Абзац: Полный самый		URL: https://lib.co.ua/action/martmihail/bezdomnyymrakI.jsp

	Бездомный мрак

 АНДРЕЙ МАРТЬЯНОВ 	ЧУЖИЕ 1-2
 	РУССКИЙ ДЕСАНТ 	Операция "Рюген"
 	АНДРЕЙ МАРТЬЯНОВ 	ЧУЖИЕ 	РУССКИЙ ДЕСАНТ
 	Сергею, брату и просто хорошему человеку. Надеюсь, ничего подобного никогда не случится. Даже через триста лет.
 						 Андрей/Hunter
 	Пространство и время. Микроны и световые годы. Секунды и тысячелетия. Жизнь и смерть. Вселенная - великое Ничто - хранит и накапливает все это. Многое скрывают недра пространства и времени, глубины матеря Веденной. По ее воле зародилась жизнь, не всегда высокоорганизованная и далеко не всегда разумная. 	Формы жизни... Разные, очень разные. Одни из этих форм не поднялись выше примитивного состояния и руководимы лишь инстинктами. Инстинктом самосохранения, выживания, продолжения рода. Это присуще всем живым организмам. Но другие сохранили и это и обрели величайшее достижение биологической жизни - разум. Десятки тысяч лет растила и лелеяла его маленькая планета - третья планета звездной системы на краю Галактики. Солнечная система. Пришел срок - и разум, обжив свою планету, вырвался однажды в космос. Разум воплотился в теплокровных, дышащих кислородом двуногих созданиях, чья жизнь построена на углероде. Колонизировав свою звездную систему, разум вышел в Большой Космос, не подозревая, что в бескрайних глубинах может таиться и его смерть. С самоуверенностью, которой можно только удивляться, человек уходил все дальше и дальше в космос. Да, были жертвы, но они - ничто в сравнении с колоссальными богатствами других миров. 	За какие-то триста лет с того дня, когда человек впервые увидел свою планету из космоса, человечество сделало гигантский прыжок во Вселенную. Растоптав законы Эйнштейна, когда была выведена формула сверхсветовой скорости, нога человека ступила на поверхность уже более двух сотен миров. Разные они были. Люди же гнались за знаниями и богатством. Планеты, подходящие для существования хрупкого организма человека, колонизировались, и вот уже Ойкумена людей разбросана по многим системам Галактики - колоссальная империя с метрополией в колыбели цивилизации, на Земле. Все было под властью человека. Многому он научился, великая сила была на его стороне - созданный в помощь себе искусственный разум,, мощный военный и торговый флот из сотен кораблей. Но лишь один Бог знает, какие чудеса встретятся на пути землянина в бескрайнем пространстве. 	...Во всем секторе созвездия Нероид лишь одна планета некогда была заселена людьми. Нет, вовсе не из-за хороших условий для жизни. Только минеральная руда, богатая редкоземельными элементами, привлекала к Фиорине человека. Исчерпав свои богатства, планета перестала интересовать коммерсантов и земные правительства и была оставлена без внимания. Единственное применение, которое ей нашли, - быть тюрьмой. Тюрьмой, откуда не сбежишь. Но и это заведение лет через двадцать ликвидировали, и население Фиорины сократилось до двадцати семи человек, решивших остаться там навсегда. А вскоре и последние обитатели мрачного холодного мирка обрели вечный покой.

	ПРОЛОГ 	Женева... 	Господи, какой это прекрасный город! Где-то вдалеке, в голубоватом мареве вырисовываются черты гор, искрятся розовыми и серебристыми цветами снежные шапки пиков, шумит выбивающаяся из середины озера тугая струя фонтана, а налетающий с Альп ветерок относит брызги к городу, бросая на лица людей невесомую прохладную пыль. Тишина, старинные здания, удивительно флегматичные и вежливые швейцарцы, для которых любой иностранный гость является едва ли не ближайшим родственником, - к Маше рано утром подошла пожилая невысокая дама, гулявшая с собачкой, и спросила по-немецки: "Фройлен, простите, может быть, вам не место в гостинице? А у меня в доме свободная комната! Не подумайте, я не стану брать с вас деньги..." 	Маша, улыбнувшись, ответила отказом. Дама, судя по виду, огорчилась и, заново извинившись, оставила русскую в одиночестве. 	...Она стояла облокотившись на ограду набережной, ничуть не обращая внимания на стекающие по лицу тонкие полосочки воды. Перед Машей лежала серо-голубая гладь славного на весь мир Женевского озера, далеко в вышине раздраженно скрипели чайки (и откуда морские птицы появились здесь, почти в середине континента?). Над противоположной стороной озера виднелась оранжевая точка - к аэропорту подходил чартерный рейс с лунной базы: крупные рейдеры никогда не приземляются на планету, а пассажиры, прибывшие с планет Солнечной системы или из отдаленных миров, пересаживаются на станции "Гэйтуэй" на легкие флайеры, способные летать как в атмосфере, так и в космосе... 	Несмотря на то что у женщины на груди искрилась голографическими цветами представительская карточка младшего советника по биологической безопасности Комитета Организации Объединенных Наций, ни один человек, будь то женевский бюргер, простой гражданин Азиатского Союза или Российской империи, не смог бы заподозрить в ней человека, который во многом определяет политику ООН по отношению к инопланетным живым организмам. Последних в просторечии обычно именуют Чужими. 	Крепко сложенная тридцатипятилетняя женщина с мягким лицом, русыми волосами, увязанными позади в хвостик, перевязанный голубой ленточкой, одетая в синевато-зеленый спортивный костюм, выглядела обычной туристкой, причем далеко не из среды богатых людей. Женева, непризнанная столица Земли, своей деловой атмосферой обязывала гостей носить строгие костюмы, вольности позволялись только праздным путешественникам, возжелавшим своими глазами обозреть красоты Альпийских гор. Машу, однако, подобные условности мало интересовали - кому какое дело до ее одежды? В конце концов, сегодня не официальный прием у Генерального секретаря ООН, а закрытое чрезвычайное заседание. 	Рабочее время в Женеве обычно начинается с семи утра, а потому на набережной возле комплекса ООН было пустынно. Служащие еще полтора часа назад разошлись по офисам, дети отправились в школы, и пейзаж оживляли лишь несколько унылых праздных туристов, зачем-то поднявшихся в такую рань, желая погулять по берегу- Люди в основном пожилые: опрятные немецкие бабушки, толстые американки с мужьями, одна дама явно из Южной Америки - смугла, ярко одета, очень громко говорит по-испански, что-то втолковывая не то камердинеру, не то телохранителю. 	А вот быстро шедший вдоль поребрика человек в светлом бежевом плаще выбивался из общей благолепной картины. Маша заметила его издалека - мужчина буквально выбежал на набережную с одной из боковых улиц старинной части города, едва не налетел на чистившего камни набережной маленького колесного 	робота и, только оказавшись рядом с гулявшими людьми, замедлил шаг. 	"Наверное, на работу опаздывает, - решила Семцова, отворачиваясь. Незнакомец перестал быть ей интересным. - Как бы мне не опоздать..." 	Она покосилась на правое запястье, украшенное старинным "Ориентом" с сине-голубым циферблатом. Что ж, еще минут десять можно подышать свежим воздухом, а уж потом направиться по указанному в официальном приглашении комиссии адресу. Идти всего-то шагов пятьдесят. 	- Мисс Семцова? - Голос тихий, запинающийся. - Выслушайте меня, пожалуйста. 	Так. Маша развернулась всем корпусом и слегка напряглась. Спешивший незнакомец стоял прямо перед ней. Говорит по-английски с явным американским акцентом. 	- Ну? - коротко спросила Маша. Она никогда раньше не видела этого человека, а общение с неизвестными людьми может быть чревато даже на улицах безопасной Женевы. 	- Это вы Мария Семцова? - продолжал напирать мужчина. Глаза его были испуганными и красными, словно не спал целую ночь. Ощутимо пахло алкоголем, только не свежим, а скорее выпитым вчера вечером. Несмотря на то что человек одет в гражданское, чувствуется военная выправка. 	- Да, это я. - Маша не собиралась вступать в долгие дискуссии. 	- Вы эксперт комиссии по инопланетным видам жизни? - Слово "эксперт" человек произнес запнувшись, 	- Вы почти не ошиблись.- Маша говорила спокойно. Она уже поняла, что перед ней не уличный грабитель или мошенник. Последние, кстати, не рискуют появляться в тщательно охраняемой центральной городской зоне - здесь резиденции посольств, конторы ООН... И неизвестно, куда пронырливая швейцарская служба безопасности вмонтировала видеокамеры наблюдения - малюсенькие, с ноготок ребенка, бесцветные пластинки, передающие сигнал в управление. - Моя фамилия Эрон. - Человек дохнул перегаром, склонившись к Машиному лицу. - Я был лейтенантом тюремной базы Фурия-161. Слышали такое название? 	- Слышала,- подтвердила Семцова. - Погибшая тюремная колония? Вирусы? 	- Какие вирусы?! - простонал Эрон. Он снял военное кепи песочного цвета с невыцветшим кружком на ткани (наверное, когда уволился из армии, пришлось спороть кокарду) и рукавом вытер лоб. Семцова заметила, что американец лысоват. По виду - лет сорок, не меньше. - Не было там вирусов! - Последнюю фразу он буквально выкрикнул. 	- Я читала отчет Компании, - пожала плечами Семцова. - И все-таки что вам нужно? 	- Вот. - Эрон сунул руку в карман и мгновенным движением вложил в ладонь Маши миниатюрную коробочку с дискетой. - Вы независимый эксперт. Доверять "Уэйленд-Ютани" или ООН нельзя. Замешано наше правительство... А вы - русская. Может быть, сумеете это опубликовать. 	- А что здесь? - Маша посмотрела на дискетку. Стандартный биочип с памятью на искусственных нейронах. Может вместить океан информации. 	- Видеозапись, - бросил Эрон. - Полет спасателя "Сулако", причина его катастрофы, все события на Фи-орине... 	- Где вы это взяли? - поинтересовалась Семцова, машинально отправляя дискету в карман куртки. - Почему отдали мне? 	- Лейтенант Рипли разбилась на нашем планетоиде... Колонисты успели спасти только эту женщину. Она умерла потом. - Бывший тюремный охранник выплевывал фразы отрывисто и, как казалось, с трудом подбирал слова. - Я же сказал, что нужен независимый эксперт. Хиллиард и даже ооновцы, узнав об этих существах, все покроют. А я видел такую тварь. Не дай вам Бог столкнуться с ней нос к носу!.. 	- Какую тварь? - нахмурилась Маша. Она окончательно запуталась. Обе названных Эроном фамилии ей были знакомы: Рональд Хиллиард - это начальник 	отдела робототехники концерна "Уэйленд-Ютани", за создание андроидов типа "Бишоп" получивший Нобелевскую премию лет восемь тому, а Рипли... Ну да, разумеется! Та самая женщина, поставившая абсолютный рекорд пребывания в гиперсне. После того как ее корабль не то разбился, не то столкнулся с астероидом, американка Эллен Рипли катапультировалась на челноке и спала в криогенной капсуле лет шестьдесят. Или пятьдесят семь? Об этом много писали в журналах около трех месяцев назад. Что с ней сталось дальше - Семцова не знала. Одну сенсацию сменила другая, фамилия Рипли исчезла с первых полос, и дело постепенно забылось. 	- Чужой организм,- выдавил Эрон.- Большой. Очень опасный... А? Что? 	- У вас не будет зажигалки? - Пожилой седоволосый мужчина задержался возле Эрона и Семцовой, тронув американца за плечо. Последний вздрогнул. 	- Н-нет, - заикнулся Эрон. - Я бросил курить. 	- Простите.- Седоволосый турист кивнул и побрел дальше, в сторону лодочного парка. 	- У меня есть зажигалка, - крикнула вдогонку Маша, но мужчина не обернулся. Да и черт с ним. Семцова глянула на Эрона: - Продолжайте. 	- Вы все увидите на видеоза... - Речь бывшего лейтенанта перешла в хрип, он пару раз хватанул ртом воздух и неожиданно рухнул на мостовую. Семцова не успела его подхватить. 	- Черт! - Маша бросилась на колени, быстро перевернула Эрона на спину и с размаху ударила по щеке ладонью. Получилось звонко. - Эй?! Что стряслось? 	Серые глаза американца безмятежно смотрели в небеса. Семцова положила два пальца ему на шею. Пульсации на сонной артерии нет. 	Один удар кулаком по грудине, другой - древний способ восстановить работу сердца. Вдох, выдох. Несколько нажатий. Стандартный реанимационный прием. Вокруг начали собираться туристы, маленькая дама в свитере с вытканным французским флагом выудила из ридикюля невесомую коробочку радиотелефона - надо полагать, вызывает медицинскую службу... 	Эрон, раскинувшись, лежал на набережной Женевского озера и уже не видел ничего. Разве что во сне, который стал для него бесконечным, бывший лейтенант охраны Фурии-161 мог встретить тех, о ком попытался рассказать ксенологу из России. 	- Нет, нет, эта мадемуазель стояла лицом к мужчине, ладонями опершись о поребрик, - Француженка, вызвавшая машину экстренной медицинской помощи, упорно отстаивала свою точку зрения. - Мадемуазель, как я видела, не дотрагивалась до... умершего. 	- Спасибо, мадам. - Сержант полиции перенес свое внимание на Машу: - Итак, объясните заново. Вы стояли, разговаривали. Что случилось потом? 	Семцова была шокирована происшедшим и потому не сразу услышала вопрос полицейского. То, что Эрон умер не своей смертью, а был убит, выяснилось немедленно по прибытии медиков. На плаще американца, пониже левого плеча, висел маленький неприметный приборчик - "Оса". Оружие убийцы-профессионала. Черная пластиковая вещица несла в себе электрический заряд изрядной мощи и по сигналу хозяина наносила жертве удар тока определенной частоты, вызывавший сбой в работе сердечной мышцы - фибрилляцию. Затем устройство продолжало посылать электрический импульс, постоянно расстраивая работу сердца. А посему никакие действия, предпринятые Машей, а затем и реаниматологами "скорой помощи", положительного результата не принесли. А когда один из парамедиков догадался осмотреть одежду Эрона и обнаружил "Осу", было поздно. Вполне естественно, что полиция приехала немедленно. 	- К нам подошел человек, - вспомнила Маша. - Попросил у мистера Эрона зажигалку, но тот отказал. Вернее, ответил, что не курит. Потом человек ушел. 	- Внешность? - коротко спросил сержант. 	- Честное слово, не помню, - смущенно ответила Семцова. - Я его видела секунд двадцать и в основном со спины. Футов шесть ростом, лет пятьдесят пять, акцент... Скорее, американец из Новой Англии. 	- Уже неплохо, - согласился полицейский. - Что ж, вы можете идти, мадемуазель. Если потребуется, мы вас обязательно найдем. Как я вижу, вы опаздываете? 	Он не ошибся - Маша действительно постоянно поглядывала на часы. Комиссия начала работу уже двадцать минут назад, а госпожа консультант не успела пока даже пройти регистрацию. Эта странная смерть... Однако наиболее странными были слова Эрона. 	О дискете, переданной ей так неожиданно скончавшимся бывшим лейтенантом, Семцова вспомнила, лишь когда впопыхах искала по карманам электронную записную книжку - необходимо было представить охраннику-андроиду файл с официальным приглашением от председателя комиссии... 	Чужие... Под этим понятием может крыться как мельчайший вирус, так и развитой организм длиной эдак с полкилометра, отдаленно напоминающий земного динозавра... Правда, динозавры на Земле погибли сотни миллионов лет назад, а вот, например, на Афродите, что в системе Альтаира, подобные твари живут посейчас, плодятся и являются украшениями лучших зоопарков Земли. Только перевозить их очень неудобно - не каждый торговый рейдер может вместить в грузовой отсек эдакую громадину и обеспечить жизнеспособность организма на время транспортировки. 	Эволюция на всех обследованных людьми планетах, к великому удивлению скептиков и ученых, придерживающихся давнишнего, традиционного (и, разумеется, ошибочного) мнения, лет сорок-сорок пять назад вынуждены были принять теорию давным-давно умершего шведа, жившего в конце XIX века, - Сванте Аррениуса. Таковая же гласила: "жизнь на других планетах должна походить на земную". И эволюция биологических организмов в отдаленных мирах действительно была во многом параллельна развитию углеродных клеток обитателей Голубой планеты... 	Да и сэр Чарльз Дарвин был прав весьма во многом... Но почему только Земля породила биологический вид Homo sapiens sapiens? Человек исследовал почти двести миров. Всего на тринадцати из них была обнаружена биологическая жизнь, основанная на углероде. И нигде не нашлось даже намека на зарождение существа, близкого к двуногому, прямоходящему и разумному человеку. 	Новые проповедники, пытающиеся создать "оригинальные" теории Вселенной и жизни, говорят, будто человек - венец творения и более нигде в Галактике Млечный Путь невозможно найти столь развитого существа. В этом якобы воля Бога, создавшего Вселенную. 	Другие безапелляционно заявляют: "Человек суть ошибка Творца". И разумеется, "высшее существо", которое уже двадцать три века (а если учитывать веру иудеев, все тридцать столетий) доминирует на маленькой планете Солнечной системы, не более чем неудачный эксперимент, а поэтому ни один мир не породил столь омерзительной твари - человека. Человек работает лишь на саморазрушение. Он губит лучшие творения Бога - с начала двадцатого века вымерло более четырехсот видов животных, триста видов растений, пятьдесят пять процентов насекомых и лишь океан сохраняет свою прежнюю независимость. И только потому, что правители мировых держав додумались оставить водную стихию нетронутой, значительно ограничить рыболовство и категорически запретить сбросы в море вредных веществ. 	Мария Семцова не обращала внимания на модные в последнее время идеи. Она считала себя просто Человеком. Человеком с большой буквы. Еще семь лет назад, в университете Санкт-Петербурга, на факультете биологии и биологической робототехники, она поняла: главное - не жизнь, а разум, в чем бы он ни воплощался. В нынешнюю эпоху с человеком может конкурировать биологический робот, но все равно... Неко-'торые спрашивают, кто человечнее: андроид или живой организм, рожденный от матери и отца и получивший душу, как принято утверждать, от Господа Бога?.. 	Русская модель андроидов, известная под общим наименованием "Искусственный Гуманоид с Органическим Разумом", обычно называемая "ИГОРем", является лишь внешним подобием человека, но, к сожалению, он может работать только по заданной программе, а таковая не предусматривает полной самообучаемости и наличия эмоций. А вот робот, созданный американской компанией "Уэйленд-Ютани", стал "почти настоящим" человеком. Никаких отличий - внешность, поведение, обучаемость, физиологические возможности, да и некоторые иные способности андроидов типа "Бишоп" сделали их незаменимыми помощниками хозяев-людей. И все-таки ни "Бишопов", ни "ИГОРей" никак нельзя сравнивать с обычнейшим гражданином Европейского сообщества, подданным Российской империи или любой другой страны, сообщества людей, объединенного под бело-голубым знаменем ООН. Единственно, робот, в отличие от человека, не знал, что такое предательство или подлость. В этом искусственный организм был совершенен и не поддавался присущим человеку слабостям. 	...Маша, пока андроид проверял ее документы и приглашение, мельком глянула на часы. Половина десятого. Она безнадежно опаздывала. Заседание Комитета по биологической безопасности в Конгресс-центре комиссии ООН началось уже давно... 	Что характерно, тема этого небольшого закрытого конгресса, на который были приглашены только ведущие специалисты в области ксенологии и "потенциальные обвиняемые" (а именно руководители американской коммерческой компании "Уэйленд-Ютани"), была для Семцовой далеко не безызвестной. За последние два месяца в космосе случились две тяжелейшие аварии. Во-первых, из-за взрыва реактора атмосферного процессора на планетоиде Ахеронт погибла достаточно крупная по нынешним меркам колония людей, а во-вторых, лишь полторы недели назад в прессе появились сообщения о странных событиях на Фиорине. 	Слухи ходили разные. Семцова, еще в Петербурге и Москве наслышанная от представителей комитета Российской империи по колонизации планет, находящихся вне Солнечной системы, о странностях, сопровождавших полет американского корабля "Сулако", высланного на помощь поселенцам Ахеронта, поняла, что дело 	весьма и весьма нечисто. Американцы (а вернее, руководители Межпланетной коммерческой торговой компании "Уэйленд-Ютани") объясняли сотрудникам ООН это происшествие либо "неожиданными и катастрофическими сбоями в аппаратуре", либо "появлением неизвестного ранее вируса, уничтожившего экипажи упомянутых кораблей, а заодно и колонию на планете". 	Затем полностью погибла тюремная база Фурия-161. Говорили, будто спаслись двое, и Маша сейчас даже вспомнила имена... Ну разумеется! Лейтенант Эрон, умерший на глазах у Семцовой столь внезапно и таинственно, действительно служил на Фиорине. Еще проскакивало имя одного из заключенных тюрьмы. Как же его звали? Мор... Морг? А, верно, Морс! Сообщалось, будто этого убийцу-маньяка перевели в другое тюремное заведение. Смешно другое - если слухи о биологической опасности верны, то на Фиорину вновь отправится крейсер "Патна", уже побывавший на орбите этой планеты. Компания в официальном пресс-релизе недавно сообщала, что "Патна" тогда "эвакуировала с Фурии-161 всех уцелевших". 	"Эрон, Эрон... - Андроид работал быстро, но мысли Семцовой текли еще быстрее. - Полицейские сказали, что это убийство. Да я и сама не сомневаюсь - "Оса" отлично описана во всех детективных романах... Что он мне передал? Что на дискете? И не за этот ли биочип бывший охранник отправился к праотцам?" 	- Проходите, мисс Семцова, - удивительно вежливо, как умеют лишь одни андроиды типа "Бишоп", сказал привратник.- Смею напомнить, что вы опоздали на тридцать пять минут. Пожалуйста, пройдите дополнительную регистрацию в центре безопасности. По коридору прямо. 	- Спасибо,- кивнула Маша. Андроиды были для нее лишь механизмами, которым рука мастера придала человеческий облик, однако забывать о вежливости не следовало. Во всех журналах пишут, что "Бишопы", наделенные эмоциональным центром, ужасно обидчивы. 	Она прошла через арку металлоискателя, поприветствовавшего новую гостью Конгресс-центра тихим одобрительным писком: чрезмерной массы металла и оружейного пластика не обнаружилось. Затем Маша двинулась вперед по коридору, как и указал биоробот. Стены по современной моде были выложены голубоватыми стальными полосами, наверху мягким светом горели лампы... Жутковатый техногенный интерьер. Сплошная эргономика. Хоть бы цветочки в горшках поставили. 	"Вирусы... - раздумывала Семцова, шагая по почти бесконечному коридору. Ее провожали лучи рассеянного лазера, не наносившего ущерб глазам, но следившего за каждым движением человека, попавшего в здание ООН. Безопасность, понимаете ли... Террористов сейчас пруд пруди - фанатики так называемого Нового Джихада, движения, возникшего после Азиатской войны. Тогда Россия, Америка и Европа воевали против объединившихся под знаменем новой (а вернее, старинной и не так давно воскресшей) секты исмаилитов арабских государств Ближнего Востока.- "Уэйленд-Ютани" утверждает, что Фурия-161 погибла от инфекционного заболевания. Но почему Эрон начал разговор о каком-то крупном существе? Если таковое было, то откуда оно взялось и куда исчезло? Почему американцы молчали? О любой новой форме жизни, обнаруженной в других мирах, необходимо докладывать в ООН. А может быть, Эрон просто спятил от пережитого? А если переболел и это заболевание воздействовало на мозг наподобие энцефалита или бешенства? У него развилась постинфекционная психопатия? Но его смерть... Кто и за что его убил? А дискету я все-таки посмотрю сегодня вечером... В случае чего надо будет передать ее полиции". 	...Коммерсанты далеко не всегда были чисты на руку, особенно бизнесмены Запада или Юго-Восточной Азии. В России и Европе бизнес в космосе контролировался государством, поэтому злоупотреблений было не слишком много. А в Соединенных Штатах компания "Уэйленд-Ютани", превратившаяся в колоссальную межзвездную коммерческую империю, мало-помалу подбирала под себя государство. Достаточно сказать, что вице-президент США был одновременно вице-президентом Компании. 	Сейчас "Уэйленд-Ютани" подставила саму себя. Прозвучало магическое слово - "вирус". Может быть, объяснение о "неполадках на корабле "Сулако" и аварии на Ахеронте" Компании еще сошло бы с рук. Равно как и гибель колонии на Фиорине. 	Но если идет разговор о неизвестном и явно враждебном вирусе, то непременно должна быть назначена авторитетная комиссия (действуют законы ООН, принятые всеми космическими державами!), выделено специальное военное подразделение для обеспечения и охраны технического персонала, а также необходимая аппаратура и межзвездный рейдер с гиперпространственным двигателем для доставки исследовательской экспедиции к месту происшествия. 	Комиссия по расследованию начала работу сегодня, 15 мая 2279 года. Если расследование не выявит ничего экстраординарного и "Уэйленд-Ютани" документально докажет, что техника безопасности при содержании принадлежащей ей тюремной колонии не была нарушена, то на Фиорину отправится обычный рейдер с вирусологами, каковые обследуют каждый миллиметр жилого комплекса, выискивая чужеродный микроорганизм. Но если вдруг выяснятся необычные детали, например, присутствие высокоразвитых и враждебных человеку существ... О!.. Тогда на орбите Земли комиссию ООН ждет разведывательный крейсер "Патна" (кстати, этот корабль принадлежит Вооруженным Силам Соединенных Штатов Америки, оснащен всей необходимой техникой и имеет на борту ядерное оружие), и команда биологов, военных, а также технических специалистов немедленно вылетит на Фиорину для подробнейшей инспекции. 	А Мария Семцова будет там консультантом, специалистом-ксенологом. Стандартная командировка. Таких за последние семь лет у Маши было двенадцать на дюжину. Прилетели, осмотрели, взяли пробы, сделали выводы... Обычно ничего страшного не обнаруживалось. Прионы, вирусы, растительные бактерии - против этих неразличимых глазу существ всегда найдется способ борьбы. Лишь редкие (один на тысячу!) микроорганизмы не поддавались создаваемым на Земле антидотам. А иногда и вовсе заскучавшие колонисты подшучивали над службой биологической безопасности, поднимая беспричинную панику, обнаружив в своем поселении абсолютно безвредный грибок и требуя немедленного прибытия специалистов. 	Однако пересланное Семцовой приглашение на этот раз выглядело настораживающе. Сутки назад Маша получила по закрытой компьютерной сети ООН следующий текст: 	"Секретно. Только для адресата. 	От: Комитет по биологической безопасности ООН; Межпланетная коммерческая торговая компания "Уэйленд-Ютани" (США). 	Кому: мисс Марии В. Семцовой, консультанту ООН по вопросам чужой жизни, Институт прикладной ксенологии, Санкт-Петербург. Российская империя. 	Уважаемая леди! 	В связи с известными событиями на планете Фиорина (система Нероид), вызвавшими гибель 27 заключенных тюремного комплекса Фурия-161, мы просим Вас прибыть на заседание экстренной комиссии ООН в качестве консультанта по вопросам ксенологии и чужой биологической жизни. Все подробности происшествия будут Вам представлены по прибытии. 	Не исключена возможность Вашего участия в исследовательской экспедиции к объекту Фиорина в связи с вероятностью продолжения работы комиссии в регионе обнаружения биологической опасности. 	С определенной долей уверенности мы можем заявить о присутствии на объекте Фиорина/Фурия-161 не зарегистрированной ранее формы биологической жизни, опасной для вида Homo sapiens. 	Просим немедленно подтвердить Ваше согласие на участие в конференции либо прислать официальный отказ. 	Работа комиссии начинается 15 мая 2279 года 9:00 пополуночи, зал 23, Комплекс ООН, Женева, Швейцария, Европейское сообщество. 	Подпись: Директор Комитета по биологической безопасности ООН 	Флориана де Бритой. 	Представитель МКТК "Уэйленд-Ютани" Рональд Хиллиард". 	Почему депеша подписана не только госпожой директором, но и вице-президентом "Уэйленд-Ютани"? Почему ООН так заинтересовалась событиями на Фи-орине? Может быть, следящие станции надгосударственной организации перехватили одно из сообщений Компании, не подлежащее широкой огласке? И все-таки, что за информацию передал Маше лейтенант Эрон? 	- Р-разберемся, - буркнула себе под нос Семцова и выложила на стол капитана службы охраны представительскую карточку. 	- Что, простите? - переспросил швейцарец. Это был человек. Ответственные должности поныне оставляются за людьми. 	- Ничего,- мрачно ответила Маша.- Я просто опаздываю. 	- Двадцать третий зал. - Капитан указал рукой направление. - Можете вдти, мадемуазель.

	ГЛАВА ПЕРВАЯ 	- ..."Уэйленд-Ютани" отказалась от промышленной разработки олова на Фиорине около четырех лет назад. А когда-то здешние шахты давали не меньше тридцати процентов всей добычи этого металла. 	- Почему же тогда завод был закрыт? Если здесь использовался труд заключенных и старинное оборудование, не требующее больших затрат и вложений, наверняка сталелитейное предприятие было рентабельным... 	- Далеко возить. Олово недавно обнаружили на одном из континентов Плутона в Солнечной системе. Это буквально под боком Земли. Соответственно, каторжную тюрьму, как только был построен жилой комплекс, перевели на Плутон, а на Фиорине были оставлены лишь несколько заключенных - поддерживать жизнеспособность колонии. 	- Интересно... Значит, погибли именно эти люди? 	- Вы невнимательно слушали доклад на конференции, Мария Викторовна. Мне кажется, вы тогда были заняты совершенно другими мыслями. - Это точно... Огромный комплекс металлургического завода был мертв. Жесткое временное освещение, наросшие на стальных арках тусклые сосульки, пронизывающий холодный сквозняк... Прошло лишь двадцать шесть дней 	с того момента, как сеть КОМКОН уведомила всех абонентов: "Фурия-161. Последняя информация. Тюрьма закрыта. Все работы прекращены. Оставшееся оборудование продается на металлолом". Гигантская система, включавшая в себя десятки шахт, перепутанные коридоры тоннелей и заброшенные жилые помещения, умерла в тот миг, когда последний человек покинул Фиорину. Механизм не может существовать без помощи своего создателя. 	Двое людей стояли неподалеку от лепестковой двери, ведущей к центральному плавильному цеху. Они говорили по-русски. 	- Мария Викторовна, - осторожно сказал невысокий, крепко сложенный мужчина лет двадцати пяти - двадцати семи и смущенно пригладил ежик темных волос,- скажите, а вы вообще понимаете, для чего мы сюда прибыли? Американцы вложили в эту экспедицию немыслимые деньги, снова запустили систему жизнеобеспечения... 	- Понимаю. Даже лучше, чем хотелось бы, - устало ответила Семцова. - Извините, Сергей. Подробнее объясню потом. Когда время будет. Сдается мне, ваше подразделение выдернули зря. Тут некого опасаться. 	- Мы уже больше суток ходим без защитных костюмов, - нейтральным голосом сказал мужчина в военной форме. Хоть вы меня успокойте - здесь и на самом деле нет никаких вирусов? 	- Ни одного,- кивнула Семцова.- Кроме тех, которых привезли с собой люди. Обычные штаммы гриппа, пару часов назад я обнаружила в смывах канализации вирус гепатита... Все остальное не представляет интереса. 	- Подозрительно. - Мне тоже так кажется. 	Они стояли и болтали о ерунду лишь бы занять время. Да, собственно, о чем можно ещ„ говорить? 	"Патна" пришла к Фиорине почти двое суток назад, поначалу было высажено военное подразделение вкупе с несколькими биологами, затем в комплекс заброшенных построек спустились инженеры "Уэйленд-Ютани", в рекордно короткий срок оживившие, казалось бы, давно погибшую колонию. Но все одно - здесь витал запах смерти. 	Представителей ООН, составлявших немногочисленную, но более чем компетентную комиссию, челнок доставил на планету в последнюю очередь. Их жизнями нельзя было рисковать. Это закон: вначале спускаются военные и передовая исследовательская группа, они обшаривают все закоулки, берут первые пробы, а уж затем должны прибыть серьезные специалисты. Те, кто имеет право от имени Организации Объединенных Наций вынести свой вердикт и стать свидетелями либо обвинения, либо защиты. 	Таковых же на борту "Патны" было трое. Во-первых, бессменный на протяжении уже двух десятков лет председатель Ассоциации ксенологов профессор Роберт Ирвин Блейк - эдакий седоватый сморчок, чопорный англичанин, старательно придерживающийся традиций. Его помощником была русская - госпожа Мария Викторовна Семцова, доцент кафедры ксенологии Санкт-Петербургского университета. Третий эксперт был выбран американцами. Доктор Рональд Хиллиард. Этим именем все сказано. Гениальный ученый, нобелевский лауреат, создатель искусственного разума и искусственного человека, вице-президент и начальник отдела компании "Уэйленд-Ютани", и прочая, и прочая... В довесок можно сообщить, что мистер Хиллиард был одним из самых богатых людей планеты, занимая третье место после владельца компании "Майкрософт" Уильяма Гейтса Восьмого и самого модного писателя последнего времени - немца Гунтера Райхерта. Времена "нефтяных шейхов" давно прошли. Ценился интеллект. 	"Уэйленд-Ютани" не поскупилась. На ее средства (причем использованные не по решению суда, а добровольно, волею совета директоров) был снаряжен один из новейших крейсеров, оснащенный гиперпространственными двигателями, были наняты лучшие специалисты. Господин Ван-Льюен, генеральный директор Компании, сообщил в Женеву, что даже финансирование военной операции, буде таковая станет необходимой, он возьмет на себя. 	Бан-Льюен перестарался. Он настолько искренне делал вид человека, не виноватого ни в чем, что у недолюбливавших дельцов из-за океана руководителей ООН возникли какие-то странные, ничем в принципе не обоснованные подозрения. Когда потенциальный виновник гибели нескольких десятков людей швыряет миллиарды буквально в открытый космос для того, чтобы доказать свою правоту, поневоле начнешь задумываться... Разумеется, "Уэйленд-Ютани" - самая богатая корпорация Земли, какой бы штраф или ограничение деятельности на Компанию ни был бы возложен, Ван-Льюен откупится. Следовательно, американцы почему-то очень хотят вернуться на Фиорину. И вернуться туда на законном основании. 	Мадам Флориана де Бритон, заместитель Генерального секретаря Организации, сделала ход конем. Она взяла все то, что предлагала "Уэйленд-Ютани", - крейсер, техническое и материальное обеспечение, однако в деталях не пошла на поводу у Компании. Американцы предлагали отправить в качестве охраны биологов свое сопровождение - два взвода известной "Звездной пехоты", перед которой (если верить фильмам и рекламным роликам в Интернете) "все цветет, за ней все горит". Госпожа де Бритон, благо была наделена соответствующими полномочиями, вежливо отказала и нашла компромиссный вариант. Военные действительно отправились вместе с экспедицией. Да, таковую возглавляла компания "Уэйленд-Ютани" в лице своего вице-президента мистера Хиллиарда. Но в то же время... 	Армейским отрядом командовал американец - полковник Ретт Гор, подписавший два года назад контракт с ООН и несколько раз возглавлявший особо опасные операции. А вот кого Гору передали в подчинение!.. Ох-ох! 	Можно до хрипоты спорить о том, кто лучше и круче - американская "Звездная пехота", европейские "Серые береты" или русский внеземедьный спецназ "Волкодав". В Российской империи двух мнений по поводу своего космического десанта не существовало - они самые-самые-самые!.. В конце концов, пятнадцать лет назад, во время Азиатской войны, именно "волкодавы" захватили укрепленный дворец нового аятоллы Ибн-Саббада в Тегеране, в то время как американцы были заперты в Персидском заливе и вяло огрызались тактическими ударами по прибрежным городам арабов. 	Два взвода "волкодавов" сейчас проходили необходимую подготовку в центре ООН в Кобленце и были срочно вызваны распоряжением Генерального секретаря. Император России Михаил IV и его правительство не возражали. 	Надо было видеть рожи руководителей "Уэйленд-.Ютани", когда высокая темноволосая и смуглая госпожа де Бритон сообщила о своем решении. В нее не стали кидаться различными предметами, лежавшими на столах зала заседаний, лишь потому, что это было неприлично. Черт побери! Русские! Вечные конкуренты! Только их нам сейчас не хватает! 	Однако приказ был передан в Комитет по обороне ООН, и на следующий день самолет с двумя десятками русских десантников, срочно переброшенных из учебного центра, приземлился в Женеве. Командовал ими тихий, вежливый (можно заметить, до отвращения вежливый) лейтенант Сергей Казаков. Так сказать, старший "волкодав". 	Мария Семцова, просидев четырнадцать часов в конференц-зале, где не услышала ничего нового, кроме изощренного вранья штатовцев, отстаивавших перед ликом грозной ООН свою невиновность, после окончания заседания и вердикта госпожи де Бритон уединилась в индивидуальной видеокабине, обнаружившейся в женевском здании, и просидела там еще восемь часов, лишь изредка выбираясь в буфет за чашкой крепчайшего кофе и сигаретами. 	То, что она увидела, было столь же невероятно, насколько и реально. 	А женевское телевидение трубило: "Первое убийство в нашем городе за последние восемь лет! Гражданин США Джеймс Эрон умер сегодня в половине девятого утра на набережной озера!" 	Никто не знал истинных причин его смерти. Кроме заказчиков. 	Мария Семцова, просматривая дискету, могла догадываться... 	- Сергей, скажите, а вы нашли хоть что-нибудь? 	- Нашли,- вздохнул Казаков.- Очень немного. Здесь кто-то успел поработать до нас. Судя по отчетам, которые я читал, "Патна" посещала эту планету около месяца назад. 	- А причина? - подняла бровь Семцова. - Как я полагаю" это была спасательная акция? Сигнал СОС? 	- Не совсем. - Лейтенант замолчал. Информация была секретной, и раскрывать ее он не имел права. Хотя... В Антарктическом центре слежения был перехвачен закодированный сигнал, отправленный с Фиорины в центральный офис "Уэйленд-Ютани". Диспетчеры передали его в надлежащие инстанции, а затем запись попала в руки Комитета по безопасности ООН. Тогда и выяснилось, что руководители Компании беззастенчиво лгут. По их версии, население Фурии-161 вымерло от вирусной инфекции. В действительности все выглядело несколько по-другому. 	К счастью для человека, техника в нынешние времена развита до уровня, когда крупные аварии в космосе становятся крайне редкими. Бывает, погибают отдельные люди на шахтах или орбитальных станциях, но в большинстве случаев причина их смерти не в отказе аппаратуры, а в нарушении самим человеком элементарных правил техники безопасности. Но в последние недели случилось несколько катастроф, которые так или иначе должны были заинтересовать и Организацию, и правительства некоторых стран. 	Для начала поступил автоматический сигнал бедствия с Ахеронта, где находилась колония Хадли. Туда был отправлен спасательный рейдер "Сулако", который вскоре таинственно исчез вместе со всем экипажем. Вскоре последовали события на Фиорине. В общей сложности не меньше двухсот жертв. "Уэйленд-Ютани", которой принадлежали оба поселения и рейдер, понесла колоссальные убытки - двадцать миллиардов долларов, а может, и поболее. Но руководство Компании не обратилось в страховые агентства, а мистер Ван-Льюен на пресс-конференции в Вашингтоне заявил, что в аварии на Ахеронте виновных нет. Произошел сбой в работе реактора атмосферного процессора; "Сулако", предположительно, тоже погиб из-за фатальных нарушений в центральном компьютере, а население тюрьмы Фурия-161, как это уже неоднократно объявлялось в прессе, вымерло от воздействия чужеродного вируса. 	У ООН не было поводов назначать расследование до поры, пока была расшифрована передача с Фиори-ны. Запись была странной - показания нейросканера, изрядно искаженные помехами. Но когда выяснилось, что объектом исследования являлась лейтенант флота Эллен Рипли, входившая в состав экипажа "Сулако", высоколобые специалисты в Женеве задумались. 	Во-первых, госпожа Рипли никак не могла очутиться на Фиорине, находящейся в другом рукаве Галактики. Во-вторых, на картинке, переданной сканером, было отчетливо различимо неизвестное ранее живое существо, скорее всего паразит, вселившийся в организм человека. В-третьих, связь с Фурией-161 вскоре была прервана, а "Уэйленд-Ютани" никак не объяснила присутствие на этой отдаленной планете члена экипажа пропавшего рейдера. 	Странности продолжались. Руководитель полета, вице-президент Компании Рональд Хиллиард, своим приказом установил неоправданно жесткую дисциплину на корабле. Военные не имели права общаться с биологами и медицинским персоналом (Компания зачем-то откомандировала на "Патну" группу лучших хирургов в добавление к штатной бригаде медиков, сопровождавшей армейский отряд). Биологи, едва спустившись на планету, по приказу руководства занимались не поиском чужих микроорганизмов, а брали смывы крови, каковой в коридорах жилого комплекса было удивительно много. На свалке тюрьмы были обнаружены останки давно вышедшего из строя биоробота, и тотчас с корабля пришел приказ: "Упаковать, доставить челноком на "Патну", обращаться с крайней осторожностью". 	Военные попытались задать вопрос - где тела пострадавших? Если двое человек были спасены, то где находятся трупы еще двадцати пяти людей из числа заключенных и обслуживающего персонала? Хиллиард промолчал. 	А через несколько часов взвод под командованием Казакова, проводивший обследование территории, наткнулся на разбитую спасательную шлюпку. Идентификационный номер на корпусе и полустершиеся буквы "Сулако" говорили только об одном: по крайней мере один человек с американского рейдера спасся и совершил аварийную посадку на Фиорине. Видимо, это и была Эллен Рипли, с чьей передачей командование подразделения было ознакомлено. 	Казаков доложил о находке полковнику Гору, а тот потребовал встречи с Хиллиардом. Последний ответил, что всему свое время. 	Маше Семцовой было одновременно и скучно, и интересно. Уж она-то, просмотрев спасенные Эроном записи, во всех подробностях знала, что происходит. Еще на Земле, в Женеве, у нее возникло желание срочно передать дискету в Комитет по безопасности и тем самым сразу вывести Компанию на чистую воду. Однако она решила промолчать и подождать. Интересно, насколько далеко зайдет Компания в своей лжи? 	Маша отдавала себе отчет в том, что нарушает закон. Фактически, ее действия могли быть названы укрывательством или, в лучшем случае, утаиванием свидетельских показаний. Но Семцова была не юристом, а биологом. Судя по записям видеокамер "Сулако", обнаружившейся на диске телеметрической информации катапультировавшегося с крейсера челнока и разрозненным данным компьютера Фурии-161, каким-то чудом сохраненным Эроном, человек столкнулся не с обычным крупным животным, а с первой разумной формой жизни... 	Без сомнения, эти зверюги были опасны. Маша, просмотрев записи, долго не могла прийти в себя - одно существо менее чем за сутки истребило всех заключенных Фурии; твари, расплодившиеся на Ахерон-те, погубили Хадли в течение недели, а затем буквально вырезали отряд американской морской пехоты, прилетевший на помощь поселенцам. Милые такие зверюшки... 	Маша приняла решение, когда челнок с собранным ООН и "Уэйленд-Ютани" экипажем "Патны" карабкался на орбиту Земли, доставляя людей к крейсеру. Ра-зумеется, еще можно было отказаться от полета, отдать дискету властям и тем самым спровоцировать самый громкий судебный процесс в истории, но... Маша, за-крыв глаза, представила слегка раскачивающуюся перед ней черную зубастую морду таинственного существа, знакомство с которым так усиленно пыталась скрыть Компания, и подумала: "Гори оно все огнем! Я просто хочу на них посмотреть. Да и это вряд ли получится - зверя с Фиорины убили, Рипли умерла и унесла с собой зародыша, на месте колонии Хадли сейчас выжженная радиоактивная пустыня... Когда вернемся с Фурии, тогда и поговорим". 	"Уэйленд-Ютани" сработала неаккуратно, проводя спасательную операцию в тюремном комплексе. Они оставили после себя множество следов: конечно, трупы заключенных были скорее всего сожжены в плавильных печах; частицы чужого существа, убитого заключенными, вероятно, вывезены для исследований, но в то же время господин Ван-Льюен и прочие президенты - вице-президенты - руководители не догадались как следует упрятать улики. Они были уверены, что ООН никогда не заинтересуется погибшим поселком-тюрьмой. Разбитая шлюпка, кровь на стенах, следы кислоты, составлявшей, судя по видеозаписям, внутренностную жидкость чужой твари... 	Маша подсознательно чувствовала - Компания что-то готовит. Что именно - было непонятно. Созданная Хиллиардом атмосфера разобщенности на корабле, его постоянные отказы общаться со специалистами - как с биологами, так и с биотехниками или военными - наводили на размышления. Создавалось впечатление, что господин руководитель полета чего-то ждет. Может быть, даже некоего сообщения с Земли. Хиллиард и его помощник оставались на орбите, не спускаясь на планету, хирурги-американцы тоже. Господин Блейк, оксфордский профессор, постоянно сидел в закрытой для остальных лаборатории и занимался чем-то непонятным. 	Семцова старательно выполняла возложенные на нее обязанности. За те несколько часов, которые экспедиция провела на Фиорине, она взяла достаточно проб, чтобы определить - нет здесь никаких опасных вирусов. Да, впрочем, это ей было понятно изначально. Версия "Уэйленд-Ютани" об опасных микроорганизмах являлась только прикрытием. И все-таки чего ждет Хиллиард? 	Казаков и Мария Викторовна разговаривали уже около получаса. Лейтенанту сейчас тоже было нечего делать: жилой комплекс обследован и признан безопасным для человека, его подчиненные взяли под охрану основные точки бывшей тюрьмы и шлюз, ведущий к посадочной площадке, на которой стоит челнок, биологическая бригада собрала нужную информацию... Часа через полтора-два модуль стартует с Фиорины, вернется на "Патну", и крейсер возьмет курс на Землю. А затем последует нудная рутинная работа: составление отчетов, рапортов и докладов, в которых будет значиться одно и то же - чужие вирусы не обнаружены, колония безопасна, причины гибели заключенных не выяснены. 	- Мне кажется,- проворчал Казаков, притушивая сигарету о металлическую плиту двери шлюза,- что вы, Мария Викторовна, знаете чуточку больше, чем я. И дураку понятно, что здесь нет никакой инфекции. А вы бродите по комплексу с этим приборчиком, - лейтенант указал взглядом на прикрепленный к рукаву Сем-цовой детектор движений живых организмов, - пытаетесь кого-то выследить, рассматриваете какие-то кислотные потеки... По-моему, дырка в полу, которую мы нашли в бывшем медицинском блоке, была просто выжжена кислотой, пролитой неосторожным доктором или медицинским техником. 	- Да? - мрачно усмехнулась Маша. - Сергей, вам не кажется, что в такой маленькой больнице, как здесь, на Фиорине, никто не будет хранить концентрированную кислоту? Она просто не нужна. Кроме того, ожог на металле совсем новый, ему около месяца. Я просмотрела данные по оснащению медчасти Фурии и не нашла в описи опасных окислителей. 	- Это металлургический завод,- ответил Казаков.- Может быть, принесли с предприятия? 	- Ерунда, - поморщилась Маша. - В одном вы правы, лейтенант. Я действительно знаю больше, чем вы. Только мои знания сейчас не пригодятся. Здесь никого нет, кроме нас, людей. 	- Сейчас нет? - Казаков проницательно глянул в глаза Семцовой. - А месяц назад кто-то был? Я имею в виду, не человек? 	Маша помедлила и едва заметно кивнула, 	- И куда он исчез? - полушепотом спросил Казаков. - А может быть, они? Кто перерезал здешних зэков? 	- Не скажу, - твердо ответила Маша. - Это не от недоверия к вам, лейтенант. Я еще сама толком ничего не знаю. 	- Тогда хотя бы скажите, чего следует бояться.- Казаков напустил на лицо хмурость. В конце концов, он отвечает за безопасность гражданского персонала и должен знать, что происходит вокруг и какова может быть угроза. Вечно эти ученые темнят, не желая раскрывать свои тайны, которые рано или поздно станут явью! 	Маша решилась: 	- Крупный организм, чуток смахивает на огромное насекомое. Черная окраска. Хищник. Обычно нападает сверху, с потолка. Это все, что я могу сейчас сказать. 	- И на том спасибо, - буркнул лейтенант. - Пойдемте? Нам скоро нужно будет эвакуироваться с планеты. - Он помедлил и добавил: - Это, конечно, не мое дело, Мария Викторовна... У "волкодавов" простой приказ: охранять научный персонал от любой опасности и в случае непосредственной угрозы уничтожить все, что встанет на пути исследователей. Но если то, что вы сейчас сказали, - правда, то почему нас не предупредили? Командование войсками ООН должно знать о таких вещах. 	- Они не знают, - тихо сказала Маша. - Никто не знает. Кроме меня и этих долбаньгх американцев, которых поставили над нами командовать. Понимаете? Боюсь, мы сейчас работаем не на Организацию, а на "Уэйленд-Ютани". Сергей, если вдруг кто-то из ваших солдат увидит хоть что-нибудь необычное, не забудьте отразить это в рапорте, хорошо? 	- Конечно. - Казаков слегка поклонился, будто благовоспитанный самурай.- О, черт, рация! Извините... 	Запищала миниатюрная трубочка, лежавшая в кармане его куртки. Очень неудобный способ связи - во время боевых операций применяется шлем-каска со встроенным коммуникатором, микрофоном и видеокамерой, а сейчас что вояки, что работающие на Фиорине ученые расслабились, не видя опасности, и позволили себе отойти от строгих инструкций. 	- На связи! - рявкнул Казаков в трубку, помещавшуюся в ладони. Выслушал. - Что? Ничего не трогать! Оставайтесь на месте! А? Да, специалист будет. 	- В чем дело? - вскинулась Маша, когда лейтенант прервал связь. - Ваши ребята что-то обнаружили? 	- Чужеродный организм,- быстро ответил Казаков. - Маленький, если верить определителю массы. Вес не более двух килограммов. Кроме того, он очень мало движется. Надеюсь, колонисты забыли здесь кошку... 	- Какую кошку? - возмутилась Маша. - Где это? Идемте быстрее! Слава Богу, вы догадались приказать своим не подходить близко. 	Лейтенант обиделся. Все-таки "волкодавы" не полные идиоты, каковыми обычно принято считать всех военных. Догадался! Он просто следовал инструкции, 	в которой четко сказано: "Любое приближение к чужеродному организму без защитного костюма крайне опасно". А таковых костюмов сейчас не было даже у 	биотехников, которые, насвистывая веселые песенки, работали в просохших за последний месяц трубах канализации колонии, забирая образцы всех возможных 	бактерий, которые могут здесь обнаружиться. 	- Сообщение от шлюза "В", это неподалеку от свалки. - Казаков умел владеть собой и никак не продемонстрировал свое отношение к неразумным штатским лицам, коих, разумеется, представляла Мария Викторовна.- Поможете, если что? 	- Будем считать, что там кошка, - хмыкнула Маша. - А если нет, я советую вам отдать приказ стрелять по любому движущемуся объекту, не являющемуся человеком. 	- Сурово.- Казаков кивнул и ткнул пальцем в кнопку, открывающую дверь в сталелитейный цех.- Пойдем здесь, будет короче. Я не зря двое суток сидел над планом колонии. Могу гулять здесь с закрытыми глазами. 	Семцова шла за спиной лейтенанта, и почему-то ее глодало очень нехорошее предчувствие. На Фиорине не должно быть никаких живых существ крупнее выживших на таком холоде кишечных палочек. А тут живой организм весом не меньше двух килограммов! Подобная масса уже подразумевает то, что организм многоклеточный. И одно это настораживает. 	Оно сидело на стене, метрах в двадцати от разбитого челнока с рейдера "Сулако". Изначально заметить его было просто невозможно: существо забилось в щель меж стальными пластинами - клепки обшивки разошлись и образовали укрытие, в котором оно могло спать и регенерировать. 	Несколько позже, месяца через три, следственная комиссия на Земле установит причину появления на "Сулако" этих созданий. Лейтенант Рипли, покидая Ахе-ронт на десантном катере, привезла с собой материнский организм, и за то краткое время, пока он находился на корабле, случилась очень неприятная вещь - мажа сумела оставить несколько личинок. Один заразил американку, позже погибшую на Фиорине, другой атаковал принадлежащую заключенным собаку и развился в крупный организм, истребивший население тюрьмы... Две личинки погибли при ударе спасательного катера о ледяную поверхность Фиорины. Выжило лишь одно существо. Его сильно ранило, почти разрезало пополам обрывком металла, однако жизненно важные центры организма не были задеты. Тварь заползла в укрытие и стала дожидаться времени, когда тело восстановится и появится возможность вновь выйти на охоту. 	- Дохлое,- уверенно сказал кто-то из солдат, кивая подошедшему лейтенанту на торчащие из почти неприметной щелки узкие паучьи лапы с маленькими присосками. За спиной Казакова, нахмурившись, стояла русоволосая женщина в штатском. Она и ответила: 	- Если, как вы, капрал, выражаетесь, это существо "дохлое", то каким образом детектор движения на него среагировал? 	Капрал, имени которого Маша не знала, снисходительно посмотрел на "госпожу консультанта" (ну что взять с гражданского персонала?) и объяснил таким тоном, будто разговаривал с недоразвитым ребенком ясельного возраста: 	- Этот прибор, - военный ткнул пальцем в укрепленный на левом рукаве темный экранчик в обрамлении сероватого пластикового корпуса и целого сонма цветных кнопок, - реагирует на любую биологическую массу, перемещающуюся в пространстве. Даже на листик березы, сорванный с ветки. 	- Значит, оно только что двигалось.- Казаков мрачно покосился на своего подчиненного, нагнулся и, подняв с пола обломок ржавой трубки, вытянул руку. Потыкав в непонятное создание сим предметом, он обернулся и подозвал Машу: - Мария Викторовна, что это? 	Семцова знала ответ на этот вопрос. Она не зря прогоняла полученную от умершего в Женеве Эрона видеозапись через многочисленные фильтры, добиваясь наилучшего качества изображения. Личинка. Личинка чужого существа, способная отложить в организм человека эмбрион. 	Тварь, ничуть не прореагировав на действия лейтенанта, по-прежнему не шевелилась. 	- У вас есть прочный герметичный контейнер? - Маша дернула Казакова за рукав. - Зверя нужно оттуда вытащить и обязательно изолировать. Только... Сергей, пожалуйста,- Семцова понизила голос до шепота,- американцам ни слова, особенно руководству экспедиции. Мы должны взять его с собой, но пускай это существо исследуют не в Вашингтоне или Далласе, а в Женеве. 	Казаков промолчал. Дело в том, что его инструкция четко предписывала докладывать вначале вышестоящему военному начальнику, а затем и гражданскому руководителю о контакте с любым живым существом, не относящимся к изученным видам. Нарушить приказ?.. 	Его мысли сбил новый вопрос Маши, обращенный к высоченному капралу, возглавлявшему отделение "волкодавов: 	- И все-таки животное двигалось? Если оно мертво, то шевелиться никак не может. Закон природы... 	- Перемещалось, - расплывчато ответил военный, пожав плечами.- Сквозняк, подвижка металла... Да у него мог коготь отсохнуть и разломиться! И оно упало откуда-нибудь сверху! Я же вам сказал - детектор реагирует на любое движение биомассы, даже мертвой. 	- Да, - подтвердил Казаков, прищуривая и без того узковатые темные глаза. - Мы были обязаны запрограммировать детектор движений так, чтобы он мог уловить даже каплю крови, падающую с потолка.- И добавил немного извиняющимся тоном: - Это, конечно, самый чрезвычайный режим, но вы должны понимать... 	- Отлично понимаю,- кивнула Маша. Она уже вытянула из сумки резиновые перчатки и, отстранив Казакова, шагнула вперед. Отчасти она понимала, что очень рискует, но если вояки утверждают, что существо мертво, значит, так оно и есть. Нечего бояться. В любом случае "волкодавы" сумеют ее защитить. 	"Эллен Рипли наверняка тоже так думала, спускаясь со "Звездной пехотой" на Ахеронт, - мелькнула у Семцовой несуразная мысль.- Америкашки были подготовлены ничуть не хуже, чем люди нашего лейтенанта. И где они все теперь?" 	Маша решительно отогнала слегка панические инстинктивные выкладки, столь нежданно появившиеся в голове, подняла руки и осторожно взялась за одно из щупалец сероватого паукообразного существа, высовывавшееся из щели в металле. В конце концов, здесь только один Чужой и тот маленький. Рипли на LV-426 столкнулась с полутора сотнями взрослых чудовищ и смогла унести ноги... Так стоит ли бояться маленькой и вдобавок мертвой личинки? 	Семцова потянула существо за длинную тонкую лапу, оканчивающуюся желтоватым коготком. Небольшое плоское тело неожиданно легко подалось, и вскоре из щели выглянуло округлое туловище, шлепнул по стене длинный безжизненный членистый хвост... 	"Сейчас оно мне скажет: "Отстань, зачем за лапы дергаешь?",- фыркнула про себя Семцова, стараясь не обращать внимания на насмешливые физиономии солдат, окруживших ее. Видимо, они, люди, привыкшие сталкиваться с реальной опасностью, полагали, что ученый-ксенолог уж слишком осторожничает. Только Казаков оставался серьезным. 	- Никогда ничего подобного не видел,- пробормотал лейтенант.- Мария Викторовна, это те самые, большие и черные, нападающие с потолка? По-моему, оно маленькое и серое... 	- Когда оно поселится к вам в грудную клетку, а потом родится, разорвав ее, то станет большим и черным, - шепотом парировала Семцова.- И вообще, мне кто-нибудь даст контейнер? Или мне тащить эту мерзость на "Патну", волоча за хвост? 	Казаков зыркнул на одного из солдат так, что Маше показалось, что рядовой сам готов превратиться в требуемый контейнер. Просто удивительно, как этот невысокий и не кажущийся особо сильным лейтенант заставляет своих громил-"волкодавов" подчиняться не устным приказам, а, так сказать, визуальным. 	Контейнер стоял у ног Семцовой через несколько секунд. 	- Во-от, - проворковала Маша, открывая серебристым ключиком крышку, обитую керамикой. Личинка - она оказалась тяжеленной, килограммов пять, не меньше, врал детектор - по-прежнему безвольно свисала с ее руки. И никто не замечал очень слабого подрагивания щупалец. - Сейчас мы тебя положим на место, отвезем куда следует... О, черт!.. Держите ее! - Ни хера себе дохлая!.. - матюгнулся обычно сдержанный Казаков. - Оружие к бою! 	Маше почудилось, что сейчас лейтенант рявкнет: "Взять живой!" 	Чужое существо ожило с внезапностью маленького смерча. Ударив щупальцами по Машиной руке, оно заставило Семцову разжать ладонь, соскользнуло вниз, на пол, а потом... Чужой замер на грязных бетонных плитах пола буквально на секунду, словно размышляя, и, оттолкнувшись хвостом, как пружиной, прыгнул Маше на грудь. Пуля автоматической винтовки, выпущенная кем-то из военных, ударила в то место, где сидела маленькая тварь, мгновение спустя. 	Дальнейшего Маша почти не помнила. Резкие, хрипловатые и чуть картавящие приказы Казакова, чьи-то сильные руки, обхватившие ее за плечи, яростная матерщина солдат и... 	Вокруг шеи обвилось что-то холодное и жесткое, голову облепили длинные, с человеческое предплечье, членистые пальцы. Маша, пытаясь отодрать от себя казавшуюся ледяной шершавую мерзость, схватила ее обеими руками за основание хвоста, все туже стягивающего горло, но не преуспела. Разжимая зубы, в рот Семцовой устремилась скользкая узкая трубка, прорвалась за корень языка, ниже гортани, раздвинула голосовые связки и застыла где-то в груди. 	"Конец,- это было последней мыслью Маши. Сознание меркло. - Она убьет меня и всех нас. А идиот капрал говорил - дохлое, дохлое..." 	Потом была темнота. Вслед за ней пришли сны. Из кровавого тумана вышла высокая темноволосая женщина с большими карими глазами и какой-то очень доброй улыбкой. Темно-голубая форма американского торгового флота. И вышитая цветной капроновой нитью нашивка на груди: "Ellen Ripley". 	"Привет,- сказала она.- Поговорим?" 	- Носилки! - тихо приказал Казаков, когда все попытки оторвать от гражданского советника по биологической безопасности Марии Семцовой странное 	коричневато-серое существо не увенчались успехом. Тварь прилипла к ее голове будто пластырь. - К челноку! 	Лейтенант был достаточно умным человеком для того, чтобы понять - случилось нечто очень и очень плохое. Разрозненные слова Семцовой, ее неясные намеки, вся увертюра к этой истории были более чем подозрительны. И вот теперь здесь, на Фиорине, на колоссальном расстоянии от Земли, произошло то, что не должно было произойти. Казаков не зря подозревал, что отдыхающая сейчас на "Патне" бригада хирургов Компании еще покажет свой профессионализм. И точно так же он подумал, что врачей везли на Фиорину как раз для такого случая. 	Щелкнули крепления носилок. Опустился колпак криогенной капсулы. Пилот, англичанин по фамилии Фарелл, начать прогревать двигатели. 	Казаков сел в свое кресло. На его лице, как, впрочем, и всегда, было выражение безмятежного спокойствия, чреватое очень крупными неприятностями для... 	Впрочем, неважно для кого. 	...Мистер Рональд Хиллиард, получив экстренное сообщение с Фиорины, находился в своей каюте. Он улыбался. Он взял два приза из трех. У него есть Чужой, и Земля дала разрешение на продолжение экспедиции. Остался третий приз: инопланетный корабль. 	Почтенный седоволосый человек на Земле получал по чеку деньги. Большие деньги. Только он да еще господин Хиллиард знали, в чем состояла услуга, оплаченная "Уэйленд-Ютани". 	На городском кладбище Бэнгора, штат Мэн, хоронили убитого несколько дней назад бывшего лейтенанта тюремной службы Джеймса Эрона. Присутствовали его жена, четверо детей и несколько дальних знакомых. 	Мария Семцова видела сны. Она вместе с Эллен Рипли пила прохладный горький кофе в разрушенных и продуваемых всеми ветрами помещениях погибшей колонии Хадли. У ног темноволосой американки сидела маленькая девочка по имени Ньют, а за спиной Рипли стоял высокий худощавый капрал с вымазанным лицом и автоматической винтовкой на плече: Дузйн Хикс. 	Они разговаривали. 	Личинка Чужого, несколько съежившаяся от холода капсулы гиперсна, делала то, что ей предназначено изначально. Клетка эмбриона перемещалась по маточной трубке вниз, в организм носителя, в его грудную клетку. 	Вселенная молчала. Ее не волновали столь ничтожные события.

