Ты вывела из строя механизм управления. Это ты убила
маму!
— Она этого заслуживала, — хладнокровно произнесла Рослин. —
Она виновата в том, что папа покончил с собой. Если бы она не накинулась на
него из-за меня, если бы не внушала, что это позор...
— А ты... ты... соблазнила... ты совратила его... — Джули резко
остановилась, не в состоянии продолжать.
— Что значит совратила? Я просто позволила ему то, чего ему все время
хотелось. Ты что, никогда не слышала о том, что делают птички и пчелки?
— Со своим собственным отцом! — Лицо Джули исказила гримаса
отвращения.
— Уверяю тебя, сестренка, это было потрясающе. Ты-то никогда бы на это
не пошла. Да и папе никогда не пришло бы в голову заниматься этим с тобой.
— И с Кеном тоже была ты?
— Твой мальчик не так уж плох. Если научить его, что к чему.
— Ты специально подложила дневник, чтобы я его нашла. Зачем?
Рослин пожала плечами:
— Подумала, пора тебе узнать, что на самом деле происходит. Как уже
сказала, в эту чушь с потерей памяти я никогда не верила. Но на всякий
случай решила, что, прочитав дневник, ты скорее все вспомнишь.
— А зачем тебе нужно, чтобы я вспомнила?
— Хочу, чтобы ты помучилась перед смертью, — сладким голосом
ответила Рослин.
— Перед смертью?!
— Ну конечно. Меняемся местами, дорогая сестричка. Рослин мертва.
Значит, теперь ты должна умереть.
Джули отшатнулась:
— Ты не в своем уме!
— Это почему же? Не потому ли, что рассказываю тебе все это? Может, ты
сейчас выбежишь на улицу и завопишь:
Рослин жива!
? Кто тебе поверит! Как я
поняла, здесь уже считают, что у тебя не все дома. Ну-ка пойди скажи им, что
Рослин ожила. Сразу попадешь в психушку. Для того чтобы тебе кто-нибудь
поверил, нужно, чтобы нас увидели вместе. А этого никогда не произойдет,
уверяю.
Джули тряхнула головой. Все это слишком... невероятно. Она не могла это
воспринять.
— Но почему, почему ты хочешь меня убить?
— Деньги, дорогая сестричка. Деньги семьи Деверо. Через восемь месяцев
тебе исполняется двадцать пять. Нам исполняется двадцать пять. Деньги должны
перейти к Сьюлин Деверо. Значит, я стану Сьюлин. Все очень просто.
Ужас охватил Джули. Она отступила, не понимая, что делает.
Рослин хрипло расхохоталась:
— Не волнуйся, я не собираюсь убивать тебя сегодня. И не в этом доме. У
меня в запасе еще целых восемь месяцев. И я хочу, чтобы все отпущенное тебе
время ты прожила в страхе, каждую минуту ожидая, что вот сейчас это
случится. — Рослин сладко улыбнулась. — Я знаю, о чем ты думаешь.
Хочешь пойти в полицию, не правда ли? Ну что ж, попробуй. Думаешь, тебе кто-
нибудь поверит? Призрак восстал из мертвых, чтобы тебя убить...
— В этом нет никакой необходимости, — прошептала Джули. — Мне
не нужны эти деньги. Можешь взять их себе.
— Ты что, действительно считаешь меня чокнутой?
— Если ты объявишься живой, тебе в любом случае достанется половина.
— Мне не нужна половина. Я хочу все. И объявлюсь только как Сьюлин. Я
хочу, чтобы ты умерла, дорогая сестричка. Сколько себя помню, я всегда тебя
ненавидела. Все приходилось делить с тобой. Кроме папы. Я хочу, чтобы ты
мучилась и страдала. Мама умерла без мучений. В этом моя ошибка. Но с тобой
я ее не совершу.
— Ты действительно не в своем уме!
— Вот когда ты проживешь несколько недель, опасаясь собственной тени,
посмотрим, кто будет не в своем уме. — Рослин отступила в сторону с
издевательским жестом. — Иди, сестренка. Беги, пока тебя здесь не
замуровали.
Не спуская глаз с улыбающегося лица сестры, Джули побежала к выходу.
Спустилась с чердака, чуть не падая на ходу.
Часть вторая БЕГСТВО
Рослин, сидя в главной каюте
Авантюристки
, подняла бокал с шампанским в
ознаменование начала увлекательной игры.
Все планы осуществляются как нельзя лучше. Пожалуй, даже слишком хорошо,
слишком легко. Жаль, что сестра не оказывает никакого сопротивления. Похоже,
это будет чересчур легкая, практически односторонняя борьба.
С другой стороны, Сьюлин всю жизнь была мышкой, а она, Рослин, —
кошкой. Всем известно, что кошки любят поиграть с мышами, прежде чем убить
их. Ну-ка, посмотрим, дорогая сестричка, как тебе понравится игра в кошки-
мышки.