	ГЛАВА ВТОРАЯ 	На геостационарной орбите над поверхностью Фиорины висел исследовательский крейсер "Патна". Огромный, ощетинившийся антеннами радаров и дулами систем вооружения, освещенный сотнями бортовых огней, набитый исследовательской аппаратурой, окруженный металлом и пластиком пузырь воздуха, сохранявший в себе пятьдесят две человеческие жизни. 	Пройдите от центрального внешнего шлюза к лифтам, поднимитесь на второй этаж-уровень корабля, сверните направо по коридору, и вы сразу очутитесь у дверей медицинского комплекса. Три операционные, большой зал интенсивной терапии, отдельные каюты-палаты... Ничуть не хуже, чем на околоземной станции "Гэйтуэй". Настоящий госпиталь. А оборудование такое, что доктора многих земных клиник истекли бы слюной от зависти, увидев собранные здесь чудеса техники. "Уэйленд-Ютани" не скупится. 	Однако сейчас пациент здесь был только один. Женщина. Ее тело покоится на отдельной платформе, окруженной лианами пластиковых трубок, непонятными для простого смертного приборами в корпусах спокойных сероватых и голубых цветов. Перемигиваются индикаторы, попискивают звуковые сигналы. Искусственный разум бьется за жизнь человека. Все необходимые для персонала данные выводятся на дисплей центрального терминала медицинского отдела корабля. За пультом доктор и медтехник, готовые прийти на помощь аппаратам, если те вдруг не справятся. 	Врач Федор Логинов, старший бригады, человек лет тридцати с густой русой шевелюрой и короткой бородкой, скучающе смотрел на экран компьютера. Ответственность за жизнь спасенной сейчас лежала только на нем. Женщина должна выжить любой ценой. Логинов, однако, не очень хорошо представлял, для чего ее вытягивать из лап смерти, которая слишком уж крепко ухватилась за нее. 	Пошли уже вторые сутки с поры, когда специальная медицинская бригада и военные доставили на "Патну" с поверхности невзрачной планетки, возле которой сейчас находился крейсер с Земли, эту женщину - привезли в состоянии глубокой комы. Основной штатный персонал удалили в свои каюты под предлогом того, что пострадавшей должна заниматься специальная бригада - хирурги из Соединенных Штатов, якобы специально подготовленные и знающие, как помочь. Больше всего Логинова убило то, что даже после операции руководитель полета не соизволил сообщить включившимся в работу реаниматологам о сути проведенного несколько часов назад хирургического вмешательства. Хиллиард сказал просто: "Вытащите ее". 	И вот уже сорок часов женщина на грани. На лезвии бритвы. За гранью - ничто. 	Пока же существование человека поддерживают лишь машины, заставляющие двигаться по сосудам кровь, наполняя организм регенерирующими органы препаратами и обезболивающим. 	Логинов заново взглянул на дисплей, где высвечивались личные данные женщины: 	"МАРИЯ В.СЕМЦОВА. КОНСУЛЬТАНТ-КСЕНОЛОГ. ЛИЧНЫЙ НОМЕР - В-29828". 	"Да-а, - мрачно подумал врач,- скудноватая информация. Ни слова о том, где и кем она работает, даже даты рождения нет... И отчего это вокруг госпожи Семцовой поднялся такой шум? Похоже, что Компании ее жизнь уж слишком необходима. Но если так, то зачем такая невероятная секретность? Даже личную дискету этой самой Семцовой нам не предоставили". Неспешный ход его мыслей прервало попискивание коммуникатора. Логинов дотянулся до кнопки, включающей видеосвязь, и на маленьком мониторе появилось изображение. 	- Да? 	- Это вы, мистер Логинов? - Федор тотчас узнал Рональда Хиллиарда, большую шишку в руководстве Компании. Доктор терпеть не мог этого напыщенного америкашку, даже ни разу не показавшегося в общей кают-компании крейсера, где обедал технический и медицинский персонал. Обед, понимаете ли, господину Хилдиарду относили в каюту. Гордый... И за что только Нобелевскую премию дали? 	- Слушаю вас, сэр, - с готовностью отозвался врач по-английски. С начальством лучше разговаривать на его языке. Во всех смыслах этого выражения...- Что вас интересует? 	- Как она? - Плохо. Прогноз не самый благоприятный. По оценке компьютера - восемьдесят процентов из ста за ее смерть. Травмы исключительно тяжелые... Хуже другое - хирурги нам оставили лишь минимум информации. - И, чуть помолчав, Федор добавил извиняющимся тоном, будто был в чем-то виноват: - Это очень неприятно, сэр. 	Худое лицо Хиллиарда на экране скривилось, он вздохнул и наконец произнес: 	- Что ж... При любом изменении ситуации немедленно докладывайте. 	И больше ни слова. Вот гад! 	Видеосвязь отключилась, а Логинов снова уставился на экран своего компьютера и, удовлетворяя терзавшее его любопытство, начал копаться в базе данных крейсера. Несколько минут работы были вознаграждены - врач нашел-таки дополнительные сведения о Семцовой, но Федора сразу же постигло полнейшее разочарование. Мозг "Патны" соизволил сообщить не в меру любознательному доктору только следующее: 	"Мария Викторовна Семцова. В-29828. 27.05.2279 ПРООПЕРИРОВАНА ПО ПОВОДУ ИНОРОДНОГО ТЕЛА БРЮШНОЙ ПОЛОСТИ. ПОСТОПЕРАЦИОННОЕ СОСТОЯНИЕ - КРАЙНЕ ТЯЖЕЛОЕ. ДЛЯ ПОЛУЧЕНИЯ ДОПОЛНИТЕЛЬНОЙ ИНФОРМАЦИИ НАБЕРИТЕ КОД ДОСТУПА". 	- Да где я тебе возьму этот код, железяка? - недовольно пробурчал Логинов. "Вот интересность какая,- подумал он,- эта милая дама была прооперирована специальной бригадой хирургов, которых готовили к неким необычным медицинским процедурам в центре экстренной помощи "Уэйленд-Ютани" еще на Земле. Этих спецов эвакуировали в Солнечную систему сразу после завершения работы, а нас, медперсонал "Патны", к ним и близко не подпускали... И какое это еще "инородное тело"? Черт знает что! 	...Было в произошедшем за последние дни отчего прийти в изумление. Мало того, что в этой спешно организованной экспедиции принимали участие военные - да не простые, а отборное подразделение десанта, подчиненное не кому-нибудь, но лично императору или министру обороны России, а заодно Генеральному секретарю ООН; подразделение, вооруженное так, что при желании запросто могло истребить половину населения тридцатимиллионной Москвы минут за двадцать; вдобавок руководство Компании за считанные часы собрало всех лучших медиков, работавших в ее организациях, и предоставило для рейда к Фиорине новейший из разведывательных крейсеров, превосходящий скоростью многие военные корабли межзвездного класса. Перед отправкой и уже во время полета слухи ходили разные. Вначале якобы "Патна" направлялась к планетоиду LV-426, в систему Z-3, и только в последний момент, перед гиперпрьгжком из Солнечной системы, персонал ООН известили, что курс лежит на Фиорину, Обстановка абсолютной секретности угнетала. Подразделение десанта было изолировано от остального экипажа, и общаться с военными руководство экспедиции запретило строжайше. Даже бригады реаниматологов и хирургов почти не общались между собой. Неужели эта невероятная заваруха началась только ради обследования давно заброшенной колонии, бывшей к тому же тюрьмой? 	Недели за две до отправки на Фиорину Логинов слышал о том, что на LV-426 ушел спасательный корабль с группой колониальной морской пехоты... А ведь первоначальным пунктом назначения "Патны", возможно, была именно эта планета. Странно. Даже очень. Логинов помнил и название корабля, отправленного на LV-426 (или, как планетоид числился в регистре, Ахеронт),- рейдер носил имя "Сулако". Похоже, сначала "Патна" летела именно в помощь этому кораблю... Отчего же курс был столь резко изменен? 	С Ахеронтом было связано какое-то известное в медицинских кругах имя. Точно не славянское. Скорее, английское или американское. Похоже, женщина. Ну точно, Эллен Рипли! 	Рипли... Логинов был уверен, что вычитал его в одном из европейских медицинских журналов. Или где?.. 	- Эврика! - вдруг воскликнул врач, от радости шлепнув ладонью по корпусу сервера. Сидевший рядом медтехник бросил на коллегу удивленный взгляд. - Вспомнил! 	Несколько месяцев назад фамилия этой женщины фигурировала в научном отчете госпиталя околоземной станции "Гэйтуэй", на конференции по космической медицине. Вроде бы Рипли провела чрезвычайно большой срок в анабиозе, или - если использовать сленг астронавтов - гиперсне. Она спала что-то около пятидесяти лет, катапультировавшись с потерпевшего аварию корабля на спасательном челноке. А перед этой историей, произошедшей столь давно, ее корабль совершил посадку на Ахеронте. 	Впрочем, какая разница? Мисс Рипли сгинула неизвестно куда; вполне возможно, что после реабилитации в Центре внеземельной медицины она снова отправилась в космос и сейчас работает на дальних линиях, а что скорее - Рипли просто погибла, когда исчез спасательный рейдер... Но Логинову не давала покоя некая смутная взаимосвязь между полетом "Сулако" и экспедицией роскошного (эдакий космический "Титаник") и неимоверно дорогого крейсера "Патна" к Фиорине. Он ощущал ее чисто подсознательно, инстинктом человека, пятнадцать лет проработавшего в Дальнем Космосе. 	- Ничего не понимаю! - Федор ударом ладони по клавиатуре отключил информационную базу и снова повернулся к мониторам службы контроля за больным. Никаких изменений. 	Тишину реанимационного блока нарушало только тихое пощелкивание и гудение аппаратуры. Старший медтехник Андрей Ильин, не обратив внимания на неожиданный возглас Логинова, углубился в изучение жизненных показателей пациентки, выводимых на дисплеи центрального терминала, так, будто это занятие интересовало его более всего в жизни. И кроме того, ответственность за четкую работу всех агрегатов лежала именно на нем, а работу свою он любил. Андрей, молодой, рыжеволосый и исключительно общительный парень, был информационной душой всей маленькой бригады реанимации и экстренной помощи. Он впитывал слухи как губка воду и потом охотно делился с близкими друзьями-сослуживцами получаемыми невесть из каких источников сведениями. 	- Андрей! - Голос Логинова прозвучал в тишине как выстрел. - Эй, Андрей Леонидыч, отвлекись на минутку. Ты случайно не в курсе, что случилось со спасательной экспедицией на Ахеронт? 	Медтехник выпрямился, потянулся, заложив руки за голову и выгнув назад шею, включил стоявшую в пределах досягаемости кофеварку и уставился на врача своими серо-зелеными глазами, 	- По слухам, - он хитро прищурился и понизил голос,- все население колонии Хадли на LV-426 погибло в результате неизвестной эпидемии или же после взрыва атомного реактора атмосферного процессора. Ну, ты, наверно, слышал об этих жутких машинах... Вот и все, что я знаю. Да ты и сам мог отсмотреть эту информацию либо по телевизору, либо в Интернете. И Руби Род в своей радиопрограмме говорил... 	- Буду я слушать такое трепло, как Руби Род!.. А что тогда стряслось с этим кораблем? - поднял брови Логинов. - Где отряд штатовской морской пехоты? Ведь мы, как полагаю, вначале должны были исследовать именно Ахеронт, искать пропавший "Сулако"... 	Ильин помолчал, в нарушение всех правил безопасности медицинского отсека закурил, громко щелкнув зажигалкой, и только затем проговорил: 	- Я знаю лишь одно - связь с "Сулако" потеряна, а сам рейдер до сих пор не найден. И еще. Там внизу, на Фиорине, наш десант нашел спасательный катер с "Сулако". Делай выводы. 	- А что ты знаешь про эту Марию Семцову, кроме предоставленных нам данных? - Логинов кивнул в сторону платформы, на которой лежала женщина. 	Андрей пожал плечами: 	- Только то, что и ты. Она наша, из Питера. Кажется, работает на ООН и имперское правительство в качестве специалиста по внеземным формам жизни. По-моему, имеет ученую степень и очень неплохо зарабатывает. В университете должна была пройти военную кафедру, а значит, имеет чин не меньше чем лейтенант флота. Впрочем, это только мои соображения. 	Логинов покачал головой и, неодобрительно посмотрев на Андрея, притушившего сигарету в пустой коробочке из-под анестетика, сказал озабоченно: 	- Знаешь, меня больше волнует здоровье Семцовой, а не ее научные заслуги и доходы. Хиллиард уже душу из меня вытряс. А в случае неблагоприятного исхода он со злости настучит в Комитет по медицине ООН и нас просто уволят, как не справившихся со своими обязанностями. Шутка ли - угробить консультанта Генерального секретаря Организации! Приказано вытянуть ее с того света любой ценой. 	- Сказать легко, а попробуй сделать, - буркнул Андрей. 	Прошел час, другой. Реаниматологи, понимая, что сейчас их личное вмешательство ничего не изменит - машины работали четче и внимательнее людей, - пили кофе и трепались о всякой ерунде, строя невероятные версии о происшествии на "Сулако". И вдруг динамики автодоктора, опекавшего Семцову, истошно заверещали, давая понять, что произошли некие изменения. Логинов и Ильин рванулись к терминалу, подозревая худшее. Но все было как раз наоборот. 	- Фантастика! - бормотал врач, видя, как меняются цвета индикаторов. Компьютер уже оценивал состояние больной как стабилизирующееся, и прогноз летального исхода составлял сейчас немногим более пятидесяти процентов.- Андрей, ты взгляни, регенерация тканей проходит нормально, клетки мозга восстанавливаются... Если дело так пойдет дальше, то через сутки ее можно будет привести в сознание! 	- Неплохие новости для Хиллиарда, - едко заметил медтехник. 	- Ладно тебе, - отмахнулся Логинов. - Кстати, не знаешь, как скоро будем возвращаться на Землю? Я буду спокоен, только когда передам эту больную в госпиталь на "Гэйтуэе". 	- Не представляю, Феденька.- Субординации, принятой в серьезных госпиталях Земли, здесь никто не придерживался, а потому отношения между врачами и медтехниками были самые дружеские.- Я слышал, будто исследовательская группа биологов прочесывает каждый дюйм колонии на Фиорине. Думается, Компанию интересует не одна только наша подопечная. Между прочим, - но учти, это исключительно между нами, - руководство "Уэйленд-Ютани" и ООН не стали бы снаряжать экспедицию такого масштаба только ради отлова идиотских вирусов. Посуди сам: на "Патне" отправили кучу исследовательской аппаратуры, бригаду лучших хирургов, отряд наших "волкодавов", биологов... У военных какая-то особая инструкция, о которой остальным ничего не известно. Здесь же представители высшего руководства Компании, Внесолнечной администрации колоний Соединенных Штатов, чиновник из ООН. Здорово, а? Не проще ли было послать на Фиорину обычный спасательный корабль международной медслужбы? И проще, и дешевле! "Уэйленд-Ютани" просто пойдет по миру, если будет снаряжать подобные экспедиции только ради охоты за чужими вирусами! 	- Продолжай, продолжай... -подбодрил Андрея заинтересовавшийся его мыслями врач. - Меня тоже это немного смущало. 	Ильин перешел на шепот, словно опасаясь, что их разговор подслушают: 	- На нашу экспедицию американцы явно угрохали не один миллион долларов. Что стоит за всем этим, подумай хорошенько? А какое "инородное тело" сидело в животе у Семцовой? А почему из всех людей, населявших Фиорину раньше, уцелели лишь двое-трое? Кажется, они сейчас на Земле? Я точно не знаю... 	- Ну, может быть, кто-то остался на планете...- неуверенно предположил Логинов. Ильин презрительно фыркнул: 	- Ага, конечно! Им там здорово живется с отключенной системой жизнеобеспечения и при температуре окружающей среды в минус сорок-пятьдесят градусов. Мой бывший приятель по Международному колледжу в Праге оказался в составе вспомогательной группы медтехников, высаживавшейся на Фиорину месяц назад,- они американских военных сопровождали. Он успел по старой дружбе шепнуть мне еще на Земле, будто двое заключенных, которых оттуда вытащили, - единственные оставшиеся в живых. И вот еще: они видели там существо. Чужое существо. Его кто-то убил, когда спасатели и коммандос спускались в жилой комплекс. Опять же ничего точно не знаю. Это все слухи. Но чужое существо, как говорят, действительно было. Крупный многоклеточный организм. 	- А... а что оно из себя представляло? - тихо спросил Логинов. - Ты хочешь сказать, будто на Фиорине находилось неизвестное науке высокоразвитое создание внеземного происхождения? Невероятно... 	- Да, - подтвердил медтехник. - Больше ничего ; не знаю. Поговорить подробнее не получилось. Сам знаешь, как Компания и ее сотрудники хранят свои тайны. Я попытался поговорить с хирургами, оперировавшими нашу подопечную, но они смотрели на меня словно на полнейшее ничтожество. Американцы, одно слово... Понты гнут, зарабатывают в десять раз больше нас, а деньги "Уэйленд-Ютани" способны заставить их молчать даже под пыткой, 	- Ничего не узнал? - огорченно сказал врач полувопросительно-полуутвердительно. Хотя и так все было понятно, 	- Разумеется, - кивнул Андрей. - Для них ООН то же самое, что для нас - туалетная бумага. Подтерся и выкинул. Для Компании персонал ООН ничего не 	значит. Ильин подошел к столику, залпом выпил подостывший кофе и, бросив на врача серьезный взгляд закончил - Однако чую всеми потрохами, эта история еще не подошла к финалу... Американцы еще дадут нам прикурить. 	- Дурацкая какая-то история... - вздохнул Логинов. - Но, может быть, ты прав. 	Первый проблеск сознания. Как тонкий луч света во мгле. Ей было знакомо это чувство. Боль. Она тоже знакома. И ощущение жизни - жива... Жива?.. Эта мысль заполнила ее мозг, и вместе с ней ворвался страх. Огромный, всепоглощающий. Почему? Память вернула последние секунды того дня. 	Разговор с лейтенантом "волкодавов" (кажется, его зовут Сергей Казаков?..). Срочный вызов к тюремному складу мусора. Тяжелая желтовато-серая тварь, похожая на огромного паука. Она должна была быть мертвой. И вдруг ожила. А потом - шаг вперед. В объятия смерти. Затем - тьма... За тьмой - сны. Странные сны. Очень живые и яркие. 	Она помнила, с кем говорила. Кто приходил во сне. Темноволосая женщина с маленьким ребенком и высоким худощавым воякой-американцем. 	Маша помнила их имена и помнила все, что они ей рассказали. 	"Жива? - Мысли ворочались тяжело, с натугой, отягощенные обезболивающими и наркотиками. - Неужели правда? Но почему?.. Чужой должен был убить меня... Разорвать грудь и выбраться наружу. Жаль, что не было шанса поступить так, как сделала Эллен Рипли, - шагнуть в озеро огня..." 	Семцова открыла глаза, приложив к этому простому движению все свои силы. Она еще не верила. Нет, не может быть. Вокруг огромное количество техники, трубки, журчание растворов, вводимых в вену, фейерверк разноцветных огоньков. И голос. Мужской низкий баритон. 	- Семцова, вы меня слышите? 	- Пить...- Она ощутила движения своего языка и губ. . - Мне очень жаль, но пока вам нельзя. После операции ваша пищеварительная система еще не пришла 	порядок. - Кто вы? 	Семцова увидела склонившегося над ней мужчину с врачебными нашивками на униформе. 	- Мое имя Федор Логинов. Я ваш лечащий врач. Как вы себя чувствуете? 	- Ужасно, все тело болит... Где я? 	- Этот корабль называется "Патна", сейчас вы в палате интенсивной терапии медицинского отсека.- Мужчина по-доброму улыбнулся. - Ручаюсь, что скоро вы будете на ногах. 	Тотчас жуткое воспоминание пронзило мозг Семцо-вой как стрелой. Снова тот день. Гладкая холодная тварь, охватывающая голову сильными членистыми щупальцами. Крики военных, удар ледяного тела Чужого в лицо. 	Эмбрион достался "Уэйленд-Ютани". Американцы отвезут его на Землю. Это конец. Твари начнут плодиться быстрее, чем комары на болоте. 	Хиллиард выиграл. 	Выиграл? 	Или еще можно что-то сделать? Но для этого нужно выжить. 	"Я выживу, - сказала Маша сама себе. - Рипли тоже выжила. И сделала должное - все, что было в ее силах. Я от нее не отстану". 	Семцова провалилась в тьму забвения. 	* * * 	Вновь свет. Стрекотание аппаратуры. Сколько прошло времени? День, два, месяц? Семцова чувствовала себя уже лучше, яснее было в голове. Боль, хотя и приглушенная обезболивающими, еще оставалась во всех членах. Маша оглянулась, почему-то обратив внимание на расположение вентиляционных люков. Странная, вроде бы не свойственная ей привычка. 	- Доброе утро,- произнес тот же голос, что и в прошлый раз. 	- Доброе, доктор... э-э?.. 	- Доктор Логинов. Вам что-нибудь нужно? 	- Да, я хочу знать, что со мной произошло. Как я оказалась здесь? Убей Бог, почти ничего не помню... 	- Как? - удивленно спросил врач. - Вас привезли с поверхности Фиорины. Очень тяжелые травмы. Потом операция. Теперь вам значительно лучше, благодаря нашим усилиям. Я думаю, вы уже можете поговорить с человеком, который вам многое объяснит. Могу поздравить, Мария Викторовна, у вас удивительно крепкий организм, не всякий выживет после такого...- Говоря это, Логинов вставлял ампулы с обезболивающим в инъектор. - Вы на редкость быстро восстанавливаетесь, это даже странно.- Он нажал на кнопку, и струйка жидкости впрыснулась в вену. Боль постепенно уходила.- А теперь, Семцова, если не возражаете, к вам посетитель... 	Рональд Хиллиард нервно ходил по операторской медицинского отсека, стряхивая сигаретный пепел прямо на пол. Стеклянные створки двери, ведущей в палату, с легким шуршанием разъехались, и оттуда вышел Логинов. 	- Сэр,- обратился он к Хиллиарду. - Она в сознании, и вы можете побеседовать, хотя ее состояние все еще оставляет желать лучшего. Убедительно прошу, не разговаривайте с больной более пятнадцати минут - любое сильное психологическое воздействие усугубит положение. 	- Когда вы сможете поставить ее на ноги? - повернулся Хиллиард к Логинову. 	- Не ранее чем через десять суток. После подобного хирургического вмешательства женщина чудом выжила. Сейчас процесс регенерации идет нормально, но я ничего не гарантирую. И ради Бога, сэр, старайтесь не волновать ее. Семцова и так очень напряжена. 	- Хорошо. - Хиллиард натянул халат, не сразу попав в рукава, и, выругавшись вполголоса, нажал кнопку У двери. 	- Только пятнадцать минут, - крикнул вдогонку врач. 	Хиллиард порывисто вошел в палату и приблизился к платформе. 	- Семцова? - тихо позвал он. Женщина открыла глаза и покосилась на нежданного визитера. Странно знакомое лицо. Такое впечатление, будто она его видела уже несколько десятков раз. Ну разумеется! Только "Бишопы", произведенные Компанией, носят одно и то же лицо-маску. 	- Ты андроид? Искусственный организм? 	- Нет, Маша. Жаль, что мы раньше не удосужились познакомиться. Я генеральный конструктор отдела робототехники компании "Уэйленд-Ютани". Мое имя Рональд Хиллиард. И я лишь создал андроидов серии "Бишоп". Рад видеть, что вы поправляетесь. 	Он изобразил на лице улыбку, очень дружелюбную и ласковую. Но приглядевшись как следует, Семцова поняла, что этот человек лишь очень похож на биоробота. Только похож. Слишком много жесткости в лице господина Хиллиарда, высокомерной снисходительности, которая отсутствовала у всех, как это ни странно, потрясающе человечных андроидов. Синтетический человек лучше настоящего. Это она успела понять, когда просматривала запись с Ахеронта. Тогда искусственный организм сделал все, чтобы спасти людей... А этот - очередное чудовище из Компании - ничем не лучше Чужого. Он получил желаемое, что же "Уэйленд-Юта-ни" хочет теперь? Наверняка они вынули зародыш и переправили в свои лаборатории. 	- В сторону ненужные слова, мистер, - слабо прошептала Семцова. - Почему я здесь? Мне никто ничего не говорит. Вы в курсе, что мне все известно? Кто-то приказал убрать Эрона, но я сохранила его дискету. Я все видела. 	- Я знаю, - нагнул голову начальник отдела Компании. - Меня очень интересует этот диск. Если говорить откровенно, мы обыскали ваши вещи, каюту, но ничего не нашли. Впрочем, вы умная женщина и могли оставить его на Земле, например в банковском сейфе или передать кому-то из знакомых... Верните запись, пожалуйста. В конце концов, это будет неплохой благодарностью за то, что мы спасли вам жизнь, 	- Жизнь? Для чего? - Семцова устало закрыла глаза. - Теперь я могу сожалеть только об одном. Я по своей глупости ничего не сообщила в Комитет ООН по биологической безопасности. И, если говорить начистоту, вам была нужна не я и не дискета, а это чудовище. Ведь вы сумели извлечь эмбрион чужого существа из моей грудной клетки? 	- К сожалению, нет, - секунду помедлив, произнес Хиллиард. - Животное погибло. К моменту начала операции зародыш не успел достаточно развиться и не смог выжить вне человеческого организма. Нам достались только его труп и мертвая личинка. 	Семцова едва заметно усмехнулась углом рта. 	- Это ложь. - Хиллиард услышал ее тихий вздох. - Я вам не верю. После всего, что натворили люди из вашей проклятой организации... Если эта история всплывет, вы сядете в тюрьму на три пожизненных срока, а Компании запретят деятельность в Дальнем Космосе. 	- Поверьте, все, что я вам сказал,- правда,- хладнокровно ответил Хиллиард.- Знаете, что было дальше? После того как вас атаковал чужой организм? Хирурги трудились почти сутки - они никогда не сталкивались ни с чем подобным. А спустя еще несколько часов мистер Блейк, исследовав найденного у вас над диафрагмой зародыша, признал, что существо питалось кислородом, получаемым из вашей крови. У него есть орган наподобие жабр... Сами посмотрите выкладки профессора, когда выздоровеете. Если только вернете дискету. 	- Кто-нибудь еще пострадал? - подняла глаза Семцова. 	- Нет, - равнодушно пожал плечами Хиллиард. - То, что на Фиорине обнаружилась живая личинка, было просто чудом. И, увы, она была одна... А теперь послушайте меня. 	- Ну? - буркнула Маша. 	- Компания добилась своего,- тихим, размеренным голосом сказал американец. - И неважно, каким способом - подкуп, лоббирование... ООН передала командование над нашей экспедицией руководству "Уэйленд-Ютани". Это случилось чуть больше пятидесяти часов назад. Теперь я и мистер Пауэлл имеем право отдавать приказы военным, биологам и всем членам экипажа "Патны". Есть три варианта развития событий. Первый: вы отдаете нам дискету и мирно продолжаете с нами сотрудничать. Как вознаграждение - доступ к информации, которой владеет Компания. Второй: вы не отдаете дискету, и я своей властью отправляю вас на Землю с самыми худшими рекомендациями. Сами знаете - вы нарушили технику безопасности, приказы руководства... Мы найдем, что доложить комиссии ООН. Третий вариант - наиболее прискорбный. - Хиллиард преувеличенно тяжко вздохнул и посмотрел на потолок, давая понять Маше, что именно хочет сказать. Однако угрожать напрямую он не решился. 	Маше было все равно. Первый вариант, второй, третий... Да хоть пятидесятый! Но в то же время, если она получит доступ к информации, появится возможность узнать подлинную историю катастроф на Ахеронте и Фиорине. И, может быть, выполнить просьбу погибшей женщины по имени Эллен Рипли - истребить, выжечь, выкорчевать племя беспощадных пришельцев... Не зря Маша так долго говорила в своих снах с бывшим лейтенантом торгового флота США, начавшей свою карьеру более шестидесяти лет назад на буксире "Ностромо"... 	Семцова откинула голову на подушку. Что ж, решено. Если Хиллиард сейчас не врал и зародыш погиб, то ему придется очень постараться, чтобы заполучить себе другой. Только где он его найдет? На Фиорине наверняка больше не осталось привезенных с "Сулако" личинок, а обшарить всю Галактику не в состоянии даже всемогущая Компания. 	"Тогда начнем игру, - мелькнула мысль. - В крайнем случае придется искать поддержки у наших. У Казакова, например". 	- Дискета?..- шепнула Маша.- Я соглашаюсь с вашим первым предложением, сэр. Женева, филиал "Вестерн-Юнион Банк", сейф тридцать два. Код доступа можете найти в моей электронной записной книжке, на страничке "Личное". 	Хиллиард удовлетворенно кивнул: 	- Семцова, поверьте, мне очень жаль, что все получилось так скверно. Мы в неоплатном долгу перед вами. Да, руководство Компании совершило много ошибок, и мы готовы их исправить... 	- Исправить? - с горечью произнесла Семцова. - Да каким образом, объясните? Вы сможете вернуть жизнь всем погибшим из-за ваших "ошибок"? Вспомните о колонии Хадди на Ахеронте. Ради этого проклятого монстра вы погубили сто пятьдесят семь человек, отряд морской пехоты... Вспомните, что это были ваши соотечественники. - Семцова замолчала, тяжело переводя дыхание, дававшееся с большим трудом, но все же нашла в себе силы продолжить: - А на Фиорине умерли все, кроме двоих или троих людей. И если правда то, что Чужой, развивавшийся во мне, издох, то я могу лишь поздравить человечество. 	Хиллиард, отвернувшись от Семцовой, которая отрешенно закрыла глаза, видимо не собираясь поддерживать дальнейший разговор, заложил руки за спину и неспешно прошелся по палате. Наконец он остановился и проронил: 	- Я рад, что вы согласились с нами сотрудничать. Все-таки вы, мисс Семцова, профессионал, с которым, как я полагаю, будет интересно и приятно работать, - и после короткой паузы добавил: - Кстати, у меня для вас два сюрприза. 	- Это какие же? - холодно спросила Семцова, не поднимая век. 	- Ну, во-первых,- Хиллиард достал из кармана блестящую голографическую карточку, - это лицензия для доступа к центральной базе данных корабля. Я специально подготовил ее для вас - знал, что не откажете. Вы ученая, а для людей вашего склада прежде всего знания и информация. Насколько я знаю, вы имеете чин лейтенанта торгового флота? 	- В России это звание именуется "поручик",- усмехнулась Маша.- Впрочем, неважно. 	Получите капитанскую карточку.- Американец сунул узкую полоску пластика в ладонь Семцовой.- Я не имею права присваивать звания, тем более подданной другого государства, но могу назначать на должность. Все-таки я командую гражданским персоналом "Патны". 	А второй сюрприз? 	- Вы вскоре увидите вживе того самого, - Хиллиард вьщелил голосом последние слова,- того самого "Бишопа". Вы знакомы с ним по видеозаписям, полученным от Эрона. 	- Не поняла...- изумилась Маша. Начальник отдела объяснил: 	- На Фиорине мы обнаружили останки андроида. Мои робототехники, изрядно потрудившись, скопировали его память, манеры, черты характера с сохранившихся микросхем на новые. Личная программа и матрица личности введены в тело андроида той же серии. "Бишоп", спасший Рипли, капрала Хикса и девочку на Ахеронте, видимо, станет вашим... ну, скажем так, консультантом. Он многое знает о чужих существах... 	Тихонько зашипел пневматический замок, створки дверей разошлись, и в бокс вошел доктор Логинов. Лицо его было недовольным, но допустить резкость по отношению к Хиллиарду он не смел. 	- Сэр, - осторожно начал врач. - Я не могу позволить продолжать дальнейший разговор с больной. Это может серьезно ей повредить. Поторопитесь, пожалуйста. 	- Да-да, ухожу, - кивнул Хиллиард и, взглянув на женщину, бросил небрежно: - Что ж, мисс Семцова, попрашшйтесь. 	Начальник отдела робототехники быстрым шагом покинул палату, даже не оглянувшись. У него было еще много других дел. 	Щелкнул инъектор, вводя обезболивающие и транквилизаторы, и Маша снова забылась сном. 	* * * 	От черно-серого камня посадочной площадки Фурии-161 оторвался последний челнок и, завывая двигателями, ушел в мутную атмосферу Фиорины. Люди, находившиеся в модуле, сыграли последний аккорд в мрачной истории завода-тюрьмы. Навсегда отключена система жизнеобеспечения, центральный компьютер, охлаждены печи и плавильни. Фурия-161 умерла. Вряд ли нога человека еще ступит когда-либо на негостеприимную поверхность маленького мирка. История этой планеты уже в прошлом. 	Молчит радиомаяк, и в созвездии Нероид не осталось ни единой заселенной людьми звездной системы. А челнок, сделав прощальный круг над монолитом бывшего жилого комплекса, ворвался в верхние слои атмосферы, вышел в открытый космос и устремился к громаде десантного корабля. Через несколько минут "Патна" приняла маленький модуль в свои стальные объятия. Миссия была исполнена. 	Ожили электронные цепи крейсера, корабельный мозг отдал команды, и в реакторах двигателей началась управляемая термоядерная реакция, приводившая корабль в движение. Вначале медленно, будто нехотя, а затем все быстрее и быстрее "Патна" уходила от чужого солнца и ненужной людям планеты к Земле. Команда компьютера - и включены гиперпространственные двигатели, вытолкнувшие гору металла и композитных материалов далеко за пределы скорости света. Вводить экипаж в гиперсон не было необходимости - крейсера этого класса, последнее удивительное достижение мысли человека, чудо инженерного разума, преодолевали за секунды расстояния, через которые свет шел столетия. 	До пределов Солнечной системы было пять суток пути. 	Триста лет назад, стоя у самых истоков космической эры, один из писателей того времени сказал: 	"В бесконечной Вселенной не существует ничего нового, ничего неповторимого. Странный случай, миг чудесный. Поразительное совпадение событий, обстоятельств и взаимоотношений... Все это, может быть, уже не раз бывало на планете, оборачивающейся вокруг светила, галактика которого девятикратно возрождалась заново через каждые двести миллионов лет. 	Беспредельно множество цивилизаций и миров, существовавших и существующих. Все они тешили себя тщеславным заблуждением, будто во времени и пространстве не было и нет других подобных (и не подобных). Бесчисленно количество людей, подверженных такой же мании величия. Они воображают себя единственными, неповторимыми, незаменимыми и лучшими из тварей природы. Их будет еще множество. Множество плюс бесконечность..." 	Прав был этот стародавний литератор, ох как прав! 	Ричмонд Пауэлл, тоже начальник отдела "Уэйленд-Ютани", только, в отличие от Хиллиарда, отвечавший за биологические изыскания, обвел взглядом собравшихся в конференц-зале "Патны". Здесь собрались все руководители экспедиции, двое офицеров, командовавших отрядом десанта, биологи, представитель ООН. Начиналось первое заседание спешно организованной мистером Хиллиардом комиссии, расследовавшей события на Фиорине. Пауэлл знал многих из присутствовавших лично, кроме разве что офицеров коммандос, сидевших в дальнем углу зала с профессионально непроницаемыми выражениями на лицах. Рональд Хиллиард, руководитель проекта, сидел рядом с Пауэллом, рассеянно перебирая отпечатанные на голубоватой бумаге документы. 	- Что ж, господа. - Мистер Пауэлл поднялся, опершись костяшками пальцев о гладкую поверхность стола. - Будем подводить итоги. Однако вначале я хотел бы сказать, что многие подробности вы услышите впервые. Я проясню некоторые моменты случившейся истории тем, кто не знает ее до конца. Началось все давно. Около шестидесяти лет назад наши автоматические корабли зарегистрировали поступающий с одной из планет системы Z-3 сигнал радиомаяка явно неземного происхождения. После расшифровки мы поняли, что некто посылает в пространство сигнал предупреждения. Привожу дословно дешифрованный текст. - Пауэлл достал из папки бумагу, кашлянул и зачитал следующее: - "Сообщаем о выходе из-под контроля потенциально опасной формы жизни, перевозимой нашим кораблем..." Далее идет цифровой знак,- пояснил он и продолжил читать дальше: - "К кораблю не приближаться и по возможности уничтожить. Экипаж погиб". 	- Масса полезной информации,- саркастически заметил с задних рядов полковник коммандос. "Уэй-ленд-Ютани" настояла, чтобы общее руководство над военными осуществлял представитель американской армии, но зловредные ооновцы, в пику чрезмерным требованиям концерна, отправили в экспедицию человека, абсолютно никаким боком не касавшегося Компании. Полковника Ретта Гора. 	Пауэлл поднял глаза и посмотрел на военного неодобрительно. В головах у этих громил мозгов не больше, чем у мыши. Молчал бы лучше, чем позориться перед специалистами-ксенологами... 	- Да, мистер Гор, оповещение было кратким. Тогдашнее руководство "Уэйленд-Ютани" решило проверить этот сигнал. Первый же корабль, чей курс пролегал вблизи той системы, был послан на планету, с которой поступал сигнал маяка. В наших справочниках и регистре Организации она числится как LV-426, или Ахе-ронт. Там обнаружился потерпевший катастрофу чужой корабль... 	- Тот самый Ахеронт, где недавно погибла целая колония? - снова встрял полковник Гор. 	- Да, - коротко ответил Пауэлл, морщась. - Один из членов экипажа корабля "Ностромо", приземлившегося на LV-426, подвергся нападению неизвестного ранее существа, находившегося на инопланетном корабле, где был установлен радиомаяк. 	- И вы послали туда людей с торгового корабля, не предупредив об опасности? - изумленно спросил присутствовавший здесь же Логинов, который наконец получил возможность удовлетворить свое любопытство, - врач не ждал, что его тоже пригласят на совещание. Ошибся. 	Пауэлл только развел руками. 	- Один из членов экипажа был предупрежден, и ему были даны соответствующие указания, - объяснил он. Про то, кем был этот "член экипажа", и про его задание Пауэлл не стал распространяться. Очень уж неприглядно стала бы выглядеть эта стародавняя история. - Но ситуация непредвиденно изменилась, и события стали развиваться неуправляемо. Чужое существо оказалось настолько опасным, что менее чем за сутки уничтожило весь экипаж "Ностромо", кроме уорент-офицера Эллен Рипли. 	- Что-что? - переспросил Логинов. Его догадки подтверждались.- Вы говорите о той самой Рипли? Рекордсменке по пребыванию в криогенном сне? И события с "Ностромо" произошли шестьдесят лет назад? 	- Я сейчас все объясню,- слегка раздраженно откликнулся Пауэлл. - Имейте терпение. Рипли катапультировалась на АСК, уничтожив чужое существо и взорвав материнский корабль. Ее челнок сошел с курса и дрейфовал в космосе пятьдесят семь лет. Сама Эллен Рипли находилась в анабиозном сне. Потом ее случайно подобрал оказавшийся поблизости транспортный корабль. После восстановительной терапии на комиссии по расследованию причин гибели "Ностромо" Рипли рассказала обо всем случившемся. Откровенно говоря, мы ей не очень-то и поверили. Происшествие случилось давно, и никто не хотел копаться в давно забытой истории. На LV-426 в то время уже более двадцати лет жили люди. Жили мирно. И все же один из чиновников "Уэйленд-Ютани" отдал приказ перепроверить показания госпожи Рипли. Один из колонистов нашел по указаниям из центра инопланетный транспорт и тоже подвергся нападению чужого организма. Вскоре с колонией на Ахеронте была потеряна связь. Посланный на помощь отряд колониальной морской пехоты полностью погиб. Мы выяснили, что причиной смерти поселенцев и военных стали невероятно размножившиеся существа, точь-в-точь совпадающие по облику с описанными Рипли ксеноморфами. Только когда с борта "Сулако" начали поступать автоматически передаваемые данные о событиях на EV-426, мы окончательно поняли, с чем имеем дело. Но об этом - после. 	- Жаль,- буркнул Гор.- По-моему, как раз о таких вещах следует рассказывать в первую очередь. Вы говорите, говорите, сэр. Нам всем страшно интересно. 	- С LV-426 спаслись лишь трое, - Пауэлл напустил на лицо маску нарочитой скорби,- уорент-офицер Рипли, посланная туда как консультант, один морской пехотинец и случайно выживший ребенок из семьи колонистов. Двое последних погибли при падении АСК с "Сулако" на Фиорину. Сопровождавший их робот серии "Бишоп" был поврежден настолько, что выполнение запрограммированных функций было сведено к нулю. Сейчас, кстати, робототехники его восстанавливают. 	Хиллиард самодовольно улыбнулся - восстановление личности андроида было делом сложнейшим, но у подчиненных ему специалистов были золотые руки и платиновые мозги. В их талантах он нисколько не сомневался. Дураков в Компании не держали. Пауэлл же продолжал свой рассказ: 	- По последним данным, одно из взрослых чужих существ все же пробралось на "Сулако", сумело оставить там зародышей, которые неизвестно каким образом вызвали пожар на корабле, в результате которого гибернационные капсулы с людьми были автоматически катапультированы на борту спасательного челнока. Последний оказался поврежден и совершил жесткую посадку на Фиорине. Эллен Рипли осталась жива чудом, прочие погибли. И главное: в этом же челноке на Фиорину прибыло существо, о котором мы сейчас говорим. Вскоре мы получили сигнал нейросканера, показывающий, что в теле мисс Рипли находится зародыш Чужого. Этим и объясняется первая экспедиция "Патны" к данной планете несколько недель назад. Взрослое существо истребило практически все население учреждения Фурия-161, а затем, несмотря на строжайшие приказы руководства Компании, было убито оставшимися в живых заключенными и Эллен Рипли. 	- А как же зародыш, находившийся внутри нее самой? - спросил кто-то из зала. 	- Нам не удалось спасти этот экземпляр, - помедлив, ответил Пауэлл. В его бесцветном голосе скользнула едва заметная нотка сожаления. - Женщина покончила с собой. Бросилась в котел с расплавленным металлом в момент, когда спасатели вошли в жилой комплекс колонии. 	- Следовательно, экспедиция, в которую Компания вложила восемь миллионов долларов, почти не дала практических результатов,- мрачно заключил Хиллиард. 	На некоторое время установилась полная тишина, благо после слов Хиллиарда добавить было нечего. Однако у многих возникли вопросы. Никто не видел, как русский лейтенант слегка тронул за руку своего командира. Гор и Казаков обменялись понимающими взглядами, и полковник вновь поднял руку, испрашивая позволения говорить: 	- Вы тогда искали Чужого? - Темно-зеленые ирландские глаза мистера Гора то ли насмешливо, то ли настороженно смотрели на руководителя полета.- И сейчас прилетели перепроверить? То, о чем вы говорите, существенно отличается от официального доклада Компании на комиссии ООН. Во всяком случае, вирусами здесь не пахнет. А как мне доложили мистер Казаков и его сержанты, один из членов экспедиции подвергся нападению небольшого, но весьма агрессивного создания, не относящегося к известным биологическим видам. Объясните все до конца. 	- Объяснить? - Пауэлл помрачнел,- Извольте. Как профессиональный биолог скажу, что обнаруженное на Фиорине существо уникально. Мы обследовали несколько десятков миров и пока не сталкивались ни с чем подобным. Моим подчиненным удалось три недели назад собрать останки взрослого Чужого, убитого на Фиорине, и провести некоторые исследования. Мы передали информацию господину Блейку, а затем компьютер восстановил внешний облик животного и отчасти внутреннее строение. Изучение существа на клеточно-молекулярном уровне уже дало невероятные результаты, пусть очень многое пока и не выяснено. Если кто не знает, с нами находится профессор ксенологии Блейк из Оксфорда. Консультант по... по вопросам чужой жизни. Надеюсь, мистер Блейк сейчас вам кое-что разъяснит, у него это получится лучше. 	К столу, за которым восседали руководители рейда, подошел человек лет шестидесяти, полный, с густыми седыми волосами, зачесанными назад, и высоким лбом настоящего интеллектуала. Кто-то из военных откровенно фыркнул - уж больно умным выглядел этот старичок; наверняка начнет сейчас сыпать длиннющими и малопонятными терминами, делая вид, что это элементарные слова, которые обязан знать любой ребенок. 	Профессор откашлялся, неожиданно достал из кармана пиджака большой клетчатый платок и громко высморкался, вызвав этим новые смешки среди офицеров. Ничуть не обращая внимания на веселящихся русских "волкодавов", Блейк начал свою речь тихим, чуть надтреснутым старческим голосом: 	- Господа! Рассказывать о нашей находке можно часами, но я постараюсь быть сдержанным. Сравнительный анализ строения клеток ксеноморфа, условно называемого нами Чужим, со всеми известными нам видами биологической жизни, похоже, вызовет переворот в науках, и не только изучающих живых существ. Открытия, уже сделанные нами за последний месяц, относятся и к генетике, и к атомно-молекулярному строению химических соединений, а также к науке о размножении. Первые же исследования оставшихся частей существа привели меня в изумление. Мало того, что жизнь Чужих основана не на углероде, как у всех изученных форм жизни, а на кремнии, так мы вдобавок еще столкнулись с типом клетки, метаболическая активность которой не угнетается при любых условиях окружающей среды, кроме вакуума. Всем известно, что атмосфера каждой из планет, имеющей таковую, состоит из многих газов, чаще всего присутствуют водород, азот, кислород, иногда что-нибудь более сложное, например метан, сероводород, инертные газы и прочее. Так вот, - профессор выдержал паузу для достижения большего эффекта, и даже военные не посмели нарушить ее, - межтканевая жидкость Чужих, обладающая разъедающим действием практически на любой материал, кроме особо стойкой керамики,- уникальный реагент. Она способна адсорбировать из любой атмосферы необходимые для метаболизма клетки кислород и азот, выделять из любых газовых смесей любые компоненты и доставлять их тканям. Сама же клетка Чужого настолько уникальна и непонятна, что на анализ ее микроструктур и исследование их функций уйдет не один месяц, а то и годы. Именно кремний - основной костяк химических соединений, составляющих организм Чужого,- делает этих существ исключительно прочными и сильными. Добавлю, что кремний связан с гораздо большим количеством атомов металлов, нежели молекулы углерода в наших телах. 	- Вы хотите сказать, что Чужой наполовину сделан из железа? - обратился к профессору полковник Гор. 	Не теряя хладнокровия, Блейк ответил чуть язвительно: 	- Не наполовину, конечно. Между прочим, к металлам относится не только железо. Может, вам перечислить периодическую таблицу элементов, точнее, первые две ее группы? 	Ретт Гор, сложив руки на груди, развернулся в кресле и стал смотреть в другую сторону. 	- Слушайте дальше, - махнул рукой англичанин. - Анатомическое строение Чужих пока вообще не поддается анализу. Мы сумели реконструировать по останкам их анатомию, но назначение девяноста процентов органов нам непонятно. Работы предстоит исключительно много. А теперь я могу показать вам, как выглядит Чужой внешне. 	Блейк бросил взгляд на оператора, сидевшего возле компьютера, тот кивнул и, предвкушая реакцию зрителей, улыбнулся, выводя изображение со своего дисплея на большой настенный экран. Оператор уже успел насмотреться на восстановленный компьютером облик Чужого и не удивился, когда по залу разнесся шум удивления и отчасти ужаса. 	Трехмерная цветная картина, выведенная на плазменный дисплей, потрясала. Внешний вид монстра был настолько необычен и абсолютно далек от привычной реальности, что было чему испугаться. 	- Вот взгляните.- Слегка улыбаясь, профессор взял указку и поднес к экрану.- Мы можем четко разделить голову, туловище, хвост и лапы - привычные земные понятия. Однако лишь беглого взгляда хватает, дабы понять - этот зверь отличается от всего известного науке на сегодняшний день. На планетах с развитой жизнью ее формы близки к земным. Эволюции шли практически параллельно. А таких разительных отличий мы никогда доселе не встречали. Могу, например, сказать, что в голове Чужого нет мозга как такового, отсутствует единый центр всей нервной сие-темы. Наличествует лишь комплекс органов чувств, от которых отходят... э... ну, назовем это нервными стволами. Таковые сходятся в ряд крупных узлов в туловище под наиболее защищенной кремниево-металлическими щитками его частью. Можно было бы предположить, что Чужие лишены высшей нервной деятельности и сходны с обычными земными беспозвоночными, но, как показывает практика, это иллюзия. Чужой вовсе не туп, как пробка. Отчет "Уэйленд-Ютани" о событиях на LV-426, который я успел изучить досконально, показывает, что данные ксеноморфы являются высокоорганизованными существами, способными создавать семейные сообщества и действовать с определенной долей логики. Это уже дает возможность предполагать наличие разума, пусть даже и в крайне примитивной форме. - Профессор запнулся, а потом тихо добавил: - Это только гипотеза, но мало ли... 	- Мистер Блейк, пожалуйста, несколько слов о размножении, - попросил Пауэлл. 	- О, господа, это совершенно отдельная тема,- мечтательно закатил глаза Блейк, словно сама мысль об этом чуде природы приводила его в восторг. - Нам стало известно, что главой и родоначальницей семьи Чужих является крупная однополая особь, а может статься, и гермафродит. Назовем ее, по аналогии с термитами или муравьями, маткой. Матка откладывает яйца, или, скорее, споры, из каковых выходит нечто вроде личинки, прикрепляющейся к дышащему существу, например к человеку. - От этих слов в зале многих передернуло, а профессор заулыбался еще шире. - Личинка внедряет в организм носителя зародыша и, выполнив тем свою функцию, отмирает. Имплантированный зародыш быстротечно развивается, используя жизненные ресурсы организма хозяина, а затем, прорвав оболочку его тела, выходит на свободу. Далее Чужой развивается наподобие земных насекомых - после однократной линьки он стремительно растет и превращается вот в такое чудище.- Профессор снова ткнул указкой в экран.- Как именно развивается матка Чужих и откуда она берется, нам пока не ясно. Возможно, для ее появления необходимо особое яйцо - снова напрашивается аналогия с земными животными, в частности пчелами. Сейчас могу сказать лишь одно - мы классифицировали этот биологический вид и дали ему временное название: "универсальный межвидовой паразит, жизнь которого основана на кремнии". Длинно, конечно, но пока ничего оригинальней не придумаешь. Требуются длительные и серьезные исследования. Спасибо за внимание. А особая благодарность - господину полковнику Гору за его искренний интерес к вышеизложенному. 	По залу прокатился хохоток, а профессор Блейк спокойным шагом вернулся на свое место рядом с бригадой биологов, смотревших на него с самым искренним уважением. Несмотря на ироничное замечание Блейка, Ретт Гор угомониться не пожелал и вновь подал голос: 	- Мистер Хиллиард! Мои подчиненные получили от вас подробные инструкции и описания Чужого всего два часа назад. К чему такая секретность? Кроме того, мы просмотрели автоматические передачи с "Сулако" и знаем, на что способны эти зверюги. Я знал лично лейтенанта Гормана и некоторых солдат из его подразделения. Это были отличные, опытные ребята. Пускай их было немного, но они были великолепно вооружены и обучены действовать в подобных экстремальных ситуациях. А то, что я видел в трансляциях с "Сулако", вообще не вписывается ни в какие рамки. Старые схемы военных действий к этим существам неприменимы! Звери эти ловки, хитры и, боюсь, намного умнее, чем предполагает уважаемый мистер Блейк. Вы, как я понимаю, собирались заполучить Чужого живьем и вывезти его на Землю?.. 	- Не на Землю! - резко возразил Хиллиард. - Если это чудище вырвется на свободу на Земле, то последствия будут катастрофическими. В намерения "Уэй-ленд-Ютани" входили исследования Чужих в лабораториях на Луне или Венере. Исследовательские центры там автономны, и выскользнуть из них невозможно. 	Гор не отступался, продолжая с истинно военной, нахрапистостью напирать на руководителя отдела рои бототехники Компании: 	- А вам известно, что ввоз любых инопланетных форм жизни в Солнечную систему и колонии строжайще запрещен Коммерческим кодексом, Уставом ООН и законами Соединенных Штатов? Любые формы жизни представляющие потенциальную опасность для человека, при проникновении на земные корабли или в пределы любой из планет Солнечной системы подлежат немедленному уничтожению всеми возможными средствами, вплоть до применения ядерного оружия? Параграф двести семьдесят семь, к слову. Умышленный ввоз - уголовное преступление... 	- Да, полковник. Все это мне известно, - без тени смущения ответил Хиллиард. - Но нам впервые встретилось существо подобного типа. Это переворот в биологической науке! Сами подумайте: новый принцип построения жизни, а самое главное, есть предположение, что эти существа разумны, пускай даже отчасти. Лунная исследовательская база, в которой мы проводим биологические изыскания, надежна на все сто процентов. В наши планы входило только лишь изучение Чужого, а в случае возникновения реальной опасности - уничтожение. 	- Но теперь этой возможности нет: Чужой с Фиорины мертв, и ученым достались только его останки. Насколько я знаю, русская леди, подвергшаяся нападению личинки, осталась в живых, а зародыш, поселившийся в ее организме, был удален хирургами и убит. Словом, оба полета "Патны", что прошлый, что нынешний,	 были	 практически	 безрезультатны...- полувопросительно-полуутвердительно молвил Гор. 	- Нет, сэр. Как руководитель проекта и этой экспедиции, хочу вам сообщить, что мы выпустили из поля зрения исключительно важную деталь.- Хиллиард встал, подошел к экрану монитора и переключил изображение. На дисплее высветился рельефный план неизвестной никому местности.- Прошу взглянуть, это подробная карта северного полушария планеты LV-426. Взрыв атмосферного процессора на Ахеронте превратил в пар колонию Хадли, а также накрыл территорию в радиусе тридцати миль. По нашим данным, местонахождение инопланетного корабля приблизительно в сорока пяти - пятидесяти милях к северо-востоку от эпицентра произошедшего взрыва. Кроме того, чужой корабль был защищен от ударной волны и теплового излучения вот этим горным хребтом. - Хиллиард провел пальцем по экрану, указывая на темную цепь взгорий. - Таким образом, мы предполагаем, что иноземный корабль не пострадал, а если и случились повреждения, то они невелики. 	- Что вы хотите этим сказать? - Гор аж привстал с кресла, а люди в зале начали недоуменно переглядываться. Многие начали понимать, что именно подразумевал мистер Рональд Хиллиард. 	И точно. 	- Несколько часов назад я получил приказ от президента "Уэйленд-Ютани" мистера Ван-Льюена, подтвержденный распоряжением Внесолнечной колониальной администрации и руководством ООН, в частности мадам Флорианой де Бритон, - тяжело роняя слова, словно нехотя, проговорил Хиллиард. - Нам предписано отправиться в звездный сектор Z-3, высадиться на Ахеронте и исследовать чужой корабль. По возможности, следует найти хотя бы одно яйцо существа и перевезти его в одну из лабораторий, конечно соблюдая все меры предосторожности. В биологическом центре, предположительно на Арктуре или на Луне, на подопытных животных проследят весь цикл развития Чужих и попытаются начать их исследовать. Таким образом, "Патна" меняет курс и направляется к планетной системе звезды Z-3 и спутнику LV-426. Капитан крейсера уже получил соответствующие распоряжения. 	- Постойте-постойте! - воскликнул навигатор "Патны", также присутствовавший на конференции.- Вы хоть представляете, о чем говорите, сэр?! Мы сейчас находимся в гиперпространстве, и обычные законы движения к нашему кораблю неприменимы. Нельзя же развернуться, словно обычный самолет, и полететь в другую сторону! В этом случае придется выныривать в неизвестной точке космоса, заново искать ориентир, а вы сами знаете, что корабельное время полета в гиперпространстве непредсказуемо изменяется при полете от одной точки к другой, в отличие от обычных линейных расстояний. Да я прямо сейчас прикидываю, что подобное изменение курса выльется в двух-трехмесячное блуждание вне реального мира! 	- Он совершенно прав, - вскочив, подхватил полковник. Казаков зачем-то тоже встал. - У нас нет такого запаса пищи и воздуха! Приказ вашего начальства невыполним - LV-426, образно говоря, в другом конце Галактики! 	- Мистер Гор, - с укоризной покачал головой Хиллиард. - Во-первых, не мне вам говорить, что приказы, а тем более (господин начальник отдела едва заметно ухмыльнулся) приказы ООН, следует выполнять, а не спорить с ними. Во-вторых, выход из положения простейший, и он уже найден. Еще на орбите Фиорины мы эвакуировали на модуле часть персонала на Землю, оставив только необходимых специалистов. Теперь мы введем экипаж в анабиоз, тем самым сэкономив и еду, и воздух. Запасы кислорода пополним на LV-426, благо атмосферные процессоры, разбросанные по планетоиду, еще должны работать в автоматическом режиме. Это окончательное решение, не подлежащее обсуждению. Собственно, просто делайте вашу работу, за которую вам платит федеральное правительство и Организация. Вы давали присягу. 	- ...Своей стране и своей планете, а не вам,- угрюмо буркнул полковник. 	- Мистер Хиллиард. - Теперь поднялся доктор Логинов. - А кто будет осуществлять уход за пострадавшей в медицинском блоке? Ее же нельзя вводить в анабиоз! 	- Мисс Семцовой придется лететь с нами, - отрезал Хиллиард. - Ее опыт и знания незаменимы, и, каково бы ни было ее состояние, она пригодится как консультант. Если Семцову нельзя укладывать в гибернационную капсулу, эти несколько недель она проведет под присмотром андроида. Еды и воздуха на одного человека хватит... Все, прекращаем ненужные разговоры. Теперь мне хотелось бы обсудить подробности планируемой операции на LV-426... 	Люди покинули конференц-зал "Патны" лишь через несколько часов. Расходились подавленными, молча, с хмурыми лицами. Почти каждый из присутствовавших на крейсере раньше надеялся поучаствовать в таком вот рейде, дающем надежду на первый в истории контакт с чужой разумной жизнью, но теперь отчего-то никто не проявлял радости. Слишком уж дурно попахивала история, начавшаяся много десятилетий назад с посадки буксира "Ностромо" на никому не известной мертвой планетке... И был это запах смерти.

	ГЛАВА ТРЕТЬЯ 	Командир крейсера "Патна" Кристофер Хоуп не был профессиональным военным. Восемнадцать лет из своих сорока двух он отдал космосу. Закончив Академию "Голдстар", Хоуп начал свою карьеру штурманом на пассажирском корабле, курсировавшем между планетами Солнечной системы. В те годы начиналась широкая колонизация планет других звездных систем, и вскоре Криса перевели вторым пилотом на линию Земля - Альфа Центавра I - Сириус. Работа, несмотря на хорошую оплату, оказалась скучной и рутинной, и честолюбивому Хоупу хотелось чего-то большего. Решившись, он подал рапорт с просьбой о переводе во Внешний Корпус, и ему неожиданно повезло. О таком назначении даже мечтать не приходилось: второй пилот разведывательного корабля. Он побывал во многих переделках, успел налетать не одну сотню световых лет, дослужился до капитанских нашивок и вдруг совершенно неожиданно был переведен со своего рейдера капитаном на военно-исследовательский крейсер. О переводе ему сообщили за двенадцать часов до вылета, о цели же экспедиции он узнал только по прибытии на корабль. Хоупа выбрали капитаном "Патны" не только за многолетний опыт, но и за участие во многих экспедициях, не слишком известных общественности. 	Его последний полет на одну из планет системы Альтаира тоже был засекречен. Команда биологов отлавливала там какие-то новые вирусы, и слава Богу, что биологический отсек рейдера был герметичен. По дороге к лунным лабораториям паршивые вирусы вырвались на свободу и за пару часов уничтожили всю команду биотехников. Никто из экипажа корабля, к счастью, не пострадал, а биологический отсек пришлось отстрелить от корабля и уничтожить вместе с телами погибших. Чистая удача, что лаборатория пристыковы-валась к кораблю, а не являлась его частью. После того рейса границы банковского счета капитана Хоупа значительно расширились. А за полет к Фиорине и LV-426 Хиллиард обещал досрочную пенсию и такую премию, что Хоуп ушам своим не поверил, услышав сумму. За такие деньги можно было без всяких сомнений сесть за штурвал незнакомого корабля. 	А кораблик оказался что надо. Звездолетов подобного типа существовало пока только пять. Четыре входили в состав Вооруженных Сил, а этот, "Патну", использовало правительство, сдавшее ее сейчас в аренду "Уэйленд-Ютани", которая, в свою очередь, передала корабль в распоряжение ООН. По скорости, уровню защиты и вооружению "Патна" превосходила большинство рейдеров, имеющихся в распоряжении Дальнего Флота Соединенных Штатов, Европейского сообщества и Российской империи. 	Сейчас "Патна" меняла курс. Для изменения маршрута кораблю требовалось перейти на досветовую скорость, затем следовало перепрограммировать бортовой компьютер и, изменив ориентацию корабля, вновь преодолеть световой барьер. Хоуп развернул кресло к пульту электронного навигатора и набрал личный цифровой код. На мониторе вспыхнула надпись: "ЧАСТИЧНЫЙ ДОСТУП", а секундой позже появился запрос: "ВАША ПОЛНАЯ ИДЕНТИФИКАЦИЯ?" Капитан прижал ладонь правой руки к стальной пластине на пульте, и после тихого щелканья компьютер выдал фразу: "ПОЛНАЯ ИДЕНТИФИКАЦИЯ ПРОВЕДЕНА. РАЗРЕШЕН ДОСТУП К СИСТЕМЕ УПРАВЛЕНИЯ. ВАШ ЗАПРОС?" 	Хоуп быстро набрал на клавиатуре: "ПРОГРАММА СМЕНЫ КУРСА. ВЫХОД НА ДОСВЕТОВУЮ СКОРОСТЬ". 	Компьютер немедленно отозвался: "ЗАПРОС ПОЛУЧЕН. ВКЛЮЧЕНА СИСТЕМА ТОРМОЖЕНИЯ. СВЕТОВОЙ БАРЬЕР БУДЕТ ПЕРЕСЕЧЕН ЧЕРЕЗ 60 СЕКУНД. СКОРОСТЬ КОРАБЛЯ ПО ОТНОШЕНИЮ К ИНЫМ ОБЪЕКТАМ ПОСЛЕ ОТКЛЮЧЕНИЯ ГИПЕРДВИГАТЕЛЯ - 140 ТЫС. МИЛЬ/СЕК.". 	Щелчок. Сотни индикаторов вспыхнули всеми цветами радуги. По кораблю разнесся размеренный голос речевого синтезатора: "Прошу внимания! Через минуту корабль выходит на досветовую скорость. Членов экипажа и пассажиров просим занять места и пристегнуться. Повторяю..." 	Центральный компьютер тем временем высвечивал на экране результаты работы программы: "ОТКЛЮЧЕНЫ 2-й И 4-й ГИПЕРДВИГАТЕЛИ. ВСЕ СИСТЕМЫ КОРАБЛЯ В НОРМЕ. ТОРМОЖЕНИЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ. ОТКЛЮЧАЕТСЯ СИСТЕМА ИСКУССТВЕННОЙ ГРАВИТАЦИИ". 	Щелчок. Вспышка очередной группы индикаторов на пульте. Хоуп ощутил нарастающую легкость во всем теле, легкое головокружение, и вот уже незакрепленные предметы начинают плавно перемещаться в воздухе. 	Больше у Хоупа не было необходимости смотреть на монитор. Его взгляд был устремлен на центральные иллюминаторы. Почти два десятка лет он наблюдал эту картину и ни разу не мог досыта насмотреться на великолепное зрелище. Вот свет звезд, кажущийся сияющими линиями, все больше фокусируется, проходит все части радужного спектра, постепенно начинает исчезать эффект Доплера, резкая ослепляющая вспышка освещает командный отсек, корабль содрогается от удара о невидимую стену... И звезды снова встают на свои места, из иллюминаторов открывается изумительный вид на Млечный Путь, и механически -жизнерадостный голос компьютера оповещает экипаж: "Прошу внимания! Крейсер "Патна" вышел из гиперпространства. Гравитационное поле будет включено через десять секунд. Спасибо". 	Искусственная гравитация при входе и выходе в гиперпространство отключалась во избежание возможных перегрузок. Через некоторое время Хоуп вновь почувствовал знакомую тяжесть, а на экране появилась бегущая строчка: "ГИПЕРДВИГАТЕЛИ ПОЛНОСТЬЮ ДЕЗАКТИВИРОВАНЫ. ВСЕ СИСТЕМЫ В НОРМЕ. ПОЛОЖЕНИЕ КОРАБЛЯ В ПРОСТРАНСТВЕ СТАБИЛЬНО. ПРОШУ ВВЕСТИ ПАРАМЕТРЫ ИЗМЕНЕНИЯ КУРСА". 	Те, кто мог со стороны наблюдать появление "Патны", были бы поражены эффектностью этого спектакля. Еще секунду назад абсолютно пустое пространство в районе звезды с невыразительным кодом-названием SWK-1427-MW (что расшифровывалось как вполне банальное: "звезда типа белый карлик номер 1427 Галактики Млечный Путь") озарилось ярчайшей вспышкой чисто-белого света и будто из ничего возникла громада крейсера. Секундой позже вспыхнули навигационные огни, расцветив "Патну" точно причудливую рождественскую елку. Лазерный сканер, методично прощупав ближайшее пространство и не обнаружив поблизости ни космических кораблей, ни опасных метеоритных потоков, сообщил об этом на центральный пульт и отключился. Компьютер же выводил тем временем корабль на эллиптическую орбиту вокруг ближайшего небесного тела - звезды SWK-1427-MW, так как у приборов ориентирования не было теперь четкой привязки к определенному объекту. 	В командный отсек вошел Рональд Хиллиард. 	- Ну что, Крис, все в порядке? - небрежно осведомился он у капитана Хоупа. 	- Птичка в норме и прилетела туда, куда требовалось. Сейчас я введу новый курс, и можно с чистой совестью ложиться спать.- Хоуп слегка пнул основание пульта. 	- А где мы сейчас? - поинтересовался Хиллиард. 	- Примерно в четырехстах световых годах от Земли, а название этой звездочки вам все равно ничего не скажет. Ни один из планетоидов этой системы не имеет атмосферы, так что поселения людей отсутствуют. 	- Ясно, - кивнул Хиллиард. - Как долго мы будем добираться до LV-426? 	- Сейчас узнаем.- Хоуп запросил компьютер о продолжительности полета. Через секунду высветился ответ.- В районе звезды Z-3 и LV-426 мы окажемся через шестьдесят девять суток при максимальной скорости полета и при условии, что стартуем в течение двенадцати часов. Слишком долго, но, к сожалению, мы совершенно в другом секторе, да и искривление пространства играет роль... Надо начинать готовить экипаж к гиперсну. 	- Ну, тогда сообщите, когда все будет готово, а я пока навещу робототехников. Думаю, они уже провели восстановление андроида, доставленного с Фиорины. 	Хиллиард вставил свою личную карточку в прорезь замка командного отсека, дверь бесшумно отъехала в сторону, и руководитель экспедиции вышел в коридор. Створка так же тихо закрылась, щелкнули магнитные замки, и на идентификаторе вновь вспыхнула красная лампочка. Капитан развернул кресло в сторону компьютера и начал набирать программу нового курса. 	Рональд Хиллиард работал на "Уэйленд-Ютани" со дня окончания колледжа. Уже в молодости он обращал на себя внимание незаурядным умом и способностями. Его дипломная работа на тему "Робототехника и проблема искусственного разума" была оценена по достоинству, и он получил приглашение поступить на работу в отдел разработки роботов-андроидов Компании. 	За несколько лет благодаря своему таланту и исключительной трудоспособности он дослужился до начальника отдела и вошел в совет директоров. Его главной заслугой была проектировка и воплощение в жизнь идеи робота-человека. До него уже создавались некоторые подобные модели, но только Хиллиарду удалось создать андроида, ничем не отличающегося (по крайней мере внешне) от живого человека. Первого андроида серии, получившей название "Бишоп*. 	Эти роботы во многом превосходили людей. Они были сильнее, выносливее, могли находиться в таких сферах обитания, где человек не выдержал бы и минуты. Они были быстры и точны, но в то же время прекрасно уживались с настоящими людьми, обладали чувством юмора (порой весьма своеобразным) и могли ценить прекрасное. Их рассудительность, точность в выполнении любых, даже самых сложных, заданий делали андроидов незаменимыми спутниками и помощниками исследователей с Земли. Пусть искусственные люди были до чрезвычайности дороги, а производство (или рождение?) занимало не один месяц и было настолько сложным, что над производством одного синтетика трудилось одновременно не менее двухсот человек, - но они себя целиком оправдывали и окупали. Вначале создавался механический скелет синтетика и его компьютерный "мозг", куда закладывалась индивидуальная программа. Затем механический скелет "обшивался" биологическими мышцами, иннервированными органами чувств, и покрывался точнейшей имитацией кожи. На шестьдесят пять процентов андроид состоял из биологической ткани, специально выращиваемой в биотехнических лабораториях. Клетки искусственного организма нуждались в подпитке кислородом, белками, витаминами, минеральными солями, так же как и человеческие, поставляя энергию для кибернетического мозга. 	Самой трудной задачей было соединить плоть и металл, заставить их работать вместе, не отторгая друг друга. Хиллиард добился этого. Его детищем стало полуживое-полумеханическое существо, уже не бывшее машиной, но приближающееся к человеку; обладающее эмоциями и разумом, в полном смысле этого слова. Мир признал эту работу, у Хиллиарда лежала в кармане Нобелевская премия, но он хотел большего. Он мечтал создать робота, способного работать везде - в вакууме, под водой, в любой атмосферной среде, под давлением в тысячи атмосфер. Нынешние синтетики могли многое, но не все. 	Исследования Хиллиарда постепенно зашли в тупик, и вдруг на сцене появились эти существа - Чужие. Их невероятное, универсальное строение привлекло Хиллиарда как робототехника. В качестве биологического оружия Чужие его не слишком интересовали. Не то чтобы он был пацифистом, но использовать эти восхитительные создания для столь низменных целей ему претило. И так уже развитие вооружений достигло такого уровня, что изобрести что-то по-настоящему новое было просто невозможно. Хиллиард хотел использовать возможности Чужого в своих новых разработках, а если - бывают же чудеса на свете! - эти существа окажутся разумными, то ему, Рональду Хиллиарду, обеспечено место в истории человечества как первому установившему контакт с иной цивилизацией. Да, Чужие опасны, их поведение порой немотивированно, но они же Чужие! Нельзя ведь требовать от обезьяны и улитки одинаковых действий в схожих ситуациях. Прежде всего Чужие должны быть изучены биологами и биотехниками, а уж потом можно будет попробовать поговорить с ними по душам. 	"...Хотя вряд ди такое получится,- подумал Хиллиард. - Из видеозаписей "Сулако" следует, что Чужие рассматривают любой другой биологический вид, в том числе людей, только как пищу или носителей своих эмбрионов". 	Хиллиард спустился на лифте в биотехнический отсек корабля и пошел по длинному, ярко освещенному коридору. Мягкое пластиковое покрытие пола делало его шаги совершенно беззвучными. Полную тишину нарушало только отдаленное гудение двигателей где-то сзади да легкое стрекотание люминесцентных ламп. Хиллиард остановился возле двери с надписью: "Отдел робототехники. Вход разрешен исключительно специальному персоналу", поискал по карманам личную карточку, найдя, сунул в прорезь замка. Цветовой индикатор сменил цвет с красного на зеленый, сработала пневматическая система, и створки дверей разъехались. В огромном зале стерильно-белого цвета, забитом сверху донизу разнообразным оборудованием, находились всего два человека. Робототехники оглянулись, услышав шаги, и приветствовали шефа. 	- И вам добрый день, ребята, - откликнулся Хиллиард. - Как дела с андроидом? - Он кивнул в сторону саркофага, под прозрачной крышкой которого виднелось неподвижное тело, вроде бы принадлежащее человеку. 	- Полный порядок, сэр, - бодро отрапортовал один из техников. - Взгляните сами. 	Хиллиард подошел поближе. Синтетик в капсуле лежал с закрытыми глазами, но на экране монитора жизненных функций горели зеленые квадратики, а мерцающие строчки текста гласили: 	"Бишоп, андроид. Идентификационный номер 19704. Индивидуальная программа с памятью перенесена на новые микросхемы. Повреждений в цепях памяти и личной программе не обнаружено. Личная программа помещена в биомеханическую структуру серийный номер 4310, идентичную первоначальной. Возможности выполнения запрограммированных функций: моторные - 100%, сенсорные - 100%, периферические - 100%, интеллектуальные - 100%". 	- Молодцы! - похвалил техников Хиллиард.- Остается только оживить его. 	- Конечно, сэр. Энди, дай импульс, - обратился один из техников к своему коллеге. 	Энди коснулся одной из сенсорных кнопок на корпусе саркофага. Внутри капсулы выдвинулись два гибких стержня с пластинками на концах. Один укрепился на шее синтетика, другой - на животе. Техник нажал кнопку еще раз, вспыхнула надпись "Разряд", в саркофаге проскочила розовая искра. Стержни скрылись в стенках, а прозрачная крышка откинулась. 	Андроид Бишоп снова вернулся к жизни. 	Он открыл глаза, несколько секунд с явным изумлением оглядывался по сторонам, затем сел, опираясь руками на края капсулы, и внимательно посмотрел на Хиллиарда. 	- Сэр? 	- Добрый день, Бишоп,- спокойно сказал Хиллиард. 	- Здравствуйте, сэр. Где я нахожусь? 	- На борту крейсера "Патна". 	Бишоп помолчал, а затем неуверенно спросил: 	- Если я правильно понимаю, меня восстановили? 	- Да, хотя это было нелегко. Ответь, каково твое последнее воспоминание перед полным отключением? Андроид, почти не раздумывая, ответил: 	- Я был поврежден. Мисс Эллен Рипли подключила меня к автономному источнику питания и говорила со мной. Это происходило после аварии АСК на планете Фиорина. Она спрашивала о...- Бишоп неожиданно запнулся и с тревогой оглядел помещение. - Она жива? 	- Нет, - бесстрастно ответил начальник отдела. - Рипли умерла приблизительно через сутки после разговора с вами. 	- А...- начал Бишоп. 	- Об остальном мы поговорим позже, - поспешно перебил Хиллиард. 	- Я хотел узнать, живы ли капрал Хикс и ребенок, - стоял на своем Бишоп.- Девочка по имени Ньют Джордан, мы вывезли ее из погибшей колонии на Ахеронте... 	- Вскоре вы все узнаете. А сейчас пойдемте со мной. Вот, оденьтесь.- Хиллиард кивнул на пакет с одеждой, лежащий рядом. Пока Бишоп вылезал из капсулы и одевался, Хиллиард с удовольствием смотрел на свое творение. Человек, да и только. Никому не придет в голову, что это робот. Единственное отличие - вытатуированный номер на левом запястье. Он почти не заметен... 	Бишоп оделся, пожал руки робототехникам и вместе с Хиллиардом вышел в коридор. Внешне они были практически неотличимы друг от друга. Многие считали проявлением крайнего тщеславия тот факт, что Хиллиард придавал свои созданиям свой же облик. По образу и подобию, так сказать... 	В коридоре Бишоп внезапно остановился, взял Хиллиарда за руку повыше локтя и настойчиво повторил свой вопрос: 	- Сэр, здесь нас никто не слышит. Скажите, что случилось с Хиксом и девочкой? Они живы? 	- Разве лейтенант Рипли не сообщила вам о них во время последней беседы? - попытался уйти от ответа Хиллиард. 	- Нет, мы говорили о другом,- кратко отозвался Бишоп. 	- Мне очень жаль, но они погибли. Андроид вздрогнул, выпустил руку Хиллиарда, а затем негромко спросил: 	- Их убило это существо, Чужой? - Нет, они... Словом, при вашей посадке на Фиорину АСК упал в воду, и они захлебнулись. 	На лице Бишопа появилось выражение горя и разочарования. Пусть это была лишь работа косметической программы, но выглядело слишком по-человечески. Хиллиарду даже стало слегка не по себе. 	- Вы можете рассказать, как умерла Эллен Рипли? - помедлив, спросил Бишоп. 	- Она покончила с собой. Мисс Рипли убила и себя, и чужое существо, находившееся в ее организме. 	- Вы убили взрослого Чужого, находившегося на Фиорине? - Да. Вернее, его убила ваша подруга. Бишоп помолчал, а потом очень по-человечески, настороженно и в то же время грустно, спросил: 	- Рипли умерла быстро? 	- Да,- лапидарно ответил Хиллиард.- Давайте мы поговорим об этом позже. Если вы сами захотите. 	- Жаль, что так случилось,- пробормотал Бишоп. - Я всегда знал, что для обычного человека Рипли действует очень неплохо. 	Они подошли к лифту и остановились, ожидая кабину. 	- Кстати, Бишоп, сейчас мы направляемся в командный отсек, я хочу познакомить вас с капитаном, - небрежно сообщил Хиллиард. - Вы, помнится, можете выполнять функции пилота-навигатора, а потому будете замещать капитана во время перелета. 	Андроид удивленно взглянул на Хиллиарда: 	- Простите, сэр, а куда мы направляемся? Если я правильно понял, на Землю? 	Створки дверей лифта разошлись, Хиллиард вошел первым, бросив на ходу: 	- Нет, на знакомую вам LV-426. Бишоп замер возле самых дверей. 	- Куда-а? - подозрительно протянул он. 	- Я же ясно сказал - на Ахеронт! - раздраженно ответил Хиллиард. - Наша миссия не закончена. 	- Но ведь колонии Хадли больше не существует... - растерянно сказал Бишоп, входя в лифт. - Ядерный взрыв... Вам должно быть известно об этом! - Мы прекрасно знаем, что там произошло! - огрызнулся Хиллиард. - Послушайте, Бишоп, будет гораздо лучше, если вы будете делать то, что вам приказывают, и воздержитесь от лишних вопросов! 	Бишоп неопределенно хмыкнул, но ничего не ответил. 	Капитан Хоуп заканчивал работу. "Патна" была последним словом земной техники, а потому для управления кораблем не требовались ни штурман, ни навигатор. С их работой вполне справлялся центральный бортовой компьютер, в шутку именуемый экипажем Хозяином. Достаточно было задать ему необходимые координаты, а все необходимое для прокладывания курса он делал сам. Несколько систем контроля и дублирования могли успешно заменить Хозяина в случае выхода из строя, хотя такая ситуация представлялась совершенно невероятной. Потому командный отсек на крейсере был самым небольшим, но зато и самым защищенным помещением. Все пространство перед пятью центральными иллюминаторами трапециевидной формы занимал пульт электронного навигатора. На десятках мониторов высвечивались диаграммы и показатели жизнедеятельности всех элементов крейсера. Здесь же возвышалось единственное кресло, принадлежавшее капитану. Возле боковых стен располагались системы ручного управления кораблем, установленные скорее только ради традиции. Чуть сзади и слева находился стальной шкафчик с личным оружием капитана, открывавшийся в редчайших случаях. Хоуп вообще считал, что его стоит убрать отсюда. Ладно еще на звездолетах, перевозящих заключенных на планеты типа Фурии-161, - там действительно иногда случались бунты, тем более что невольных пассажиров в гиперсон не погружали и они бодрствовали порой по три-четыре месяца. И это в условиях дикого холода и отвратительного питания. Компанию и правительство подобные мелочи мало интересовали, а расхлебывать печальные последствия приходилось экипажам кораблей. 	Но "Патна" все же разведывательный корабль, а Хоуп сейчас им командует. Мало ли что может случиться. Хотя вряд ли - стандартная экспедиция, обычный полет. По крайней мере, с точки зрения навигации и пилотирования, а на планету ему, капитану, спускаться не придется. Сиди себе, работай с компьютером, глазей в иллюминатор, а счет в банке все растет и растет. А по окончании полета, если верить заверениям Хиллиарда, можно спокойно и безбедно провести остаток жизни в уютном домике где-нибудь в штате Мэн, слушая вой ветра в соснах зимой. Хоуп не успел обзавестись семьей, работа не позволяла. На Земле он бывал редко, не больше двух-трех недель в году, если не считать отпусков. Да и что такое отпуск? Месяц на Гавайях или в Греции, а потом снова космос. Недаром самый высокий процент разводов среди пилотов Дальнего Флота. В этом вопросе Крис проявил разумную осторожность и не женился. Ни к чему лишние трагедии и переживания. А сейчас ему сорок два. Всего только сорок два, лучшие годы для мужчины. И полжизни впереди, причем жизни безбедной. Все у него появится - и дом, и жена, да и радиации он нахватался не слишком много, так что и на наследников можно рассчитывать. Вот только закончится этот последний полет... 	В принципе капитан Кристофер Хоуп был человеком вполне порядочным. Экипажи, с которыми ему приходилось работать, любили и уважали его. Он никогда не страдал излишним самомнением. Проведя почти два десятка лет в космосе, Хоуп на собственном опыте усвоил нехитрую истину: будешь задирать нос - окажешься в дерьме. Тем более работая на разведывательных кораблях. Там шкура каждого зависит от соседа, с которым идешь в одной упряжке. Хоуп при надобности мог исполнять обязанности компьютерного техника, инженера, врача и кого угодно. Обладая спокойным и уживчивым характером, он прекрасно ладил и с начальством, и с подчиненными. Пусть выполняемая им работа порой не заслуживала названия чистой, но в том не было его вины - он выполнял приказы. 	Только об одном он вспоминал с неприятным осадком в душе. Года четыре назад в одной из недавно основанных колоний, удаленной от Солнечной системы 	на сотню парсеков, вспыхнула эпидемия. Эта планета в системе Веги была идеальна для заселения: кислородная атмосфера, вода, низкий уровень радиации. За восемь лет туда перебралось почти двадцать тысяч человек. И вдруг на этой благополучной планетке началось черт знает что. Вначале поступали сообщения о вспышках непонятной болезни, уносившей ежедневно десятки жизней. Прибывший туда отряд биологов и спасателей погиб почти полностью в первый же день. Эпидемия охватила центральное поселение колонии, из уцелевших городков сообщали, что и у них появились заболевшие, а многие из колонистов хотели эвакуироваться, благо имелись собственные космические корабли. Правительство и руководство "Уэйленд-Ютани" настолько испугались возможности распространения эпидемии в других колониях, что приняли конфиденциальное решение уничтожить обитателей планеты. Эту миссию сомнительного свойства возложили на Хоупа. Его корабль расстрелял поселения ядерными ракетами. Тот факт, что больше половины населения Дэлирама - так называлась колония - было не заражено, прошел мимо внимания отдающих приказы. А всю историю списали на взрыв вышедшего из строя реактора энергоустановки. Дэлирамская трагедия надолго засела в памяти капитана Хоупа - но приказ есть приказ... 	Гибель колонии Хадли на Ахеронте заставила всплыть эти давние воспоминания. Похожий сценарий. Только на Ахеронте взорвался атмосферный процессор, вот и вся разница. Что же произошло на самом деле, Хоуп не знал, хотя его предположения были недалеки от истины. Ему отчасти было известно о существовании Чужих. Хиллиард сообщил капитану о цели экспедиции - тщательно обследовать территорию Фиорины (по крайней мере, вначале), а также попытаться отловить экземпляр чужого живого существа. Если, конечно, оно там найдется. Что это за существо - Хиллиард подробно не объяснил, но ясность того, что именно непонятный Чужой более всего интересует Компанию, вызвала в воображении Хоупа образ клыкастого монстра, почему-то смахивающего на персонажа древнего романа ужасов - собаку Баскервилей. 	Потом, как выяснилось, на Фиорине никого в живых не осталось, и руководство, получив какие-то засекреченные приказы из центрального офиса "Уэйленд-Ютани", приказало направиться к LV-426. 	На сегодняшнее совещание Хоупа не пригласили, но еще до его начала он получил новые инструкции. Очередная смена курса. Ну что же, на Ахеронт так на Ахеронт. 	"Патна" начала разворот. По левому борту зажглись сопла микроракетных двигателей, и массивный нос корабля величественно поехал вправо. Светочувствительные элементы системы внешнего слежения отыскали среди мириадов звезд свет маленькой Z-3 и подали сигнал в командный отсек. Незамедлительно на экране компьютера появилось сообщение: "ПЕРЕОРИЕНТАЦИЯ ЗАКОНЧЕНА, ОРИЕНТИР ОБНАРУЖЕН. ПОВОРОТ ПО РЫСКАНЬЮ НА 29'45"". 	Далее все было просто и знакомо. Найдя ориентир - свет необходимой звезды, - электронный навигатор направлял корабль в нужный сектор Галактики. В этот район лучи Z-3 шли сотни лет, и звезда успела сместиться на порядочное расстояние. Приближаясь к ней, компьютер будет корректировать курс корабля по ее свету, искаженному временем и пространством. По достижении окрестностей звезды гипердвигатели будут отключены, и лишь тогда потребуется вмешательство капитана. А за состоянием корабля в гиперпространстве, пока люди спят, будет наблюдать робот-андроид, обычно входящий в состав экипажа корабля. Однако на этот раз андроида на борту почему-то не оказалось. Вернее, он был, но не функционировал, и Хоуп уже собирался позвонить робототехникам и намекнуть, что до вхождения в гиперпространство осталось несколько часов и робот ему скоро понадобится. 	Хоуп только потянулся к коммуникатору, когда мелодичный звонок сообщил, что в отсек пришли посетители. Как Хоуп ни старался, он до сих пор не мог привыкнуть к тому, что роботы серии "Бишоп" один к одному напоминают своего создателя. Вот и сейчас он сидел в кресле и, хлопая глазами, смотрел на стоявших перед ним Хиллиарда и андроида. Правда, на одном был дорогой костюм, а на другом - военная куртка, а под ней синяя рубашка в клетку, но по лицу и фигуре - вылитые близнецы. 	- Бишоп,- представил Хиллиард своего спутника. - Он будет замещать вас во время гиперпрыжка. У него имеется квалификация пилота-навигатора. Бишоп, это капитан Хоуп. 	- Очень приятно. - Хоуп приподнялся с кресла и пожал синтетику руку. - Вам уже приходилось летать на кораблях такого типа? 	Бишоп многозначительно промолчал, и капитан не стал переспрашивать, решив, что "Патну" вряд ли доверят начинающему пилоту. Ну не признаваться же, что "Сулако" был единственным кораблем, на котором работал Бишоп со дня своего "рождения". Там он выполнял обязанность первого помощника, но фактически являлся капитаном. По документам его начальниками являлись командиры военных подразделений, которые перевозил "Сулако", однако в дела навигации и пилотирования они никогда не влезали, да и вообще старались ему не мешать. Андроид был единственным отвечавшим за корабль и груз. "Патна", как уже понял Бишоп, была кораблем куда большим и сложным, тем более и командовал ею человек. Ну что ж, придется поработать здесь. 	Утром Логинов, как обычно, принял смену у своего коллеги, выпил традиционную чашку кофе, ознакомляясь в это время с состоянием своих подопечных, вернее, подопечной. 	Ну-с, как там поживает наша уважаемая Мария Викторовна Семцова? Кровь, дыхание, работа сердца и мозга в норме, регенерация тканей идет полным ходом. Логинов еще раз с удивлением отметил про себя, какой крепкий организм у этой женщины. Питание она по сей день получала внутривенно, но если все будет нормально, то уже сегодня ей можно будет дать сок с мякотью и хлеб. 	Доктор повернулся к пульту. На отдельных экранах высвечивалась энцефалограмма, показания о работе сердца, кривая температуры, кровяное давление. Все близко к норме. Прекрасно. Теперь можно и пойти пообщаться. Автодоктор автодоктором, но больной самой виднее, лучше ей или хуже. Да и положительные эмоции тоже не помешают. 	Врач встал, надел маску и вошел в палату. Семцова лежала с закрытыми глазами, но мгновенно повернулась, услышав шаги. 	- Рад вас видеть, - приветливо сказал Федор, присаживаясь на край кровати. 	- Добрый день... - прозвучало в ответ. 	- Ну, как вы себя чувствуете? - поинтересовался Логинов, отметив, что сегодня пациентка выглядит гораздо лучше - исчезла мертвенная бледность, появился блеск в глазах, да и голос звучит куда бодрее. 	- Спасибо, доктор...- Она замялась. 	- Федор. Называйте меня просто. Ну, если хотите - Федор Николаевич. 	- Спасибо, Федор.- Женщина слабо улыбнулась. - Лучше. Только страшно хочется есть. И курить.* Я могу попросить сигарету? 	- О нет. Поесть мы вам сегодня дадим, но курить вам пока нельзя. Органы после операции восстанавливаются не сразу. 	- Я была слишком плоха? - спросила Семцова. 	- Когда вас прооперировали, можно было смело говорить о возможном переходе клинической смерти в биологическую. Все решали секунды... Но зачем вам это знать? Теперь вам лучше, и это главное. 	"Лучше. Нет, не лучше", - промелькнуло в голове у Семцовой. Американцы знали о дискете лейтенанта Эрона, и скорее всего Хиллиард успел передать агентам Компании, чтобы ее забрали из женевского банка. Теперь невозможно будет доказать причастность "Уэйленд-Ютани" к событиям на двух отдаленных планетках и к гибели десятков ни в чем не виноватых людей. И почему она сразу не передала дискету в следственный комитет ООН!?. 	- Федор, скажите... На Фиорине, кроме меня, никто больше не пострадал? - тревожно спросила она. 	- Успокойтесь,- отозвался Логинов.- Все живы и здоровы. И военные, и биологи. Только вам почему-то не повезло. Но сейчас все позади, не так ли? 	- Как знать... - ответила Маша. 	- Док, зайди сюда! - неожиданно прогремел голос из коробки коммуникатора. Логинов оглянулся и увидел за стеклом нетерпеливо машущего руками Андрея Ильина, рядом с которым стояли еще две фигуры. 	- Извините, Семцова. Я нужен там, но сегодня еще обязательно зайду. 	Семцова кивнула и снова закрыла глаза. Логинов вышел в ординаторскую, где его ждали Хиллиард и Бишоп. 	- Добрый день, сэр, - поприветствовал он Хиллиарда и перевел взгляд на его спутника. Реакция врача была примерно такой же, как и у капитана корабля. 	- Познакомьтесь,- подал голос явно довольный Хиллиард.- Андроид Бишоп - доктор Логинов, лечащий врач мисс Семцовой. 	Федор во все глаза смотрел на Бишопа и только спустя пару секунд понял, что тот протягивает ему руку. Она была теплой и человеческой. Логинов редко общался с андроидами, но считал их грубой подделкой под людей. Сейчас же перед ним стоял самый настоящий человек. Как он сам, как Ильин, как Хиллиард... Черт возьми, до чего же они похожи... 	- Можем мы сейчас поговорить с госпожой Семцовой? - Хиллиард вопросительно взглянул на врача. 	- Попробуйте, сэр, - отозвался Логинов. - Но очень недолго. Пожалуйста, наденьте халаты и маски. 	Бишоп, натягивая халат, слегка усмехнулся. Раз уж его, синтетика, дипломированный врач считает возможным разносчиком заразы, то сходство с ними, людьми, у него есть. Выдыхаемый синтетиками воздух не может быть заражен микробами, потому что в их легких нет среды, где могли бы размножаться вирусы или бактерии. Врач-то это должен знать. 	Логинов взял пульт дистанционного управления и, нажав пару кнопок, заставил кровать изменить положение так, что Семцова теперь полусидела. 	- Можете войти, - кивнул он Хиллиарду. Тот краем глаза взглянул на Бишопа: 	- Ступайте пока один, я зайду попозже.

	ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ 	- Мисс Семцова?..- Бишоп положил руку поверх покрывала, и женщина устало открыла глаза. 	- Мистер Хиллиард? - На ее лице отразилась плохо скрываемая гамма чувств - от горечи до почти отвращения. 	- Мистер Бишоп,- улыбнулся он в ответ.- Я андроид. Искусственный человек. Может быть, назвать мой личный номер? 	Маша осмотрела визитера из-под полуприкрытых век. Если он говорит правду, то на его левом запястье обязана быть татуировка - штрих-код и несколько цифр. 	- Покажите левую руку,- потребовала Семцова. Бишоп безмолвно подчинился. Все верно - этот... этот... получеловек? робот? - лишь слепая копия с обычного представителя вида Homo sapiens. И лицо у него противное. Точь-в-точь такое, как у господина Хиллиарда. И вообще, что ему нужно? 	Бишоп опередил вопрос Семцовой. Он начал говорить: 	- Меня попросили помочь вам. Господин вице-президент сказал, будто вы подверглись нападению чужого существа и сумели выкарабкаться. - Он сделал движение, похожее на вздох.- В отличие от... 	- От Эллен Рипли? - перебила Маша. - Вы... Ты... 	Семцова запнулась. Во-первых, она не очень хорошо себе представляла, как нужно обращаться к андроиду. Нужно ли строить английские фразы в вежливой форме, адекватной русскому обращению на "вы" или... Ну не разговаривать же с обычным компьютером как с британским королем или императором Японии? А во-вторых, Маша запоздало сообразила, что перед ней именно тот Бишоп. Как раз его она видела на смутных и дергающихся видеозаписях с Ахеронта и "Сулако". Тогда напрашивается вопрос: зачем Хиллиарду потребовалось присылать восстановленного андроида к госпоже консультанту? Просто поговорить? Или за этим кроется еще одна непонятная уловка вице-президента Компании? 	- Разговаривайте со мной просто, - тихо сказал Бишоп.- Некоторые мои знакомые прежде и вовсе называли меня "ходячим калькулятором". 	- Наверное, от зависти,- фыркнула Семцова.- О чем будем говорить? Ведь ты пришел сюда далеко не за тем, чтобы просто познакомиться? 	- И за этим тоже. Мне приказано ответить на любые ваши вопросы. 	- Любые? - насторожилась Маша. - В том числе касающиеся чужих существ? 	- Да, - коротко сказал андроид. - Спрашивайте. Я все помню. В мельчайших подробностях. 	- Но зачем? - сдавленно воскликнула Семцова и тут же осеклась. Что главное для ученого? Верно, информация! А если Хиллиард по непонятным соображениям предоставляет ей доступ к ожившему компьютеру, в памяти которого хранится бездна знаний, впечатлений, собственных заметок и логических заключений... Зачем хлопать ушами? 	- Итак, - хрипло начала Маша. - Можно поиграть в вопросы и ответы? Хорошо. Насколько я знаю, ты был включен в состав экипажа спасательного рейдера "Сулако", отправленного несколько недель назад к Ахеронту. Вы вышли на орбиту этой планеты. Что произошло затем? 	...Бишоп говорил короткими, четкими, иногда даже односложными фразами. Он действительно замечал и помнил все. Высадка морской пехоты, первые открытия в погибшем жилом комплексе Хадли; разгром, учиненный Чужими десантникам возле реакторов станции регенерации воздуха... Многое. То, чего не было на видеозаписях лейтенанта Эрона. Маша будто бы сама присутствовала на Ахеронте, видела низкие буро-серые облака, с невероятной скоростью несущиеся к горизонту. Слышала рев урагана, грохот бьющегося в агонии атмосферного процессора, наблюдала за фигуркой Эллен Рипли с маленькой Ньют на руках; Рип-ли, готовой шагнуть в пропасть, спасаясь от того, что вылезало из- шахты лифта ј 27. И появившийся словно ниоткуда модуль с Бишопом за штурвалом. Рассказ андроида неуловимо перенес ее на Ахеронт. Снова, будто на показывающем видеозапись мониторе, перед ней прошли Хикс, Васкес, Горман, напуганное лицо Картера Берка. Уровень "С" процессорной станции... 	И короткий, но жестокий бой в шлюзовом отделе "Сулако". Рипли все-таки сумела выкинуть материнский организм в открытый космос. 	- Бишоп, - прошептала Семцова. - Но каким, черт побери, образом?.. Я всегда полагала, что разрушение тела андроида влечет за собой его смерть. На "Сулако" тебя разорвали надвое... 	- Старый калькулятор вновь послужит людям, - почему-то улыбаясь, сказал он.- Правда, во время последнего свидания с мисс Рипли - последним человеком, с которым я говорил,- я выглядел похуже. Однако теперь мой костюм обновлен, вычищен и отутюжен. Правда, чтобы вернуть мою душу из царства мертвых, здешним техникам пришлось изрядно повозиться. Они привезли с Земли новенькое тело, и я до сих пор не могу к нему привыкнуть... Вы-то как? - Бишоп оглядел палату. Безмолвное нагромождение техники, сияющее гирляндами огоньков, было даже чем-то красиво.- Я погляжу, мои механические коллеги - ваши единственные спутники здесь? 	- Единственные.- Семцова шевельнула ладонью. Этот жест должен был означать и скуку, и разочарование, и какую-то невнятную тоску. Перед ее глазами до сих пор стояло лицо бывшего уорент-офицера корабля "Ностромо" Эллен Рипли. Темные живые глаза, рыжий кот на руках. Кажется, кота звали Джонсом. Маша вспоминала странные сны, людей, с которыми она говорила... Впрочем, сейчас это ненужная лирика. Если уж решила выяснить все до конца и, если выражаться образно, подхватить выроненное погибшей Рипли знамя, нечего разводить сопли. 	- Продолжим, - горько вздохнула Семцова. - Ты знаешь, что произошло на Фиорине? 	- В общих чертах. Тогда мне было...- Бишоп коротко хмыкнул, - немного не до того. 	- Ты знаешь, что Чужой был внутри мисс Рипли? - резко спросила Семцова. - Господин Хиллиард рассказал мне об этом, - каким-то металлическим голосом ответил Бишоп.- Материнское существо какое-то время находилось на "Сулако", но я и предположить не мог, что оно было способно... Способно оставить несколько личинок. Не представляю, когда Рипли умудрились заразить эмбрионом, наверное, в гиперсне. Там, на Фиорине, она наверняка почувствовала его, уже после нашего последнего разговора. Нейросканер подтвердил ее подозрения. Когда уничтожили взрослое существо и прибыли спасатели, Рипли покончила с собой, а заодно и с ним. Вернее, с ней. - Говоря это, Бишоп неотрывно смотрел в одну точку где-то за правым плечом Семцовой, а голос его звучал механически и невыразительно. 	- Это все Хиллиард рассказал? - прищурилась Маша. 	- Верно,- подтвердил андроид.- Почему-то он не стал ничего скрывать от меня. 	- А тебе не кажется, - осторожно начала Семцова, - что в действиях животных, с которыми ты, Эллен Рипли и американские десантники столкнулись на Ахе-ронте, прослеживается некая доля логики? Что они умеют думать?.. 	- Я еще тогда подозревал это... - пробормотал Бишоп. 	- Как ты сказал? - Семцова подалась вперед и схватила андроида за руку. - Что подозревал? Что значит - "тогда"? Где? 	- На Ахеронте. Я понял, что в их головах достаточно мозгов. Я успел поработать в медицинской лаборатории с документами... 	- Ну и что? - нетерпеливо потребовала продолжения Семцова. 	- Я никому об этом не сказал, да и времени не было. Я обнаружил отчет о появлении первого Чужого в Хадли. Когда с инопланетного корабля привезли зараженного колониста, произошло то, что должно было произойти. Родилось взрослое существо. Оно появилось в герметичном медицинском отсеке и не сумело выскочить оттуда - его успели запереть. Тамошние биотехники изучали зверя, пока он был еще маленьким, в период до первой линьки. Они общались с ним. С первых минут появления на свет. И даже догадались покормить его. Они не решились его убить. Я читал записи наблюдений. Спустя четыре часа произошла линька, Чужой вырос до нормальных размеров, но агрессивных намерений не проявлял. Просто висел на потолке. Не представляю, как персонал колонии его не боялся. Как вспомню эти морды, просто передергивает.- Бишоп и в самом деле содрогнулся от отвращения. - Люди заходили через шлюз к нему в отсек, давали сырое мясо. Он ел и, повторяю, никого не тронул, только наблюдал. А потом исчез. Охрану выставить не додумались, а шлюз по чьей-то неосторожности оказался не заперт. Мисс Семцова, поверьте, Чужой сам - сам! - открыл створки и сбежал. Для этого требовалось открыть замки как минимум двух дверей шлюза. Он не сломал их, а просто нажал необходимые кнопки. Его искали, но в помещениях колонии так и не обнаружили. 	- Откуда ты знаешь все это? - Теперь настала очередь Маши удивляться. 	- Один из предусмотрительных биологов нацепил на Чужого передатчик, по которому его можно было бы засечь в случае побега. 	- Он мог сбросить или потерять его! - возразила Семцова. 	- Вовсе нет. Побег обнаружили почти сразу, и зверя начали искать. Просканировали территорию колонии - никаких результатов. Тогда стали просматривать радаром прилегающую местность и заметили быстро удаляющийся сигнал передатчика. Погоню снаряжать не стали. А с утра произошло нечто совсем невероятное - Чужой вернулся! Пришел к главному входу в колонию и принес с собой четыре споры с личинками. За ночь он добрался до корабля, взял яйца и отправился обратно. 	- Бишоп... Ты что, хочешь сказать, что это не слепой инстинкт? - Семцова возбужденно смотрела на андроида. 	- Похоже на то, - кивнул Бишоп. - Существо отвели в лабораторию. Именно отвели. Чужой ни на кого не кидался и шел следом за людьми. А вот споры с личинками в биологический отсек не донесли. Появившиеся из них паукообразные создания атаковали людей в самый неожиданный момент. Пострадавших принесли в медицинский блок и попытались снять паразитов. И тут взрослый Чужой словно взбесился - отогнал медперсонал и никого не подпускал к телам. Даже в этой ситуации он никого не убил! По-настоящему он разозлился, только когда люди в него начали стрелять. Я так понял, что особых повреждений твари не нанесли, а когда потекла кислота, стрельбу прекратили. Помещение забаррикадировали, Симпсон, глава поселения, попытался передать сообщение о случившемся. Однако кабель оказался поврежден. Мария Викторовна, я подозреваю, что это сделал Чужой. 	- Бред! - отрезала Семцова. - Бишоп, это же звери! Животные! Пусть умные и хитрые, пусть высокоорганизованные, но ни одно инопланетное существо, будь оно даже трижды разумным, не сможет понять, что такое кабель экстренной связи, а тем более сообразить, где он находится! - Ее голос звенел от перевозбуждения. 	- Факты. Факты говорят сами за себя, - продолжал Бишоп. - Когда кабель проверили, обнаружилось, что он разъеден кислотой. Понимаете, кислотой! Я сам не знал, что здесь думать. 	- Что случилось потом? - нетерпеливо спросила Маша. 	- Родились четыре существа. И вместе со взрослым Чужим скрылись в вентиляционном люке. А что было после, вы наверняка знаете не хуже меня. 	- Интересная история. Я бы сказал, очень интересная, - донесся от дверей голос Хиллиарда. - Сколь захватывающая, столь и фантастичная. Бишоп, вы уверены, что вам это не приснилось? - В голосе руководителя экспедиции звучала откровенная насмешка. 	Ни Семцова, ни андроид, увлеченные разговором, не услышали, как Хиллиард вошел в палату. 	- Сэр, я лишь рассказал о том, что знаю,- спокойно ответил Бишоп. И, помолчав, добавил: - В истории с гибелью колонии Хадли вообще много странного. А то, о чем я сейчас говорил, к сожалению, невозможно перепроверить. Однако все факты были зафиксированы в документах медицинской лаборатории. И это правда. Как правда и то, что в трагедии на Ахе-ронте виновно руководство компании "Уэйленд-Ютани". - Бишоп в упор посмотрел на Хиллиарда. Тот, поправив халат, подошел к платформе и уселся в кресло медтехника, рядом с прибором очистки крови. 	- Мисс Семцова, Бишоп,- после затянувшейся паузы обратился к ним американец. - Поверьте, инициатива проверить район, где находился инопланетный корабль, исходила от покойного мистера Берка. Я ничего не знал об этом... 	- Но ведь погибли все, понимаете, все! - резко перебила его Семцова. - Сто пятьдесят семь колонистов плюс взвод морской пехоты. Не буду уж вспоминать об экипаже "Ностромо"! И этой несчастной Эллен Рипли, которая сделала все, чтобы Чужие не появились на Земле! - Маша судорожно перевела дыхание. - Указание Берка, про которого мне рассказал Бишоп, о проверке района, где находился инопланетный корабль, не могло пройти без санкции руководства Компании. Когда мы вернемся на Землю... 	Семцова замолчала и отвернулась. Она поняла, что, возможно, сделала ошибку, поддавшись эмоциям. Теперь, после уговора с Хиллиардом, необходимо показывать свою лояльность. 	Бишоп держал консультанта за руку, успокаивая и поддерживая. Хиллиард безмятежно барабанил пальцами по подлокотникам кресла. 	- Картер Берк погиб, - уверенно сказал он. - Документов, подтверждающих его указания, тоже не осталось. Да, нам придется ответить, но только в случае, если вы дадите свидетельские показания. Однако вы одна, а нас много. И других свидетелей произошедшего на Ахеронте нет. И мы вообще-то заключили сделку. Не так ли? 	Они всегда такие. Слово "сделка" для американца звучит так же, как "воля Господа Бога". Янки не исправить. 	- Есть я, - невозмутимо сказал Бишоп. - Сэр, вы, как создатель роботов, подобных мне, должны прекрасно знать, что память обо всем увиденном, услышанном, прочитанном и так далее автоматически записывается на кристаллические схемы в моем мозгу. Вы не догадались их перепроверить и стереть эту информацию при моем восстановлении. В суде будет достаточно воспроизвести записи, и тогда станет ясно, где в этой истории чистая случайность, а где преднамеренные действия. 	К негодованию Семцовой и Бишопа, Хиллиард равнодушно пожал плечами: 	- Воля ваша. Но позвольте напомнить вам, что вы, Бишоп, всего лишь робот, и юридически не имеете права давать показания в суде. Так что вы вряд ли сможете серьезно помешать нашим дальнейшим планам. 	- Каким планам? Что вы еще задумали? - вне себя от гнева выкрикнула Семцова. 	- Они снова летят на Ахеронт, - ответил за Хиллиарда Бишоп. Тот утвердительно кивнул: 	- По предположениям "Уэйленд-Ютани", инопланетный корабль уцелел после взрыва процессорной станции. Он находился достаточно далеко от эпицентра. Мы обследуем его и... 	Внутри Маши словно что-то перевернулось. Лица Бишопа и Хиллиарда начал затягивать непрозрачный туман, а сама она почувствовала, что плавно улетает куда-то влево. Семцова потеряла сознание, и тут же на пульте медицинского отсека вспыхнули тревожные красные сигналы. Логинов и Андрей Ильин сорвались с места и влетели в палату. 	- Я же говорил вам - она еще слишком слаба! Немедленно выйдите! - возмущенно бросил Логинов Бишопу и Хиллиарду. - Что там случилось? - Это уже относилось к Ильину, орудовавшему за пультом управления автодоктором. 	- На энцефалограмме все в порядке,- доложил Ильин.- Деятельность мозга без изменений. Сердце тоже в норме.- Андрей щелкнул переключателем и перевел взгляд на соседние приборы.- Чуть упало давление., но в остальном все благополучно. Обычный обморок, как защитная реакция на психологическое воздействие. Сейчас я впрысну ей успокаивающее.- Ильин подошел к шкафчику с лекарствами и достал несколько ампул. - Это быстро приведет ее в чувство. Но еще парочка подобных стрессов - и деятельность мозга будет нарушена. Пострадавшая и так далеко не в лучшем виде, - пробурчал он, вставляя ампулы с "Диазепамом" в инъектор. 	Нажатие кнопки - и тонкая блестящая игла выползла из контейнера, лазерный сканер автодоктора нашел вену и направил иглу. В момент укола Семцова очнулась. 	- Где они? - требовательно спросила она, обводя взглядом палату. 	- Мистер Хиллиард и Бишоп вышли, - махнул рукой в сторону ординаторской Логинов. - Вам не стоило так сильно волноваться. Как вы сейчас? 	- Прекрасно, - с сарказмом ответила Семцова. - Позовите Хиллиарда. 	- Я же сказал - на сегодня хватит, - твердо сказал врач. 	- Черт возьми, да позовите же его! - В ее голосе было столько настойчивости, что Логинов только развел руками и подошел к коммуникатору: 	- Мистер Хиллиард, зайдите сюда. - Помедлив, он добавил: - Пожалуйста. 	Тот, затушив сигарету, поднялся и снова вошел в палату. 	- Вы спасли меня, чтобы снова подвергнуть такой же опасности? - накинулась на него Семцова. - Самоубийцы! Да от вашей экспедиции не останется никого, даже чтобы прочитать заупокойную молитву, если хоть одно из этих существ появится здесь! Вы наверняка знаете все о Чужих! И понимаете, что... что... мы все умрем! Как экипаж "Сулако"! Как заключенные на Фи-орине! Как Эллен Рипли, в конце концов! 	- Госпожа Семцова, давайте побеседуем об этом попозже, - умоляюще произнес Хиллиард, взглядом указывая на медтехников. 	- Ну уж нет! - У Маши начиналась настоящая истерика.- Лучше убейте меня прямо сейчас! Я уже видела одного Чужого и больше не хочу повторять подобное удовольствие! Хотя я бы с радостью посмотрела, как эта тварь откусит вам голову! 	- Мария Викторовна, умоляю, успокойтесь, - вмешался Логинов. - А вам, сэр, лучше удалиться, - обратился он к Хиллиарду. 	Транквилизатор уже начинал действовать, и Семцова постепенно засыпала. 	- Хиллиард, оставьте эту затею... Я вас предупреждаю... Я знаю, что говорю...- все тише бормотала она. Глаза ее наконец закрылись. 	Директор отдела робототехники потихоньку вышел из палаты, оставив Логинова и медтехника наедине с больной. 	Бишоп, скрестив руки на груди и прислонившись к стенке информационного терминала, ожидал Хиллиарда в ординаторской. Когда тот вошел, Бишоп тревожно спросил: 	- Что там случилось? 	- Да ничего серьезного, - кивнул в сторону палаты Хиллиард. - Просто реакция на мои слова. 	- Вы могли убить ее этим, - довольно резко произнес Бишоп. 	- Она все равно бы узнала правду,- пожал плечами Хиллиард. - К тому же, когда мисс Семцова встанет на ноги, мы постараемся убедить ее помочь нам. У нее большой опыт в... - он запнулся, - скажем так, в ксенологии. И теперь она достаточно знает о Чужих. Такой специалист, любопытный и настойчивый, незаменим. 	- От меня вы помощи не дождетесь. - Напряженность в голосе Бишопа все еще не пропала. - Я тоже кое-что знаю о Чужих. Почти то же самое, что и вы. Вы видели записи с Ахеронта и "Сулако". Вы действительно надеетесь управиться с Чужими? - Он вопросительно посмотрел на Хиллиарда. 	- Если верить вашему рассказу о появлении первого Чужого в колонии Хадли, то да. В случае если корабль инопланетян уцелел, мы обследуем его и постараемся найти споры. Возьмем две-три, не больше, доставим на Луну и там, в лабораториях, на подопытных животных проследим цикл развития существа. В случае если родится взрослый Чужой, мы попытаемся если не приручить, то по крайней мере поладить с ним. После вашего рассказа мне это уже не кажется невероятным. 	- А представьте, что произойдет, если хоть одно существо попадет на Землю? Вдруг окажется, что даже простая особь способна отложить яйцо, из которого родится матка? Это потенциальная угроза для цивилизации! Для вашей цивилизации. Думаю, на нас, синтетиках, Чужие паразитировать не смогут. На Ахеронте за две недели эти твари уничтожили полторы сотни человек.- Бишоп оторвался от терминала и заходил вперед-назад по отсеку. - Вообразите, каковы будут последствия, если хоть одна-единственная способная размножаться особь окажется в крупном городе, сумеет спрятаться и отложить яйца? Что именно случится, если появятся не десяток-другой, а сотни подобных существ? Ни одна армия не справится с распространением этой заразы. А ведь Чужие могут жить и в воде, я точно знаю это еще по Хадли! - Андроид старался говорить спокойно и как можно убедительнее. - Думаю, что даже при условии оказания населением Земли сопротивления все - вы понимаете, ВСЕ! - двадцать миллиардов человек, ее населяющие, плюс подходящие по размерам для подселения эмбрионов животные, включая даже китов и дельфинов, будут истреблены не более чем за год! А теперь представьте нашу планету, заселенную миллиардами этих чудовищ! 	- Бросьте ваши фантазии! - поморщился Хиллиард. - Лаборатории на Луне абсолютно надежны. Даже если Чужие вырвутся из-под контроля, им не вылезти на поверхность земного спутника, где, впрочем, они не смогут выжить. Там вакуум... Лаборатории автономны и не связаны с другими базами и колониями. В случае крайней опасности мы сможем их уничтожить. Кроме того, перевозить споры мы будем в специальном отсеке, полностью отделенном от корабля. В экстраординарном случае мы катапультируем его и взорвем. Но, уверяю вас, ничего страшного не произойдет. С чужим существом будет общаться только специализированная бригада биотехников, предварительно обученная и подготовленная! Мы знаем, с чем имеем дело. 	- Нет, не знаете! - стукнул кулаком по стене Бишоп. - Не знаете и не можете знать! Вы смотрели видеозаписи, но и только! Вам приблизительно известно строение и возможности Чужих, но вы не хотите признавать одного.- Бишоп выдержал паузу, внимательно смотря на Хиллиарда, и медленно и раздельно проговорил: - Любой Чужой - смерть для всех вас. Ни один человек не может быть обучен и подготовлен к общению с этими монстрами. Я пытался убедить вас отказаться от задуманных планов, но вижу, что это бесполезно. Могу сказать только одно - никто из находящихся на "Патне" не выживет, если вы продолжите выполнять ваш сумасшедший план. 	- Тоже мне оракул,- усмехнулся Хиллиард.- Вам, Бишоп, сейчас придется много поработать, так что оставьте ваши мрачные предсказания и выполняйте что вам приказывают. Ваша задача на предстоящий полет такова, - Хиллиард заговорил тоном, не допускающим возражений,- вы поможете врачам уложить экипаж в гиперсон, а во время полета будете следить за состоянием крейсера. Ясно? 	- Да, сэр, - несколько отрешенно ответил Бишоп, глядя в одну точку. 	- Раз ясно, то отправляйтесь к капитану. Если вы будете нужны мне или другим руководителям экспедиции, вас вызовут. Все, идите. 	Бишоп еще раз взглянул через окно в палату, где лежала Семцова и работали Логинов с Ильиным, слегка поклонился Хиллиарду и вышел из отсека. Хиллиард задумчиво посмотрел ему вслед, как-то неопределенно покачал головой и, подойдя к коммуникатору, набрал код капитанской рубки корабля. Через несколько секунд раздался голос Хоупа: 	- Капитан слушает. Хиллиард, это вы? 	- Да, капитан. Я только что отослал к вам андроида. Я прошу вас, - Хиллиард тщательно подбирал слова,- на время, пока мы будем в гиперсне, заблокируйте файлы, отвечающие за управление крейсером. Никто, кроме вас, не должен получить доступ к системам "Патны". В случае чрезвычайной ситуации компьютер должен вывести вас из анабиоза. 	_ А в чем дело? - недоуменно спросил Хоуп.- Зачем такие предосторожности? 	- В андроиде. Ничего точно не скажу, но с Бишопом что-то не так. У Других роботов я никогда не наблюдал подобного состояния. 	- Да что с ним? - донесся из решетчатого динамика не на шутку встревоженный голос Хоупа. 	- Ничего страшного, но у меня имеются основания временно не доверять ему. Так что примите к сведению мои указания. - Хиллиард быстрым движением отключил связь. Выйдя из медицинского блока, он отправился в свою каюту, глядя прямо впереди себя недовольными глазами. 	"Нет, - рассуждал он. - Определенно, при перезаписи мы повредили какую-то часть его программы..." Хиллиард слишком много знал о роботах, чтобы предположить, что Бишоп сошел с ума. У андроидов такого не бывает. Все-таки строение мозга синтетического человека чисто механическое, пусть он и обладает разумом. Но в то же время андроид никогда не стал бы кричать на человека, а уж тем более - осуждать его решения. В них изначально заложено подчинение людям! Однако эти возможные нарушения программы очень беспокоили Хиллиарда. Безусловно, Бишоп не взорвет "Патну", пока весь экипаж находится в гиперсне, - робот не может причинить вреда человеку. Но... Черт его знает! 	Хиллиард вполголоса выругался, так и не придя ни к какому решению, и захлопнул за собой дверь своей каюты. 	В густо-желтом свете SWK-1427-MW "Патна" казалась гигантским золотым самородком, плывущим в черной бездне космоса. Огромный в понимании человека, но ничтожно крохотный в масштабах Вселенной комок металла-все быстрее и быстрее уходил от одной чужой звезды к другой. Гостеприимное и родное Солнце скрывалось сзади и слева от крейсера, а под его брюхом разворачивалась гигантская спираль Галактики, взрастившей человека, - ядро и отходящие от него два рукава, наполненные мириадами звезд, только одна из которых была вечно желанна и любима каждым из людей. Безбрежно пространство, бесконечно время, бесчисленно количество миров и вечна Вселенная. Все остальное имеет границы. Все, кроме Разума. В каких бы формах он ни проявлялся, в каких бы измерениях ни существовал, в каком бы времени ни преумножал себя - разум присутствовал всегда. Всегда с момента творения. И пусть одно его воплощение уходило в вечность - тут же, пусть на другом конце мироздания, возникало ему на смену другое. Разум был столь же необходим Вселенной, как свет и пространство, он такая же ее часть, как квант или галактика, он так же вечен, как она сама. Чего не скажешь о жизни... 	Перед глазами Кристофера Хоупа зелено-голубоватым светом сияли на экране буквы: "КУРС РАССЧИТАН. ЛОГАРИФМИЧЕСКАЯ ПРОГРАММА КУРСА ВЫВЕДЕНА НА МОНИТОР 12. ЗАДЕЙСТВОВАНА СИСТЕМА ЭЛЕКТРОННОГО ПРОГРАММИРОВАНИЯ. ПЕРЕСЕЧЕНИЕ СВЕТОВОГО БАРЬЕРА ЧЕРЕЗ 250 СЕКУНД. ОТСЧЕТ НАЧАТ". 	Его несложная капитанская работа была полностью выполнена. Программа нового курса заложена в центральный компьютер корабля, проверены и перепроверены все системы крейсера. Теперь, пройдя невероятное расстояние через малоизвестную и таинственную область космоса, называемую для простоты гиперпространством, "Патна" вновь материализуется только спустя 1350 часов в другом конце Галактики. В эти часы жизнь экипажа будет находиться полностью в руках компьютера и Господа Бога. Хоупу всегда становилось немного не по себе в момент перехода из реальной жизни в глубины гиперсветовых скоростей. Каждое тело, достигнув скорости света и не защищенное гиперполем, по законам физики должно перестать существовать. Материальный распад. Пересекая световой барьер, любой корабль, лишенный защиты, так же как и его экипаж, распадается не то что на молекулы и атомы, а на элементарные частицы, которые и продолжают двигаться со скоростью, доступной только свету. Защищенная щитом гаперполя "Патна" пересечет роковую грань и, увеличив скорость до десятков световых лет в секунду, 	уйдет из мира существующего. Хоуп завороженно вглядывался в центральные обзорные иллюминаторы. Вот уже начал появляться эффект Доплера: звезды, находящиеся прямо по курсу корабля, стали приобретать ярко-синий оттенок. Речевой синтезатор привычно известил экипаж об отключении поля искусственного тяготения, неистово взревели где-то позади двигатели, последние сигналы индикаторов сменили цвет с красного на зеленый, и окутанная переливающимся голубовато-зеленым ореолом "Патна", достигнув скорости света и превысив ее, навсегда ушла из района маленькой невзрачной звездочки в неизвестность. 	...Двести с лишним лет назад неизвестный никому физик-теоретик из Оксфордского университета сделал, казалось бы, невозможное. Он посягнул на самое святое в физике - теорию относительности. Старик Эйнштейн, наверное, переворачивался в гробу, когда Вадим Эндерби читал свой доклад на всемирном конгрессе физиков в Минске, полностью опровергающий выводы Эйнштейна и напрочь переворачивающий существующий взгляд на устройство мира. Множество ученых, придерживавшихся старой доктрины, пытались отыскать ошибки в вычислениях Эндерби, но его доводы были настолько логичны и неоспоримы, что со временем и самые яростные консерваторы смирились. 	Несколькими годами позже, по воле случая и ошибки в производстве микропроцессоров, появилась микросхема, ставшая основой нового типа разума на планете Земля. Разума механического. Случайность не прошла незамеченной, и после долгих доработок человек получил незаменимого помощника и друга. Пусть это была пока лишь машина, напичканная сложнейшей электроникой, но эта машина стала разумна, как и ее создатель. Так два величайших открытия - одно случайное, другое сделанное человеком, чьи портреты теперь украшали все университеты мира,- круто изменили жизнь на Земле. Но кто знает, что они еще могут принести цивилизации, кроме безбрежных сокровищ Вселенной? За все время, потраченное человеком на освоение своей собственной Солнечной системы и планет Галактики, он не встретил ни единого живого существа, стоявшего бы по интеллекту на одном уровне с ним. Да, жизнь на других планетах была. Чаще всего - вирусы, бактерии, микроорганизмы... Лишь на Афродите в системе звезды Альтаир была обнаружена высокоорганизованная жизнь - крупные животные, растительность, но и там о зачатках разума даже речи не шло. А люди исследовали немногим больше трехсот звездных систем своей Галактики из почти двухсот миллиардов. 	Цивилизация людей уходила все дальше и дальше в глубины неизведанного...

	ГЛАВА ПЯТАЯ 	Сорок два человека, находившиеся в чреве межзвездного крейсера, спали. Нет, это был вовсе не привычный каждому ночной сон, с его обычными физиологическими стадиями. То состояние, в котором пребывал экипаж "Патны", даже собственно сном можно было назвать с большой натяжкой. Оно скорее напоминало смерть; пусть временную, пусть продолжавшуюся всего несколько недель - но человека, заключенного в саркофаг из металла и пластика, с температурой тела около шестнадцати градусов и метаболическими процессами, замедленными в тысячи раз, трудно назвать спящим. Но многие люди видели сны: мозг, продолжавший работать даже в таком состоянии, старался хоть как-то скрасить пребывание человека в неустойчивом пребывании между жизнью и смертью. У большинства спящих сны не отличались особым разнообразием и яркостью, но некоторые люди в гибернационном отсеке крейсера отличались достаточно гибким воображением и более чем яркими впечатлениями от событий, случившихся с ними раньше. Ведь сон - лишь обрамление реальности. 	Память о прошедшем давала о себе знать даже здесь, в тесном коконе, залитом ровным бело-голубым светом контрольного освещения. Беспокойнее всего вела себя 	женщина в криогенной камере ј 18. Если бы творец сновидений Морфей распределил бы ее кошмары на всех остальных, то, похоже, в системах, подающих в кровь спящих вещества, подавляющие активность мозга к концу полета ничего бы не осталось. 	Но поскольку консультант-ксенолог ООН Маша Сем-цова легла в свою капсулу почти на месяц позже остальных, аппарат довольно успешно справлялся с задачей максимального угнетения всех жизненных функций ее организма. 	После того как крейсер сменил курс и направился к Ахеронту, экипаж, чтобы не терять времени на бесполезное бодрствование, был уложен в анабиоз. На борту не спали только двое - Бишоп и Семцова, состояние которой требовало продолжительного лечения. На восемнадцатые сутки Семцова впервые сумела самостоятельно встать на ноги, хотя была еще очень слаба. На двадцать четвертый день нейросканер бесстрастно известил бодрствующих, что здоровье Мащи пришло в норму, и Бишоп уговорил ее тоже лечь спать. 	...Андроид сидел в капитанском кресле командной рубки "Патны" и наблюдал за ползущими по экрану строчками текста. Меньше чем через четыре часа крейсер выйдет в заданный район. Технические устройства корабля точно выдержали заданный курс и вывели его к звезде Z-3. Скоро отключатся гипердвигатели, компьютер разбудит экипаж, и крейсер окажется на орбите Ахеронта. 	Если бы Бишоп был человеком, то плюнул бы на возможные последствия, захватил один из двух челноков, пристыкованных к "Патне", и улетел подальше с корабля, направляющегося к проклятой планете. 	Именно этот план предлагала Семцова, когда окончательно встала на ноги. Когда она достаточно окрепла, чтобы совершить самостоятельную экскурсию по кораблю, то первым делом отправилась в командный отсек. Больше всего на свете она не хотела лететь на Ахеронт, а потому пыталась сделать все, чтобы задуманная начальством "Уэйленд-Ютани" операция не состоялась. Бишоп с неприятным осадком вспоминал, как Мария Викторовна изобретала самые невероятные способы помешать Хиллиарду и Компании выполнить свои замыслы. Это уже начинало попахивать безумием. Она хотела одновременно сбежать на челноке, взорвать крейсер, умертвить экипаж, находящийся в гиперсне, и, наконея, лично прикончить Хиллиарда. 	Так что предусмотрительность руководителя экспедиции оказалась не напрасной. Все системы управления "Патной" были заблокированы, и возможности подсоединиться к центральному компьютеру не существовало. Бишоп пытался успокоить точно взбесившуюся Семцову, но все уговоры были напрасны. Только когда он лично показал ей заблокированный реакторный зал, наглухо запертые шлюзы, которые вели к автономным челнокам, и продемонстрировал, что при нажатии кнопки "ДОСТУП" на пульте компьютера на мониторе высвечивается стандартная фраза "ДОСТУП К ИНФОРМАЦИИ И ПИЛОТИРОВАНИЮ ЗАКРЫТ", Семцова смирилась с существующим положением дел, обреченно пробормотала: "Это конец" - и согласилась отправиться в гибернационную капсулу. Бишоп проследил за этой процедурой, чтобы убедиться, что Семцовой напоследок не придет в голову новая невыполнимая идея, и пожелал ей приятных сновидений. Пусть это было простым проявлением вежливости с его стороны, но Маша, укладываясь в саркофаг, подумала про себя, что в данной ситуации это пожелание выглядело просто издевательством. На тот момент до Ахеронта было чуть больше месяца пути. 	Сейчас же это время составляло ровно три часа сорок минут. Бишоп перевел взгляд на таймер - через сорок минут "Патна" выйдет из гиперпространства, но это уже дело корабельного компьютера, вмешательства андроида здесь не требуется. Бишоп поднялся с кресла, вышел в коридор и спустился в гибернационный отсек корабля. В этой экспедиции люди будут выводиться из анабиоза в порядке очереди: сначала отряд русских "волкодавов" - двадцать человек - вместе с командиром, полковником Реттом Гором, и капитан Хоуп. Затем проснутся медики и биологи, а последними из гиперсна выйдут Хиллиард, Пауэлл, Блейк и пара бюрократов из ООН и правительства США, а также робототехники, вспомогательный персонал - и консультант Семцова. 	Пройдя между рядами капсул, Бишоп убедился, что все аппараты в порядке и на экранах, установленных на основаниях саркофагов, жизненные показатели каждого человека в норме. Камеры, в которых находились военные, уже начали процесс вывода людей из гиперсна. Бишоп видел, как кривая температуры на миниатюрных дисплеях медленно ползет вверх, атмосферное давление внутри капсул приближается к обычному, учащается пульс и дыхание людей, оживляются линии энцефалограмм. Убедившись, что процесс размораживания проходит без осложнений, Бишоп еще раз оглядел криогенный отсек и вернулся в рубку. Пока он поднимался на лифте наверх, его сенсоры уловили снижение и, на несколько секунд, полное исчезновение гравитации. Значит, корабль перешел на досветовую скорость и "Патна" начинает торможение. В рубке Бишоп бросил взгляд на дисплей, показывающий скорость корабля по отношению к ориентиру: цифры постепенно уменьшались, а в иллюминаторах уже можно было разглядеть оранжевую звезду. На вспомогательных мониторах плыли увеличенные изображения вращавшихся вокруг нее планет. Одна из них носила зловещее имя Ахеронт. 	Прозрачные колпаки над последними двенадцатью капсулами плавно поднялись вверх. Семцова услышала, как справа кто-то шумно зевнул и знакомый голос произнес: 	- Похоже, приехали.- Это оказался Хиллиард. 	Семцова приподнялась на локтях и огляделась. Большинство криогенных капсул уже пустовало, и только в нескольких соседних шевелились еще не проснувшиеся до конца люди. Из стоявшего рядом агрегата вылезал взъерошенный, как мокрый воробей, Хиллиард. Потянувшись и сделав несколько энергичных движений руками, он повернулся в сторону Семцовой. 	- Рад видеть вас в добром здравии, уважаемая коллега, - приветливо сказал он и, подойдя к капсуле, протянул руку: - Ну же, выбирайтесь. - Я уж как-нибудь сама, - буркнула Семцова, садясь. Старая боль дала о себе знать легкой отдачей во всем теле. 	- Идемте в душ, думаю, это вас несколько взбодрит. Да и после нескольких недель гиперсна пахнем мы все вовсе не как фиалки. - Хиллиард по-прежнему стоял рядом. Семцова, не обращая на него внимания, разминала затекшие мышцы. Оглядываясь вокруг, она обратила внимание на пожилого человека, озабоченно копавшегося в своем шкафчике с одеждой. Наконец он извлек из кармана пиджака очки с толстыми стеклами и торжественно нацепил их на нос. Перехватив ее заинтересованный взгляд, Хиллиард сообщил: 	- Это профессор биологии Блейк - ученый с мировым именем. Вы наверняка слышали о нем. 	- Разумеется. Но боюсь, что после того, как вы спуститесь на Ахеронт, о нем больше никто не услышит. - Семцовой совершенно не хотелось поддерживать дальнейший разговор, и она, демонстративно отвернувшись, прошла к душевой. Хиллиард, заметив среди остальных Ричмонда Пауэлла, подошел к нему: 	- Как спалось? 	- Отвратительно, - скривился Пауэлл. - Особенно сейчас. Такое чувство, что меня полгода хранили в холодильнике. Это мой первый дальний перелет, вы же знаете. 	- Видите эту женщину? - Хиллиард кивнул в сторону душевых кабинок, возле одной из которых стояла Семцова. 	- Это и есть та самая Мария Семцова? - догадался Пауэлл. 	- Да. Совершенно оправилась после инцидента на Фиорине. 	- Ну и прекрасно. - Пауэлл сделал несколько приседаний, и его суставы издали неприятный скрип.- Думаю, она во многом нам поможет. 	- Что-то я начинаю в этом сомневаться,- проворчал Хиллиард и тоже направился в душ. 	Семцова, подставив голову под тугую струю горячей воды, обдумывала план дальнейших действий. Единственным ее союзником оставался только Бишоп. Она 	рассчитывала на возможную помощь Казакова и его подчиненных (все-таки соотечественники, тоже недолюбливающие американцев!). За долгие дни, проведенные в госпитальном блоке, Семцова точно решила для себя, что сделает все возможное, лишь бы помешать компании "Уэйленд-Ютани" заполучить живого Чужого. Пусть даже ценой собственной жизни. Проблема одна - как это сделать? Что ж, по ходу развития событий станет видно, как быть. Но очевидно - для начала следует хотя бы внешне согласиться со всеми планами Хиллиарда и попытаться войти к нему в доверие. Семцова хмыкнула: "С этого момента становлюсь паинькой. Если получится". 	Она смыла с себя пену и выключила воду. Натянув новое белье, лежавшее здесь же в непромокаемом пакете, Семцова вышла из кабинки и, отыскав в ряду шкафчиков с одеждой тот, на котором красовалась табличка с ее именем, открыла его и начала одеваться. Несмотря на тягостное настроение, остаткам ее самолюбия польстил обнаруженный в шкафу пакет с новеньким темно-серым комбинезоном, украшенным тремя серебристыми шевронами капитана торгового флота. Только нашивки почему-то были американскими - звездно-полосатые флажки и ублюдочный короткоклю-вый орел. В верхнем слева кармане лежала ее лицензия и личная карточка - пропуск с правом посещения всех отсеков корабля. Такая вещь могла очень пригодиться. 	Мельком взглянув на свое отражение в зеркале, укрепленном на дверце, Семцова с удовлетворением отметила, что выглядит не так уж плохо и даже волосы изрядно отросли и начали слегка виться. Затянув пряжку ремня и схватив сзади шевелюру розовой резинкой в короткий хвостик, она закрыла шкаф и, обернувшись, наткнулась на Хиллиарда. 	- Недурно смотритесь, - подытожил он, внимательно оглядев Семцову сверху донизу. Сам он был одет в строгий деловой костюм, на галстуке поблескивала золотая булавка. Бриллиант, укрепленный на ней, сверкал вызывающе.- У меня к вам есть серьезный вопрос, капитан.- Он снисходительно посмотрел на знаки различия, вышитые на одежде Маши. - И я задаю его в последний раз. 	- Слушаю,- холодно отозвалась Семцова. 	- Я еще раз предлагаю вам помочь нашей экспедиции. В вопросе о Чужих вы бесценный консультант, и я не хотел бы... 	- Мистер Хиллиард, я уже согласилась оказывать вам максимальное содействие, - перебила его Семцова. - Я постараюсь применить все свои знания о чужой жизни. Не будем больше возвращаться к этому вопросу. 	- Мы обеспечим вам полную безопасность. У вас даже не будет необходимости спускаться на планету, - заверил Хиллиард. 	- Тогда в чем будет заключаться моя задача? - Семцова постоянно напоминала себе, что в этот момент ссора с Хиллиардом ей нужна меньше всего. 	- Вы будете давать дополнительные инструкции бригадам биологов и военных. Кроме того, вы и Бишоп - единственные, кто знает хоть что-то о Чужих. Я имею в виду создания, за которыми мы охотимся. Так вы согласны? 	Семцова, задумавшись, смотрела на мерцающие огоньки одной из криогенных капсул. "Хорошо, - рассуждала она. - Буду действовать как задумала, то есть соглашаться. А потом посмотрим..." 	- Если вы хотите от меня только этого, - она перевела взгляд на Хиллиарда, - то, пожалуй, мы договоримся. Но у меня есть условие. 	- Какое? - Он нетерпеливо теребил лацкан пиджака. 	- Я хочу получить гарантии, что в случае гибели хотя бы одного человека по вине Чужих вы уничтожите все экземпляры, какие вам удастся получить. - Она помедлила и добавила: - Если удастся. 	- Считайте, что эти гарантии у вас в кармане.- Хиллиард широко и с явным облегчением улыбнулся. - Рад, что мы с вами достигли взаимопонимания. А сейчас пойдемте перекусим. Делами займемся чуть позже. 	Несмотря на то что Семцова тщательно изучила корабль во время выздоровления, сейчас, проходя по многочисленным коридорам, она все равно не переставала 	удивляться его размерам и оснащению. Этот военно-исследовательский крейсер напоминал ей роскошный пассажирский рейдер - настолько здесь все блистало чистотой и комфортом. Стены и полы всех отсеков и коридоров покрывал мягкий пластик спокойных тонов, освещение было ярким, но не резким. И никаких тебе заваленных хламом помещений и проходов, даже в технических складах с оборудованием, где традиционно царит так называемый рабочий беспорядок. Семцова, оглядывая помещения корабля, по въевшейся привычке ксенолога, частенько путешествующего в качестве консультанта в отдаленные колонии, отметила, что вентиляционная система на "Патне" достаточно разветвлена, но трубы слишком узкого диаметра, чтобы в них мог протиснуться Чужой... 	Бишоп ведь говорил, что Чужие любят скрываться именно в широких и теплых вентиляционных каналах. 	По пути в кают-компанию Хиллиард с видом опытного экскурсовода рассказал Маше, что крейсер делится на шесть уровней-этажей, над которыми располагается командная рубка - центр управления кораблем. Кроме того, пояснил он, на днище крейсера закреплены два спускаемых модуля, настолько больших, что было проще пристыковать к корпусу, чем строить для них ангары. Кроме них на нижнем, шестом уровне, в грузовом отсеке, находились еще два аварийных спасательных челнока. Основные спускаемые корабли были способны совершать посадки на планеты, а также передвигаться в космосе автономно, как небольшие космические корабли. В одном из этих модулей и будет развернута биологическая лаборатория, и на нем группа военных, биологов и врачей спустится на Ахеронт для исследования неизвестного корабля и отбора яиц Чужих. 	Пройдя через гибернационный отсек, занимавший весь пятый уровень "Патны", Семцова и Хиллиард поднялись на лифте в кают-компанию, где повар-автомат трудился изо всех своих механических сил, стараясь накормить людей, испытывающих после долгого сна резкое чувство голода. Найдя незанятое место, Хиллиард проводил консультанта к столику, где уже расположились двое военных, и даже помог Маше донести подносик с едой. Неслыханная учтивость!.. 	Один из сотрапезников, как заметила Семцова, носил полковничьи погоны, второй - невысокий крепкий парень лет двадцати пяти - был лейтенантом. Погоны российские, с вензелем императора... 	- Вы, наверное, уже знакомы.- Хиллиард указал на привставших офицеров: - Полковник Ретг Гор, командир подразделения коммандос, и лейтенант Сергей Казаков. 	- Да, мы встречались на Фиорине. - Маша слегка нагнула голову. 	- Очень рад, что вы поправились. - Лейтенант встал и протянул ей руку. Подмигнул. 	- Я и сама рада, - невесело усмехнулась Маша. - Поверьте, Сергей... э-э?.. - При Хиллиарде лучше было не показывать свое знакомство с командиром "волкодавов". 	- Сергей Владимирович, - заново отрекомендовался Казаков, глумливо ухмыльнувшись. По взгляду Маши он понял, что вскоре предстоит разговор один на один. 	- Я вас оставлю, - пробурчал вице-президент Компании. - У меня еще дела... Кушайте. Хиллиард отбыл. 	- Госпожа Семцова, присядьте. - Ретт Гор до смешного напомнил Маше орангутанга. Высоченный, едва не на две головы длиннее Казакова, темно-рыжие, очень жесткие волосы и огромные, поросшие светлой щетинкой, кисти рук. На улице такого встретишь - испугаешься. По сравнению с этим янки, имевшим, скорее всего, ирландские корни, русский лейтенант выглядел заморышем. 	Впрочем, Гор не оправдал Машиных опасений. Она-то полагала, будто все американцы на этом корабле - полнейшие подобия Хиллиарда. А господин полковник, не давая соседям по столику и слова вымолвить, мигом начал едва не матерно крыть руководителей экспедиции, тупых чиновников, "Уэйленд-Ютани" и всю космическую программу в целом. Причем две трети его фраз она не могла разобрать - мешали жуткий американский акцент, который не переваривает любой человек, изучавший классический английский язык в университете, и целый арсенал жаргонных словечек... 	- Господин полковник, мы все поняли,- через несколько минут, когда уже подошло время для десерта, остановил излияния Гора Казаков и повернулся к Маше, пояснив по-русски: - Он просто хочет домой. Рет-та сорвали с учебной базы в Реймсе - он преподавал в центре подготовки войск ООН тактику ближнего боя. 	- Верно. - Семцова поначалу и не поняла, что полковник произнес это слово на чистейшем русском языке. - Простите, Мария. Я несколько увлекся. - Гор запнулся и сделал неуклюжий комплимент: - У вас очень красивое имя. Но мне больше нравится Мэри. 	После чего снова начал излагать свои мысли. На русском. Чтобы Казаков и Маша его лучше понимали. 	- Вот я вас спрашиваю,- Гор попутно осушил полулитровый пластиковый стакан с кока-колой буквально двумя глотками, - на Земле хоть один человек знает, как воевать с тварями, найденными на Ахеронте? Я смотрел записи! Бронированный таракан с кислотой внутри! Дерьмо одно! Я учил лейтенанта Гормана и его сержантский состав в Академии еще два года назад! И что? Их перебили за милую душу! Хотя, скажу я вам, Горман был никакой командир. Молод еще! А вот сержант Эйпон - я его отлично помню, здоровенный такой ниггер - это да! Это серьезно. Весь этот взвод я подготавливал еще в Майами. А потом, когда ооновцы перехватили инициативу в Реймсе... 	- А я тоже проходил стажировку в Реймсе, - заметил лейтенант.- В центре войск ООН были ваши морские пехотинцы. Я тогда был еще сержантом, и в нашей группе был американец. Кажется, он тоже входил во взвод Гормана. Капрал... Хай... А, ну правильно - Хикс. Дуэйн Хикс. 	- Как вы сказали, Сергей? - резко повернулась к нему Маша. Хикс? Человек из снов?.. Тот, кого так и не успела полюбить Эллен Рипли? 	- Ну...- почему-то смутился Казаков,- капрал. Очень приличный парень. Тихий такой. Мне в спарринге едва нос не сломал. 	Гор фыркнул, едва не разбрызгав остатки кока-колы. 	- Совпадения, - прошептала Маша больше в свой адрес, нежели к кому-то обращаясь. - Случайности... Хикс и Рипли, Семцова и Казаков. Ахеронт. И Бишоп здесь же околачивается... 	- Что вы сказали? - насторожился лейтенант. 	- Звездец нам всем, господа хорошие, - вызывающе громко сказала Маша, Технари, сидевшие за соседним столиком, оглянулись. Семцова поднялась, отодвинула поднос и четко произнесла: - Сергей, приходите как-нибудь поболтать. Только поскорее. 	Она развернулась и зашагала к лифтам. 	Обнаружив в ванной комнате своей каюты бритвенное лезвие, Маша, проявив несвойственную ей агрессивность, спорола звездно-полосатые нашивки со своей формы, столь любезно подаренной Хиллиардом, и спустила их в унитаз. Так как других знаков отличия у нее не было, Семцова решила: "Теперь я сама за себя". 	В центре управления кораблем капитан Хоуп и Бишоп выводили крейсер на заданную орбиту. Двигатели торможения сделали свое дело, снизив скорость до вполне пригодной для маневрирования. Со всех сторон в чем-то изящного корпуса "Патны" мерцали бортовые огоньки, ровным голубым светом сияли сопла двигателей. Хоуп не отрываясь наблюдал за показаниями приборов, а Бишоп стоял перед системой ручного управления кораблем и с точностью, недоступной людям, корректировал курс. Гигантский корабль выписал в пространстве над Ахеронтом немыслимый пируэт и вышел на экваториальную орбиту на высоте примерно в тысячу миль. Хоуп, повернув один из переключателей, выключил тактический экран, показывающий рельефную карту местности под кораблем. 	- Бишоп,- неожиданно окликнул андроида Хоуп. - В каком районе планеты находилась колония? 	- Восемью сотнями миль севернее экватора, сэр, - отозвался Бишоп. Он подошел к информационному терминалу и вызвал на экран объемное изображение Дхеронта, разделенное пересекающимися линиями.- По данным сети КОМКОН - квадрат номер четырнадцать. - Андроид указал на мигающую красную точку на схеме.- Правда, радиомаяк уничтожен, но мы сможем обнаружить требуемый район по повышенному уровню гамма-излучения в эпицентре взрыва. 	- Прекрасно,- пробормотал Хоуп.- Ага, вот и терминатор. 	Бишоп выглянул в обзорный иллюминатор. Часть планеты, освещенная местным ярко-оранжевым солнцем, плавно уходила назад, уступая место ночной стороне, погруженной в непроглядный мрак. Андроид вернулся к системе управления кораблем. Объемная картинка на экране, показывающая положение "Патны" по отношению к Ахеронту, стояла у него перед глазами. Желтая точка, обозначающая крейсер, постепенно приближалась к квадрату ј14. Бишоп включил прибор, показывающий уровень радиации на поверхности планеты,- по мере приближения к искомой области показания счетчика возрастали. В то же время лазерный эхолот нащупал внизу крупную впадину. На экране, отображающем рельеф местности, возникла огромная воронка явно искусственного происхождения, расположенная посреди равнины, ограниченной двумя горными хребтами. Память о десятимега-тонном термоядерном взрыве, уничтожившем колонию Хадли. 	Хоуп нажал кнопку внешней связи, наклонился к микрофону, и его голос разнесся по всем помещениям крейсера: 	- Уважаемые господа, говорит капитан Хоуп. Наш корабль вышел в заданный район и находится на стационарной орбите планеты LV-426 - Ахеронт. Все операции по маневрированию завершены, положение крейсера стабильно. Установки искусственного тяготения постепенно снизят силу тяжести до восьмидесяти трех процентов, что соответствует норме этой планеты. Просьба всему экипажу через полчаса собраться в конференц-зале. - Спасибо.- Хоуп отключил связь и повернулся к Бишопу: - Ты прекрасно справился с работой. Кстати, это приглашение относится и к нам - Хиллиард наконец-то решил объяснить, во что нас втянул... Запрограммируй пока автопилот, чтобы мы никуда не сходили с орбиты, а я посмотрю спектр электромагнитных излучений в этом районе. 	Многочисленные устройства локации и сканирования миля за милей прощупывали поверхность планеты, скрытую густым облачным покровом. На экране, показывающем степень инфракрасного излучения, в нескольких местах вспыхнули огоньки. Хоуп нажал кнопку "пауза" и окликнул Бишопа: 	- Посмотри, что это может быть? Засечены мощные источники тепла. 	Бишоп, закончив работу с автопилотом, подошел к пульту и присел на ручку кресла: 	- Насколько я помню, на Ахеронте установили около тридцати атмосферных процессоров. Они работают в автоматическом режиме и выбрасывают в верхние слои атмосферы горячий воздух, очищенный от примесей. Скорее всего, тепловой определитель заметил именно их. То, что мы ищем, должно давать электромагнитное и, возможно, альфа-излучение. Посмотрите в этих диапазонах. 	Хоуп щелкнул несколькими переключателями и стал просматривать изображение рельефа местности к северу и северо-востоку от эпицентра взрыва. Однако мерцающую зеленую точку первым заметил Бишоп: 	- Капитан, похоже, вот это мы и ищем. Увеличьте изображение. 	Хоуп дождался, когда малахитовое пятнышко доберется до середины экрана, и, нажав "паузу", увеличил масштаб карты до максимальных размеров. На скалистом образовании, обозначенном тонкими голубоватыми линиями, четко вырисовался зеленый подковообразный силуэт. 	- Это он,- завороженно глядя на экран, пробормотал Хоуп. Компьютер зарегистрировал положение объекта и выдал на вспомогательном экране характеристику: "МОЩНЫЙ ИСТОЧНИК МАГНИТНЫХ ВОЛН КВАДРАТЕ АС-14. ТОЧНЫЕ КООРДИНАТЫ - А-146-С-494". 	- Отлично, мы засекли его, - возбужденно произнес Хоуп. Андроид сохранял обычное для созданий его вида спокойствие. 	- Остается только направить в этот район радиомаяк для спускаемого модуля, - напомнил Бишоп. 	- Вот ты и займись этим, - отозвался капитан. 	Андроид вернулся к терминалу, подсоединился через него к микрокомпьютеру одного из автономных радиомаяков, прикрепленных к корпусу "Патны", и ввел программу запуска с координатами района поиска. Подобные радиомаяки представляли собой миниатюрную ракету с собственной двигательной установкой и системой наведения. Набрав команду "пуск", Бишоп взглянул на экран радара, убедившись, что от большого светящегося пятна, обозначавшего крейсер, отделилась крохотная точка, стремительно удалявшаяся в сторону атмосферы LV-426. Чувствительные элементы наведения уловили сигналы от источника излучения и точно направили радиомаяк в заданный район. Через несколько минут рядом с объектом на поверхности планеты появился пульсирующий значок, почти совместившийся с изображением корабля. 	- Все, - облегченно вздохнул Хоуп. - Наша задача выполнена. - Взглянув на таймер, он охнул и вскочил с кресла. - Бишоп, идем, совещание уже началось! 	Андроид еще раз осмотрел аппаратуру и, не заметив никаких отклонений в показаниях приборов, отправился следом за капитаном. 	Когда они вошли в конференц-зал, оказалось, что весь экипаж "Патны" уже в сборе и ждут только их. Хоуп быстро прошел к креслу Хиллиарда и, наклонившись, что-то быстро прошептал ему на ухо. Тот удовлетворенно кивнул головой и начал рыться в разложенных перед ним бумагах. Хоуп отыскал свободное место и уселся. 	Бишоп, стоя у дверей, осматривал зал. Несколько рядов кресел были полностью заняты. В центре зала был установлен овальный стол, предназначенный для руководителей экспедиции. Там расположились Хиллиард, представители Компании, Пауэлл и Блейк, а также командир коммандос. Кроме того, там же, рядом с темноволосым лейтенантом, сидела Семцова. Синтетик различил нашивку с именем офицера: "Лт. С. В. Казаков". 	Знаки различия на форме были не американскими - бело-сине-красный флажок с желтым щитком. На щите красовался угольный двуглавый орел с коронами. И надпись: "Russia". 	Семцова, заметив Бишопа, помахала рукой в знак приветствия и что-то сказала лейтенанту Казакову, тоже посмотревшему в сторону андроида. 	Обведя взглядом собравшихся, Хиллиард поднялся с кресла. Голоса постепенно стихли. 	- Господа, - начал он. - Думаю, сейчас настало самое подходящее время, чтобы развеять обстановку секретности, сложившуюся вокруг нашей экспедиции. Многие из вас, - он бросил взгляд в сторону военных, - лишь недавно в подробностях узнали о цели нашего рейда, однако часть экипажа по-прежнему остается в неведении. Сейчас наш корабль находится в системе Z-3, точнее - на орбите планеты LV-426, или Ахеронта. Более двадцати лет назад планета была колонизирована людьми. Поселение под названием Хадли с населением в полторы сотни человек, как было установлено несколько суток назад ("Вранье! - подумала Семцова.- И какое! Ну вы у меня дождетесь!"), полностью погибло в результате столкновения с чужой агрессивной формой жизни и последующего взрыва ядерного реактора одного из атмосферных процессоров. Иноземная форма жизни изначально была обнаружена на космическом корабле также внеземного происхождения, совершившем посадку на этой планете. Посланный на помощь жителям колонии взвод морской пехоты был уничтожен. Но об этих событиях, а также особенностях чужих существ я бы попросил рассказать нашего консультанта. Прошу вас, - обратился он к женщине. 	Хиллиард сдержал слово, данное Маше. Он действительно предоставил ей полный доступ ко всем сведениям о Чужих, которыми владела Компания. Семцова, просидев четыре часа возле информационного терминала, теперь знала о черных хищниках почти все. Только почему для доклада Хиллиард вызвал именно Машу? Не Блейка, не своих специалистов? 	Проверка на "вшивость"? В смысле - на благонадежность? 	"Будет вам благонадежность,- зло подумала Семцова, проходя меж рядами кресел к микрофону. - Вот сейчас я попробую рассказать правду. При наших десантниках американец не сумеет заткнуть мне рот..." 	Ее рассказ занял около часа. Начав с рейса "Но-стромо" и закончив описанием последней стычки с Чужим на Фиорине, Семцова четко, со всеми деталями рассказала давнюю историю некоей Эллен Рипли. Упомянула и о преступном распоряжении Картера Берка обследовать инопланетный корабль, о гибели отряда морской пехоты и о том, как ничего не подозревающий экипаж "Ностромо" было отправлен на LV-426. По ходу повествования в зале то и дело раздавались удивленно-растерянные возгласы, а Хиллиард с каждой новой фразой менялся в лице, причем в сторону, не предвещавшую ничего хорошего. 	- ...После всего, что вы услышали, я думаю, все присутствующие должны сделать соответствующие выводы. Чужие представляют смертельную угрозу для человечества, и в особенности для изолированных колоний. А мысль об использовании их в качестве биологического оружия просто нелепа. Я полагаю, что руководство компании "Уэйленд-Ютани" может быть виновно в гибели экипажа корабля "Ностромо" шестьдесят лет назад, в уничтожении колонии Хадли, подразделения морской пехоты и поселения Фурия-161. Кроме того, нынешняя экспедиция была специально задумана ради того, чтобы на законных основаниях отловить несколько экземпляров Чужих и начать исследование данных существ в лабораториях "Уэйленд-Ютани", - резко закончила она и села на место. 	- Ну знаете...- прошипел Хиллиард. 	Семцова отвернулась. На лицах руководителей полета появилось выражение явного замешательства. Ричмонд Пауэлл попытался исправить положение: 	- Господа, утверждения консультанта Семцовой больше всего основаны на эмоциях. Ей пришлось многое пережить после крайне неприятного инцидента на Фурии, и я могу понять ее чувства. Но нельзя недооценивать колоссальное научное значение открытия подобной формы биологической жизни. Кроме того, там, на поверхности, находится внеземной космический корабль - это же первая за всю историю человечества возможность исследовать достижение чужого разума, установить, кто его создал, и, возможно, найти способ установить контакт с другой цивилизацией! - Голос Пауэлла дрожал от возбуждения.- Только представьте, какие возможности нам открываются! Кроме того, не исключено, что сами Чужие обладают определенной степенью интеллекта! 	- Ага, конечно, - подал голос один из военных. - После рассказа Марии Викторовны можно составить прекрасное представление об умственных возможностях этих зверюг! 	- Скорее уж, об их гастрономических пристрастиях,- язвительно добавил еще кто-то. 	- Не понимаю вашего сарказма, - парировал Пауэлл. - Я прошу выслушать рассказ андроида, лично участвовавшего в событиях на Ахеронте. 	Отыскав взглядом Бишопа, Пауэлл попросил его рассказать о появлении первого Чужого в колонии Хадли. Подойдя к столу, Бишоп слово в слово процитировал содержание документов, найденных в медицинском блоке поселка Хадли. После его выступления среди слушателей поднялся такой шум, что Хиллиарду пришлось несколько раз настойчиво призывать всех к тишине. 	- Джентльмены, успокойтесь, прошу вас. - Он возвысил голос почти до крика, и постепенно разговоры смолкли. - Несмотря ни на что, - Хиллиард бросил в сторону Семцовой недовольный взгляд, - так вот, повторяю, несмотря ни на какие измышления, мы должны выполнить свою задачу. Вам за это платит деньги Организация Объединенных Наций, и, осмелюсь напомнить, деньги немалые. Итак, на сбор подразделениям коммандос и биологов отводится пять часов. После того как челнок с полным оснащением спустится на Ахеронт, группа десанта обследует корабль инопланетян, а биологи займутся поиском и отбором яиц чужих существ. Разумеется, при этом они должны будут соблюдать все возможные меры предосторожности. Мы считаем, что взрослые существа погибли при взрыве энергоустановки колонии, поэтому тяжелое вооружение скорее всего не понадобится. Полковник Гор и лейтенант Казаков получили соответствующие указания. Кроме того, вся группа десанта прошла усиленную подготовку, готова к любым неожиданностям и только что получила от меня подробный инструктаж по обращению с Чужими. В случае возникновения чрезвычайной ситуации мы немедленно вышлем помощь. На "Патне" остаются только инженеры и руководство экспедиции. 	Повернувшись к Семцовой, Хиллиард тихо произнес: 	- И вы, уважаемая мисс, тоже останетесь здесь. 	- И слава Богу! Посещения Фиорины под вашим чутким руководством, мистер, мне хватило вот так,- она провела большим пальцем по горлу. 	- Ну что ж, - подвел итог Хиллиард. - В таком случае все свободны и могут приступать к подготовке. 	Люди поднялись со своих мест и, продолжая шумно обсуждать услышанное, направились к выходу. Семцо-ва поймала за рукав Сергея Казакова, подтянула его к себе и, посмотрев ему в глаза, негромко сказала: 	- Казаков, берегите себя. Учитывая сказанное мной, возможны любые... э... неожиданности. 	- Маша, не беспокойтесь так, все будет хорошо. - Но в его голосе не слышалось особого оптимизма. Он резко повернулся и вышел из зала. Хиллиард, все еще сидевший за столом, знаком подозвал Семиову к себе. 	- Я не ожидал от вас такого, - недовольно сказал он.- Мы, кажется, договорились? Как выражаются в вашей стране: "Уговор дороже денег"? 	- Я говорила правду, сэр, и вы это знаете. - Внутри нее начал закипать неукротимый гнев. - И главное то, что люди, которых вы отправляете вниз, ее узнали. А отправляете вы их на верную смерть. - И, смерив Хиллиарда презрительным взглядом, Семцова вышла. Хлопнуть дверью, к ее великому сожалению, не получилось - конструкция не та.

	ГЛАВА ШЕСТАЯ 	В грузовом отсеке крейсера кипела работа. Громадное помещение, заполненное техникой и людьми, на данный момент было самой оживленной частью "Патны". Автоматические погрузчики с недоступной человеку осторожностью переправляли через открытые створки шлюза в спускаемый модуль исследовательскую аппаратуру, "волкодавы" распаковывали контейнеры с оружием, которое очень даже могло пригодиться. В дальнем конце отсека, сияя титановой обшивкой, возвышались два спасательных челнока. Рядом с ними находился закрытый шлюз, ведущий в запасной атмосферный модуль, пристыкованный к корпусу "Патны". Если посмотреть со стороны, то казалось, что на днище торпедообразного крейсера, расширенного к корме, где находились двигательные установки, прикреплены два обтекаемых, со слабо выступающими крылышками стабилизаторов, подобия огромных реактивных снарядов. 	Бесцельно слоняясь по кораблю, Семцова, все еще взбудораженная после перепалки с Хиллиардом, спустилась в грузовой отсек. Картина суеты, царившей здесь, живо напомнила ей фантастические фильмы из разряда пошлых голливудских боевиков. 	Подойдя к оружейному складу, Семцова заметила импульсную винтовку, лежавшую поверх остального оружия. Пользуясь тем, что поблизости никого не оказалось, она вытащила винтовку из контейнера и внимательно осмотрела. Знакомая система. Общались с этим оружием на военной кафедре питерского университета. М-41-А с тридцатимиллиметровым гранатометом. Кажется, именно это оружие спасло жизнь Эллен Рипли и маленькой девочке Ньют на уровне "С" атмосферной станции на Ахеронте. Машинально взглянув на счетчик боезарядов, Семцова отметила, что магазин полон. 	- Маша, осторожнее, это не игрушка, - услышала она голос Сергея Казакова.- Не думаю, что она вам пригодится. 	- Я умею обращаться с этой штукой, - отозвалась Семцова. - Меня учили. Когда-то. Хотя по теме "Стрелковое оружие" я сдавала зачет два раза... 	- Тогда, мне кажется, вам лучше положить винтовку на место, - улыбнулся Казаков. - Вы же будете здесь, в безопасности, а рисковать жизнью - моя профессия. 	Семцова осторожно уложила оружие обратно в контейнер. 	- Сергей, вы позволите мне осмотреть челнок, на котором вы отправитесь... туда? 	- Спросите разрешения у нашего предводителя. - Лейтенант кивком указал на Ретта Гора, руководившего погрузкой. - Думаю, он не станет возражать. Идемте. 	Казаков подвел Семцова к полковнику, и она повторила свою просьбу. Гор пожал плечами и сказал: 	- Если вам это интересно, мисс,- пожалуйста.- Полковник с некоторым неудовольствием осмотрел Машину форму и приметил отсутствие нашивок. Что возьмешь, русская, да еще из гражданских... - Только будьте осторожнее с погрузчиками, - и тут же отошел к группе солдат, возившихся с каким-то прибором и изредка переругивавшихся. 	Семцова спустилась по трапу в челнок. Уже на первый взгляд назвать это сооружение просто челноком было довольно сложно. Это был типичный исследовательский корабль, чересчур большой для простого спускаемого аппарата. Она прошла по длинному коридору, с одной стороны которого, судя по всему, находился биологический отсек, отделенный тройным стеклом, не пробиваемым даже выстрелом в упор из смарта - самого опасного и разрушительного ручного оружия. Надпись на шлюзе, ведущем в отсек, гласила: "Вход только для специального персонала". Здесь же был выгравирован значок, означавший абсолютную герметичность этой части модуля. 	"Ну-ну, - усмехнулась про себя Семцова. - Посмотрим, долго ли выдержит эта "герметичность". 	Она представляла себе, сколь невероятна сила Чужих, и очень сомневалась, что даже такая совершенная защита устоит перед их натиском. 	Через стекло Семцова заметила трех биотехников, проверяющих установленные у стен контейнеры. Похоже, яйца Чужих будут содержаться именно там. 	Пройдя дальше, она оказалась в кабине пилотов. Двое военных - один сержант со знаками различия британской армии, второй в чине капрала (этот был испанцем - красно-желтый флажок с гербом короля Санчо VIII) - мельком взглянули на стоявшую в дверях женщину и продолжили работу. Подойдя ближе и встав за их креслами, Семцова увидела высвечивающийся на экране объемный силуэт иноземного корабля и рядом мигающую точку радиомаяка. Оба пилота занимались программированием курса и не обращали на нежданную гостью никакого внимания. При взгляде на экран Семцову передернуло от какого-то подсознательного ужаса, и дурные предчувствия с такой силой охватили сознание, что она покинула кабину пилотов с максимальной быстротой. Проходя обратно к выходу, Маша отметила, что практически все солдаты нагружены полным боевым снаряжением, а врачи с биотехниками уже спустились в модуль. Среди медиков она заметила доктора Логинова. Узнав Семцову, он подошел к ней. 	- Ну, Мария Викторовна, могу поздравить вас с возвращением к жизни. После такого хирургического вмешательства не всякий мог бы выжить. 	- Спасибо, Федор, - тепло улыбнулась она. - Спасибо за все. Вы тоже отправляетесь на Ахеронт? 	- Да, - вздохнул Логинов. - Может быть, понадобится и моя помощь. Впрочем, будем надеяться, что ничего подобного не произойдет. Счастливо вам! 	- И вам удачи, - отозвалась Семцова и поспешила к выходу. Поднявшись в грузовой отсек "Патны", она увидела только полковника Гора и Казакова. Последний уже был полностью упакован в боевую амуницию - защитный костюм, множество легких непонятных приборов, закрепленных на рукавах и груди, винтовка с лазерным прицелом за спиной. 	Один из техников "Патны" окликнул ее: 	- Посторонитесь, пожалуйста. Маша поспешно отскочила в сторону. Мимо прогрохотал автопогрузчик с громоздким оборудованием. Через несколько секунд он исчез в шлюзе челнока. 	Гор отдал последние распоряжения и направился к лифту. В грузовом отсеке остались только Семцова и Казаков. Не сказать, что у лейтенанта был испуганный вид, но выглядел он озабоченно. 	- Сергей, - обратилась к нему Семцова. - Не исключено, что это наша последняя встреча. На всякий случай я хочу дать вам один совет. 	Тот удивленно взглянул на нее: 	- Слушаю, Мария Викторовна. 	- Может, без церемоний, а? Будьте проще. Когда вы окажетесь внизу, на корабле, постарайтесь не геройствовать. Я не знаю, есть ли там взрослые Чужие, скорее всего, их уничтожило взрывом. Вы, конечно, знаете о личинках этих существ? 	- Да, американцы нас подробно проинструктировали,- подтвердил Казаков. 	- Так вот, когда войдете в корабль, ни в коем случае не спускайтесь в шахту, находящуюся в зале сразу за входом... Я просмотрела самый первый отчет Эллен Рипли на комиссии по расследованию гибели "Ностромо". Шахта ведет вниз. А там... Там несколько тысяч спор, и в каждой - такая же зверюга, что набросилась на меня на Фиорине. 	- Маша, это дело биологов. Они будут работать в скафандрах высшей защиты,- напомнил Казаков.- Моя задача только охранять их и по возможности обследовать корабль. 	- Если я правильно поняла, вы командуете отрядом 	военных? 	- Там, внизу,- я,- подтвердил Казаков.- Но полковник будет постоянно на связи, и фактически руководство операцией принадлежит ему. 	- Сергей, и самое важное.- Семцова положила руку ему на плечо. - Ни за что не приближайтесь к зародышам этих существ! Пусть с ними работают биологи, но предупреждаю: Кейн, член экипажа "Ностромо", тоже встретился с ними в скафандре, и все же личинка смогла пробить защитное стекло. Их сила невероятна. Сколько вас всего? 	Казаков удивленно поднял брови: 	- Вы же знаете. Девятнадцать военных плюс я, а все остальные - биологи, техники и прочее. 	Сделав паузу, Семцова прикинула в уме, сколько же людей остается на "Патне", Почти весь экипаж спустится на Ахеронт, значит, на борту крейсера будут только она, капитан корабля, Хиллиард, Пауэлл, старикашка профессор да чиновник из правительства, имени которого она не знала. 	"Ах да, - неожиданно вспомнила она. - Еще мистер Гор. И кроме того, двое инженеров, которые будут осуществлять связь с челноком. Вместе со мною - девять, не считая Бишопа, которого решили не вводить в состав группы десанта. Значит, на челноке тридцать человек". 	В этот момент раздался сигнал зуммера - челнок .был готов к старту. Казаков резко повернулся. 	- Ну, до встречи. Если что, иногда вспоминайте обо мне, - с едва заметным оттенком горечи произнес он. 	- До встречи,- кивнула в ответ Семцова. 	Казаков нырнул в шлюз челнока, и через несколько секунд переборки шлюза стали медленно сдвигаться. Когда они сошлись, раздался сигнал, сообщающий о полной герметизации, и замигали огни предупреждения. Маша повернулась и быстро пошла к лифту. 	Экипаж спускаемого модуля располагался по своим местам. Биологи и биотехники, перепроверив и закрепив аппаратуру, пристегивались ремнями к своим креслам; военные, половина из которых была операторами смартов - "умных винтовок", укрепили оружие в специальных стойках и тоже закрепились на сиденьях. Казаков, пройдя пилотскую кабину, плюхнулся в свободное кресло и, пробежав пальцами по клавишам компьютера, затребовал информацию о состоянии модуля. Машина немедленно ответила, что все в полном порядке, челнок герметичен и для запуска реактора осталось лишь нажать кнопку старта. Казаков откинулся на спинку кресла, надел наушники с микрофоном и вызвал на связь оперативный командный отсек "Патны". На экране вверху появилось изображение полковника Гора. 	- Господин полковник, к вылету готовы,- отрапортовал Казаков и взглянул на пилотов. Те молча кивнули, подтверждая его слова. 	- Ну, тогда с Богом, - раздались в наушниках слова полковника.- Удачи вам, ребята. Оставайтесь на связи постоянно. 	Сержант Николас Фарелл, пилот челнока, начал методично включать тумблеры, оживляющие двигательную и навигационную системы модуля. Вспыхнули зеленые сигналы, и он доложил: 	- Приготовиться, пять секунд... Две... Пошел! - почти крикнул он. - Есть расстыковка! 	Между "Патной" и челноком появился маленький промежуток. 	- Включаю двигатели,- объявил Ник. 	Модуль все быстрее и быстрее скользил в пространстве вдоль огромного днища крейсера. Навигационные огни стали сливаться в сплошную линию. Перегрузка вдавила всех в кресла и навалилась на каждого обитателя челнока невероятной тяжестью. 	Через несколько мгновений спускаемый аппарат вырвался из гравитационного поля "Патны". Позади слышалось шипение двигателей. Облака Ахеронта постепенно приближались. 	- Движемся точно на сигнал радиомаяка, - сообщил второй пилот, смуглый испанец Лео Аргедас. - Сбоев в системе навигации нет. В атмосферу войдем через шесть минут. 	- Отлично, - пробормотал Казаков, глядя на экран с постепенно вырисовывающимся силуэтом чужого корабля и мигающей точкой маяка рядом. 	- Идем на снижение. - Фарелл уперся взглядом в датчик высоты. - Сто тысяч футов до поверхности. Входим в плотные слои атмосферы. Выпускаю дополнительные стабилизаторы. - Он потянул один из рычагов вниз. Из корпуса модуля выросли четыре крыла, а сверху стали медленно подниматься два трапециевидных киля. Обтекаемая торпедообразная форма аппарата, наиболее приемлемая для полетов в вакууме, уступила место подобию огромного боевого самолета. В ту же секунду брюхо модуля коснулось облаков и он провалился в мутную мантию атмосферы LV-426. Начало ощутимо трясти, но двигатели успешно справлялись с бурными потоками газов в верхних слоях воздушного покрова Ахеронта. 	- Тангаж двадцать градусов, - сообщил пилот и, взглянув на один из приборов, добавил: - Температура за бортом минус пятьдесят два. 	На мерцающем экране засияла топографическая карта местности. В левом верхнем углу светился сигнал радиомаяка. 	- Видимости нет, на поверхности пылевая буря, - автоматически докладывал Фарелл. - Высота пятнадцать миль. Расстояние до объекта - четыреста миль. 	- Скорость? - перебил Казаков. 	- Тысяча девятьсот в час, скоро перейдем на дозвуковую. Входим в нижние слои атмосферы. 	Казаков взглянул в иллюминатор. Наступало утро, и в темно-красном свете здешнего солнца уже можно было кое-что разглядеть внизу. Воздух стал более прозрачен, а приборы показывали, что температура снаружи стала повышаться, - атмосферные процессоры, разбросанные по планете, делали свое дело. 	Под брюхом челнока стремительно мелькали холмистые равнины и скальные образования. Унылый и безрадостный мир. 	- А состав воздуха? - обратился Казаков к навигатору. 	- Приемлемый для дыхания, - отозвался тот. - В основе азот и кислород, если верить анализатору. Фон гамма-излучения повышен, да это и неудивительно после взрыва атмосферной станции. Непосредственной опасности для здоровья, впрочем, нет... Просто нельзя долго там задерживаться. 	- Высота три тысячи футов, сэр,- сообщил Фарелл. - Мы на подходе. 	Секунду спустя раздался хлопок и рев двигателей стал гораздо слышнее. 	- Вышли на дозвуковую.- Фарелл потянул штурвал на себя. - Снижаемся. 	Аппарат плыл в воздухе Ахеронта. Светало довольно быстро, и пробивавшийся сквозь плотные облака ярко-оранжевый свет освещал разворачивающуюся под ним картину. Скорость уменьшилась до трехсот миль, и Казаков неотрывно смотрел в иллюминатор. Вдали показался иззубренный скальный хребет, а на равнине перед ним он заметил гигантскую воронку - след взрыва, уничтожившего колонию Хаяли и населявших ее монстров. 	- Мы почти у цели,- прохрипел навигатор. 	- Выхожу к сигналу маяка, - подхватил Фарелл и чуть повернул штурвал вправо. 	Челнок, пролетев над безжизненной равниной, приближался к гряде скал. Взглянув на экран радара, навигатор с дрожью в голосе сказал, посмотрев на Казакова: 	- До объекта около десяти миль! Посмотрите, может, он уже виден. 	Казаков отстегнул ремни и, нагнувшись над пультом управления, стал вглядываться вперед, прильнув к центральному обзорному окну. В оранжевом свете дня его взгляду предстало такое, что он не смог сдержать удивленного возгласа. 	- О Господи! - Он неотрывно смотрел вниз. На скалистом холме в нескольких километрах перед ними возвышался гигантский силуэт космического корабля. Даже при сильном ветре, гоняющем тучи пыли, его можно было хорошо рассмотреть. 	- Сделай круг над объектом,- приказал Казаков пилоту. - И сбавь скорость до минимума. 	- Есть, сэр, - четко ответил тот и взялся за штурвал. 	Даже с высоты в тысячу футов чужое сооружение выглядело совершенно невероятно. Отдаленно напоминающее подкову создание чуждого разума имело округленные, сглаженные формы, резкое утолщение на изгибе "подковы", а два ее окончания были слегка изогнуты навстречу друг другу. Корпус сиял на солнце матовым цветом слоновой кости. Казаков настолько увлекся этим зрелищем, что даже не обратил внимания на слова пилота: 	- Сэр, мы должны садиться. Радиомаяк прямо под нами. 	- Что? - переспросил Казаков. 	- Мы осуществляем посадку. 	- Да-да. Конечно. - Он вышел из оцепенения, вернулся в кресло и пристегнулся. 	Фарелл включил тумблер автопилота. Тот должен был точно вывести челнок к маяку, отыскать сканером ровное место, где можно будет безопасно приземлиться, и посадить корабль. Ветер снаружи был умеренной силы, и приборы без особых затруднений справлялись со своей задачей. Вперившись взглядом в высотомер, пилот беззвучно шевелил губами, отсчитывая десятки футов, остающиеся до поверхности. Загорелись индикаторы, оповещавшие о включении двигателей мягкой посадки, и модуль слегка встряхнуло. 	- Выпустить посадочные опоры и шасси! - скомандовал пилот. Навигатор мгновенно среагировал на приказ, и на брюхе челнока открылись люки, из которых высунулись металлические трубы с огромными колесами из пластика, устойчивого к любым условиям внешней среды. 	Модуль висел в нескольких футах над землей. Сканер еще раз прощупал поверхность и, найдя ее приемлемой для посадки, послал команду автопилоту, плавно подавшему челнок вниз. Пневматические амортизаторы смягчили посадку, так что при прикосновении модуля к земле экипаж ощутил только легкий толчок. 	Казаков и Фарелл посмотрели друг на друга. Последний, ничего не говоря, поднял вверх большой палец правой руки. Казаков и навигатор ответили тем же. 	Выглянув в окно, Казаков увидел метрах в пяти от носа челнока автоматический маяк, лежавший на груде камней. С этой точки корабль инопланетян видно не было - он находился за холмами. Фарелл нажал кнопку селекторной связи, объявив всем: 	- Ребята, мы приземлились! Начинайте готовиться к работе,- и, обратившись к Казакову, спросил: - Лейтенант, сообщить полковнику о посадке? 	- Конечно, - ответил тот, возясь с застежками бронежилета и распихивая по карманам запасные обоймы для импульсной винтовки.- А я пошел туда,- Он кивнул в сторону грузопассажирского отсека. - Пока светло, мы должны добраться до этого чертова корабля. Фарелл повернул кресло к пульту и связался с оперативным центром на "Патне". 	Оперативный центр слежения на "Патне" представлял собой темное помещение, освещенное только множеством экранов на главном пульте. Два инженера-связиста и полковник Гор восседали перед ним, контролируя информацию, непрерывно поступающую с модуля. В случае отказа системы управления челноком они могли автоматически связаться с ним и вывести обратно на орбиту с помощью приборов дистанционного управления. Чуть позади находились кресла для остальных, и сейчас в них устроились Семцова, Пауэлл и Хиллиард. Бишоп восседал за отдельным пультом и контролировал телеметрическую информацию, получаемую с модуля. При приближении челнока к объекту, как Хиллиард именовал инопланетный корабль, Семцова все напряженнее вглядывалась в экран внешнего обзора, передававший изображение с видеокамер челнока. Когда на экране появилась воронка - след взрыва ядерного реактора,- Семцова отвернулась и беззвучно выругалась. Никто из присутствующих этого не заметил, да она и не хотела лишний раз показывать свое отношение к людям Компании. Внутри у нее все кипело от ненависти к Хиллиарду и его приспешникам. 	"Возьми себя в руки, - повторяла Маша себе. - Ты еще успеешь отомстить за всех. За Рипли, Хикса, за экипаж "Ностромо", за несчастных колонистов, которых они - настоящие чудовища, а не люди! - отдали в лапы самой страшной из всех смертей..." 	Тут раздался восхищенный возглас Хиллиарда: 	- Вы только посмотрите! - Он указывал на экран внешнего обзора модуля. Челнок проплывал над инопланетным кораблем, описывая в воздухе плавный круг. Семцова, напрягшись, привстала с кресла. 	- Да, это он, - подтвердила она, мельком взглянув на Хиллиарда, но тот неотрывно глядел на экран. 	- Невероятно, грандиозно! - выкрикивал начальник отдела. 	На лице Пауэлла тоже выражался искренний восторг, смешанный с удивлением. Зрелище было потрясающее. Но вот корабль пропал из поля обзора камер челнока, и по экрану потянулись коричневые скалы. 	- Они готовятся к посадке, - нарушил тишину инженер-связист. Через несколько минут на пульте зажглись зеленые огоньки, означавшие благополучное приземление челнока на Ахеронт. Тут же пилот челнока вышел на визуальную связь - на одном из экранов появилось изображение Фарелла. 	- Все в порядке. Мы сели на ровную поверхность.- Его голос доносился из динамика над пультом.- Прошу метеосводку. С виду погодные условия нормальные, по показаниям приборов состав здешнего воздуха пригоден для дыхания. 	Инженер повернулся к Бишопу: 	- Бишоп, посмотрите, пожалуйста, метеоусловия в районе приземления челнока. 	Бишоп переключил несколько тумблеров и осмотрел появившуюся карту движения атмосферных потоков на Ахеронте. 	- В радиусе трехсот миль все спокойно, но с запада идет ураган,- сообщил он и, взглянув на показания датчиков, добавил: - Скорость ветра до ста двадцати футов в секунду. Пусть поторопятся. У них в запасе четыре часа. 	Связист вновь взглянул на экран и проговорил в микрофон: 	- Фарелл, передайте Казакову: через четыре часа возможен ураган. Работайте быстрее. 	Полковник надел наушники и тоже обратился к пилоту челнока: 	- Вызовите Казакова. 	- Слушаюсь, сэр,- ответил тот и вызвал по селектору лейтенанта. Через минуту его лицо появилось на экране монитора: 	- Это лейтенант Казаков. 	- Вижу, Сергей, - махнул рукой Гор. - Последние инструкции. Ваше дело - охранять биологов и техников. Не думаю, что вам встретятся взрослые существа. Оружие, однако, применять только в случае непосредственной угрозы жизни научного персонала и вашей. Понятно? 	- Так точно, сэр! - ответил Казаков. 	- Тогда все. Конец связи.- Экран погас, но тут же вспыхнул другой, с изображением плана челнока и передвигающимися по нему голубыми точками. 	- Что это? - тихо спросила Семцова у инженера. 	- Передатчики личных данных. Такие имеются у каждого члена экипажа челнока. Если сигнал исчезнет - значит, человек мертв, - бесстрастно ответил тот. Машу передернуло от этих слов. 	- А как же мы улавливаем сигналы на таком расстоянии? - заинтересовался Хиллиард. 	- Очень просто, - отозвался инженер. - Высокочувствительная аппаратура на челноке принимает данные с ПДЛ, усиливает их и передает нам на корабль. 	- А-а... - протянул Хиллиард и со скучающим видом стал рыться в папке, лежащей у него на коленях. Семцова нервно поискала по карманам сигареты, щелкнула зажигалкой и глубоко затянулась. "Они все смертники", - твердила она про себя. В глубине души она была уверена, что на Ахеронте обязательно произойдет новая катастрофа. Один вид корабля инопланетян говорил об опасности, таящейся в его недрах. Впрочем, все незнакомое и непонятное всегда вызывает опасения... 	Так, мучаясь дурными предчувствиями, Маша и осталась в оперативном отсеке "Патны" ждать следующего сеанса связи. 	На относительно ровной площадке между двумя холмами возвышался серебристо-черный десантный модуль, крепко вцепившийся в базальт шасси и боковыми упорами. Чужая планета, чужой мир. Скальные образования и потоки застывшей лавы освещались оранжевым светом здешнего солнца, который с трудом проникал через плотный облачный покров атмосферы. Такой ландшафт можно, конечно, встретить и в прочих мирах, однако здесь, на Ахеронте, он казался совершенно непривычным для взгляда землянина. Холмы отчасти защищали челнок от резких порывов ветра, но и сюда, в это небольшое ущелье, проскальзывали вихри, несущие с собой пыль и небольшие камешки, цокавшие по обшивке челнока. 	Для Ахеронта такая погода была достаточно спокойной, если учитывать тот факт, что сильные ветры и мощнейшие ураганы были на этой планете обычным делом. Атмосферные процессоры, установленные на большей части северного полушария Ахеронта, все же делали свое дело. С той давней поры, когда "Но-стромо" совершил посадку на LV-426, температура на планете повысилась и в экваториальных регионах летом доходила до плюс восемнадцати. Фильтры, очищавшие и обогащавшие воздух кислородом и азотом, сделали его пригодным для дыхания человека, а вмерзшая в поры базальтовых монолитов вода конденсировалась, испарялась, и дождь на небольшом планетоиде стал уже совсем не редким явлением. Через несколько лет, возможно, начали бы образовываться реки и озера, а на искусственной почве можно было выращивать растения. Спустя несколько десятков лет планета имела шанс стать вполне приемлемой для обитания. Однако судьба решила иначе. 	Казаков, как командир группы, отдавал последние распоряжения. Под его началом было подразделение "волкодавов" из корпуса специального назначения Вооруженных Сил Российской империи, и, кроме того, он имел право командовать группой биологов и компьютерных техников. В состав воинского подразделения входили два сержанта и два капрала, не считая пилотов челнока, состоящих на службе в ООН. Из двенадцати рядовых шестеро были операторами смартов. Все эти люди прекрасно знали, с чем, возможно, придется столкнуться, и поэтому уровень защиты у них был на порядок выше, чем у солдат лейтенанта Гормана, погибших здесь несколько месяцев назад. Военные были облачены в специальные комбинезоны, пропитанные составом, устойчивым к любым видам кислот, а бронежилеты вдобавок обшиты плитками керамики повышенной прочности. Таким же керамическим составом покрывались шлемы и щитки, защищавшие руки и ноги. Биологи же в своем отсеке поспешно влезали в конструкции, отдаленно напоминающие скафандры. Стекла их масок, по расчетам профессора Блейка, должны были защитить от нападения личинок Чужих. На челноке оставались только пилоты да бригада врачей, чьи услуги, учитывая необычность ситуации, могли бы понадобиться. 	В грузопассажирском почти не было слышно обычных шуток и переругиваний, привычных для людей, профессия которых - постоянно рисковать жизнью. Лично проверяя бронежилеты и оружие у своих подчиненных, Казаков шестым чувством офицера войск спецназа чувствовал напряжение и даже страх своих солдат, хотя внешне все выглядели спокойными. Слишком спокойными. 	Взглянув на таймер, Казаков прикинул, что до начала урагана, о приближении которого сообщили с "Патны", осталось немногим более трех часов. Значит, действовать надо быстро. Старший бригады техников подбежал к нему и доложил: 	- Господин лейтенант, у нас все готово. Можем отправляться. - Он указал взглядом на открытые люки гусеничного транспортера-вездехода, на котором предстояло добраться до объекта. 	- Ребята, быстро загружаемся и поехали, - громко приказал Казаков, и солдаты начали запрыгивать в шлюз вездехода, грохоча тяжелыми ботинками. Последними в вездеход с большим трудом протиснулись биологи в своих громоздких скафандрах. Казаков прошел в кабину водителя и, усевшись в кресло, надел шлем, сразу связавшись с Фареллом: - Ник.- На экране появилось его изображение.- Можно нас отпускать. 	- О'кей, Сергей.- В командном отсеке Фарелл переключил один из тумблеров, по всему челноку захлопнулись герметизирующие отсеки переборки, а платформа, на которой стоял вездеход, начала медленно опускаться вниз. Перед глазами Фарелла вспыхнуло сообщение на мониторе: "РАЗГЕРМЕТИЗИРОВАН ГРУЗОПАССАЖИРСКИЙ ОТСЕК. КОНТАКТ С АТМОСФЕРОЙ ДАННОЙ ПЛАНЕТЫ". 	Из нависающего над базальтово-гранитной плитой поверхности Ахеронта брюха челнока начала постепенно выползать платформа с вездеходом. Через несколько секунд она коснулась земли. Пилот челнока подал сигнал Казакову, и тот потянул на себя штурвал, приводя транспорт в движение. Двигатели вездехода взревели, выбросили облако газов, он съехал с платформы, тут же начавшей подниматься и втягиваться обратно во внутренности челнока. Створки шлюза наглухо закрылись, спускаемый аппарат вновь стал неприступной крепостью, а транспорт на очень небольшой скорости начал пробираться меж нагромождений скальной породы и гранитных валунов, направляясь в сторону, где возвышалась громада чужого корабля. 	Гусеницы дробили небольшие камни и обломки кварца, по стеклам обзора и корпусу вездехода пощелкивали поднятые ветром мелкие кусочки местной породы. Казаков меланхолично смотрел в иллюминатор. Руки автоматически делали привычную для них работу, транспорт уверенно шел вперед. 	С глухим ревом транспортер заполз на холм, за которым находился источник электромагнитного излучения. Сбросив оцепенение, Казаков перепроверил показания приборов и слегка увеличил скорость. Тяжелый вездеход, гремя гусеницами, неуклонно двигался по грунту, мерцая габаритными огоньками. Через несколько секунд машина выбралась на вершину холма. Совсем недалеко, метрах в двухстах, на скальном монолите, освещенный неясным оранжевым светом, возвышался чужой корабль. Словно огромное морское животное выбралось на сушу отдохнуть, удобно устроившись на каменном постаменте. В лучах здешнего солнца мягко блестела оболочка чужака и ясно различались две оконечности "подковы", загнутые вовнутрь. По странной прихоти неведомых архитекторов правая имела более острый угол наклона. Остатки чужой мощи - неизвестной, но, судя по размерам сооружения, могучей силы создателей... 	Времени на размышления уже не оставалось, и Казаков, подведя транспортер как можно ближе к кораблю, к тому месту, где в его корпусе виднелись три темных провала, заглушил двигатели. Несколько мгновений он сидел молча, как бы внутренне собираясь, а затем резко поднялся с кресла и прошел из кабины в пассажирский отсек вездехода. 	Все были готовы. Операторы смартов в последний раз перепроверяли свое грозное оружие, биологи пристально осматривали оборудование. Казаков надел каску, взял свою винтовку и, удостоверившись, что магазин полон, обратился к остальным. 	- Мы находимся рядом с объектом,- медленно, четко, чтобы каждое его слово было понятно, произнес он.- Двое, капрал Буслаев и рядовой Русаков, останутся охранять транспортер. Открывать огонь по любому - повторяю, по любому! - живому существу, которое попытается приблизиться. Понятно? 	- Слушаюсь, лейтенант. Надеюсь, к членам отряда это не относится? - с усмешкой ответил Буслаев. Именно этот высоченный и невероятно сильный капрал первым обнаружил на Фиорине личинку, атаковавшую консультанта... 	- Капрал, здесь не полигон, а это - не Земля! - серьезно сказал Казаков. - Перед нами несколько миллионов тонн чужого корабля, а в его грузовом отсеке - зародыши опаснейших существ. Вы сами видели, что случилось с Марией Семцовой, и знаете, в чем опасность и насколько она реальна. Если не хотите разнообразить собой завтрак этих чудовищ или стать папой милого чужого младенца, повнимательнее следите за индикаторами движения живых существ. Теперь все ясно? 	- Так точно, лейтенант! - козырнул капрал. 	Казаков нажал кнопку, и люк медленно открылся. В транспортер ворвался воздух Ахеронта, чуть пахнущий аммиаком, однако вполне пригодный для человеческого дыхания. 	Первые шестеро солдат во главе с Казаковым выбрались из вездехода и рассредоточились, выстроившись неровным полукругом. Индикаторы движения молчали, только ветер гонял пыль и заунывно свистел в скалах. Научная группа, выгрузив снаряжение и своих коллег, закованных, точно в старинные латы, в скафандры высшей защиты, двинулась за ними. Последней транспортер покинула вторая группа военных, прикрывавшая тыл. 	До чужого корабля было не более сотни шагов пути вверх по склону скалы, который, к счастью, не был особенно крутым. Медленнее всех поднимались биотехники - очень уж неудобно было взбираться наверх в их неповоротливом и тяжелом облачении. 	Первыми до корпуса корабля и трех овальных шлюзовых отверстий добрались Казаков и рядовой первого класса Саша Баулин. Блестящая обшивка титанического сооружения уходила на много десятков футов в высоту. Баулин осторожно, словно опасаясь удара током, дотронулся до поверхности корабля. 	- Очень интересно, - проворчал он и обратился к Казакову: - Командир, вы не замечаете здесь ничего странного? 	- Чего именно? - оглядывая гладкую поверхность шлюзов, спросил Казаков. 	- Это не металл, а нечто вроде пластика. Нигде нет следов сварки или клепки. Абсолютно ровная поверхность. - В доказательство своих слов Баулин постучал по стене. - И обратите внимание - никаких острых углов, нигде. Все сглажено, закруглено. 	- Да,- отозвался Казаков и взглянул на индикатор. Там, где им и полагалось, светились розовые точки, означавшие продвижение членов его отрада. Кроме этого - ничего. 	Вскоре группа собралась на относительно ровной площадке у шлюзов. Казаков подошел к одному из отверстий и посветил внутрь фонариком. Метрах в пяти от них виднелись еще три дыры, более узкие, а за ними стояла непроглядная темнота. Сами отверстия имели идеальную овальную форму и были около десяти футов в высоту и шести в самой широкой части. Казаков оглядел притихший отряд и скомандовал: 	- Отделение сержанта Корпачева, вперед. За ними - научный персонал. Всем смотреть в оба! Сразу за входом будет большое помещение. Пошли. - Он первым нырнул в темноту. 	Пройдя по короткому коридору, люди оказались в большом зале. Нигде никаких следов присутствия живых существ. Серые панели стен, опоясанных по периметру стальными поручнями, уходили в высоту, создавая впечатление огромной клетки. Индикаторы движения молчали. Зная, что Чужие обычно нападают сверху, почти все направили лучи фонарей в потолок. Пусто. Баулин взглянул на Казакова: 	- Что здесь, по-вашему, было? 	- Не знаю, - пожал плечами лейтенант. - Я не ксенолог. Возможно, какая-то часть грузового отсека. 	Солдаты осторожно разбрелись по залу, компьютерные техники, расставив и выключив аппаратуру, сканировали зал в поисках возможных спрятанных коридоров. Вскоре прибор зарегистрировал наличие пустоты за панелью, а один из биотехников наткнулся на отверстие в полу. 	- Похоже, именно это мы и ищем! - громко сказал он. - Идите все сюда! 	Казаков подошел к дыре, возле которой столпилась команда биологов, растолкал их и склонился над колодцем. Снизу тянуло теплым воздухом и каким-то странным запахом. 	- Ну что же, начинайте работу, - коротко сказал он и направился к техникам, возившимся с одной из серых панелей стен. Похоже, за ней прятался коридор, ведущий в глубину корабля. Никаких кнопок, рычагов, замков, ничего указывающего на возможность открыть. Разве что один из участков стальной трубки, опоясывающей плиту, был необычно загнут вверх.