Эта мысль показалась забавной, и Рослин громко расхохоталась. Налила еще
шампанского. Да, все действительно идет, в точности как ей хотелось. Но это
и неудивительно, так было всегда. Она из тех, к кому благоволит судьба.
Конечно, дело здесь не только в везении. Она достаточно умна, и это
немаловажный фактор.
Из окна комфортабельной каюты прогулочной лодки Рослин смотрела на спокойную
голубую гладь воды. Ей нравилось жить на судне, а некоторые связанные с этим
неудобства ее мало беспокоили.
На самом деле
Авантюристка
была перекрашенной
Двойной Эллен
. А Рослин
жила теперь под именем Беттины Пауэрс. Рослин Деверо, перекрашенная под
Беттину Пауэрс, с усмешкой подумала она. Эта аналогия ее тоже немало
позабавила.
Оба превращения не стоили больших усилий и прошли на удивление гладко. За
неделю до своей гибели отец купил все необходимое для того, чтобы подновить
Двойную Эллен
, в том числе и краску. И все это находилось на борту корабля
в тот момент, когда Рослин исчезла из дома и направилась к заброшенной
бухте, где они с отцом в первый раз занимались любовью.
Она достигла бухты сразу же после того, как миновал центр урагана, и за
несколько минут до его возвращения. Бухта оказалась надежной защитой.
Двойная Эллен
вышла из шторма невредимой. Все это время Рослин пила
шампанское и оплакивала погибшего отца. Напилась до того, что ее начало
рвать и заболел желудок.
Наступило следующее утро, спокойное и ясное. Рослин приказала себе забыть о
своем горе и начала перекрашивать корабль. Прежде всего закрасила название.
Вся работа заняла десять дней.
Она поставила корабль на якорь в том месте, где его почти полностью скрывала
листва деревьев. Несколько раз над ними пролетали самолеты, по-видимому,
искали ее. Но так и не обнаружили. Она опасалась появления береговой охраны,
боялась, что они могут сунуться к ней в бухту. Однако и этого не произошло.
По прошествии десяти дней закончилась еда. Она поняла, что пришло время
покинуть гостеприимную бухту.
В деньгах она пока, к счастью, не испытывала недостатка. И ей, и Сьюлин
родители всегда щедро давали на расходы, а Рослин к тому же отец время от
времени давал дополнительно немалые суммы. После того как между ними
завязались интимные отношения, он, кроме того, начал дарить драгоценности,
небольшие, но достаточно ценные. Носить их Рослин не могла: в доме сразу бы
заинтересовались, откуда они взялись. Поэтому она спрятала драгоценности в
надежном месте. Это была ее тайная сокровищница. И в довершение ко всему она
умудрилась унести несколько больших и очень дорогих украшений матери. Та
довольно легкомысленно относилась к таким вещам. Часто оставляла их на
туалетном столике. Все знали о ее рассеянности, и поэтому никто не
заподозрил кражу.
Итак, в ту ночь Рослин покинула Ки-Уэст с тремя тысячами долларов наличными
и драгоценностями на сумму не меньше десяти тысяч. Последние она
намеревалась в случае необходимости тайно продать. Зная себя, она не
сомневалась в том, что это удастся и что никто не сможет ее провести.
На одиннадцатый день после своего исчезновения Рослин на свежеперекрашенной
Авантюристке
вошла в гавань Ки-Ларго. Когда стемнело, она нашла аптечный
магазин, купила там большой флакон египетской хны и наутро появилась красно-
рыжей. На следующий день она обновила весь гардероб, стараясь выбирать такую
одежду, в которой выглядела бы старше и более изысканной. Еще она пошла к
офтальмологу и, назвавшись актрисой, сказала, что ей для новой роли нужны
голубые контактные линзы. Это довершило превращение.
Но даже полностью преобразившись, Рослин первое время вела себя очень
осторожно. В течение месяца жила затворницей на
Авантюристке
, выходила в
город лишь в случае самой крайней необходимости. А тем временем обдумывала
план действий.
Нужно достать поддельные документы, и прежде всего свидетельство о рождении
под новым именем, где бы значился возраст — двадцать один год. Однако для
этого требовались деньги. Поэтому она отправилась в Майами, где, как
говорили, все продается и покупается. Поторговавшись, она в конце концов
продала драгоценности почти за десять тысяч долларов.
Две тысячи ушли на свидетельство о рождении на имя Беттины Пауэрс и
фальшивый чек на покупку
Авантюристки
. Но по крайней мере теперь она могла
официально зарегистрировать корабль под новым именем.
С талоном на социальное страхование проблем не возникло. А вот следующая
задача потребовала немалых усилий, и Рослин это предвидела. Хотя она и
считала, что вполне способна самостоятельно управлять кораблем, все же для
осуществления задуманного требовался помощник, мужчина.
После нескольких набегов на бары восточного побережья Флориды в своем
взрослом
обличье — мини-юбке, блузке с низким вырезом, на каблуках-
шпильках — в одном из баров у моря в Форт-Лодердейл Рослин наконец нашла то,
что искала.