	ГЛАВА СЕДЬМАЯ 	"Патна", подобная гигантскому золотистому жуку, мирно висела в пространстве над Ахеронтом, чья атмосфера, пронизанная лучами местного солнца, уже не казалась в свете дня мрачным провалом в Ничто. Изредка вспыхивали миниатюрные сопла микроракетных двигателей, корректировавших орбиту, мерцали бортовые огни, да каждые полчаса из корпуса крейсера появлялась чаша антенны экстренной связи, которая автоматически передавала сигналы о состоянии корабля в Центр транспортного контроля Солнечной системы. 	По земным понятиям уже настала ночь, и все руководство проекта разбрелось по своим каютам. В операторской центра слежения оставались только Бишоп, Семцова, полковник Гор да один из инженеров-связистов. Больше трех часов прошло с момента посадки модуля на LV-426, пилоты оставались в челноке, регулярно выходя на связь каждые двадцать минут, а вот об исследовательской группе, ушедшей на чужой корабль, было пока ничего не известно. На центральном мониторе по-прежнему отражалась рельефная карта местности с изображениями челнока, транспортера и подковообразного силуэта инопланетного монстра. Больше двух часов назад синие точки, обозначавшие поисковый отряд, исчезли в зеленоватом свечении "подковы". На экране остались лишь шесть отметин на схеме челнока и две рядом с вездеходом. 	Рассудительный Бишоп объяснял исчезновение сигналов ЦДЛ тем, что корпус корабля, куда отправились люди, экранирован и задерживает любые радиолучи. Таким образом, наблюдателям на "Патне" оставалось лишь регистрировать сигналы, исходящие от пилотов спускаемой группы и врачебной бригады, не принимавшей участия в вылазке, да от двоих охранников у транспортера. С каждой проходящей минутой напряжение нарастало. 	"Почему так долго? У них ведь есть предостережение об урагане, - думала Семцова. - Что там еще могло произойти?" 	Ретт Гор сохранял по крайней мере видимость спокойствия, хотя на душе у него тоже было тяжко. "Слишком долго они там копаются. Всего-то дел: спуститься в колодец, о котором говорилось в отчете Эллен Рипли перед следственной комиссией, отобрать несколько яиц существ и подняться наверх. Максимум сорок минут. Разве что они обнаружили проход в глубь корабля, а это может задержать отряд лейтенанта Казакова". 	О худшем варианте развития событий полковнику думать не хотелось. 	В тот момент, когда Маша Семцова потянулась за очередной, неизвестно какой по счету сигаретой, с разницей в несколько десятков секунд на экране погасли два сигнала передатчиков личных данных, исходившие от транспортера. Инженер за пультом глухо выругался и попытался настроить монитор, решив, что его работу нарушили какие-то помехи. Однако там по-прежнему виднелись только четкие сигналы с челнока, и более ничего. Семцова вскочила с кресла, выронив тлеющую сигарету, и подбежала к полковнику. 	- Что случилось, что? - Она довольно резко потребовала объяснений. Полковник решил не обращать внимания на недопустимый по понятиям военной субординации тон госпожи консультанта. 	- Не знаю, - сквозь зубы ответил Гор, лихорадочно переключая тумблеры на пульте. - Сигналы потеряны. Возможно, просто интерференция... Сядьте! 	Семцова послушно опустилась в кресло рядом. Позади раздался невозмутимый голос Бишопа: 	- Попробуйте вызвать на связь челнок, они могут вывести на наши экраны изображение видеокамер, установленных на транспортере. 	- Вы правы, Бишоп. - Полковник схватил наушники, одновременно вызывая на связь Фарелла. Его изображение почти сразу появилось на одном из мониторов. 	- Сэр, исчезли сигналы ЦДЛ капрала Буслаева и рядового Русакова. Последний раз они связывались с нами двенадцать минут назад и передали, что у них все нормально! 	- Послушайте меня, Фарелл. - Полковник очень старался говорить спокойно, но это у него плохо получалось. - Немедленно свяжитесь с бортовым компьютером вездехода и дайте нам картинку с обзорных камер, поняли меня? 	- Слушаюсь, сэр! - Пилот модуля пробежался пальцами по клавишам на пульте.- Изображение на дисплеях тринадцать и пятнадцать. 	Вспыхнули еще два экрана. На борту "Патны" трое людей и андроид увидели только голые скалы, крохотные вихри, переносившие пыль, кусочки пемзы да часть 	чужого корабля. Камеры на вездеходе развернулись, показывая панораму, но и вокруг вездехода не было ничего и никого. Только Семцова углядела на экране 13 смутную тень, мелькнувшую в скалах. Мгновение мозг обрабатывал полученную информацию, чуть дольше он боролся с психологическим шоком, и только спустя несколько секунд Семцова поняла, чья это была тень. Дрожащими руками она выудила из почти пустой пачки сигарету, нашарила в кармане зажигалку и глубоко затянулась. 	- Кончено. Я видела Чужого. Такого же, как на записях с "Сулако". Казаков и его люди погибли,- тихо, но внятно проговорила женщина, глядя чуть расширившимися глазами на Ретта Гора.- Я знаю, что говорю. 	- Да, это был Чужой. Взрослый, - подтвердил Бишоп, тоже заметивший проскользнувший силуэт. Полковник вытер пот со лба: 	- Это невозможно! Хиллиард утверждал, что все взрослые особи были уничтожены во время ядерного взрыва! Как они там очутились?! - От мнимого спокойствия полковника не осталось и следа. 	- Не представляю, - покачала головой Семцова. - Знаю только то, что все мертвы. Прикажите челноку стартовать. Казакову и его подчиненным мы уже ничем не поможем. 	Она отвернулась и до крови закусила губу, чтобы не разрыдаться. 	Ветер гонял низкие тучи и завывал в скальных лабиринтах. Погода явно портилась. Прошло уже два с лишним часа, как Казаков увел людей в возвышавшуюся на плоскогорье иноземную громадину, и капрал Буслаев начинал терять терпение. Минуты ожидания тянулись бесконечно, да еще и Русаков своей типичной сибирской угрюмостью навевал тоску. Буслаев попытался пару раз завязать разговор, но напарник отделывался односложными фразами, неотрывно смотря на индикатор движения живых организмов. Все было спокойно, если не считать того, что примерно полчаса назад за завываниями ветра они расслышали вроде бы выстрелы внутри корабля. Однако звук был настолько тих и неясен, что Буслаев решил не обращать на него внимания и не сообщил о возможном происшествии на челнок. 	Близилось время очередного сеанса связи, капрал забрался в транспортер, отложил винтовку и вызвал фарелла: 	- Сержант, у нас все в порядке, Казаков со своей группой пока не появлялись. 	- Хорошо, ждите, - отозвался Фарелл. - Как только кто-нибудь из наших выйдет из корабля, пусть немедленно свяжется. Что-то Казаков там долго возится... Счастливо! - И экран погас. 	Буслаев еще пару минут посидел в кресле, не желая вылезать наружу, к пронизывающему ветру и мрачному подчиненному. Но любое бездействие в этом невеселом уголке Галактики быстро утомляло, и, прихватив винтовку, капрал направился к люку. Легко соскочив на базальтовую плиту, на которой стоял транспортер, он огляделся в поисках рядового. Русаков впился глазами в тихо попискивающий индикатор движения. 	- Есть четкий сигнал движения в ста двадцати метрах от нас. - Русаков поднял взгляд на Буслаева. - Исходит от борта корабля. Вон там. - Он махнул рукой в сторону изгиба "подковы". 	- Кто-нибудь из наших, - несколько легкомысленно предположил капрал. - Может, они выбрались через другой вход? 	- Нет, посмотри, сигнал синий, а не розовый. Это кто угодно, только не люди. 	Сигнал датчика действительно имел синий цвет и медленно приближался. Вскоре он раздвоился, что означало присутствие в опасной близости от вездехода пары неидентифицируемых живых существ. Быстро перепроверив оружие, два человека заняли позицию за транспортером. Пока никого видно не было. Русаков взглянул на индикатор. 	- Они приближаются. Тридцать метров. Слева и сверху. Двадцать пять. Двадцать. - Его голос заметно Дрогнул. 	- Как только увидишь, стреляй, - прошептал Буслаев и снял оружие с предохранителя. 	- Десять метров. Они спускаются от корабля к нам, - продолжал докладывать Русаков. 	- Сейчас я взгляну. Их уже должно быть видно. - Буслаев осторожно выглянул из-за транспортера. Все та же голая скала с возвышавшимся над ней колоссом, и больше ничего. Ни одного движения. - Там никого нет, - озадаченно проговорил Буслаев. - Посмотри со своей стороны. 	- По-прежнему десять метров. Они остановились. Сигналы совсем рядом. Сейчас посмотрю. - Русаков высунулся, коротко вскрикнул и, вскинув винтовку, дал короткую очередь. Очень недалеко, за ближайшими камнями, раздался короткий обиженный писк и какое-то шипение. Буслаев никого не заметил и сейчас всматривался в глубокую тень, отбрасываемую скалой. 	- Кого ты подстрелил? - толкнул он рядового. 	- Кажется, это была та самая зверюга, о которой нам говорили. Только крупнее... Откуда они здесь взялись? 	- Не знаю, но думаю, что нам стоит забраться в транспортер и стрелять из башенного пулемета, - отозвался капрал.- Снаружи становится неуютно. 	- Пошли,- согласно кивнул Русаков, и они начали медленно пробираться к люку, не обращая внимания на вновь запищавший сигнал индикатора. Сейчас главнейшей задачей было дойти до люка и оказаться в практически неприступном вездеходе. Буслаев двигался впереди, и до спасительного люка оставалось уже совсем немного - фута четыре, от силы шесть. В этот момент сзади раздался дикий вопль человека... 	Огромная темно-коричневая тварь совершенно бесшумно подкралась сзади, и острый наконечник ее щупальца с легкостью пронзил бронежилет рядового Русакова. Четырехпалые лапы, украшенные длинными и очень острыми когтями, довершили дело. Крик стих. 	Буслаев разинув рот смотрел на стоявшее рядом чудище, разгибавшееся для нового удара. Длинный членистый хвост с шипом на конце ходил влево-вправо, массивная голова медленно поднималась, с шипением разошлась первая пара челюстей с такими огромными и острыми зубами, что и в кошмарном сне не приснятся, за ней из клыкастой пасти вылезла вторая. Зубы на внутренней челюсти были помельче, но их тоже было, мягко говоря, более чем достаточно. Чудовище издало тихий, никак не вязавшийся с его размерами, писк и сделало шаг в сторону Буслаева. 	Многолетняя выучка сделала свое дело, капрала как пружиной подбросило в воздух, и через пару мгновений, сам того не сознавая, он оказался внутри транспортера и что было сил вдавил клавишу, закрывавшую люк. Медленно, слишком медленно крышка люка поплыла вниз. Черная блестящая лапа успела втиснуться в узкое пространство, остававшееся между крышкой и корпусом вездехода, вначале остановив его движение, а затем начав медленно открывать люк. В образовавшуюся щель протиснулась морда второго зверя, раскрывшего челюсти, и капрал, от ужаса позабыв, как нажимать на курок, со всей силы двинул прикладом в открытую зубастую пасть: 	- На, жри! 	Челюсти с равнодушием машины сомкнулись, и от прочнейшего оружия остались одни щепки. Тотчас взорвался магазин с патронами, вдребезги разнеся голову монстра. Поток разъедающей все и вся жидкости хлынул на капрала Буслаева. 	Первого монстра от взрыва спас люк, который животное все еще придерживало лапой. Наклонившись, зверь внимательно осмотрел останки своего собрата и, убедившись, что человек тоже мертв, развернулся и бросился прочь. 	Пока Казаков и компьютерные техники возились со стенной панелью, бригада биологов установила у темного провала в полу приспособление, напоминающее миниатюрную лебедку с прочным стальным тросом. Вначале к карабину на конце троса пристегнули три контейнера, куда предполагалось поместить яйца существ, и, протиснув их в отверстие, стали опускать вниз. Вскоре счетчик пройденных метров замер на цифре 30. Трос ослаб, подтверждая, что контейнеры достигли дна шахты. Один из техников взялся за второй трос и вопросительно посмотрел на облаченного в скафандр руководителя научной группы Михаила Корпачева. 	- Тридцать метров. Вы спускаетесь? 	- Да. И сразу же за мной идут Хорчек и Стеклы. - Корпачев кивнул на стоявших рядом коллег из Чехии, облаченных в такие же скафандры. Он опустил лицевую пластину шлема, пристегнул пояс к тросу и подошел к дыре. Техник проверил крепление троса, батареи мощного фонаря и дал контрольный вызов переговорному устройству на шлеме. Корпачев ответил, что слышит его хорошо, и, сев на край отверстия, начал медленно спускаться вниз. Когда он опустился на пару метров в глубь шахты, за ним последовали двое оставшихся биологов. 	Упираясь в гладкую стену и придерживаясь за трос, на котором опустили контейнеры, Корпачев медленно полз вниз. Датчик термозащиты скафандра показывал повышение температуры в шахте, но система охлаждения прекрасно справлялась. 	Пискнуло переговорное устройство и в наушниках раздался голос техника: 	- С вами все в порядке? Хорчек и Стеклы уже начали спуск. 	- Пока все в норме, дна не видно, - ответил Корпачев и посветил фонариком вниз. Луч освещал только ровные стены шахты. Оттолкнувшись, он увеличил скорость спуска. Цифры на датчике температуры быстро росли, дойдя уже почти до пятидесяти градусов, а стены колодца начали плавно расширяться. Создавалось впечатление, что он находится внутри конусообразной трубы, сужающейся кверху. Еще раз взглянув вниз, Корпачев заметил в свете фонаря силуэты контейнеров, лежавших посреди шахты, а через несколько секунд стенки колодца разошлись и он повис в пустоте. Спустившись еще на несколько метров, биолог оказался на твердой поверхности. Рядом лежали контейнеры, а вокруг царила непроглядная тьма, разрезаемая только лучом его фонаря. Корпачев связался с техником наверху: 	- Я внизу, буду ждать, пока спустятся Хорчек и Стеклы. 	- Слышу, Михаил. Будь осторожнее, они уже на подходе. 	Корпачев посветил вверх и увидел в темной трубе шахты спускающегося Хорчека. Спустя минуту все трое были уже внизу. 	Осветив фонариками помещение, в котором они оказались, биологи были поражены его размерами. Зал оказался намного больше верхнего, и, в отличие от него, здесь все стены были покрыты бесформенными непрозрачными образованиями, на вид мягкими и эластичными. Хорчек подошел к стене и потыкал рукой в перчатке одно из них - поверхность слегка спружинила. Материал был похож на каучук, но только похож. Поднеся фонарик совсем близко к непонятной поверхности, Корпачев открыл контейнер с инструментами, висевший на поясе, вынул титановый нож и попытался сделать срез. Однако лезвие лишь безвредно скользнуло по гладкой поверхности, даже не оставив следа. 	- Михаил, посмотри, кажется, вот это нам и нужно! - Стеклы указывал в центр зала. От изумления его восточноевропейский акцент превратил русскую речь в набор малопонятных изломанных фраз. Корпачев и Хорчек, оторвавшись от безнадежных попыток вскрыть хоть одно настенное образование, подошли к нему. 	Начиная от середины помещения и далее в глубь зала громоздились сотни яйцевидных предметов. Покрытые чем-то похожим на кожу очень грубой выделки, они имели идеальную овальную форму и около двадцати пяти дюймов в высоту. Корпачев провел лучом фонаря по сторонам, но так и не заметил, где кончается зал. Все видимое пространство было занято яйцами Чужих. 	Хорчек обратил внимание на пару ближайших спор, отличающихся от прочих, и присел рядом. Верхняя часть оболочки была раскрыта в виде четырех разошедшихся в стороны лепестков. Внутри было пусто, а споры почти разрушились от времени. 	- Похоже, именно отсюда вышла личинка, которая накинулась на того парня с "Ностромо", - заметил Хорчек. - Помните, об этом упоминали американцы? - Возможно, - отозвался Корпачев и нажал кнопку коммуникатора, вызывая группу техников, оставшихся наверху. В наушниках раздался голос Сергея Казакова: 	- Михаил, я только собирался связаться с вами. Нам удалось открыть дверь, ведущую в глубь корабля. А что там у вас? 	- То, что и ожидали увидеть. Здесь очень тепло, по нашим датчикам - больше пятидесяти градусов. И к тому же полно яиц Чужих! 	- Сколько? Скажите хоть приблизительно. - Голос лейтенанта звучал довольно встревоженно. 	Корпачев еще раз осветил фонарем зал. Ряды яйцеобразных предметов уходили далеко в темноту. 	- Не знаю, лейтенант. Похоже, не одна сотня, если только не несколько тысяч. 	Секунду Казаков молчал. В наушниках раздавался только треск помех. 	- Ну хорошо. Попробуйте осмотреть зал подробнее, но будьте предельно осторожны. А я поведу свою группу внутрь корабля. Удачи вам, и давайте побыстрее. 	Коммуникатор щелкнул и отключился. 	- Интересно, - проворчат Корпачев. - Осмотреть подробнее. Как вам это понравится? - Он посмотрел на своих коллег. Даже сквозь толстые стекла скафандров их лица выглядели озабоченно.- В таком случае отцепляйте тросы. Пойдем глянем, что там внутри,- Корпачев махнул рукой в темноту.- Особое внимание на индикаторы движения! - Он указал на прибор, укрепленный на запястье скафандра. - И держите оружие наготове. 	У всех троих на правом бедре был пристегнут портативный импульсный пистолет, а гнетущая тьма да и, мягко говоря, необычная обстановка заставили биологов вытащить оружие и снять его с предохранителей. 	Осторожно пробираясь между рядами коричневатых кожистых яиц, они начали продвигаться в глубь помещения, придерживаясь стены. Тяжелые скафандры сковывали движения, и потому идти приходилось медленно. Метров через пятьдесят скопления спор с зародышами совсем загородили путь, и, когда три человека с трудом миновали их, луч фонаря Стеклы выхватил из темноты какую-то бесформенную и неподвижную массу огромных размеров. Черный силуэт был, как минимум, метров двух в высоту и имел округлые очертания, а снизу от него отходили два толстых отростка, лежавшие на полу помещения. Чех Мирослав Стеклы недоуменно взглянул на Корпачева: 	- Михаил, что это, по-твоему? 	- Не представляю. Но, похоже, оно неодушевленное. Индикатор движений молчит. - Корпачев указал на экран.- Подойдем поближе. 	- Может, не стоит? - робко заикнулся Хорчек. - Наша задача - только собрать споры и как можно быстрее свалить отсюда. Мне здесь совсем не нравится... 	Корпачев с раздражением взглянул на него: 	- Думаешь, я в восторге от этого места? Дойдем до этой штуки, осмотрим и будем подниматься наверх. Сам подумай, за все новые открытия полагаются огромные премии... Короче, идем.- И Корпачев первым двинулся к темневшей впереди громадине. 	Подойдя ближе, все трое замерли в полном остолбенении. То, что перед ними возвышался взрослый экземпляр Чужого, не вызывало никаких сомнений. Огромная голова на длинной суставчатой шее прижалась к груди, и морды существа видно не было, а шипастый гребень на черепе возвышался над туловищем. Шесть членистых конечностей плотно прижались к телу, многометровый хвост, свернутый в кольца, безжизненно лежал на полу зала. От туловища отходили две полупрозрачные трубы, теряясь где-то в темноте. Свет фонарей отражался от матово-черного хитинового покрова чудовища, не подающего никаких признаков жизни. 	- Пресвятая Дева, - еле слышно прошептал Стеклы, оглядывая громоздящуюся перед ними массу. - Да что же это такое?.. 	- Похоже, матка Чужих. Наше счастье, что она мертва,- ответил потрясенный Корпачев и, превозмогая страх, приблизился к плотно свернутому хвосту и осторожно потрогал, тут же отскочив как ошпаренный. Даже через перчатку он явственно ощутил пульсацию в теле чудовища.- Ребята, уходим, и быстро! - Он живой! - едва переводя дух, выдавил Корпачев. Спустя мгновение все три индикатора движения начали издавать слабый писк. Хвост гиганта начал медленно разворачиваться, а трое биологов попятились назад. 	- Это же сколько лет оно здесь просидело? - ошарашенно поинтересовался Стеклы. 	- Профессор Блейк говорил, будто эти твари способны погружаться в некое подобие спячки... Но ведь "Ностромо" приземлился здесь почти шестьдесят лет назад! А сколько корабль простоял тут до того? Да они что же, бессмертны? - почти в истерике прокричал Хорчек. Не сговариваясь, все трое повернулись и с максимально возможной скоростью кинулись прочь от чудища. На их несчастье, Хорчек споткнулся об одно из яиц, Стеклы и Корпачев налетели на него и тоже не удержались на ногах. 	А в каких-то десяти метрах от них громадное существо медленно выпрямилось и подняло голову. Перед тремя онемевшими от ужаса людьми вырастала фигура, словно вышедшая из Дантова Ада: расправлялись колоссальные щупальца, поворачивалась голова, мерцали огромные глаза, отливавшие в свете фонарей металлом зубы казались длинными тонкими кинжалами, а грандиозный, напоминавший жабо гребень, венчавший череп, был даже прекрасен, завораживающим неземным великолепием. Индикаторы движения теперь верещали вовсю. 	Выпрямившийся во весь свой шестиметровый рост, Чужой, казалось, с удивлением смотрел на барахтавшихся на полу людей, однако с места не двигался. Только постепенно расправлял членики конечностей, словно затекших после долгой спячки. 	Корпачеву наконец удалось встать и помочь подняться своим коллегам. Не раздумывая, они бросились к выходу из пещеры. 	Никто из них в суматохе и темноте не заметил, что на некоторых близлежащих спорах стали появляться выпуклости. 	Корпачев на бегу нажал кнопку внешней связи и услышал в наушниках спокойный голос биотехника: 	- Что стряслось? Вы уже готовы? 	- Какое, к чертям, готовы! - проорал в микрофон Корпачев. - Здесь взрослый Чужой, и, похоже, это материнский организм! Не знаю как, но мы разбудили эту скотину! Как только пристегнемся, поднимайте нас немедленно, ясно? 	- Понял вас, - быстро ответил техник. - Мы готовы. Дайте знать, когда пристегнетесь. 	В эту секунду несколько яиц словно взорвались изнутри, и к трем людям, судорожно цеплявшим к поясам карабины подъемных тросов, ринулось около десятка паукообразных тварей, передвигавшихся с немыслимой скоростью. Индикаторы движений зашлись от писка. Хорчек первым заметил движение и, выхватив пистолет, открыл огонь. Два маленьких монстра разлетелись на кусочки, разбрасывая кислотные брызги. Корпачев и Стеклы, тоже заметив опасность, начали палить наугад по любой движущейся тени. 	Но силы были явно неравны. Все новые и новые споры раскрывались, выпуская из своих недр крохотных стремительных убийц. Одно из существ, оттолкнувшись хвостом, кинулось на Хорчека, уцепилось многочисленными щупальцами за скафандр и прилипло к лицевому щитку. Отбросив бесполезный пистолет, незадачливый исследователь попытался отодрать монстра руками, но тот, плотно обвив хвостом шею и крепко вцепившись в выступы на шлеме, не поддавался. Из брюха личинки выползла тонкая мясистая трубка и принялась шарить по прозрачному стеклу. Разбить его никак не удавалось, и тогда из едва заметных желез, расположенных вокруг трубки, брызнули струйки желтоватой жидкости. Стекло не выдержало, его поверхность пошла пузырями и после очередного удара оно лопнуло. Расширив щупальцами отверстие, личинка проникла внутрь шлема. Последнее, что почувствовал Хорчек, была холодная трубка, настойчиво протискивающаяся ему в рот. 	Потом он потерял сознание. 	Прижавшись к стене, двое оставшихся биологов продолжали отстреливаться от наседавших на них личинок. Зал освещался упавшими на пол фонарями и вспышками импульсных выстрелов, но даже при этом скудном свете были видны десятки, если не сотни маленьких тварей, выползавших из раскрывающихся спор. Отталкиваясь, как пружинами, мощными хвостами, они огромными прыжками устремлялись к двум отчаявшимся людям. Непрерывно раздававшиеся выстрелы уничтожали немногих из них, но не могли сдержать все прибывавшую живую лавину. 	Личинка взвилась в воздух, уцепилась за плечо Корпачева, однако не сумела как следует закрепиться, и человек сбросил ее с себя, а мгновением позже прикончил выстрелом. Брызнувшая кислота попала на скафандр, однако покрытие из устойчивой керамики выдержало. Капли стекли на пол, оставив на гладкой поверхности неглубокие борозды. 	- Михаил, что делать, что?! - кричал Стеклы, отбрасывая от себя очередную рвущуюся вперед тварь. - Хорчек уже мертв, они разбили стекло шлема! Они и до нас сейчас доберутся! 	Тут Корлачева осенило. К шлему скафандра был прикреплен дополнительный экран, обычно служивший для предохранения от ультрафиолетового излучения и от радиации. Какая-никакая, но защита. Одним движением он опустил щиток, точно забрало, и Стеклы последовал его примеру. Темная пластина экрана снизила видимость практически до нуля, но биологи, помня, где оставили свисающие сверху тросы, совершили последний рывок в центр зала. Несколько личинок бросились на них, одна, особенно удачливая, обвила хвостом шлем чешского биолога и выпустила струйки кислоты. Опущенная защитная пластина устояла; ее поверхность только зашипела и пошла пузырями, но дыры не образовалось. Личинка, не желая сдаваться, начала бить по стеклу своей трубкой, когти на щупальцах протиснулись в едва заметные щели между защитным щитком и прозрачным лицевым стеклом скафандра, но прочная конструкция выдержала и этот натиск. Личинка отвалилась, и в этот момент произошло нечто невероятное. Все до единого маленькие монстры прекратили атаку. Некоторые, правда, еще попытались проверить на прочность скафандр Корпачева, но вскоре оставили это безнадежное занятие. Все они начали медленно расползаться по залу, некоторые повисли на стенах наподобие огромных уродливых пауков. 	Корпачев повернулся к насмерть перепуганному Стеклы, едва различая очертания его скафандра сквозь темную защитную пластину. 	- Слушай, почему они оставили нас в покое? - слабым голосом спросил он. 	- Не знаю. Хотя, помнишь, профессор Блейк что-то говорил о коллективном разуме у Чужих? Может, поняли, что им не удастся пробить наши шлемы, и не стали повторять попытки... Кстати, что с Хорчеком? 	Они приблизились к лежащему на полу Хорчеку. Лицевая пластина шлема была разбита, а лицо почти полностью закрывала серо-коричневая неподвижная масса. Корпачев наклонился и посмотрел показания одного из приборов, закрепленных на скафандре биолога, 	- Жив, - после некоторого молчания сказал он. - Сердце работает, кислород продолжает поступать в организм. Его надо быстро отправить наверх, наверняка хирурги смогут извлечь из него зародыша этой твари... Цепляй карабин. 	Пока Стеклы пристегивал трос к поясу скафандра Хорчека, Корпачев ответил на сигнал вызова коммуникатора, назойливо пищавший в наушниках уже не-, сколько минут. 	- Корпачев на связи. 	- Первая группа, что у вас?! - раздался встревоженный голос техника. 	- Полная неудача, - мрачно сказал биолог. - Яйца взять не удалось. Хорчека атаковала личинка, он без сознания. Мы с Мирославом сумели отбиться. Взрослое: существо пока не двигается с места, но кто его знает... Поднимайте нас и будьте осторожны - тут полно проклятых личинок! 	- Понял вас. - Коммуникатор отключился, а трос, к которому был пристегнут пострадавший исследователь, натянулся, и тело в скафандре медленно поплыла вверх. Корпачев пристегнул карабин к своему поясу, проверил крепление у Стеклы и уже собирался подать сигнал к подъему, когда неожиданно начал попискивать индикатор движения. Синее пятно на экране все больше увеличивалось, и Корпачев с замиранием сердца понял: огромный монстр, затаившийся в темноте, решил вступить в игру. 	- Быстрее поднимайте нас! - крикнул он в микрофон. - Быстрей!! 	Чудовище, осторожно ступая между своих мерзких порождений, пробиралось к ним. При каждом шаге многотонной массы пол слегка содрогался. Судя по тому, что существо наклонило голову и выдвинуло обе пары челюстей, настроение у него было отнюдь не мирное. Биологам ничего не оставалось, как открыть огонь. 	Несколько разрядов ударили в туловище матки, брызнула желтая кислота, и огромное животное, разъярившись от боли, издало жуткий тоненький вопль и метнулось к людям, передвигаясь с необычной для его размеров быстротой. Одно из щупалец с острым гарпунообразным наконечником просвистело совсем рядом с Корпачевым, выбив искры из металлического пола. 	Трос, к которому пристегнулся Стеклы, наконец задергался, и человек начал медленно подниматься вверх, к зияющему в потолке отверстию, продолжая поливать энергетическими импульсами беснующегося рядом монстра. Когтистая лапа схватила воздух в каком-то полуметре от болтающегося на тросе человека. Вскоре Стеклы исчез во тьме отверстия, а раненая матка перенесла свое внимание на Корпачева. 	- Поднимайте меня, черт бы вас побрал! Оно сейчас убьет меня...- Эта фраза была последней, услышанной техниками в верхнем зале. Обезумевшее от боли чудище атаковало человека. Четырехпалая лапа обхватила его поперек туловища, сомкнулись гигантские челюсти, прочнейший скафандр треснул, как ореховая скорлупа, и красная кровь человека смешалась с желтой внутренностной жидкостью, вытекавшей из многочисленных ран на туловище и голове гиганта. Отшвырнув бездыханное тело, Чужой издал победный вопль и, выпрямившись во весь свой немалый рост, уставился на отверстие в потолке. 	Биотехники наверху, услышав предсмертный вопль Михаила Корпачева, включили барабан наматывания лебедки на максимальную скорость. Вскоре в темноте колодца возник светлый раскачивающийся силуэт. Старший техник нагнулся над отверстием, осторожно посветил туда фонариком и перевел встревоженный взгляд на своих коллег: 	- Ребята, похоже, это Хорчек. Он не шевелится. Будьте предельно осторожны! И продолжайте поднимать Корпачева и Стеклы. Быстро! 	Когда подвешенное на тросе неподвижное тело оказалось в пределе досягаемости, биотехники и помогавшие им военные схватились за крепления скафандра и вытащили его на пол. 	- Черт побери, - пробормотал один из солдат, глядя на лицевую пластину шлема. Как таковой ее просто не было, виднелась лишь зияющая дыра с оплавленными краями, а внутри, там, где полагалось находиться лицу Хорчека, свернулась отвратительная темно-серая тварь, плотно обхватившая длинными щупальцами голову биолога. 	- Несомненно, это личинка Чужого,- констатировал кто-то из биотехников. На него все зашикали. Зрелище было малоприятное. Гадкое животное практически не подавало признаков жизни и не двигалось, но, когда осмелевший солдат из подразделения Казакова попытался потрогать ее, тварь слега дернулась и плотнее прижалась к лицу Хорчека. Но ощупь она оказалась плотной и шершавой, при прикосновениях слегка пульсировала, однако никаких агрессивных действий против стоявших вокруг людей не предпринимала. 	Все присутствовавшие в зале столпились вокруг тела Хорчека и заметили Стеклы, только когда он выбрался из люка и встал на ноги. Тогда все бросились к нему: 	- Где Корпачев? Что там у вас стряслось? - Биолога закидали вопросами, едва он успел снять шлем скафандра. 	На Стеклы было страшно смотреть. В слабом желтовато-оранжевом свете, исходившем из близлежащих шлюзов, он показался выходцем из могилы. Губы его тряслись, глаза смотрели с таким ужасом, будто он только что выбрался из ада. Поняв, что его надо привести в чувство, один из военных вытащил из кармана флягу с коньяком и заставил ничего не соображавшего биолога сделать несколько глотков. 	- Ну говори же! - подтолкнул его кто-то из техников. 	- Ребята, отсюда надо убираться,- с трудом выговорил Стеклы по-чешски, однако, чуть придя в себя, продолжил на понятном все русском: - Там внизу, - он ткнул в сторону провала на полу, - тысячи личинок Чужих и взрослое живое существо огромных размеров! Если они учуют нас или выберутся оттуда - нам крышка... 	- Что с Корпачевым? 	- Когда меня уже начали поднимать, взрослая тварь накинулась на нас. Мы стали стрелять. Корпачев погиб. Она убила его. Отсюда нужно немедленно уходить, врачи еще могут помочь Хорчеку...- сбиваясь, ответил Стеклы. - А где Казаков? 	Ему показали на поднятую стенную панель и уходивший в глубь звездолета темный коридор. 	- Они сумели открыть проход. Вы спустились вниз, а Казаков со своими людьми отправился осмотреть внутренние помещения корабля, - ответил военный в чине капрала. - Нам дан строжайший приказ ждать их. 	- Да вы с ума посходили! Пан Хорчек умрет, если его немедленно не доставить на "Патну"! - схватился за голову Стеклы. - А если Чужим приспичит выбраться из этой дыры, то вряд ли мы сможем с ними справиться! Взгляните на скафандр Хорчека - они же его в решето превратили!.. 	- У меня приказ, - жестко прервал разошедшегося биолога капрал. - Ждать Казакова. Отверстие пока можно закрыть аппаратурой. Ну, давайте живее! 	Сам он склонился на провалом и опустил в него индикатор движений живых организмов и фонарь. Луч света выхватывал из темноты только ровные гладкие стены, но индикатор начал чуть попискивать, и на экране появились несколько синих пятнышек. Судя по показаниям датчика, до источника движения было около сорока футов и он постепенно приближался. 	- Они ползут сюда, - испуганно проговорил Стеклы, тоже увидевший на экране резво перемещающиеся точки. - Что будем делать? Скоро они поднимутся наверх... 	- У нас в пищевых запасах есть термосы с кофе, можно налить им по чашечке, - съехидничал рядовой первого класса Максим Немиров - почти полное подобие Казакова: тоже низенький, невзрачный, но не дай Бог кому-нибудь встать против этого человека в спарринге или направить на худощавого "волкодава" оружие... 	Он, взяв инициативу в свои руки, отогнал всех от отверстия и приказал лечь на пол. Сорвав с пояса пару осколочных гранат, он швырнул их одну за другой в провал. Мгновение стояла полнейшая тишина, а затем над дырой взвился ослепительный столб обжигающего белого огня. Грохот от разрыва пролетел по всему кораблю, заставив огромный корпус содрогнуться. 	- Макс, ты с ума, часом, не сошел? - прошипел лежавший рядом капрал. Люди поднимались, отряхиваясь и кашляя от поднявшейся в воздух пыли. Кто-то навел фонарь на отверстие в полу, и все заметили какой-то странный предмет, выброшенный наверх ударной волной взрывов. Недалеко от края провала в луже дымящейся желтой жидкости слабо шевелилась изуродованная личинка Чужого. Оторванные щупальца подергивались, в туловище торчал глубоко засевший треугольный осколок гранаты, мощный хвост точно побывал под прессом. Существо находилось при последнем издыхании, однако упорно пыталось выдернуть уцелевшими щупальцами проткнувший его предмет. Вытекавшая из множества ранок кислота разъедала пол, над быстро образующимися трещинами поднимался легкий дымок. Вскоре маленькая мерзость дернулась последний раз и затихла, но даже в дохлом животном, лежавшем под ногами людей, ощущалась сила и огромная ярость. 	- Мы отвлеклись, - произнес Немиров, оторвав всех от рассматривания личинки.- Может быть, еще сотня-друтая этих тварей поднимается сейчас по трубе. Он подбежал к провалу, потерявшему свою правильную форму и все еще исходившему клубами дыма, и сунул туда коробочку индикатора. Бросив короткий взгляд на показания, он вскочил как ошпаренный. 	- Быстрее тащите все сюда! Надо как-то загородить выход! Множественные сигналы метрах в пятнадцати. 	Из груды оборудования поспешно вытащили захваченную с собой прочную сеть, растянули над отверстием и придавили края лазерными сканерами, вещмешками и пока не использованными тяжелыми смартами. Капрал попытался связаться с Казаковым, и вскоре в наушниках сквозь треск помех возник голос лейтенанта: 	- Капрал Ланской? Что там у вас? 	- Сергей, здесь черт-те что творится! Корпачев мертв, Хорчек без сознания, вдобавок на него прицепился Чужой. На нас по тоннелю ползут личинки. Какие инструкции? 	- Ждите нас на месте, если опасность будет слишком высока - пробивайтесь к транспортеру и вызывайте Фарелла. Мы нашли другой выход из корабля, это метрах в двухстах прямо по коридору. Если что - подгоняйте вездеход туда. Мы возвращаемся. Все, конец связи. - Казаков выключил рацию. 	В затянутом плотной сетью отверстии явственно послышалось шуршание. Взяв оружие наизготовку, военные во главе с капралом Ланским осторожно приблизились к дыре. 	Крепко вцепившись в ячейки сети, на ней устроилось не меньше десятка личинок Чужих, выползших из недр нижнего зала. Увидев (или почувствовав) приближение людей, носители эмбрионов зашевелили щупальцами, пытаясь когтями разорвать сеть, но она пока не поддавалась. А снизу ползли все новые и новые маленькие чудовища, и вскоре сеть начала ощутимо провисать под их тяжестью. 	- Они скоро прорвутся,- мрачно констатировал Немиров. - Надо уходить в транспортер, предупредите Казакова. Он говорил, что в двухстах метрах к северу есть еще один выход. Мы подождем его там. 	- Так и сделаем, - согласился Ланской, косясь на раскачивающуюся и все больше выгибающуюся вниз сеть.- Только стоит закрыть стенную панель, чтобы эти твари не ударили Казакову в тыл. Пан Мирослав, - повернулся он к биологу. - Сколько их там, по-вашему? 	- Явно не одна сотня. Похоже, гранаты не нанесли им большого вреда. Они учуяли, что здесь много живых людей, и просто так не отстанут. Молю Бога, чтобы огромная тварь, которая прячется внизу, не сумела взобраться наверх... 	Немиров и еще трое военных налегли на снятую со стены серую панель и медленно поставили ее на место. Ланской связался с Казаковым: 	- Сергей, ты слышишь меня? Подтверди прием! 	- Слышу хорошо, капрал. Двигаемся дальше. Как у вас? - отозвался Казаков. 	- Задержали Чужих сетью, но она скоро не выдержит. Мы перебираемся в транспортер. Вначале доставим пострадавшего в модуль, а потом будем ждать вас у второго входа. Вход в этот зал мы заблокировали. Будьте предельно осторожны, их тут сотни! 	- Отлично,- отозвался Казаков.- Ищите второй выход неподалеку от вашего, ближе к головной части корабля. Встречайте нас там! 	...И произошло то, что должно было произойти, - сеть не выдержала огромной массы личинок, повисших на ней, выскользнула из-под удерживающей ее аппаратуры и полетела вниз. С десяток паукообразных существ, удержавшихся на закраине люка, издавая тонкий писк, бросились на людей. Подобные гигантским прыгающим насекомым, личинки, оттолкнувшись хвостами, взвились в воздух, однако отменная реакция бойцов войск спецназа спасла жизнь многим. Густым басом взревел смарт Немирова, пули разорвали Чужих на мелкие ошметки, брызжущие желтой кислотой; к нему присоединилась "умная винтовка" одного из солдат, поливая огненной струей отверстие, из которого выбирались все новые и новые твари. 	- К выходу, быстрее к выходу! - кричал Ланской, посылая импульсный заряд из своей винтовки в маленьких чудовищ. - Вытащите раненого! 	Вернее было сказать, пострадавшего, а еще вернее - пострадавших. Зазевавшийся биотехник почувствовал, как что-то тяжелое прицепилось ему к бедру, скользнуло на живот и дальше на грудь. Толстый хвост личинки обвился вокруг шеи пытавшегося отбиваться человека, присоски на щупальцах вцепились в голову, и в рот протиснулась мягкая трубка, несущая в себе не самую приятную смерть во Вселенной. Через секунду техник был без сознания. 	Один из солдат выхватил из-за спины огнемет, и тугая струя огня ударила в шевелящуюся на полу и стенах серую массу. Воздух наполнился едким дымом горящего пластика и органики, кислотные испарения разъедали легкие. Группа людей, продолжая отстреливаться и унося двоих пораженных личинками, начала продвигаться к шлюзам.

	ГЛАВА ВОСЬМАЯ 	Погода заметно портилась. На западе громоздились черные тучи, однако район, где лежал чужой корабль, еще хорошо освещался пробивавшимся сквозь атмосферные облака оранжевым солнцем. Пробравшись сквозь шлюзы, Ланской издалека увидел темневший внизу бронетранспортер и несколько раз выстрелил в воздух. Вопреки его ожиданиям, возле машины никто не появился. 	"Где же этот проклятый Буслаев? Заснул он там, что ли?" - раздраженно подумал Ланской, прыгая вниз по скалам. Вскоре вся группа выбралась из отверстий, ведущих прямиком в маленький местный филиал ада. 	То ли личинок испугал яркий наружный свет, то ли Чужие отступили по каким-то другим, известным только им причинам, - преследовать людей они не стали. Дав по отверстиям шлюзов прощальный залп, Немиров и еще двое солдат, прикрывавшие отход, стали спускаться к транспортеру. 	Именно Немиров, оглядев еще раз местность, заметил в нескольких метрах от вездехода нечто, отдаленно напоминающее стоящий торчком камень причудливого 	вида. Опустив с козырька каски бинокль, он вгляделся получше. Рядом с валунами, у самого борта иноземного корабля стоял взрослый Чужой и, казалось, внимательно наблюдал за спускающимися к вездеходу людьми. 	- Капрал Ланской, подойдите! - рявкнул Макс, ловя неподвижную фигуру Чужого в прицел смарта, и указал подбежавшему капралу на насторожившегося в отдалении монстра. 	- Стреляй! - последовал короткий приказ, и Немиров, нажав на спусковой крючок, вдребезги разнес туловище монстра, даже не попытавшегося скрыться. 	- Он был один? - тяжело дыша, спросил Ланской. 	- Я видел одного, да и детекторы пока молчат. На них только сигналы от нашего отряда. 	Тут их внимание привлекли крики людей, уже спустившихся к вездеходу. Немиров и Ланской запрыгали по камням вниз. Столпившиеся вокруг транспортера биотехники и военные расступились, и глазам капрала предстало малоприятное зрелище. 	В целом мощный бронетранспортер не пострадал, лишь только задний входной люк был слегка оплавлен по краям. У левого борта валялось донельзя изуродованное тело рядового Русакова. Создавалось впечатление, что его рвала на куски стая бешеных собак. 	Но самым страшным и удивительным было то, что из полуоткрытого люка торчало ребристое тело взрослого Чужого. Он тоже был мертв. Мощные ноги, выраставшие из туловища под невероятным углом, прижатые к телу четырехпалые лапы, заканчивающиеся кривыми когтями длиной с человеческое предплечье, безвольно повисшие щупальца с присосками и острыми гарпунообразными наконечниками... На конце членистого хвоста виднелся острый черный шип, да и сама тварь была черно-коричневого цвета с каким-то металлическим отблеском. 	- За ноги вашу мамашу... Что же здесь произошло? - прошептал один из биотехников. 	- То, что случится и с тобой, если мы вовремя отсюда не выберемся,- мрачно ответил Ланской. - Попробуем открыть люк и вытащить оттуда дохлую тварь. Надеюсь, зверь не повредил технику... А то я его второй раз убью! 	Люк легко пошел вверх, люди, превозмогая отвращение, ухватились за покрытые слизью длинные конечности монстра и выволокли его из грузового отсека вездехода. Тонкая шея Чужого заканчивалась лишь осколками черепа, а заглянув внутрь транспортера, один из биотехников зажал рот рукой и отбежал в сторону. Его вырвало. 	Ланской осторожно сунулся в машину. Взорвавшийся магазин импульсной винтовки нанес грузовому отсеку колоссальные разрушения, но самым неприятным было не это. 	- Похоже, это был Буслаев,- с дрожью в голосе проговорил Немиров, заглянув через плечо капрала в отсек. 	Волна кислоты накрыла голову и грудь капрала Буслаева, разъев ткани до костей. Явственно просматривался череп, скелет грудной клетки и плечевого пояса, но ниже, куда кислота не успела просочиться, зрелище было ужасным, так же как и стоявший в вездеходе запах. 	- Его надо вытащить отсюда, - с трудом проговорил Ланской. - Побыстрее! - прикрикнул он на притихших солдат. - И осторожнее, может, кислота еще не дезактивировалась. Я попробую связаться с Фареллом. 	Переступая через обломки аппаратуры и сидений, он пробрался в кабину, сбросил каску и надел чудом уцелевшие наушники, одновременно нажав кнопку коммуникатора, На передней панели вспыхнул голубоватый прямоугольник экрана, и появилось чуть искаженное помехами изображение Фарелла. 	- Кто это? - Видимо, система визуальной связи после взрыва изрядно пострадала и передаваемая на челнок картинка была еще хуже, чем принимаемая здесь. 	- Капрал Ланской. У нас крупные неприятности. 	- Мы наблюдаем за вашими ПДЛ уже несколько минут. Где Казаков? 	- Все еще на корабле. У нас двое убитых, нет, трое,- поправился капрал, вспомнив о Корпачеве.- И два человека поражены личинками Чужих. Подготовьте операционную и предупредите врачей! В этом корабле сотни чертовых личинок, взрослая матка в нижнем отсеке и Бог знает что еще! А у вездехода мы нашли мертвого Чужого-бойца и подстрелили еще одного. Буслаев и Русаков мертвы, эта тварь убила их раньше, чем мы спустились. 	В эфире повисло молчание - видимо, Фарелл сообщал невеселые новости остальным. Затем передатчик ожил, и пилот спросил: 	- А что с Казаковым? Он отдавал вам какие-нибудь распоряжения? 	- Да, приказал ждать его с группой у второго выхода из звездолета, метрах в пятистах от нашего. Мы сначала доставим раненых, а потом вернемся за ним. 	- Только побыстрее - ураган приближается, - предупредил Ник. 	- Понял вас, - ответил Ланской и отключил связь. Выйдя из кабины и пробравшись по развороченному грузовому отсеку, он выглянул наружу и увидел, как солдаты и биотехники заваливают камнями тела двоих погибших "волкодавов". - Быстрее, быстрее! - замахал руками Ланской. - Мы должны доставить раненых на челнок и успеть вернуться за группой Казакова. 	Вскоре весь отряд, погрузив людей, пораженных личинками Чужих, в транспортер, забрался внутрь. Ланской и Немиров заняли места водителей, и вездеход словно нехотя двинулся вперед. Все сидели молча, избегая смотреть на Хорчека и биотехника, лица которых были закрыты отвратительными масками смерти. 	Если бы Ланской догадался включить камеры внешнего обзора и внимательнее посмотреть на экраны, то увидел бы, что вслед за движущимся к модулю транспортером, скрываясь в тени скал, пробираются три темные фигуры. Явно не человеческие. 	Получив сообщение русского капрала, Фарелл немедленно связался с оперативным центром на "Патне", где уже и так царил полнейший переполох. Поднятые с постелей Хиллиард и Пауэлл, видя, что весь их проект разваливается, как карточный домик, ударилисьв яростную и бессмысленную перебранку между собой, однако затихли, когда поступил сигнал вызова с челнока. Ретт Гор, подавшись вперед, впился взглядом в мерцающее изображение на мониторе: 	- Что у вас, сержант? 	- Господин полковник, только что вышел на связь капрал Ланской из группы Казакова... - начал Фарелл. 	- Слушаю! - нетерпеливо перебил Гор. 	- Лейтенант и часть его подразделения исследуют корабль. Похоже, они отыскали проход внутрь. У людей капрала Ланского трое убитых и двое поражены личинками Чужих. Кроме того, он доложил, что на корабле обнаружились взрослые существа. Сейчас раненых доставят к нам, а затем капрал с отрядом отправится за Казаковым. Больше он ничего мне не сообщил. Готовьте операционные, повторяю - у нас двое пострадавших... 	- Понял вас, сержант. Действуйте в соответствии с обстановкой и будьте постоянно на связи.- Экран погас и полковник вытер пот со лба: - Я был уверен, что все кончится гораздо хуже... 	- И у нас есть два экземпляра этих существ, - подвел итог Хиллиард. 	Тут не выдержала Семцова, хранившая до сих пор молчание. С красным от злости лицом она яростно набросилась на Хиллиарда: 	- Ах, два экземпляра?! Ах ты сука! Кто говорил, что эксперименты будут проводиться на подопытных животных? Так, значит, вот кого ты считаешь подопытными животными! Это еще будет просто здорово, если Казаков и его люди выберутся оттуда живыми! Или напомнить, сколько жизней Компания положила из-за этих тварей, а? 	Она ощутила, как на плечи ей легли чьи-то руки и мягко, но непреклонно усадили обратно в кресло. 	- Успокойтесь,- твердо произнес Бишоп, стоявший сзади. - Мария Викторовна, успокойтесь. Тем, кого поразили личинки Чужих, спасут жизнь, как недавно спасли и вашу. Мисс Семцова, держите себя в руках. Пожалуйста,- добавил он с легкой улыбкой и тотчас перевел взгляд на Хиллиарда, уже готового вступить в бой. Тот смутился и отвернулся, сделав вид, будто ничего не произошло. Люда на корабле по-прежнему продолжали наблюдать за экранами, но теперь уже в полной тишине. 	Капрал Ланской, мрачно вглядываясь в стекло переднего обзора, гнал транспортер к челноку. Обогнув один из холмов, последний из небольшой гряды, он увидел возвышающийся над базальтовой плитой посадочный модуль. Было еще достаточно светло, чтобы разглядеть стремительные обтекаемые формы, белый силуэт земного шара в синем круге - символ Организации Объединенных Наций и красующийся на стабилизаторе белый значок Вооруженных Сил Соединенных Штатов. Все-таки "Патна" принадлежала американцам... 	Фарелл, заметив приближающийся транспортер, встал с кресла, потянулся от долгого сидения на одном месте и прошел в грузовой отсек. Он решил лично встретить группу Ланского и первым узнать, что именно произошло на инопланетном звездолете. Сюда же спустилась бригада врачей, уже оповещенная о наличии пострадавших. 	Подойдя к пульту, управляющему опускающейся грузовой платформой, Фарелл нажал несколько кнопок, набрал код, и, когда запищала сигнализация, платформа неторопливо поползла вниз. Ветер Ахеронта внес в почти стерильный грузовой отсек мелкую пьшь, а транспортер, вкатившись на платформу, приглушил двигатели и поплыл вверх на подъемнике. Щелкнули замки, вспыхнул зеленый сигнал, оповещавший о полной герметизации салона, и Фарелл подбежал к заднему люку транспортера. Едва заглянув в разгромленный, оплавленный кислотными брызгами грузопассажирский отсек машины, он отшатнулся. У самого входа лежали Хорчек и биотехник, лица которых скрывала плотная серая масса. Затем из глубины машины послышался шорох и шаги - капрал Ланской пробирался к выходу. 	- Это они и есть? Чужие? - кивком указывая на непонятных серых тварей, спросил Фарелл. 	- Да. Людей надо быстро доставить в медико-биологический отсек. Может, удастся спасти... Выносите их,- обратился он к своим. 	Тела осторожно вытащили из транспортера, стараясь не касаться того, что крепко прицепилось к их лицам. Медики немедленно переложили их на носилки и укатили в медицинский отсек, туда же прошли Фарелл и Ланской. Пока с Хорчека сдирали скафандр, так его и не защитивший, и снимали одежду с биотехника, фамилия которого оказалась Краснов, все оставшиеся в живых столпились у огромных прозрачных окон, наблюдая за действиями врачей. 	Федор Логинов, запрограммировав сканер, втолкнул платформу с телом Хорчека под арку прибора. Вскоре на экране компьютера начали появляться данные о состоянии биолога, а из принтера толчками поползла лента с распечаткой. Затем ту же процедуру повторили с Красновым. Тщательно изучив бумаги, Логинов поднял глаза на Фарелла. 	- Вот что я скажу, сержант,- начал он.- Их состояние волне удовлетворительно, все важнейшие органы работают, однако в несколько замедленном режиме. Самое худшее то, что им обоим уже имплантирован зародыш этого существа... Чужого. Для оказания помощи нам следует как можно скорее возвращаться на "Патну". Только там есть операционные, специально оборудованные для подобных случаев. Все, что мы можем сделать для пострадавших сейчас, - замедлить процесс развития Чужих, поместив пострадавших в криогенные камеры. Когда мы взлетаем? 	- Боюсь, не очень скоро, - мрачно ответил Фарелл, с опаской поглядывая на неподвижных тварей. - Капрал Ланской и его взвод должны вернуться за лейтенантом Казаковым и его солдатами. Туда, на межпланетный корабль. Вы сможете подождать? 	- Думаю, что анабиоз приостановит рост зародышей Чужих,- пожал плечами Логинов.- Но лучше бы побыстрее... 	- О'кей, доктор. Мы постараемся. 	Логинов с медтехником перевезли платформы к ана-биозным капсулам, поместили в них тела пострадавших и нажатием кнопки опустили прозрачные крышки. Логинов задал компьютерам капсул программу установки абсолютного анабиоза. При нем температура тела человека опускалась до возможного минимума, а все метаболические процессы замедлялись в тысячи раз. 	- Ну вот, - обратился он к Фареллу. - В таком виде мы сможем довезти их до операционных на "Патне". И все же я бы попросил вас по возможности не задерживаться. 	Фарелл и Ланской вышли из медицинского отсека. Военные уже успели навести в транспортере относительный порядок. 	- Загружаемся и поехали. Казаков нас уже наверняка заждался, - обратился Ланской к своей команде, выстроившейся у вездехода. 	- Ага, заждался. В желудках этих красавчиков. - Судя по язвительности тона, голос принадлежал Немирову. 	- Отставить разговоры! - рявкнул Ланской и первым забрался в транспортер. За ним последовали остальные, рассаживаясь по своим местам. После всего произошедшего новое путешествие к инопланетному кораблю уже не казалось легкой прогулкой. Стеклы и еще один биотехник из прежней команды оставались на борту челнока, тем более что пан Мирослав еще не пришел в себя после психологического шока, вызванного близким знакомством с Чужими и их агрессивным потомством. 	Фарелл вернулся на пульт управления, и в грузовом отсеке не осталось никого. Зашипели пневматические подъемники, и платформа с транспортером, ярко освещенная прожекторами, установленными по углам люка, стала опускаться вниз. Ланской рванул на себя рычаг, вездеход с ревом сорвался с места и скрылся в постепенно наступающей мгле. Подъемник пополз наверх, и ни одна живая душа в модуле не заметила, как в узкую щель между платформой и корпусом проскользнули две темные уродливые тени. 	Фарелл, усевшись в кресло пилота, вызвал на связь "Патну", доложил полковнику о визите группы капрала Ланского, а потом попросил второго пилота сходить к автоповару - принести кофе и что-нибудь поесть. Лео, уже несколько часов развлекавшийся поединком с компьютером в какую-то малопонятную стратегическую игру, участники которой выглядели не менее жутко, чем обитавшие на планете Чужие, с радостью оторвался от экрана и выскочил в коридор. Кухня находилась в другом конце челнока, рядом с кормовым грузовым отсеком. Аргедас прошел по длинному коридору, заглянул по дороге в окно медицинского отсека, где врачи возились с двумя пострадавшими, доставленными с инопланетного корабля, и помахал рукой своему знакомому - медтехнику Андрею Ильину. Тот подбежал к дверям, набрал код, тяжелая прозрачная дверь высшего уровня защиты отъехала вбок, и Ильин выскочил в коридор. 	- Привет! Ну что там с этими парнями? - поинтересовался Аргедас, нещадно коверкая русский язык. 	- То же самое, что было с Машей Семцовой, - ответил Ильин. - Помнишь консультантку, пострадавшую на Фиорине? У этих ребят внутри зародыши здешних тварей. Нужно вернуться на корабль, и там мы : попробуем извлечь их. Зрелище, правда, будет не самое приятное... Ты куда, кстати, спешишь? 	- Ник послал за кофе, он сидит на пульте, ждет возвращения вашего Казакова и остальных. 	- Пожалуй, я прогуляюсь с тобой. Там,- Ильин ткнул в сторону медотсека, - мои услуги пока не требуются. Пошли.- И Андрей двинулся к пищевому блоку. 	- Эй, сеньор доктор, а закрыть дверь? - вдогонку крикнул испанец. 	- Ничего, эти твари и так не сбегут,- хмыкнул Ильин. - И, кроме нас, туг никого нет. 	Пожав плечами, Аргедас побрел за ним. 	Проходя мимо шлюза, ведущего в грузовой отсек, Лео приостановился - ему почудился неясный шорох, донесшийся из-за дверей. Он прислушался - все тихо. 	"Совсем нервы расшалились", - решил Аргедас и прошел в столовую. Ильин уже вовсю орудовал с авто-поваром, выбрасывающим из своих недр гамбургеры. Сидеть вдвоем в этом плохо освещенном пустом помещении было скучно, и Андрей решил закусить в кабине пилотов. Сложив гамбургеры в бумажные пакеты и налив в термос кофе, они отправились обратно. 	- Стой, - тихо сказал Лео, когда они проходили мимо грузового шлюза.- Когда я шел туда, мне послышались какие-то звуки, а теперь опять... Ты ничего не слышишь? 	В грузовом помещении что-то явственно громыхнуло и покатилось по стальному полу. 	- Может быть, там что-то плохо закреплено,- легкомысленно предположил Ильин. - Пошли, кофе остынет. 	- Какое там "плохо закреплено"! - рассердился Аргедас. - Челнок ведь не движется! Скорее всего, плохо закрыт внешний шлюз и ветром закинуло с поверхности какую-нибудь гадость. Пойду посмотрю, а ты подержи. - Он сунул пакеты с едой Ильину и нажал кнопку, открывающую вход. Тяжелая стальная дверь поползла вверх, и Лео вошел в ярко освещенный грузовой отсек, глядя на створки внешнего шлюза. Они были плотно закрыты. 	Сзади раздались шуршание и скрежет, а затем - короткий, полный ужаса вскрик Ильина. Аргедас резко обернулся... и возблагодарил Бога за то, что пистолет оказался при нем. 	Чужой тихо отделился от перекладины на потолке, плавно спустился по стене, приземлился на пол и выпрямился во весь рост. Чудовище двигалось настолько беззвучно и с такой грацией, что казалось - оно, нарушая все законы природы и физики, переливается из одной точки пространства в другую. Медленно, очень медленно оно приближалось к застывшему на месте человеку. Резкий свет поблескивал на клыках, казавшихся отлитыми из синеватого металла. Первая пара челюстей, истекающая слизью, начала приоткрываться, хвост сворачивался петлями, готовясь нанести удар, обе передние лапы разошлись в стороны, образовав немыслимо совершенную геометрическую фигуру. 	Сам того не замечая, второй пилот пятился к створке шлюза, трясущимися руками вытаскивая из кобуры пистолет и ставя его на непрерывный разряд. Как только огромный лаково-черный монстр сделал первое резкое движение, бесшумная голубая молния энергетического разряда рассекла его надвое, а Аргедас совершил невероятный прыжок назад, вылетев в коридор и избежав капель брызнувшей во все стороны кислоты. Весь грузоотсек начал наполняться кислотными испарениями, ожили чуткие детекторы состояния воздушной среды челнока, подняв тревогу. По всему модулю начали захлопываться переборки, и еще не пришедшие в себя Андрей и Лео не заметили быстро промелькнувший силуэт, скрывшийся в стороне реакторного зала. Двое людей оказались зажаты в узком тамбуре между непроницаемыми переборками. 	- Т-ты убил его? - Даже в красном аварийном освещении лицо Ильина выглядело бледным, как у покойника. 	- Похоже, да, - отрывисто отозвался Аргедас. - Как эта сволочь могла тут оказаться? 	- Ты не заметил, он был один? - Андрей затравленно огляделся по сторонам, словно ожидая увидеть в крохотном закутке еще нескольких готовых к атаке чудищ. 	- Я видел только одного. Может, в грузовом отсеке прячутся еще штук десять... 	В маленьком окошке переборки главного коридора появилось встревоженное лицо Фарелла. Он нажал кнопку, и тяжелая дверь поднялась вверх. 	- Что у вас тут творится? - Он раздраженно взглянул на перепуганных Аргедаса и медтехника, а также на рассыпанные по всему тамбуру гамбургеры. - Я тебя куда посылал? 	- В грузовом отсеке прятался Чужой, - кратко ответил Лео. - По-моему, я его убил. Можешь посмотреть, только включи сперва вентиляцию на полную мощность. 	Фарелл подошел к шлюзу, ведущему к грузовой отсек, открыл панель с распределителями энергии и увеличил обороты вентиляторов. Над входом все еще горела красная лампочка, указывающая на непригодность воздуха в отсеке для дыхания. Через минуту-другую фильтры сделали свое дело и цвет индикатора сменился на зеленый. 	Отправив Ильина к себе, в медицинский отсек, со строжайшим наказом никуда не высовываться, Фарелл и Аргедас заняли позиции по бокам шлюза, и Ник нажал кнопку, открывающую дверь. 	На полу грузового отсека лежало черное чудовище, рассеченное надвое энергетическим лучом. Верхняя половина валялась почти у самого порога, а нижнюю часть с вывалившимся комом переплетенных внутренностей отбросило почти в центр зала. Вытекавшая из ран кислота стремительно разъедала стальные плиты, и в полу отсека уже начало образовываться довольно большое отверстие. Особенно большой ущерб оказался причинен опускающейся платформе для вездехода: здесь в корпусе челнока возникла сквозная дыра, и на глазах у потрясенных людей задняя часть туловища Чужого провалилась вниз, гулко стукнувшись о землю. Осторожно обойдя дымящиеся кислотные лужицы, Фарелл вошел в зал, огляделся, присвистнул и кивком подозвал Аргедаса: 	- Вроде больше никого нет. Ума не приложу, каким способом он сумел забраться внутрь? Как ты его обнаружил? 	- Услышал странные звуки в отсеке и решил на всякий случай проверить. Пришлось стрелять, а то бы мы сейчас с тобой не разговаривали... Кстати, кислота теряет свою активность - уже не так разъедает. 	Металл под желтыми лужицами внутренностной жидкости Чужого пузырился все меньше и меньше и уже почти не плавился, расширение отверстий прекращалось. Фарелл достал фонарик и подошел к самой большой дыре, в которую вывалилась часть монстра. 	- Заделать это в наших условиях невозможно, - тоскливо сказал он, прикинув масштабы повреждений. - Даже не знаю, сумеем ли мы взлететь с такой дырищей в борту. Посмотри сам. 	Аргедас подошел к зияющему отверстию с неровными краями, откуда дул холодный ветер, несший песок и мелкую пыль, и, встав на колени, выглянул наружу. Только отменная профессиональная реакция спасла ему жизнь: мимо его лица просвистело что-то острое, и он мгновенно отпрянул назад. Он не разобрал в темноте, что именно это было, но без труда догадался. Со сдавленным криком отскочив от дыры, он с испугом взглянул на Фарелла: - Там еще один! 	- Со страху чего не покажется,- недоверчиво усмехнулся Ник, но все же осторожно заглянул в отверстие. Оттуда на него в упор уставилась тускло поблескивающая морда Чужого. 	Зверь рванулся вперед, внутренние челюсти клацнули возле самого лица Фарелла, но тот успел откатиться назад, а Аргедас двумя выстрелами разнес голову монстра, уже пытавшегося забраться в корабль. Хлынули струйки кислоты, некоторые из них попали на бронежилет Фарелла, но, к счастью для пилота, керамические кислотоустойчивые плитки выдержали, и едкая жидкость, не причинив вреда, стекла на пол. Зато отверстие в борту увеличилось еще на несколько дюймов. 	- Тебе повезло, - тяжело дыша, заметил Лео. - Я же предупреждал, что там кто-то есть! 	- Да пошел ты...- огрызнулся Фарелл.- Лучше подумай, что нам теперь делать! 	- Заблокировать грузовой отсек, переборка у него достаточно крепкая и должна выдержать перелет до "Патны". Когда появятся наши, впустить их через посадочный шлюз. Правда, вездеход придется бросить на Ахеронте, но это ерунда. 	- Считаешь, мы сможем летать в вакууме с такими повреждениями? А с этим как быть? - Ник указал на останки чудовища, лежавшие у порога. 	Они подошли к тому, что осталось от Чужого, предусмотрительно не сводя глаз с дыры в корпусе - вдруг еще кто пожелает проникнуть в челнок. Разряд разрезал огромное животное точно острейшей бритвой, однако пилоты не обнаружили ни единого отверстия, из которого бы вытекала кислота или другая жидкость. 	- Ты глянь,- изумленно протянул Фарелл.- Все затянулось. Вот это регенерация! 	- Регенерация была бы, отрасти у него заново вторая половина,- с сарказмом ответил Аргедас.- Ты посмотри на эту пасть! Не хотелось бы мне познакомиться с такими зубками поближе... 	Он осторожно провел рукой по острейшим клыкам, украшавшим наружные челюсти Чужого. Создавалось впечатление, что вся лицевая часть черепа животного 	состоит из набора длинных и острых зубов; самый большой был размером почти с человеческий палец. Из полуоткрытой пасти медленно вытекала едко пахнущая 	слизь. 	- Я вызову биологов, это будет для них большим сюрпризом. - Ник набрал на коммуникаторе код биологического отсека. 	- Говорит сержант Фарелл,- рявкнул он в микрофон.- Кто на связи? 	- Это Мирослав Стеклы, - раздался голос из динамика. - Что-то случилось? 	- Маленькая межпланетная и межвидовая война, - мрачно пошутил Фарелл. - Мы тут добыли для вас Чужого. Вернее, его половину. Она лежит в грузовом отсеке. 	Резким щелчком Фарелл выключил коммуникатор. Топот ног в конце коридора возвестил о появлении бригады биологов в полном составе. Первым в отсек ворвался взъерошенный Стеклы, с легким ужасом уставился на царивший перед ним хаос и выругался по-чешски. В отверстиях, проеденных кислотой, свистел усиливающийся ветер, а под ногами у людей простерлась неподвижная черная туша чужого существа. Расширенными от страха глазами Стеклы взглянул на Фарелла: 	- Сержант, как он здесь оказался? 	- Спроси об этом у него самого,- раздраженно ответил Ник. - Меня надо спрашивать, сможем ли мы убраться с этой проклятой планеты с такими дырами в обшивке. Можете забрать эту мерзость в свою коллекцию бабочек. 	Биологи быстро упаковали останки Чужого в черный пластиковый мешок и унесли в свой отсек. Фарелл и Аргедас вытащили из отсека все, что могло бы еще пригодиться в работе, и наглухо задраили дверь шлюза. Закодировав замок, Фарелл уже было собирался возвращаться в кабину пилотов, но задержался, увидев на блестящем полу какой-то слизистый потек. Наклонившись, он дотронулся до тягучей прозрачной массы и поднес пальцы к носу. Минуту он ошарашенно стоял, отсутствующим взглядом уставившись на быстро высыхающую полоску слизи, а затем бегом кинулся в кабину. Аргедас уже безмятежно потягивал кофе из уцелевшего в переделке термоса, вернувшись к своему прерванному поединку с компьютером. Ник проскочил мимо него, бросившись к бортовому компьютеру, и торопливо отстучал запрос о количестве находящихся в модуле живых существ. После некоторой паузы высветилось зеленоватое число 10. 	"Так, стоп, главное не торопиться,- приказал сам себе Фарелл. - Я и Лео - двое, двое врачей, трое биотехников и еще двое пострадавших в анабиозе. Получается девять, если только математика наука точная. Кто же тогда десятый?" 	- Лео, - негромко окликнул он второго пилота. - Или мне обращаться к тебе "сеньор Аргедас"? 	- Сеньор де Аргедас,- рассеянно отозвался тот, лихо расправляясь со скачущим на экране компьютера монстром.- Я из благородной семьи. 	- Заткнись, идальго. Неприятная новость. Очень неприятная. 	- Что?.. - Аргедас мгновенно позабыл об игре и выпрямился в кресле. 	- У нас на боргу находится Чужой Подойди и посмотри сам. 	Пока Лео пробирался к компьютерному терминалу, Фарелл вызвал подробный план челнока с обозначениями местонахождения всех живых объектов. 	- Вот мы с тобой, - он ткнул в две точки, неподвижно застывшие в пилотской кабине.- Вот врачи, вот биологи, а вот сигнал из реакторного отсека. Тебя он ни на какие размышления не наводит? 	Аргедас озадаченно посмотрел на светящийся прямоугольник экрана и неуверенно предположил: 	- Может, помехи? 	- Ага, как же, - зло отозвался Фарелл. - Сам знаешь, как точно работает эта техника. - Он постучал по корпусу компьютера. - Ну, какие будут предложения? 	Аргедас уселся в кресло, откинулся на спинку, зажег сигарету и только после этого ответил: 	- Для начала стоит объявить по челноку, чтобы никто не выходил из своих помещений. Во-вторых... Помнишь, в отчете Компании было сказано, будто эти твари боятся огня? 	- И что с того? 	- Возьмем парочку огнеметов и попробуем выгнать зверюгу в грузовой отсек. Думаю, он увидит дыры в корпусе и сам додумается, как выбраться из челнока наружу. 	- Чудесная мысль,- язвительно сказал Фарелл.- Я всегда знал, что ты у нас гений. Только объясни мне, благородный дон, как ты собираешься орудовать огнеметом в реакторном зале, где даже дышать рекомендуется с опаской? Да, и еще: представь, мы открываем дверь в грузовой отсек, а там нас с нетерпением ожидают десяток-другой гостей, готовых прийти на помощь сородичу, обижаемому какими-то мелкими двуногими? 	- Но ведь сейчас, если верить твоему всезнайке-компьютеру, внизу никого нет, - парировал Аргедас. - Или ты можешь предложить что-нибудь получше? 	- К сожалению, ничего другого в голову не приходит, - вздохнул Фарелл и нажал кнопку селекторной связи. 	- Внимание всем, это Николас Фарелл. Хочу сообщить, что у нас на борту прячется Чужой. Запритесь в своих отсеках и никуда не выходите. Мы попытаемся выгнать его наружу. 	Сказав это, он с неохотой встал и направился к шкафчику с оружием, толкнув по дороге Лео: 	- Чего расселся, пошли на охоту. 	Аргедас без особого энтузиазма поднялся с кресла, закинул за спину звякнувшие баллоны огнемета и нацепил на запястье индикатор движения. Они вышли из кабины и двинулись к кормовому грузовому отсеку. 	Проходя по коридору мимо окон медицинского отсека, они увидели, что там потушены все имеющиеся огни, кроме красных аварийных. Врачей нигде не было видно. 	- Что за чертовщина? - проворчал Фарелл и, подойдя к коммуникатору, нажал кнопку вызова. Никакой реакции не последовало, и только после повторного нажатия из-за гибернационной капсулы появилась голова Логинова. Увидев пилотов, он выбрался наружу и подошел к двери, сжимая в руке пистолет. 	- Вы там что, с ума посходили? - прорычал в микрофон Фарелл. - Немедленно включите свет! Уж к вам-то Чужой точно пролезть не сможет, даже если очень захочет,- Он постучал по толстому стеклу,- Сидите спокойно и не волнуйтесь. Мы с ним справимся. 	- Хорошо, - коротко отозвался Логинов. - Вам помощь не нужна? - Однако в его голосе совершенно не чувствовалось искренности. 	- Нет. - Фарелл отключил коммуникатор и добавил, обращаясь к испанцу: - Пусть лучше сидят здесь, чем болтаются под ногами. Все равно пользы от них никакой. 	У двери грузового отсека Ник на секунду задержался, разблокировал ее, и теперь оставалось только нажать на кнопку, чтобы открыть створки. До места, где находился зарегистрированный приборами таинственный десятый живой объект, оставалось около двадцати метров и две аварийные переборки, предусмотрительно закрытые Фареллом, чтобы ограничить передвижения Чужого и оградить себя от внезапного нападения. Подойдя к первой из них, пилоты остановились, и Фарелл посмотрел на индикатор. Сигналов не было. 	- Во всяком случае, сейчас он не двигается, - прошептал он. - Открывай! 	Аргедас, перебросив ствол огнемета в левую руку, дотянулся до кнопки на стене, и стальной щит с легким шипением уплыл вверх. К реакторному отделению вел узкий коридор с расположенными на стенах панелями приборов и датчиков. Лео критически осмотрел проход и указал на стены: 	- Ник, если мы хоть что-нибудь повредим, то устранить последствия будет почти невозможно. И учти, у нас нет запасных блоков для перераспределителей, зато появляется прекрасная возможность обесточить весь челнок. 	- Мы не собираемся ничего крушить, постарайся это запомнить. Пользуемся огнеметом только в случае крайней необходимости. Ну почему эта скотина выбрала именно реакторный зал? - в сердцах отозвался Фарелл. 	Они осторожно приблизились к переборке между коридором и небольшим по размерам реакторным залом, и Ник бросил взгляд на индикатор. Тот по-прежнему молчал. Решившись, они подняли переборку и ворвались внутрь. 	Немыслимое переплетение труб и кабелей освещалось тускло-красным светом, в глубине возвышался корпус компьютера, руководившего двигательными установками модуля и ядерным реактором, подававшим энергию ко всем приборам корабля. Пилоты осторожно двинулись вперед. Ни единого движения, никаких признаков Чужого. Оглядев помещение, Аргедас опустил огнемет и вопросил: 	- Ну и где он? 	- Не представляю, - озираясь, растерянно ответил Фарелл. - Наверное, спрятался. - Он подошел к компьютеру и включил изображение на мониторе. - Я сейчас подсоединюсь к центральному мозгу модуля, - проговорил он, быстро стуча по клавишам. - А ну-ка взглянем, что у нас творится.,. Бред какой-то! - неожиданно воскликнул он. 	Аргедас подошел и через его плечо посмотрел на зеленоватый экран, где светился подробный план челнока. Там, где располагался реакторный зал, светились три зеленые точки. 	- Значит, он все еще здесь, - подвел неутешительный итог Фарелл. Одновременно дико заверещал индикатор, укрепленный у него на рукаве. Люди резко обернулись, вскидывая стволы огнеметов. Из-за толстой трубы охлаждения реактора, проходившей сразу над входом в зал, быстро, но не делая резких движений, выбиралась черная переливающаяся масса. Оттолкнувшись парой гибких задних щупалец, Чужой мягко приземлился на пол и, вытянув шею, с явным любопытством уставился на людей. Пилоты отскочили за терминал и присели. 	- Не стреляй, может, он сам уберется отсюда,- шепнул Фарелл. 	- Идиот! - прошипел в ответ Лео.- Вернее, мы оба идиоты! Мы же не закрыли переборки центрального коридора модуля! Как ты выгонишь его из пилотской кабины, если он туда заберется? 	А Чужой стоял в дверях, опершись на все четыре лапы и покачивая головой вверх-вниз, точно принюхивался. Потом он выпрямился и сделал пару осторожных 	шагов в глубь зала. Палец Фарелла напрягся на спусковом крючке огнемета, но монстр остановился метрах в трех от тумбы терминала. Из полуоткрытой пасти донеслось тихое попискивание, точно животное обращалось к людям. Тут нервы Фарелла не выдержали, и он, высунувшись наружу, проорал: 	- Вали отсюда, скотина! Пилат! 	Второй пилот не сразу понял, при чем здесь скандально знаменитый прокуратор Иудеи. Потом догадался. Мистер Фарелл успел пообщаться с русскими "волкодавами", что значительно расширило его понятия о восточноевропейских ругательствах. Только британский акцент все портил... 	Писк мгновенно прекратился, Чужой попятился, нагнул голову и, резво повернувшись, выскочил из реакторного зала в коридор. 	- Надо же, послушался,- хмыкнул Фарелл. 	- А теперь посмотри, куда он направился, - предложил Аргедас. - По-моему, проще посмотреть не на этих дурацких индикаторах, а на экране. 	- Вот он. - Фарелл ткнул пальцем в движущуюся точку на мониторе. Все боковые отсеки челнока были изолированы, и коридор упирался в место, куда Чужой не должен был попасть ни при каких обстоятельствах, - в кабину пилотов. 	Не сговариваясь, Ник и Лео кинулись в погоню за удравшим зверем. Вылетев из реакторного зала, они пробежали мимо кают-компании и понеслись по центральному коридору. В конце светился вытянутый овал открытой двери и там же отчетливо виднелся темный движущийся силуэт причудливого существа, заинтересованно разглядывающего яркие световые индикаторы на панелях приборов. 	- Ну и как нам его оттуда выгнать? - удрученно спросил Фарелл. 	Чужой услышал раздавшийся неподалеку человеческий голос и замер. Пару секунд он стоял неподвижно, а затем развернулся и наполовину высунулся из кабины. Ник и Лео попятились. 	Фареллу спасло жизнь только то обстоятельство, что он стоял позади Аргедаса. Чудовище сорвалось с места настолько стремительно, что пилоты не успели отреагировать и открыть огонь. Огромная тяжелая туша с легкостью подмяла под себя Лео, а Фарелл от внезапного толчка упал и покатился по полу. Истекающие слизью челюсти сомкнулись на голове пилота, и фонтан ярко-красной крови залил стекло медицинского отсека. 	Отшвырнув безжизненное тело, монстр кинулся к Фареллу, и тому ничего не оставалось, как нажать на спуск огнемета. Прямо в морду Чужого ударила тугая струя пламени, отшвырнувшая существо обратно к двери пилотской кабины. Облитый горючей смесью Чужой влетел в кабину, точно огромный живой факел, и, заметавшись в узком пространстве, сокрушил центральный пульт управления. Фарелл, поняв, что терять уже нечего, выхватил пистолет и двумя выстрелами в упор добил агонизирующего монстра, схватил баллон огнетушителя и начал борьбу с огнем в кабине. В суматохе он не обратил внимания, что к нему присоединился еще один человек: Андрей Ильин, несмотря на предупреждение, выбрался из медицинского отсека. 	Два человека с огнетушителями сумели сбить пламя, но ничего не могли поделать с начавшей растекаться по кабине кислотой, хлещущей из ран Чужого. Она быстро разрушила пластиковое покрытие пола и добралась до проложенных под ним кабелей и проводов. Белая бесшумная вспышка осветила помещение кабины, внизу раздался оглушительный треск, засверкали голубые искры, и в ту же секунду все помещения челнока погрузились во тьму. К счастью, такое положение продлилось недолго - вспыхнуло тусклое аварийное освещение. 	В кабине царил полный разгром. То, что не успел уничтожить бесновавшийся от боли монстр, было погублено огнем. Центральный пульт управления был разбит вдребезги, панели приборов дымились, практически вместо всех экранов мониторов красовались дыры с острыми краями, не горел ни один из индикаторов, и в довершение оба штурвала оказались вырваны с корнем. Создавалось впечатление, что существо, чувствуя свой близкий конец, уничтожило все, до чего сумело дотянуться. Сквозь проеденные кислотой в полу дыры виднелись разрушенные толстые кабели, идущие от центрального компьютера к жизненно важным центрам корабля. Разрушения были необратимы, и теперь челнок стал мертвой грудой металла. Запасных источников энергии хватило бы всего на несколько часов. - Ну и что теперь делать? - задал вполне резонный вопрос Ильин. 	- Паниковать... - помотал головой совершенно выбитый из колеи Фарелл. - Взлететь мы уже не сумеем. Полная катастрофа... 	- Вы можете связаться с "Патной"? - с надеждой спросил подошедший к разоренной кабине пилотов Логинов. Белизна его медицинского комбинезона резко контрастировала с обгоревшей и закопченной одеждой Фарелла и Ильина. 	- Не знаю, - отсутствующим голосом отозвался пилот и злобно пнул тушу Чужого, распластанную на полу. - Скотина! 	- Успокойся,- положил ему руку на плечо Ильин. - Успокойся и подумай, что мы можем сделать. 	- Что?! - взорвался Фарелл. Его благородная английская речь была изрядно уснащена старыми добрыми славянскими идиомами. - Ждать, пока нас всех не сожрут чертовы твари! Пилат! Все уничтожено, все! - Он ткнул в дымящиеся остатки пульта экстренной связи, выглядевшего так, будто по нему ударили кувалдой, да не один раз. 	- Но ведь реактор челнока не поврежден. Энергия должна быть,- напомнил кто-то из сбежавшихся на шум и выстрелы биологов. 	- Какой нам от него прок? Центральный компьютер уничтожен, и реактор автоматически отключился - это заложено в программу управления ядерным синтезом. В нашем распоряжении остались только несколько аккумуляторов! 	- Подождите-ка! - Логинов на секунду задумался. - Еще не все потеряно. Если перераспределить оставшуюся энергию на передатчик медицинского блока, связанный напрямую с оперативным отсеком "Патны", то мы сможем послать им короткое сообщение. Тогда нам вышлют на помощь еще один челнок. Фарелл недоверчиво посмотрел на врача. 	- Это возможно? - спросил он. 	- Да. У нас есть свой автономный передатчик. И еще есть источники энергии, питающие гибернационные капсулы. Там очень мощные батареи. Надо только суметь приспособить их к передающему устройству и выдвинуть телескопическую антенну. - Логинов сделал паузу. - Но для этого кому-то придется выбраться наружу. 	- Забавно, - пробормотал Фарелл и добавил уже погромче: - Вот будет здорово, если кто-то из местных жителей будет проходить мимо, когда я начну возиться с антенной... 	- Почему ты? - вмешался Ильин. - Я, между прочим, разбираюсь в электронике не хуже тебя. 	- Потому что каждый должен заниматься своим делом, - резко ответил Фарелл. - Пойду я. У нас еще есть оружие, и мне понадобится еще один человек, который будет меня прикрывать... в случае чего. 	- Я пойду с вами, сержант,- подал голос стоявший рядом и внимательно слушавший биолог из Чехии. - Только как мы выберемся наружу? 	- Через верхний стыковочный шлюз, - ответил Фарелл. - А сейчас мне нужна пара аккумуляторов, достаточно мощных, чтобы открыть этот самый шлюз. И кстати...- Он повернулся туда, где в луже начавшей подсыхать крови лежало тело Аргедаса. - Его надо убрать отсюда. Жаль, хороший был парень... Хоть и идальго. Ну, за работу! 	Биотехники отправились к себе за автономными энергетическими установками, а Логинов нагнулся над телом второго пилота. Прочный шлем был смят как яичная скорлупа, бронежилет из прочнейшего материала разодран в нескольких местах мощными когтями. Повреждения, нанесенные человеку, были безусловно смертельны. 	- Ну и ну, - покачал головой Логинов. - Вот это силища... - И, обратившись к стоящему рядом биотехнику, попросил: - Принеси пластиковый мешок, отнесем его к нам...

	ГЛАВА ДЕВЯТАЯ 	Здесь все было по-другому. Казакову и его подчиненным довелось побывать на многих планетах за пределами Солнечной системы, но в большинстве своем эти миры уже были обжиты людьми и приспособлены к существованию человека. Многие из них даже походили на Землю по ландшафту и растительности. Но здесь... 	Ни один человек еще никогда не встречался с творением чужого разума. Никто и никогда не сталкивался с сооружениями подобного типа, человек ни разу за всю, уже достаточно протяженную во времени, космическую эру не обнаружил никаких признаков других цивилизаций. И вот впервые люди лицом к лицу встретились с тем, что создали не они, а кто-то другой. Чужой разум, чужой интеллект, чужая мощь. 	Практически все, кто работал в Глубоком Космосе, были чужды примитивной боязни неисчислимых тайн дальних миров, но то место, где оказалась группа военных и исследователей, навевало страх перед невероятным, непонятным и непостижимым для человеческого разума грандиозным созданием. 	Открыть стенную панель в первом зале оказалось до смешного просто - как кажутся простыми любые загадки, когда найден ответ. Казаков инстинктивно взялся за загнутый вниз участок трубы, опоясывающей зал, и потянул его вверх. Абсолютно бесшумно участок стены отъехал вбок, и изумленным взглядам людей предстал плавно уходящий вверх длинный коридор с ровным полом и, что самое странное, слабо освещенный призрачным голубым светом, исходившим, казалось, от округлого потолка. Вдоль стен тянулись те же стальные трубы, что и в зале. Открывшийся проход можно было назвать скорее тоннелем, нежели коридором. Высоченные стены плавно смыкались на высоте где-то пяти-шести ярдов, а ширина была такова, что сюда свободно въехал бы оставшийся внизу вездеход. 	Казаков оглянулся на группу биологов, столпившихся возле уводящего в недра корабля отверстия в полу, и сообщил по коммуникатору уже находившемуся внизу 	Корпачеву, что отправляется исследовать звездолет. Потом подозвал к себе капрала Ланского: 	- Твой взвод остается охранять бригаду биологов, а мы попробуем посмотреть, что там внутри. - Он кивком указал на открытый проход. - Постарайтесь постоянно быть с нами на связи. Если получится, - после некоторой паузы добавил он и, повернувшись к своим, скомандовал: - Ну, вперед. У нас и так немного времени. 	Девять человек во главе с лейтенантом Казаковым осторожно двинулись по тоннелю. Голубоватое свечение стен и потолка давало достаточно света, чтобы можно было обойтись без фонарей. На глаза не попадалось никаких приборов или технических приспособлений - только гладкие ровные стены, уходящие высоко вверх. 	Приблизительно через полсотни метров от двери первого зала подъем закончился, и "волкодавы" уперлись в некое подобие четырехлепесткового шлюза. Лопасти странного серебристого металла, сходившиеся вместе, перегораживали проход. 	- Вот и конец нашего путешествия, - вздохнул рядовой Баулин, постоянно находившийся рядом с Казаковым, и стукнул кулаком по перегородке. 	Казаков подозвал компьютерного техника, чеченца Аслана Мурадиева, задумчиво созерцавшего закрытый проход: 	- Аслан, что скажешь? 	- Не представляю, как это можно открыть. Хотя... - Он подошел к темневшей рядом со шлюзом квадратной пластине из неизвестного металла. Все столпились рядом с ним. - Эта штука наверняка имеет отношение к двери, - предположил Мурадиев и вжал пластину в стену. Она не поддалась, и стальные створки не сдвинулись с места. Аслан поднял переносной сканер и провел им по поверхности пластины. - За ней пустота, - констатировал он, смотря на экран прибора.- Видимо, это нечто вроде дверцы, за которой спрятан замок, открывающий шлюз. Вопрос только в том, как нам ее открыть. 	- Можно попробовать срезать лазерным резаком, - неуверенно предложил кто-то из солдат. 	- Нет, - твердо ответил Казаков. - Подумай еще, - обратился он к Мурадиеву. 	Техник принялся ощупывать темный поблескивающий квадрат. Справа на нем был едва заметный выступ, на который никто сперва не обратил внимания. Аслан вжал его в глубь выступающей над стеной пластины, и в тот же миг она посветлела, став почти прозрачной. Отряд удивленно переглянулся. 	- Ну, знаете...- покачал головой Казаков,- А дальше что? 	За ставшей прозрачной панелью виднелись непонятные знаки разных цветов. Мурадиев осторожно притронулся к поверхности над одним из них. Раздалось отдаленное шипение, и четыре створки шлюза начали медленно втягиваться в стены. 	- Хм, это оказалось проще, чем я думал, - разочарованно протянул Аслан. 	- Зато мы теперь знаем, как открывать подобные шлюзы, - подвел итог Баулин. - Ну что, пойдем взглянем, что еще найдется интересного внутри? 	Казаков первым заглянул в помещение за открывшимися створками и зашел туда. Его глазам предстал довольно большой зал, освещенный ярче, нежели коридор, по которому они только что двигались. Округлая форма была типична для любого межпланетного корабля, куполообразный потолок светился рассеянным белым светом, исходящим из непонятного источника, но не это было главным. Вдоль всех стен зала громоздились приборы неизвестного назначения, и зал выглядел первым несомненно функциональным помещением, встретившимся на пути. На стенах располагались необычно вогнутые внутрь темные экраны, на неких подобиях пультов под ними виднелись приспособления, напоминающие обычную клавиатуру, а над экранами красовались те же знаки, что и на панели, открывающей шлюз. Еще один четырехлепестковый шлюз виднелся в конце зала. 	Десантники разбрелись по помещению, разглядывая непонятную технику, которая, судя по большим размерам, была приспособлена для использования существами несколько крупнее и выше человека. 	- Ничего не трогать! - предостерегающе крикнул Казаков. - А то еще взлетим на воздух, оттого что какому-то болвану пришло в голову ткнуть в кнопку! 	- Здесь все мертво,- негромко сказал Мурадиев, внимательно оглядывая зал.- Но откуда тогда свет, вернее, откуда берется энергия? Может, их энергетические установки еще работают? 	- Лейтенант, идите сюда! - Несколько солдат стояли у закрытого шлюза, окружив какую-то темную массу, валявшуюся на полу. 	Это оказались останки Чужого. Не оставалось никакого сомнения в том, что он мертв: в панцирных щитках на груди зияла огромная дыра, а на покрытии пола чернели оплавленные следы вытекшей когда-то кислоты. 	- Интересно, из какого оружия в него стреляли? - пробормотал Казаков, наклонившись поближе к рваной дыре в грудной части существа, и тут же подумал о том, кто могли быть эти загадочные "они". - И сколько он тут пролежал? 	- Впервые корабль обнаружили почти шестьдесят лет назад, - напомнил Мурадиев. - Но неизвестно, когда он приземлился на LV-426. - Аслан по привычке хотел почесать в затылке, но наткнулся на край каски.- Кстати, обратите внимание - нигде в этом зале нет ни пылинки. Абсолютная стерильность. 	Казаков пропустил его слова мимо ушей, продолжая осматривать труп существа. Несмотря на прошедшие годы, он прекрасно сохранился и даже сейчас выглядел очень грозно. Чужой практически ничем не отличался от существ, виденных Казаковым в видеозаписях предыдущей экспедиции на Ахеронт, однако был несколько покрупнее. 	- Ладно, пойдем. - Он выпрямился и направился к шлюзу, ведущему из зала. Открыть его не составило никаких проблем, черная пластина, закрепленная на стене, сработала, как и в предыдущий раз. Открывшаяся за створками картина поразила всех так, что какое-то время десантники неподвижно стояли на пороге, не решаясь перешагнуть. Галерея, ведущая дальше, так разительно отличалась от стерильной чистоты зала, что казалась совершенно другим миром. Свет, исходящий от стен корабля, был настолько слабым, что пришлось зажечь фонари, мечущиеся лучи выхватывали из темноты свешивающиеся со стен и потолка образования серо-зеленоватого цвета, имевшие несомненно органическое происхождение. Пол прохода усеивали непонятные бесформенные сгустки, походившие на застывший клей и отвратительно чавкающие под ногами. Неровные, бугристые образования покрывали стены и потолок уходившего в темноту коридора, но что самое неприятное - вдоль стен громоздились туши мертвых монстров, один к одному походивших на того, что остался лежать в зале с приборами. Кое-где можно было разглядеть полностью разрушенные неведомым оружием тела, отдельные щупальца, части нагрудных щитков, клыкастые черепа. На поверхности стен и пола виднелись черные отметины, не оставлявшие никакого сомнения в их происхождении, - отметины некогда звучавших здесь выстрелов. Когда-то здесь шел тяжкий бой между обитателями корабля и ордой отвратительных монстров, однако трупов каких-либо существ, кроме Чужих, на глаза пока не попадалось. Из прохода тянуло тяжелым, застоявшимся запахом разложения, не сравнимым ни с каким известным человеку. 	Осторожно обходя трупы чудовищ, отряд двинулся по проходу, живо напомнившему Казакову видеозаписи и рассказы инструкторов "Уэйленд-Ютани" об обиталищах Чужих внутри процессорной станции в колонии Хадли. Помещение казалось огромной кишкой какого-то невероятно крупного издохшего животного из-за рубчатых выступов серой массы, сплошь покрывавшей стены. 	- Следите за индикаторами движения, - прохрипел Казаков, нервно оглядывая жуткое кладбище.- Вроде они все мертвы, но вдруг... 	Остальным тоже не хотелось повстречаться с живыми существами. От этого места веяло чем-то неведомым и очень опасным. Пусть прошли долгие годы с тех пор, как все эти монстры были живы и выполняли две свои единственные функции - убивать и размножаться, но у каждого десантника замирало сердце, пока отряд пробирался через мрачный коридор. 	Проход по-прежнему продолжал подниматься вверх. Ощущалось легкое движение воздуха, а Баулин заметил несколько ответвлений от главного тоннеля, наполовину скрытых все той же причудливо застывшей массой. Ток воздуха шел из левого прохода, резко уходящего вниз. Казаков, подойдя к дыре, с большим трудом сдернул свисающие лохмотья непонятного вещества и осторожно посветил фонарем вовнутрь. 	- Похоже на вентиляционную шахту,- предположил подошедший поближе Мурадиев. - Тебе не кажется? 	- Не знаю, - ответил Казаков, освещая стены прохода. - Попробуем спуститься и посмотреть. Отделение капрала Смирнова остается здесь, остальные за мной! - И он ступил на спускающуюся по уклон ровную поверхность. Пятеро солдат последовали за ним. Спуск продолжался недолго, через пару минут они вышли в небольшой зал, в дальнем конце которого обнаружили источник слабого ветерка, пролетавшего по коридорам, - три овальных отверстия, таких же как в самом первом отсеке корабля. Сквозь них просачивался тусклый желто-оранжевый свет уходящего дня. Казаков выглянул наружу и даже разглядел в наступающих сумерках стоящий под скалой транспортер. Вход, через который исследователи попали в звездолет, и обнаруженный шлюз находились примерно в двухстах метрах друг от друга. 	- Ясно. Пошли обратно,- скомандовал лейтенант. - Этот выход используем в случае чрезвычайной ситуации как запасной. 	"Не дай Бог, чтобы она возникла",- добавил он про себя. 	В тяжелом снаряжении было довольно трудно забираться обратно по крутому и необычно узкому для масштабов корабля коридору. Капрал Смирнов обеспо-коенно посмотрел на лейтенанта, когда тот выбрался в центральный проход, залитый клейкой массой. 	- Командир, индикаторы движений засекли сигналы из правого коридора, - доложил он. - Правда, очень нечеткие и длившиеся всего тридцать секунд. 	- Этого еще недоставало, - встревожился Сергей. - Может, что-то не в порядке с прибором? 	- Нет, эти машинки исключительно точны и защищены от подачи неверной информации, - возразил Смирнов. - Несомненно, движение было. 	- В любом случае мы пойдем дальше,- решил Казаков и объявил, обращаясь к стоявшему вокруг отряду: - Всем удвоить внимание! Замечено дви... 	Он не договорил - по всему кораблю пронесся отдаленный грохот. Пол ощутимо содрогнулся, некоторые трупы Чужих, точно оживая, изменили положение. Люди схватились за оружие, лучи фонарей заметались по стенам и потолку. 	- Что за чертовщина! - с досадой воскликнул Казаков и взглянул на свой индикатор, но там ничего не появилось, зато в наушниках шлема пронзительно запищал сигнал вызова. После короткого разговора с капралом Ланским, оставшимся охранять группу биологов, Казаков обвел взглядом своих солдат: - У исследователей неприятности. Есть жертвы. Там полно личинок этих проклятых тварей. Транспортер будет ждать нас у этого входа... - Его слова заглушил раздавшийся в стороне первого зала вой смарта. Там явно начался нешуточный бой. Казаков уже собрался было вернуться на подмогу отделению капрала Ланского, но тот вновь выщел на связь. Слушая его новое сообщение, Казаков все больше и больше мрачнел. Все солдаты напряженно уставились на него, ожидая известий. Вдата вновь взревел смарт и приглушенно захлопали одиночные выстрелы. Казаков закончил разговор и выключил рацию. 	- Они эвакуируются. Проход в наш коридор они заблокируют, - сообщил он. - Будем надеяться, что личинки не доберутся до нас. Всем соблюдать предельную осторожность! 	От этих слов у многих по телу побежали мурашки. Теперь они, одиннадцать человек, остались одни в огромном чужом сооружении, наполненном безусловно враждебными тварями. В абсолютной тишине, нарушаемой лишь хрустом сухих останков Чужих и хлюпаньем густой массы под тяжелыми ботинками, маленький отряд двинулся вперед. И без того мрачное настроение десантников усугублялось сознанием того, что сзади их поджидают сотни маленьких, смертельно опасных чудовищ. Добавлял осложнений недавний кратковременный, зато четкий сигнал детектора движений. Тоннель, усеянный мертвыми чудовищами, казался бесконечным. 	- Стойте! - неожиданно истошно закричал Мурадиев..- Ни шагу дальше! Всем стоять! - Он вглядывался в экран прибора, улавливающего энергетические лучи, закрепленного на правом предплечье. 	- Что? - Казаков инстинктивно отступил назад. 	- Лейтенант, дальнейшее пространство облучается рассеянным лазером. Взгляните сами. - Аслан ткнул пальцем в слабо светящийся экран. - Источники излучения находятся наверху на стене, метрах в шести от нас. 	- Ну и что? - вмешался Баулин. - Насколько я понимаю, рассеянный лазер - это не смертельно. Проскочим. 	Аслан, не отвечая, поднял с пола кусок застывшей слизи и, размахнувшись, швырнул вперед. Откуда-то сверху сверкнули два розовых разряда, и сухой комок разлетелся на мелкие кусочки, не успев упасть на пол. 	- Теперь ясно? - осведомился Мурадиев у притихшего рядового. - Наше счастье, что мы успели заметить это излучение. Еще несколько шагов - и с нами случилось бы то же самое, что и с ними. - Он указал на валявшиеся рядом разорванные в клочья туши Чужих. - Похоже, экипаж корабля установил защиту от этих тварей - вроде наших автоматических самонаводящихся пулеметов. Рассеянный лазерный луч улавливает движение, и немедленно открывается стрельба по любому движущемуся объекту. 	- Ну и как мы пойдем дальше? - поинтересовался Смирнов,- Или вернемся к шлюзам? 	Все с надеждой посмотрели на Казакова, в душе поддерживая предложение капрала. Лейтенант на секунду задумался. 	- Возвращаться не будем,- наконец решительно сказал он.- Где источники излучения? 	Мурадиев внимательно изучил показания прибора, высветившего на экране две желтые точки. Счетчик показал расстояние. 	- Где-то там, - он указал на потолок. - Если удастся уничтожить лазеры, то система прицела наверняка перестанет действовать. 	Казаков снял винтовку с предохранителя и, сверившись еще раз с указаниями прибора, наугад дал очередь в потолок. Одна точка на экране Мурадиева замигала и погасла. 	- Один готов, - кивнул Аслан, не отрывая взгляд от экрана.- Второй справа и чуть ниже. 	Винтовка прогрохотала еще несколько раз, и экран уловителя излучений погас. Чтобы удостовериться в безопасности дальнейшего пути, Казаков швырнул в темноту пару кусков застывшей слизи. Оба благополучно пролетели через коридор, не вызвав новых выстрелов. Путь был свободен. 	С тяжестью на сердце Казаков повел свой отряд дальше. Пусть его профессия всегда была связана с риском для жизни, пускай его люди знали, что в любой момент на них может наброситься самое опасное животное из известных земной науке, но все же груз ответственности за их жизни тяготил лейтенанта Сергея Казакова. Формально ответственным за операцию был полковник Ретт Гор, но он далеко, в безопасности на борту "Патны", связи с ним нет, и, соответственно, все заботы ложатся на плечи Казакова, как командира группы. Сообщения о полной неудаче биологов и отдаленный грохот выстрелов тоже не добавляли хорошего настроения, а тут еще и непонятный сигнал индикатора движений... 	Боковой коридор, из которого пришел сигнал, остался далеко позади, и Казаков мрачно подумал о возможности того, что в тылу остался опаснейший враг. 	"Хотя, с другой стороны, откуда ему взяться, - попытался он убедить сам себя. - Все Чужие, которых мы видели, мертвы, дверь из первого зала, по словам Ланского, намертво заблокирована, так что личинки вряд ли до нас доберутся. Если только не найдут какой-нибудь другой проход..." 	Особенно лейтенанта беспокоило известие о живом взрослом существе, находящемся в нижнем помещении корабля. Казакова, как и всех десантников, проинструктировали о возможностях Чужих, и в частности о способности погружаться в некое подобие анабиоза. О том, что в недрах звездолета может спать не один десяток подобных зверюг, даже думать не хотелось. Однако учитывать эту потенциальную возможность было необходимо. 	По расчетам выходило, что отряд уже должен приблизиться к изгибу "подковы", где предположительно располагался центр управления звездолетом. Казаков и Мурадиев заметили, что после заградительного барьера рассеянных лазеров слизистые образования на стенах и потолке стали уменьшаться, да и трупы мертвых монстров попадались все реже. Однако дыры, проеденные кислотой, встречались по-прежнему, и Казаков посветил в одну из них фонарем. Тонкий яркий луч не высветил ничего; видимо, дно помещения, располагавшегося под коридором, находилось очень глубоко. 	Баудин, обогнавший остальных, остановился у запертого шлюза необычного вида, похожего на диафрагму старинного фотоаппарата. Судя по тому, что створки были вделаны в пол, за ними скрывалась шахта, ведущая вниз. Здесь, как и прежде, на стене помещалась уже привычная темная панель. Когда все собрались у закрытого прохода, Мурадиев, поколебавшись, вжал в пластину крохотный выступ, торчавший справа. Отряд зачарованно наблюдал, как темный щиток меняет цвет с черного на серый, а затем становится прозрачным. За ним открылись все те же три разноцветных знака, отдаленно похожих на иероглифы. 	- Каким мы открывали предыдущие двери? - спросил лейтенант у Мурадиева, разглядывающего яркие изображения за прозрачной стенкой. 	- Я наугад ткнул в левый, - пожал плечами компьютерный техник. - Первая дверь открылась сразу, а дальше я просто следовал этолгу примеру. Но эта шахта ведет вниз, и тут может оказаться другой код. 	Казаков не раздумывая прикоснулся к прозрачному щитку над левым знаком. Створки начали медленно раздвигаться, и вскоре открылась широкая шахта, ведущая вниз. Баулин, как самый любопытный, немедленно заглянул в отверстие и изумленно присвистнул: 	- Ого! Ну и глубина! 	Провал и в самом деле уводил вниз на много десятков ярдов. В свете нескольких направленных внутрь фонарей можно было смутно разглядеть дно. В самой шахте курился легкий дымок, а снизу ощутимо тянуло теплым застоявшимся воздухом. 	- Похоже на спуск в нижние отсеки,- с видом знатока инопланетной техники сообщил Баулин. 	- А если попробовать какой-нибудь другой знак, интересно, что произойдет? - задумчиво произнес Му-радиев и коснулся пластины над средним из странных иероглифов. 	Откуда-то снизу донеслось отдаленное гудение, затем треск и приближающийся шорох. С интересом заглядывавшие в шахту десантники увидели, что из стены выдвинулась круглая платформа и плавно пошла вверх. Не дойдя до пола фута три или четыре, она остановилась, почти закрыв собой шахту. 	- А вот и лифт, - прокомментировал неугомонный Баулин. 	- Похоже, - согласился Казаков. - Только как на нем спускаться? На наших лифтах по крайней мере есть кнопки этажей, а здесь? 	Баулин недолго думая спрыгнул на платформу и только спустя несколько мгновений понял всю необдуманность этого шага. Диск мягко спружинил под его весом и начал медленно опускаться вниз. 	- Саша, назад! - закричал Казаков, но тому было уже не дотянуться до краев шахты. Кто-то из солдат бросился на живот и протянул Баулину руку, но смог коснуться только кончиков его пальцев. Платформа, тихо жужжа, неумолимо опускалась вниз. 	- Трос, быстро! - скомандовал Казаков и, нагнувшись над отверстием, прокричал удаляющемуся Баулину: - Сейчас опустим трос, лови! - и вполголоса добавил: - Когда поднимется, убью! 	Платформа опускалась вниз, постепенно увеличивая быстроту движения до темпа современного скоростного лифта. Баулину оставалось только неподвижно стоять на гладкой поверхности и ждать, что будет дальше. Голубоватый круг отверстия шахты становился все меньше и меньше, жара нарастала с каждой прошедшей секундои, дышать становилось все труднее. Внезапно стены шахты расступились и открылся огромный зал, уходивший в глубь корабля. Подъемник прошел еще несколько ярдов и замер на высоте ярда от пола. Баулин, не слезая с платформы, включил фонарь и обвел лучом близлежащие стены зала. Точно такие же, напоминающие расплавленный и застывший пластик, образования занимали все видимое пространство. Не успев как следует оглядеться, рядовой услышал в наушниках тонкий писк вызова. 	- Ты... - Казаков с трудом сдержался, чтобы не выругать чрезмерно любознательного подчиненного. - С тобой там все в порядке? 	- Да, лейтенант,- отозвался Баулин.- Тут большой зал. Разрешите осмотреться? 	- Ладно, только опять не свались куда-нибудь и не вздумай отходить далеко от подъемника. Мы сейчас спустим трос и вытащим тебя. 	Баулин поднял голову - далеко наверху светилось крохотное отверстие устья шахты, и вскоре оттуда выскользнул моток стального троса с карабином на конце. Укрепив его на поясе, техник спрыгнул с платформы и осторожно подошел к стене, внимательно осматриваясь по сторонам. 	Поднеся фонарь поближе к непонятному крупному образованию, Баулин различил внутри полупрозрачной массы чей-то скелет. Оторвав несколько на удивление легко поддавшихся лохмотьев застывшей слизи, он смог рассмотреть останки получше. Неизвестное существо было раза в полтора крупнее и выше человека, также имело четыре пятипалые конечности, однако руки казались длиннее, чем человеческие. Таз, позвоночник и грудная клетка не отличались ничем необычным, кроме размеров. Спереди ребра были разорваны могучей силой появившегося изнутри Чужого. Подняв фонарь повыше, Баулин увидел, что череп существа до удивления походил на человеческий. Разве что нижняя челюсть несообразно крупная и выдается вперед. 	- Ну ничего себе...- пробормотал он, оглядывая открывшуюся картину и напрочь позабыв о включенном передатчике и том, что все его слова слышны наверху. 	- Что ты там нашел? - Голос Казакова прогремел в наушниках так неожиданно, что Баулин вздрогнул. 	- Лейтенант, здесь полно такой же липкой гадости, что и в коридорах. А еще я нашел скелет, смахивающий на человеческий, но гораздо больше. - Он повел лучом фонаря дальше по стенам и замер.- О, бля...- От изумления Баулин на время потерял дар речи, не отзываясь на настойчивые требования Казакова немедленно доложить, что он там еще откопал. 	Почти на всем видимом ему протяжении стены в полупрозрачной застывшей массе находились остовы бывших хозяев корабля. Впаянные в слизистые образования скопления полуистлевших скелетов, находившихся в самых разнообразных позах, некоторые с остатками плоти и клочками того, что могло быть одеждой, с одинаково разорванными грудными клетками, выглядели ужасающе. 	- Их тут не один десяток, - наконец сумел проговорить в микрофон Баулин.- Они все мертвы... И мертвы очень давно. Практически полностью разложились. Без сомнения, здесь поработали наши общие знакомые. Все почти так же, как было в колонии Хадли... 	- Александр, включи камеру и поставь ее на запись, - перебил Казаков.- Это наверняка будет интересно для ксенологов. 	Маленькая видеокамера крепилась к каске справа и в данный момент не работала. При ее включении изображение автоматически фиксировалось записывающим устройством, вмонтированным в шлем, и заносилось в подобие "черного ящика", собиравшего всю информацию, добытую отрядом. При необходимости Казаков мог вывести картинку, поступавшую с камеры его подчиненного, на маленький экран приемного устройства. Что он и сделал, когда Баулин включил камеру и дал панораму стены. 	- Вижу... Баулин, возвращайся. У нас осталось мало времени,- скомандовал лейтенант. 	Техник вернулся к платформе и собирался уже дать знак, чтобы его поднимали, но на прощание в последний раз обвел лучом громадное помещение. Из чистого любопытства он посветил на потолок. 	Все увиденное раньше не шло ни в какое сравнение с открывшимся зрелищем. Ладони немедленно покрылись липким холодным потом, сердце выпрыгивало из груди, Баулин, сам того не замечая, снял автомат с предохранителя и попятился назад, к шахте. 	В самом деле, было чего испугаться. На неровном покрове потолка, в углах у стен, в углублениях причудливо застывшей слизи прятались десятки Чужих. Свернувшиеся в клубки или зацепившиеся лапами и щупальцами за выступы потолка и верхней части стен блестящие в свете фонаря тела не шевелились. Баулин судорожно взглянул на экран индикатора движений - ни единого сигнала! 	- Что там у тебя? - пробился в сознание нетерпеливый голос лейтенанта Казакова. - Ты готов? Можно поднимать? 	- Командир, тут их гнездо, - еле слышным шепотом прохрипел в микрофон Баулин, совершенно позабыв, что мгновение назад говорил во весь голос.- Господи, их здесь сотни...- И он совершил второй необдуманный поступок. Нервы, и без того натянутые до предела, не выдержали, он вскинул автомат и открыл беспорядочный огонь по расположившимся на потолке и стенах тварям. Автоматическая винтовка оглушительно загрохотала, и смертельный ливень безгильзовых разрывных патронов ударил по уродливым телам. Брызнули струи кислоты, едкая жидкость разлеталась по залу, несколько капель попали на каску и бронежилет, не причинив вреда, с тяжким глухим грохотом рухнули на пол туши убитых Чужих, а Баулин, не помня сам себя, продолжал неистово стрелять. Счетчик боезарядов показал нули, и, торопливо поменяв магазин, он вновь нажал на спуск. Гремели разрывы, помещение наполнялось удушливым дымом, что-то кричал в наушниках Казаков, но Баулину было не остановиться. Трос, к которому он был пристегнут, натянулся, но техник этого не заметил. Заменив очередной опустевший магазин, он, стиснув зубы, стрелял, забыв обо всем на свете. 	- Получайте, получайте,- рычал он, не замечая, что на экране индикатора появились синие точки и тихо запищал звуковой сигнал. Только увидев черную тень, метнувшуюся к нему, он понял: Чужие уже не спят. Выстрел отбросил чудовище назад, а разлетевшиеся осколки поразили еще пару очнувшихся существ. 	- Поднимайте быстрее, быстрее! - заорал в микрофон начавший приходить в себя рядовой, уничтожая короткими очередями наседавших Чужих. Трос резко дернулся, человек оторвался от пола и, отталкиваясь ногами от стены, поплыл вверх. Когда он уже достиг шахты, снизу вслед за ним рванулась четырехпалая лапа и ухватила за голень. Удерживающийся на стене многочисленными щупальцами с присосками, громадный монстр не желал отпускать добычу и, подтянувшись, перехватил Баулина свободной лапой за пояс. Титановые щиты бронежилета протестующе завизжали под могучей хваткой, керамическое покрытие треснуло, и его осколки посыпались вниз, где шевелились новые поднимавшиеся в шахту чудовища. Вскинувшийся громадный ребристый череп оказался почти на уровне головы обезумевшего от страха десантника. Силы для того, чтобы орать в голос, у Баулина уже не осталось, а когда рядом с его лицом возникла морда Чужого, состоявшая, казалось, из сплошных клыков, он, не рассуждая, ткнул в распахнувшуюся пасть размером эдак с небольшой иллюминатор "Патны" первым, что попалось под руку. 	Выбор был не слишком обширным. Винтовка с гранатометом висела за спиной, и единственное, что оказалось поблизости, был шлем с видеокамерой и автономными энергетическими батареями - легкими, но мощными. Огромные челюсти мгновенно сошлись, каска из прочнейшего материала смялась как яичная скорлупа, но накоротко замкнувшиеся аккумуляторы спасли жизнь рядовому первого класса Баулину. Голову Чужого окутала сеть голубоватых искр, он получил сильнейший удар током и, замешкавшись, ослабил хватку. До предела натянувшийся трос рванул Баулина вверх, и тот, сообразив, что просто так ему уйти ни за что не дадут, сдернул винтовку и дал в темноту несколько залпов. Злобный протяжный писк дал понять, что по крайней мере некоторые из пуль достигли цели. 	Поднимали его с максимально возможной быстротой, но возможности людей намного уступали возможностям Чужих. Десяток тварей стремительно поднимался по стенам шахты, догоняя ускользающую добычу. Наиболее шустрый из них взлетел по вертикальной гладкой поверхности, выгнул туловище, и прямо в лицо Баулину рванулся острейший наконечник членистого хвоста. Человек успел среагировать и убрать голову, а шип выбил искры из стены напротив. Тут же несколько выпущенных в упор пуль разнесли грудные щитки чудовища, и с обиженным писком оно полетело вниз, сбивая со стены своих сородичей. 	Через несколько секунд задыхающийся Баулин, подхваченный двумя десантниками, перевалился через край провала да так и остался лежать на полу. Отряд тем временем открыл ураганный огонь по шахте, не давая монстрам приблизиться. 	- Как ее закрыть? - крикнул Казаков компьютерному технику. 	- Я сейчас попробую!..- отозвался Мурадиев, кидаясь к прозрачной панели на стене и вдавливая поверхность над третьим знаком. Ко всеобщему облегчению, створки начали закрываться. Казаков успел бросить в стремительно сужающееся отверстие связку гранат, и в ту же секунду, когда шлюз полностью закрылся, по кораблю пронесся ужасающий грохот. Тряхнуло так, что десантники еле удержались на ногах. Аслан от радости несколько раз ударил кулаком по последнему из трех знаков на панели управления. То, что случилось потом, еще больше обезопасило отряд Казакова. Над многолепестковым шлюзом, находившимся чуть ниже уровня пола, выдвинулась толстая стальная плита, которую сначала никто не заметил, и полностью перекрыла шлюз. 	Теперь все взгляды устремились на взмокшего и трясущегося Баулина, все еще сидевшего на полу. 	- Ну, что ты теперь скажешь? - зло спросил Смирнов. - По твоей милости мы по уши влипли! 	Баулин обвел стоявших вокруг товарищей почти безумным взглядом и попытался что-то сказать, но вместо слов вырывалось только неразборчивое мычание. 	- Что ты натворил, говори! - потребовал Казаков. - Ну?! 	- Я...- наконец выдавил из себя Баулин.- Их там сотни... Сверху... 	- Я это видел. Как и то, что они сидели спокойно и не двигались! Какого дьявола ты открыл огонь? 	Баулин замолчал, тупо глядя снизу вверх на разъяренного лейтенанта. Казаков, не выдержав, рывком поднял его с пола и пару раз как следует встряхнул. Взгляд Баулина постепенно стал более осмысленным: 	- Не знаю, командир. Сорвался... 	- Ах, он сорвался! - рявкнул Казаков. - Из-за твоего срыва мы едва не угодили к ним в желудки, идиот! Еще неизвестно, может, эти скоты сумеют прорваться сюда! Да я сейчас из тебя...- Казаков замахнулся, но его руку перехватил Мурадиев. 	- Не стоит, Сергей. Надо уходить отсюда. Уходить ко второму выходу. 	Его прервал неожиданно раздавшийся писк индикатора. Сзади, откуда пришел отряд, начали поступать сигналы о начавшемся движении. 	- Похоже, они до нас добрались,- сдерживая охватившую его панику, спокойно проговорил Смирнов, смотря на экран. - Множественные сигналы ярдах в сорока от нас. Приближаются. Все. Мы отрезаны. - Он поднял тоскливый взгляд на Казакова. - Что будем делать, лейтенант? 	Положение сложилось, мягко говоря, не слишком приятное, и все это прекрасно понимали. В наступившей тишине из непроглядной мглы тоннеля явственно доносились шорохи и тихое попискивание, усиливаемое резонансом от стен огромного помещения. Казалось, жуткие твари возились совсем рядом. Дороги назад больше не существовало. На экранах индикаторов все пространство заполняли голубые точки, а счетчик расстояния неумолимо регистрировал приближение несметной орды монстров. Времени на рассуждения не оставалось, и Казаков коротко скомандовал: 	- Вперед. Отделение Смирнова прикрывает отход. Не позволяйте им приближаться, иначе мы пропали. 	Маленький отряд со всей возможной скоростью рванулся по тоннелю. Операторы смартов выстроились полукругом в арьергарде, готовясь в случае необходимости немедленно открыть огонь. Группа не успела пройти и двадцати шагов, как всех остановил крик Смирнова: 	- Стойте! Эти твари не идут за нами - сигналы исчезли! 	Казаков взглянул на экран собственного индикатора. Действительно, ни единой отметины, звуковой датчик тоже молчит. Лишь отдельные короткие вспышки указывали, что Чужие по-прежнему находятся где-то в глубине коридора. Что-то мешало им двигаться дальше. Затем пространство галереи пронзил долгий писк, донесшийся со стороны, где замерли на стенах и потолке десятки тварей. На экране неожиданно вспыхнула одна-единственная яркая точка и медленно, точно сомневаясь, стала приближаться к замершим на месте десантникам. 	- Они что, выслали парламентера? - недоуменно спросил Мурадиев. 	- Стрелять только по моему приказу, - прошипел Казаков, не отрываясь от экрана индикатора. - Ничего не понимаю! Он действительно один. Осветите коридор, он метрах в пятнадцати, не больше! 	Звуковой сигнал пищал с постоянно нарастающей частотой. В общем свете десятка фонарей появилась передвигающаяся по потолку темная фигура. Чудовище явно побаивалось и, попав в лучи фонарей, попятилось назад, почувствовав опасность. 	- Странно,- пробормотал Смирнов, разглядывая неподвижно сидевшего на потолке Чужого. - По всем правилам поведения хищников, Чужие давно обязаны всей стаей наброситься на нас. Интересно, что ему нужно? 	На вопрос, естественно, никто не ответил. Было ясно, что дальнейшая судьба отряда решится через несколько секунд, и все замерли, ожидая дальнейших действий Чужого-одиночки. 	Существо медленно переместилось с потолка на стену, цепляясь щупальцами за многочисленные выступы, издало пронзительный писк, спустилось на пол и сделало несколько шажков навстречу людям. У многих от напряжения побелели пальцы на спусковых крючках, но команда стрелять пока не прозвучала. 	Чужой остановился ярдах в пяти от отряда и теперь его можно было хорошо рассмотреть. Казаков отметил про себя, что, хотя у данной особи имелись все признаки ее кровожадного вида, этот монстр несколько отличался от тех, каких людям доводилось видеть раньше. Он был около двух метров высотой, с более широкой грудной клеткой и почти отсутствующей шеей, а объемистый череп плавно переходил в спину, накрывая часть туловища существа словно вытянутым овальным куполом. Подвижные наружные челюсти совершенно свободно ходили вверх-вниз и вправо-влево, точно укрепленные на шарнирах, и при необходимости могли скрыться под прочным щитком черепа, нависавшим над ними. Щупальца плотно прижимались к туловищу, передние лапы упирались в пол, а хвост спокойно вытянулся сзади. Чужой явно не собирался нападать, но и подойти ближе не решался, видя ощетиненные дула оружия, направленные на него. 	"Хотя откуда ему, инопланетной твари, знать, что именно у нас в руках? - неожиданно подумал Казаков. - Возможно, он как-то чувствует, что подходить ближе опасно?" 	- А он какой-то не такой, как те, что внизу.- Слегка дрожащий голос Баулина пронесся по помещению, как громовой раскат, заставив вздрогнуть всех, в том числе и Чужого. - Он поменьше и светлее. Другие были черными, а этот какой-то серебристый... 	Вглядевшись повнимательнее, Баулин уверенно добавил: 	- И вообще он выглядит по-другому. 	- Становится совсем интересно,- тихо произнес биотехник отряда рядовой Усанов. - В таком случае мы столкнулись с двумя различными подвидами одного и того же существа. Слушай, Баулин, а Чужие, с которыми ты воевал на нижнем уровне, они на что были похожи? 	- На тебя. Рожа - один к одному, - съязвил Баулин. - Они были такие же, как на видеозаписях с "Сулако". Точь-в-точь. 	- Хм, - Усанов запнулся. - А эта тварь смахивает на экземпляр, который орудовал на Фиорине, но опять же - не совсем такой... 	- Да вы только посмотрите! - Казаков указал на возвышавшуюся рядом металлически блестящую фигуру. Чужой опустился на все четыре лапы, вытянул морду по направлению к людям и, тихо попискивая, стал скрести одной из передних лап пол. Повторив эту несложную операцию несколько раз, он снова выпрямился и, казалось, с ожиданием уставился на сбившихся в кучку "волкодавов". 	- Ну и как прикажете это понимать? - Казаков озадаченно посмотрел на Мурадиева и Усанова, но те явно разбирались в происходящем не лучше него. 	- Может, он просит разрешения подойти или предлагает кому-нибудь из нас это сделать? - наконец предположил рядовой. 	- Можешь пойти и побеседовать с ним сам, - мгновенно отозвался Баулин. - Я с Чужими наговорился до конца своих дней. 	В этот момент Чужой повторил свои непонятные движения и снова выпрямился. 	Казаков растерянно смотрел на стоящего невдалеке зверя. Уже почти десять минут тот находился в опасной близости от отряда и не предпринимал никаких агрессивных действий. Тем более что там, в глубине тоннеля, затаилась целая стая этих монстров, тоже не сдвинувшихся за все это время ни на шаг. 	"Вдруг это и в самом деле посланник?" - неожиданно подумалось Казакову, но он сразу же отбросил эту мысль, как изначально невозможную. Все его сознание восставало против предположения, что Чужие могут рассматривать людей иначе, чем добычу или вместилище их эмбрионов. Что бы там ни говорили Блейк и Бишоп о возможности разума у Чужих, однако недавние события, происшествие с Баулиным и полученные с его видеокамеры кадры нижних помещений корабля, украшенных развешанными по стенам скелетами, говорили только об одном: это враги. Они - опасная для человека форма жизни. Чужие истребили колонию Хадли, взвод лейтенанта Гормана, поселение на Фиорине... Они будут и дальше губить все и вся. И поэтому каждый Чужой должен быть уничтожен. 	Казаков медленно поднял винтовку. Странный зверь, стоявший неподалеку от лейтенанта, вывернул голову, будто всматриваясь в непонятного вида предмет, который держал в руках человек, и недоуменно, судя по тону, пискнул. Палец Казакова напрягся на спусковом крючке. Чужой неожиданно выпрямился, раздвинул передние лапы и снова оглушительно заверещал, словно говоря: "Посмотри, я не хочу нападать на тебя!" 	...Очередь прошила панцирь существа, раздробила череп, выбила из туловища какие-то органы. Ударили струйки желтой кислоты, зашипев на покрытии пола. Наверху, на потолке галереи, раздалось слитное шипение, и неожиданно индикаторы движений начали показывать, что сонм жутких тварей начал откатываться назад. Чужие отступали. 	- Бейте их! - заорал Казаков, направляя винтовку к потолку коридора и осыпая отсвечивающих в синеватых вспышках выстрелов старым серебром существ пулями.- Давайте! 	Заработали смарты, гулким грохотом отдались удары тяжелых разрывных снарядов о стены галереи, вокруг разносился предсмертный писк Чужих, срывающихся со стен и падающих на пол. Клокотали кислотные брызги, шафрановые струйки внутренностной жидкости существ хлестали по обшивке коридора. 	Спустя минуту все было кончено. Несколько десятков Чужих оказались повержены. 	- Идем дальше,- тяжело дыша, прохрипел Казаков.- Сейчас мы победили. 	- Так это только сейчас, - пробормотал под нос Баулин. - А что будет потом? 	- Заткнись! - рявкнул лейтенант. - Сам видишь - их можно одолеть! 	- Нас тоже, - последовал ответ. 	Группа двинулась дальше, в чрево корабля...