Это случилось после полудня. Она сидела на высоком табурете за стойкой бара
с бокалом шампанского. Кроме нее, женщин в баре не было.
Бармен, принесший шампанское, наклонился к ней поближе.
— Здесь для тебя работы нет, куколка. В нашем баре на крючок не
цепляют. Ты меня поняла?
— Поняла. Яснее некуда. — Рослин огляделась и презрительно
фыркнула: — Я здесь никого стоящего и не вижу. Можно просто спокойно
посидеть за бокалом шампанского?
— Если будешь сидеть спокойно, пожалуйста. Сколько угодно.
Рослин подавила усмешку. Ее нисколько не оскорбило то, что ее приняли за
проститутку. Правда, это не совсем то, что она имела в виду, но... для
начала сойдет.
Она снова огляделась. В дальнем углу, в кабинке, ссутулившись за стаканом, в
одиночестве сидел мужчина в грубой одежде, похожий на моряка. Огромного
роста, широкоплечий, с густыми вьющимися темными волосами, выбивавшимися из-
под кепки, с темным угрюмым лицом.
Через несколько минут Рослин решилась. Заказала еще бокал шампанского и
пошла к кабинке, где сидел моряк. Он не поднял глаз, пока она не села
напротив. Лишь после этого кинул на нее яростный взгляд.
— Проваливай, — проворчал он глубоким рокочущим голосом. — Я
сегодня не в настроении. А даже если бы у меня и встало, денег все равно
нет.
Она ответила ослепительной улыбкой.
— Я заметила, что ваш стакан пуст. Хотела купить вам чего-нибудь
выпить.
— С какой это стати?
Приглядевшись, Рослин заметила, что он не так уж безобразен. И огромные
руки, сжимающие стакан, наверное, многое могут.
Он наклонился к ней ближе.
— Я тебя кое о чем спросил. С какой стати ты подошла ко мне? Чего тебе
от меня надо?
Она пожала плечами, слегка наклонившись вперед, чтобы он смог увидеть
ложбинку на груди.
— Я одна, вы тоже один. Мне показалось, что вам одиноко. Я просто
хотела составить вам компанию, просто поговорить, ничего больше. У вас нет
денег, поэтому я покупаю выпивку.
— От бесплатной выпивки я еще никогда не отказывался. И все-таки я хочу
знать...
Он не договорил. Бармен склонился над их столиком:
— Она к тебе клеится, Гас?
Впервые за все время в мрачных глазах моряка промелькнуло что-то похожее на
усмешку.
— Еще не знаю. — Он взглянул на Рослин. — Ты ко мне клеишься?
Рослин подняла глаза на бармена.
— Я только хочу угостить этого человека, вот и все. Принесите еще бокал
шампанского и ему, что закажет.
На секунду бармен встретился с ней глазами. Потом выразительно пожал плечами
и вернулся к стойке.
— Значит, вас зовут Гас.
— Точно. Гас Тэтам. А вы...
— Беттина Пауэрс.
За последние дни Рослин уже не раз обращалась к незнакомым людям и успела
привыкнуть к своему новому имени.
— Гас, как я догадываюсь, вы моряк?
Лицо Гаса снова приняло угрюмое, мрачное выражение.
— Был моряком. Вот подумываю, не заняться ли чем-нибудь другим.
— Почему? Потеряли работу?
— Правильнее будет сказать, лодку потерял. Потерял корабль, на котором
работал шкипером. Прошлой ночью его конфисковали. Похоже, я даже
заработанные деньги не смогу получить.
— Конфисковали?! За что? За контрабанду?
— Какое, к черту! Если бы за контрабанду, я бы сейчас сидел в
кутузке. — Глаза его сверкнули яростью. — Тот тип, владелец лодки,
задолжал банкам кругленькую сумму. Вот они и забрали у него корабль. —
Глаза его внезапно сощурились. — А почему это ты заговорила про
контрабанду?
Рослин снова пожала плечами:
— Половина кораблей на этом побережье занимается контрабандой.
Он еще больше разъярился:
— Так вот я этим не занимаюсь.
Подошел бармен с выпивкой. Рослин заплатила, намеренно не дав ничего на чай.
Подняла бокал. Гас уже обхватил стакан своими огромными ручищами.
— За контрабанду, — весело объявила она.
Гас испытующе смотрел на нее. Сделал глоток.
— У меня есть собственный корабль, — небрежным тоном произнесла
она. — Большой и быстроходный. Быстроходнее многих других.
Он недоверчиво прищурился:
— У тебя собственный корабль? Ну и шуточки!
— Он мой, за него давно уплачено, и ни один банк его не конфискует. Мне
нужен шкипер. Вообще-то я прекрасно управляю им сама, но для того, что я
задумала, нужен мужчина.
Он сосредоточенно разглядывал ее. Рослин с удовлетворением отметила, что в
нем, кажется, начал пробуждаться интерес к ней как к женщине. Наверное,
выпивка тоже подействовала.
— Сколько тебе лет?
— Мой возраст здесь ни при
...Закладка в соц.сетях