	ГЛАВА ДЕСЯТАЯ 	- Да заткнетесь вы наконец или нет?! - орал, брызгая слюной, покрасневший от злости Хиллиард. - В конце концов, кто руководит экспедицией - я или вы?! Вы здесь только внештатный консультант и не более того, постарайтесь это запомнить раз и навсегда! Все решать буду я, я, а не вы, черт .побери! 	- Когда мы вернемся на Землю, я сделаю все, чтобы отдать под суд вас и вашу Компанию! И к бесу нашу договоренность! - Семцова резко отвернулась и села в кресло. Ее колотило от ярости, и, чтобы успокоиться, она достала сигарету, закурила и выпустила облачко дыма. 	Яростная перепалка с Хиллиардом, в финале перешедшая просто в вульгарную ругань, вспыхнула в рубке "Патны" почти сразу, как прекратились сигналы с челнока на LV-426 и погасли экраны мониторов. Полную потерю всех видов связи, включая телеметрическую, можно было объяснить двумя возможными причинами. Во-первых, вмешательством Чужих; во-вторых, крупной аварией на самом челноке. Когда стало ясно, что связь окончательно прервана, Бишоп тщательно просканировал территорию рядом с местом посадки челнока и окрестности, прилегающие к инопланетному кораблю. Однако на основании информации, полученной от сканера и лазерного эхолота, компьютер "Патны" бесстрастно подтвердил, что и челнок, и вездеход по-прежнему находятся на своих местах. Бишоп вывел полученные с поверхности планеты картинки на центральный монитор - инфракрасное и магнитное излучение от обоих земных объектов продолжало поступать; соответственно, ни модуль, ни бронетранспортер не повреждены по крайней мере внешне. 	- Но почему они не свяжутся с нами хотя бы на аварийной частоте? - удрученно спрашивал Гор у сидевшего за компьютером Бишопа. 	- Не знаю,- отозвался андроид.- Скорее всего, У них повреждены важнейшие узлы связи. 	- Но тогда бы поступала автоматическая информация от бортового компьютера! - стоял на своем полковник. - А у них молчит все, абсолютно все! 	- Следовательно, поврежден компьютер, - спокойно сказал Бишоп. 	- Но и тогда Фарелл мог бы с нами связаться! - Ретт Гор от безысходности постепенно терял свой обычный невозмутимый вид. От всех событий последних часов у него голова начинала идти кругом. Никогда еще военная операция, в которой он принимал участие, . не проваливалась так позорно и бездарно, как эта. Он уже потерял нескольких людей, и сейчас, когда пропали сигналы со спускаемого модуля, был уверен, что погибли все находящиеся на Ахеронте. Полковник начинал понимать, каково пришлось лейтенанту Горману. Тщательно спланированная, расписанная почти по минутам операция разваливалась на глазах, и он уже слышал, как трещат по швам его полковничьи нашивки. Потеря подразделения коммандос ООН (кстати, во главе с отлично обученным лейтенантом) плюс челнок, бронетранспортер и дорогостоящее оборудование - за подобное Комитет по обороне и его председатель, адмирал Честер, по головке не погладят. Оправдаться уже невозможно, но следует хотя бы убедиться, что в живых действительно не осталось никого. 	И Ретт предложил Хиллиарду послать на Ахеронт второй аппарат - для спасения возможно уцелевших людей. 	- Нет, мистер Гор, этот невозможно. По двум причинам, - ответил Хиллиард на его просьбу. - Первое - вся группа десантников наверняка погибла, и второе - у нас нет пилота, способного посадить челнок при такой скорости ветра.- И, сделав паузу, он обвел взглядом всех находящихся в оперативном центре: - Мы улетаем. Экспедиция, к сожалению, оказалась безрезультатной. Придется вернуться еще раз - более подготовленными. 	- Как - улетаем?! - взвилась с места Семцова. - У вас все в порядке с головой, сэр? Вспомните, до того как исчезла связь, мы видели сигналы ПДЛ с модуля и с челнока! Они живы! Это просто авария! 	- Нет, не просто,- неожиданно вмешался Бишоп. - Я не разделяю мнения мистера Хиллиарда о немедленном отлете, но все же считаю нужным продемонстрировать вам кое-что. 	Он вынул дискету из своего терминала и, подойдя к центральному пульту, вставил ее в один из дисководов: 	- Смотрите. Кто-то в модуле минут за десять до полного отключения запрашивает данные о наличии живых существ на корабле. - Пальцы Бишопа пробежали по клавишам и на экране высветился план челнока с зелеными точками, обозначавшими живые организмы. - Вот картинка с главного монитора челнока: в последние минуты. Все это автоматически передавалось на "Патну" вместе с информацией о состоянии модуля. - Бишоп перевел взгляд на Гора, Хиллиарда и Машу,- Обратите внимание на зеленые сигналы. Это живые существа. Мы не знаем, сколько людей оставалось в модуле, но посмотрите в ускоренном режиме. 	Бишоп набрал еще одну команду и точки на экране задвигались быстрее. 	- Вот,- водил пальцем по монитору Бишоп, комментируя перемещения, - эти двое из пилотской кабины направляются по центральному коридору в реакторный зал, где находится еще один символ. Они вошли в реакторный зал и прошли его почти до конца, когда этот третий начал движение. - Лицо андроида освещалось зеленовато-желтым мерцающим светом дисплея, что придавало ему какой-то демонический вид. Чувствительные фотоэлементы за оболочкой глаз отражали 	свет и создавалось впечатление, что в глазах андроида горит темный тревожный огонек. - Третий сигнал покинул зал и направился к кабине, остальные двое последовали за ним. А теперь самое интересное... 	Бишоп замедлил воспроизведение записи. Через несколько секунд зеленая точка выползла из помещения кабины, на секунду совместилась с одной из находя 	щихся в коридоре, и та погасла. Еще через секунду первая точка вернулась в кабину и погасла сама. На этом запись обрывалась.	- Больше с модуля ничего не поступало, - завершил Бишоп. - Что вы думаете по этому поводу? 	- На борту оказался Чужой,- уверенно заявил Гор. - Он прятался в реакторном отсеке, а затем побежал по кораблю... 	- ...И его загнали в кабину и там убили,- задумчиво подхватила Семцова. - Естественно, что при этом могла быть повреждена система управления модулем и передающие устройства. Пусть мы не знаем, что там случилось дальше, но скорее всего люди живы. Тем 'более что внешних повреждений челнока нет.- Она указала на экран, куда мозг корабля выводил изображение местности, полученное при помощи сканера. Там по-прежнему виднелся силуэт спускаемого аппарата. 	- Возможно, живы...- Хиллиард побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. - Все же голову даю на отсечение - прошло более четырех часов, как Казаков увел свой отряд в глубь корабля, и с тех пор от него не поступало никаких сведений, что означает только одно - он и его люди погибли. И еще - пилоты челнока нашли бы способ связаться с нами, если даже и было повреждено большинство передающих устройств. Они не сделали этого, и вывод - люди в модуле тоже мертвы. А у нас нет пилота, способного посадить челнок при таком урагане, что сейчас внизу, это я уже говорил. Если вы, господа, укажете мне на капитана Хоупа, то я своей властью запрещаю ему покидать корабль. Все. Сейчас я передам Хоупу распоряжение взять курс на Землю. 	Хиллиард встал и уже собирался направиться к выходу из оперативного отсека, когда Семцова не выдержала. Точно подброшенная пружиной, она пулей пролетела через помещение и, схватив начальника отдела робототехники и члена совета директоров компании "Уэйленд-Ютани" за грудки, несколько раз с силой приложила его к стене, так что раздался отчетливый стук ударявшейся о стену головы. Помешать ей никто не успел. 	- Слушай, скотина, - зашипела она в лицо растерявшемуся Хиллиарду, - там, внизу, живые люди, которых мы можем спасти! Если твой план провалился, то это не означает, что за провал должен расплачиваться своей жизнью кто-то другой! 	- У... уберите от меня эту сумасшедшую! - сдавленно прокричал извивающийся Хиллиард, тщетно пытаясь вырваться из цепких рук Маши. Пауэлл нерешительно шагнул к нему, но полковник железной хваткой вцепился ему в предплечье и усадил на место. Если бы Семцова видела это, она была бы очень благодарна мистеру Гору. 	На долю Хиллиарда выпало еще несколько чувствительных ударов о стену, после чего в возникшую в оперативном отсеке драку вмешался Бишоп. Семцова, отпустив изрядно помятого Хиллиарда, кричала, просила, требовала, умоляла - все тщетно. Если бы она не набросилась на руководителя экспедиции с кулаками, то, может быть, Хиллиард и прислушался к ее доводам, но теперь убеждать его в чем-либо было совершенно бесполезно. 	Сейчас, сидя в своем кресле, Мария Викторовна раздумывала над планом дальнейших действий. Да, меньше всего на свете она хотела попасть на Ахеронт. Да, она боялась, и большая часть сознания уговаривала ее не делать глупостей, а спокойно вернуться на Землю и, если получится, устроить Хиллиарду и Компании веселую жизнь. Но... Она была обязана прийти на помощь отряду десанта, хотелось того или нет. 	Семцова потушила сигарету и встала, осмотрев операционный отсек. На местах оставались только Гор, Бишоп да один из инженеров, упорно пытавшийся наладить связь с челноком. 	- Бишоп, выйди на минутку, надо поговорить, - обратилась она к андроиду и вышла в коридор. Бишоп последовал за ней, и, когда створки дверей сошлись и они оказались в тихом коридоре, Семцова резко повернулась к нему: 	- Бишоп, как ты смотришь на все это? 	- Скверное положение, госпожа консультант. Я уверен, что часть людей еще жива. 	- И что ты посоветуешь? - Семцова внимательно рассматривала лицо андроида, но оно оставалось бесстрастным. 	- У нас есть приказ, и я не могу его не выполнить. Мне очень жаль, но я только робот. - В его голосе явно послышались извиняющиеся нотки. 	- А помнится, на "Сулако" ты сказал Рипли, что предпочитаешь термин "искусственный человек",- едко напомнила Семцова. Бишоп некоторое время задумчиво смотрел на нее, а затем прямо спросил: 	- Что вы задумали, Маша? 	- Неважно,- отмахнулась она,- Модуль какого типа пристыкован к "Патне"? 	- Космический аппарат класса "Меркурий 112" с гиперпространственным двигателем и возможностью полетов в атмосфере. Ядерная энергетическая установка, бортовой компьютер модели СН-427013-Т с автономным источником питания,- не задумываясь выдал Бишоп и осторожно поинтересовался: - Зачем это вам? 	- Какие погодные условия сейчас в районе приземления челнока? - не обращая внимания на его вопросы, продолжала Семцова. 	- Ураганный ветер. Вы не сможете посадить челнок, нужен специалист, - отозвался Бишоп, мгновенно сообразив, к чему клонит его собеседница. - Это же не автомобиль и не атмосферный флайер... 	- По крайней мере, буду знать, что погибла не ради интересов этой проклятой Компании, - буркнула Семцова и протянула руку: - Удачи тебе, искусственный человек... 	Бишоп не ответил на рукопожатие, а просто подошел ближе и, взглянув ей в глаза, четко и медленно проговорил: 	- Я полечу с вами. Нам понадобится оружие, а десантники увезли его с собой. У капитана должен храниться запасной комплект. Идите к нему и постарайтесь забрать. 	- Как? - озадаченно спросила Семцова. Это было единственное, чему она удивилась за последние часы. 	- Неважно. Придумайте что-нибудь. Я пока подготовлю челнок к полету. Встретимся в нижнем ангаре через пятнадцать минут. 	- Порядок, - кивнула Семцова и побежала к лифту. В глубине души она не сомневалась, что в нужный момент Бишоп не подведет. Так и получилось. О том, что произойдет дальше, думать не хотелось. Будем действовать в зависимости от ситуации. Главное - вытащить людей с этой проклятой планеты и самой не угодить в лапы Чужих. Что потом скажет Хиллиард - не имеет никакого значения. 	Она не представляла, как отобрать оружие у капитана Хоупа. Видела его Семцова всего несколько раз, и он не показался ей человеком, которого можно одолеть в драке. 	"Ладно, посмотрим", - решила Маша, вставляя свою идентификационную карточку в прорезь замка двери командного отсека. Створки разъехались, и она вошла. Хоуп сидел в своем кресле, погруженный в работу с компьютером, но услышал шаги и обернулся. 	- Добрый день, мисс, - приветливо сказал он, жестом подзывая ее поближе. - Вы что-то хотели узнать? 	- Да нет, просто хотела посмотреть, как управляется современный корабль, - ответила Семцова первое, что пришло на ум. 	- Пожалуйста. - Он снова повернулся к монитору, продолжая набирать какие-то команды. Компьютер отвечал тихим жужжанием и пощелкиванием. Маша подошла поближе. 	- Что это? - спросила она, разглядывая центральный экран, на котором мелькали быстро сменяющие друг друга диаграммы, схемы и фрагменты звездных карт. 	- Программа курса на Землю. Это работа часа на два, - бросил Хоуп, не отрываясь от терминала и всем своим видом показывая, что ужасно занят, однако не имеет ничего против присутствия Семцовой, если только она воздержится от постоянных расспросов. 	Маша потихоньку осматривала отсек, и ее внимание привлек небольшой, однако достаточно увесистый кассетный блок, стоявший возле одного из терминалов. Что он тут делал и почему находился не на своем месте - оставалось неизвестным, но Семцова решила найти ему несколько другое применение. Осторожно подняв тяжелый блок, она на цыпочках подошла к креслу, над спинкой которого возвышались голова и плечи Кристофера Хоупа, прицелилась и, втянув в себя воздух, нанесла удар точно по затылку. Капитан беззвучно осел в кресле, а из ранки на голове потекла густая темная кровь, быстро запачкав кресло и воротник форменной белой рубашки. Убедившись, что Хоуп жив, но без сознания и пробудет в таком состоянии еще минут десять, Семцова бросилась к серому стальному ящику у дверей отсека. Именно там должно было храниться личное оружие капитана. 	Вся беда состояла в том, что ящик оказался заперт, однако это было делом поправимым. Вернувшись к телу капитана, Семцова быстро обшарила его карманы и в одном из них обнаружила то, что ей требовалось, - идентификационную карточку. Вертя в руках пластиковое удостоверение и рассматривая сверкающее в лучах ламп голографическое изображение личного номера на ней, Маша неожиданно почувствовала вдохновение. Теперь она знала, что ей делать. Недаром компьютерное программирование было одним из ее любимых увлечений... 	Спустя мгновение карточка оказалась в прорези на пульте центрального компьютера "Патны", а на экране появилась надпись: 	"ДОСТУП ПОДТВЕРЖДЕН. ВАШ ЗАПРОС, КАПИТАН ХОУП?" 	Семцова быстро отстучала на клавиатуре: 	"ПЕРЕДАЧА КОМАНДОВАНИЯ КОРАБЛЕМ КОНСУЛЬТАНТУ МАРИИ В. СЕМЦОВОЙ С ПОЛНЫМ ДОСТУПОМ КО ВСЕЙ ИНФОРМАЦИИ". 	После некоторой паузы машина высветила на экране еще одну строчку: 	"ВАША ПОЛНАЯ ИДЕНТИФИКАЦИЯ?" 	Семцова с запоздалым сожалением подумала, что в подобном случае наверняка предусмотрен какой-то особенный код, и уже хотела отказаться от своей затеи, но заметила на приборной панели стальную пластину, подняла безвольно висевшую руку капитана и плотно прижала его ладонь к металлическому квадрату идентификатора. Компьютер отозвался почти сразу: 	"ЗАПРОС ПРИНЯТ. ПРОШУ ВВЕСТИ ДАННЫЕ КОНСУЛЬТАНТА МАРИИ В. СЕМЦОВОЙ". 	Она вытащила карточку Хоупа и вставила на ее место свою, затем приложила правую ладонь к блестящей пластине на пульте. Дисплей гостеприимно высветил зеленую строчку: 	"РАД ПРИВЕТСТВОВАТЬ, КАПИТАН СЕМЦОВА. ВАШ ЗАПРОС?" 	- Как все просто! - пропела "капитан Семцова". - А меня посадят... За самоуправство и угон корабля. Плевать! 	Маша облегченно вздохнула, посмотрела на часы, убедившись, что у нее еще осталось время до встречи с Бишопом, и лихорадочно застучала по клавишам. За пять минут общения с компьютером "Патны" она успела заблокировать системы управления крейсером, двигательные установки, систему электронной дальней связи - одним словом, корабль мог стать управляемым, только лишь когда она, Мария Викторовна Семцова, вернется с Ахеронта. Не вернется - значит, "Патна" станет просто очень большим куском железа, набитым сложнейшей, но бездействующей электроникой. Ничего, не пропадут. Рано или поздно в Центре транспортного контроля заинтересуются, почему крейсер молчит, и вышлют спасательную группу. А до того - посидят. Маленькая месть господину Хиллиарду и Компании. 	Хоуп слабо пошевелился, и новый капитан "Патны" поняла, что ей пора удирать. На прощание она открыла уже с помощью своей личной карточки стальной сейф у стены и вытащила оттуда две знакомых ей импульсных винтовки с гранатометом и пару пистолетов незнакомой конструкции. Запасных обойм к пистолетам в шкафу не оказалось, и Маша сперва хотела оставить их на месте, но вспомнила, что видела перед отправкой такие же у Казакова, и сунула оружие за пояс. Прихватив с собой личную карточку капитана, она выскользнула в коридор, оставив Хоупа в одиночестве приходить в себя и соображать, что стряслось. Тяжелые автоматические винтовки с полными магазинами били женщину по ногам, но одновременно придавали уверенности в том, что она сумеет смести с пути любого, кто попробует ее остановить. Не замеченная никем, Семцова вбежала в лифт и беспрепятственно спустилась на шестой уровень корабля, к грузовым отсекам. В огромном помещении Маша, оглядевшись, не обнаружила ни одной живой души и рванулась к открытому шлюзу челнока. Осторожно забравшись внутрь, она бегом преодолела коридор и ворвалась в пилотскую кабину, едва не врезавшись в Бишопа. 	- Как прошла беседа с капитаном? - поинтересовался он, включая приборы управления модулем.- Я было хотел пойти и тоже принять участие в разговоре. 	- Ну, если учесть, что капитаном корабля вот уже целых десять минут является некая Мария В. Семцова, то поболтали мы просто замечательно, - отозвалась она, складывая принесенное оружие в пустующее кресло навигатора. 	- Не понял, - удился Бишоп, отрываясь от приборов и поворачиваясь к ней. Семцова невесело усмехнулась: 	- Капитан был так любезен, что потерял сознание... пока я перепрограммировала бортовой компьютер. Без моей личной карточки и отпечатка правой ладони "Патна* ни на микрон не сдвинется с орбиты. В случае чего - не забудь привезти Хиллиарда с приятелями обратно. 	- Однако...- покачал головой Бишоп.- Надеюсь, с капитаном все в порядке? Хоуп в общем-то неплохой человек. 	- Маленькое сотрясение мозга и ничего больше, - без тени улыбки ответила Семцова, устраиваясь в кресле второго пилота и пристегиваясь.- Мы летим или как? 	- Еще пять минут,- отозвался Бишоп, вводя в компьютер недостающие параметры. - Лучше проверьте, задраен ли шлюз. Нам ни к чему лишние пассажиры. 	Маша посмотрела на один из экранов и убедилась, что шлюз закрыт. Поколебавшись, она подняла наушники, лежавшие на пульте, пристроила микрофон и вызвала на связь оперативный центр крейсера. Загорелся монитор, на котором появилась изумленная физиономия Ретта Гора. 	- Мисс Семцова? Где вы?	 - На борту второго челнока. Мы с Бишопом отправляемся на помощь тем, кто еще жив. 	Гор задумчиво потер подбородок... а затем произнес то, чего Маша никак не ожидала: 	- Желаю удачи. Вы все-таки решились. Считайте, что я ваш союзник. 	- Спасибо,- несколько растерянно ответила Маша. - Да, сделайте одолжение, позовите мистера Хиллиарда, - с ядовитой улыбкой добавила она. 	Спустя минуту на экране возник слегка взъерошенный Хидлиард. 	- Ну, что вы еще затеяли? - зло осведомился он. 	- Решила слетать на Ахеронт - подышать свежим воздухом, - съязвила Семцова. - Или вы против? 	- Мы в любом случае улетаем! Немедленно вернитесь! Вы ответите за все! - завопил Хиллиард. Даже на экране была видна вся сложная гамма чувств, отражавшихся на его лице. Мельком взглянув на спокойного как скала Бишопа, сражавшегося с системой управления модулем, Семцова в очередной раз поразилась, насколько же они не похожи: создание и создатель, человек искусственный и человек настоящий. Хотя черты лица те же самые. 	- Вы никуда не улетите, - резко прервала Маша словесный водопад, извергаемый начальником отдела робототехники. - Подробности можете выяснить у капитана Хоупа. Без моей персоны ваш крейсер - шикарная груда металлолома. 	На минуту Хиллиард исчез с экрана, но было слышно, как он разговаривает с уже очнувшимся и пришедшим в оперативный отсек Хоупом. Вскоре господин вице-президент снова материализовался, и на его лицо было страшно смотреть, настолько его перекосила гримаса ненависти. Семцова подумала, что, будь у Хиллиарда возможность добраться до борта челнока, он бы задушил консультантку из России собственными руками. 	- Ненормальная баба! Вы представляете, что наделали?! Немедленно вернитесь и перепрограммируйте компьютер, потом можете убираться хоть к черту на рога! Я не знаю, что... 	Дальнейшее перечисление грозящих ей кар Маше слушать не захотелось, и она отключила связь. Ей доставило огромное удовольствие позлить Хиллиарда и его коллег, но дальнейшее будущее рисовалось не в самых радужных тонах. Первую часть своего плана она сумела выполнить, и даже удачнее, чем рассчитывала, но дела со второй половиной обстояли гораздо сложнее. Предстояло лететь в полную неизвестность, единственным ориентиром служил радиомаяк рядом с челноком. На поверхности бушует ураган редкой даже для Ахеронта силы, а кругом бродят Чужие, только и выискивающие, кем бы пообедать. Не самая лучшая перспектива, особенно если учесть, что она смутно представляет свои дальнейшие действия после того, как модуль доберется до планеты. 	- Все готово к вылету, - металлическим голосом сообщил Бишоп. Создатель этой серии андроидов дал им весь набор человеческих эмоций, и Бишопу было не по себе. Проще говоря, он не мог отделаться от чувства страха. 	- Готово, так поехали,- глухо отозвалась Семцова. Произнести эти слова она смогла с большим трудом. 	Бишоп поудобнее устроился в кресле, потянул штурвал на себя и быстрым движением перевел тумблер, командующий стыковочным механизмом, в верхнее положение. Спустя несколько мгновений челнок слегка тряхнуло, а все индикаторы вспыхнули зеленым светом, сообщая о полном отрыве от материнского корабля. Рычаг, активизировавший двигатели, был переведен вверх, и отпрыск "Патны", ничтожно маленький по сравнению с крейсером, рванулся в пространство. 	Тошнота стальными кольцами схватила желудок Семцовой, уплывший куда-то к горлу, пока челнок выходил из гравитационного поля, и она судорожно вцепилась в рукоятки кресла. За иллюминаторами мелькали ближние звезды, затем кабина осветилась жгучими лучами местного солнца и наконец впереди появилось быстро приближавшееся клокочущее облачное покрывало Ахеронта. Бишоп направил корабль вниз, туда, где в разрыве облаков просматривался вихрь с темным глазом посредине. Казалось, что челнок засасывает в гигантскую воронку, и это впечатление усиливалось кружащимися вокруг черного пятна облаками. 	- Бишоп, может, войдем в атмосферу там, где поспокойнее? - жалобно прокричала Семцова, но андроид лишь отрицательно помотал головой и направил челнок в беснующиеся облака. В тот же момент началась такая тряска, что Семцова горько пожалела о предпринятой авантюре. Впрочем, через мгновение ее куда больше заняла другая проблема - как бы не прикусить язык и не вылететь из кресла. 	Умело манипулируя двигателями и штурвалом, Бишоп пытался уменьшить вибрацию, но шторм оказался так силен, что тяжелый челнок начал сбиваться с курса. Сигнал маяка, искаженный помехами, изредка пропадал, но андроид, вцепившись в штурвал, снова выводил корабль на требуемый курс. Видимость была нулевая, фильтры двигателей едва справлялись с потоками пыли, поднятыми ветром в верхние слои атмосферы. 	- Внизу будет полегче, - ободряюще сказал Бишоп, не отрываясь от мерцающих датчиков на панели управления. - Хорошо, что у нас ядерная установка, а не ракетная. Мы бы тогда давно уже были мертвы. 	- Где мы? - спросила Семцова, вглядываясь в экран радара, где маленькой точкой мерцал далекий радиомаяк. 	- Милях в восьмистах от цели. Лететь при таком урагане не менее часа. Сидите спокойно. Искусственные люди, как известно, не устают, - слегка улыбнулся Бишоп. 	Семцова откинулась в кресле, стараясь не обращать внимания на резкие толчки и воздушные ямы, когда казалось, что желудок вместе со всем содержимым остался где-то в километре позади. Сейчас ее жизнь находилась в надежных руках, и она мысленно поблагодарила Создателя, что Бишоп рядом с ней. Именно за его существование Семцова могла многое простить Хиллиарду. Безнадежно плохой человек не мог сотворить настолько совершенное создание... 	С такими мыслями Маша незаметно уснула и не видела снов.

	ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ 	Нестабильная атмосфера Ахеронта была богата сюрпризами даже после десяти лет непрерывной работы гигантских атмосферных процессоров, разбросанных по поверхности планетоида. Земной корабль приземлился на LV-426 по прошествии тридцати двух лет, миновавших с момента, когда экипаж капитана Далласа впервые спустился на камни этого безрадостного мира, следуя на неизвестный сигнал тревоги. Тогда система Z-3 находилась далеко за пределами внешнего обитаемого кольца, и разведывательный рейдер, исследовав все пять планетоидов, вращавшихся вокруг звезды, установил сигнальный маяк именно на LV-426. 	Почему выбор пал непосредственно на этот обломок скалы, было неизвестно, но вскоре здесь был выстроен один из центров транспортного контроля, а еще через несколько лет его расширили до перевалочного пункта грузовых кораблей, следовавших из отдаленных миров в Солнечную систему. Уже тогда Внесолнечная колониальная администрация США и "Уэйленд-Ютани" заинтересовались этой небольшой планетой, а вскоре решили использовать LV-426 как постоянное местообита-ние людей. Мешало одно: воздух LV-426 был непригоден для дыхания. Но эта проблема устранялась быстро. За четыре года на Ахеронте установили девять станций по переработке воздуха, и, когда его состав стабилизировался и уже можно было обходиться без тяжелых и дорогих скафандров, Внесолнечная колониальная администрация и "Уэйленд-Ютани" приняли программу широкой колонизации. Поселение Надежда Хадли примостилось у подножия одного из атмосферных процессоров, реактор которого давал более чем достаточно энергии для нормальной жизнедеятельности колонии. 	Население Хадли изначально представляли в основном инженеры и строители, возводившие все новые и новые перерабатывающие станции, а когда человек уже мог без особых проблем существовать на LV-426 (с легкой руки какого-то колониста, прозванного Ахе-ронтом), к ним присоединились и семьи. Колония Хадли разрасталась, и население ее достигло 157 человек, а вскоре должны были прибыть еще около двухсот, когда в мирную жизнь людей вмешалась неведомая и грозная сила, источник которой многие годы громоздился на скальном плато к северо-западу от поселения. Если бы атмосфера LV-426 была поспокойнее, то, возможно, страшная развязка наступила бы несколько раньше. Однако за все двадцать лет обитания на Ахеронте никто из людей не заметил огромное создание чужого разума, по несчастливой случайности находившееся бок о бок с колонией. Горячий воздух, выбрасываемый жерлами процессоров, не позволял автоматическим спутникам уловить инфракрасное излучение от инопланетного корабля, а ветры, бушующие на поверхности, подавляли всякое желание колонистов исследовать территорию вокруг поселка. 	Чужие сумели за две недели полностью истребить все население Хадли. Никто не знал и не узнает, какая страшная битва шла все эти четырнадцать дней в жилых комплексах маленького городка, битва, последним аккордом которой явилась миссия подразделения лейтенанта Гормана. И вот, спустя лишь несколько недель, на Ахеронте снова появились люди, совершенно, следует отметить, не кипевшие желанием познакомиться с существами, которых некогда обнаружил в этом затерянном мире экипаж буксира "Ностромо". Однако знакомство состоялось гораздо быстрее, нежели предполагалось... Несмотря на то что небо на западе уже давно приобрело грязный серо-черный оттенок, первый шквал урагана налетел на удивление внезапно. Фарелл про себя прочитал короткую молитву, возблагодарив Всевышнего за то, что конструкторы догадались сделать модуль достаточно тяжелым, - ветрам челнок уж точно не перевернуть. Даже ахеронтским. Сколько времени будет длиться ураган, пилот и представления не имел, но прекрасно понимал, что второй челнок при таких отвратительных погодных условиях с "Патны" не пришлют. Риск слишком велик, да и ни один нормальный пилот не сядет за штурвал - вероятность разбиться при посадке крайне велика. Остается лишь ждать, но все же передать на крейсер краткое сообщение о случившемся в последние часы совершенно необходимо. Загвоздка одна. Каким образом вручную вытащить антенну медицинского блока из корпуса челнока при такой погоде? 	Все прочее уже было сделано. Логинову удалось присоединить аккумуляторы пустующих анабиозных капсул к передатчику, да заодно и к лампам освещения. Таким образом, медицинский отсек стал единственным освещенным помещением корабля. Оставшиеся в челноке люди решили устроиться с максимальным удобством и даже перетащили в отсек Логинова автоповар из кают-компании. Без еды жить уж больно тоскливо. 	Врач объяснил, что мощности батарей только одной гибернационной капсулы хватит, даже при таком расходе энергии, почти на полгода. А десять свободных батарей обеспечат челнок электричеством лет эдак на шесть. Никто, конечно, серьезно его слова не воспринял, но жить при свете, да еще с работающим автоповаром и (что, может быть, не менее важно) компьютером было гораздо веселее. 	Биологи во главе с Мирославом Стеклы были в полном восторге от пусть и немного обгоревшего, но целого трупа Чужого, которого Фарелл убил в кабине. Отказавшись от благ цивилизации, неутомимые исследователи удалились к себе в отсек, выпотрошили труп и занялись работой - последнее удалось только после великодушного разрешения Фарелла воспользоваться энергией медицинского блока. Один из биологов периодически прибегал за кофе, с горящими глазами сыпал непонятной терминологией и между этим вставлял нормальные английские фразы, дающие понять каждому, что Чужой - чудо природы. 	Фарелл так не думал. 	Пару раз он подходил к капсулам, где лежали тела двоих людей с паразитами на лицах. Глубокая гибер-нация делала свое дело, но неприятная мысль о том, что эмбрионы Чужих могут развиваться с одинаковой скоростью в любых условиях, занозой сидела в голове. Если так, то Хорчека и Краснова уже не спасти. Оба маленьких Чужих, сидевших на их головах, намертво вцепились в жертвы и никак не реагировали на замораживание. Пока Фарелл созерцал эту неприятную картину, сзади подошел Логинов с чашкой кофе в руке: 	- Ник, какое счастье, что заработал компьютер и все диагностические системы. Я посмотрел распечатку. Эмбрионы минимально увеличиваются в размерах, а самое интересное, что, по данным сканера, мы имеем двух разных существ. 	Фарелл быстро развернулся и схватил врача за плечо так сильно, что тот поморщился, едва не расплескав свой кофе. 	- Что? Каких разных? 	- Не знаю, - Логинов пожал плечами. - На матку это мало похоже, нам описывали, как она выглядит при сканировании. Просто некоторые анатомические отличия. Думаю, что Блейк разберется. 	- Интересно. Надеюсь, что у руководства хватит ума не брать с собой этих тварей, а немедленно умертвить после операции. 	- Им виднее, - отмахнулся Логинов. - Но, если честно, я не хотел бы повстречаться с такой гадиной на Земле. 	- М-да, - процедил сквозь зубы Фарелл. - Мне кажется, Бишоп и мисс Семцова были правы, когда говорили на конференции, будто эти твари - прямая угроза нашей цивилизации. Да, кстати,- оживился он. - У нас есть энергия, может быть, мы сможем выдвинуть антенну автоматически? 	- Нет, ты сам знаешь, что всеми этими делами командует центральный компьютер. Я должен послать запрос ему, а он даст разрешение. Вообрази, что произошло бы, выдвини я антенну во время полета в атмосфере? Поэтому и сделана такая предосторожность - защита от дураков. 	Фарелл недовольно поморщился - все это он прекрасно знал. Так что теперь придется вылезать наружу и вытаскивать антенну самому. И это на таком-то ветру, который может унести человека, будто пушинку. Придется принять все возможные меры предосторожности. 	Оставив Логинова, пилот взял фонарик и выбрался в коридор. Вернувшись в разгромленную кабину, он выглянул в иллюминатор. Вокруг челнока плясали тучи пыли, ветер ревел в скалах так, что было слышно даже внутри модуля. Видимость была практически нулевая, и вдобавок короткий день подходил к концу. Стало окончательно ясно - никто не прилетит. Фарелл вернулся в коридор и, пройдя к грузовому отсеку, открыл один из небольших складов с аппаратурой. Все необходимое для короткой вылазки наружу имелось в наличии. Фарелл, выбрав легкий скафандр, моток стального троса, мощный фонарь и кое-что из инструментов, отправился обратно в медицинский блок, по пути заглянув к биологам. 	Стеклы и двое его помощников упоенно работали, несмотря на тусклое освещение. Тихо попискивали какие-то приборы, тумба электронного микроскопа возвышалась, будто серая скала, помаргивали разноцветные огоньки, а на столе громоздилась черная туша Чужого с вывороченными внутренностями. Стеклы, увидев пилота, оторвался от радиоуглеродного анализатора и бросился к нему: 	- Ник, это невероятно! Ты просто не поверишь! 	- Знаешь, после всех наших приключений можно поверить во все, - усмехнулся Фарелл. - Что ты раскопал? 	- Только послушай. - Глаза Стеклы светились восторгом. Он, похоже, совсем забыл о происшествии в инопланетном корабле.- Я взял пробу с нескольких отмерших чешуек со шкуры этого красавца и засунул их в анализатор, пытаясь узнать хотя бы приблизительный возраст существа. 	- Ну и? 	- Знаешь, что эта сволочь утверждает? - Биолог расплылся в счастливой улыбке, кивнув на прибор. 	- Что? 	- Возраст доставшегося нам зверя не менее трехсот и не более трехсот пятидесяти лет! - Стеклы сделал паузу, чтобы дать Фареллу время насладиться этим великим открытием. Тот отнесся к нему довольно прохладно. 	- Надо же, а выглядит так, будто только вчера родился,- проговорил пилот. 	- Это только подтверждает версию Блейка о том, что Чужие способны впадать в длительную спячку, - увлеченно продолжал Стеклы, пропустив мимо ушей колкость.- Неизвестен, единственно, механизм пробуждения. Видимо, эти ублюдки чувствуют приближение организмов, способных служить им пищей или которые можно использовать в качестве носителей эмбрионов. А теперь послушай... 	- Ладно,- перебил его Фарелл, отмахиваясь.- Все это страшно интересно, но можно я послушаю потом? Вы приготовили для меня переносные батареи? Может, вы и хотите сидеть на Ахеронте до конца света, копаясь в вонючих кишках этого урода, а вот я желаю поскорее убраться отсюда подальше. 	- Ах да, сейчас... Эрни, где батареи? - Биолог окликнул своего коллегу, манипулирующего непонятным прибором, в который был засунут обрезок внутреннего органа существа. 	- Там посмотри, около стола,- ответил Эрни, не отрываясь от своего аппарата. 	И действительно, у стола стояли два небольших, но исключительно мощных аккумулятора. Их энергии хватило бы для того, чтобы открыть шлюз и вытащить наружу антенну передатчика. Фарелл заметил находившийся тут же небольшой прибор и мысленно поблагодарил биологов за оказанную услугу. Переносной дешифратор был как нельзя кстати: с его помощью можно было за несколько секунд открыть любой электронный замок и в том числе замок маленького щита, закрывавшего гнездо антенны. Теперь нужно только выбраться наружу. 	Присоединив дары биологического отсека к своему арсеналу, Фарелл уже собрался уходить, но повернулся к столу и еще раз посмотрел на распластанного там монстра. 	- Слушай, пан Мирослав, а как же вы избегаете ожогов кислотой? 	Стеклы оторвался от своего анализатора и непонимающе посмотрел на Ника. - Она же дезактивировалась! - сказал он с.таким видом, будто все разом объяснил. 	- А как? 	- В момент смерти существа жидкость, заменяющая им кровь, которую т? называешь кислотой, заполняет пространство между клетками, вступает в реакцию с межклеточной жидкостью и частично окисляет некоторые ткани... - тоном человека, рассказывающего сказку ребенку, отстающему в умственном развитии, начал Стеклы, но Ник раздраженно замахал руками: 	- Все, все! Больше никаких вопросов. Объясняйте это вашему профессору. - И пилот выскочил из биологического отсека. Сразу же подумалось о том, как приятно вдохнуть свежий воздух после непереносимой вони, стоящей в помещении у биологов. Теперь надо только влезть в скафандр, позвать Ильина, раз уж он вызвался помогать, и вылезать наружу. При мысли об этом Фарелл слегка поежился. Ветер снаружи усилился настолько, что явственно были слышны удары камней, поднятых им, по обшивке челнока и какой-то непонятный скрежет. Фарелл прошел не более пяти-шести шагов в сторону медицинского блока и вдруг понял, что царапающий звук исходит изнутри челнока, из дальнего конца коридора. Там находился грузовой отсек. Ник представил себе проеденные кислотой дыры в обшивке модуля и потенциальную возможность нового визита Чужих. Этого еще не хватало!.. 	Швырнув все, что было у него в руках, на пол, Ник кинулся в медицинский отсек. Логинов с Ильиным пили кофе, и медтехник потчевал врача очередной сплетней. Когда Фарелл влетел в отсек, они оба выпрямились, уставившись на его побледневшее лицо. 	- Ник, что случилось? Ты встретил привидение? - весело спросил медтехник. 	- Похоже, мы снова в осаде, - быстро ответил Фарелл. - Бери винтовку и быстро пошли со мной! 	- Да что такое? - Логинов перепугался не на шутку. 	- Ничего особенного, если не считать того, что у нас гости и ломятся они в дверь грузового отсека. - Ник схватил свою винтовку и подал оружие Ильину. - А ты, Федор, запрись хорошенько и постарайся перераспределить энергию на тот отсек. Нам будет необходимо освещение. 	Логинов рванулся к компьютеру, а Фарелл с мед-техником, выйдя из блока, двинулись по коридору в сторону, откуда исходил скрежет. Если это и был Чужой, то сейчас он вел себя исключительно осторожно, потому что слышен был только вой урагана снаружи и ничего больше. Когда люди заглянули за угол, то у обоих отвисла челюсть. Стальной щит переборки был отодвинут вверх, а на замке шлюза горел зеленый индикатор, указывающий, что дверь не взломана, а открыта самым обычным образом. Из грузового отсека резко потянуло сквозняком, в коридор влетала пыль, но в свете фонариков не было заметно и единого движения. Включилось общее освещение - Логинов сумел провести электричество. Теперь можно было как следует оглядеться. 	- Ну и что ты об этом думаешь? - спросил Ильин. - Может быть, кто-нибудь из наших вернулся? 	- Ага, конечно. И куда он делся? 	- Ну не думаешь же ты, будто один из Чужих сумел сам открыть дверь? Это же не человек...- Медтехник выглядел совсем беспомощно. 	- Не знаю. Я же явно что-то слышал, да и дверь не могла сама открыться... 	Скрежет на этот раз донесся из кают-компании, и тотчас же оттуда высунулась уродливая морда Чужого, но, увидев людей, зверь сразу скрылся. Фарелл настолько опешил, что даже не успел поднять оружие и выстрелить. 	- Ну, что вы на это скажете? - жалобно вопросил Ильин. - Что теперь делать? 	Оставив его вопрос без ответа, Ник подал пример быстроты и решительности. Двумя прыжками достигнув прохода, откуда выглянул Чужой, он быстро нажал кнопку у двери, и переборка захлопнулась. Не успел он закодировать замок, как в щит двери изнутри был нанесен могучий удар и на толстой стальной плите появилась небольшая выпуклость. Далее последовала серия не менее мощных толчков. Фарелл критически осмотрел бугры на двери и почесал в затылке. 	- Ну, знаешь... не всякое оружие может пробить эту дверь, а тут - живое существо. Стеклы не ошибался, когда говорил, что Чужие - это венец творения. 	Шутки шутками, но оба человека видели, что на щите переборки уже начали появляться трещинки. Разъяренное чудовище продолжало рваться из закрытого помещения, и дверь могла не устоять под бешеным натиском. Произошло это довольно быстро. После очередного удара, от которого содрогнулся весь челнок, в переборке появилась огромная рваная дыра, в которую вылетел сложившийся едва ли не вдвое Чужой, сбив с ног медтехника, стоявшего достаточно далеко. Ильин кубарем покатился по полу, выскочившая из рук винтовка отлетела в сторону, а монстр развернулся к Фареллу и выпрямился. Разделяло их не более шести футов, и Ник внезапно понял, что если он начнет стрелять, то не избежать ожогов кислотой, которая наверняка разлетится по всему коридору при попадании в цель разрывными пулями. 	К счастью, этот Чужой явно не спешил нападать, а просто стоял, раздвинув лапы и не двигаясь, как статуя. Медленно отступая, Ник с удивлением обратил внимание на то, что данный монстр совершенно не похож на тех, которые нанесли визит в модуль два часа назад. Зверь был помельче прежних и лишь немного крупнее человека. Если те чудовища были окрашены в черный с прозеленью цвет, то этот блестел в неярком свете ламп красивым серо-стальным оттенком и казался гораздо изящнее. Череп нависал над сравнительно небольшим туловищем вытянутым куполом, но зубов у этого красавца было не меньше, чем у его черных собратьев. 	Когда Фарелл, пятясь, выбрался в главный коридор модуля, Чужой осторожно двинулся за ним, не сводя с человека глаз. Ник, увидев, что расстояние уже позволяет ему нанести удар первым, поудобнее взялся за винтовку и поймал в прицел морду существа. Мысль о благонамеренности Чужих никак не могла прийти ему в голову. 	Грохнул выстрел, но Чужой, каким-то чудом увернувшись, сделал быстрый выпад вперед. Фарелл сумел увидеть лишь длинный хвост, метнувшийся в его сторону, острый наконечник вонзился ему в бедро, а гибкое щупальце выбило винтовку из рук. 	"Все, конец", - успел подумать Ник, но этот странный монстр отскочил назад, забрался на потолок и, свесив голову, замер. Фарелл почувствовал, как по телу стала разливаться противная слабость, зазвенело в ушах, начала кружиться голова, и он со вздохом сполз по стене на пол. 	- Делай со мной что хочешь...- пробормотал Ник перед тем, как потерял сознание. Чужой, увидев, что человек упал, осторожно сполз вниз, подобрался к телу и осторожно дотронулся до него лапой. Человек не шевелился. Маленький монстр секунду постоял рядом, а потом бросился к открытой двери грузового отсека и нырнул в нее. 	Плита переборки медленно опустилась, и на ней загорелся красный индикатор. 	Ильин лежал на полу, боясь пошевелиться, и наблюдал за происходившим со стороны. Когда Чужой исчез в грузовом отсеке, медтехник осторожно поднялся, еще не веря в то, что остался жив. Ситуация виделась ему абсолютно абсурдной. По всем правилам чужое существо должно было убить обоих людей, а оно не только этого не сделало, но вдобавок позорно сбежало с поля битвы. Вначале Андрей пребывал в убеждении, что Фарелл мертв; лишь подобравшись ближе, увидел: пилот дышит, и, кроме небольшой раны на правом бедре, повреждений у него нет. Но отчего у Ильина ум зашел за разум, так это от вновь закрытой переборки грузового блока. Вполне возможно, Чужой не стал убивать людей потому, что был уже сыт, но как это животное могло додуматься закрыть шлюз? Этого медтехник решительно не понимал. 	- Все сюда! Быстро! - гаркнул он и, отложив винтовку, нагнулся над Фареллом. Дыхание было ритмичное, но ослабленное, пульс на центральных артериях прощупывался - словом, пилот остался жив, и ему необходимо было быстро оказать помощь. 	Через минуту все обитатели челнока сбежались к площадке перед запертой дверью в грузовой зал. 	- Он жив? - первым делом спросил Логинов, озабоченно глядя на полулежащего у переборки Ника. 	- Что характерно, да,- кивнул Андрей.- Давай быстренько перенесем его к нам. 	- А что вообще случилось? - поинтересовался один из биологов, сжимавший в руках пистолет. Медтехник вздохнул: 	- Понятия не имею. Но думаю, что вам следует немедленно провести химический анализ вещества, которое должно присутствовать в наконечнике хвоста той твари, с которой вы возитесь. Я видел, как Чужой поцарапал его, - Андрей указал на кровоточащую рану на бедре Фарелла. - И, кстати, необходимо закодировать замок этой двери. 	- Чужой был один? - переспросил пораженный Логинов. 	- Открой и посмотри! - взорвался Ильин. - Если эти скоты заберутся к нам оттуда, то мы точно никогда и никуда не улетим! Все, пошли... 	Мирослав Стеклы кинулся к замку переборки, а четверо остальных людей осторожно понесли Фарелла к медицинскому блоку. Предварительно сняв бронежилет и комбинезон, его положили на платформу, и мед-техник включил диагностическую систему. Пока машина обследовала все функции организма пилота, Логинов осматривал рану на правом бедре пострадавшего. Глубокая царапина, словно нанесенная узким и тонким кинжалом, не представляла никакой угрозы для жизни. Но все же именно через нее яд проник в кровь. Оставалось только ждать результатов анализов. 	- Федор, я приблизительно понял, в чем тут дело, - произнес Ильин, глядя на показания автодоктора. Врач осторожно пробрался к монитору и уставился на него: 	- Ну и что это, по-твоему? 	- Компьютер провел сравнительный анализ инородного вещества в крови, и выясняется забавная картина. - Андрей поднял взгляд на Логинова. - Токсин, введенный в организм Чужим, избирательно парализует некоторые функции коры и ствола мозга, полностью обездвиживая человека. Однако яд не влияет на работу внутренних органов и желез, а лишь резко ее затормаживает. Если я правильно оценил положение, то земных аналогов этому веществу нет. А как специалист, скажу - если Фарелл проснется и с ним ничего не станется, то этот токсин - великолепное средство для наркоза... 	- Нет аналогов? В таком случае, мы не сможем найти нужный антидот. Скверно.- Логинов выглядел исключительно расстроенным. - Тогда необходимо просто подключить Фарелла к аппарату гемосорбции... Может быть, это даст результат. 	Ильин на секунду задумался, а после произнес: 	- Федор, ты читал в отчете "Уэйленд-Ютани", как Чужие обездвиживали своих жертв подобным способом? Насколько я помню, кто-то из отряда колониальной морской пехоты с "Сулако" пострадал от аналогичного токсина, но очень быстро выкарабкался. 	- Было дело, - кивнул Логинов. - Даже фамилию пораженного помню - это был лейтенант Горман. Давай все же примем меры предосторожности. Очистка крови Фареллу все одно не повредит. 	Врач шагнул в сторону и передвинул платформу с телом пилота к небольшому аппарату. Когда все приготовления были закончены и система гемосорбции заработала, медтехник и врач, взяв по сигарете, молча уселись в кресла, прислушиваясь к реву беснующегося снаружи шторма. Дверь в коридор на всякий случай была открыта, но со стороны грузового отсека не доносилось никаких подозрительных звуков. 	- Как ты думаешь, откуда там взялось столько этих тварей? - первым нарушил молчание Логинов. 	- Не представляю. - Андрей вдруг уронил сигарету на пол, нагнулся, поднял, снова прилепив к нижней губе. - Конечно, этот маленький урод залез в проплавленную дыру, но как он и другие разыскали модуль, ума не приложу. Как Чужие могут чувствовать человека на таком расстоянии? А почему они умеют открывать двери?.. 	- Фантастика, - вздохнул врач, сокрушенно качая головой. - Все-таки чувствуешь себя неуверенно, зная, что чертовых зверюг отделяет от нас только плита переборки... Может быть, их загнал к нам ураган? 	- Дурацкое предположение, - развел руками Ильин. - Хватит строить догадки, есть вещи поважнее. Представь, что будет, если Ник не сможет выкарабкаться и вытащить антенну? Похоже, придется поработать самостоятельно. Неизвестно, сколько Фарелл так пролежит, - Андрей кивком указал на неподвижного пилота. 	Тему медтехник поднял не самую приятную. Чудовищный шквал, неистовствующий снаружи, и как минимум один Чужой, удравший через грузовой блок и явно шныряющий неподалеку, казались непреодолимыми препятствиями. Выбираться за борт очень и очень не хотелось, но перспектива быть сожранными непосредственно в собственном доме (а каждый обитатель челнока считал модуль именно домом, пусть даже и временным) смотрелась вовсе непривлекательно. 	Щит, закрывавший вход в грузовой отсек, был несколько потолще и ненадежней пробитого насквозь тем необычным серебристым монстром, но Андрей прекрасно понимал, что перед натиском нескольких Чужих и он не устоит, а особенно если тварей соберется много. И медтехник Андрей Ильин решился на самый смелый -поступок в своей жизни. 	- Знаешь, Федор Николаевич, я, пожалуй, пойду и сделаю,- медленно проговорил он. В голове уже вставали образы слюнявых морд Чужих, сидящих вокруг верхнего шлюза модуля и поджидающих обед. 	- В таком случае, чем быстрее мы начнем, тем быстрее закончим и получим работающую связь, - ответил на эти слова Логинов. - Я видел в коридоре скафандр и оборудование, которое приготовил Ник. Все равно антенну придется вынимать, так зачем откладывать дело на потом? 	- Верно, совершенно незачем, - отозвался Андрей и, коротко выдохнув, встал. Выйдя в коридор, он собрал батареи, взял скафандр и, заново обратив внимание на то, что со стороны грузового отсека не доносится никаких посторонних звуков, вернулся к Логинову. - Федор, помоги мне надеть этот проклятый скафандр. Ник правильно решил, что там можно будет работать только в нем. 	- Думаешь, я разбираюсь в этом? - озадаченно сказал Логинов, осматривая комбинезон из легкого, но очень прочного материала. - Все-таки я врач, а не пилот или военный... 	- Будто я разбираюсь больше тебя, - сердито буркнул Андрей, возясь с застежками и креплениями. Ему все же удалось расстегнуть скафандр и кое-как забраться внутрь. 	- Теперь надень на меня шлем и закрепи теми застежками на основании,- Ильин ткнул пальцем в перчатке в шлем скафандра. 	С горем пополам Федору удалось закрепить его, и медтехник, проверив показания датчиков на левом рукаве, остался доволен: контакта с наружной средой не было, кислородная смесь подавалась исправно. С этой процедурой'они справились успешно. Теперь оставалось лишь взять нужное снаряжение и обвязаться тросом. 	- Пошли, будем надеяться, что все пройдет гладко. - Голос Андрея сквозь шлем звучал довольно глухо. Громыхая прикрепленными к поясу аккумуляторами, Андрей выбрел в коридор и добрался до трапа, уводящего вверх, к шлюзам. Логинов последовал за ним. Поднявшись наверх, медтехник открыл пластинку, загораживающую замок. Красным мерцал индикатор со словом "ЗАКРЫТО", и Андрей, закрепив клеммы дешифратора в нужных местах, включил прибор. Несколько секунд тихого гудения, и на замке вспыхнул зеленый огонек, а створки шлюза начали медленно раздвигаться. Спустя мгновение откинулся верхний колпак, и в модуль ворвался воздух Ахеронта и клубы пыли. 	- Готово!! - надсаживаясь, прокричал Андрей стоявшему внизу врачу. - Привяжи меня к перилам трапа и подай винтовку. - Оружие было обременительной, но весьма нужной вещью в создавшейся ситуации, и Ильин скорее отказался бы от дешифратора, чем от винтовки. 	Когда он вывалился на обшивку челнока, то ветер с такой силой ударил по защитной оболочке скафандра, что едва не сбросил человека на землю. К сожалению, конструкторами модуля не были предусмотрены хоть какие-нибудь подобия перил или выступов, за которые можно было бы уцепиться. Ильину пришлось лежа на животе ползти вперед, к носу челнока, туда, где находилось гнездо параболической антенны медицинского 	блока. Было очень темно, невиданной силы ветер резко затруднял передвижение, но Андрей метр за метром продвигался вперед. Аккумуляторы, вдруг ставшие неимоверно тяжелыми, и громоздкая винтовка жутко мешали, поднятые ветром мелкие камни щелкали по обшивке модуля и скафандру. Словом, это путешествие длиной в двадцать футов было самым утомительным и опасным за всю жизнь медтехника. 	Ильин уже задыхался от напряжения, когда луч фонаря, укрепленного на шлеме, выхватил квадрат, очерченный тонкой щелью, и красную надпись на нем: "ТЕЛЕМЕТРИЧЕСКАЯ АНТЕННА М. Б. 661385". Теперь оставалось только отодвинуть щит и вызволить спасительное приспособление из его тюрьмы. Это оказалось бы делом достаточно нетрудным в нормальных условиях, но сейчас данная работа была почти невыполнимой. Минуту передохнув, Андрей раскодировал щиток, закрывавший собой запирающий механизм и, осторожно подцепив, открыл его. Ни один из индикаторов не горел, и, сняв с пояса батареи, Ильин начал прикручивать проводки от них к энергетической системе замка. Когда все было готово, он пустил ток, и замерцавший красный сигнал на замке дал понять, что половина дела сделана. Присоединив дешифратор, Андрей прошептал краткую молитву и нажал на кнопку. Панель, закрывающая гнездо, медленно уползла в обшивку модуля, и медтехник соскользнул в открывшуюся дверцу. Тут ветер донимал уже меньше, и работать стало гораздо легче. Он вскрыл электромагнитный механизм, выдвигающий антенну, спрятанный на самом дне гнезда, и подключил еще один аккумулятор. 	Андрей сумел опередить появляющуюся сбоку сложенную антенну лишь на пару секунд и выбрался обратно на обшивку модуля прежде, чем она его раздавила в узком гнезде. Когда бесформенная металлическая глыба выползла на ярд над поверхностью челнока, распрямились аккуратно сложенные стальные трубки и раскрылось некое подобие огромного зонтика, Ильин облегченно вздохнул. Все. Теперь можно возвращаться. То, что произошло дальше, несмотря на окружавшую темноту, зафиксировалось в мозгу Андрея с фотографической четкостью, пускай и длилось это в течение секунд тридцати. После удачно проведенной операции медтехник совершенно забыл от радости о еще одной крупной опасности, которая могла подстерегать в любой момент, и поэтому при виде находившегося в двух метрах от него огромного черного силуэта Андрея парализовало от страха. Немыслимо громадный, черный как смоль Чужой, совершенно игнорируя резкие порывы ветра, стоял рядом, и распахнувшаяся зубастая пасть не предвещала человеку ничего хорошего. В свете фонаря разглядев монстра, медтехник подсознательно отметил, что тот, наподобие других, которых сейчас изучают биологи, большой, черный и чрезвычайно противный. 	Чудовище собралось для последнего смертельного рывка, вытянуло к человеку передние лапы, присело и... 	Откуда-то справа ему наперерез метнулся знакомый Андрею небольшой серебристый силуэт. Длинные, острейшие когти черного монстра были всего в нескольких дюймах от скафандра, когда маленький быстрый клубок сбил темного Чужого-бойца с ног, два силуэта сплелись, словно в схватке, и скатились по обшивке модуля вниз на землю. 	Раздумывать над произошедшим было некогда. Тот факт, что первый Чужой пытался напасть на человека, был неоспорим, как неоспоримо было и то, что маленькое чудовище, побывавшее на челноке, помешало своему собрату это сделать. Однако поразмыслить об этом следовало в спокойной обстановке. Ильин ползком двинулся к шлюзу, крышка которого едва просматривалась во мраке. Ветер теперь не мешал, а помогал ему продвигаться вперед, и Андрей, держась за трос, преодолел двадцать футов расстояния на удивление быстро. Перед тем как спуститься назад в модуль, он оглянулся и увидел чуть покачивающуюся на ветру антенну передатчика. Рядом с ней, вцепившись всеми конечностями и щупальцами в обшивку модуля, сидел маленький Чужой, прекрасно просматривающийся даже в темноте и сквозь завесу пыли. 	Ильин тяжелым мешком свалился в отверстие шлюза. Логинов, Стеклы и один из биологов, увидев его, отбросили винтовки, схватились за крепления скафандра и спустили Андрея по трапу в центральный коридор модуля. Логинов начал снимать с него шлем. 	- Андрей, тебе это удалось? - спросил он, когда шлем скафандра уже валялся на полу. 	- Вы закрыли шлюз? - тревожным голосом спросил Ильин. 	- Какая разница?! Ты вытащил передающий блок? 	- Какой, к чертям, блок?! - разозлился Ильин. - Там, - он махнул рукой наверх, - меня уже пытались съесть. Если бы не... - Он запнулся и оглядел своих коллег.- Мне помогла та тварь, которая недавно забиралась сюда. Закройте шлюз! 	- Хорошо, хорошо, - засуетился Стеклы и полез вверх по трапу. Едва он выбрался на площадку непосредственно под отверстием шлюза и подошел к шифрующему замок устройству, металлический звук сверху заставил его резко обернуться. Все тот же небольшой красивый Чужой сидел на краю люка и заглядывал внутрь челнока, вывернув голову под неимоверным углом. Сейчас он и Стеклы в упор смотрели друг на друга, но ни тот, ни другой не предпринимали никаких действий. Биолог превратился в статую, в мыслях уже прощаясь с жизнью, но чудовище не двигалось, рассматривая человека. У чешского исследователя не было сил даже закричать - в этом случае ему бы пришли на помощь, но Чужой успел бы сделать из него "pate". Первым сложившуюся патовую ситуацию нарушил Чужой, просто спустившись сверху на площадку. Стеклы вжался в угол, а маленький монстр сделал пару шагов к шифратору замка и завороженно уставился на мерцающие огоньки, совершенно не обращая внимания на дрожащего от ужаса человека. 	- Эй, Мирослав! Что ты там копаешься? - донесся снизу голос Логинова. - Давай спускайся вниз, надо изолировать помещение шлюза! 	Чужой мгновенно среагировал на голос, мягко подпрыгнул, уцепившись щупальцами за края шлюзового люка, и исчез во тьме. Сам не свой, Стеклы одним прыжком достиг шифратора замка и настолько быстро задраил шлюз, что ему мог бы позавидовать даже андроид. 	- Господи, да что с тобой случилось? - спросил: Логинов, увидев кубарем слетевшего с верхней площадки биолога. Тот был белее молока, и колотило его, словно при лихорадке. 	- Т-там б-был Ч-чужой! - пискнул он, немного придя в себя. - Метрах в двух от меня. 3-залез через открытый шлюз, а твой голос его спугнул. Он точно такой, о каком говорил Андрей. 	- Ладно, все это мы обсудим потом, а сейчас пошли к нам, думаю, что удастся связаться с "Патной". - Логинов взял едва стоящего на ногах биолога, закрыл люк и потащил в медицинский блок. Там собрались все оставшиеся в живых члены его экипажа, а Ильин, обжигаясь кофе, в красках расписывал свои приключения наверху, и, что самое главное, на терминале передатчика сиял зеленый символ, означающий, что связь возможна. Когда Логинов вошел, все повернулись к нему. 	- Ну что, господа? - проговорил он, усаживаясь в кресло.- Похоже, у нас появился шанс выбраться отсюда, но прежде я хотел бы прояснить некоторые моменты нашего здесь пребывания. 	- Это какие же? - вставил австралиец Джо Рэнгли, биолог из группы Мирослава Стеклы. 	- Произошло несколько странных событий, связанных с чужими существами. Первые два Чужих,, пробравшихся к нам, были точно такими же, как их описывали доклады Эллен Рипли на следствии по делу "Ностромо", а затем и специалисты Компании: большие, черной окраски и очень агрессивные. Одного из таких зверей вы сейчас изучаете. Но несколько часов назад произошло следующее: зверь самостоятельно открыл переборку прохода, ведущего в грузовой блок. Наш пилот Ник Фарелл и Андрей, мой помощник, попытались выгнать его из челнока или убить, но Чужой не сделал им ничего плохого и скрылся. 	- Как же! Ничего плохого! - буркнул Стеклы, указывая на платформу с телом Фарелла. 	- С ним ничего страшного. Думаю, что через час или два мы поднимем его на ноги, - отозвался Логинов и продолжил: - Затем, когда Андрей выбрался на обшивку модуля с целью выдвинуть антенну, он подвергся нападению обычного Чужого и неминуемо погиб бы, если бы не тот же Чужой, побывавший на челноке. И последнее. Только что пан Стеклы закрывал шлюз, ведущий наверх, и снова столкнулся с тем же экземпляром, который не нанес ему никакого вреда, хотя находился бок о бок с человеком. Вот и все. 	- Остается только пригласить его к нам на партию преферанса, - хихикнул Ильин. - Но не согласиться с тем, что это маленькое чучело спасло мне жизнь, нельзя. Кроме того, он выглядит гораздо симпатичнее той твари, с которой вы возитесь, - закончил Андрей, глядя на Стеклы. 	- И кроме того, в описаниях Эллен Рипли и видеоотчетах об экспедиции лейтенанта Гормана не было видно ничего похожего на Чужого такого вида. Судя по всему, он настроен к людям довольно-таки лояльно, чего не скажешь о больших черных особях, - добавил Логинов. - Судя по всему, это просто другая их разновидность. Но какая? 	- А есть разница? - поморщился Рэнгли. - Надо быстро отсюда улетать. Мне безразлично, какой именно представитель этой породы меня сожрет. Им нельзя доверять ни на йоту. Вспомните колонию Хадли. Если есть связь, то вызывайте Хиллиарда, и пусть они присылают другой челнок для эвакуации. 	- Да, верно, - согласился Стеклы. - Отчего бы не попробовать прямо сейчас. 	Логинов пересел к передающему блоку, проверил работу маленькой видеокамеры и набрал код. Сверху на крыше челнока чаша антенны стала медленно поворачиваться, отсылая в пространство пакеты импульсов, способных достигнуть приемников "Патны". Спустя секунд двадцать на экране высветился код оперативного отсека крейсера, и Логинов нажал кнопку "ВЫЗОВ". Тут же на вспомогательном экране появилось лицо одного из инженеров оперативного центра. Логинов схватился за микрофон. 	- Это челнок С-130, вызываю "Патну"! Слышите меня? 	- Да, слышим! Слава Богу, вы отозвались! Кто это? 	- Мое имя Логинов. Немедленно позовите кого-нибудь из руководства. 	Лицо инженера моментально исчезло с экрана, там появилась физиономия полковника Ретта Гора. 	- Да, это Гор. Рад слышать и видеть вас. Где сержант Фарелл? Что с группой Казакова? 	- Я врач экспедиции Федор Логинов. Ситуация очень неприятная, господин полковник. У нас на борту двое пораженных личинками Чужих, второй пилот Ар-гедас погиб, Фарелл ранен и не скоро придет в себя. Системы управления модулем полностью уничтожены, есть повреждения корпуса. О группе Казакова ничего неизвестно. Мы просим о помощи. 	- Та-ак,- протянул Гор.- Все дело в том, что консультант Семцова и робот-андроид сорок минут назад завладели челноком и начали спуск на планету, вопреки приказам руководства. Сейчас я попробую связаться с ними и отдать соответствующие распоряжения. 	- На поверхности невероятной силы ветер,- напомнил Логинов. - Вряд ли они смогут посадить чел-: нок. 	- На все воля Господа,- благочестиво ответил Гор. - Оставайтесь на связи и держитесь. Семцова мчит к вам на помощь. Я свяжусь с вами, как только возникнет нужда. 	- Спасибо, господин полковник. - Логинов вытянул руку и отключил передатчик. После нескольких часов напряжения и безысходности появилась слабая надежда.

	ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ 	Не отрывая левой ладони от штурвала, Бишоп активировал дополнительные атмосферные стабилизаторы, и челнок стало болтать немного меньше. Вот уже около часа они летели в атмосфере LV-426, и лишь благодаря великолепной реакции робота челнок все еще не разбился. Бишоп был уверен, что если бы сидел 	сейчас за штурвалом маленького десантного модуля, на котором уже однажды спускался на Ахеронт, то его жизнь и жизнь пассажиров оказались бы в огромной опасности. Но этот большой и тяжелый корабль, несмотря на чудовищной силы ветер, уверенно шел вперед, повинуясь его руке. 	Ни о какой визуальной ориентации не могло идти и речи. Облака нависали над поверхностью очень низко, и Бишоп вел челнок только по показаниям приборов. Семцова безмятежно спала в кресле второго пилота, и разбудить ее не могли даже самые резкие толчки. До сигнала радиомаяка оставалось чуть больше двухсот миль. И Бишоп не мог без содрогания думать о том, как будет приземлять челнок при таком урагане, - одно неверное движение, и конец. Мерцающая точка на радарной сетке все приближалась. Запищал сигнал вызова, и Бишоп, надев наушники, включил экран видеосвязи. По напряженному лицу Ретта Гора можно было судить о том, что случилось из ряда вон выходящее , событие. 	- Это вы, Бишоп? 	- Да, сэр, это я. Слушаю вас, - ответил андроид, не сводя глаз с приборной панели. 	- Бишоп, нам удалось связаться с челноком на поверхности планеты. Вы слышите меня? 	- Да, продолжайте. 	- Там есть живые люди. Если сумеете посадить челнок, вы должны переправить их к себе и, если будет возможность, эвакуировать подразделение капрала Ланского - они находятся возле инопланетного корабля. Всех доставите на "Патну". Вы поняли меня? 	- Да, сэр,- невозмутимо ответил Бишоп. 	- Сохраняйте связь со мной и будьте осторожны. 	Быстрым движением Бишоп выключил экран. Они были на подходе. Сигнал маяка был совсем рядом, и андроид включил все системы внешнего слежения. Тут, внизу, челнок болтало значительно сильнее, чем в верхних слоях атмосферы, и, когда он попал в особенно сильную струю ветра, двигатели, работающие на малых оборотах, не справились и корабль стало неумолимо сносить вправо и вниз. Единственное, что Бишопу оставалось, - это схватиться за штурвал и резко повернуть его влево. На очень низкой высоте и при колоссальной скорости ветра модуль рванулся влево. Бишоп до конца открыл клапаны двигателей, и те взревели с такой мо-шью, что казалось, корабль разлетится сейчас в клочки. 	Ситуация стала критической. Слышался дикий визг стали, оказавшейся под экстремальным давлением, какой-то грохот в помещениях челнока. Тряска усилилась настолько, что андроид стал опасаться за целостность челнока. Проснувшаяся Семцова сидела в своем кресле судорожно вцепившись в подлокотники, не говоря ни слова. Каким-то чудом Бишопу удалось выровнять заваливающийся на левый бок челнок и снова направить его на сигнал радиомаяка. За стеклами иллюминаторов не было видно ничего, кроме бьющих в обшивку струй ливня. До радиомаяка оставалось всего метров тридцать, но Бишоп, упрямо не снижая скорости, вел корабль прямо на него. Включать автопилот для посадки было бесполезно, и андроид решил довериться своему умению и опыту. Включив сканер, он увидел впереди, между двумя скальными образованиями, относительно ровную площадку, на которой вырисовывался силуэт второго модуля, и направил челнок туда. 	За несколько метров до выбранного места посадки Бишоп включил двигатели реверса и активировал основные. Его и Семцову бросило вперед, и только пристежные ремни спасли от удара о приборную панель. Бишоп грубо подал челнок вниз, едва успев включить двигатели мягкой посадки. Резкий удар и дикий скрежет, разнесшиеся по челноку, дали понять, что посадочные опоры вошли в соприкосновение с почвой Ахе-ронта. Еще несколько секунд продолжался рев энергоустановок и лязг металла о металл, потом все внезапно стихло. Слышен был только вой урагана снаружи и тихое пощелкивание бортового компьютера. 	Семцова вопросительно посмотрела на синтетика: 	- Ну что? 	- Мы сели, э-э... капитан. Второй челнок в тридцати метрах от нас. Еще немного - и мы бы разбились. Наверно, это самая опасная посадка в моей жизни, - ответил Бишоп, отключая аппаратуру. - Мы можем с ними связаться? - спросила Семцова, вглядываясь в иллюминатор и пытаясь хоть что-нибудь там различить. 	- Боюсь, что нет. Туда надо идти.- Бишоп повернулся к ней.- Не боитесь? 	- Нет. Раз уж я взялась за это дело, то его следует довести до конца, - устало ответила Семцова. - Мы ничего не повредили при посадке? 	- Скорее всего нет, - отозвался Бишоп, читая отчет компьютера. - Только надо действовать быстро. Идемте. 	Маша отстегнула ремни, поднялась с кресла и последовала за Бишопом, прихватив с собой оружие. Он провел ее к одному из складов и вытащил скафандр. 	- Вот, одевайтесь, - бросил он. - Думаю, что нам проще будет выйти отсюда через пассажирский шлюз. 	- А ты, Бишоп? - непонимающе посмотрела Семцова на андроида. 	- Мой организм способен переносить такие условия, как снаружи, и без защиты. А вам она нужна. 	Бишоп расстегнул комбинезон и помог Маше туда забраться. Закрепив шлем, он взял свою винтовку и направился в кормовую часть челнока. Семцова пошла за ним. Рядом с грузовым отсеком находился так называемый пассажирский шлюз, через который люди могли попасть в челнок с поверхности планеты или из помещения ангара. В начале открывалась внутренняя герметичная дверь, а затем расходились лепестки четырехстворчатого стального щита, предохранявшего от радиации, и уже после открывался внешний люк на обшивке челнока. Бишоп быстро преодолел две первые преграды и повернулся к своей попутчице: 	- Капитан, до второго челнока не больше двадцати шагов. Мы должны будем найти точно такой же шлюз. Я пойду позади вас и очень прошу следить за окружающей обстановкой. Вполне возможно, что чужие существа бродят здесь, учуяв людей в челноке. Ну, пошли? 	- Пошли,- коротко ответила Семцова, и Бишоп нажал кнопку на внешнем люке. 	Ущелье было несколько защищено от урагана двумя скалами, но несмотря на это, шквал был на редкость силен. Ступив тяжелыми башмаками на базальтовую плиту, Маша почувствовала, как мощный поток воздуха буквально сбивает ее с ног. Если бы не было скафандра, то дышать она не смогла бы. Посмотрев вперед, Семцова увидела темнеющую громаду челнока и, согнувшись от ветра, медленно пошла вперед. Бишоп возился с дверью. Наконец андроиду удалось ее закрыть, и он тоже двинулся вслед Семцовой. Ни один из чувствительных рецепторов Бишопа пока не засек врага, однако он держал оружие наготове. 	Эти двадцать шагов дались им ценой почти полного истощения сил. На полпути Машу сбило с ног ветром, и, не в состоянии подняться, она поползла. Бишоп пожалел, что она не обвязалась тросом, - какая-никакая, но дополнительная страховка. В темноте андроид видел гораздо лучше человека, и это дало ему возможность убедиться, что, хотя внешне челнок Фарелла не пострадал, ни один из бортовых огней не горит, за стеклами кабины света тоже нет. А это что за выпуклость на обшивке сверху? 	Бишоп напряженно вглядывался в бугорок возле одного из килей. В конструкции такая деталь была не предусмотрена, а на личное творчество обитателей челнока рассчитывать не приходилось. Значит, это нечто постороннее, и Бишоп мог дать девять из десяти за то, что наверху сидит один из Чужих. 	А Семцова подобралась уже совсем близко к боковой опоре модуля и пыталась встать на ноги. Бугорок не двигался, и Бищоп кинулся к Маше со всей возможной в таких условиях скоростью, догнал и сбил с ног. 	- Что такое? - прокричала она в микрофон скафандра. 	Андроид не ответил и, прижав палец к губам, потащил ее к дверям шлюза у правого борта. Семцова, почуяв опасность, беспрекословно повиновалась, и вскоре они подползли к темному, резко очерченному люку шлюза. Бишоп, отыскав щиток замка, стал копаться в электронике. Маша нервно оглядывалась, но тониро-х ванное стекло маски мешало обзору, и она не заметила маленькую быструю тень, соскользнувшую с корпуса корабля и спрятавшуюся за массивным шасси из прессованной резины. Высунув голову из-за своего убежища, маленький монстр осторожно наблюдал за людьми, предпочитая не спускаться вниз. 	Семцова с надеждой посмотрела на Бишопа. Тот продолжал борьбу с электронной запирающей системой шлюза. Наконец вспыхнул зеленый индикатор, а люк медленно пополз влево. Оказавшаяся за ним четырех-лепестковая плита тоже раскрылась, и Бишоп с Сем-цовой вползли в маленькое помещение шлюза. Поработав с ручками на герметичной двери, андроид открыл ее и сделал приглашающий жест рукой. 	- Заходите, мисс. И, пожалуйста, не стреляйте по любому движущемуся предмету, - сказал он и захлопнул внешнюю переборку шлюза. 	Семцова осторожно двинулась вверх по трапу. Было темно, не горело даже аварийное освещение, и только впереди на щите, закрывающем этот проход, мерцал красный сигнал. За ней поднялся Бишоп и осмотрел переборку. 	- Ну, с этим мы справимся быстро, - весело произнес он и нажал кнопку на замке. Стальной щит отскочил вверх, они выбрались в слабоосвещенный коридор модуля. Семцова сбросила шлем скафандра и огляделась. Свет лился из окон медицинского блока слева, и там явно находились люди. Пройдя дальше по коридору, она разглядела сидящих в отсеке двух человек, чьи лица были ей хорошо знакомы. "Это же именно те, кто наблюдал за мной после операции", - вспомнила Семцова и осторожно постучала в окно, но прекрасная звукоизоляция не донесла стук до ушей Логинова и Андрея, сидящего за компьютером. Ни один не посмотрел в сторону прозрачной перегородки, и Маше пришлось отыскать кнопку на входной двери, после чего стало возможно войти в отсек. Врач и медтехник вскочили как ошпаренные и схватились за оружие. 	- Добрый день, Федор Николаевич! Привет, Андрей! - улыбнулась Семцова.- Это всего лишь ваша старая пациентка. 	- Откуда вы здесь? - ошарашенно глядя на нежданную гостью, спросил Ильин. 	- Вы что, не слышали, как садился наш челнок? - раздался позади голос Бишопа. - Мы же приземлились совсем рядом! 	- И разве вас не предупредил полковник, что мы летим вам на помощь? - добавила Семцова. 	Ильин сел и опустил пистолет. Ему верилось и не верилось в случившееся. Теперь они спасены. 	- Садитесь, Мария Викторовна, рад вас видеть.- Он указал на кресло.- Да, мы знаем, что вы угнали второй челнок, но были уверены, что садиться на поверхность вы не будете... Мы, конечно, слышали шум ваших двигателей, но решили, что это ветер. Спасибо вам, Семцова. 	- Благодарите Бишопа, а не меня. Если бы не он, мы бы сейчас с вами не разговаривали. А теперь расскажите, что у вас случилось. И что это? - Она подошла к криогенным камерам, в которых лежали пострадавшие. Лишь мельком заглянув туда, она отскочила, закрыв лицо руками. Кошмар продолжался. 	- Что у вас случилось, Федор? - спросила она глухим голосом. 	- Многое, - коротко ответил врач и поведал обо всем, что произошло на челноке, во всех подробностях, не забыв упомянуть и о странном серебристом монстре, который к тому же спас жизнь Ильину. 	- ...Я не знаю, чем мотивировано поведение этого существа, но неоспоримо то, что оно не хотело убивать никого из нас. 	- Чушь! - Семцова возмутилась так, словно ей нанесли личное оскорбление. - Поверьте мне, Федор, не бывает хороших Чужих и плохих Чужих. Есть только 	хищные животные, которых мы называем Чужими и которые представляют для всех людей смертельную угрозу. Одного "хорошего" Чужого хватило, чтобы уничтожить колонию Хадли, если верить рассказу Бишопа. Отличных от себя живых существ они используют исключительно в своих интересах. Еда. Потомство. Боль 	ше ничего. И поэтому мы быстро перегружаемся в наш челнок и летим за Казаковым и теми, кто находится в транспортере, ожидая его возвращения. Кстати, вы не поддерживаете связь с вездеходом? 	- Нет,- мотнул головой Логинов.- Когда один из этих черных скотов разгромил наш пульт управления, мы потеряли бортовой компьютер и все системы связи. Просто счастье, что у нас в отсеке имелся свой передатчик. 	- Да, вам повезло, - согласилась Семцова. - Хил-лиард уже хотел взять курс на Землю, когда отключилась связь. Он был уверен, что все мертвы. 	- Что-о? Он хотел бросить нас на этой проклятой планете? - возмущенно спросил Ильин. - Это правда? Американцы совсем сбрендили? 	- Абсолютно, - резко обрубила Семцова и, повернувшись к Бишопу, подозвала его к себе. Когда он приблизился, Маша взяла его за руку: - Бишоп, ты сможешь вернуться на наш челнок и подогнать транспортер? 	- Смогу, - кивнул андроид. - Вы примете его через люк грузового отсека? - обратился он к Логинову. 	- Ну, не знаю. Там платформа подъемника серьезно повреждена кислотой. Фактически, дыра в обшивке. 	- Тогда необходимо проверить, работает ли подъемник, - сказал Бишоп и, взяв винтовку, вышел из отсека. Ильин кинулся за ним. 	Когда они подошли к переборке, андроид осмотрел щит и взглянул на медтехника: 	- Через этот проход скрылся ваш красавец? 	- Да. Надо быть осторожным, может быть, он еще внутри. - Андрею очень не хотелось вновь нос к носу столкнуться с Чужим, и он отошел от двери подальше, держа наготове винтовку. 	- Посмотрим,- буркнул Бишоп. Он сомневался, что тот Чужой находился за дверью. Вспомнился неясный силуэт на обшивке челнока возле киля. Значит, вот где он спрятался... Быстро раскодировав замок, Бишоп открыл переборку и заглянул в отсек, освещая фонариком все его углы. Пусто. Только сквозь неровные края дыр в полу порывы ветра заметали пылинки и кусочки железа. 	- Мне понадобится энергия, чтобы опустить платформу. Думаю, что она выдержит вес вездехода, - повернулся он к стоявшему на почтительном расстоянии Ильину. 	- Конечно, сейчас, - отозвался медтехник и со всех ног побежал в медицинский блок к Логинову. Ждать Бишопу пришлось недолго, и через пару минут вначале замерцали, а потом вспыхнули в полную силу лампы освещения. Тут же подбежал Андрей. 	- Я спущусь в эти отверстия, незачем снова открывать шлюз,- указал Бишоп на дыры в полу,- а ты, Андрей, опусти платформу. Я снизу посмотрю. 	Бишоп присел над крупным отверстием, свесил ноги и мягко спрыгнул вниз. Андрей, подойдя к пульту управления подъемником, набрал нужные команды, и, к счастью, платформа, пусть и с неаккуратной дыркой посередине, все же поплыла вниз. Когда она коснулась земли, Ильин осторожно выглянул наружу, свесившись через край открывшегося провала. Бишоп стоял внизу и что-то кричал, но шум урагана заглушал его слова. Андроид, убедившись, что его не слышат, только махнул рукой и стал пробираться под брюхо челнока в направлении второго модуля. 	Медленно проходя под днищем корабля, Бишоп обдумывал рассказ Логинова о необычном существе, которое вертелось возле челнока. Неспроста все это. Прекрасная фотографическая память позволила андроиду вспомнить всех Чужих, с которыми он когда-либо имел дело, но ни единый не подходил под зверя, какого описал мистер Логинов. "Странно, - думал Бишоп, - ростом чуть выше человека, серебристая окраска, куполообразный высокий череп... Совершенно нестандартный тип поведения. Даже когда сержант выстрелил в него, он только лишь обездвижил человека, но не убил, хотя возможность была. И почему этот Чужой так настойчиво пытается пробраться в челнок?" 	Одна из огромных посадочных опор загородила Бишопа от бьющего в лицо ветра с дождем, и он присел перед последним рывком, чтобы осмотреться. Посветив фонариком под брюхо челнока и не обнаружив ничего подозрительного, он уже собрался двинуться дальше. Что-то тонкое и гибкое с гарпунообразным наконечником вылетело сверху из-за спины и, ухватившись за верхнюю рукоятку винтовки, вырвало оружие из рук. При всей своей отменной реакции, Бишоп совершенноне понял, что это было, - настолько молниеносно все произошло. Винтовка подлетела кверху, и Бишоп осторожно поднял голову. 	В другое время увиденное показалось бы довольно комичным, но сейчас Бишопу было не до смеха, В гнезде посадочной опоры, среди труб и кабелей, сидел тот самый назойливый Чужой, крепко вцепившись щупальцем в отобранную винтовку, и глядел во все глаза на андроида. 	Бишоп был созданием, способным мыслить логически в любой ситуации, но в сложившемся положении он не знал, что делать. На основании информации, полученной ранее, можно было предположить, что зависшее над головой существо не будет причинять вред, но, вспоминая других монстров, искусственный человек понимал, что возможна роковая ошибка. Оставалось только ждать действий со стороны Чужого, что Бишоп и сделал, усевшись обратно под опору. Была надежда, что Чужой сумеет распознать в роботе-андроиде механизм, а не живого человека. 	Существо, не выпуская из щупалец винтовку, выползло из своего убежища и спрыгнуло на землю перед Бишопом. Он старался не шевелиться и только молча осматривал стоящего перед ним зверя. Да, он в точности такой, как описывал Ильин. В сравнении со своими черными собратьями даже красив. Только вот что у него на уме? 	Чужой первым решил начать действовать. Подойдя к напрягшемуся андроиду, он низко наклонил голову, чуть приоткрыл пасть и высунул из нее нечто похожее на толстый стержень, украшенный десятками маленьких острейших зубов. Он поводил им вправо-влево, словно обнюхивая, а потом на конце стержня открылась миниатюрная пасть, зверь издал тонкий пищащий звук, а сам отодвинулся назад и снова замер. Увидев, что на Бишопа это не произвело никакого впечатления, Чужой повторил свой маневр и в придачу слегка подтолкнул андроида лапой. 	"Чего он от меня хочет?" - терялся в догадках Бишоп. Он немного выпрямился - Чужой настороженно следил за его движениями, но с места не сходил. 	- Уходи и не мешай мне, - решительным голосом громко сказал Бишоп, следя за реакцией маленького чудища. Услышав человеческую речь, тот наклонил голову и еще раз пискнул. 	- Ну что тебе? - словно обращаясь к надоедливому ребенку, проговорил Бишоп и стал потихоньку подниматься, защищенный от ветра широкой посадочной опорой. Стоявший на задних лапах Чужой был ненамного выше его. Оружие существо все еще прижимало к туловищу щупальцами, изредка переводя на него взгляд, но неизменно возвращаясь к Бишопу. Андроид настолько осмелел, что сделал шаг к замершему зверю и вытянул руку. Чужой не пошевелился и опять коротко пропищал. Мозг Бишопа быстро проанализировал все четыре звука, произведенные монстром, и получилось, что первые два были совершенно идентичны по длительности и тональности. 	"Может быть, он хочет что-то сказать мне? - задал Бишоп самому себе вопрос.- Но что?" 	Тут ему в голову пришла интересная идея. Для человека эта мысль граничила бы с безумием, но андроиду, не обремененному спонтанными эмоциями, не виделось в ней ничего экстраординарного. И он решился. 	Превозмогая вложенное в его программу чувство отвращения, Бишоп вытянутой рукой коснулся гладкого, как бильярдный шар, черепа существа и осторожно погладил его. С ответом Чужой не стал медлить и, вытянув одно из щупалец, дотронулся кончиком до головы Бишопа. Тогда тот медленно и плавно опустил руку и взялся за ствол винтовки. 	- Отдай ее мне! - громко сказал он. 	Монстр смотрел на руку андроида, крепко ухватившую оружие. Бишоп осторожно потянул винтовку на себя, и тотчас Чужой отвел лапой его руку, одним прыжком добрался до опоры и несколько раз ударил винтовкой по толстому стальному столбу, а потом, развернувшись, приблизился к Бишопу, протягивая исковерканное оружие. 	- Спасибо, - хмыкнул Бишоп, вертя в руках бесформенный кусок железа. 	"Итак, он понял, что я от него хочу, но, зная опасность, исходящую от оружия, сломал винтовку, прежде чем возвратить, - подумал Бишоп. - В его действиях прослеживаются сильные элементы логики. Ну что ж, продолжим..." 	Чужой по-прежнему стоял рядом, наблюдая за андроидом. Бишоп подошел к существу, протянув руку, взял за правую верхнюю лапу и потянул на себя. Чужой отстранил конечность и, приоткрыв пасть, издал писк, который Бишоп определил по тону как предостерегающий. Но андроид не желал сдаваться. Он сделал несколько шагов по направлению ко второму челноку, вернулся, опять потянул Чужого за лапу и снова отошел. Случилось то, на что Бишоп и надеялся, - Чужой, пригнувшись к земле, сделал несколько шагов за ним. 	"Понимает, понимает!" - пронеслась радостная мысль, и Бишоп двинулся дальше к челноку, сгибаясь под мощными порывами. Ледяной ливень превратил сухую пыль в вязкую липкую кашу, и идти было очень трудно, но Бишоп, оглядываясь, видел, что Чужой неотступно следует за ним футах в шести позади. Преодолев разделявшее два челнока расстояние, андроид добрался до люка пассажирского шлюза и, открыв его, забрался внутрь. 	- Иди сюда! - стараясь перекричать ветер, обратился он к жутковатому новому знакомцу, и Чужой, вцепившись лапами и щупальцами в края люка, перевалился в помещение шлюза, встряхнулся, как мокрая собака, и уставился на Бишопа, будто спрашивая: "Ну, влез, дальше что?" 	Андроид открыл внутренний люк, забрался наверх по трапу, следя за существом, не отстававшим ни на шаг. Когда Чужой очутился в коридоре челнока, Бишоп включил освещение и теперь смог как следует рассмотреть своего спутника. Да, все признаки этого биологического вида были на месте. Выглядел этот необычный экземпляр почти так же, как и чудовища в колонии Хадли, но отказать ему в известной изящности и соразмерности форм было нельзя. Но морда... Внезапно Бишопу подумалось: а ведь наверняка этому существу люди тоже кажутся нелепыми уродцами, невероятными страшилищами. Сейчас сгорбившийся, мокрый монстр производил скорее жалкое, чем грозное впечатление. Струйки воды стекали с прочнейшего панциря на пол, а сам Чужой робко оглядывал помещение, в которое его заставили войти. 	Бишоп нахмурился, что-то вспомнив, и двинулся в кают-компанию. Зверь, перебравшись на потолок, осторожно пополз за ним. Войдя в помещение кухни, андроид вскрыл один из пищевых складов, нашел упакованный в пластик кирпич мясного концентрата, развернул его и, подняв голову, проговорил: 	- Ты, наверно, это искал в кают-компании, когда залез в тот модуль? На-ка, попробуй! - и подбросил спрессованный концентрат в воздух. Мелькнуло длинное щупальце, и кирпич оказался пронзенным острым наконечником, будто шомполом. Чужой свернулся в клубок, и андроид не мог видеть, чем он занят, но по аппетитному похрустыванию Бишоп понял, что он ест. 	Итак, еще одно предположение оказалось верным. Услышав от Ильина о помещении, где впервые был обнаружен этот странный Чужой, Бишоп подумал, что он мог забраться в кают-компанию, почуяв пищу. Единственная странность, что существо могло запросто пообедать обездвиженным Фареллом, но выбрало другой "путь для насыщения. Словом, чем дальше - тем непонятнее. Посмотрим, на что он еще способен, маленький[серебристый Чужой. 	Увидев, что зверь (хотя теперь его уже и зверем (назвать сложно) справился с подачкой, Бишоп выдал ему еще один кирпич концентрата, который тот немедленно схрумкал - только крошки полетели, и вышел из отсека. Чужой, не мешкая, последовал за ним. 	Так как этот челнок был точнейшей копией другого - исследовательским кораблем стандартного типа, здесь тоже имелись медицинский, технический и биологический отсеки. Бишоп решил, что для его маленького эксперимента больше пригодится компьютер медицинского блока, имевший прямую связь с центральным компьютером корабля. Он открыл прозрачную дверь, вошел и уселся перед терминалом. Когда на экране появилось слово "ЗАПРОС?", Бишоп задумался, как поточнее выразить вопрос. В данном случае это было сложным делом - разумная машина могла ответить только на четко сформулированные фразы. Краем глаза Бишоп увидел своего нового приятеля, осторожно изучающего приборы, расставленные у стен. Он напоминал посетителя музея, рассматривающего редкие экспонаты: наклонит морду поближе, осмотрит под всеми мыслимыми и немыслимыми углами и задумчиво перейдет к следующему раритету. Криогенные капсулы Чужой разглядывал с потолка - наверно, решил, что так будет лучше видно. 	Бишоп только покачал головой и вернулся к компьютеру. Он был уверен, что все звуки, которые издавало существо, что-то означают. Таковые были, видимо, неким подобием речи. Теперь следовало провести их сравнительный анализ и попробовать расшифровать. Работа, конечно, трудная, но попытаться можно. Надо только получить исходный материал. 	Включив записывающее устройство, Бишоп издал своим речевым синтезатором писк, аналогичный тому, какой он услышал от Чужого в первый момент их встречи, и стал наблюдать за реакцией существа. Услышав звук, Чужой, доселе мирно висевший на потолке, мгновенно слез вниз и, подбежав к андроиду, разразился целой серией звуков, продолжавшейся не менее сорока секунд. Бишоп пискнул еще несколько раз, воспроизводя все, что слышал от своего собеседника за время общения с ним. 	Если бы у Чужого на морде было что-нибудь вроде мимических мышц, то выглядел бы он сейчас, наверно, очень озадаченно. Но существо только отступило на шаг, приоткрыло пасть, украшенную частоколом зубов, и выдало Бишопу трех-четырехминугную "речь", зафиксированную компьютером. Этого было вполне достаточно, и Бишоп задействовал программу речевого анализа. 	Экран монитора погас, и лишь в нижнем левом углу мерцал зеленый символ, означавший, что программа работает. Бишоп откинулся на спинку кресла и оглянулся на Чужого, Тот сидел рядом, и, судя по пробегавшим по длинному хвосту волнам, было ясно, что существо возбуждено, да и сам Бишоп чувствовал, что он, возможно, на пороге первого контакта с представителем чужой цивилизации. Странная, однако, цивилизация. У Бишопа не возникало никаких сомнений, что хозяева огромного звездолета, передавая сигнал предупреждения, в котором говорилось об "опаснейшей форме жизни, вышедшей из-под контроля", имели в виду именно Чужих. Далее, если вспоминать, мягко говоря, нецивилизованное поведение этих монстров в колонии Хадли и нападение взрослых особей на бригаду биологов и военных сейчас, то возникал вопрос: откуда же взялся этот красавец, совершенно не похожий на прочих своих собратьев? Почему в его действиях нет даже намека на агрессивность? Что он хочет от людей, приземлившихся на этой планете? А в том, что Чужой хотел нечто определенное, Бишоп не сомневался. Может быть, ответ подскажет компьютер? 	Наконец-то машина показала строчки текста, и андроид, дернувшись вперед, уставился на монитор. Он верил и не верил. Несмотря на то что точного перевода "речи" Чужого на английский язык не было, компьютер расшифровал достаточно терминов для того, чтобы Бишоп понял: перед ним разумное существо, владеющее речью и имеющее достаточный уровень интеллекта для общения. Стандартная лингвистическая программа компьютеров этого типа была достаточно несовершенна, и, без сомнения, более осмысленный контакт станет возможным только в случае, если получится воспользоваться куда более мощным бортовым мозгом "Патны". 	Из длинного текста, высветившегося на экране, следовало, что серия звуковых сигналов, подвергшаяся обработке, представляет собой цепь связанных по смыслу понятий, часть из которых аналогов в английском языке не имеет, а большинство из понятных может трактоваться по-разному. Однозначной идентификации была подвержена лишь часть сигналов, которые соответствуют словам: "большой", "много", "опасно", "путь (проход)", "быстро". Также имелись различные трактовки остальных звуков, которые издавал Чужой. Все пять расшифрованных слов относились к продолжительной фонеме, которую Чужой выдал непосредственно перед тем, как Бишоп ввел запись в программу. Используя всю полученную информацию, компьютер сумел составить 96 разных по смыслу текстов - 96 вариантов того, что желало сообщить существо. Бишоп со всей возможной быстротой, доступной роботу его серии, стал просматривать тексты, пытаясь соотнести их с создавшейся на данный момент ситуацией. Вскоре он получил приблизительную картину смысла "речи" Чужого. Получился достаточно бессвязный, но вполне понятный текст, который Бишоп дополнил необходимыми, на его взгляд, словами. 	- М-да. Вот уж не думал, что у первого разумного существа из другого мира будет настолько мерзкая морда... - пробормотал Бишоп, еще раз посмотрев на склонившуюся голову зверя, не сдвинувшегося ни на дюйм за все время, пока андроид работал с компьютером, и добавил погромче: - Ну так кто же ты такой, а? 	Чужой наклонил голову и, коротко пискнув, снова поднял ее. Затем с ничего не выражающим видом вытянул вверх щупальца, подпрыгнул, зацепился за трубу какого-то кабеля на потолке, повис и свернулся в клубок. Похоже, что общение с Бишопом ему немного надоело и он решил отдохнуть. Андроид снова повернулся в экрану, в сотый раз изучая имеющийся текст. 	После обработки получилось, что Чужой сообщал о существах, подобных Бишопу, "находящихся в чем-то большом, в опасности, которой очень много, путь назад им закрыт; им надо быстро помочь". Этого было достаточно для того, чтобы уяснить: речь идет о подразделении лейтенанта Казакова, находящемся в иноземном космическом корабле. Соответственно, следует принять совет этого непонятного существа и действовать быстро. 	Бишоп встал и вышел из отсека, оставив дверь открытой. Чужой немедленно развернулся и двинулся вслед. Проведя много времени за компьютером, Бишоп не сомневался, что Семцова и другие, запертые в соседнем челноке, начали беспокоиться, и необходимо возвращаться как можно скорее. Вопрос только, что делать с Чужим, не отстававшим теперь от андроида ни на шаг. Бишоп вообразил реакцию консультанта-ксенолога, если они появятся вместе. Тогда жизнь существа окажется, мягко говоря, под угрозой - Семцова не станет слушать доводы о том, что он разумен, и, несомненно, схватится за оружие. А кто знает, может быть, этот Чужой поможет вытащить Казакова и его людей из той "опасности", в которой они оказались? Очень жаль, что невозможно связаться с Семцовой и все ей объяснить. Впрочем... 	Бишоп прошел в кабину и, сев в кресло пилота, запросил у компьютера данные о всех системах связи, имеющихся на челноке. Выяснилось, что с помощью одной из антенн он может осуществлять видеопередачи узконаправленным лучом. Оставалось только сориенти-ровать его на приемную антенну медицинского блока второго модуля. Мгновенно произведя необходимые операции, Бишоп направил радиолуч туда, где предположительно находился приемник соседнего челнока, и вызвал Логинова. Экран наверху осветился неровным светом, побежали полосы помех, но на вызов ответили - Бишоп различил лицо Федора Логинова и попытался получше настроить связь. Это ему удалось почти сразу, радиолуч был точно направлен на приемную антенну. 	- Доктор, вы слышите меня? - проговорил Бишоп в микрофон и сквозь сухое потрескивание услышал ответ: 	- Да, Бишоп, это вы? - Врач выглядел удивленно, 	- Скажите, изображение нормальное? - спросил андроид, все еще держась за ручку настройки. 	- Да, да, что случилось? Почему вас так долго нет? Мы заждались! 	- Позовите Марию Викторовну, пожалуйста, - сказал Бишоп, не обращая внимания на вопросы Логинова. Почти сразу его физиономия исчезла и показалось лицо Семцовой. 	- Бишоп, в чем дело? Мне кажется, что пригнать транспортер - не такая уж и сложная задача. - Взгляд у нее был подозрительным. - Мисс, прошу вас спокойно выслушать все, что я скажу, - начал Бишоп. - Дело в том, что я здесь не один. 	- Кто-то из группы Казакова? - перебила его Семцова. 	- Нет, думаю, вам лучше это показать. - Он развернул кресло так, чтобы маленькая видеокамера выхватила сидящего сзади монстра. Чужой вертел головой, разглядывая многочисленные приборы пилотской кабины, видимо пытаясь понять, что происходит. 	Бишоп услышал сдавленный крик, лицо Семцовой на экране исказила такая гримаса ужаса, что он немного пожалел о не сделанных вовремя предварительных объяснениях. Но, раз уж начал, надо доводить дело до конца, и Бишоп, не дожидаясь, когда Маша начнет говорить, быстро заслонил собой Чужого и продолжил: 	- Прошу вас правильно понять меня. Это существо разумно. Это тот Чужой, который забрался в ваш челнок, а затем спас жизнь мистеру Ильину. Я сумел войти в контакт с ним и с помощью компьютера расшифровал его речь. Он сообщил, что Казаков и его люди в опасности, их надо выручать! Мария Викторовна, это вовсе не такое чудовище, с которыми имели дело Рипли и жители Хадли. Поверьте, он никого из нас не тронет!.. 	- Бишоп, ты думаешь, я поверю в этот бред? - С экрана смотрели глаза Семцовой, наполненные холодом и недоверием.- Не знала, что роботы способны сочинять сказки. 	- Это правда, - коротко ответил Бишоп и, помолчав, добавил: - Когда вы встретитесь с ним, вы убедитесь в моей правоте. 	- Когда я встречусь с ним, я его уничтожу! - зло рявкнула Семцова. Бишоп увидел, как она быстро нагнулась к пульту передатчика, и секундой позже экран погас. 	- Ну и что мне теперь с тобой делать? - удрученно сказал андроид, повернувшись к Чужому. Тот лишь дернул хвостом в ответ и снова уставился на один из мониторов с изображением плана местности. Бишоп поднялся, сызнова осмотрел аппаратуру и двинулся к грузовому отсеку. Прежде чем он добрался до шлюза, Чужой рванулся вперед, как обычно, по потолку, остановился у щита, закрывающего вход, и, осторожно коснувшись когтем кнопки замка, открыл его. 	- А ты, как я погляжу, неплохо разбираешься в технике? - с удивлением глядя на чудовище, проговорил Бишоп. - Ну, раз так, пойдем со мной. 	Он открыл задний люк транспортера и прошел в кабину. Чужой с недоверием оглядел вход, но, все же решившись, протиснулся внутрь. Помещение было достаточно тесное, и существу пришлось свернуться в клубок - теперь оно казалось едва ли не втрое меньше своего обычного размера. Манипулируя с приборами дистанционного управления подъемника, Бишоп лихорадочно думал о том, как же защитить своего нового необычного друга от ослепляющей ненависти Семцовой. Сомневаться, что Чужой может оказать какую-никакую помощь, не приходилось. Так же ясен был тот факт, что нельзя позволить уничтожить существо, обладающее разумом. Наилучшим вариантом было выпустить Чужого из транспортера, когда они окажутся снаружи, а уже потом, уговорив русскую консультантку, можно будет попытаться использовать его. Наверняка существо никуда не уйдет от челнока и будет где-то рядом. 	Платформа подъемника поползла вниз, и, когда она коснулась поверхности планеты, вездеход медленно сполз на базальтовую плиту и стал двигаться ко второму модулю, темная громада которого просматривалась даже сквозь сплошную пылевую завесу. Не доезжая нескольких ярдов до цели, Бишоп выключил двигатели, вышел из кабины и подошел к Чужому. Тот, увидев андроида, повернул к нему морду и коротко пискнул. 	- Знаешь, я не могу взять тебя с собой туда,- извиняющимся тоном проговорил Бишоп. - Тебя могут убить. Погуляй-ка пока снаружи.- И Бишоп, открыв задний люк, махнул рукой. 	Чужой не сдвинулся с места и только наблюдал за действиями андроида. 	- Ну, иди! - Бишоп слегка подтолкнул Чужого к выходу.- Иди же! 	Тот не двигался и, казалось, еще крепче вцепил-ся лапами и щупальцами в стенки вездехода. Было совершенно ясно: он не понимает, чего от него хотят. Тогда Бишоп решил использовать другую тактику. Припомнив, как на "языке" Чужих звучит слово "опасно", он три раза воспроизвел нужный звук и указал в сторону темневшего рядом модуля. Тут же монстр одним движением выпрыгнул из вездехода и мгновенно скрылся в темноте. Бишоп успел лишь заметить его силуэт, когда Чужой ловко взобрался на обшивку челнока и скрылся за одним из стабилизаторов. Андроид вернулся в кабину, предусмотрительно закрыв за собой люк, и подвел машину под брюхо модуля. Посмотрев в обзорное окно наверх, Бишоп увидел потоки света, пробивавшиеся сквозь обширные отверстия, проеденные кислотой в подъемнике. 	Что ж, придется выходить наружу, зайти через пассажирский шлюз и опустить платформу. Только Бишоп подумал об этом, как подъемник пополз вниз, - Логинов заметил через иллюминатор приближающийся транспортер и избавил андроида от лишней работы. Теперь оставалось надеяться на то, что поврежденная платформа выдержит вес тяжелой машины. Если бы Бишоп был настоящим человеком, то, въезжая на нее, он прочел бы молитву. Однако религиозность была чужда роботам, и он смело надавил на педаль газа. Вскоре вездеход благополучно добрался до грузового отсека модуля. 	- Ну наконец-то! - воскликнул Стеклы, когда Бишоп выбрался из вездехода. - Напугали же вы нас! Кстати, вас очень хочет видеть Семцова,- добавил биолог. 	- Хорошо,- кивнул Бишоп.- И я попрошу всех собраться в медицинском блоке. У меня есть сообщение чрезвычайной важности. 	- Знаем! - отмахнулся Логинов. - Про ваше приключение с этой мерзкой тварью? 	- Это вовсе не мерзкая тварь, как вы изволили выразиться, доктор, - серьезно ответил Бишоп. - Вы ошибаетесь. Идемте же. 	Через пять минут все люди собрались в медицинском блоке. Семцова сидела с отчужденным видом и даже не взглянула в сторону Бишопа. Когда все расселись, андроид, под удивленные возгласы биологов, изложил все, произошедшее с ним. Семцова в течение всего рассказа не сказала и слова, лишь только нервно курила сигарету за сигаретой. Когда Бишоп закончил, она встала, прошлась по отсеку и, уставившись на него, проговорила: 	- А теперь, Бишоп, послушай, что я думаю по этому поводу. Я хочу повторить: нет хороших или плохих Чужих. Если этот экземпляр не тронул тебя, это вовсе не значит, что он не станет убивать меня, доктора Логинова, Андрея и всех, кто здесь присутствует. Пусть он разумен, пускай ты смог общаться с ним, но вспомни третий уровень процессорной станции колонии Хад-ли. Вспомни о тех людях. Несмотря ни на что, все, понимаешь, все эти твари должны быть уничтожены. 	- Но ведь он пытался предупредить, что Казакову и его людям грозит опасность,- возразил андроид.- И вспомните, как он предотвратил нападение большого черного Чужого на мистера Ильина. Он не будет убивать никого из вас! 	- Разговоры разговорами, но мне кажется, что теперь следует перебираться на исправный челнок, попытаться помочь Казакову, а потом улетать с этой проклятой планеты. Тем более у нас двое людей, нуждающихся в экстренной помощи, - вмешался Логинов, указывая на капсулы, в которых лежали двое пораженных паразитами.- И кстати, кто отправится к инопланетному кораблю? Там ведь еще и взвод капрала Ланского... 	- Пойду я, - коротко сказала Семцова, - и думаю, что Бишоп мне поможет, не так ли? - Она вопросительно посмотрела на андроида. Тот лишь медленно кивнул в ответ. 	- Тогда перегружаем аппаратуру и пострадавших в транспортер, и - поехали.- Логинов встал и начал собирать документы со стола. Биологи во главе со Стеклы вскочили и едва не бегом кинулись в свой отсек упаковывать в контейнеры останки мертвых существ, а Ильин, подойдя к гибернационным камерам, включил систему восстановления - втащить громоздкие, тяжелые капсулы в вездеход не представлялось возможным, и пострадавших оставалось только перенести туда. Таким образом, работа нашлась для всех, и вскоре довольно вместительный транспортер был забит доверху. Бишоп отправился в реакторный отсек, для того чтобы дезактивировать ядерную установку челнока. Все еще находившегося без сознания Фарелла перенесли в вездеход И прикрепили ремнями к одному из кресел. Сборы заняли не больше двадцати минут, и в царящей суматохе никто не вспомнил о продырявленной платформе. 	Пока Стеклы и Эрни Бассет упаковывали в контейнеры свою аппаратуру, Рэнгли направился в грузовой отсек, неся пакеты с образцами тканей и органов, взятых с трупа Чужого, с которым они работали. Забравшись в транспортер, он рассовал пластиковые мешки по полкам у потолка и хотел уже направиться за новой партией, как чья-то тень загородила люк. 	- Мирослав, это ты?..- Рэнгли повернулся, и все, что он успел увидеть,- метнувшиеся в его сторону челюсти немыслимых размеров Чужого. Монстр вытащил человека из машины, спеленал щупальцами и быстро направился к темным дырам в полу. 	Семцова и Бишоп вошли в грузовой отсек именно в тот момент, когда в отверстие, цепляясь когтистыми лапами, продирался еще один громадный монстр, сверкая ребристым черным панцирем. Забравшись в помещение, чудовище расправило членистое щупальце, и одновременно к застывшим от ужаса Бишопу и Семцовой развернулся первый зверь. 	"Ну вот и все", - проскочила мысль у Маши. Страха она уже не ощущала - он исчез в первые же секунды, осталось лишь ощущение полной обреченности и ясное осознание конца. Окончания всего. Бежать было бесполезно, да и куда? Оружие осталось в медицинском блоке, беспечно забытое. Что ж, теперь еще несколько секунд - и все... Семцова медленно сползла по стенке на пол и закрыла глаза. 	И тут, словно серебристая молния, из неровной дыры в обшивке выметнулся старый знакомый Бишопа. Произошедшее дальше не заняло и четверти минуты. Маленький изящный Чужой вихрем налетел на отвратительную тварь, одним движением челюстей перекусил щитки, закрывающие тонкую шею монстра, который сразу после этого с тяжким стуком повалился на пол. Развернувшись ко второму чудовищу, серебристый Чужой налетел на него, но черный гигант уже успел приготовиться к бою, отшвырнув мешающее тело человека, и два представителя одного неземного вида сплелись на полу в смертельной схватке. Щупальца со свистом рассекали воздух, слышалось клацанье зубов, яростный скрипучий писк. Черное чудище вцепилось обоими челюстями в грудной панцирь своего противника, который казался намного меньше и слабее, но серебристый Чужой ловко вывернулся, оплел щупальцами голову черной громадины и резко дернул ее вниз. Раздался громкий хруст, большой монстр мгновенно обмяк, и его тело распласталось на полу. Битва была окончена. 	Бишоп осторожно приблизился к трупу черного Чужого и внимательно осмотрел его. Прочнейшие щитки на шее были раздроблены, из раны тонкими струйками вытекала кислота. Монстр не подавал никаких признаков жизни. 	Андроид повернулся к Семцовой. Она все еще сидела у стены, не в силах подняться, и Бишоп, подойдя, потряс ее за плечо: 	- Мария Викторовна! Вы слышите меня? 	Она подняла веки, посмотрела на Бишопа, а потом обвела взглядом грузовой отсек. Невдалеке, подобные огромным черным кляксам, громоздились на полу две блестящие туши, рядом с транспортером в луже крови лежали останки Рэнгли, а наверху, в углу потолка, рядом с лампой висел небольшой серебристый Чужой. 	- Это... это сделал он? - указывая взглядом на существо, спросила Семцова слабым голосом. 	- Да, - подтвердил андроид. - На этот раз он спас жизнь вам. Не надо его бояться. Он не причинит никому вреда - видите, он сам боится вас. Давайте я помогу вам встать. - И Бишоп, протянув руку, поднял женщину на ноги. 	- Может быть, ему еще можно помочь? - все еще нетвердо проговорила Маша, глядя на тело Рэнгли, хотя по неестественной позе тела и огромной луже крови было ясно, что биологу помощь никогда больше не понадобится. Еще одна жизнь, отданная за интересы Компании. Сколько же их будет еще?.. 	Бишоп взял консультанта за плечи, развернул к себе и, глядя прямо в глаза, произнес: 	- Маша, теперь вы мне верите? Вы обещаете не трогать это существо? - Он кивнул в сторону неподвижно висевшего на потолке Чужого. 	Семцова молчала, переводя взгляд то на распластанные туши громадных монстров, то на труп человека, еще пять минут назад бывшего живым, то на сияющего металлическим блеском Чужого, спасшего ей жизнь. После пережитого все ее существо сопротивлялось мысли, что эти твари могут не причинять вред людям. Нет, это не обычные живые организмы, это настоящее, почти бессмертное воплощение зла, ужаса, смерти. И все же... 	Семцова отвернулась от Бишопа и несколько раз ударила кулаком по стене. После минутной паузы она наконец проворчала: 	- Хорошо. Я не трону его, но запомни, Бишоп, он останется здесь, на этой планете. И если ты заведешь разговор о том, чтобы взять его с собой, то я... - Семцова так выразительно посмотрела на андроида, что тот невольно попятился.- Ты меня понял? 	- Да, мисс. Мы не возьмем его с собой, - медленно проговорил Бишоп. - Позовите остальных, пусть они с ним познакомятся. - На лице андроида появилась обычная мягкая улыбка. 	Грохот автоматной очереди разорвал наступившую тишину подобно плазменному резаку, рассекающему металл. Ни Бишоп, ни Семцова вначале даже не поняли, что произошло, и только тяжелый стук падения массивного тела и предсмертный вопль, изданный существом, позволили им осознать случившееся. 	В проходе шлюза, бледный как полотно, стоял Андрей Ильин, сжимая в руках оружие, из дула которого все еще вился дымок. Сам медтехник тяжело дышал, обводя испуганным взглядом помещение грузового отсека челнока. А на полу, заливая блестящий металл покрытия кислотными струйками, лежал тот, кто, возможно, стал бы первым разумным созданием из другого мира, с которым люди сумели найти контакт. Щупальца Чужого еще судорожно подергивались, обе пары челюстей были приоткрыты, изо рта широким потоком выплескивалась толчками какая-то темная жижа вперемешку с ярко-желтыми струйками внутренностной жидкости существа. Несколько разрывных пуль вдребезги разнесли грудь и часть куполообразного черепа Чужого, и помочь ему было уже невозможно, да и как? В агонии существо сумело приподнять развороченную голову и издать тихий, протяжный звук, в котором Семцова каким-то шестым чувством различила укор и непонятную надежду. Чужой дернулся в последний раз и замер уже навсегда. 	- Зачем? Зачем ты это сделал?! - Бишоп повернулся к бледному, перепуганному медтехнику. - Ты же видел, что он не собирался нападать на нас! 	Андрей, наверно в сотый раз, ошарашенно оглядел ярко освещенный зал и уставился на Бишопа: 	- Я... я услышал шум и решил, что здесь творится неладное, а увидев этих... это... ну, словом...- Он выразительно посмотрел на мертвых гигантов, чешуя которых отливала иссиня-черным блеском. 	- Ты убил того, кто избавил меня и мисс Семцову от неминуемой смерти. Это он, спасший тебя тогда, наверху, уничтожил этих тварей, Андрей.- Бишоп в упор смотрел на медтехника. - Возможно, ты совершил самую крупную ошибку в своей жизни. Это существо было разумным. - Но я был уверен, что эта тварь хочет напасть на вас! - в отчаянии вскричал Ильин. - Что еще мне оставалось делать, когда, войдя сюда, я увидел все это! - Он жестом указал на трупы Чужих и тело биолога. 	- Что ж, ты прекрасно отблагодарил его за спасение своей жизни. - Бишоп отвернулся, подошел к телу серебристого Чужого и молча постоял над ним. Да, пускай он всего лишь биоробот, но в последнее время Бишоп все больше разочаровывался в представителях вида Homo sapiens. Какое там "человек разумный"! Способность к мышлению подразумевает под собой прежде всего владение логикой, а не экспансивные действия под влиянием обстоятельств! 	Бишоп от души благодарил своего создателя именно за то, что в его программе отсутствовала излишняя эмоциональность, как у человека. Прагматизм - да, был. Эмоции - ну что ж, если его сделали двойником человека, то и этот людской недостаток был присущ, но в гораздо меньшей степени. И вот сейчас этот недостаток ярко показал себя. Со стороны своего биоэлектронного разума Бишоп смотрел на произошедшее в последние минуты не как на трагическое недоразумение, а как на откровенное проявление несовершенства человека. Он прекрасно понимал, что в действиях Андрея было стремление помочь ему и Семцовой, но ведь медтехник отлично знал об этом необычном Чужом, который мог бы принести немало пользы. Нет, никогда андроиду не понять то странное создание, называющее себя человеком, по образу и подобию которого был сконструирован. 	На звук выстрелов в отсек сбежались все обитатели челнока и сейчас, стоя тесной группой, молча ждали, что же скажет профессиональный ксенолог. Маше тоже было не по себе. 	За долгое время общения с Чужими человек впервые встретил представителя этой породы, не только не пытавшегося убить его, а даже спасшего ему жизнь, прикончив при этом двух своих сородичей. К тому же, если верить Бишопу, он еще и разумен... Так. Разумен. А не проявлением ли высокого интеллекта со стороны гигантского монстра было свитое под реактором атмосферного процессора колонии Хадли гнездо? Тот факт, что материнский организм воспользовался обычным лифтом, когда преследовал Рипли и спасенную Ньют? Обычный зверь до этого не додумался бы. Соответственно, эти чудовища знакомы с техникой, а раз так, то доля разума есть у всех Чужих. Тогда встает вопрос: отчего они настолько агрессивно настроены к людям? Почему смысл их существования составляет только убийство и размножение? Но ведь это несчастное существо не убило ни одного человека, а наоборот, предотвратило нападение своих черных собратьев на людей. Здесь таится непонятная и неразрешимая пока загадка, которую, впрочем, Семцова вовсе не стремилась разгадывать. Однако посоветоваться с Бишопом все же следовало. 	Маша оторвалась от стены и развернулась к немногочисленной группе ее товарищей по несчастью, занесенных слепой судьбой в этот страшный мир. Да нет, судьба здесь совсем ни при чем. "Уэйленд-Ютани". Название: этой коммерческой компании, превратившейся из обычного финансово-промышленного концерна в чудовищную империю, раскинувшую свои щупальца почти на все обжитые миры, вызывало у Семцовой уже не ненависть, как после первых разговоров с Хиллиардом, а непримиримую яростную злобу, подобно той, что она испытывала к черным Чужим-убийцам. И к этой ярости добавилось стремление непременно рассказать людям, какими чудовищными путями дельцы "Уэйленд-Ютани" добиваются своих зачастую откровенно преступных целей. И Семцова твердо решила, что об этом узнают все, если только она останется на сей раз в живых. Как после возможной встречи с Чужими, так и после общения с шайкой Хиллиарда. Свидетели преступления не нужны... 	- Ну, что сделано, то сделано,- вздохнув, обратилась она к остальным. - Сейчас наша задача - перебраться в исправный челнок и попытаться если не спасти, то хотя бы узнать о судьбе лейтенанта Казакова и его людей. 	- Мы готовы, - тихо проговорил Стеклы. - Только давайте переложим тело Джо в гибернационную капсулу на этом челноке. Пусть для него и Аргедаса он станет последним пристанищем. 	- Так и сделаем, - кивнула Семцова и почувствовала, как предательская влага напилась в глазах. Смерти, смерти, сколько же их еще будет? 	Маша отвернулась и, чтобы хоть чем-нибудь занять себя, забралась в транспортер и стала бесцельно перекладывать вещи с места на место. Тем подобием похорон пусть занимаются другие. 	- Мисс? Госпожа консультант,- послышался позади тихий голос Бишопа, - я могу чем-нибудь помочь? 	Вздрогнув от неожиданности, Семцова оторвала лицо от ладоней, вытерла слезы рукавом и, не оборачиваясь к андроиду, ответила: 	- Можешь. Но об этом позже. Если они закончили, собирай всех, и поехали. Времени мало. - И она стала методично щелкать тумблерами, оживляя механизмы транспортера. 	Вскоре появились остальные. На лицах людей не отражались никакие эмоции, глаза смотрели почти безразлично, но все же в них можно было уловить оттенки страха. Когда все кое-как разместились, стараясь держаться подальше от двух пострадавших, лежащих прямо на полу в проходе с отвратительными паразитами на лицах, Бишоп задраил кормовой люк и, задевая беспорядочно накиданную аппаратуру, пробрался в кабину. Семцова сидела в кресле с безучастным видом, на ресницах все еще блестели слезы, и андроид, решив не беспокоить ее сейчас, занял место перед приборной доской и начал спускать платформу подъемника. Вездеход, рванув с места, взревел двигателями, заскрежетали о базальтовый монолит гусеницы, и тяжелая, мощная машина поползла сквозь пыльную мглу к спасительному модулю, возвышавшемуся впереди. Каждый думал о своем, но в подсознании у всех пятерых находящихся в сознании людей занозой сидела лишь одна мысль: неужели весь этот кошмар скоро кончится? 	В мощном свете фар сверкнула титановая обшивка челнока с выделяющимися буквами "PATHNA", на стабилизаторе яркими цветами сиял звездно-полосатый флажок, указывающий государственную принадлежность данного транспортного средства, а на носу челнока гордо сверкала эмблема компании "Уэйленд-Ютани".

	ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ 	Невзирая на все трагические события последних часов, люди, оказавшиеся практически в полной безопасности, повеселели. Бишоп надежно загерметизировал все шлюзы, ведущие наружу, компьютер показал, что внутри модуля находятся только те, кто и должен быть в наличии: пять человек, один робот-андроид и двое пострадавших. Последних вновь поместили в криогенные капсулы в надежде, что заморозка затормозит развитие личинок. Логинов со своим помощником тотчас занялись Ником Фареллом - яд, введенный ему Чужим, постепенно выводился из организма. Судя по показаниям анализатора, концентрация чужеродного вещества в крови снизилась почти вдвое, его активно выводили почки. Вскоре после того как Ника положили на платформу и Ильин подключил диагностическую аппаратуру, пилот слегка пошевелился и издал несколько тихих невнятных звуков. 	- Ага. Уже получше! - пробурчал Логинов, наблюдая за показаниями компьютера.- Семцова! - обратился он к стоящей рядом женщине. - Если не ошибаюсь, люди сталкивались с воздействием подобного токсина? Я читал о чем-то схожем в отчете "Уэйленд-Ютани". Что скажете? 	- Да, Федор. Один из американских морских пехотинцев тоже пострадал от этого яда. Лейтенант Горман, командир группы. Помнится, он пришел в сознание часа через три. 	- Следовательно, мистеру Фареллу почти ничего не угрожает. Думаю, скоро наш англосакс встанет на ноги, - подытожил Логинов. 	Стены медицинского блока сверкали белизной, расставленные по периметру и свешивающиеся с кронштейнов приборы разбрасывали вокруг яркие металлические блики, тихо жужжал компьютер, и раздавалось мерное гудение аппарата очистки крови. Мирная, привычная картина, которую можно наблюдать во всех лечебных заведениях Земли и Внеземелья. Единственное отличие было в том, что за толстыми и крепкими стенами небольшого космического корабля, нашедшего себе кратковременный приют в забытом Богом отдаленном мире, бродили самые страшные и жестокие чудовища, порожденные не иначе как самим дьяволом. 	- Федор, Андрей, я прошу вас пройти в кабину, и позовите остальных. Будем решать, что делать дальше, - после недолгой паузы проговорила Семцова и направилась к двери. Уже за порогом она обернулась и, внимательно посмотрев на своих товарищей по несчастью, усталым голосом сказала: - И захватите, пожалуйста, все оружие, какое у нас есть. 	Дверь тихо закрылась. 	- То, что она задумала, - просто самоубийство! - мрачно сказал Логинов, поднимаясь с кресла.- Я почти уверен, что Казаков и его люди погибли. Пускай там, рядом с этим проклятым звездолетом, сидит капрал Ланской и его взвод, но ведь их можно вызвать к нам и по радио! Не полезет же она внутрь инопланетного корабля искать Казакова! 	Ильин, ничего не ответив, неопределенно покачал головой и, собрав со стола две автоматические винтовки и несколько магазинов к ним, направился к выходу. Он не сомневался, что консультант Мария Семцова и Бишоп полезут куда угодно. Логинов молча последовал за ним. 	Во вместительной пилотской кабине после прибытия пятерых человек и Бишопа стало тесновато. Кресел на всех не хватило, и Стеклы с Ильиным присели на консоль одной из приборных панелей. На небольшом столике кучей был свален весь имевшийся в их распоряжении арсенал: четыре винтовки с гранатометами, три пистолета да два пулемета, причем в одном из них боезапас был израсходован более чем наполовину. Бишоп первым нарушил выжидательную тишину: 	- Итак, господа, не мне говорить, что положение создалось крайне неприятное. У нас имеется два возможных плана действий. Первый: бросить всех, кто, возможно, еще ждет помощи, на произвол судьбы и немедленно стартовать. - Услышав эти слова, Логинов и кое-кто еще невольно встрепенулись. - Второй: я и госпожа Семцова на вездеходе направляемся к иноземному кораблю и пытаемся хотя бы выяснить, что именно там произошло. Если обнаружатся живые люди из военного подразделения - постараемся вывезти их. 	- Вы вдвоем? - удивленно переспросил Логинов. - Что вы двое сумеете сделать против целой орды этих мразей?! Вызовите капрала Ланского по рации, пусть они вернутся, и тогда мы улетим. Я уверен, что Казаков погиб. 	Услышав это, Маша судорожно дернулась и уже хотела ответить резкостью, но сдержала себя. 	- Я пытался вызвать транспортер на всех частотах, в том числе и на аварийной, - глядя на Логинова бесстрастными глазами, медленно произнес Бишоп. - Они не отвечают. В чем причина, мы не знаем. 	- А передатчики личных данных? - встрял Стеклы. - Принимающая система исправна, и мы должны были их уловить, - он кивнул на центральный пульт. 	Бишоп отрицательно покачал головой: 	- Нет. Сигналы ПДЛ не поступают. 	Все замолчали. Последнее сообщение могло означать только одно: все мертвы. У собравшихся в кабине людей мурашки ползли по коже при мысли о том, что из всех опустившихся на эту планету в живых остались только пятеро... 	- Тогда выход один. Мы улетаем, - твердо сказал Логинов. 	- Нет, мы никуда не полетим! - взорвалась Семцова. - Я и Бишоп все равно поедем туда, даже если эта затея будет стоить мне и ему жизни. Хоть кто-то из военных должен был уцелеть! Все. Решено.- Она встала, обвела взглядом всех собравшихся и четко, словно командуя на плацу, произнесла: - Я и Бишоп отправляемся немедленно. Все вы остаетесь здесь, мы дадим вам часть оружия. Вы будете ждать нас ровно сутки. К этому времени сержант Фарелл окончательно оправится, и если мы не вернемся, то через двадцать четыре часа пилот сможет поднять корабль в воздух и вывести на орбиту. Самое главное я вам еще не сказала. Мне удалось полностью блокировать все двигательные установки "Патны" и отключить системы связи. Как только вы выйдете в открытый космос, Фарелл с борта модуля должен будет немедленно дать сигнал SOS в самом широком диапазоне. Не забудьте! Только после этого вы пристыкуете челнок к крейсеру. Спасатели прибудут быстро. Итак, сутки вы ждете моего возвращения. Все, - резко закончила она и так посмотрела на Логинова, который попытался было возразить, что слова застряли у него в горле и врач счел более благоразумным промолчать.- Двинулись, Бишоп! - не снижая тона, рявкнула Семцова, сгребла со стола три винтовки, оба огнемета и сунула за пояс пистолет. 	- Постойте! - подал голос Ильин.- Я поеду с вами! 	- Андрей! - воскликнул Логинов, укоризненно глядя на медтехника, но тот, не обратив на своего коллегу никакого внимания, забрал из рук Семцовой часть оружия и тоже вышел из кабины. 	- Спасибо, Андрей, - не оборачиваясь, сказала Маша. Правда, медтехник, подчинившись неожиданному порьшу, по прошествии нескольких секунд начал понимать, что этот благородный жест может стоить ему жизни, но отступать было поздно. 	Когда они спустились в грузовой отсек, в центре которого массивным стальным монстром возвышался транспортер, андроид потянул Машу за рукав. Она обернулась: 	- Что? 	- Мисс Семцова, вам не кажется, что вы одеты, прямо скажем, не по сезону? - Бишоп критически осмотрел ее красивый капитанский костюм со следами споротых нашивок.- Надо заметить, что сила ветра снизилась, но снаружи проливной дождь! Да и вам, мистер Итьин, тоже следовало бы переодеться,- обратился он к стоящему рядом медтехнику, сиявшему белизной своего медицинского комбинезона с изображенным на рукаве золотым кадуцеем. 	- Ну и что ты можешь предложить? - озадаченно спросила Семцова. Мысль о лучшей и более соответствующей погоде одежде как-то ее не посетила, да и прежде не до того было. А ведь Бишоп совершенно прав! 	Андроид усмехнулся, забрался в транспортер и открыл один из стенных шкафов. Там, аккуратно сложенные и упакованные в пластиковые пакеты, лежали непромокаемые военные пятнистые комбинезоны. На специальных креплениях висели легкие титановые бронежилеты, покрытые керамическими плитками, каски с закрепленными на них биноклями и инфракрасными визорами. В нижнем отделении стенного шкафа рядами выстроились легкие, но чрезвычайно прочные десантные ботинки с титановыми щитками, защищавшими голени и бедра. 	- Бишоп, откуда все это? - часто заморгав от удивления, спросила Семцова. Ильин смотрел на этот склад с не меньшим восхищением. 	- Капитан, вы забыли, что мы участвуем в военной экспедиции, пусть и под гражданским руководством. Организация Объединенных Наций позаботилась о снаряжении, - снисходительным тоном ответил андроид. - Если вы не хотите простудиться в вашей, не спорю, красивой, но абсолютно непрактичной одежде, выберите себе все по размеру и переоденьтесь. Мы идем не на прогулку, - и, повернувшись к Ильину, добавил: - Вас, Андрей, это тоже касается. 	- А как же ты, Бишоп? - спросила Семцова, достав из пакета пятнистый костюм и разворачивая его. 	- Боюсь, мне тоже придется на какое-то время превратиться в десантника, - копаясь в шкафу, ответил андроид. - Не забывайте, мои кожные сенсоры тоже чувствительны к холоду и сырости., И кроме того, мне совершенно не хочется вторично побывать в том неприятном состоянии между жизнью и смертью, в котором довелось пребывать после посадки на Фиорину. - Он выразительно посмотрел на Семцову, и она отвела взгляд. 	Выбрав полный комплект защитной одежды, андроид ушел за вездеход переодеваться, предоставив Маше и Ильину самим разбирать экипировку. Когда вся троица предстала друг перед другом в новом облачении, то их было не узнать. Семцова, хорошо зная возможности Чужих, нацепила на себя все мыслимые доспехи, найденные в транспортере, и даже попыталась надеть второй бронежилет, но это оказалось слишком тяжело и неудобно, так что от этой идеи пришлось отказаться. Ильин в полном облачении коммандос ООН да еще с автоматической винтовкой в руках выглядел настолько грозно, что, несмотря на дружные протесты Семцовой и Бишопа, не утерпел и сбегал в медицинский отсек покрасоваться перед Логиновым. Времени было мало. Остающиеся на корабле собрались в грузовом отсеке, и Семцова, подойдя к Логинову, отозвала его в сторону: 	- Федор, вы здесь остаетесь за старшего. Я очень прошу вас поддерживать связь с нами постоянно. И главное...- Семцова на секунду запнулась,- если я не вернусь, сделайте все, чтобы Хиллиард не смог заполучить этих тварей. Ну, удачи вам! - Она протянула руку, и Логинов ответил ей крепким пожатием. 	Тяжелый люк транспортера поплыл вниз, отсекая трех человек, идущих практически на верную смерть, от привычного мира. Да-да, именно человек, потому что ни у кого не повернулся бы язык назвать Бишопа нечеловеком. За короткое время общения с андроидом у Логинова и остальных ушло навсегда чувство предубеждения к биороботам серии "Бишоп". Это был странный гибрид живого организма и машины, но в нем было слишком уж много человеческого... Возможно, в будущем такие вот "Бишопы" будут выделены в отдельный биологический вид и встанут наравне с людьми. Но это в будущем. 	Ветер снаружи действительно стал стихать, центр урагана уходил на восток, а сильный ливень прибил пыль к поверхности и хлестал по развороченным ветрами каменным глыбам и скалистым холмам. Влаги в часто встречающихся углублениях натекло уже столько, что вездеход иногда наполовину погружался в воду, но все же с неумолимой настойчивостью полз к выходу из теснины между двумя холмами, где нашли себе пристанище два земных космических корабля, один из которых навсегда останется на этой планете. 	Бишоп меланхолично оперировал рычагами управления транспортером, вглядываясь в прорезаемую прожекторами мглу. Семцова снова и снова проверяла винтовку, зная, что ее жизнь сейчас зависит только лишь от надежности оружия, а Ильин вертелся в своем кресле, стараясь поудобнее приладить крепления непривычных бронежилета и каски. Два настоящих человека и один искусственный - маленькая армия, решившая бросить вызов несметной орде таинственных монстров, неизвестно как заброшенных волей провидения на эту глыбу камня, затерянную в глубинах Вселенной. 	Бишоп мельком пробегал взглядом по небольшим экранчикам над центральным обзорным стеклом, на которые выводилось изображение, построенное по данным с камер внешнего слежения вездехода. Доли секунды хватило ему для того, чтобы заметить на одном из мониторов неясный силуэт. Андроид резко нажал на педаль тормоза. Маша, вскочив, подбежала к нему. 	- Бишоп, что случилось? - Ее глаза блестели, но на лице уже промелькнула тень страха. Андроид молча переключил изображение в инфракрасный диапазон, и тотчас глыбы камней, окружавшие транспортер, засветились темно-красными уродливыми силуэтами. 	- Началось...- проворчала Маша.- Черт возьми. Откуда их столько? 	- Не представляю, - бросил Бишоп. - Садитесь за управление, а я попробую поохотиться на Чужих с башенного пулемета. - Он отстегнул ремни, вскочил с кресла и побежал в грузопассажирский отсек. Тонкая лесенка уводила вверх, к закрепленному на кронштейне вращающемуся креслицу. Там же находилась и система управления пулеметом. 	Бишоп приник к окуляру прицела ночного видения, поймал в него одну из теней и, коротко взглянув на счетчик боезапаса, нажал на спуск. Синие молнии трассирующих пуль пронзили мглу. Семцова нажала на педаль газа и, целиком сосредоточившись на приборах управления, рванула машину вперед. Где-то сверху захлебывался пулемет, через окно она замечала голубые трассы пуль, но задача была одна - быстрее добраться до цели. В свете прожектора прямо перед транспортером словно из-под земли выросла громадная жуткая фигура, но Маша, стиснув зубы, до отказа выжала педаль газа. Транспортер содрогнулся от столкновения с тяжелым телом Чужого и, отбросив его в сторону, понесся дальше. Ощутимо трясло, надрывно трещали попавшие под гусеницы камни, что-то падало в грузовом отсеке, однако Семцова, не снижая скорости, вела машину к чужому кораблю, откуда, словно из врат ада, выходили его кошмарные порождения. Яркие лучи прожекторов выхватывали бесформенные нагромождения валунов и потоки застывшей лавы. Семцова, включив сканер, стала ориентироваться только по приборам. Скальный хребет становился все ниже и ниже, и вскоре между двумя холмами открылся узкий проход. Тогда Семцова бросила машину влево, по направлению к уже различимому даже в туманной мгле плато, выраставшему из поверхности планеты, к низкому взгорью, на котором покоился мертвый корабль из другого мира. Треск пулемета наверху прекратился, и в кабину, хватаясь за что ни попадя при особо сильных толчках, вошел Бишоп. 	- Ну? - коротко спросила Маша, не отрываясь от приборов. 	- Их было штук двадцать-двадцать пять. Мне совершенно непонятно, откуда они тут взялись и почему выбрались наружу из корабля. Я сумел подстрелить почти всех. 	- Мы тоже думали над этим,- раздался сзади голос Ильина. - И решили, что Чужие чувствуют человека и стремятся к местам скопления людей. Но как на таком расстоянии они смогли учуять нас в челноке? 	- Это уже не важно,- сквозь зубы проговорила Семцова. - Скорее всего эти твари просто спали внутри корабля, пока рядом не появились люди. 	- А их количество говорит о том, что настоящих хозяев звездолета было довольно много,- закончил мысль Бишоп. - Единственный пока не разрешенный вопрос в том, откуда появился серебристый Чужой, которого вы, мистер Ильин, так неосторожно лишили жизни? - Бишоп с укором посмотрел на медтехника, и тот, смешавшись, отвернулся. - Будем надеяться, что мы сумеем встретить там какого-нибудь представителя этой же породы, и я попробую завязать контакт с ним. - Бишоп прильнул к обзорному окну, долго в него смотрел, а потом снова опустился в кресло.- Мисс Семцова, похоже, мы на подходе,- медленно сказал он, указывая на экран сканирующего устройства. 	На черном фоне четкими синими линиями выделялся корпус иноземного корабля, а сдвинув луч чуть вправо и увеличив разрешение, при желании можно было разглядеть силуэт второго вездехода, стоящего приблизительно в четверти мили от них. Маша направила транспортер прямо на него, а Бишоп, сбросив каску, надел наушники и попытался связаться с капралом Ланским, но услышал лишь шелест и треск помех. 	- Ничего,- Бишоп огорченно развел руками,- Может быть, люди ушли в глубь корабля? 	В это хотелось верить, но разум подсказывал, что дело обстоит иначе. Вездеход быстро прополз под одной из изогнутых дуг "подковы", нависшей над землей, словно рука погибшего исполина, и, взревывая двигателями, направился вдоль скалы на северо-восток, туда, где находился транспортер группы Казакова. Семцова включила все фары и прожектора, сноп света разрезал почти непроглядную темноту, в его лучах серебрились капли дождя, заливавшие обзорный иллюминатор. Все камеры внешнего слежения показывали местность только в инфракрасном диапазоне, Бишоп напряженно следил за экраном, но врага нигде не было видно. 	- Мы нашли! - воскликнула Семцова, вглядываясь в обзорное стекло. - Подъедем как можно ближе! 	Бишоп с Ильиным бросились к ней и тоже прильнули к стеклам. Да, действительно, метрах в двадцати пяти от них, тускло мерцая армированными боками в свете прожекторов, на относительно ровной гранитной плите стоял такой же гусеничный вездеход. Никаких деталей пока рассмотреть было нельзя, но уже отсюда было видно, что не горит ни один из габаритных огней. Бишоп попытался посмотреть в прибор ночного видения - силуэт на экране слабо светился, но это вовсе не указывало на то, что внутри машины находятся живые люди: тепловое излучение могло исходить, например, от двигателя или работающего компьютера. 	И тут Маша так резко нажала на педаль тормоза, что медтехник и Бишоп с трудом смогли удержаться от падения. 	- Что? Что случилось? - взбудораженно спросил Андрей, глядя на застывающее, как маска, лицо Семцовой. 	- Посмотрите сами,- тихим голосом сказал Бишоп, глядя в окно. 	Вблизи в свете прожекторов открылась картина, которую раньше было невозможно рассмотреть за расстоянием. То, что вначале Семцова и Бишоп приняли за причудливые нагромождения камней, оказалось огромным кладбищем Чужих. Черные тела покрывали пространство на полтора десятка метров вокруг транспортера, кое-где виднелись отдельные куски туловищ, зубастые черепа, оторванные длинные конечности. Самым ужасным было то, что в этой жуткой мешанине явственно были видны и изуродованные до неузнаваемости тела людей. 	Стиснув зубы, Семцова осторожно подвела машину совсем близко ко второму вездеходу, и смысл разыгравшейся здесь трагедии стал яснее. Задний люк вездехода был не просто взломан - он был начисто уничтожен совместными усилиями многих десятков монстров. Бой, по-видимому, шел жесточайший, о чем свидетельствовали нагромождения черных угловатых тел возле бронемашины. 	- Мария Викторовна! Госпожа Семцова! - Бишоп потряс ее за плечо.- Надо выйти посмотреть, может быть, кто-нибудь жив... 	- Да, - еле слышно ответила Маша, но с места не сдвинулась. Выбираться наружу не хотелось. Страшно. И страшны не Чужие, а то, что окружало транспортер. Не хочется смотреть на мертвых людей. 	- Мисс Семцова, идемте же! Вокруг, судя по приборам, никого нет. - Бишоп неожиданно замолк. - Мария Викторовна, - начал он уже тише, - поймите, надо пережить и это... 	- Надо... - выдохнула она и поднялась. Ильин, тоже пребывавший в шоке от открывшегося зрелища, встряхнулся и быстро снял винтовку с предохранителя. Все трое направились к выходу. 	- Прошу вас, будьте осторожны, - как-то неловко обратился Бишоп к Семцовой, но она только повела плечом и бросила в ответ: 	- Если бы я была осторожна, то мы с тобой сейчас летели бы домой на "Патне" и пили кофе с мистером Хиллиардом. Теперь разговоры об осторожности можно не заводить. Не время и не место, - и нажала на кнопку открытия люка. 	Ветер продолжал реветь, однако ураганные порывы не валили с ног, и уже можно было спокойно дышать. С омерзением обходя уродливые тела, все трое двинулись ко второму вездеходу. Изнутри слабо пробивался темно-красный свет - создавалось впечатление, будто там горел огонь. Перепрыгивая через громадную ребристую тушу, Семцова машинально отметила, что описаний подобных Чужих она прежде не встречала - ни в отчете Рипли, ни в выкладках биотехников "Уэйленд-Ютани". Широченная грудная клетка, мощный череп, украшенный несколькими острыми шипами. Да и само чудовище было едва ли не вдвое крупнее человека. Бишоп не сводил глаз с укрепленного на рукаве индикатора движения, но пока все было спокойно. Пока... Он не сомневался, что Чужие, сколько бы их ни было, недалеко и следует быть начеку, если имеется хоть минимальное желание остаться в живых. Ильин замыкал цепочку, озираясь как испуганный ребенок, и был готов открыть огонь по любой движущейся тени - нервы у него были взвинчены до предела. 	Они были уже в нескольких шагах от транспортера, как вдруг пискнул детектор движения. Семцова, мгновенно среагировав, вскинула винтовку и бросилась к Бишопу, не сводящему глаз с маленького экрана радара. 	- Одиночный сигнал в трех метрах слева, - проговорил он.- Объект движется очень медленно. Ничего не понимаю... - Он выхватил фонарик и направил луч в сторону, откуда шел сигнал. Зрелище было устрашающим и жалким одновременно: по трупам своих сородичей на людей полз тяжко изуродованный выстрелами Чужой, цепляясь за землю передними когтистыми лапами. Нижние конечности существа были раздроблены и не действовали, вывалившиеся из ран внутренние органы волочились по земле, но зверь в своей неутолимой злобе еще пытался напасть на людей. Из обеих пар челюстей текла вязкая прозрачная слюна, череп дрожал, когти с трудом цеплялись за грунт и тела мертвых Чужих, но и умирающее чудовище все еще жаждало того, для чего был предназначен его род,- жаждало крови, убийства, смерти. 	Единственным выстрелом Бишоп разнес голову монстра, и тот, дернувшись последний раз, затих. 	- Ублюдок! - неожиданно злобно для робота прошипел Бишоп и, отвернувшись, вновь направился к развороченному вездеходу. Следом за ним туда подошли Семцова и Ильин. Вход перегораживала громадная черная туша, и все трое, брезгливо переступив через нее, вошли в машину. Пластиковые покрытия стен были оплавлены, стоял нестерпимый запах гари - похоже, кто-то, отчаянно сопротивляясь, орудовал огнеметом прямо в транспортере. Здесь же лежали три страшно изуродованных человеческих тела. Перевернув одно из них лицом вниз, Бишоп указал на сохранившуюся нашивку с именем на форменной куртке. Капрал Ланской. Через все тело тянулись три глубокие рваные раны, нанесенные когтями Чужого. Невидящие глаза с неестественно расширенными зрачками выражали такой дикий ужас, что Семцова невольно отвернулась. 	- Похоже, что в живых не осталось вообще никого. - Бишоп посмотрел на Ильина, и их взгляды встретились. Медтехник выглядел не лучшим образом, и чувствовалось, что он на грани истерики. Еще несколько секунд, и он взорвался бы, но вдруг из кабины донеслось слабое шуршание и тихий стон. "Живой!" - мелькнуло в голове Семцовой, и она не раздумывая бросилась в сторону, откуда пришел звук, забыв о том, что встретить ее может и не человек. 	Это был человек. На полу кабины транспортера, наполовину заваленный какими-то ящиками, лежал единственный уцелевший в этой страшной бойне. Стон прозвучал заново, и все трое, раскидав придавивший солдата хлам, вытащили его на относительно свободное место. Одежда и волосы были опалены, от бронежилета остались лишь жалкие обломки, а через всю правую половину груди тянулась огромная рана. 	- Андрей, где здесь может быть аптечка первой помощи? - быстро спросила Семцова, склоняясь над раненым. 	Ильин, бывший профессионалом в своем деле, мгновенно забыв о всех переживаниях, кинулся к одному из стенных шкафов, выбил прикладом не поддавшийся с первого раза оплавленный замок и вытащил голубой ящичек со знакомым изображением змеи, обвившей жезл Меркурия. Содрав с пострадавшего остатки одежды, медтехник вскрыл пакет с антисептиком, посыпал им рану и заклеил ее широким пластырем, моток которого также нашелся в ящике. 	- Необходимо перенести его в нашу машину,- проговорил Андрей, вводя обезболивающее. - Его нельзя оставлять тут. Думаю, что я сумею привести его в сознание. 	- Так и сделаем, - кивнула Семцова. - Ну, беремся? Бишоп, ты прикроешь нас в случае чего. 	На импровизированных носилках, сооруженных из найденных пластиковых мешков, уцелевшего вынесли из разгромленного броневика и под бдительной охраной Бишопа дотащили до своего транспортера. Наглухо заперев люк и отправив Бишопа в кабину следить за обстановкой, Семцова с Ильиным занялись раненым. Семцова выдвинула из стены некое подобие скамьи, куда положили военного, пристегнув для верности ремнями. Ильин подключил к руке лежащего человека биомонитор и диагностер, и вскоре на миниатюрном экране высветился текст. Прочтя, Ильин повернулся к Семцовой. 	- Все, что может показать эта машина, она показала. У него, - Ильин кивнул в сторону пострадавшего, - сотрясение мозга и тяжелая кровопотеря. Следов какого-либо отравления нет. Не знаю, как он выжил в этой заварухе... Сейчас попробую влить в него плазмо-заменитель и регенерирующий раствор. - Андрей достал из сумки пластиковые флаконы, наполненные желтоватой жидкостью, и, нацепив на руку раненого инъектор, вставил трубки от флаконов. - Это приведет его в чувство минут за десять, - закончил он с видом человека, знающего свое дело. 	- Отлично, спасибо тебе, Андрей, - потрепала его по плечу Семцова. - А я пока отлучусь к Бишопу. - Она поднялась, поправила сбившийся на бок бронежилет и прошла в кабину, освещенную лишь призрачным зеленоватым светом мониторов. 	- Ну, что с нашим счастливцем? - обернувшись на шорох ее костюма, спросил Бишоп. 	- Прямой угрозы жизни нет. Андрей обещает привести его в сознание минут через десять. Что у тебя? 	- Ничего, - Бишоп пожал плечами. - Местные жители не появлялись, на экранах все чисто, но...- Бишоп сделал паузу,- сенсоры уловили звуки, исходящие от корабля, и компьютер расценил их как выстрелы. 	- Это означает, что еще кто-то жив? - Глаза Семцовой вспыхнули надеждой. - Бишоп, боюсь, нам придется идти внутрь. Хотя особого желания делать это я не ощущаю... 	- Придется так придется, - равнодушно пожал плечами андроид. - Только наше вооружение, мягко говоря, оставляет желать лучшего. В разбитом транспортере я заметил две "умные винтовки". Если они не повреждены, вы сумеете управиться с таким оружием? 	- Если потребуется, сумею, - решительно ответила Семцова и потянулась за наушниками. Набрав код, она вызвала на связь челнок, и на вспыхнувшем сверху экране появилось лицо Логинова. 	- Привет, Мария! - Голос врача в наушниках звучал чуть приглушенно.- Какие новости? 	- Плохие,- коротко ответила она.- Весь взвод капрала Ланского погиб. Здесь случилось настоящее побоище с этими тварями. В живых остался только один, Андрей пытается помочь ему. 	Лицо врача помрачнело. 	- Я же предупреждал, что так и будет, - тихо проговорил он.- Про Казакова и его людей что-нибудь известно? 	- Нет. Может быть, мы сумеем узнать о них у подобранного нами солдата. 	- Вы возвращаетесь? - с надеждой спросил Логинов. 	- Нет. Боюсь, нам придется совершить экскурсию в глубь корабля, как бы опасно это ни было. 	По лицу доктора было заметно, что он очень хотел посоветовать Семцовой обратиться к психиатру, и как можно скорее. Но все же врач сдержался. 	- Поступайте как знаете, - с некоторым раздражением в голосе ответил он. - Но предупреждаю - через сутки мы улетаем. Сержант Фарелл уже начал приходить в сознание, - и, помедлив, добавил уже мягче: - Я не для того спасал вам жизнь, чтобы вы отдали ее даром. Желаю удачи. 	Экран погас, и Семцова сняла наушники. Впереди была неизвестность и армия чудовищ, поджидавших на каждом шагу. Но менять свои планы Семцова не стала бы - не в ее это характере. 	- Я буду с вами до конца, Маша, - неожиданно нарушил паузу Бишоп. - Обещаю это твердо. 	- Спасибо. Я давно хотела тебе сказать, что ты - не робот. Ты - человек. Роботы там, на "Патне", - Семцова ткнула пальцем в потолок. 	- Взаимное спасибо. Андроидов редко принимают всерьез, думая, что мы лишь грубая подделка под вас, людей. Вы первая после Эллен Рипли, кто признал во мне личность, стоящую наравне с вами. - Бишоп пристально посмотрел на Семцову. - Ладно, пойдемте посмотрим, как там дела у мистера Ильина и его подопечного. 	Пока они разговаривали, Андрей приложил все свои профессиональные знания медицинского техника первого класса, и когда Бишоп с Семцовой вошли во вместительный пассажирский отсек транспортера, то увидели аккуратно перевязанного человека, цвет кожи десантника сменился с синевато-белого на нормальный розовый. Он был уже в сознании и с нескрываемым удивлением смотрел на насупившегося медтехника, возившегося с забарахлившими биомониторами. Семцова подошла ближе. 	- Ну как вы? - фальшиво бодрым голосом спросила она. 	- Отвратительно, - поморщился десантник. - Откуда вы здесь? Кажется, я узнаю вас. Ведь вы - консультант-ксенолог? Мария Семцова? 	- Да,- она кивнула головой.- Что произошло здесь, и как ваше имя? 	- Ну, во-первых, где я? - задал встречный вопрос раненый. 	- Рядом с вашим разгромленным транспортером. Как ни тяжело мне говорить подобное, но, похоже, вы единственный, сумевший выжить. Мы приехали к вам на помощь, но опоздали. Мне очень жаль. - Семцова смущенно развела руками. 	Десантник ничего не сказал и запрокинул голову назад. По лицу было видно, как тяжело ему было услышать такие слова, но все же, переборов боль душевную и физическую, он поднялся на одном локте и представился: 	- Рядовой второго класса Вадим Шмарцев, был во взводе капрала Ланского. Казаков распорядился ждать его здесь... Там наверху есть дополнительный выход из этого проклятого звездолета. Наши должны были выйти оттуда. Мы связывались с Казаковым минут за десять до того, как на нас напали эти зверюги. Казаков вступил с ними в бой и отходил внутрь корабля - это все, что я о нем знаю. А потом...- Шмарцев запнулся и, вновь сделав над собой усилие, продолжил: - Потом Чужие стали вылезать из отверстий в корабле. Наружная охрана была смята сразу, нам удалось запереться в транспортере и стрелять из башенного оружия. Мы уложили не меньше полусотни Чужих, потом они взломали задний люк и уничтожили почти всех. Некоторых унесли с собой. Я видел... - Он подавил вздох и замолчал. 	- Как ты остался жив? - тихо спросил стоящий поодаль Бишоп. 	- Как? Я стрелял из смарта через центральный иллюминатор. Зверюга наскочила сверху, просунула в окно лапу и зацепила за бронежилет. Вы сами знаете, какие прочные эти бронежилеты, а он разлетелся от когтей на куски... Видимо, зверь ранил меня когтем,- Шмарцев взглядом указал на перевязанную рану. - Потом что-то взорвалось, меня отбросило, и больше я ничего не помню. - Он откинулся на спину и закрыл глаза. 	- Знаете, его сейчас лучше не беспокоить,- озабоченно сказал Ильин, глядя на Машу. - Пускай отдыхает. Я накачал его обезболивающими и транквилизаторами, он должен уснуть. 	- Пускай, - согласилась Семцова и, повернувшись к Бишопу, сказала: - Ну, собирайся, надо идти. 	- Куда идти? - в панике вскричал Ильин. - Куда вы собрались? Надо сматываться отсюда, пока Чужие не вернулись! 	- Мы идем внутрь корабля, - твердо ответила Семцова. - Ты остаешься здесь, будешь наблюдать за ним, - она указала на Шмарцева и взглянула на таймер: - Если не вернемся через двадцать часов, уезжай и улетай с этой планеты. Вездеход крепкий, на иллюминаторы опустишь бронещиты. Будет нападение - отстреливайся из башенного пулемета. 	-г А вы видели, что Чужие сделали с тем транспортером? - заорал Ильин.- Я не желаю такой смерти! 	- А я сказала, что ты будешь ждать нас здесь! - прорычала Маша, хватая медтехника за грудки и как следует встряхивая. - Понял? 	По лицу Семцовой было видно, что она не шутит, и Ильину осталось только согласиться. Печально вздохнув, он лишь махнул рукой, снова присел к скамье, на которой лежал Шмарцев, и стал угрюмо менять пустой флакон с плазмозаменителем на новый. 	- Мария Викторовна, - неожиданно поднял голову он, - искренне надеюсь, что все пройдет благополучно. 	- Спасибо, Андрей. - Семцова распихивала по карманам оставшиеся магазины от винтовок. - Правда, если честно признаться, мне так не кажется. 	- Слишком пессимистичное настроение для такой смелой женщины, как вы. - Бишоп был уже полностью готов и даже предусмотрительно захватил заплечный ранец с несколькими пакетами еды.- Но в сложившейся ситуации, с точки зрения робота,- он усмехнулся, - наши шансы уцелеть могут оцениваться, как два к эн в степени эн. Ума не приложу, откуда в этом звездолете такое количество Чужих. На мой взгляд, их не менее нескольких сотен. 	- На месте разберемся, - ответила Семцова и, взяв винтовку, повесила ее на плечо.- Ну, пошли? 	Бишоп молча подошел к люку, мельком взглянул на индикатор движения и нажал кнопку. Стальная плита плавно поползла вверх. 	- Пока, Андрей, - Семцова махнула рукой. - Жди нас и не вешай нос! - Удачи! - буркнул Ильин, наблюдая, как Бишоп и Семцова выбираются наружу в промозглую мглу ахеронтской ночи. Как только они вышли, он запер задний люк, кинулся в кабину и, нажав несколько кнопок, опустил бронещиты на иллюминаторы, после чего вездеход стал похож на небольшую неприступную крепость. Неприступную для человека...

	ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ 	Ветер снаружи вновь усилился, и Маша была готова от всего сердца поблагодарить Бишопа за его предусмотрительность. Десантные костюмы, в которые они были одеты, оказались достаточно теплыми и прекрасно защищали от хлеставшего ледяного ливня. Перебираясь через завалы черных тел Чужих, Бишоп не сводил глаз с индикатора движений, пока успокаивающе молчавшего, а его спутница освещала фонариком дорогу к искореженному транспортеру. По сторонам она старалась не смотреть, но взгляд невольно выхватывал среди мертвых Чужих тела людей в залитой кровью десантной форме. "Они дорого отдали свои жизни",- подумала Семцова, поспешно отводя глаза от трупа десантника, все еще сжимавшего в руках оружие, от которого, видимо, нашел свою смерть громадный монстр, скрючившийся рядом. Кислотные брызги разлетавшейся в клочья плоти монстра от попадания разрывными пулями залили человеку лицо и грудь, ткани шеи едкая жидкость разъела почти полностью. 	- Бишоп, пойдем быстрее,- умоляющим тоном попросила Семцова, и андроид ускорил шаг. Вскоре они забрались в разгромленный вездеход, и Бишоп по-хозяйски стал отбирать еще годное к употреблению оружие. Более всего его интересовали уцелевшие смар-ты. Пошарив по помещениям машины, Бишоп принес и свалил на свободное место на полу три грозных орудия, равных по мощи которым конструкторы ручного оружия еще не создавали. 	Семцова, пристроившаяся в уголке и старавшаяся не смотреть в сторону, куда Бишоп перетащил тела людей, нашедших здесь свою смерть, привстала и подошла к андроиду: 	- Что скажешь? 	- Пока не знаю.- Бишоп присел на корточки, взял один из смартов и, вынув блок с микросхемами, внимательно осмотрел его. - Этот вроде бы не поврежден, но магазин пуст. Проверим остальные.- И Бишоп, осторожно отложив тяжелый смертоносный аппарат, взялся за следующий и сразу же отрицательно покачал головой. Поисково-определительное устройство было разбито, стабилизирующая подвеска повреждена каплями кислоты и не функционировала, экран прицела растрескался. Словом, этот смарт был годен только на металлолом. Третий находился в еще худшем состоянии, и, таким образом, у них оставалось только одно неповрежденное орудие. 	- Знаете, Мария Викторовна,- поднимая глаза, сказал Бишоп,- думаю, что этот... э-э... агрегат придется взять мне. Я все же гораздо внимательнее, да и реакция у меня получше. 	Семцова пожала плечами: 	- Бери, мне хватит винтовки и огнемета. Между прочим, как обращаться с огнеметом? И кстати, ты нашел к нему обоймы? - Маша кивнула на исправный смарт. 	- Да, их было достаточно. Если бы Чужие не взломали входной люк, взвод Ланского мог бы продержаться гораздо дольше. 	Пошарив по стенным шкафам, Бишоп нашел небольшой автоматический диагностер и, прогнав оружие через последнюю электронную проверку, остался доволен. Все системы смарта работали так, словно он только что сошел с конвейера. Бишопу осталось только вставить питающие электронику батареи и вложить обоймы. Закрепив оружие на поясе, пару раз проведя тяжелым дулом вверх-вниз, вправо-влево, он торжествующе улыбнулся и, посмотрев на Семцову, произнес: - Ну вот, кажется, две машины слились в одну. Думаю, что сумею с ним управиться, - и добавил уже более серьезно: - Надо идти, неизвестно сколько времени мы будем блуждать в этом чертовом звездолете, а, - он бросил взгляд на таймер, - через двадцать часов челнок стартует. 	- Да, мне тоже не очень-то хочется оставаться на этой гостеприимной планетке, - ответила Маша, поднимаясь. - Идем, хотя нет, подожди. - Она хлопнула себя по лбу, словно что-то вспомнила, и кинулась в кабину. Несмотря на царивший там хаос, передатчик был цел, и Семцова, надев наушники, поднесла было пальцы к рукояткам настройки, но обернулась к стоящему у входа Бишопу. - Слушай, по какому каналу вызывается наш транспортер? - Она кивнула в ту сторону, где в паре десятков ярдов стоял их вездеход. 	- По четырнадцатому,- мгновенно ответил Бишоп. - А что вы хотите? 	- Сейчас узнаешь. - Мария Викторовна, набрав код, стала ждать ответа. Ильин откликнулся мгновенно. 	- Эй, Андрей, это Семцова, как вы там? 	- Да ничего,- последовал короткий ответ.- Где вы находитесь? 	- Рядом. Послушай, растряси этого Шмарцева и любым способом узнай, на какой частоте они связывались с Казаковым. Понял? 	- Хорошо, сейчас. - Голос в наушниках смолк, и был слышен только тихий треск помех. Семцова напряженно ждала, Бишоп, как обычно, бесстрастно стоял позади, придерживая одной рукой тяжелый смарт. Наконец Ильин ответил: - Маша, вы меня слышите? 	- Да, да, говори! 	- Шмарцев сказал, что все военные передатчики настроены на постоянную частоту, но номер канала он не помнит. Если вы найдете в транспортере хоть один исправный аппарат, то сможете говорить с Казаковым, - и после короткой паузы добавил: - Если он еще жив... 	Семцова резким движением выключила рацию и обвела взглядом кабину. Ничего. 	- Бишоп, надо найти десантный передатчик. Уверена, что здесь есть хоть один. 	- Конечно. - Бишоп издал звук, похожий на вздох, и, повернувшись, вышел в грузопассажирский отсек. Семцова последовала за ним. На полу валялась чья-то каска, так и не защитившая своего обладателя от сокрушительной ярости Чужих. Андроид, подняв ее, снял с левой стороны небольшой прибор со встроенным микрофоном. 	- Вот, - протянув руку, он показал Семцовой найденное устройство. - Дайте вашу каску. 	Женщина взяла лежащий на одной из полок шлем и протянула Бишопу. Сняв аналогичное устройство, он быстро прикрепил найденный передатчик к шлему, а потом стал настраивать свой на его частоту. Андроид медленно вращал ручку настройки, и вскоре в наушниках его каски коротко пискнуло. 	- Надевайте! - скомандовал Бишоп, и Семцова, нацепив шлем, закрепила его и вопросительно посмотрела на синтетика. Тот нажал на миниатюрную кнопку под козырьком каски, и в динамиках возник его голос: - Ну, слышно? 	- Да, Бишоп, спасибо. Ты уверен, что это именно та волна, на которой ведут переговоры военные? 	- Безусловно. Я снял передатчик со шлема одного из погибших и соответственно настроил свой на нужную волну. Если Казаков или кто-либо из его людей живы, то, возможно, мы сумеем связаться с ними. Правда, отсюда это сделать вряд ли удастся. Посмотрим, что будет внутри корабля. Ну как, вы готовы? 	- Да, - кивнула головой Семцова, и они направились к выходу. 	- Маша, у меня к вам имеется одна просьба,- Бишоп неожиданно задержал ее за рукав,- если мы встретим там существ, похожих на зверя, вертевшегося возле челнока, сначала подумайте, а потом стреляйте. Разум мне подсказывает, что они настроены миролюбиво к людям. Вспомните, как Чужой спас вам жизнь. 	Семцова как-то странно посмотрела на андроида и, ничего не ответив, нырнула в отверстие люка. Бишоп последовал за ней, осторожно придерживая смарт. 	На Ахеронт опустилась ночь. В непроглядной тьме с трудом можно было различить возвышавшуюся впереди скалу, над которой нависал неясный гигантский силуэт - пятно абсолютного мрака. Дождь хлестал с прежней силой, ветер почти валил с ног, ботинки скользили в липкой и жидкой грязи, в которую превратилась пыль. Оглянувшись, Семцова увидела позади только смутное мерцание габаритных огней транспортера, казавшегося громадным бесформенным валуном. 	Карабкаться вверх по ставшим скользкими от влаги каменным нагромождениям было утомительно, неудобный бронежилет и тяжелое оружие страшно мешали, и Семцова неминуемо несколько раз упала бы, не приди на помощь быстрая и твердая рука Бишопа. Вскоре подъем стал настолько труден, что пришлось отыскать под особенно большим камнем укрытие от дождя и ветра, чтобы немного передохнуть. 	Последние метры дались Семцовой с таким трудом, что она, выбравшись на относительно гладкую площадку возле уходящей ввысь стены корабля, привалилась к его обшивке и замерла, пытаясь отдышаться. Бишоп же выглядел так, будто не было утомительного и тяжелого подъема - андроиды всегда были бодры и неутомимы. Что ж, кое в чем биороботы превосходят людей... 	Чтобы не срывать голос, перекрикивая ветер, они общались только через переговорные устройства в шлеме, благо батареи были заряжены полностью. 	- Ну как, можете идти дальше? - прозвучал в наушниках голос Бишопа. 	- Пожалуй, да. - Семцова с трудом оторвалась от стенки корабля и косо посмотрела на андроида: - Что-нибудь есть? 	- Нет. Индикатор движения молчит, а в инфракрасном диапазоне только легкое свечение от обшивки этого сооружения. Похоже, поблизости нет ни единого Чужого. Идемте. - Бишоп подал женщине руку, и они направились к зияющим в корпусе отверстиям. 	Три точно таких же отверстия, как и в хвостовой части звездолета, вели внутрь. Андроид осторожно посветил фонариком, сверился с индикатором. Если доверять прибору, то поблизости не находилось никаких живых существ. "Входящие, оставьте упованья", - вспомнились Семцовой слова Данте, когда они оказались перед округлыми проходами. Но, отметя все сомнения и страхи, она решительно шагнула в неизвестность. 	Всеохватывающего первобытного страха, испытываемого раньше перед Чужими, Семцова теперь не ощущала. Ей подумалось, что человек способен привыкнуть ко всему, даже к невозможному. Сейчас она видела в Чужих только врагов - опасных, хитрых, умных. Но с ними можно было бороться. Семцова прошла через все отрицательные чувства к Чужим - через ужас, ненависть, отвращение, злобу. Сейчас оставалось только ощущение врага, которого следовало уничтожить. Да, пускай они разумны, пускай Чужие где-то в отдаленном безвестном мире создали свою, совсем не похожую на земную, цивилизацию, но в этом мире, мире людей, нашлись особи, возжелавшие использовать чужое воплощение смерти в целях, которые могут поставить под угрозу существование их собственной цивилизации. 	С максимальной осторожностью они прошли через отверстия шлюзов и оказались в небольшом квадратном помещении. Правда, квадратным его можно было назвать только с большой натяжкой - все углы были закруглены. В дальнем конце темнела арка, а за ней в свете фонариков просматривался уходящий вверх и влево проход. Посветив на пол, Бишоп неожиданно нагнулся и окликнул Семцову: 	- Посмотрите сюда. - Он указывал на пол. В темном слое пыли ясно отпечатался след рифленого десантного ботинка. Проведя лучом фонаря по полу, они обнаружили еще несколько аналогичных оттисков, среди которых вплетались совершенно непонятные отпечатки, отдаленно походившие на следы огромной птицы.- Или люди Казакова, или кто-то из команды капрала заходили сюда,- констатировал андроид.- Кстати, и наши с вами общие знакомые тоже успели наследить. Однако ума не приложу, почему часть следов на полу... Чужие же предпочитают передвигаться по потолку. 	При этих словах Семцова по привычке подняла фонарь и осветила верхнюю часть помещения, подсознательно ожидая увидеть там хорошо знакомые ребристые 	тела, готовящиеся к нападению. Но потолок был вопиюще пуст и лишь слегка отливал серым. 	- Не пугайтесь, - успокоил ее Бишоп. - Рядом никого нет. Зато вот там, - он ткнул в сторону прохода в глубь корабля, - нас может поджидать множество неприятных сюрпризов. 	- Приятных или нет, а идти все равно надо, - решительно заявила Семцова и направилась к темной дыре. Бишоп обогнал ее и бросил через плечо: 	- Двигайтесь сзади. Все-таки у меня смарт и индикатор движений. Если мы хотим выбраться отсюда живыми, то должны соблюдать минимальные правила безопасности.- И он первым шагнул в темноту, выставив перед собой дуло смарта. 	Проход оказался небольшим, его высота немногим превышала рост человека. Сразу за поворотом начался резкий подъем, но подошвы почему-то не скользили по гладкому, точно стеклянному покрытию пола, и через пару минут луч фонаря Бишопа высветил отверстие, выводящее в какое-то большое помещение. Он помог Семцовой выбраться из туннеля, и, когда она огляделась, ей показалось, что сердце вот-вот выскочит у нее из груди. Стены, покрытые толстыми слоями причудливо застывшей слизи, какие-то обломки, тихо похрустывающие под ногами, и повсюду - неподвижные завалы из громадных черных тел Чужих... 	- Похоже, Казаков наткнулся на здешних тварей и попытался уйти через этот проход,- сдавленным голосом сказала Маша, указывая на отверстие, из которого они только что выбрались. 	- Может быть, - пожал плечами Бишоп и склонился над ближайшим мертвым монстром. Затем посветил на пол, прошел по галерее чуть дальше и вернулся назад.- Рад сообщить, что вы ошиблись. Эти существа погибли уже давно. Я нашел следы от ботинок десантников, они ведут вон туда, - он махнул куда-то в глубины галереи.- Кажется, еще не все потеряно. Идемте быстрее. И кстати, включите передатчик - вдруг они нас услышат. 	На ходу Семцова включила рацию и нажала кнопку вызова. 	- Казаков, отвечайте, это Семцова, ответьте! - несколько раз прокричала она в микрофон, но в ответ донесся настолько сильный рев помех, что пришлось выключить переговорное устройство, чтобы не оглохнуть.. Семцова озадаченно посмотрела на Бишопа. 	- Полное молчание. И послушай сам - такие помехи не могут идти от внешнего излучения, на поверхности рация ведь работала нормально! 	Андроид включил свой передатчик, прислушался, а затем растерянно признался: 	- Ничего не понимаю. Возможно, где-то на корабле находится источник, создающий подобные шумы, но Шмарцев ведь говорил, что они связывались с группой Казакова без всяких проблем. Не могла же здешняя атмосфера внезапно отказаться проводить радиоволны? 	- Ладно, - удрученно сказала Семцова. - Двигаемся дальше. Может, потом выясним, в чем тут дело. Но учти, в иноземной технике я совершенно не разбираюсь. 	- Можно подумать, я каждый день разгуливаю по космическим кораблям инопланетян, - отозвался Бишоп, и туг его внимание привлек тихий писк индикатора движений. Две синие точки приближались сзади, и расстояние между ними и людьми быстро сокращалось. 	- К стене, светите туда,- скомандовал андроид, отталкивая Семцову к стене и включая прицел смарта. Маша, мгновенно вспомнив, что нужно делать, передернула затвор винтовки и направила луч фонарика в коридор позади них. Бишоп опустил с козырька каски инфракрасный визор. - Чужие! - мрачно сказал он. - Пока не стреляйте. 	- Быстро же они нас учуяли,- сквозь зубы проговорила Семцова, всматриваясь в рассеиваемую лучами фонарей тьму коридора. 	Через несколько секунд на потолке появились две передвигающиеся с огромной скоростью громадные черные фигуры, и андроид, загородив собой Семцову, поймал их в экран прицела и нажал на спуск. 	Слепящая полоса огня - и неимоверный грохот в клочья разорвал обступающую двоих землян тишину. Он длился всего пару мгновений, но Семцовой они показались часами. Наконец смарт умолк, а на пол обрушились два слабо подергивавшихся глянцевито-черных тела. 	- Быстро вперед, - Бишоп довольно невежливо подтолкнул застывшую на месте Семцову. - Боюсь, сейчас их тут будет сотня. 	- Куда "вперед"? - вдруг взвилась Семцова. - Мы даже не знаем, в какую сторону идти, вернее, где теперь Казаков и его люди! 	- Там, - андроид показал во тьму коридора. - Следы ведут туда. Или вы решили отступить? 	Это было уже слишком. Не отвечая, Семцова послушно побежала в указанном роботом направлении. Бишоп последовал за ней, поминутно бросая взгляды на детектор, но прибор пока не выдавал никаких тревожных сообщений. 	На всем протяжении коридора встречались завалы из трупов Чужих, проход постепенно поднимался вверх, а запах разложения усиливался до совершенно невыносимой вони. Семцова периодически включала коммуникатор, однако в наушниках по-прежнему звучал вой и скрежет помех, и ничего больше. Бишоп порой освещал фонарем пол и с удовлетворением отмечал, что кое-где слизистые образования на полу раздавлены тяжелыми ботинками. Значит, они идут в правильном направлении. 	Через несколько десятков метров стены галереи внезапно очистились и стало светлее - словно из самих стен и потолка лился ровный голубоватый свет, недостаточно яркий, чтобы видеть все в деталях, но силуэт идущего рядом Бишопа просматривался четко. 	- Мария Викторовна,- неожиданно дернул он ее за рукав.- Посмотрите сюда! 	То, что Семцова издалека приняла за какую-то темную бесформенную массу, оказалось огромным скоплением тел мертвых существ. Разбрызгавшаяся кислота проела пол, и, чтобы подойти к этому кладбищу, приходилось обходить многочисленные дыры с оплавленными краями. 	- Боже мой...- только и сумел проговорить Бишоп, когда они оказались совсем рядом. - Без сомнения, это работа людей Казакова. 	Все мертвые Чужие оказались точными копиями небольшого существа, с которым андроиду удалось на краткий срок завязать подобие контакта: раздробленные пулями панцири, отливающие серебристо-металлическим цветом; куполообразные вытянутые черепа, прикрывающие туловище, да и сами Чужие размером не превышали человека. Все тела были свалены одной большой кучей, и лишь несколько мертвых чудищ лежали отдельно. Бишоп подобрал несколько неразорвавшихся пуль и показал их Семцовой. 	- Вот вам неоспоримое свидетельство того, что здесь побывал лейтенант Казаков. У меня складывается впечатление, что этих существ методично расстреляли, а они даже не пытались напасть или убежать, а просто сидели скопом в одном месте. И кстати, туг нет следов человеческой крови и ни одного погибшего человека...- Он помолчал и печально добавил: - Боюсь, что с этой цивилизацией контакт у людей теперь не получился... 	Семцова перевела взгляд на андроида: 	- Послушай, вспомни колонистов, погибших на этой планете! Полторы сотни несчастных людей. - Она сама удивилась злобным ноткам, зазвучавшим в ее голосе. - Эти скоты не очень-то считались с нашей цивилизацией. И поверь, я ничуть не жалею о произошедшем здесь. 	Бишоп молча выслушал эту короткую, но, на его взгляд, слишком эмоциональную речь и лишь развел руками. Немой язык человеческих жестов был изначально заложен в его личной программе, а общаясь с людьми, он невольно перенимал их движения, выражавшие те или иные эмоции. Да, он прекрасно понимал, что у этой женщины есть все причины так говорить, но какая-то часть его биоэлектронного разума подсказывала, что на маленькой, позабытой всеми гшанетке произошло столкновение двух сил - человеческого интеллекта и разума Чужих, воплотившегося в этих жутких на вид существах. Он не сомневался, что Чужие, чьи тела почти полностью загораживали проход, были носителями новой, неизвестной ранее духовной силы, способной постигать и познавать, такой же, какой обладал сам Бишоп и окружавшие его люди, силы, именуемой разумом. После короткого и несчастливо завершившегося контакта с одним из этих существ Бишоп не сомневался, что общество людей столкнулось на Ахеронте с представителями другой, абсолютно чуждой и таинственной цивилизации, волей случая заброшенной в этот мир. И даже не одной, а двух, если принять предположение, что нашедший здесь свое последнее пристанище космический корабль сотворен руками неких третьих существ, уже давно погибших и не оставивших о себе никакой памяти. 	Самой неразрешимой загадкой для Бишопа оставался тот факт, что Чужие, уничтожившие колонию Хадли, и те, что лежали сейчас изуродованными трупами у его ног, несомненно относились к одному и тому же биологическому виду, однако при этом вели себя по-разному и пусть не слишком разительно, но все же отличались друг от друга внешне. 	Но ведь и обезьяна похожа на человека, хотя пропасть между этими двумя представителями класса приматов огромна. Не в этой ли аналогии может крыться разгадка? 	- Мисс Семцова, давайте не будем тратить время на пустые споры. - Бишоп повернулся к взбудораженной женщине. - Наша задача - поскорее отыскать лейтенанта с его людьми и выбраться отсюда. 	- Ты прав,- быстро согласилась Маша, чувствуя, что зря затеяла разговор о том, кто больше виновен в случившемся, и вопросительно взглянула на андроида: - Куда дальше? 	- Сюда. - Бишоп стал осторожно перебираться через жутковатую баррикаду, загораживающую проход. Семцова последовала за ним. Следующие метры, пройденные по широкому коридору, показали, что побывавшие здесь люди стали поспешно отходить в глубь корабля: смазанные отпечатки военной обуви вели вперед. Призрачный голубоватый свет, исходивший от стен и потолка, чуть усилился, а от основного коридора стали отходить вправо узкие, более темные туннели. Никакого движения воздуха не ощущалось, но дышалось достаточно легко: видимо, система вентиляции каким-то образом еще проводила наружный воздух в недра корабля. Абсолютная тишина нарушалась только звуками их |шагов да тихим потрескиванием, исходившим от включенной системы наведения и прицела смарта, висевшего на плече у Бишопа. Пол галереи по-прежнему поднимался вверх, и, по прикидкам Семцовой, они уже поднялись до половины высоты корабля. Вскоре тоннель резко свернул вправо, дав понять, что начинается изгиб "подковы", а за поворотом обнаружился наглухо закрытый шлюз. Перед ним тоннель расширялся, образуя небольшую залу с куполообразным потолком. 	Но что удивило Машу более всего - нигде по пути не встретилось ни одного технического приспособления. Только голые, слабо светящиеся стены да толстый слой неизвестно как сюда попавшей пыли на полу. Четырехстворчатый шлюз был первым явно механическим устройством. 	Здесь создатели корабля почему-то отошли от своего пристрастия к скругленным формам. Все четыре плотно сходившиеся друг с другом стальные лопасти, словно выраставшие из стен, имели вид треугольников. Да и сами очертания шлюза лишь отдаленно напоминали овал; скорее это был прямоугольник со слегка сглаженными углами. Когда Семцова и Бишоп подошли к темным, в отличие от окружавших их светлых стен, плитам, стараясь не затаптывать четкие следы многих людей, то выяснилось, что они заканчиваются непосредственно у шлюза. Андроид обнаружил рядом с отпечатками ног людей и свидетельства пребывания Чужих - несколько свежих слизистых подтеков на стенах. Да и пыль кое-где была примята вовсе не человеком. 	- Без сомнения, Казаков и его отряд, спасаясь от преследования, прошли здесь, а тот факт, что наши зубастые знакомцы гнались за ним, очевиден. - Бишоп дотронулся до еще не застывшего комка слизи и сразу же вытер руку. - Кстати, это был тот вид, с которым я имел дело в Хадли, - большие черные твари. 	- Почему ты так считаешь? - удивилась Семцова. 	- Посмотрите,- андроид указал дулом смарта на стену. Действительно, всего в нескольких метрах от них на мерцающих голубым светом покрытиях стен остались отметины от пуль, а на полу валялся осколок черного панциря. - Видимо, отступая, они просто ранили одно из нападавших существ, - все еще осматривая зал, заметил Бишоп. - Кстати, обратили внимание, что мы не нашли ни одного мертвого Чужого? И еще. - Он повернулся к Семцовой. - Как только мы подошли к этому месту, забарахлил прицел смарта, да и индикатор движений тоже не в лучшей форме. Вот, посмотрите. - Он вытянул руку с нацепленным на предплечье прибором. Семцова взглянула на круглый экран детектора. Ровные синие линии, ритмично пробегавшие по дисплею и изображавшие радиолучи, теперь были смазаны, а счетчик расстояния до объекта движения, точно сойдя с ума, выдавал все новые и новые, но абсолютно не имевшие ничего общего с реальностью цифры. Бишоп отцепил прибор с рукава и передал его Семцовой: 	- Попытайтесь засечь меня. Должен появиться розовый сигнал.- Он отошел на несколько ярдов и не спеша прошелся по залу. Маша озадаченно следила за показаниями индикатора - ни звуковой, ни цифровой реакции не последовало. 	- Ну и что ты скажешь по этому поводу? - Она подняла глаза на подошедшего андроида. 	- Мощное электромагнитное излучение. Я чувствую его внутренними сенсорами. Не бойтесь, - добавил он, заметив легкий испуг на лице Семцовой. - Оно не оказывает на меня воздействия. Мой мозг и все электронные цепи защищены исключительно надежно и не выйдут из строя. Плохо то, что теперь мы похожи на слепых котят. На нас в любой момент могут внезапно напасть - это первое, и мы не можем заметить движения людей - второе. 	- В любом случае надо идти вперед. - Маша сама не верила, что говорит это. Все в ней кричало - надо уходить, бежать из этого механического чудовища, в чреве которого она оказалась, и делать это как можно быстрее! Оставаться тут - значит обречь себя на смерть, в когтях которой однажды уже довелось побывать. Но с языка слетали другие слова... 	Бишоп, как обычно, был невозмутим. 	- Вперед так вперед, но сначала надо открыть эту дверь. - Он подошел к шлюзу и еще раз быстро осмотрел его. Внимание андроида привлекла темная пластина, выступавшая из стены слева от прохода, и он осторожно начал ощупывать ее, пытаясь определить, не является ли она какой-нибудь разновидностью замка, как вдруг замер и сделал Семцовой знак не шевелиться. - Вы слышите что-нибудь? - прошептал он. Маша внимательно вслушалась и была вынуждена признать, что до нее не доносится ни единого звука,- гробовая тишина, окружавшая их, ничем не нарушалась. Только спустя несколько мгновений она сообразила, что имел в виду андроид. Из коридора, по которому они пришли, раздавалось очень тихое поскре-бывание, шуршание, а изредка - тихий писк. Звук постепенно нарастал, приближаясь, и Семцова судорожно стиснула винтовку, поняв, что они отрезаны. Впереди непробиваемые стальные плиты, а о том, что копошилось позади, думать не хотелось. Она достала из кармана пару гранат и сунула их за пояс. Когда кончатся боезаряды, можно будет бросить гранату себе под ноги... По крайней мере, это быстрая смерть. 	- Бишоп, ты сможешь его открыть? - быстро спросила она у андроида, продолжавшего возиться с темной пластиной. 	- Смотрите за выходом из коридора, и если что заметите - стреляйте, - не оборачиваясь, ответил Бишоп. Панель, как он уже определил, была не металлическая, а из какого-то пластика, и не исключено, что за ней скрывался ключ к запертой двери. Внезапно его пальцы наткнулись на маленький выступ сбоку, и андроид, не колеблясь, вдавил его в пластину. В этот же момент несколько Чужих появились на сцене, выйдя из левой кулисы. 	Семцова равнодушно отметила, что это были обычные черные Чужие-бойцы. Пальцы сами сбросили предохранитель, плотно обхватили оружие, и вот уже три тяжелых нескладных тела с душераздирающим писком рухнули с потолка на пол, разбрызгивая вокруг себя желтые кислотные струи, а сзади напирали новые и новые чудища. 	Раненым зверем взревел смарт Бишопа, гибельным свинцовым ливнем накрывая шевелящееся пространство коридора. Груда ребристых, искалеченных пулями трупов у входа в зал начала быстро увеличиваться в размерах, но остановить нескончаемый поток десятков и десятков монстров не смог даже смарт. Коридор был слишком широк, и вот уже несколько черных громадин сумели прорваться в зал и пулей взлетели по гладким как стекло стенам на потолок, а за ними устремились их сородичи. Казалось, их не может остановить ничто: ни стрельба из винтовки, ни лазер, ни даже ядерный взрыв. Чужие напоминали безумные машины, которые должны любой ценой выполнить заложенную в них программу, пусть даже ценой собственного существования. 	Семцова уже была готова схватиться за гранаты, когда сильная рука схватила ее за застежки бронежилета и рванула куда-то назад. От неожиданности Маша потеряла равновесие и несколько раз перекувырнулась на полу, не выпуская из рук винтовки. Мельком она заметила, что стены, окружавшие ее, внезапно потемнели. Пока рассудок безуспешно пытался осознать, что все-таки происходит, взгляд уловил Бишопа, зачем-то бьющего одной рукой по стене, а второй придерживающего свое смертоносное оружие, из толстого дула которого все еще вылетали полосы белого огня. 	Все прекратилось так же внезапно, как и началось. Семцову внезапно окружила непроглядная бархатная тьма, затихло постукивание панцирей и скрежет когтей Чужих, прекратился непереносимый рев оружия, но все это продолжалось лишь мгновение. Темноту разрезал яркий луч фонаря, и в ореоле такого близкого, земного света она увидела Бишопа и четыре плотно сомкнувшиеся стальные плиты за его спиной. 	- Тебе все-таки удалось... - полуутвердительно-полувопросительно прохрипела Маша и приподнялась на одном локте. Бишоп подошел и протянул ей руку, помогая встать. На какое-то время они оказались в безопасности, но что могло ожидать их в кромешной темноте нового коридора, было пока не ясно. Пока же Семцова машинально отряхнулась и вопросительно посмотрела на андроида.- Бишоп, каким образом...- медленно начала она, но Бишоп перебил ее: 	- Позже. Лучше оглянитесь вокруг. - Он обвел фонарем помещение. Семцова, ожидавшая увидеть десяток-другой монстров, приготовившихся к атаке, при его словах схватилась за винтовку, но Бишоп остановил ее руку. 	- Ну ничего себе... - Глаза Семцовой округлились, когда она всмотрелась в окружавшие ее стены. 	Этот коридор не поднимался вверх, как предыдущий, пол был ровным и без единой пылинки. Стены поднимались на высоту около пяти метров, но никакого сияния от них не исходило по одной простой причине: во всю видимую длину коридора, куда только достигал луч фонаря, на серых панелях мерцали различными цветами многочисленные символы, невесть что обозначавшие. Кое-где виднелись темные вогнутые экраны, вмонтированные в стены. Возможно, они являлись подобиями иллюминаторов, так как располагались только слева, а сам коридор, подчиняясь подковообразной конструкции корабля, уводил вправо и дальше постепенно расширялся. 	- Если это не центр управления, то я просто ничего не понимаю в технике, - пробормотал Бишоп. - И кажется, я начинаю кое о чем догадываться... 	- О чем? - озадаченно спросила Семцова. 	- Смотрите.- Андроид коснулся крайнего иероглифа, находящегося рядом со шлюзом и напоминавшего многолучевую звезду с небесно-голубой точкой в центре. Округлый потолок коридора начал медленно наливаться ровным белым светом, постепенно разгоняя темноту. Секунд через тридцать можно уже было выключить фонарик - настолько стало светло. При включенном освещении окружающее стало выглядеть еще загадочнее и внушительнее. 	- А теперь глянем, что показывают по телевизору, - невозмутимо сказал Бишоп, дотрагиваясь до белого знака под одним из больших экранов. Семцова не поняла, почему он выбрал именно этот иероглиф,- слишком он был сложным по сравнению с тем, с помощью которого андроид включил свет. О смысле первого знака мог бы догадаться и ребенок, настолько он был прост, а этот был непредставимым сплетением каких-то линий и завитков. 	Вогнутый экран мгновенно вспыхнул, и Маша без особого труда сообразила, что на нем изображено. На густо-синем поле белые линии очерчивали план звездолета, где они находились, или по крайней мере план этого этажа, так как их местонахождение отмечалось красной точкой. В некоторых местах на экране стояли такие же красные иероглифы, и один располагался совсем рядом с их коридором. Внезапно он поплыл по экрану, четко придерживаясь линий, обозначавших проход, из которого они только что выбрались. 	- Знаете, мисс Семцова, - задумчиво протянул Бишоп. - Кажется, мы нашли вещь, которая может в дальнейшем очень нам помочь. Вы помните, на "Патне" я показывал план челнока со схемой размещения живых организмов? 	- Да, конечно.- Семцова пока не слишком понимала, что к чему. 	- Смотрите.- Бишоп, стараясь не касаться экрана, пальцем начал показывать: - Вот здесь мы вошли в корабль. Видите, три прохода? - Маша кивнула. - Дальше мы направились по этому коридору, дошли до зала, повстречались с нашими черными приятелями, а затем вошли сюда. Ясно? 	- Да, и что? 	- Посмотрите внимательно на тот знак, что уходит по коридору назад, к выходу. Ого! Да он раздвоился! - И действительно, странный красный символ распался на два таких же: один заполз в боковой тупиковый коридор и замер на месте, а второй продолжил движение. - Это же отслеживание передвижений и наличия групп Чужих, а может, и отдельных особей! Они все обозначены одинаковыми символами! А мы с вами сейчас находимся в изолированном коридоре, выходящем, если верить плану, в какой-то огромный зал. Теперь взгляните.- Бишоп указал на значок, отличающийся от других: - Этот знак тоже красного цвета, однако он имеет другой вид. Он встречается только один раз, и я могу с уверенностью предположить: он означает людей. Живых людей! Ну-ка, прогуляйтесь по коридору в ту сторону! 	Семцова послушно промаршировала шагов десять, затем обернулась. 	- Ну что? - крикнула она Бишопу, зачарованно наблюдавшему за новым значком, появившимся на экране. Он был полностью идентичен тому, на который указывал Бишоп, и находился почти совсем рядом с указателем местоположения экрана. 	- Мои предположения оправдались. Идите сюда. - Он махнул рукой, и Маша почти бегом вернулась обратно и нетерпеливо потребовала: 	- А теперь, Бишоп, объясни мне все с самого начала. Как ты умудрился открыть шлюз? - Она с некоторой опаской покосилась на толстые стальные плиты, точно ожидая, что они откроются сами по себе и Чужие ворвутся в этот безопасный, по словам Бишопа, -отсек корабля. 	- Все оказалось проще, чем я думал, - начал андроид, все еще глядя на светящийся экран. - Логика простая: если Казаков и его люди прошли в этот коридор, значит, смогли открыть шлюз. То, что первоначально он был закрыт, очевидно - вспомните, сколько пыли скопилось в помещениях, по которым мы прошли, а тут стерильно, будто в операционной. Меня сразу заинтересовала темная панель на стене, и, появись Чужие пятью минутами позже, нам бы не пришлось расходовать боеприпасы. На пластине я нашел небольшой выступ, нажал на него - пластина сразу изменила цвет, и на ней появились три иероглифа. Похожие на те, что вы видите вокруг. Один из них и был ключом к двери и сработал, как только я дотронулся до него. Дальнейшее было, как говорится, делом техники - я втолкнул вас в коридор и запер дверь. Посмотрите, вот еще одна такая пластина, слева,- Бишоп указал на темневший на стене прямоугольник. 	- Ну хорошо, сейчас нам повезло, - сказала Семцова, выслушав пояснения андроида, - Как ты включил свет, мне тоже понятно, но расскажи, каким образом ты догадался, как включается экран? И не можешь ли объяснить, почему работают энергоустановки, ведь этот звездолет явно торчит здесь не одну сотню лет! 	- Насчет энергии сказать ничего не могу, а дело с экраном оказалось простейшим. Знак, включивший изображение, почти аналогичен тому, который открывалдверь, но к нему добавлено изображение корабля. Видите? 	Маша присмотрелась - и действительно, одной из составляющих сложного знака была крохотная темная подкова, в точности повторяющая очертания корабля. 	- Поняли? - Бишоп снисходительно улыбнулся. - Несложная шарада. Правда, единственная, которую мне удалось разгадать... Вряд ли эти символы можно назвать словами в нашем смысле этого понятия. Ладно, пускай во всем этом разбираются лингвисты и ксенологи, а мы должны решить, что нам делать дальше. 	- Как - что? - удивленно сказала Семцова. - Теперь мы знаем, где находится Казаков. Быстро смотаемся за ними и вернемся обратно. 	- Ага...- Бишоп снова уставился на экран.- Смотрите, мы сейчас в головной части корабля. Чуть дальше располагается огромный зал, а за ним переплетение непонятных ходов и коридоров. В одном из них и находятся люди. Судя по схеме, они почему-то стоят на одном месте, что довольно странно. Все помещения в этой части звездолета изолированы, и Чужих там нет, да и пробраться сюда они вряд ли смогут, если только не додумаются, как открывать шлюзы. 	- Бишоп, - чуть помолчав, тихо спросила Маша, - ты не понял, откуда здесь такое количество этих тварей? 	- Скорее всего, экипаж корабля был довольно многочисленным, и Чужие использовали всех хозяев звездолета как носителей своих эмбрионов. Другого объяснения я найти не могу... Разве что они перевозили большое количество взрослых особей, впавших после падения корабля на LV-426 в анабиоз. Идем дальше? 	- Да.- Семцова встрепенулась и, посмотрев на счетчик боезарядов в винтовке, сменила магазин - оказывается, она успела почти все израсходовать.- Ты запомнил схему, Бишоп? 	Андроид издал преувеличенно тяжкий вздох и укоризненно воззрился на консультантку: 	- Знаете, мисс Семцова, у нас, синтетиков, есть одна полезная особенность - мы запоминаем все, что видели и слышали, до мельчайших деталей. За время нашего общения вы могли бы к этому и привыкнуть. 	- Ладно, ладно, намек понят и принят к сведению, - отмахнулась Семцова. - Надо действовать побыстрее, у нас не так много времени в запасе. 	Бишоп уверенно двинулся вперед, и Семцова без: опаски последовала за ним. Ярко освещенный изгибающийся коридор постепенно расширялся, по левую руку то и дело попадались темные экраны, а стены были просто испещрены сотнями разноцветных иероглифов. Температура начала медленно подниматься, и вскоре стало довольно жарко, так что Семцова вся взмокла в своем тяжелом облачении, но не решилась снять даже каску: воспоминания о нападении Чужих в зале возле шлюза были слишком свежи, а замечание Бишопа о том, что Чужие могут догадаться открыть створки, никак не выходило из головы. Андроид же выглядел одинаково и при жаре, и при холоде и не обращал внимания на брюзжание Маши, заявлявшей, что скоро тут можно будет изжариться, только озабоченно оглядывался по сторонам да поглядывал на окончательно вышедший из строя индикатор движений. 	Коридор внезапно оборвался, и Бишоп, шедший первым, остановился, да так резко, что женщина врезалась ему в спину и уже хотела высказать все, что думает по поводу хваленой реакции и осторожности искусственных людей. 	Слова застряли у нее в горле, когда андроид молча указал рукой вперед. 	Громадный грузовой отсек "Патны", находившейся в невообразимой дали от планеты, показался бы спичечным коробком по сравнению с открывшимся их глазам пространству. Изогнувшийся плавным полукругом зал с типичным для здешней архитектуры куполообразным потолком, излучавшим бело-голубой свет, растянулся в длину не меньше чем на полмили, занимая весь изгиб "подковы". Вдоль стен зала один над другим протянулись три яруса проходов, а коридор, из которого вышли Бишоп и Семцова, выводил на самую верхнюю галерею. Подойдя к краю, Маша осторожно взглянула вниз и присвистнула от изумления: до дна зала было никак не меньше ста метров и оно терялось в туманной дымке, курившейся внизу. Как можно спуститься на нижние галереи, было неясно - поблизости она не заметила ни лестницы, ни чего-нибудь, хоть отдаленно напоминающего лифт. Семцова обернулась к андроиду, лицо которого по-прежнему сохраняло бесстрастное выражение, и слабым от волнения голосом спросила: 	- Ну и как тебе все окружающее? - Она еще раз обвела взглядом колоссальное помещение. 	- Любопытно,- спокойно ответил он.- Стоит спуститься вниз и осмотреть все повнимательнее. Кстати, обратите внимание, как красиво! 	Он показал куда-то влево, где над изгибом верхней галереи серебристо-голубым цветом мерцала гигантская трехлучевая звезда с неким подобием огромного бриллианта посредине. Металл или какой-то неизвестный материал, из которого она была выполнена, словно сам светился изнутри, а прозрачный камень даже в неярком свете переливался сотнями граней, разбрызгивая вокруг себя блики всех цветов радуги. 	- Красиво, - вздохнула Маша. - Но мы, к сожалению, пришли не для того, чтобы исследовать сооружение неизвестной цивилизации. Где проход, ведущий к людям? 	- Сейчас попробую сориентироваться. - Бишоп подошел к ближайшему темному экрану, вмонтированному в стену.- И кстати, схема, которую мы недавно видели, показывала наличие и перемещение живых объектов только на этом ярусе, а вот что творится внизу, пока мне неясно. Так что смотрите внимательнее по сторонам, или Чужие разнообразят наше общество.- И Бишоп начал внимательно изучать иероглифы под монитором, а Маша, приблизившись к краю помоста, на всякий случай привела оружие в боевое положение. Андроид, решив действовать, осторожно дотронулся до одного из значков под экраном, но добился только появления строчки, состоящей из сотни непонятных символов. После долгих манипуляций он что-то недовольно проворчал, и, оставив несговорчивый дисплей в покое, подошел к Семцовой. 	- Ничего не получилось, - извиняющимся тоном сказал он. - Для расшифровки нужен мощный компьютер с хорошей лингвистической программой, а схему этой части корабля мне никак не вызвать. Ни одного символа, похожего на знакомые нам. 	- Ты, кажется, говорил, что при твоей памяти мы отыщем Казакова без проблем, - чуть насмешливо напомнила Маша, 	- Я этого не отрицаю. Нам следует идти по этой галерее направо, во-он до тех проходов, - Бишоп указал на виднеющиеся в дальнем конце зала темные овальные отверстия.- Единственное, чего я опасаюсь, так это удара в спину. Чужие вполне могут подняться снизу. Человек, конечно, не сумел бы, а при их возможностях это пара пустяков, и опередить Чужих мы вряд ли сможем. Кстати, вам не стоит надолго задерживаться туг - в этом зале высокий фон гамма и альфа-излучения. Еще получите изрядную долю радиации... Все приборы, какие у нас есть, отказали, даже таймер. Я так подозреваю, что реактор и двигательные системы корабля расположены прямо под нами. 	- Странное инженерное решение,- мрачно ответила Семцова.- Впрочем, наша техника существам, построившим этого монстра, тоже бы показалась непонятной. 	Галерея, или, скорее, широкий помост, по которому они отправились к темневшим вдалеке отверстиям, был довольно большим - около четырех метров. Никакого ограждения по краям не имелось, зато по стене на высоте человеческого роста крепился металлический поручень, похожий на тот, что опоясывал стены в самом нижнем отсеке в хвосте корабля. Из огромного провала тянуло сухим жаром, с Семцовой пот лил в три ручья, но она не обращала внимания на подобные пустяки, поглощенная новыми впечатлениями. Еще бы, она - первая из людей (если не считать лейтенанта Казакова и его отряд) попала в самое сердце грандиозного создания разума, о существовании которого ее цивилизация и не подозревала. Ее удивляло многое, например то, что нигде не видно никаких кресел или сидений, везде только темные мертвые экраны да мерцание сложных символов-иероглифов. Их шаги гулко разносились по всему ярусу, и даже поскрипывание ремней бронежилета и позвякивание оружия усиливались во много раз. Больше никаких звуков слышно не было. 	Бишоп остановился рядом с овальными проходами в неизвестность и достал фонарик. Проходы, уводившие из главного зала, не освещались, и в них уже через несколько метров сгущалась непроглядная тьма. 	Все время, пока они шли сюда, Семцову терзала малоприятная мысль: люди (если они там есть) собраны в одном месте и не движутся. Слишком это напоминало кадры с третьего уровня процессорной станции Хадли, куда Чужие притащили все уцелевшее население колонии. Ей не хотелось даже предположить, что подобное могло произойти с Казаковым и его группой. 	- Бишоп, куда идти? - пересилив себя, спросила она переминавшегося с ноги на ногу андроида. 	- В центральный коридор и дальше налево во второй проход. Если верить плану, там должен быть небольшой зал, в котором и находятся люди. Правда, за это время они могли уйти... Однако мы их все равно разыщем. 	- Сомневаюсь, чтобы военные могли куда-либо уйти, - едва слышно пробормотала Семцова, но Бишоп все равно услышал, повернулся и взял ее за плечи. 	- Маша, я знаю, о чем вы думаете,- спокойно проговорил он, глядя ей в глаза. - Будем надеяться на лучшее. А если... Если это окажется не так, наша совесть будет чиста - мы сделали все возможное. 	И он, круто повернувшись, решительно шагнул в 	темный тоннель.

	ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ 	Маша узнала многое. Куда больше, нежели любой ксенолог, мечтающий о первой встрече с чужим разумом. Она видела записи с рейдера "Сулако", сама едва не погибла на Фиорине, читала короткие, но емкие доклады Рипли, представленные следственной комиссии по делу "Ностромо"... И наконец, сама оказалась в гнезде Чужих. В самом логове. 	Если вначале Чужие неизменно пребывали рядом с ней в ночных снах, вызывая страх и злобу, то теперь чувство ужаса перед этими существами сменилось не то чтобы на безразличие, а скорее, на неопределенную гамму чувств, в которой смешивались и отвращение, и ненависть, да в придачу часть какого-то смутного понимания. Маша подсознательно ощущала, что странные зубастые твари тоже имеют право на жизнь, существование, но право это не должно осуществляться за счет людских жизней. 	Пускай где-то, в самых отдаленных мирах Галактики, существует планета, на которой зародилась эта необычная и абсолютно чуждая жизнь, пусть эти жуткие твари, как утверждает Бишоп, обладают настоящим интеллектом, но в данных обстоятельствах Чужих можно расценивать лишь как врагов. В своей правоте Семцова не сомневалась: первыми напали все-таки они, Чужие. Она просто физически чувствовала, как ужас перед ними уходит, растворяется, но остается другой страх, пересилить который невозможно. Страх за людей. Пускай ее с лейтенантом Казаковым свела чистая случайность, однако Маша чувствовала себя ответственной за его жизнь. Если бы дискета Эрона попала в руки ООН, эта экспедиция никогда не состоялась бы. Все были бы живы. 	Семцова поймала себя на мысли, что к людям, именующим себя цивилизованными, всегда имеющим чистые воротнички и не вымазанные в чужой крови или оружейном масле руки, - людям наподобие Хиллиарда, Пауэлла или погибшего здесь, на LV-426, Картера Бер-ка - она испытывает совершенно аналогичные чувства, что и к черным клыкастым громадинам, по которым всего полчаса назад вела ураганный огонь из своей винтовки. И что с этими "людьми" она вела бы себя столь же хладнокровно, приведись подобный случай. Именно эти чудовища в дорогих костюмах от лучших модельеров послали на верную смерть экипаж буксира "Ностромо", да и катастрофы на Ахеронте можно было бы избежать, не пожелай мистер Картер Берк перепроверить показания офицера Рипли на следственной комиссии в надежде на финансовый выигрыш. В той игре проиграли все. В этой - победит она, Семцова. Каких бы усилий это ей ни стоило. 	...Одна-единственная женщина, против которой стоит поистине несокрушимая армия вышедших из самых пучин космического ада чудовищ и вдобавок не менее мощная организация, опутавшая своими щупальцами почти все обжитые людьми миры. 	Одна против всех. А из союзников лишь робот-андроид, который сейчас спокойным шагом двигается впереди в глубь темного коридора. Да, может быть, несколько соотечественников, во главе с невысоким вежливым лейтенантом. Есть надежда, что он еще жив. 	...Они прошли по сумрачной галерее мимо первого, уводящего влево, прохода, а затем Бишоп начал замедлять шаг и вскоре остановился, прислонясь спиной к стене. Семцова прижалась к его плечу: 	- Почему остановился? 	- Второй коридор, метрах в пяти от нас. Неужели вы ничего не чувствуете? - Бишоп повел носом: - Принюхайтесь-ка! 	Семцова изо всех сил втянула в себя воздух, а затем начала медленно фильтровать его в носовых проходах, пытаясь что-либо учуять. И тут ее озарило. Этот запах был ей знаком - терпкий аромат слизи, которую выделяли Чужие. Он был слабым, очень незаметным, и к нему примешивалась так же давно известная вонь оружейной гари. Означало это только одно: там, за поворотом, слева, в зальчике, взвод Казакова был отрезан и принял бой. Если верить виденному раньше красному значку на экране, десантники живы, но заражены. 	"Стол, - подумала Семцова, - если верить карте корабля, то рядом нет ни единого Чужого. Соответственно, они используют то помещение как инкубатор? Тоже нет. Потому что в данном случае мы бы увидели сигнал, исходящий от производящей споры матки, а были видны исключительно значки человека. Следовательно, наши ребята просто обездвижены и все. Тогда вперед!" 	- Бишоп, чего ты застыл? - Семцова подтолкнула андроида в спину. - Идем же! 	Бишоп развернулся и испытующе взглянул на нее: 	- Маша, вы готовы ко всему? 	- Да, - одним выдохом ответила Семцова. 	- Тогда двигаемся. Вы, как обычно, позади и чуть правее меня. С одной стороны вас будет прикрывать стена. 	Бишоп заново посветил на потолок, после направил фонарь в глубь галереи и, не заметив ничего подозрительного, медленно направился к зияющему слева крупному провалу. Запах Чужих усиливался с каждым метром, но глаза не замечали ни единого движения. Бишоп приостановился у края коридора и, вытянув руку, осторожно посветил внутрь, настороженно заглядывая в проход. Ничего. Даже пылинки не плясали в четком и ярком луче фонаря. На стенах и потолке коридорчика не было видно и признаков пребывания здесь Чужих. Чистые, голые стены, сделанные из какого-то матово-коричневого материала, которые словно подчеркивали мрачность здешней обстановки. И ни единого шороха или звука. 	Андроид снял смарт с предохранителя, кивком позвал Машу и шагнул в проход. Она последовала за ним. 	Продвигались они медленно, глухую тишину нарушали только звуки шагов, и поэтому внезапно раздавшийся шепот, показавшийся Семцовой громом небесным, заставил ее сердце забиться значительно быстрее. 	- Мария Викторовна, этот коридор длиной метров пятнадцать. Если мне не изменяет память, помещение за ним небольшое, метра три на четыре. Первым вхожу я. Кстати, иногда оглядывайтесь, мало ли что... 	Семцова резко развернулась и направила луч своего фонаря назад - голые стены и ни единого движения. 	Коридор закончился внезапно, и вошедший первым Бишоп резко оттолкнул Семцову назад, чтобы она не увидела зрелища, открывшегося его взгляду. 	По всему периметру стен, крепко запеленатые в слизистые коконы, были развешаны люди. Это и был взвод лейтенанта Казакова. 	- Что? Что там? - Маша рванулась вперед, и андроид не успел удержать ее. - Так я и думала... - пробормотала она, отрешенно оглядывая стены зала. - Они мертвы? - обратилась она к андроиду. 	- Сейчас выясним. Судя по значку на мониторе - живы, и обратите внимание - здесь нет ни единой споры, из которых появляются личинки. - Он осветил пол, и действительно, ни единого яйца, порождавшего из себя маленьких убийц, не было. - Это довольно странно, - продолжил Бишоп, - возможно, людей только лишь обездвижили, но вот для каких целей? - Он задумчиво поскреб подбородок. - Давайте снимем одного и посмотрим, что именно произошло. Диагностер у меня с собой. 	Андроид уже было вынул нож и подошел к ближайшему кокону, как Семцова вдруг дернула его за рукав и указала на странного вида темную кучу в углу зала. 	Все, чем были вооружены десантники Казакова, было аккуратно сложено в углу, справа от коридора. Здесь лежало все: смарты, винтовки, пистолеты, и даже несколько десантных ножей были разложены на полу в идеальном порядке. Все, до единого предмета. 	- И вы теперь будете утверждать, что Чужие - существа, не обладающие разумом? - взглянул на Семцову андроид. 	- Сначала окажем помощь людям,- она указала на стены, украшенные десятком коконов, - а уже потом будем рассуждать о разумности этих тварей, - огрызнулась Маша. - Ну, быстрее! 	Снять кокон со стены и обрезать окутывающую человека слизь оказалось делом достаточно простым - вещество уже подсохло, и кое-где начинало ломаться. Полностью освободив одного десантника от клейкого состава, Семцова первым делом взглянула на нашивку на форме: "Рядовой П. Косач", 	Бишоп выволок из заплечного мешка диагностер, мгновенно присоединил к голове и груди Косача миниатюрные присоски и включил монитор. Прибор, конечно же, не работал. Мощнейшее излучение от стен корабля забивало любые сигналы. Экран пришлось погасить. 	- Тогда займемся обычным и доступным каждому непрофессионалу исследованием. - Андроида отказ диагностера, казалось, совершенно не смутил. Бишоп пощупал пульс на центральных артериях, посмотрел зрачки, провел с телом человека еще какие-то непонятные для Маши манипуляции. И тут случилось то, чего ни Бишоп, ни Семцова ожидать не могли: рядовой Косач издал слабый стон и чуть приоткрыл веки: 	- Де-е... а... 	- Что вы сказали? - переспросил андроид, наклонившись как можно ближе к голове десантника. 	- Где... где я? - Косач ответил уже четче, а после того как Бишоп потрепал его по щекам, взгляд "волкодава" стал гораздо осмысленнее. - Кто вы? 	- Мы - люди, - не вдаваясь в подробности, резюмировал андроид. - А вы пока лежите и приходите в себя. 	- Пить дайте, - тихо попросил Косач, и Семцова, мгновенно сорвав с пояса флягу с водой, влила ему в рот немного жидкости. 	- А мы пока займемся остальными, - твердо сказал андроид, глядя на хлопочущую возле военного Машу, - и побыстрее. Чем скорей мы приведем их в порядок, тем будет лучше. 	Бишоп заново вынул загнанный было в ножны десантный кинжал, подозвал Семцову, и они занялись следующим коконом. 	Вся работа по освобождению людей заняла немногим более получаса, и по прошествии этого времени на полу зальчика корабля Чужих лежали одиннадцать десантников Внеземельного корпуса Российской империи во главе с лейтенантом Казаковым. Люди приходили в себя медленно, были резко заторможены, но Бишоп, отыскав у десантников индивидуальные аптечки, сделал каждому какую-то инъекцию, и через несколько минут люди стали двигаться куда активнее. 	Семцова неразлучно сидела с Казаковым, и, пока тот окончательно не пришел в себя, отпаивала водой из фляги. Только после того, как речь лейтенанта стала осмысленной, а глаза из стеклянных вновь превратились в нормальные глаза живого человека, Маша попробовала выяснить, что именно случилось с его взводом.
 	...Приключения подразделения Казакова, произошедшие вслед за десантированием на Ахеронт и проникновением военных вместе с группой биологов в иноземный корабль, Семцовой были известны. Но каким образом весь взвод очутился в этом закутке, обездви-женный и спеленатый слизью Чужих? Этот вопрос Маша хотела прояснить непременно и прямо сейчас. 	- Вы что, действительно вдвоем с этим роботом отправились искать меня и моих людей? - спросил Казаков, и хотя голос его был очень слаб, но в словах, произнесенных с видимым усилием, сквозило безмерное удивление. 	- Как видите, - без обиняков ответила Семцова, - я решила, что довольно будет смертей ради интересов Ван-Льюена, Хиллиарда и прочих мерзавцев. Мы пошли вдвоем - я и этот... андроид. Сергей, если вы помните, ответьте - что с вами приключилось и как вы оказались здесь? Про свои похождения я расскажу после. 	Казаков отхлебнул воды из фляги, которую Семцова держала в руках прямо перед ним, и коротко обрисовал ситуацию, вкратце изложив события, произошедшие после того, как его группа вошла через шлюз в главную галерею, ведущую в центральный зал корабля. Ничего там не обнаружив, взвод попытался спуститься вниз - туда, откуда исходило тепло,- рассчитывая найти хоть что-нибудь, указывающее на существ, которые построили этот корабль, или обнаружить бортовое оборудование, способное пролить свет на устройство инопланетного рейдера. 	Как и у Семцовой с Бишопом, у взвода отказали все электронные устройства, и приходилось двигаться вслепую. Казаков приказал свернуть в один из коридоров, уводящих из центрального зала, и там на людей напали Чужие... Монстров было невероятно много - они появились спереди, сзади, сверху; лезли из боковых коридоров. Более всего запомнилось, что, когда солдаты открыли огонь по Чужим, последние вцеплялись в оружие и вырывали его из рук людей. С их-то силищей! Убитых среди Чужих было немного, и последним воспоминанием Казакова был удар неизвестного, но очень острого предмета в левую ягодицу. Очнулся он только сейчас. Самое удивительное - все солдаты его взвода живы и, похоже, здоровы. А главное - не заражены. 	- А вы, Сергей, вот на это посмотрите, - Маша указала рукой на груду оружия, аккуратно сложенного в углу помещения. - Как вам это понравится? 	Приглядевшись, Казаков только помотал головой и снова откинулся на вещмешок, который Семцова заботливо подложила ему под голову. 	- Не знаю, что и думать...- пробормотал он. 	- Извините, что докучаю вам, лейтенант. - Семцова потеребила его за рукав. В кончиках своих пальцев она ощутила едва заметную дрожь. - Ради Бога, вспомните, какого цвета были твари, которые напали на вас? Черные? 	Казаков задумчиво посмотрел куда-то вверх и неторопливо ответил: 	- Вы знаете, Мария Викторовна, мне кажется, будто они были... ну... немного другими. Какого-то металлического цвета. Их окраска была гораздо светлее панцирей Чужих, которых нам описывали раньше. Между прочим, мы уничтожили большую группу аналогичных чудовищ еще во внутренних коридорах корабля. А в чем, собственно, вопрос? 	- А вот в чем. - Забыв, что Казакову, пораженному ядом Чужих, сейчас достаточно тяжело воспринимать информацию, Семцова изложила лейтенанту "волкодавов" все ее приключения и авантюры, начиная от блокирования систем управления "Патны", вплоть до похождений в недрах иноземного корабля. Особый акцент в своем рассказе Семцова сделала на маленьком серебристом монстре, вертевшемся вокруг их челнока. 	- Бишоп утверждает, будто они разумны,- добавила Маша. 	Казаков посмотрел на андроида, возившегося с кем-то из солдат, и скривился: 	- Возможно... Я тоже мог бы об этом подумать, глядя на это оружие, лежащее в таком порядке, и видя, что мы все до единого живы. Но даже если версия о разумности Чужих верна, то почему-то мне очень не хочется в нее верить. - Казаков грустно вздохнул и замолчал. 	- Кстати,- встрял Бишоп, краем уха слушавший разговор,- никто действительно не заражен. Тут нет ни единой мертвой личинки - носителя эмбриона, а ведь они умирают сразу после того, как сделают свое дело.- И он снова отвернулся, занявшись одним из десантников, которого особенно мутило после поражения нейротропным ядом. 	Семцова как бы невзначай взглянула на таймер и произнесла про себя краткую молитву, возблагодарив Бога за то, что часы были механические, а не электронные. Этот "Ориент" с синим циферблатом и позолоченными стрелками был у нее на руке еще с давно канувших в вечность студенческих времен. Но не в этом дело. До отлета челнока оставалось восемнадцать часов. Надо немедленно убираться отсюда. А дальше... А вот что дальше? И моментально в мозгу вспыхнул цветком фейерверка план дальнейших действий. Только бы уговорить Казакова!.. 	- Бишоп, иди быстро ко мне! - не допускающим возражений тоном приказала она андроиду. - А теперь присядь рядом, и давай ты, я и лейтенант поговорим о том, что мы сделаем, если выберемся наружу и сумеем возвратиться на "Патну". 	Шептались они минут десять, в основном говорила Семцова, а Бишоп и Казаков слушали. Уже достаточно пришедшие в себя солдаты могли расслышать возмущенно-протестующие возгласы лейтенанта, немедленно забиваемые грозными фразами, произносившимися женским голосом. Андроид молчал и лишь изредка качал головой. А еще через несколько минут рядовой Косач заметил, как женщина и лейтенант Казаков, его непосредственный командир, пожали друг другу руки. 	Казаков поднялся при помощи Бишопа, перевел взгляд на Семцову, нервно дернул шеей и тихо проговорил: 	- Маша, в любом случае ответственность за вашу выдумку буду нести я. И меня потом могут расстрелять - трибунал не посмотрит на идеи гуманизма. Но... уговор дороже денег. - И, развернувшись к своим, четким командирским голосом приказал: 	- Взвод, разобрать оружие, привести себя в порядок и занять оборону у выхода! 	Медленно, слишком медленно для солдат вышколенного спецназа, "волкодавы" нашли свое оружие. Таковое, кстати, пребывало в идеальном порядке: ни винтовки, ни смарты не были повреждены. Затем операторы смартов расположились полукругом у прохода, а за их спинами заняли позицию остальные: компьютерные и биологические техники, вооруженные автоматическими винтовками. Если придется драться, то - до последнего, пускай по телам еще и разлита противная, мешающая привычной быстрой реакции слабость. 	Казаков и Семцова вышли вперед. 	- Взвод, слушать приказ. Там, за стенами корабля, нас ждет транспортер и челнок, на котором мы уберемся с этой планеты. Прорываться наружу, возможно, придется с боем, но вы - солдаты, а не старые девы. Так? 	- Та-ак! - хором проревело десять глоток. 	- Или у меня что-то со слухом? - поднял голос до крика Казаков. - Что вы сказали? 	- Та-а-а-ак! - потрясая оружием, проорали десантники. У Семцовой заложило уши от этих воплей, но она понимала, что Казаков пытается настроить своих людей на победу. 	- Если вы будете неосторожны, вас ждет что? - Лейтенант изо всех сил надрывал свои голосовые связки. 	- Сме-е-ерть! - рявкнули в ответ солдаты. 	- Смерть кому?!! 	- Сме-ерть врагу-у! 	- Молодцы, - уже тише проговорил Казаков. - Слушать дальше. Эта женщина, - он указал на Семцову, - может занимать должность капитана флота, и я назначаю ее своим заместителем. В случае моей смерти командует она. Ее имя - Мария Викторовна Семцова. Ясно? 	- Да, командир! - нестройным хором ответили десантники. - Капитан Семцова, командир! 	- Дальше! Если мы выкарабкаемся из этого дерьма и вернемся на крейсер, капитан Семцова будет его капитаном! Вы будете выполнять ее приказы наравне с моими. Возражения есть? 	- Не-ет! 	- Отлично, и не забывайте, что вы не ублюдки, наращивающие себе задницы в пивных, а солдаты великой России! - закончил резко Казаков и повернулся к Маше, несколько обескураженной его речью: - Ну что, будем прорываться? 	- Да, - кивнула она. - Первым идет Бишоп, он внимательнее нас и раньше сумеет заметить опасность. Бишоп! - Семцова повернулась к андроиду. Тот, не говоря ни слова, шагнул в мрачную глубину коридора. 	- Оставайтесь пока здесь, - бросил он через плечо, - если там пусто, я вернусь за вами. 	Через секунду его черный силуэт вышел из круга света фонариков и исчез во тьме. Лишь гулко отдающиеся звуки шагов давали понять, что андроид не исчез, как фея в волшебной сказке. 	Бишоп не стал включать свой фонарь, потому что прекрасно видел в темноте, да и его фотоэлементы прекрасно улавливали инфракрасное излучение, исходящее от Чужих. Искусственный человек умел больше настоящего. Выйдя из коридора в центральную галерею, Бишоп оглянулся и, не заметив ничего подозрительного, кинулся со всех ног назад. Буквально влетев в зал, где находились остальные, андроид быстро проговорил: 	- Скорее, все за мной, там все чисто. Операторы смартов - двое за мной, двое прикрывают сзади. 	И маленький отряд рванулся вперед. Возможно, для того, чтобы умереть. Об этом сейчас никто не думал, мысли у всех были одинаковые: выбраться из этого адского места любой ценой. Пусть некоторые останутся здесь, в недрах этого жутковатого иноземного чудовища навсегда, но другие будут жить. О собственной жизни никто не думал. 	Бишоп еще раз быстро глянул в галерею и уверенно двинулся по ней к большому залу. Сразу за ним грохотали ботинками Косач и Титов, операторы смартов, за ними двигался весь отряд, а в арьергарде мягкими хищными движениями диких зверей крались Сусоров и Тимченко - также вооруженные самым грозным ручным оружием. И по-прежнему ни единого постороннего движения или звука. Впереди забрезжил призрачный белый свет - это означало, что отряд выходит к гигантскому залу, где, возможно, сосредоточены все системы управления кораблем. Вскоре все они вышли на верхнюю галерею гигантского помещения и огляделись. Все та же матовая белизна стен, сияющая в центре звезда и больше ничего. 	- Приборы не работают вообще никакие,- констатировал Казаков.- Бишоп, что скажешь? 	Андроид, стоявший на неогороженном краю галереи, завороженно смотрел вниз на клубящийся в глубине провала туман. 	- Скажу, что реактор этого корабля под нами, там. Вниз спуститься мы никак не можем. - Бишоп сделал широкий жест рукой, указывая на то, что никаких переходов или лестниц, ведущих на нижние галереи, нет. - Придется возвращаться тем же путем, каким мы все пришли сюда, но я... 	- Смотрите! - Истошный крик одного из солдат перебил речь андроида. - Вон там, внизу! - Он тыкал пальцем в направлении стены зала, чуть правее и ниже. 	По стене напрямик к группе десантников полз Чужой, сияя в белом свете панцирем цвета старого серебра. 	- Не стрелять! Не стрелять никому! - рявкнул Бишоп. - Убить это существо вы всегда успеете. Лейтенант! - Андроид повернулся к Казакову. - Сейчас я пойду к этому Чужому. Огонь открывайте только в крайнем случае, ясно? 	- Здесь приказываю я! - жестко возразил Казаков. - Маша, что скажете? - обратился он к стоящей рядом Семцовой. 	После секундного раздумья она быстро проговорила: 	- Не стреляйте, пусть Бишоп идет. 	- Ну хорошо, - сквозь зубы рыкнул Казаков. - Взвод, не стрелять без моей команды! 	Солдаты отошли от края пышущей жаром бездны к стене, операторы смартов заслонили собой остальных. Словом, взвод был готов принять бой. 	Бишоп как стоял на краю платформы, так и не сдвинулся с места. И лишь когда Чужой все так же медленно и словно неуверенно вскарабкался на ее край, осторожными шагами двинулся к замершему существу. 	Этот Чужой был красив настоящей неземной, необычной красотой. Панцирь мерцал всеми оттенками серебра - от темно-серого до ослепительно белого, длинный куполообразный череп закрывал большую часть сравнительно невеликого туловища, на ритмично изгибавшемся членистом хвосте сверкали металлические блики. Но, как бы это существо ни было красиво в сравнении со своими черными собратьями-убийцами, Бишоп понимал, что на уме у клыкастой твари может быть все, что угодно. 	Андроид остановился в двух метрах от Чужого и развел руки, как бы показывая, что он не вооружен, хотя вырвать из-за спины смарт было делом нескольких мгновений. И тут Чужой распрямился в полный рост, раздвинул щупальца и передние лапы в похожем жесте, издав громкий и резкий писк. 	Бишоп услышал позади клацанье оружия людей Казакова, его предостерегающую команду и возглас Сем-цовой. Однако сейчас он не обратил на это и малейшего внимания. Андроид прокручивал в своей памяти все звуки, которые слышал от маленького Чужого, с которым он "познакомился" в челноке с "Патны", и не нашел между тем, что "произнес" сейчас возвышавшийся рядом с ним монстр, и ранее услышанным никакой аналогии. 	И тогда Бишоп решился. Он смодулировал своим речевым синтезатором расшифрованное компьютером челнока слово "проход" на языке Чужих и стал ждать реакции Чужого. 	Для Маши Семцовой эти мгновения растянулись на долгие часы, если не годы, лишь четкие удары сердца отсчитывали секунды. Она подсознательно чувствовала, что сейчас - именно сейчас! - решается судьба всех людей, стоящих с ней плечом к плечу. И возможно, спасение придет оттуда, откуда ожидать его было немыслимо. Маша ощутила, как по лбу, стекая на глаза и застилая их, струится холодный липкий пот, пальцы сжимают холодную сталь винтовки, а всего в нескольких метрах поодаль друг перед другом стояли пусть и искусственный, но все же человек, и порожденное другим миром создание. 	Услышав знакомый звук, Чужой быстрым, изящным движением подобрался к Бишопу вплотную, наклонил клыкастую морду прямо к его лицу и снова издал серию тонких звуков, а затем столь же плавно отодвинулся назад. Теперь все зависело от выдержки десантников Казакова, пальцы которых лежали на спусковых крючках, и Семцова изо всех сил вцепилась лейтенанту в плечо, как бы предостерегая. 	Казаков понял. 	- Оружие разрядить, - тихо, но со сталью в голосе скомандовал он. Военные знали, что произошло со взводом Гормана в атмосферном процессоре Хаяли после похожей команды. Если картина, разворачивающаяся перед их глазами, лишь спектакль, предназначенный для отвлечения внимания людей, это означает одно - смерть. Смерть, которой они чудом избежали совсем недавно. 	- Это приказ! Выполнять! - Казаков произнес это таким тоном, что ему подчинился бы и сам дьявол. Секундой позже ни одна винтовка или смарт не могли выстрелить даже случайно, а одиннадцать мужчин и одна женщина замерев смотрели на фигуры у края галереи. 	"Ну, ну же!" - мысленно взывала Семцова к андроиду, и тот, словно откликнувшись на немой призыв, четко и раздельно, глядя прямо на чудовище, воспроизвел звуки, означавшие "проход" и "показать". 	Чужой резко выпрямился и застыл, подобно некоей сюрреалистической статуе. Мгновение спустя он прижал щупальца к телу и медленно двинулся к одному из темневших на стене экранов. Казалось бы, неуклюжая, когтистая лапа вытянулась к мерцающим под ним символам и коснулась некоторых из них. Бишоп, двигавшийся позади, остановился и стал ждать, что же произойдет дальше. 	Экран осветился. По темно-синему фону пробежали строчки иероглифов, а затем стали появляться белые линии с крупным зеленым подковообразным силуэтом в центре. Недалеко от травянисто-зеленого изгиба, изображавшего звездолет, светились четыре точки аналогичного цвета. Андроид мгновенно понял, что видит план окружающей местности с изображением корабля, в котором они сейчас находятся, а также двух вездеходов и обоих челноков, стоящих неподалеку. 	Но думал Бишоп сейчас о другом. Разумность Чужих теперь доказана окончательно. Они (или по крайней мере то существо, с которым он общается) понимают речь, умеют обращаться с аппаратурой, и похоже, этот... это... ну, словом, уже не зверь, а просто Чужой понял, что конкретно от него хотят. Прекрасно, но как быть дальше? А вот как... 	Чужой выжидающе посмотрел на андроида и тихонько пискнул. В этом созвучии Бишоп различил вопросительную интонацию. "Ну что ж,- подумал он,- не зная языка, будем общаться жестами. Надеюсь, Чужой меня поймет, очень надеюсь..." 	Медленно, стараясь не делать резких движений, которые существо могло бы неправильно расценить, андроид поднял руку, указал на кучку людей поодаль, а затем поднес ее к экрану, провел пальцем от изображения звездолета до точек, показывающих местоположение транспортеров, в одном из которых их ждал медтехник Андрей Ильин. 	Чужой не шевелился. Бишоп повторил те же движения, на этот раз добавив звуками два спасительных "слова", произнесенных три минуты назад. 	Чудо, ожидаемое всеми, наконец свершилось. По крайней мере, так показалось Бишопу. Чужой подобрался совсем близко к экрану, повернул голову в сторону сбившихся в тесную группу "волкодавов", затем, посмотрев на Бишопа, совершил аналогичное движение лапой по экрану и коротко пискнул. Это можно было расценивать только как понимание и согласие. Однако торопиться Чужой не стал. Нанеся одним из гибких щупалец серию быстрых ударов по окружавшим экран значкам, он явно указал движением головы и лапы на вогнутый монитор. Видимо, призывал Бишопа к вниманию. 	Темно-синее поле сменилось белым и по нему запрыгали строчки красных иероглифов. "Текст" был очень длинным, и андроид еще раз мысленно поблагодарил своего создателя (в данный момент сидящего в тиши и уюте "Патны") за свою абсолютную фотографическую память. Возможно, текст, плывущий перед 	его глазами, и есть ключ к разгадке всего того, что произошло на этой ничтожной планетке. 	Начертанные словно живой кровью символы мелькали еще пару минут, затем Чужой новым движением щупальца с острым наконечником отключил экран и повернулся к андроиду. Уже чисто автоматически Бишоп отметил, что из клыкастой пасти этого существа не выделяется такое огромное количество слизи, как у черных существ... И вдруг с изумлением вновь оглядел гладкий по виду череп Чужого. 	Справа, на скате "купола", защищавшего туловище, явственно просматривались четыре глубокие царапины. Сомневаться в том, откуда они взялись, не приходилось. Это был след когтей такого же существа. Однако Бишоп никак не мог припомнить случая, чтобы Чужие дрались между собой. Разве что случай с Андреем Ильиным на обшивке челнока и происшествие в грузовом блоке указывали на противоположное. Черные звери всегда действовали против людей вместе, и стычек между Чужими наблюдать ни разу не приходилось. Это доказывал опыт спасательной экспедиции лейтенанта Гормана и Картера Берка. 	Очередной вопрос, на который нет ответа... 	Чужой тем временем, не обращая внимания на пристальный взгляд Бишопа, продолжал непонятные манипуляции с настенным экраном. Даже неискушенному землянину было понятно, что существо умеет обращаться с совершенно неизвестной людям аппаратурой. Еще несколько молниеносных движений щупальцем, и неожиданно в тишине зала раздался тихий мелодичный звук, а из щели под погасшим уже дисплеем выползла тонкая, металлическая с виду, пластина с небольшими зазубринами по краям. Изящным и легким движением массивной лапы Чужой вытащил оказавшийся совсем небольшим предмет из отверстия, но тот выскользнул и упал на пол галереи. 	Бишоп по-прежнему не двигался, только лишь наблюдал. Ему было все любопытнее и любопытнее. 	Чужой быстрым движением развернулся в сторону Бишопа, коротко пискнул и совершенно недвусмысленно подтолкнул отливающую металлом пластинку к андроиду. Тому ничего не оставалось делать, кроме как нагнуться и поднять предмет. Это была довольно увесистая, несмотря на свои небольшие размеры, видимо стальная, плата. Повертев ее в руках, Бишоп углядел на поверхности два отверстия, которые, очевидно, служили для подсоединения данного информационного блока к компьютеру. Сомнений в том, что эта вещь была неким носителем информации, у Бишопа не возникало. 	"В любом случае это нам пригодится", - решил андроид и быстро упрятал необычный подарок в карман брюк над коленом. 	Чужой ждал. Вернее сказать, выжидал дальнейших действий людей, замерев совершенно неподвижно. Бишоп уяснил, что надо начинать действовать. До вылета челнока оставалось немногим более четырнадцати часов. 	- Идите все сюда, - как можно спокойнее произнес он, оборачиваясь к остальным. И добавил с решительными нотками в голосе: - Предупреждаю, не вздумайте стрелять. Похоже, это существо дает нам единственный шанс выбраться отсюда. Ну, идите же! Он никому не сделает ничего дурного. 	Медленно, очень медленно, инстинктивно выставив вперед дула оружия, пусть даже и не заряженного, десантники во главе с Казаковым и Машей придвинулись к Бишопу. Они столпились вокруг спокойно стоящего и не без интереса рассматривавшего людей чудища. 	Существо не сделало ни единого резкого движения и, похоже, давало тем, кого оно наверняка считало Чужими, время пообвыкнуться со своим присутствием или же, наоборот, само присматривалось к людям. У Семцовой мелькнула мысль о том, что у нее уже выработалось чисто инстинктивное отвращение к Чужим. Маша никак не могла заставить себя подойти к вертевшему головой во все стороны зубастому чучелу. Видя сверкающую металлом живую уродливую массу, возвышавшуюся над касками молча стоявших солдат, Сем-цова почувствовала предательскую дрожь в коленях. 	"А ведь сейчас стоит ему нанести несколько точных ударов, и никого из нас не останется в живых",- мелькнула короткой молнией мрачная мысль. Однако, увидев, как один из десантников настолько осмелел, что провел ладонью по панцирю, покрывающему Чужого, а тот, будто обычная земная собака в ответ на ласку, низко нагнулся к человеческой руке и словно "обнюхал" ее, Семцова почувствовала, как беспокойство начало отступать. Впрочем, ни о каком доверии к громадным насе-комоподобным тварям и речи пока идти не могло. 	Между тем люди, поняв, что монстр не проявляет никакой агрессивности, сбились вокруг него тесной кучкой. Куда только делся обуявший всех так недавно ужас при одном только появлении Чужого?! Каждый, включая и лейтенанта Казакова, старался как следует рассмотреть существо и дотронуться до него хотя бы одним пальцем. По лицу лейтенанта медленно расползлась улыбка, которую Маша оценила как глумливую. Вот, мол, "контакт с внеземной цивилизацией"! 	Бишоп стоял рядом, сияя такой ослепительной победной улыбкой, на какую только был рассчитан его эмоционально-мимический блок. Сам Чужой тоже осмелел и вовсю терся среди людей. У Маши всякий раз екало сердце, когда она видела, как мощная, снабженная громадными когтями лапища тянулась к кому-нибудь из десантников. Чужой осторожно касался одежды, оружия и, наконец, взявшись за винтовку Баулина, потянул ее к себе. 	- Эй, ты чего? Отдай! - Рядовой испуганно вцепился в свое оружие, но тотчас вмешался Бишоп. 	- Дайте ему посмотреть, - сказал он, положив руку солдату на плечо. - Не думаю, что Чужой повредит ее. Ему тоже интересно... 	Баулин подчинился мягкому голосу андроида, к тому же говорившего по-русски без всякого акцента, и снял винтовку. Существо с осторожностью, казавшейся немыслимой для такой махины, поднесло оружие совсем близко к морде и, как следует рассмотрев со всех сторон, вернуло хозяину. 	- Все-таки, Мария Викторовна, они плохо видят или воспринимают видимое совершенно не так, как люди, - с интересом наблюдая за этой сценой, горделиво сказал Бишоп. - И дальше что? - Семцова начинала злиться. - Меня сейчас меньше всего интересует, как и чем видят Чужие! Если ты собираешься извлечь практическую пользу из своих знаний, то, пожалуйста, попроси эту скотину показать дорогу наружу. Только говори с ним повежливее, а то еще обидится! Вдруг Чужие и чувствуют все не так, как мы... 	Пропустив колкость мимо ушей, Бишоп обернулся к остальным: 	- Господа, прошу вас, оставьте его в покое, вы же не в зоопарке! - громко произнес он.- Лейтенант, пожалуйста, отведите своих людей!

	ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ 	Казакову не пришлось отдавать команду - андроид уже успел завоевать непререкаемый авторитет (насколько это было возможно для искусственного человека). Его слову подчинялись почти так же, как и приказам лейтенанта. Мигом прекратив изъявления если не дружелюбия, то искреннего любопытства к странному угловатому чудовищу, люди отошли на несколько шагов, а сам Бишоп вновь попытался объясниться с Чужим. 	Семцова, вслушиваясь в звуки, издаваемые андроидом, и наблюдая за реакцией существа, отметила про себя, что эти двое нелюдей (или не-людей? Большая разница...) недурно понимают друг друга. Через пару минут Чужой исторг резкий громкий писк и, решительно развернувшись, двинулся к одному из зиявших в стене галереи темных проходов. 	- Ну, двинулись? - коротко выдохнул Казаков, обращаясь скорее к самому себе, чем к остальным. 	- Идемте быстрее. - Бишоп довольно бесцеремонно подтолкнул Семцову и подумал про себя о том, что на нее в последние часы слишком часто стало находить непонятное оцепенение, явственно проявлявшееся именно в те моменты, когда следовало действовать не рассуждая. 	Грохот двух с лишним десятков кованых ботинок тяжелым эхом отозвался от стен и потолка зала. Чужой при всей своей массивности и нескладности рванул вперед с такой быстротой, что людям пришлось максимально ускорить шаг. Зверь нырнул в темный с округлыми стенами проход, и сразу же перебрался на потолок. Видимо, заключил Бишоп, так передвигаться ему было легче. 	- Послушай,- Семцова на ходу дернула андроида за рукав, - я уже готова уверовать в то, что проклятая бестия обладает таким же разумом, как я и ты, но если это западня, то... 	- Мисс, прошу вас, - перебил ее Бишоп на более привычном его электронному разуму английском языке, - мы, по-моему, уже достаточно обсуждали данный вопрос. Конечно, можно вернуться к пути, по которому мы пришли сюда. Но думаю, что у отряда господина лейтенанта недостаточно сил, чтобы противостоять тем родственникам нашего проводника, которые, видимо, поджидают нас в той стороне. Следовательно, я прошу вас закрыть обсуждаемую тему. Это единственный путь к спасению вашей жизни и жизней тех, кто рядом. 	Вся тирада была сказана с необычным для искусственного человека раздражением, и Семцова с обидой поджала губы. 	"Или я стала подозрительной до того, что начинаю сходить с ума, или ничего не понимаю. Не верю я в благие намерения этой твари", - подумала она, наблюдая за мелькавшими впереди в свете фонариков щупальцами Чужого. 	Коридор начал сильно забирать влево, изредка по пути встречались ответвления. На стенах не замечалось странных рисунков, как в центральном зале, ни экранов, ничего. Обычная, гладкая до зеркальности поверхность сероватого цвета. Люди шли молча, только кто-нибудь из солдат изредка ругался сквозь зубы, поскальзываясь на отполированном полу. Минут через двадцать быстрого марша, почти бега, коридор начал резко уходить под уклон, и все кончилось тем, что Баулин по-. скользнулся и, падая, свалил Казакова и сержанта, шедших позади. Все трое покатились вниз, сбивая с ног остальных. Вскоре весь отряд съезжал по уходящему в глубину корабля коридору с криками проклятий и недвусмысленными угрозами в адрес Чужого, уверенно двигавшегося по потолку. Перепуганная Маша вцепилась было в рукав куртки андроида, но через минуту стремительный полет по этому подобию рождественской горки кончился, и десантники вывалились на довольно просторную и ровную площадку в неопрятной путанице собственных конечностей. 	- Бишоп, черт бы тебя побрал вместе с твоим...- начал было Казаков, но, осмотревшись, мгновенно проглотил все слова, которые хотел сказать. 	- Пресвятая Богородица...- только и сумела прошептать Семцова, окинув взглядом помещение, в котором оказалась. 	Небольшой по меркам строителей корабля, но впечатляющий для глаза человека зал освещался таким же матово-голубым светом, что и прочие отсеки, в которых побывали Семцова, Бишоп и остальные. Призрачные лучи лились с купола потолка, стены же были обычного серого цвета. Однако вовсе не здешний дизайн вызвал у людей состояние, близкое к шоку. 	...Сказать, что зал был набит Чужими, значит - не сказать ничего. Серебристая шевелящаяся масса покрывала все пространство до выхода в следующую галерею, также освещенную, - это означало, что существа находятся и там. Бишоп, прикинув на глаз количество собравшихся здесь особей, решил, что тут наличествует около полутора сотен Чужих. Мерцающие серебром панцири, извивающиеся щупальца, сотни оскалившихся пастей, слитное потрескивание стукавших о пол и стены конечностей... 	На секунду Казаков искренне пожалел о своем приказе разрядить оружие. Даже Бишоп был несказанно поражен и, как он потом признался Семцовой, напуган этим впечатляющим зрелищем. 	- Добегались... - коротко подвел итог путешествию по кораблю кто-то из солдат. По голосу вроде бы Косач. 	Однако ни единое из собравшихся здесь существ не собиралось нападать. Наоборот, слитная живая масса подалась чуть назад, а Чужой, игравший роль проводника, сполз со стены на пол, одним махом оказался рядом с Бишопом и вцепившейся в него Семцовой, протягивая андроиду одно из щупалец. Жест был настолько понятный, что Бишоп не раздумывая протянул руку. Чужой мигом поставил его на ноги. 	- Поднимайтесь, они вас не укусят, - чуть насмешливо бросил синтетик, повернувшись к простертым на полу "волкодавам". - И без глупостей! Если хоть кто-нибудь выстрелит, то наша песенка спета! 	- Встать! - прошипел Казаков и вскочил на ноги, подавая пример остальным. Все начали медленно подниматься, и вот уже до смешного маленькая группка людей встала плечом к плечу против сонмища жутких существ, каких не могло бы породить и воображение Иеронима Босха. 	Семцову била такая дрожь, что она с трудом держалась на ногах и, не будь рядом Бишопа, непременно упала бы. У прочих вид был ненамного лучше. Следующая минута прошла в полной тишине - хозяева и гости разглядывали друг друга. Разве что первые чувствовали себя намного увереннее. 	- Бишоп, что, по-твоему, нам следует делать дальше? - тихо спросил его Казаков. 	- Посмотрим. - Андроид снова выглядел спокойным и невозмутимым. 	Внезапно Чужой с царапинами на панцире (тот самый, которого люди встретили в большом зале корабля) коротко и громко пискнул, будто подал команду. Этой команде подчинились. В сплошном ряду ребристых тел и острых щупалец наметился узкий проход, и вскоре все Чужие расступились, образовав коридор, ведущий к зияющему входу в галерею, уходящую далее в недра корабля. 	- Нам ничего не остается делать, кроме как пойти туда, - обвел взглядом людей Бишоп. - Сами понимаете, альтернативы нет. Если Чужие не убили или не обездвижили нас сейчас, значит, они вообще не собираются это делать.- После некоторой паузы андроид строго сдвинул брови и добавил: - Попрошу всех держать себя в руках. 	И он, поддерживая Машу одной рукой, осторожно двинулся вперед. 	- Что стоите? За ним!! - рявкнул Казаков. Даже у вечно флегматичного лейтенанта начали сдавать нервы. Следовать последней рекомендации андроида было ох как нелегко! Особенно шагая среди окружавших со всех сторон клыкастых морд... Впрочем, и весь отряд, если взглянуть со стороны, уже не казался взводом бесшабашных молодцов. Скорее напротив - люди, через силу пытавшиеся сохранить остатки выдержки, выглядели жалко и напуганно. Лишь железный приказ Бишопа сдерживал некоторых от искушения вставить в винтовку или смарт обойму и уничтожить, испепелить, выжечь до последнего всех этих проклятых Чужих... 	Зал остался позади. Теперь люди шли по широкому и светлому проходу вслед за Чужим-провожатым, а позади слышалось потрескивание сотен и сотен когтей, панцирей, щупалец. Стая почти беззвучно шествовала за спинами гостей, не давая надежды даже на попытку отступления. 	- Так, путь назад отрезан, - пробормотал Казаков, косо посмотрев на андроида. Тот не удостоил его ответом и продолжал уверенно шагать вперед. Маша, превозмогая страх и продолжая следить за направлением, была уверена, что сейчас они идут в глубине противоположного крыла звездолета. Следовательно, челнок все дальше и дальше. На что только рассчитывает Бишоп? Она предвидела западню и оказалась права! Теперь у отряда нет никаких шансов выстоять против такого количества зубастых и когтистых монстров. Ну что ж, видимо, судьба действительно предопределила Маше Семцовой, скромному консультанту-ксенологу из питерского университета, умереть на этой планетке... 	Галерея плавно изгибалась вправо и разительно отличалась от всего виденного ранее. Прежде всего, отсутствовали следы постоянного пребывания Чужих в виде слизистых потеков и грандиозных строений, которые они обычно возводили, - вокруг сплошной металл или пластик. Но в то же время никто из отряда Казакова не забывал, что в десятке метров позади накатывается неотвратимый вал отливающих сталью панцирей. Наверху сиял бело-голубым светом потолок, по которому скользил вперед странный проводник. Однако наиболее интересны были стены, вздымавшиеся в высоту на три-четыре человеческих роста. 	На сером покрытии были глубоко выгравированы тысячи иероглифов, подобные тем, что украшали панели в центральном зале корабля. Длиннейшие тексты перемежались с темно-коричневыми, выдающимися из стен пластинами, на которых светился один и тот же белый знак: стилизованное, даже чисто геометрическое изображение человека. А если не человека, то того самого антропоморфного существа, чьи останки видел Баулин, неосторожно спустившийся в логово черных Чужих в противоположном крыле иноземного крейсера. 	- Что вы думаете об этом? - взглянул на Семцову андроид, пытаясь отвлечь женщину от мрачных мыслей. Но Маша была так увлечена собственными переживаниями, что не обратила на вопрос никакого внимания. Тогда Бишоп отошел чуть вперед и приблизился к одной из коричневых пластин, собираясь подробно ее рассмотреть. 	- А ну-ка,- прогудел он себе под нос и сделат попытку ощупать панель. Не успел Бишоп до нее дотронуться, как сверху раздалось не обычное пищание, а буквально визг существа, вихрем слетевшего с потолка на стену прямо над андроидом. Еще продолжая верещать, Чужой без какой-либо осторожности ударил андроида острым наконечником щупальца. Этот удар отшвырнул Бишопа от стены; не удержавшись на ногах, он свалился на пол и прокатился несколько шагов. Казаков и мгновенно вышедшая из транса Семцова кинулись было к нему, но Бишоп мгновенно вскочил на ноги. 	- Ты в порядке? - спросила Маша. 	- Я - да, спасибо бронежилету. Вы на него посмотрите, - Бишоп указал на Чужого. Монстр был разъярен - так, по крайней мере, показалось растерявшимся десантникам. Он скользнул со стены на пол и, размахивая щупальцем совсем как человек, яростно пищал, перемежая свою выразительную речь красноречивыми жестами, указывавшими на выпуклый кусок металла или пластика на стене. Высказав наконец все, что наболело, Чужой снова перебрался на потолок, и оттуда раздался повелительный звук. Он снова пополз вперед. 	- Ну и ну...- коротко выразил свое отношение к происшествию андроид.- Пошли. Все-таки мы пока живы и никто не пострадал. 	Маленький отряд снова двинулся по описывавшему большой овал коридору, а позади раздавалось сухое потрескивание, означавшее, что армия монстров, остановившаяся было, вновь двинулась за людьми. Бишоп со всей дарованной ему заботливостью опять взял Семцову под руку, но мысли его (если можно назвать мыслями происходившие в электронных нейронах процессы) были слишком заняты последним эксцессом. Наконец он не выдержал. 	- Мисс Семцова? Послушайте, при всей вашей неприязни к этим существам, нельзя не сказать о том, что этот наш...- он указал на потолок,- э-э... знакомый был явно напуган, когда я подошел к стене. Вы слышали звук, который он издал? 	- Слышала, - кивнула Маша, - тварь, похоже, перепугалась почище, чем я, когда его увидела. Хотелось бы знать, что находится там, под этой штукой. - Она посмотрела на очередной темный квадрат. 	- Я бы тоже не отказался. Думаю, что мы вскоре выясним, что именно Чужим от нас требуется и куда нас заставляют идти. Там все прояснится. 	- Из нас сделают десерт, - пессимистично заключил слышавший андроида Казаков. Его темные, чуть узковатые глаза смотрели настороженно. - И надо добавить, произойдет это очень скоро. Взгляните. 	Коридор описал в недрах звездолета неполный овал и закончился тупиком. Те же стены с сотнями значков, стальной пол и больше ничего. Разве что в глухой стене, в которую упиралась галерея, темнел черный как смоль квадрат с закругленными углами и ярко-красным, в отличие от других, человекоподобным силуэтом. 	- Зачем было приводить нас сюда, когда можно было сожрать сразу? - задал риторический вопрос Ба-улин, настороженно озираясь. 	- Помолчи-ка, приятель, - толкнул его кто-то из десантников. - Лейтенант, что будем делать? 	- Прежде всего не будем задавать дурацких вопросов, - ответил за Казакова Бишоп, мигом перестроившись на русскоязычную речь. - Мы тут оказались не случайно. 	События следующих мгновений подтвердили его правоту. Чужой сполз сверху на пол и оказался рядом с последней пластиной. Подцепив когтем, он отодвинул ее и подался чуть назад и в сторону, чтобы люди увидели то, что оказалось под пластиной. Несколько больших, с человеческую ладонь, белых прямоугольников на темном фоне, и ничего больше. А потом монстр вытянул щупальце и коснулся трех из них. Наступившую тишину прорезало, как ножом, ядовитое шипение, и стена слева разошлась в стороны, образовав вход. 	- Нам что, туда? - поинтересовался Немиров. 	- Видимо. - Казаков пожал плечами и пошел вслед за Бишопом и Чужим, уже скрывшимися в проходе. - За мной! 	Это оказался не очередной коридор, как все предполагали, а колоссальный, отлично укрепленный шлюз. Ушедшие внутрь створки превышали по толщине все виденные когда-либо Семцовой, Бишопом и всеми прочими, вместе взятыми. За первыми стальными плитами, только что надежно перегораживавшими дорогу, угадывались и вторые, и третьи. Через несколько десятков метров люди наткнулись на обычный четырехстворчатый шлюз, который был задраен. Поводырь немедленно открыл его уже знакомым людям способом. 	В секунду, когда пластины ушли внутрь стен, из открывшегося взглядам людей помещения хлынул поток световых лучей такой невероятной интенсивности, что глаза, привыкшие к полумраку, не сразу к нему адаптировались. Похожий на все прочие купол потолка, сиявший потрясающей, стерильной белизной, десятки освещенных вогнутых экранов, на порядок превосходивших размерами те, что были установлены в большом зале, и море света... 	Единственным нюансом, нарушавшим этот величественный порядок, была дыра с оплавленными почерневшими краями на одной из стенных панелей почти у самого пола. Сантиметров сорок в диаметре, не меньше... 	Из отсека в глубины корабля уходили два закрытых шлюзами прохода. Чужой, развернувшись к Бишопу, что-то пропищал, одно из щупалец потянулось к андроиду. Тот, сообразив, что существо просит подойти, приблизился к дыре, возле которой остановился поцарапанный проводник. 	По выгнутым наружу обрывкам металла Бишоп понял, что повреждение было вызвано не воздействием оружия, а некоей аварией, произошедшей внутри этого странного сооружения. В отверстии виднелись переплетения оплавленных кабелей, сложные и казавшиеся миниатюрными для размеров звездолета механизмы, также поврежденные и изломанные. 	Десантники столпились вокруг Бишопа и Чужого, а Маша Семцова краем глаза заметила, что остальные монстры даже и не сунулись в этот зал, остановившись возле входа в шлюз. Идти дальше Чужие не пожелали. 	- Что скажешь, Бишоп? Что они хотят? - спросил Казаков, озабоченно глядя то на Бишопа, то на возвышающегося рядом с ним Чужого. 	- Пока не знаю, но, похоже, догадываюсь... - Закончить фразу андроид не успел. Чужой осторожно схватил его за руку, когти сомкнулись на запястье наподобие огромных наручников, и монстр мягко, но настойчиво подвел Бишопа к одному из экранов на стене. Несколько точных ударов второй лапой по цветным значкам вокруг монитора, и перед взорами удивленных людей предстал подробный план звездолета. Еще несколько очень быстрых манипуляций, и изоб^ ражение правого крыла "подковы" увеличилось. 	- Ну вот, теперь понятно, где мы оказались,- удовлетворенно сказал андроид.- Вот, посмотрите...- Он до смешного походил на университетского профессора, читавшего лекцию.- Мы сейчас внутри достаточно большой секции, окруженной коридором, по которому пришли. Не пойму только, отчего секция выделена зеленым цветом среди белого. 	- Дальше-то что? - отозвался Казаков. - Ты вроде бы собирался выводить нас наружу... 	- Безусловно, собирался, но я подозреваю, будто эти...- синтетик обернулся назад, кивнув в сторону копошившихся в отдалении Чужих, - что-то от нас хотят. Но вот что именно? 	- Мы потеряли еще полтора часа, - мрачно заметила Семцова. Сейчас она гораздо сильнее боялась опоздать к сроку, назначенному медтехнику, который ждал их в транспортере. Сонмище Чужих за спиной уже смущало Машу значительно меньше. 	- Подождите, подождите! - Бишоп с интересом рассматривал изображение на экране. Схема постепенно увеличивалась, и вот на фоне переплетенных изумрудных линий появился бордово-красный участок. - Если не ошибаюсь, нам показывают место, где мы сейчас находимся, разве что план крупнее. Вот, взгляните - аналогичное расположение экранов. - Бишоп водил пальцем по монитору.- Совершенно ясно, что точка повреждения указана красным: вот она полностью заняла дисплей. А ну-ка... 	Чужой невозмутимо наблюдал, но в этот момент щупальце, заново протянувшееся к панели управления монитором, дотронулось до следующего значка. Экран разделился на две части: зеленая и красная схемы. Чужой едва слышно пискнул, указав лапой на развороченный участок стены, а после ткнул в зеленую часть экрана. 	Семцова первая поняла, что же от них требуется. 	- Ребята, похоже, эти чучела желают, чтобы мы это починили... - В ее голосе одновременно сквозили удивление и неприязнь.- Черт возьми, да они что, считают, будто мы сумеем сделать ЭТО?! - Маша все больше распалялась, и Казаков довольно невежливо схватил ее за рукав, притянул к себе и шепотом по просил замолчать. Как ни странно, она послушно притихла. 	- Видимо, Мария Викторовна права,- пробурчал Баулин, так и не одобривший "обет молчания", явно принятый остальными своими коллегами, сейчас державшимися излишне насупленно. Впрочем, веселиться было нечему. 	- Но зачем это им? - снова сорвалась Семцова. 	- Не знаю! - отрезал Бишоп. - Однако мы обязаны это сделать. Так, компьютерные техники - быстро ко мне, вместе с инструментами. Остальным пока отдыхать. 	- Бишоп, время! - воззвала Маша к андроиду.- Кто знает, вдруг мы сумеем прорваться? Лейтенант, черт побери,- она резко развернулась на каблуках к Казакову, - как старший по званию, я приказываю вам пробиваться к выходу. Можете раздать обоймы своим солдатам. 	Отошедший в сторону Казаков прыжком вернулся к Семцовой и, взяв за плечи, хорошенько встряхнул. 	- Во-первых, вы капитан торгового флота, а не армии. Во-вторых, капитанское звание, а вернее, должность вам даровал этот янки Хиллиард и не подтвердил лицензией,- жестко проговорил лейтенант, глядя в глаза женщине,- В-третьих, Маша, взгляните на выход отсюда и вы тотчас все поймете. Этих тварей слишком много. И еще.,.- Он коротко выдохнул и продолжил уже поспокойнее: - Я не собираюсь стрелять по... разумным существам, вы поняли? - И, оглянувшись на свой взвод, Казаков тоном, не терпящим возражений, рыкнул: - Усекли?! Отдыхать! Компьютерные техники - к Бишопу. Выполняйте! 	Мурадиев и Смирнов отделились от общей группы и, снимая заплечные мешки, подошли к андроиду, разглядывавшему экран. Прочие же, сложив оружие, расположились несколько поодаль. Если приказано отдыхать - что ж, будем отдыхать. Чувство условности никогда не было присуще этим людям, и даже под бдительным надзором десятков оскалившихся морд, высовывавшихся из шлюза, десантники непринужденно расположились на полу. Уже немного успокоившаяся Семцова и Казаков присоединились к Бишопу и техникам. 	- Кажется, я начинаю многое понимать.- Бишоп поочередно разглядывал оба чертежа.- В результате аварии оказались поврежденными четыре кабеля и вот эти штуковины,- андроид указал на зеленое поле, ткнув пальцем в изображение непонятных квадратиков со сложным рисунком. - Только вот что именно делают данные приборы, и зачем Чужим настолько необходимо привести этот участок в порядок?.. 	- Если Чужие разбираются в технике, то почему же им самостоятельно никак этого не сделать? - задал встречный вопрос Смирнов. 	- Тонкая работа, - Бишоп поскреб затылок, - посмотрите внимательно на их конечности, и сразу станет ясно, что с такой массивностью и крупными размерами ничего сделать нельзя. 	- Или у Чужих отсутствуют нужные инструменты, - закончил Казаков.- Вы считаете, есть возможность помочь им? 	Бишоп не ответил. Ситуация и впрямь являлась донельзя абсурдной. Несколько людей с Земли находятся внутри колоссальной, построенной неизвестно кем и когда машины, так вдобавок нынешние хозяева таковой требуют произвести ремонт в их владениях... Бред. 	- Эх, жаль, что никто из Чужих не говорит по-русски или на английском, - вздохнул Мурадиев. - Ну, Бишоп, надо пробовать. 	Андроид подошел к дыре, осмотрел ее внутренности и бросил взгляд на техников: 	- Соединить и заизолировать кабель труда не представляет. Одного не пойму, где мы возьмем... - андроид что-то с силой рванул на себя из отверстия, - где мы возьмем это вот? 	У Бишопа на ладони лежало приспособление, отдаленно напоминавшее микросхему, разве только вдвое превосходящее размерами индикатор движения. Сам механизм был наполовину разрушен, изнутри торчали тонкие прозрачные волокна и обломки пластика. 	- Насколько я могу сообразить, взорвалось аналогичное устройство, - пояснил он, - Внутри их должно находиться пять, и все они соединены между собой и главными кабелями. Функция этого прибора мне неясна, но, возможно, перед нами некий вариант предохранителя. 	- Почему пять? - удивленно спросила Семцова. - И почему ты думаешь, будто взрыв произошел именно из-за этого, как ты говоришь, предохранителя? 	- Очень просто, капитан.- Андроид вернулся к экрану. - На плане подобных устройств именно пять, а здесь я разглядел только четыре. Посмотрите, я нашел небольшие осколки. Моего пространственного воображения хватило, чтобы сопоставить их, - становится очевидно, что разнесло именно такой блок. - Бишоп помолчал и неожиданно улыбнулся: - Я чуток более сложная машина, чем вы думаете... 	- Здорово. Мы даже не знаем, каковы смысл и предназначение данных блоков, не имеем понятия о принципе действия, а хотим починить...- Мурадиев выглядел мрачнее тучи.- К тому же, если предохранителей пять, каждый поврежден, то я не вижу ничего, способного их заменить. А запчастей нам не предоставили. 	Бишоп на мгновение задумался и, встрепенувшись, хлопнул себя ладонью по лбу: 	- Какой же я дурак! Тоже мне, чудо технобиоло-гии... Ну конечно! 	Пускай эти фразы никому ничего не прояснили, но дальнейшее развитие событий показало, в чем состоит замысел андроида. Он поднял голову к висевшему на стене и с интересом наблюдавшему за людьми Чужому, протянул руку, в которой держал поврежденный механизм, издав характерный звук. Чужой моментально слез на пол и воззрился на подставленную ладонь. Семцова на всякий случай поспешила укрыться за спиной Казакова. 	- Ну давай, давай же! Попробуй понять, что нам нужно! Ты должен это знать! - уговаривал Бишоп серебристого монстра. Даже когда последний склонил голову совсем низко, почти касаясь клыками руки, и на ладонь упали несколько капель густой прозрачной слюны из пасти, андроид не отодвинулся. И наконец Чужой выпрямился, уставившись на Бишопа, всем своим видом выражая непонимание. 	- Вовсе ничего у тебя не выйдет, - пессимистично оценил эту сцену Казаков. 	- Подождите! - отмахнулся Бишоп и, кинувшись к обгоревшему отверстию в стене, не без натуги выдрал оттуда еще один поврежденный блок, правда, находившийся в худшем состоянии. Чужой, склонив голову, следил за действиями синтетика и, когда перед безобразной мордой чудища заново оказалась рука андроида, держащая уже два поврежденных механизма, только лишь разразился водопадом немыслимых звуков, в которых писк и шипение перемежали друг друга. 	Бишоп уже готов был отказаться от своей затеи и попробовать найти другой выход из положения, как существо щупальцем вырвало у него один бесформенный кусок материала и повертело перед собой. Затем из распахнувшейся слюнявой пасти вылезла вторая пара челюстей, и Чужой словно обнюхал предмет этим стержнем, украшенным десятками миниатюрных зубов. А секунд через тридцать вокруг разнесся торжествующий визг такой силы, что безмятежно задремавшие у стены десантники вскочили и чисто рефлекторно схватились за оружие. 	- Спокойнее! - прикрикнул на них Казаков, продолжая наблюдать за действиями Чужого. А тот, фамильярно ухватив остолбеневшего андроида за ремень бронежилета (вернее, не ухватив, а подцепив изогнутым когтем длиной со среднее человеческое предплечье), потащил за собой в дальний угол зала к закрытому шлюзу. Казаков, Семцова и оба техника рванулись вслед, а прочие тоже направились за ними. 	- Сидите тут,- бросил Казаков, через плечо.- Мы скоро вернемся...- И моментально подумал, что в сложившейся ситуации лучше было бы не давать подобных обещаний. Солдаты с недовольным гудением уселись обратно, настороженно поглядывая на шевелящуюся массу, закупорившую шлюз, через который они вошли сюда. Кто их знает, этих зверюг, вполне могут кинуться и сожрать... Слава у Чужих дурная и вид несимпатичный. 	Бишоп с трудом освободился от вцепившегося в него Чужого, который теперь переваливаясь шел к закрытому проходу и тихо шипел, если можно так выразиться, себе под нос, ни к кому не обращаясь. Андроид отметил про себя, что существо гораздо хуже передвигается по полу, нежели по потолку и стенам. Странно. Похоже, в естественных условиях (в каких еще "естественных"?!) они живут, подобно летучим мышам, почти исключительно на вертикальных поверхностях. 	- Бишоп, - хлопнул андроида по плечу догнавший его Казаков. - Думаете, зверь понял, что нам от него нужно? 	- Ставлю десять долларов. Или семь русских рублей. Я понял,- Андроид и бровью не повел. 	- Где ты их возьмешь, эти десять долларов? Искусственные люди не получают жалованья,- встрял Смирнов, посейчас не веривший в очевидное. 	- У лейтенанта, - ухмыльнулся Бишоп. - Он проиграет. 	Лепестки металла, перегораживавшие дальнейший путь, разошлись, и люди забрались в соседний отсек, оказавшийся очень небольшим и замкнутым со всех сторон. 	- Что прикажете делать в этой каморке? - Казаков критически осмотрел помещение размером с биологический отсек челнока с "Патны". 	Шлюз за спинами наглухо закрылся, и тотчас пол начал быстро опускаться вниз. Темно-серая дверь исчезла над головами, а метров через двадцать пять подъемник остановился. Чужой щелкнул когтем по пластине на стене справа от аналогичного верхнему шлюза и выполз в следующее помещение. Глазам изумленных людей предстал длинный прямоугольный зал с обычными закругленными углами и голубым куполом наверху. Но вовсе не это заставило Семцову судорожно схватиться за руку Бишопа, а остальных застыть с широко раскрытыми глазами. 	- Знаете, джентльмены, я посоветовал бы никому дальше не ходить.- Бишоп обеспокоенно посмотрел на своих спутников и по выражению их лиц понял, что этот совет бьшо давать излишне. Никто не посмел бы даже на шаг выступить из шахты подъемника. Ни за какие деньги, будь это доллары или более дорогие золотые российские рубли. 	В этом отсеке было полно сложной и совершенно непонятной техники, но предметы, приведшие всех, исключая андроида, в состояние, за которым следует либо обморок, либо истерика, к материальным достижениям техногенной цивилизации не относились. Они были аккуратно расставлены на высоких подобиях стеллажей, протянутых вдоль стен зала. 	На прозрачных витринах в идеальном порядке красовались споры с личинками Чужих, расставленные в три-четыре ряда. 	"Вот и случай проверить, смогу ли я, как синтетический организм, являться носителем эмбрионов..." - подумал Бишоп и решительно шагнул вперед, следуя за удалявшимся монстром. Все опасения исчезли сами собой через несколько секунд, настолько бьшо ин-тересно вокруг. Под внимательными взглядами четверых товарищей по несчастью, выглядывавших из открытого проема шлюза, Бишоп, забыв обо всем на свете, осматривал зал и наконец приблизился к одной из спор. Темное яйцеобразное образование с кусочками застывшей слизи, шершавая матовая поверхность, стандартные размеры - полметра в высоту. Вроде бы никакой угрозы, но андроид, не желая рисковать сам и подвергать опасности спутников, лишь оглядел яйцо снаружи, не трогая руками, и поспешил за Чужим, остановившимся у стены перед громадным экраном. 	Серебристый зверь, сосредоточенно орудуя щупальцами, набирал неизвестную команду на подобии зем-ной компьютерной клавиатуры,- как и полагалось, под вогнутой матовой поверхностью дисплея красова-лись десятки цветных иероглифов, а на нем самом вепыхивали красные значки. Бишоп застыл рядом, терпеливо дожидаясь дальнейшего. 	Экран очистился, и тотчас же на нем тонкими белыми линиями стал вырисовываться силуэт детали, которая и требовалась людям. Вскоре ее трехмерное 	изображение мерцало перед глазами андроида, а Чужой, повернувшись к нему, издал звук, каковой, если судить по интонации, стал бы понятен и динозавру: "Что, это тебе нужно?" 	- Молодец, соображаешь! - похвалил Бишоп Чужого, а тот, заново ударив по какому-то иероглифу, осторожно достал из появившейся в стене щели изображенный блок и галантно подал его андроиду. 	- Э, нет! Мне их нужно пять, ты понял? - проговорил Бишоп, чувствуя некоторую обиду,- похоже, способности монстра оказались ниже ожидаемых. 	Чужой стоял свернув голову на бок и наблюдал за синтетиком, явно не понимая, что же еще от него хотят. Бишоп, вспомнив свой эксперимент с первым встреченным Чужим этой породы, протянул вперед руку с полученной деталью и громко "выговорил" известное ему "слово" на понятном монстру языке: "много". 	Реакция не замедлила появиться. Чужой мигом сообразил, каковы требования маленькой двуногой твари. Несколько молниеносных ударов щупальцем по тому же значку, и необходимые детали посыпались из отверстия будто из рога изобилия. Их хватило бы с запасом. 	- Здорово! - восхитился Бишоп. - Слушай, зверь, а если изобразить там стодолларовую купюру, мы все станем миллионерами? 	Чужой не понял ни шутки, ни всего сказанного. А жаль. 	Собрав с пола блестящие прямоугольники, оказавшиеся довольно тяжелыми, Бишоп решил, что тут делать больше нечего и пора возвращаться. Неизвестно, как долго придется провозиться с ремонтом, а времени в обрез. Никто их ждать не будет, и наверняка Ильин уже подумывает, что Маша Семцова с Бишопом мертвы, и собирается возвращаться, несмотря на категорический приказ госпожи консультанта ждать двадцать полных часов. Тщательно оглядев зал еще раз, стараясь подробно запомнить любые, самые незначительные детали, Бишоп быстро двинулся к подъемнику, Чужой последовал за ним, не отставая ни на шаг, и вскоре вся компания снова оказалась наверху. 	- Одного я не могу сообразить: зачем нашим уродцам хранить своих личинок там? И кто отложил яйца, которые мы видели, - первым нарушил молчание Казаков. 	- Не представляю, сэр,- мотнул головой андроид. - Как и не совсем понимаю то, каково предназначение части корабля, внутри которой мы находимся. Если вы внимательно рассматривали план, то можно было заметить, что данный отсек состоит из нескольких уровней-этажей и абсолютно автономен. Тут своя энергосистема, видимо, есть отдельный реактор.- Бишоп указал пальцем в пол, подразумевая, что источник энергии расположен глубоко внизу. - Я до сих пор не соображу, отчего для Чужих так важно устранить имеющиеся повреждения. 	- Не думаю, что удастся это выяснить,- сказал Мурадиев и, подойдя к поврежденному участку, осмотрел внутренности дыры. Работы было много. 	- Маша, я полагаю, что вы должны передохнуть, - внимательно посмотрел на Семцову Бишоп. - Да и вы, мистер Казаков, тоже. А мы пока займемся делом. 	- Не называй меня "мистер",- буркнул лейтенант.- Это американизм. Если говоришь по-английски, используй британское обращение - "сэр". 	- Да, сэр, - невозмутимо ответил андроид. - Как вам будет угодно... Сэр. 	- Сколько займет ремонт? - спросила Семцова, глядя на часы. Время уходило катастрофически быстро. 	- Ну-у... часа два. - Этот срок андроид назвал просто так, без всяких оснований, лишь для того, чтобы успокоить свою спутницу. Бишоп отвернулся и, присев возле Мурадиева, рывшегося в своем мешке, начал помогать техникам в отборе необходимых инструментов. Вскоре все втроем уже копались в оплавленной дыре, изредка перекидываясь непонятными для непрофессионалов фразами. Иногда Бишоп подходил к экрану с изображением схемы приводимого в порядок участка, долго рассматривал ее и возвращался обратно. Вскоре послышался треск сварочного аппарата да краткие, но исключительно выразительные фразы обжигавших пальцы техников. 	Семцова устроилась на полу рядом с остальными людьми, но не решилась по примеру явно плюнувших на всех Чужих скопом десантников снять ужасно мешавшие каску и бронежилет. Минуты летели быстро, и она, привалившись спиной к стене, вдруг ощутила дикую усталость, которая не давала о себе знать за все время, прошедшее от посадки челнока на Ахеронте. 	Заснуть Маша боялась: сказывался глубоко прижившийся страх перед Чужими, а здесь, рядом, находились сотни этих тварей, одна из которых висела сверху на стене, едва не над головой. Зато сейчас было время поразмыслить над всем произошедшим. Последние события окончательно сбили ее с толку. Начиная с нападения черных Чужих-хищников на челнок и спасения, явившегося в виде маленькой верткой серебристой твари и заканчивая этой совершенно невероятной историей с молчаливым приказом ее родичей привести в порядок эту, видимо, исключительно необходимую Чужим часть корабля. 	Да, теперь отрицать их разумность было бы абсурдно. Чужие сами показали несколько ярких примеров своей потрясающей сообразительности, да и Бишоп утверждает, будто у них имеется своя речь. Не верить ему после всего увиденного никаких оснований нет. Одно неясно напрочь: имеются два рода единой расы. С первыми из которых люди раньше встречались - взять ту же Эллен Рипли. И сказать, что ее общение с инопланетным разумом было приятным, никак нельзя... Череда бесконечных убийств, жуткие, не поддающиеся никакому цивилизованному анализу события в Хадли, наконец, катастрофа на Фиорине, и самое последнее - варварское уничтожение людей здесь, рядом с кораблем... 	И после всего этого появляются существа совершенно во всем, кроме окраски и размеров, похожие на своих собратьев, однако не проявляющие никакой агрессивности по отношению к людям. По крайней мере, пока. 	Безусловно, все Чужие принадлежат к единому биологическому виду, но откуда взялась такая невероятная разница в поведении, и отчего имеются различия во внешнем виде? Да и вообще, какой из миров является родным домом для этих зверюг? Что это за корабль? Какой цивилизации он принадлежит?.. 	Десятки, сотни вопросов без ответа. 	Постепенно Маша Семцова, сама того не желая, провалилась в дрему.

	ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ 	Еще полчаса назад Бишоп был совершенно не уверен в успехе начатого дела. Аслану Мурадиеву удалось соединить толстые, в человеческую руку, кабели и покрыть их моментально застывающим на воздухе изолирующим раствором из пульверизатора, отыскавшегося среди прочих инструментов. На аварийной схеме цвет восстановленных участков немедленно менялся с красного на зеленый. Поразмыслив, Бишоп понял, что четыре из добытых им блоков должны быть соединены с кабелями и, похоже, действительно играли роль неких предохранителей. 	А вот куда девать пятый блок, который, судя по схеме, обязательно должен присутствовать, было совершенно неясно. Бишоп несколько раз отходил к монитору и, вернувшись, пристально рассматривал оригинал, но ни к какому решению прийти не мог - очень уж схематично все изображалось. Сейчас, когда девяносто процентов работы было выполнено, это казалось особенно обидным. Мурадиев со своим коллегой угрюмо молчали, не предлагая своих услуг, - они понимали еще меньше андроида. Бишоп поднял с пола один из оставшихся блоков и заново как следует его рассмотрел. Так, четыре отверстия, из которых выходят проводки, металлический корпус с синим иероглифом на одной стороне и больше ничего. Все такое же, как и у других, но... Еще раз осмотрев знак на корпусе, Бишоп чуть улыбнулся. Ответ на загадку был до смешного простым: иероглиф очень походил на букву "X" с квадратами по центру и на концах перекрещенных палочек. Итого - пять квадратиков. - Ну-ка, дайте мне сварочник! - воскликнул андроид, с улыбкой глядя на Аслана. Приняв аппарат из рук техника, он подошел к поврежденному участку системы чужого корабля. Каждый из блоков был приварен к кабелю четырьмя отходившими от них проводами. Соответственно, пятый "предохранитель", по рассуждениям Бишопа, должен соединять четыре оставшихся. Быстро соединив провода в соответствии со своими расчетами, он с точностью, до которой обычному человеку было далеко, приварил их и, брызнув на точки соединений из баллончика с изолянтом, взглянул на монитор. Все красные цвета исчезли, и общее изображение вновь стало салатного цвета. Это означало победу. 	- Бишоп, слава Аллаху, тебе это удалось...- начал было изумленный Мурадиев, но андроид отмахнулся, понимая, что сейчас важнее не его объяснения и не воля какого-то виртуального бога, о котором упомянул солдат. Андроидам религиозность была чужда. 	Искусственный человек поднял голову к Чужому, чуть покачивавшемуся на стене, и позвал его писком. Спустя секунду существо стояло рядом и то смотрело на экран, то буквально засовывало морду в дыру, будто убеждаясь в истинности случившегося. Бишоп топтался рядом и, когда Чужой порывисто развернулся к нему, обнажив в наводящей дрожь "улыбке" обе челюсти, заново попробовал объяснить, что теперь людям требуется выйти из корабля наружу. Техники за это время разбудили всех остальных. 	Чужой, внимательно выслушав отрывистые звуки, которые издавал Бишоп, внезапно выпрямился и исторг жуткий скрежещущий звук. Невольно оглянувшийся андроид увидел, как терпеливо ждавшие в глубине шлюза монстры начали выползать из своего убежища. 	У проснувшейся мгновенно, как кошка, Маши Семцовой упало сердце. Можно сказать, в правую пятку. Неужели люди требовались проклятым тварям только до этого момента, а теперь Чужие в благодарность за сделанное добро уничтожат отряд? 	Однако поток клыкастых чудищ направился не к десантникам, а ко второму шлюзу, соседнему с подъемным механизмом. Разомкнулись створки, и Чужие один за другим начали исчезать в темной галерее, уводящей куда-то вверх. 	- Бишоп, дальше что? - недоуменно взирая на все это, спросил Казаков. 	- Подождем, - отозвался андроид, не веря, что его могли обмануть. У него сложилось слишком хорошее мнение о серебряных Чужих. 	Наконец шевелящийся поток начал иссякать, а зверь с четырьмя царапинами на панцире, постоянно надзиравший за людьми, разразился потоком звуков и взмахнул передними лапами. Двое из последних существ отделились от общей массы и, подобравшись к людям, застыли рядом. Тотчас первый монстр протянул щупальце к андроиду и, оплетя им правую руку Бишопа, потянул за собой. Все стало ясно без слов. 	- Двигаемся за ними, быстренько! - командным тоном сказал Бишоп на идеальном русском языке (как хорошо, что Хиллиард догадался ввести в лингвистическую программу своих "детей" знание самых распространенных языков Земли!), и десантники почти бегом рванулись к шлюзу, выводящему в овальный коридор. Эскортом были трое существ, которые немедленно перебрались на потолок и передвигались теперь только по нему. 	- А вы мне не верили...- с легкой укоризной заметил андроид, смотря на Семцову и лейтенанта Казакова. Последний как-то невнятно промычал: 	- Да-а... И вообще. 	Очень многозначительно. Особенно когда слышишь это из уст "волкодава". Интересно, что он этим хотел сказать? 	Маша была куда более прагматична: 	- Когда мы будем сидеть в транспортере и при этом окажемся живы, тогда я искренне скажу спасибо этим скотам. - Семцову смутить было нелегко, к тому же она посейчас не верила в чудесное спасение. 	Потянулись длинные галереи со спусками и подъемами, лабиринт темных, с затхлым запахом коридоров. Все это время странные проводники отряда ни разу не сбавили скорости движения. Было ясно, что все внутренности звездолета Чужим были известны наизусть. Машинально Семцова взглянула на часы: прошло почти десять часов с момента, как она распрощалась с Ильиным. Времени еще хватало, и оставалось надеяться, что медтехник не испугался и не укатил обратно к челноку или не разделил судьбу взвода, которым командовал капрал Ланской. 	Вскоре, съехав по наклонному ходу на собственных задах, "волкодавы", следуя за мерцающими в свете фонариков всеми оттенками серебра странными фигурами, очутились в громадной темной галерее, где любой звук отдавался от стен и потолка гулким, протяжным эхом. Сразу вскочив на ноги и отыскав распластавшиеся по потолку силуэты Чужих, десантники рванулись было за ними, но всех остановил возглас Семцовой: 	- Стойте! Да остановитесь же! - В ее голосе звенел почти восторг. 	- Что? - развернулся Казаков.- Что случилось?! 	Маша, наверно впервые за все прошедшие часы улыбнувшись, послюнявила палец и подняла руку. Недоумение продолжалось недолго. В коридоре явственно ощущался ток воздуха, обычного свежего ахеронтского воздуха с легким аммиачным запахом. 	- Да, - быстро сказал Бишоп, - выход совсем неподалеку, - и, повернувшись к Казакову, добавил: - Лейтенант, я бы посоветовал приказать вашим людям снова зарядить оружие. Не следует забывать о том, что снаружи нас могут ждать любые сюрпризы. 	- Конечно.- Казаков выглядел немного смутившимся. Забывать простую истину, что они не на прогулке, а Ахеронт - не ублюдочный американский Диснейленд, не стоило. 	Следующие минуты галерею оглашало клацанье оружия, и даже Бишоп, проверив свой смарт, с удовлетворением отметил, что все системы этого сложного оружия снова работают совершенно так, как должны. Критически осмотрев своих подчиненных, Казаков довольно хмыкнул и проговорил: 	- Сейчас нам предстоит последний рывок. Уверен, что через полтора часа мы уже будем в полной безопасности, на орбите. С трудом верится, но мы, похоже, выбрались. 	- Покажите мне выход наружу, и тогда я тоже в это поверю, - пробубнил Баулин, но никто не обратил на его фразу внимания. Эйфория охватила весь отряд. Казаков прекрасно понимал, что преждевременное ощущение победы может снизить внимательность и ослабить элементарную осторожность. Подобное неминуемо приведет к трагическим последствиям, если учесть тот факт, что снаружи, вполне возможно, разгуливают ближайшие родственники тех тварей, что сейчас висят над их головами. А черные Чужие настроены куда менее доброжелательно. Допустить гибель своих людей, тем более нечаянную, в момент, когда они почти уже вырвались из ада, Казаков не мог. 	- Так! Собраться! - гаркнул он так, что Бишоп слегка поморщился: сенсоры андроида, улавливающие звук, не были рассчитаны на эдакие децибелы. 	Весь отряд притих, и десантники вытянулись будто на плацу. Лейтенант продолжил: 	- От вас всех, и от меня в том числе, сейчас требуются предельная собранность и четкость действий. В сложившейся ситуации я приказываю вам уничтожить любое живое существо, которое встретится на пути к транспорту, если от него появится голубой сигнал на детекторе движений... 	- И этих тоже? - грубо перебил Бишоп, указывая взглядом на три тени, маячившие над головами. - Что с вами, мистер Казаков? 	- Всех, кроме существ, похожих по окраске на этих! И не "мистер", а "сэр", сколько можно повторять! - ничуть не смутился лейтенант и повернулся к андроиду: - Поймите, Бишоп, мы слишком близки к спасению. Я не хочу разделять судьбу Гормана и его морских пехотинцев. 	Казалось, что даже двуглавая птица, символ империи Его Величества Михаила IV, усевшаяся на рукав форменной куртки лейтенанта, стала смотреть серьезнее. И клювы черного орла агрессивно заострились. 	- Не забывайте, кому конкретно вы им обязаны, - сквозь зубы вымолвил Бишоп и, обращаясь уже ко всем, громко сказал, переходя с английского на русский: - Джентльмены... О, простите. Господа! По моему мнению, мы находимся внутри правой дуги, отходящей от головной части сооружения, то есть мы сумели пройти сквозь весь звездолет. Я не могу сказать точно, куда именно мы выйдем, но полностью поддерживаю слова лейтенанта Казакова: любым способом следует добраться до транспортера, который ждет недалеко от того места, где вы вошли внутрь корабля. Вы уже поняли, что Чужие, с которыми мы общались в течение последних часов, не желают нам вреда, в отличие от громадных черных чудовищ, встреченных ранее. Черных тварей не остановит ничто, кроме ору-, жия, но я прощу вас: прежде чем стрелять, сначала смотрите, во что целитесь. Сейчас попрошу всех следовать за мной. Выход - там, - Бишоп указал рукой, в правую сторону,- именно оттуда тянет ветер. 	И, развернувшись, он быстро пошел вправо. Обиженный Казаков не говоря ни слова последовал за, ним, и вскоре слитный топот двух десятков ног разнесся по темной галерее. Трое Чужих двинулись туда же. 	Через сотню метров показался уводящий вниз коридор, и Бишоп уверенно нырнул под его довольно низкий свод, посматривая на индикатор движений. Темно-голубое поле с пробегавшим раз в секунду изображением радиолуча пока оставалось чистым. 	- Давайте сюда, вокруг никого! - донесся снизу его голос, и вскоре все десантники вместе со своим командиром и Машей Семцовой оказались в таком же небольшом помещении с тремя овальными выходами наружу, как и в противоположном крыле чужого звездолета. Через отверстия ветер заносил бурую пыль, а зальчик был скупо освещен грязно-серым мутным светом, пробивавшимся с открытых пространств. Вслед за людьми из наклонного прохода выползли трое серебристых Чужих и моментально забрались на потолок. 	- Они что, намерены проводить нас прямо до вездехода? - удивленно спросил кто-то из солдат, смотревший, задрав голову, наверх. 	Существа замерли, и только движения челюстей да подрагивание щупалец не позволяли принять их за безобразные творения скульпторов-сюрреалистов. 	- Бишоп и операторы смартов - вперед! - скомандовал Казаков. Сейчас он снова стал лейтенантом подразделения специального назначения - знаменитых "волкодавов", командующим боевой операцией. - Остальные позади. Мария Викторовна, держитесь рядом со мной! 	Когда люди выбрались наружу и огляделись, стало ясно, что отряд находится между двумя дугами "подковы", ближе к окончанию правой из них. Хмурый день, низкие, несущиеся куда-то с колоссальной скоростью облака; хорошо, хоть дождя нет и ветер не сваливает с ног. Все пространство до возвышавшейся в полумиле от десантников серо-матовой стены противоположного оконечья корабля, больше напоминавшей гладкую крепостную стену, занимали хаотичные нагромождения валунов и заполненные водой углубления. 	Мертвая, без единого движения равнина. Все детекторы молчали. 	Казаков пристроился за громадным камнем, лежавшим рядом с ведущими в корабль шлюзами, обозрел окрестности в бинокль, словно не доверяя индикаторам движений живых организмов, однако тоже ничего подозрительного не обнаружил. Позади, совсем рядом, внезапно раздался звук сползающих камешков, и резко обернувшийся Казаков выставил вперед дуло винтовки. Сейчас опасаться было нечего - всего-навсего трое старых знакомцев выползали наружу вслед за людьми. Не обращая никакого внимания на десантников, Чужие продвинулись вперед и рассредоточились на расстоянии метров пятидесяти друг от друга. Чужой со шрамами на панцире, оказавшийся в центре, обернулся и, призывно заверещав, начал пробираться дальше. Ни дать ни взять - три закованных в блестящие латы рыцаря из сказок Томаса Мэлори, решившие прочесать местность. 	- Лейтенант, давайте за ними,- крикнул Бишоп из-за своего укрытия, - полагаю, они собираются охранять нас до конца. 	- Вперед! - скомандовал Казаков и осторожно пошел меж беспорядочно наваленных камней, постоянно поглядывая на детектор. Однако на экране сияли только1 три голубых пятна на том расстоянии, что и положено. Короткими перебежками, от одного валуна к другому, десантники начали медленно пробираться через плоскую равнину. 	Двигаться было трудно. Ботинки скользили по отполированным нескончаемыми ветрами камням, груды мелкого гравия осыпались, иногда, словно выстрел, шелкал перевернувшийся под чьей-нибудь тяжестью камень. Кроме этих звуков и свиста ветра, ничего более не слышалось. Один из солдат, поскользнувшись, свалился в глубокую, заполненную ледяной водой яму, и его громогласные проклятия, срезонировавшие от окружавших с трех сторон стен корабля, заставили сердце испереживавшейся Маши едва не выпрыгнуть из груди. 	Ничто не нарушало безжизненности базальтового плоскогорья. Перед глазами людей не было ни единого движения, кроме мелькания трех странных фигур в отдалении. Впрочем, не находилось и намеков на то, что отряд поджидают у противоположного крыла звездолета. 	Именно здесь, меж двух мертво вытянутых рук иноземного гиганта, в окружении взметнувшихся к низкому, в грязных разводах облаков небу стен неведомого чудовища из другого мира, чьи недра содержали в своих глубинах сотни неразгаданных тайн, Маша Семцова вдруг почувствовала всю ничтожность человека, столкнувшегося с неизвестным. 	Даже в самых смелых фантазиях и снах она не предполагала такого финала краткой и трагической истории посадки "Ностромо" на LV-426, случившейся многие годы назад. Что, интересно, чувствовала ее предшественница, Эллен Рипли, впервые увидев эту планету? 	Это прозвучит странно, но Маша, коснувшаяся тайного тайн, одна из первых людей увидевшая творение рук иной и наверняка высокоразвитой цивилизации, она, ставшая свидетельницей и участником первого за всю историю Земли непосредственного контакта с чужим разумом, не ощущала необычности и торжественности во всем минувшем. Она увидела многое в этом корабле, даже больше, чем ожидала. Но увидеть - не значит понять. Разгадать замысел строителей, узнать, кто они, откуда, о чем думали в свои последние часы перед тем, как погибнуть в объятиях черных страшилищ, ставших многие годы спустя причиной смерти десятков людей с ее планеты. Никто, включая Бишопа, глубже других проникшего в тайну чужого разума, живущего в серебристых подобиях убийц Эллен Рипли, колонистов Хадли, солдат американской колониальной морской пехоты и русских "волкодавов", ни единый человек не знает, кто такие Чужие и откуда взялись... И вряд ли когда-нибудь эта загадка будет раскрыта. 	Мрачная, надо сказать, загадка. 	Очень скоро (если повезет) люди навсегда покинут Ахеронт, а уж советник ООН Мария Семцова сделает все, чтобы ни единый земной рейдер не приблизился к этому проклятому планетоиду. Она знала, как это сделать. Но для начала следовало вернуться в тишину комфортабельной и безопасной "Патны", дрейфующей где-то в невообразимой вышине, за толстым слоем облаков, скрывающим от космоса каменистую поверхность LV-426. 	...До нависшего над скалой левого оконечья корабля идти пришлось чуть больше получаса, но этот очень короткий полукилометровый переход стоил многих сил даже тренированным военным, не говоря уж о Семцовой. Безусловно, шагать по ровным коридорам звездолета было куда легче, нежели перебираться через завалы булыжников, каждый из которых так и норовил выскользнуть из-под ног. К тому же сказывалось постоянное напряжение последних часов. 	В конце концов все собрались под чуть загнутым внутрь краем той части корпуса, где находился известный еще со времен "Ностромо" вход в корабль. Скала образовывала здесь узкую расселину, ведущую на равнину, где должен был стоять вездеход. Висящий над головами в полусотне метров над поверхностью Ахеронта стабилизатор корабля настолько заслонял серый дневной свет, что пришлось включить фонарики. Остановились здесь потому, что ни единый из сопровождавших взвод Чужих не пошел дальше. Сейчас трое монстров висели, чуть покачиваясь, на отвесной стене звездолета и тихо шипели, будто рассерженные змеи. 	- Ничего понять не могу,- глядя наверх, сказал Бишоп. - Или наши зубастые дружки решили, что сделали свое дело, и хотят вернуться, или просто боятся идти дальше. Никогда не слышал от них подобных звуков... 	Лейтенант после этих слов задумался и наконец сказал: 	- Знаешь, Бишоп, определенная опасность, полагаю, есть. Когда биологи спустились вниз по шахте в первом зале корабля, то... - Он запнулся и бросил короткий взгляд на напряженно слушавшую их Семцову. - Ну, словом, там находилось исключительно много личинок. Вы же знаете всю эту историю... Кстати, Бишоп. - Казаков выразительно посмотрел на мерцающий в полумраке экран детектора, укрепленного на рукаве андроида.- Там есть неопознанные сигналы? 	- Ничего, по крайней мере прямо по проходу, - последовал ответ. 	- В любом случае придется идти дальше, - справедливо заметил Баулин. 	- Не спорю, - нагнул голову Казаков. - Этот проход явно ведет вниз. Видите, - он указал рукой в узкую щель между скалами, - просматривается часть равнины и холмы. Надеюсь, обрыв не крутой. 	- Да, - подхватил Бишоп, - идти внизу и безопаснее и проще, чем передвигаться вдоль корпуса корабля. И еще, мне кажется, следует... - Он перебил сам себя и поднял ладонь, требуя тишины: - Вы ничего не слышите? 	- Ну, бля...- Казаков мгновенно понял, что андроид имеет в виду. - Быстро все за мной! 	И лейтенант недолго думая скатился в уходящую к подножию скалы расселину. 	Чуткий слух искусственного человека позволил различить звук, на который люди не обратили внимания. Сквозь свист ветра откуда-то снизу и справа прорывалось обрывистое туканье, и опытный слух сразу расценил бы его как стрельбу из тяжелого башенного пулемета. Вездеход явно был в осаде. 	Щель, пробитая потоками воды в мягком камне и служившая стоком дождевой влаги с плоскогорья вниз, на равнину, действительно выводила к подножию невысокого плато, на краю которого покоился звездолет. Казаков и не отстававший от него Бишоп вылетели по скользкой поверхности на относительно плоское место под скалой и, дождавшись остальных, осторожно высунулись из-за каменного завала, закрывавшего обзор. Картина открылась неутешительная. 	- Рассредоточиться полукругом, операторы смартов - на переднюю линию! Держаться не дальше двадцати футов друг от друга. Мурадиев и Баулин следят за тылом. - Казаков отдавал приказы четко и спокойно, пускай перед его глазами и разворачивался жутковатый спектакль. - Короткими перебежками вперед! Огонь открывать с минимального расстояния! 	Оба транспортера находились там, где и должны были находиться, - в двух или трех сотнях метров дальше от первого входа в корабль. Один вездеход был окружен темными глянцевыми кляксами панцирей мертвых чудовищ, а вокруг второго черные пятна шевелились. Чужие-хищники явились в количестве не меньше двадцати штук, еще столько же зверей, видимо, было уничтожено. И без бинокля явственно виделось, что низенькая башня с торчащими из нее двумя толстыми стволами быстро вращается на крыше машины, а окружающее пространство периодически освещается вспышками коротких очередей. 	Помня, как был уничтожен взвод Ланского, медтехник Андрей Ильин или уцелевший в недавней бойне рядовой Шмарцев, оставшиеся в броневике, отгоняли на удивление громадных тварей от заднего люка, не рассчитывая истребить всех. Медтехник обещал продержаться и пока отстреливался, дожидаясь возвращения Семцовой и Бишопа. Люди Казакова быстро приближались, с опаской поглядывая на скалу справа, откуда могли скатиться новые монстры, но четкий взгляд 	Бишопа уловил только три светлые тени, пробирающиеся вдоль корабля наверху. Фланг был прикрыт, и держали там оборону нелюди... Или не-люди? 	* * * 	Эта местность была довольно плоская, крупные камни попадались редко, и двигаться скрытно не получалось. Чужие заметили людей удивительно быстро, но, по счастью, черных зверюг было немного. Вдобавок дело происходило на открытом пространстве, а не в помещении. Смять числом и хитростью, как Чужие это обычно делали, они сейчас не могли. Как только десяток черных развернулись и скачками начали приближаться, Казаков выпрямился во весь рост и, перекрикивая ветер, скомандовал: 	- Беглый огонь!! 	Слитный вой нескольких смартов сотряс воздух на много километров вокруг. На огромных хищников с трех сторон обрушился сметающийся ливень тяжелых пуль, вдребезги разносящих прочные панцири и клыкастые черепа. Атака длилась не больше трех минут, и за это время возле вездехода не осталось ни одного живого монстра. Не ушел никто, однако положение оставалось сложным. 	- Множественные сигналы сверху, от корабля! - проорал Казакову Баулин. И Бишоп, взглянув на свой монитор, едва не выругался, что роботам-андроидам было совершенно несвойственно. Почти все поле экрана мерцало голубыми точками, а счетчик расстояния выдавал постоянно уменьшающиеся цифры. 	- Быстро к машине,- прокричал он и, отыскав глазами Семцову, кинулся к ней, хватая за руку.- Скорее, Маша, наше спасение в скорости! 	Черная масса подобно лавине стекала со скалы вниз. Тут уже ни о какой обороне и речи идти не могло. Чужих было слишком много. Несколько выстрелов из подствольных гранатометов их ничуть не смутили, пускай и нанесли малозаметный урон их численности. 	Последние сто метров до броневика люди преодолели на одном дыхании, перепрыгивая через истекающие кислотой громадные туши. Положение становилось невероятно опасным. На бегу Казаков заметил, что несколько тварей кинулись не к машине, а куда-то в сторону - пытались отсечь. Хорошо еще, что Чужие не столь быстро передвигаются по земле: если бы им представилась возможность нападать сверху, то не осталось бы даже минимального шанса выбраться. 	Из транспортера отряд заметили еще во время первой и успешной атаки на осадивших машину чудищ. Едва кто-то из десантников оказался у заднего люка, броневой щит, закрывающий вход, начал подниматься, и человек проскользнул внутрь, а сверху снова ударил пулемет. Бледный как полотно Ильин, сжимая винтовку, стоял у входа и помогал отставшим забираться в машину. 	Бишоп буквально закинул Семцову в люк, короткой очередью из своего смарта сразил словно выросшего из-под земли Чужого, дождался, пока последний из "волкодавов" влезет внутрь, и сам нырнул в люк. 	В последний момент длинная суставчатая лапа метнулась за ним, когти зацепили за бронежилет, но два пистолетных выстрела заставили жуткую конечность отдернуться, и стальная плита поплыла вниз. В сужающуюся щель ударили еще с десяток выстрелов, и наконец люк закрылся, превратив вездеход в подобие громадной консервной банки. 	Казаков, еще сжимая в руке пистолет, ринулся было в кабину. Но тотчас взревели двигатели, и от толчка лейтенант самым непотребным образом полетел на пол. Бишоп, подобно сказочной фее, видимо, мог мгновенно перемещаться в пространстве: сейчас, вцепившись в ручки управления транспортера, андроид пытался развернуть тяжеленную машину. Все щитки на иллюминаторах были опущены., ничего из происходящего снаружи видно не было, но мощные удары по обшивке красноречиво свидетельствовали о том, что "консервную банку" настойчиво пытались вскрыть. Поднявшись, Казаков, стараясь не смотреть на перепуганное лицо Семцовой, взбежал по лестнице, ведущей в поворотную башню, и увидел там перевязанного и, похоже, едва живого Шмарцева, намертво вцепившегося в пулемет. 	- Вадим, это я, Казаков! - позвал он, пытаясь перекричать грохот оружия, и, схватив Шмарцева за здоровую руку, заорал ему прямо в ухо: - Пошел вниз, я тебя сменю! Быстро! 	Тот посмотрел на лейтенанта совершенно одуревшими от страха и боли глазами, но смысл сказанных слов понял. 	- Да, командир, - и, кривясь от боли в раненой груди, сполз с кресла, уступив его Казакову. 	Бишоп, имея возможность ориентироваться только лишь, по приборам, рванул вездеход вперед. Насмерть перепуганный Ильин, пристроившийся в кресле рядом, молился только об одном: чтобы кислота из тел раздавленных гусеницами Чужих не разъела металл. Тогда их уже не спасло бы ничто. Машину встряхивало ежесекундно - Бишоп решил идти напролом и сшиб уже не одного монстра, попавшегося на пути. Внешне андроид был спокоен, как никогда. Повернувшись к Ильину, он ровным голосом произнес: 	- Андрей, я очень рад вас видеть, но давайте оставим изъявления чувств на потом. Пожалуйста, свяжитесь с челноком и сообщите, что мы возвращаемся. 	- Да, конечно,- засуетился медтехник, - сейчас... 	Хоть какое-то дело могло отвлечь от переживаний, и, надев наушники, он вызвал Логинова. Прыгающее изображение его лица появилось на миниатюрном дисплее сверху: 	- Андрей, ну наконец-то! 	- Федор Николаевич, мы едем! Все целы! Тут полно этих тварей! - срывающимся голосом кричал Ильин. 	- Хорошо, хорошо, мы вас встретим, успокойся! Как Маша? 	- Она... она тоже цела.- Андрей откинулся назад и посмотрел в салон, словно желая увериться в правильности своих слов. Прошедшие часы стоили ему многих седых волос, истрепанных нервов, и медтехник поклялся себе, что если вернется на Землю, то сразу подаст рапорт об отставке из Космического Корпуса империи. И уедет в какую-нибудь глушь. В Саратов, например... В губернскую больницу. 	Казаков был серьезно обеспокоен. Да, прорваться удалось, и сейчас на пути несущегося как стрела транспортера не было ни единого Чужого, но оставалась проблема, о которой и думать не хотелось. Это было принятое им предложение Маши Семцовой, которое она изложила ему, еще когда отряд находился внутри чужого корабля. 	Механически осматривая окрестности в инфракрасный прицел и видя там только удалявшиеся уродливые силуэты, на которые можно было уже не тратить снаряды, Казаков уже сочинил у себя в воображении текст вердикта военного суда Организации Объединенных Наций, приговаривающего лейтенанта Сергея Владимировича Казакова за измену и вооруженный мятеж к смертной казни. Через повешение. И никакое заступничество имперских властей России и национального министерства обороны не поможет. Если только апелляция к императору... Все равно повесят. Или расстреляют. 	"Ладно, - решил он, - будем смотреть по ситуации. Кто знает, может быть, это делать и не придется". 	Тут он крепко приложился лбом о прицел: Бишоп затормозил излишне резко. Казаков с легким изумлением обнаружил, что вездеход остановился. Спрыгнув в салон, лейтенант решил, что андроид начинает сходить с ума от всего пережитого, если такое заболевание, как ситуационный психоз, возможно у искусственного человека. Под настороженными взглядами солдат и невзирая на слабые протесты Семцовой, синтетик стоял у открывающейся задней двери. 	- Бишоп, твою мать...- начал было Казаков, совсем позабыв, что у биоробота матери вовсе не было. Если только отец?.. И тот Хиллиард, тупой янки. Господи, что за дурацкие мысли...- Что все это значит? 	Андроид оглянулся на его голос: 	- Лейтенант, опасности сейчас никакой, мы отъехали от корабля больше чем на пару километров и Чужие-хищники нас не преследуют. Если не боитесь, выйдите со мной, надо кое с кем поговорить. - Бишоп лукаво улыбнулся и вылез наружу. 	Казаков вздохнул, оглянулся на своих и отправился вслед. Вездеход, немного поврежденный кислотными брызгами, но по-прежнему крепкий и неприступный, стоял на гребне холмистой гряды, протянувшейся с севера на юг. Где-то дальше и правее должен был находиться мерцающий рядами огней челнок, а позади величественно возвышался на базальтовом постаменте иноземный корабль. Вершина возвышенности продувалась со всех сторон, и Казакова едва не сбил с ног ураганный порыв ветра. Держась за борт машины, он отправился за скрывшимся в тени слева Бишопом. В следующий момент Казаков просто онемел от увиденного. 	Чужой показался ему в полумраке едва не вдвое больше и безобразнее обычного, и рука чисто инстинктивно потянулась к пистолету. Казаков не без усилия подавил в себе желание разрядить обойму, когда увидел спокойно стоявшего рядом со сказочным чудищем андроида. А вглядевшись получше и различив четыре приметных рубца на "шлеме" Чужого, успокоился совершенно. 	- Сюда, господин лейтенант, - гостеприимно протянул ему руку Бишоп, казавшийся меньше своего роста рядом с массивным Чужим-громилой. - Да не бойтесь вы, - добавил андроид чуть раздраженно. - Не видите разве, это же наш старый знакомый. 	Казаков осторожно подошел и уставился на покачивающуюся в нескольких метрах от него морду, которая никоим образом не стала симпатичнее от того, что этот монстр послужил непосредственной причиной спасения отряда. Ситуация все равно, по мнению Казакова, была на редкость фантастичной и не укладывалась в голове. Погибла большая часть их экипажа, жалкие остатки военного подразделения чудом (и никак , иначе!) вырвались из когтей смерти, и вот вездеход со знаком ООН и буквами "PATHNA" стоит на вершине холма в миле от чужого звездолета, а робот-андроид и лейтенант вооруженных сил Российской империи смотрят на отвратительное создание, вдобавок еще и наделенное разумом. Ну не идиотизм ли?.. 	- Кстати, как вы умудрились не заметить его? - вопросил Бишоп. - Я испугался, что вы не разберетесь и подстрелите ненароком. Я пытался кричать, чтобы вы не стреляли... 	- Да... задумался,- смущенно отозвался Казаков. Это замечание обескураживало. Подобная невнимательность ему была не свойственна. - Бишоп, давайте скорее. Что нужно этой твари? - добавил он, не наблюдая никаких действий ни со стороны Чужого, ни со стороны андроида. Они просто стояли и смотрели друг на Друга. 	- Он не тварь, мистер Казаков. Он такой же, как и мы. Не обращайте внимания на внешность. Видимо, этот странный народ так же чувствует и переживает, как люди. Заметьте, Чужие не стали мстить людям за то, что вы, не разобравшись, перебили целый отряд таких существ внутри корабля. Он преследовал нас до этого места, потом выскочил перед машиной. Так неожиданно, что я едва успел остановиться. Он просто хочет попрощаться... 	Чужой на протяжении довольно сбивчивой речи Бишопа стоял как обычно, слегка наклонив голову, наконец, не выдержав, нагнулся совсем низко и исторг из недр своей пасти поток резких звуков, продолжавшихся сравнительно долго. Пару раз он разворачивался по направлению к темневшему вдали гигантскому силуэту, коротко взвизгивая и шипя. 	- Ты что-нибудь понял? - с легкой иронией в голосе спросил Казаков у андроида, который внимательно слушал этот поток бессвязных, по мнению военного, фонем. 	- Абсолютно ничего, - признался Бишоп. - Но я все запомнил. Кто знает, может быть, и пригодится. Вы посмотрите повнимательнее на это существо - возможно, что вы являетесь последним человеком, видевшим таких Чужих... Хорошо, лейтенант, идемте, надо ехать. - И, повернувшись к существу, андроид, ничего не говоря, похлопал ладонью по гладкому панцирю. Человеческий жест. Жест, который жутковатый тускло-серебристый монстр понял. В ответ он вытянул тяжеленную, оканчивающуюся когтями, способными рвать металл, лапу и коснулся сначала бронежилета Бишопа, а потом и Казакова. А затем ткнулся мордой в плечо биоробота и русского лейтенанта. На одежде остались капли тягучей слюны. 	Чужой развернулся и, скакнув, опираясь на длинный хвост, в сторону, исчез в сумраке. 	- Все, возвращаемся.- Андроид быстро подошел к раскрытой створке люка. 	- Что вы там делали? - напряженно спросила Сем-цова, когда они забрались в вездеход и Казаков закрыл кормовой люк. Бишоп, не отвечая, отправился в кабину, перешагивая через вытянутые в проходе ноги. Лейтенант, буркнув что-то невнятное, нахмурился и полез обратно в пулеметную башню. Маша, разозлившись, отправилась за андроидом и, бесцеремонно выгнав Ильина в салон, устроилась в кресле рядом. 	- Вот все и закончилось, мисс, - проговорил Бишоп, глядя на мерцающие экраны приборной доски и манипулируя штурвалом. - Наша экспедиция завершена. Может быть, теперь мне всерьез называть вас капитаном? 	- Экспедиция - да. Ты, надеюсь, не забыл, что нам предстоит сделать? А насчет капитана... Ерунда какая! Посмотрим... 	Бишоп минуту помолчал, а затем повернулся к Сем-цовой и, глянув ей в глаза, медленно, раздельно произнес: 	- Я еще раз повторяю, ваша затея безумна. Но вы человек... Я вынужден подчиниться. - А после короткой паузы добавил: - Однако я помогу вам сознательно. Это принятое решение. Если вам будет понятнее - индивидуальная программа более высокого уровня. Приоритет. 	Семцова кивнула и уставилась в передний обзорный иллюминатор, с которого Бишоп уже убрал заслонявший стекло броневой щиток. Если Казаков не подведет (а не должен подвести! Во-первых, он свой - русский. Во-вторых, он сам видел, что к чему), то ее действительно безумный план будет выполнен. 	Вездеход быстро катился вперед, слегка вибрируя. Казаков, уже не отвлекаясь и не думая ни о чем, кроме дела, оглядывал окружающую местность в некий гибрид перископа и прицела с инфракрасным видением, но даже единого намека на преследование не было. Внизу, в салоне, Баулин, быстро нашедший общий язык с истосковавшимся по общению за часы, проведенные взаперти, медтехником, живописал тому свои приключения, а остальные впервые за несколько часов расслабились по-настоящему - просто молча сидели, полуприкрыв глаза. 	И вот позади последний холм, бронированный жук победно урча сполз в небольшую долину, где совсем рядом друг от друга словно вырастали из лавового поля стремительные силуэты атмосферных модулей. Один из них уже отлетался навсегда. Громыхнула, опускаясь, ярко освещенная платформа, и только Бишоп успел выключить силовые установки, въехав на нее, как вездеход скрылся в чреве челнока. Зашуршали замки герметизации грузового отсека. Погасли мощные прожектора и красные огоньки световой сигнализации. 	Все. Приехали.

	ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ 	Прилив напряжения схлынул, оставив после себя белый песок усталости. Еще держался в дальних закоулках сознания "эффект присутствия" Чужих, но, едва лишь неживой голос информационной системы челнока провозгласил, что "подъемная платформа грузового отсека герметизирована, контакта с наружной средой нет", на весь отряд Казакова шквалом налетело одуряющее чувство безопасности. Пускай соберутся все твари, которые только остались там, снаружи, - в челнок не сможет пробраться даже мельчайший вирус, не то что огромное чудище. А взять модуль штурмом... Что же, попробуйте! 	- Ну, Мария Викторовна, поднимайтесь! - Бишоп встал и протянул Семцовой руку. Она поймала его ладонь и вылезла из кресла, заново оглядев кабину вездехода. Аккуратный, как все синтетики, Бишоп успел уже отключить все приборы, кроме системы памяти внешних обзорных камер - чтобы не стерлось ничего из заснятого ими. Предусмотрительность... 	Позади, в салоне, послышалось шипение пневмо-замка, открывающего заднюю дверь, и глухие голоса двигавшихся медленно, словно сонные мухи, десантников. Пальцы бегали по застежкам бронежилетов, водворялось на свои места оружие. Понимая, что к выходу пока не протолкнуться, Семцова последовала общему примеру и сбросила бронежилет с каской, избавилась от тяжелых, распиханных по карманам обойм для винтовок, оставив при себе только пистолет. Спрыгнул сверху Казаков, его резкий голос подогнал солдат: операция закончена, но порядок есть порядок. Уже через минуту все выбрались в грузовой отсек. 	Логинов, очухавшийся Фарелл, биологи в полном составе уже находились здесь. Семцова, Бишоп и заметно повеселевший Ильин сразу оказались в центре внимания. Казаков и Фарелл делились друг с другом впечатлениями последних суток, только врач, быстро сообразивший, что военные едва держатся на ногах от голода и усталости, хлопнул в ладоши, приглашая всех в кают-компанию. Толкаясь в узком коридоре, Логинов под руку вел Машу, объясняя, что автоповар начал работать, едва медтехник известил о возвращении отряда. Биологи таращили глаза на Бишопа, вкратце обрисовывающего приключения в инопланетном корабле. Словом, встреча была теплая, и все просто радовались тому, что остались живы. 	- У нас тут ничего особенного не происходило, - говорил Логинов, откусывая кукурузный хлеб.- Этот англичанин, пилот Фарелл, очнулся почти сразу после вашего отъезда, а потом мы просто следили за поступавшей от Андрея информацией и очень за него переживали... 	- Боже мой, Мария Викторовна, - перебил медтехник, - последние два часа были просто ужасны. Если бы не Шмарцев, думаю, мною просто бы пообедали! Это счастье, что он остался жив и, главное, показал, как обращаться с пулеметом. 	Усердно работающие челюстями десантники все, как один, засмеялись, даже Бишоп улыбнулся. Из дальнейшего, очень эмоционального, рассказа Ильина выяснилось, что первое время после того, как Семцова и Бишоп отправились за Казаковым и его людьми, прошло спокойно - ни один Чужой вблизи транспортера не появлялся. А часа за полтора-два до возвращения отряда эти твари, похоже, разнюхали, что в машине находятся люди, и Ильин со сменявшим его Шмарцевым успешно оборонялись при помощи башенного пулемета. Пару раз особенно наглые монстры запрыгивали на крышу броневика, но были сметены оттуда пулями. Ильин очень хотел уехать и точно сделал бы это, когда кончились бы боеприпасы, но, по счастью, Семцова и остальные вернулись очень вовремя. 	- Спасибо, Андрей, - коротко поблагодарил медтехника Казаков и, потянувшись через стол, пожал его руку. 	- Доктор, а как с теми двумя? - тихо спросил Бишоп Логинова. 	- Вы имеете в виду пораженных паразитами? - тоже не повышая голоса переспросил врач. 	Бишоп кивнул и краем глаза взглянул на Семцову, но она была слишком увлечена беседой с биологами и ничего не слышала. 	- Да- Новости малоприятные, я не хотел сразу всех огорчать. - Взгляд Логинова стал озабоченным и встревоженным. - Дело в том, что, несмотря на гиберна-цию, зародыши развиваются, правда медленнее, нежели обычно. Как только мы окажемся на "Патне", этих людей необходимо оперировать. 	- Вы не возражаете, если я попозже взгляну на показания сканеров? - попросил Бишоп. 	- Конечно, конечно, как только будет время, заходите. Я уже сделал очень любопытные наблюдения о развитии эмбрионов, думаю, это вас заинтересует! - Логинов постепенно увлекался своим рассказом. - А изменение химического баланса в организме человека... Господи, что это еще?! - вдруг воскликнул врач, и все находившиеся в кают-компании вскочили на ноги. 	И было от чего. 	Пол под ногами вздрогнул, стеклянные стаканы на столах начали отбивать мелкую чечетку, а откуда-то снаружи в челнок проник густой нарастающий рев, сменяющийся глухим грохотом. На поверхности Ахеронта явно происходило что-то нехорошее. 	Фарелл пулей вылетел в коридор и кинулся в центр управления. За ним побежали Казаков и Бишоп. Всег поддавшись общему порыву, вскоре столпились у входа в кабину. 	Пальцы Бишопа бешено мелькали над клавиатурой, пилот, сидя в своем кресле, осматривал экраны внешнего обзора челнока, а Казаков пытался что-то разглядеть в иллюминаторы. 	- Черт знает что происходит! - бормотал Бишоп. - Регистрируется сейсмическая активность, эпицентр совсем рядом. Этого не может быть, ведь LV-426 - практически монолитная скала! 	- Где, где рядом? - обернулся на его слова Каза-ков. 	- В шести-семи километрах... - Бишоп изменился в лице. - Этого нам только не хватало! Там же находится звездолет! 	- Что могло произойти? Взрыв реактора? Почему именно сейчас? - гадал Фарелл, перебегая взглядом с одного монитора на другой. 	Тряхнуло еще раз. 	- Надо улетать немедленно, - сказал Фарелл своему отражению в темном мониторе, и его пальцы потянулись к приборам над головой, к панели у переднего обзорного окна. 	Зловещее рычание снаружи достигло немыслимого для звука предела, и на самой глубокой и протяжной его ноте в центр управления модулем начал проникать струящийся тревожный белый свет. Блеклые полосы поползли по лицу пилота и стали быстро укорачиваться, бледнея и угасая. Рев уходил куда-то ввысь, постепенно унимаясь. 	- Да вы только посмотрите! - простонал, глядя на экран радара, Фарелл. 	По зеленому полю все быстрее и быстрее ползла яркая точка. По монитору системы обнаружения посторонних объектов побежала красная тревожная строка: "Внимание экипажу! Неидентифицируемый объект! Расстояние..." Но туда никто не смотрел. Казаков вывернулся как змея, глядя через обзорное окно вверх, и бледные отсвечивающие тени ползли по его лицу. 	- Они улетели...- выдавил лейтенант, не веря сам в то, о чем говорит. 	- Не-ет, - тихо отозвался Бишоп.- Уровень излучения в районе местоположения звездолета почти на прежнем уровне - корабль на планете. 	- Тогда что это было? Что?!! - взорвался Казаков.- Кроме корабля Чужих и наших челноков здесь нет ни единого способного летать объекта! А если и был, мы бы давно засекли постороннее присутствие! 	- Не горячитесь. - Бишоп словно не заметил крик лейтенанта.- Что это было, я не знаю, хотя и догадываюсь. Когда поднимемся в воздух,- андроид повернулся к пилоту, - необходимо будет совершить облет того района. Возможно, мы тогда поймем, что именно произошло. 	- Ну а хотя бы приблизительно можно что-то сказать? - встревоженным голосом спросила пробившаяся через строй сгрудившихся у входа в кабину десантников Семцова. 	Пальцы Бишопа вновь коснулись клавиатуры, и он, вглядевшись в ряды строчек на мониторе, сообщил: 	- Я знаю только, что в нескольких километрах отсюда с поверхности стартовал крупный объект, очень быстро достиг второй космической скорости и вышел из атмосферы планетоида. А через несколько секунд наши приборы зарегистрировали ударную волну, возникающую при преодолении светового барьера... 	- Бред,- заявил Фарелл, услышав сказанное Бишопом. - По твоим словам, от момента взлета до гиперпространственного прыжка прошло совсем немного времени. То есть они "прыгнули", практически не разгоняясь. Такого не может быть! - И пилот взглянул на Казакова, словно ища поддержки своим мыслям. Тот только помотал головой: 	- Не может, не может... а вот есть! Ну ладно, все одно мы ничего понять не сможем, потому не стоит ломать голову. - Казаков выпрямился и обвел всех взглядом.- Я прошу весь экипаж собраться в медицинском блоке. Бишоп пока займется предполетной подготовкой. Мне и консультанту Семцовой нужно всем кое-что сказать. 	Вскоре все уцелевшие разместились вокруг стола в обширном, ярко освещенном отсеке. Маша, обведя взглядом людей, с честью выдержавших все испытания, выпавшие на их долю, начала понимать, что ее план не встретит особых возражений со стороны военных, чего она, признаться, побаивалась. "Волкодавы" выполнят приказ Казакова. А вот рассчитывать на полную поддержку биологов и медиков было сложно. 	- Ребята, - начал Казаков. - Я попросил вас прийти сюда, так как мы с вами находимся в исключительно трудном положении. Все мы подчинены руководителю этой экспедиции мистеру Хиллиарду, который представляет интересы коммерческой компании "Уэйленд-Ютани". Из-за указанных интересов на Землю вернется только треть людей, спустившихся сюда, на LV-426. Из-за американцев я потерял больше половины моего подразделения, погибла часть экипажа нашего челнока, не говоря уже о смертях многих десятков людей ранее. Причина - существа, которых все мы видели. В планы руководства Компании, вероятнее всего, входит доставить одного или нескольких Чужих в Солнечную систему или даже на Землю для, как выражается Хиллиард, "исследований". Это - уголовное преступление. Ни одна биологическая форма жизни из других миров не должна быть ввезена на планеты нашей системы, и я не желаю быть соучастником преступления. Кроме того, у нас на борту находятся двое Чужих... 	- Что? - перебил, нарушая субординацию, Баулин. - Где? 	- Вон там.- Казаков указал на две криогенные капсулы. - Внутри двое людей, пораженных личинками Чужих. Эмбрионы уже развиваются в их организмах. Хиллиард сделает все, чтобы доставить пострадавших на Землю, не убив зародыши. Зная, что такое Чужие, вы можете представить возможные последствия. 	- Да, лейтенант Казаков абсолютно прав, - прозвучал голос Логинова. - В их грудных клетках находятся зародыши, и я думаю, что замораживание лишь приостановило развитие Чужих, но не прекратило окончательно. 	- Это какие Чужие? - задал не вполне понятный вопрос Мурадиев. - Я имею в виду... 	- Вы имеете в виду, не являются ли эти зародыши существами, с которыми вы повстречались на звездолете? - закончил за Мурадиева врач. - Нет, это эмбрионы обычных черных Чужих-убийц. Заметны некоторые анатомические отличия... 	- Позвольте, я продолжу, доктор? - спросил Казаков.- Итак, едва мы прибудем на "Патну", от этих созданий необходимо избавиться любым способом, но также совершенно необходимо сохранить жизнь их носителей. Нужная аппаратура на крейсере имеется. Как вы думаете, док, - Казаков повернулся к Логинову, - вы сами сможете с этим справиться? 	- Скорее всего, да, - медленно произнес Логинов после короткого раздумья. - А Бишоп очень мне поможет. Насколько я помню, в операционном блоке установлен робот-хирург, который сможет справиться с подобной... м-м... операцией. В задачу человека входит лишь управлять им. К тому же руководство явно позаботилось о том, чтобы вложить в машину необходимую программу. 	- Очень хорошо, - кивнул Казаков. - Беда в одном - Хиллиард и прочие руководители проекта всеми силами будут противиться уничтожению Чужих. Еще хуже другое. Точно известно - на Ахеронте сохранились десятки подобных существ, а возможно, и сотни. Инопланетный корабль, если верить Бишопу, здесь, и ничто не помешает "Уэйленд-Ютани" выслать на LV-426 новую экспедицию. Присутствующая здесь Маша Семцова нашла выход из сложившейся ситуации, и я вижу, что этот путь - единственно правильный. 	Казаков замолчал и взглянул на консультантку. Маша поднялась с кресла и выбралась вперед. На словах ее план был прост. После стыковки с "Патной" военные под командованием Казакова арестуют и изолируют руководителей экспедиции, а она, Семцова, попытается расконсервировать систему обороны корабля, которая имеет несколько ракет с ядерными боеголовками. Если все получится, то территория, где находится остов звездолета, будет обстреляна этими ракетами. Затем "Патна" вернется в Солнечную систему и сдастся властям Российской империи или представителям ООН. 	Десантники выслушали ее спокойно. Они предполагали кое-что в таком роде, но гражданский персонал явно не одобрил затею Семцовой. После короткого молчания первым об этом заявил Логинов. 	- Вы знаете, Маша,- осторожно начал он, глядя в сторону, - я, конечно, понимаю всю опасность, исходящую от Чужих, но вы представляете, что нас всех может ждать на Земле? Я не говорю о Сергее Казакове, которого сразу после этой авантюры отдадут под трибунал... Я имею в виду нас, биологический и медицинский персонал. Организация Объединенных Наций, плоха они или хороша, платит нам очень большие деньги. А если подходить с юридической точки зрения, руководит экспедицией не этот вшивый американец Хиллиард, а ООН. Естественно, что все мы будем уволены из флота, и хорошо, если никого не подвергнут судебному преследованию за соучастие... 	- Тогда вы, доктор, тоже будете изолированы вместе с Хиллиардом и прочими, - отрезала Семцова. - Это в должной мере обеспечит вашу безопасность. Кто еще желает посидеть взаперти вместе с доктором Логиновым? - Она посмотрела на биологов с некоторой агрессивностью. 	- Подождите, подождите, - влез Андрей Ильин, - я хочу сказать вот что. Федор, - он повернулся к врачу, - мы все здесь пережили многое и уже нарушили тьму всяких разных инструкций, это первое. А раз уж мы ввязались в эту историю, то я совершенно не уверен в том, что такие свидетели, как все мы, нужны Компании. Руководство "Уэйленд-Ютани" может заткнуть нам рот любыми методами - от увольнения до, что уж тут скрывать, убийства. 	- Полностью согласна, - поддержала его Маша. - Человек, от которого я впервые узнала о Чужих, был убит на моих глазах. Прямо в центре Женевы. Не ошибусь, если скажу, что убийцу наняла Компания. 	Ильин продолжил: 	- Я сам, после того как посидел в транспортере возле этого проклятого корабля, полностью согласен с консультантом Семцовой. Меня беспокоит только одно - на корабле остались... ну, те, вторые Чужие. Нехорошо получится, если Мария Викторовна действительно решила уничтожить звездолет...- Он говорил уже совсем робко. - Вы же сами знаете, что они разумны. 	- Да, верно, - кивнул Казаков, - все-таки светлые существа очень помогли нам. 	- Эту проблему мы разрешим уже на "Патне", - холодно сказала Семцова, - сейчас речь не об этом, дорогие мои. Я не призываю вас вступать в заговор. Кому дорога карьера и безопасность, посидят в своих каютах до окончания полета, а потом смогут пожаловаться властям на мое вероломство и измену лейтенанта Казакова. Какие возражения? 	Молчание. Весь отсек напоминал сейчас какую-то причудливую группу восковых фигур из музея мадам Тюссо. Только помаргивание мониторов да стрекотание кислородного регенератора вносили сомнительное разнообразие в эту сцену. 	- Ладно! - этот выкрик Логинова заставил Семцо-ву вздрогнуть. - Это чистое безумие, конечно, но я согласен с вами, Маша. На Земле как-нибудь выкрутимся. А вы, коллеги, что скажете? - Он повернулся к биологам, сидевшим с откровенно растерянным видом. 	- Я? Я с вами...- сокрушенно вздохнул Стеклы. 	- Ну вот и прекрасно, - хлопнул себя по колену Казаков, видимо решивший, что мнение Стеклы разделят и остальные. - Теперь попрошу всех занять свои места - мы улетаем. 	- Наконец-то, - непроизвольно вырвалось у кого-то. По лицам людей ясно можно было прочесть, что этот приказ Казакова никто оспаривать не собирается. 	"Волкодавы" направились в грузовой отсек: транспортер не был закреплен, да и весь персонал занялся рутинной предполетной подготовкой. Семцова вместе с Сергеем Казаковым и Фареллом вернулись в кабину, оставив в медицинском блоке мрачного Логинова вместе с медтехником. 	- Поговорили? - коротко спросил Бишоп, не отрываясь от монитора. - А я тут кое-что выяснил насчет того непонятного объекта. 	- Ну? - заинтересовался Казаков. 	- Приблизительная масса - двенадцать тысяч тонн, зарегистрировано присутствие на борту биологической жизни, стартовал он непосредственно из района, где находится звездолет, - перечислил андроид. - Есть еще технические подробности, но это малоинтересно. 	- И что ты думаешь по этому поводу? - нахмурилась Семцова. 	- Ничего, - Бишоп пожал плечами, - я уже высказал свое мнение. Пока мы не осмотрим корабль, ничего не поймем. Да и, честно говоря, если осмотрим, то вряд ли от этого что-либо изменится. 	- Ник, давай-ка займемся делом,- решительно прервал андроида Казаков и, устроившись в кресле второго пилота, включил навигационную систему, углубился в изучение показаний бортового компьютера. Фарелл вздохнул, занял свое место и начал щелкать десятками тумблеров, оживлявших громадный и сложнейший организм атмосферного модуля. 	Кабина озарилась мерцанием десятков индикаторов, полыхнули бледно-синим и зеленоватым огнем мониторы внешнего наблюдения, а где-то позади появилось глухое гудение разогревающихся турбин. Компрессоры вентиляции засасывали внутрь корабля воздух Ахеронта, фильтруя из него кислород и выбрасывая обратно примеси. Снаружи, осветив мрачную равнину и обрывистые холмы, включились посадочные прожектора. Начали перемигиваться красные и зеленые навигационные огни. Весь челнок мелко вибрировал, разогревая свои системы, и вот перед глазами Фарелла появился сигнал "К взлету готов". Модуль готовился покинуть Ахеронт, оставляя на этой скале больше половины своего экипажа... 	Для Маши это был первый экстремальный старт с чужой планеты. И, как она надеялась, последний. Сейчас она ощущала свою силу, и прежде всего это чувство основывалось на том, что за спиной стоят полтора десятка людей, готовых помочь обычному ученому-ксенологу Марии Семцовой избавить мир от клыкастой мерзости, которую давным-давно подобрал с LV-426 "Ностромо". Если ее план будет осуществлен, то черезнесколько часов полумрак Ахеронта вдребезги разнесет сияние куда более яркое, нежели то, что испускает здешнее блеклое солнце... 	Федор Логинов вместе с верным медтехником отключили всю ненужную аппаратуру, проверили ее крепление, но ни тот, ни другой не удосужились бросить взгляд на стеклянные купола гибернационных капсул, полагая, что там все по-прежнему. Будь они повнимательнее, то смогли бы увидеть, как одна из личинок сползла с лица своего носителя. Во второй капсуле паукообразная тварь медленно, словно растеряв свою стремительность от холода, шевелила двумя десятками членистых щупалец, освобождая голову человека от своего смертельного объятия... 	Селектор разнес по челноку голос Бишопа, предлагавшего занять кресла и пристегнуться. Логинов и Андрей поспешили внять его совету. 	Фарелл уже держал руки на штурвале. Бишоп с внимательностью, присущей лишь биороботам его модели, заканчивал программировать автопилот, сидя чуть позади, на штурманском месте. Маша пристроилась на ручке его кресла, категорически отказавшись отправиться в пассажирский отсек к остальным. В обычных условиях Казаков не потерпел бы такого нарушения техники безопасности, однако сейчас он и не вспомнил об инструкции. 	- Ну, с Богом... - пробормотал Фарелл и включил двигатели вертикального взлета. 	Темное ущелье окуталось клубами пыли, эхо разнесло разрывающий слух свист рвущегося на свободу раскаленного газа, и многотонный челнок оторвался от грунта. На высоте двадцати пяти метров уползли в свои шлюзы лапы-опоры и шасси, а черно-серебряный силуэт, наклонившись на нос, вначале медленно, а затем все быстрее и быстрее начал скользить в воздухе. Узкая долина осталась позади, и там, меж холмов, остался родной брат уходившего к западу корабля - мрачный памятник погибшим здесь...
 	Над скалами нависали угрюмые коричневатые тучи. Фарелл старался вести челнок как можно ниже, выполняя просьбу Казакова и Бишопа совершить облет таинственного звездолета. Подковообразный силуэт показался почти через минуту. Семцова вцепилась в подголовник кресла пилота, вглядываясь в туманный полумрак, окутывающий плоскогорье. Бишоп, поднявшийся со своего места, первым рассмотрел новый элемент в контурах корабля. 	- Ник, пожалуйста, сделайте круг над объектом и сбросьте скорость до минимума... - Андроид неотрывно смотрел вперед. Когда модуль пронесся над правой дугой звездолета, все, исключая занятого управлением Фарелла, увидели, что в прежде гладкой поверхности появилось громадное овальное углубление с идеально ровными краями. Словно из тела корабля был вырван целый сегмент - даже издали можно было понять, что в поперечнике он составляет не менее двухсот-трехсот метров. 	- Вот и ответ,- мрачно сказал Казаков, глядя в иллюминатор. - Причем ответ сразу на все вопросы. 	- Да, господин лейтенант,- отозвался Бишоп.- Теперь ясно, для чего Чужим потребовались наши услуги и кто улетел с планеты. Это сколько же они ждали тех, кто сумел бы им помочь?.. 	- Значит, улетели... - Казаков недоверчиво качал головой.- Наши серебристые знакомцы эвакуировались отсюда. Вопрос только, остались ли на LV-426 черные твари? 	- Думаю, что у вас найдется время обсудить это, - проворчал Фарелл по-английски.- Я включаю автопилот и ухожу из атмосферы. Мисс Семцова, Бишоп, вернитесь на свои места и держитесь крепче. Я постараюсь поддерживать гравитацию на стандартном уровне, но перегрузок все равно не избежать. 	Плоскогорье и чужой гигант скрылись в плотных облаках, взревели с новой силой двигатели, и модуль стал взбираться наверх, в космос. Бишоп сильными руками биоробота схватил Машу, удерживая от падения. Людей вдавило в кресла. Начало ощутимо трясти - мощные газовые потоки швыряли челнок вправо-влево, но вот облачный покров остался внизу, и очистившееся небо начало приобретать все более темный цвет, обнажая точки звезд. Через несколько секунд автопилот убрал атмосферные стабилизаторы и включил двигатели последней ступени. Еще немного, и модуль, оставляя в разреженном воздухе верхних атмосферных слоев белоснежный инверсионный след, преодолел притяжение LV-426 и вырвался в холодные просторы межзвездного пространства. Экспедиция на Ахе-ронт завершилась. 	Великолепная в своей мощи "Патна" появилась пугающе внезапно. Секунду назад крейсер был лить одной из тысяч мерцающих точек-звезд, а сейчас модуль стремительно приближался к всплывшему из звездного тумана гигантскому силуэту. Вот уже стали видны го-лографические, отсвечивающие всеми цветами радуги буквы названия корабля и белая пятиконечная звезда в синем поле - опознавательный знак флота Соединенных Штатов. 	Автопилот на удивление быстро и точно подвел челнок к крейсеру. Мягкий толчок - это означало, что стыковочные узлы вошли в соприкосновение. Сверху и сзади появилось тихое шипение и легкое поскребы-вание металла о металл, экран автопилота залился белым, и компьютер сообщил: "СТЫКОВКА ПРОИЗВЕДЕНА. СБОЕВ В БОРТОВОЙ СИСТЕМЕ ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЯ НЕТ. СПАСИБО ЗА ХОРОШИЙ ПОЛЕТ". 	- Пожалуйста, пожалуйста. Не стоит благодарностей...- пробормотал Казаков, глядя на строчки.- Ну что, пойдем? - Он повернулся к Семцовой. 	- А что делать? - кивнула она.- Бишоп, будь любезен, собери всех у стыковочного шлюза и держись рядом со мной. 	- У них нет оружия, - сказал Казаков, когда андроид вышел в коридор.- Отсюда следует, что наш замысел легко осуществим. Я боюсь только за полковника Гора. 	- Почему? - Семцова взяла сигарету. Никаких, по ее мнению, осложнений сейчас возникнуть не могло. 	- Ну, во-первых, у старины Ретта должен быть пистолет, а во-вторых, - Казаков сделал паузу, - он старше меня по званию, и приказы полковника мои солдаты, в соответствии с инструкцией ООН, должны выполнять. Вы понимаете, Маша? 	- Понимаю, - хмуро сказала Семцова. - Я возьму Гора на себя. Ладно, идем. Чем быстрее закончится эта история, тем лучше. 	Когда Семцова, Казаков и Фарелл подошли к трапу, ведущему наверх, все уже собрались. Военные были вооружены - пускай операторы "умных винтовок" сменили свое грозное оружие на обычные винтовки, вид у отряда все же был достаточно грозный. Биологи и Логинов с медтехником стояли чуть поодаль, явно не одобряя воинственные приготовления, однако молчали. Увидев пистолет за поясом у Семцовой, Ильин только хмыкнул. Втайне от своего коллеги он тоже припрятал кое-что под куртку еще до отлета с LV-426. 	С мягким шуршанием уплыл в сторону люк, Семцова первая взбежала по лесенке наверх, за ней последовали солдаты во главе с Казаковым. Все понимали, что дело предстоит нешуточное и впоследствии всем вполне может быть предъявлено обвинение в вооруженном мятеже. Однако возможность заново встретиться нос к носу с Чужими страшила больше. 	Огромный зал нижнего грузового уровня "Патны" встретил отряд абсолютной тишиной и безмятежным полумраком. Никто из остававшихся на крейсере людей не вышел их встретить, хотя Хиллиард и прочие наверняка знали, что челнок вернулся. Если все каналы дальней связи и были блокированы, то связь с атмосферным модулем была, да и информация с поверхности LV-426 на "Патну" поступала автоматически. Маша надеялась, что кто-нибудь из руководства спустится вниз и его можно будет арестовать сразу, без лишнего шума, а затем быстро захватить оставшихся. Что ж, придется подниматься наверх. 	- К лифтам, - скомандовал Казаков своим, словно уловив мысли Семцовой. - И, ребята, стрелять только при оказании сопротивления и только прицельно! Не дай нам Бог повредить какие-нибудь важные механизмы! 	Баулин вдавил кнопку вызова, и почти тотчас створки дверей большого грузового лифта разошлись. 	- Мне кажется, следует послать людей осмотреть второй уровень корабля,- словно невзначай заметил Бишоп.- Может быть, они в своих каютах... 	- Верно,- согласился Казаков.- Аслан, возьми еще троих. Осмотрите там все. Потом приведите арестованных в оперативный центр. 	Дверь раскрылась на втором этаже "Патны". Мурадиев и трое десантников с ним, держа оружие наизготовку, вышли в полутемный коридор. Побледневший Логинов повернулся к Семцовой: 	- Маша, с вашего позволения, мы с Андреем тоже пойдем. Попробуем подготовить операционную.- И врач осторожно выскользнул наружу. 	- И мы с ними. - Стеклы с коллегами выскочили в коридор следом за Ильиным. Семцова только чуть презрительно хмыкнула, посмотрев вслед. Инстинкт самосохранения и боязни начальства у них на высоте... 	Последний, самый верхний блок крейсера, в отличие от сумрачных коридоров внизу, встретил взвод Казакова ярким светом плафонов под потолком. Никто - ни Семцова, ни десантники, потерявшие счет времени, - не обратил внимания на часы - по временному счету "Патны" сейчас было 4.15 пополуночи. Большая часть людей, оставшихся на корабле, спали. Но не все. 	Дверь оперативного центра, находившаяся чуть правее лифта, отошла в сторону так быстро, что Семцова невольно вздрогнула. На пороге стоял Ретт Гор. 	- Я рад, что вы вернулись, - тихо сказал он. - Я следил за вами все это время.- И, чуть помедлив, полковник добавил: - Казаков, можете отпустить солдат. Пускай отдыхают. А вас и мисс Семцову попрошу задержаться для... 	Он запнулся. Направленные стволы винтовок и выражение лица Маши дали ему понять, что происходит нечто необычное. 	- Вы не могли бы отдать мне свой пистолет, сэр? - ледяным тоном сказала Семцова и, подойдя к Гору, вытащила оружие из кобуры, не встретив никакого сопротивления. 	- В чем дело? Что вы себе позво... '- : 	- Идите вперед.- Маша бесцеремонно толкнула полковника обратно в полумрак за дверью и оглянулась. Казаков встряхнулся: 	- Вперед! - Он и десантники ворвались в помещение вслед за Семцовой. 	- Всем оставаться на местах! Будем стрелять при любом движении! - гаркнул кто-то из солдат. Этот грозный возглас мог произвести впечатление на кого угодно, но, кроме Гора, в комнате находился только один инженер связи. 	- Где остальные? Ну?! - Семцова направила пистолет в лицо полковнику и щелкнула предохранителем. 	- Посмотрите на часы. Сейчас ночь,- спокойно ответил он.- Хиллиард и его компания отдыхают. Спят в своих каютах. А сейчас, лейтенант,- он обратился к Казакову, - потрудитесь объяснить, что происходит? 	Семцова быстро взглянула на Казакова и кивком указала на дверь: 	- Идите вниз за остальными. Мурадиев может не справиться. Ну же! 	Бросив ей благодарный взгляд, Казаков быстро выскочил из отсека вместе со своими солдатами, оставив у дверей только Бишопа. Сомневаться в том, что Семцова любым способом нейтрализует Гора, не приходилось. А брать эту миссию на себя лейтенанту ох как не хотелось: годы военной службы не прошли даром, и для него командир всегда оставался командиром. 	Семцова уселась в кресло напротив Гора, однако достаточно далеко, чтобы успеть выстрелить, в случае, если тот вздумает обезоружить ее. Выглядел полковник неважно. Красные от недосыпа глаза, осунувшееся лицо. Красивый черный с серебром китель был помят, а левый рукав выпачкан в сигаретном пепле. Минувшие часы для Гора тоже оказались тяжелыми. "Не такими тяжелыми, как для нас, - мелькнула мысль, - похоже, он действительно сильно переживал, но ничем не мог помочь". Семцова вспомнила, как Гор пожелал ей удачи, когда она с Бишопом покинула "Патну" на челноке. Зря военных почитают тупыми исполнителями приказов, не способными на сочувствие. Будет жаль, если полковника придется убить. 	- Может быть, мисс, вы мне объясните, что происходит вокруг? - первым нарушил молчание Гор. Голос, по крайней мере, у него был ровный. Никаких эмоций. 	- А вы разве ничего не понимаете? - ядовито ответила Семцова, наблюдая краем глаза за находившимся перед пультом перепуганным инженером. Тот сидел тише мыши возле своего терминала и с опаской поглядывал на вооруженную пистолетом взъерошенную женщину. - Мистер Гор, я думаю, вам будет интересно узнать, как мы провели время там, внизу. И какие приняли решения. Рассказать? 	- Да, - коротко буркнул полковник. 	В общих чертах и очень кратко Семцова обрисовала ситуацию, сложившуюся за последние 48 часов. Более подробно она остановилась лишь на том, что собирается сделать сейчас и какова роль Казакова в задуманной авантюре. Весь рассказ занял не более пяти минут. 	- Ну, знаете ли...- Гор покачал головой,- я совершенно не одобряю ваш план, и вы прекрасно понимаете отчего. - Он сделал паузу и, неожиданно резко выдохнув, поднял голову: - Послушайте меня, Мэри... Ох, простите, Мария. Официально я подчиняюсь ООН и министру обороны своего государства. И, хотя мне поручено выполнять указания Хиллиарда, я, как военный и гражданин США, не могу исполнять преступные приказы. Я не хуже вас понимаю, что произойдет, если "Уэйленд-Ютани" удастся доставить этих тварей в Солнечную систему. У нас найдется серьезное оправдание. И я из двух зол выбираю меньшее... - он опять запнулся, - я с вами. 	- Если это уловка, чтобы получить назад оружие, то у вас ничего не выйдет, - медленно процедила Семцова. 	- Оставьте пистолет себе,- устало махнул рукой Гор. Волна странного чувства, чуть похожего на то, какое охватывает мальчишку, залезшего в чужой сад за яблоками, нашла на этого человека, которому по роду службы эмоции были запрещены. Прагматик и военный, сидящие в нем, говорили о том, что подобное 	решение может привести к краху карьеры, серьезным неприятностям, изгнанию из флота и еще черт знает к чему. Но что-то посильнее заставило сказать полковника эти слова. Над прочими чувствами превалировало ощущение, никогда доселе им не испытанное, - ощущение жуткого, отупляющего страха перед чужими существами, виденными, правда, только на экране. И которые, по счастью, сейчас были далеко. Очень далеко. 	Металлический скрежет наполнил медицинский отсек прицепившегося к брюху "Патны" челнока. Звук напоминал усиленный в тысячи раз скрип ножа по фарфоровой тарелке, но лишь только напоминал... Стекло одной из гибернационных капсул, забрызганное изнутри красным, вдруг пошло трещинами, и скрежет сменился серией сильных настойчивых ударов. С тупой, но непререкаемой силой прозрачный купол не смог справиться, толстое стекло брызнуло десятками осколков, вымазанных прозрачной слизью и алой, яркой жидкостью. Маленькое, очень юркое существо выползло наружу, цепляясь коготками за края отверстия, чуть передохнуло на крышке капсулы, повело черной, блестящей, словно металлической, головой вправо-влево. Истошное верещание забилось под обшивкой челнока - крик, в котором сочетались слепая ярость, жажда жизни и радость от данного кем-то бытия. 	Спустя пару минут во второй капсуле, стоящей левее, стекло тоже оказалось залитым чем-то напоминающим томатный сок. Было 4.25 пополуночи.

	ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ 	- Да прекратите же толкать меня и уберите оружие! Какое хамство! - Голос Хиллиарда донесся из коридора, перекрывая появившийся шум шагов и цоканье оружия. Голос, следует заметить, очень возмущенный. - Вы не у себя в тайге! В конце концов, я отправлю официальную жалобу вашему императору! 	- Идут. - Семцова встала. - Ну, мистер Гор, вы не передумали? 	- Нет, не передумал, - решительно ответил полковник и тоже поднялся навстречу входящим. 	В зал оперативного центра, довольно бесцеремонно подталкиваемые дулами винтовок десантников, ввалились Хиллиард, Блейк и остальные. 	Взглянув на них, Семцова невольно фыркнула. Высокое начальство было поднято прямо с постелей, и надо полагать, не слишком вежливо. Сам шеф отдела робототехники, бледный, с растрепанными волосами, без галстука, еще пытался сохранить положенный по должности респектабельный вид, но... Блейк, двое чиновников да и прочие были явно напуганы происходящим. Семцова отметила, что только капитан Хоуп абсолютно невозмутим и выглядит относительно бодро. 	- Черт побери, что вы опять придумали?! - с ходу набросился на Семцову Хиллиард, но неожиданно инициативу перехватил Гор, мало обращая внимания на изумленные взгляды Казакова: 	- Сэр, я представляю здесь, на "Патне", правительство Соединенных Штатов, а также командование войск ООН. С целью предотвращения задуманного преступления я вынужден объявить, что вы, мистер Хиллиард, и некоторые другие гражданские лица арестованы мною. Вы будете находиться под стражей до конца полета. 	- Что-о?..- Глаза Хиллиарда округлились, а сам он покраснел до корней волос.- Да вы, полковник, понимаете, какое... 	- Понимаю. - Гор любезно улыбнулся, но в голосе его была сталь. - Всех вас сейчас отведут в каюты, я попрошу остаться только капитана Хоупа. Все, разговоры окончены! Лейтенант Казаков, уведите этих джентльменов. 	Казаков, еше не до конца разобравший, что за невероятная перемена случилась с полковником, недоуменно взглянул на Семцову, но она только кивнула: 	- Выполняйте... 	Не обращая внимания на слабые протесты, представителей "Уэйленд-Ютани" увели обратно. Казаков только успел расслышать хриплый шепот Баулина, ни к кому не обращенный: 	- И зачем было таскать туда-сюда? Заперли бы сразу... или пристрелили... 	- Баулин!.. - Голос лейтенанта прозвучал настолько свирепо, что тот решил придержать свои мысли при себе. 	- Вы тоже можете пойти в свою каюту, - подтолкнул Бишоп сидевшего у пульта связиста. Инженер вскочил будто ужаленный и бросился к двери. Семцова не смогла сдержать усмешку. 	- Сядьте, капитан. - Гор указал Хоупу на кресло. В обширном оперативном центре остались только Маша, андроид и двое военных. Освещение так никто и не включил, свет изливался лишь от десятка мониторов да двух небольших настольных ламп возле столиков с какими-то бумагами. 	Обстановка была успокаивающая, но Семцова понимала, что разговор с Хоупом будет тяжелым. Коды для использования ядерного оружия знает только он, и никто больше. Несмотря на то что Семцова взяла управление крейсером в свои руки, формальное капи-танство означало возможность использования лишь оборонительного оружия. Боеголовки держались за семью замками, и всю систему кодирования и расконсервации знал только настоящий капитан крейсера, на которого руководство флота и министерства обороны накладывали всю ответственность за их сохранность. 	- Надеюсь, я не очень сильно вас ударила тогда? - Семцова села в кресло, положив ногу на ногу, правая рука лежала на рукоятке засунутого за пояс пистолета скорее по привычке: Бишоп и Гор были рядом, да и за дверью остались двое "волкодавов". 	- Да нет, ничего. - Хоуп говорил вежливо, но в глазах сквозила настороженность.- Ловко вы, мисс Семцова, все это провернули. Мистер Хиллиард остался очень недоволен. - Он вытащил из кармана сигареты и предложил Маше и Гору. Взяла только Семцова. 	- Скажите, мистер Хоуп, на борту "Патны" есть ядерное оружие? 	- Конечно,- кивнул капитан.- Это ни для кого не секрет: четыре термоядерных заряда по пятьдесят мегатонн и восемь тактических боеголовок по пятнадцать килотонн каждая. Почему вы об этом спрашиваете, разве вам это не известно? - Хоуп уже начал понимать, что эту сумасшедшую интересует доступ к ракетам. Но зачем? 	- Мисс Семцова спрашивает оттого, что нас интересуют коды для доступа к стратегическим ракетам, и вы, капитан, должны рассказать все, что знаете. - Полковник в упор смотрел на Хоупа. - Скажите добровольно, и вы избавите себя и нас от больших неприятностей. Вы не хуже меня видели, что происходило внизу, и понимаете, для чего нам нужна... э-э... бомба. Помогите нам, а заодно и всем людям Солнечной системы. 	Хоуп молчал, поглаживая левой рукой подлокотник. Часы на стене показывали 5.29 утра. 	Подобного шока медтехник Андрей Ильин не испытывал никогда. С этим не могли сравниться даже кошмарные часы, проведенные в транспортере возле корабля Чужих. Пулей вылетев из шлюза, соединявшего челнок с "Патной", он, судорожно озираясь, кинулся к лифтам и долго не мог попасть ладонью по кнопке вызова - его била крупная дрожь. Чисто автоматически медтехник подумал, что его надпочечники, наверно, выбросили в кровь годовой запас адреналина. Широко раскрытыми от ужаса глазами Андрей оглядывал потолок грузового отсека, в полной уверенности, что вот-вот обнаружит на серой обшивке черные силуэты Чужих. Но огромный зал оставался пуст - ни единого шороха или движения. Только нагромождения контейнеров у стены да два небольших спасательных катера нарушали гладкое однообразие. 	Около получаса назад он, Логинов и биологи закончили готовить робота-хирурга к операции. Покопавшись в данных компьютера, Ильин нашел запись хода операции, сделанной Семцовой, и программу, составленную еще на Земле, в медицинском центре "Уэйленд-Ютани". Конечно, Семцову оперировали высококлассные специалисты, не слишком полагавшиеся на робота, но их эвакуировали с "Патны", когда крейсер был еще на орбите Фиорины. Так что, как заключил Логинов, все придется делать самим, да вдобавок надо будет позвать Бишопа - в таких делах он разбирается хорошо, как, впрочем, и во всем остальном. 	Когда все оказалось готово, Андрея послали в челнок - поставить одну из капсул на размораживание, да и Стеклы сказал, что сам вскоре пойдет туда, чтобы забрать труп одного из Чужих и перенести наверх, для продолжения исследований. Биологи гадали, разрешит ли Семцова отпустить к ним из заключения Блейка, ибо его знания в области биологии были исключительно обширны и работать с Чужими дальше без профессора было сложно. 	Андрей почувствовал странный запах, еще когда спускался в модуль, но не придал этому значения. Лишь войдя в отсек, где стояли капсулы длительной гибер-нации, он понял, что произошло. 	"Патна" перестала быть безопасным местом. В толстенных стеклах, которые и из пистолета-то было сложно разбить, зияли дыры с неровными краями, на полу валялись осколки и краснели капли крови. Ильин, с первого мгновения охваченный мерзким, липким страхом, заставил себя заглянуть внутрь одной из капсул и сразу же отскочил, с трудом подавив тошноту. Посмотрев на данные системы жизнеобеспечения капсулы, медтехник только успокоил совесть: все индикаторы сменили цвет с зеленого на красный. Человек был мертв. Второй - тоже. И туг Андрей наступил на что-то мягкое, но очень упругое... 	Хуже всего было то, что лежащая на полу мерзость шевелилась. Медтехник зачарованно, словно кролик на змею, смотрел себе под ноги: серая паукообразная тварь, сползшая с лица своего носителя и выбравшаяся наружу из капсулы гиперсна, умирала, подергивая в агонии двумя десятками членистых ног. 	Ильин попытался закричать, но голосовые связки издали только слабый стон. 	И тут Андрей неожиданно понял, что эта умирающая нечисть уже не причинит ему никакого вреда. Убить может другой - тот, кто сумел сокрушить прочный корпус капсулы. И это существо может оказаться совсем рядом. Возможно, оно уже за спиной. 	Ильин кинулся к выходу из челнока настолько быстро, что своротил по пути столик с сияющими титаном и сталью хирургическими инструментами, рассыпавшимися по полу с тонким дребезжанием... 	- Послушайте, Хоуп, я не хотел бы прибегать к исключительным мерам, но вы прекрасно знаете, что подчиненные мне люди обучены... гм... специальному воздействию в случае, если противник намерен скрывать информацию. - Гор многозначительно посмотрел на капитана, и его взгляд не предвещал Хоупу ничего хорошего. 	- Вы не посмеете! Знаете, как это называется? 	- Еще как посмеем! - зло рыкнула Семцова. Долгое словоблудие ей уже изрядно поднадоело. Они потратили более получаса на вежливые уговоры, но Хоуп твердо стоял на своем: доступ к ракетам имеет только капитан, и он не собирается разблокировать систему обороны корабля. 	- Ну что ж, я искренне сожалею... - Гор поднялся и с невинным видом развел руками. - Лейтенант, возьмите двоих солдат и проводите мистера Хоупа в медицинский блок. Заодно господину капитану там окажут первую помощь после беседы с вами. 	Казаков стоял прислонившись к стене возле двери в коридор. Услышав слова полковника, он только подумал, что за такую "операцию" трибунал добавит лишние двадцать лет заключения. И хорошо, если суд будет в Санкт-Петербургской губернии - там хоть смертная казнь отменена давным-давно. А так - лет двести - двести пятьдесят в общей сложности уже точно заработано... 	Казаков оторвался от стены и уже направился к креслу Хоупа, но неожиданно капитан поднял руку: 	- Ладно, черт с вами! Но на следствии я буду все отрицать, поняли? 	- Говорите федеральным властям своей страны все, что вам будет угодно, капитан,- поморщилась Семцова. - А сейчас пойдемте в рубку. Время крайне ограничено... 	- У вас будет время в тюрьме, - пробормотал под нос Хоуп, но, перехватив испепеляющий взгляд Гора, поднялся и медленно пошел к выходу. Все, включая Бишопа, двинулись за ним. 	Войдя в командный центр "Патны", Семцова только удовлетворенно хмыкнула. Даже если капитан и пытался снять кодировку с главного компьютера корабля, то у него абсолютно ничего не вышло. На приборных досках почти все индикаторы отливали рубиново-алым цветом, а добрая половина мониторов была выключена. Крейсер оказался совершенно неуправляемым. Громадное обзорное окно впереди закрывали опустившиеся броневые щиты. Поверхности LV-426 видно не было. 	- Дайте вашу карточку, мисс Семцова,- проворчал Хоуп. - Без нее мы даже метеорологический зонд не запустим, не то что... 	Маша порылась в карманах и, обнаружив в одном из них свою идентификационную карточку, вставила ее в прорезь на главной консоли. Вся работа по "размораживанию" "Патны" заняла не больше трех минут. 	- Бишоп, ты сможешь заложить программу в боевые части ракет? - повернулась к андроиду Семцова. 	- Конечно. - Бишоп подошел к терминалу и пробежал пальцами по клавиатуре компьютера, управлявшего ракетными системами обороны.- Сколько боеголовок вы собираетесь отправить вниз? 	- Четыре, - решительно заявила Маша. Хоуп только выругался. - Четыре тяжелых заряда, - добавила она. - Корабль Чужих должен быть полностью уничтожен. 	- На мой взгляд, хватит и одной, - раздался позади авторитетный голос полковника,- при условии если заряд попадет точно в район корабля, от него абсолютно ничего не останется. 	- Все четыре! - Семцова даже не обернулась. Ей была нужна гарантия. Взрыв, эквивалентный в общей сложности двумстам миллионам тонн тротила, Чужим совершенно точно не пережить. 	Хоуп, сидевший в своем кресле, выглядел предельно злым и расстроенным. Событий, подобных произошедшим на "Патне", во всей истории освоения космоса еще не бывало. Ну, случалось, террористы угоняли пассажирский рейдер, было несколько случаев бунта экипажа, но чтоб такое! Хоуп сам себе не верил. Военное подразделение (да еще и русское!) захватывает принадлежащий правительству США крейсер с ядерным оружием на борту и требует у капитана доступ к использованию ракет?! Это уже чересчур! 	- Ну, Хоуп? - оторвал капитана от грустных размышлений голос Семцовой. - Мы ждем с нетерпением! 	Капитан только покачал головой, вскрыл опечатанный ящичек, вынув находившийся в нем маленький серебристый ключ, вставил его в замок на пульте и повернул. Монитор перед ним высветил слово: "ЗАПРОС?" 	- Все готово, - тихо произнес Хоуп через некоторое время.- Вы получили желаемое, и, надеюсь, я могу идти? 	- Вы даже не посмотрите на это? - Казаков подошел к пульту, глядя в обзорное стекло, с которого компьютер убрал стальные щиты. Теперь вид на Ахеронт был открыт. Серо-белые облака внизу сливались в вихри и потоки, а поверхность четко ограничивала полоса терминатора - на лежащее под "Патной" полушарие LV-426 надвигалась ночь, - и лишь вокруг крейсера блистали тысячи звезд, а сам он купался в лучах чужого солнца, постепенно уходящего за край Ахеронта. 	- Было бы на что смотреть... - У Хоупа дернулась щека.- Мне это зрелище не доставит никакого удовольствия. 	- Пусть идет! - Марию Семцову Хоуп уже не занимал. Свое дело господин капитан сделал. Оставалось поставить последнюю точку в истории с Чужими. Сейчас она этим и займется. 	- Ну что, Бишоп? - Она повернулась к андроиду, завершавшему ввод координат в боеголовки ракет. Бишоп поднял на нее взгляд - на сей раз его лицо ничего не выражало, лишь в зрачках отражался алый свет монитора, на котором были обозначены только два слова: "ДА" и "НЕТ". 	- Все готово. Две боеголовки должны упасть точно в районе корабля. Погрешность не больше двухсот метров. Остальные - в радиусе двух-трех тысяч метров от цели. Взрыв накрывает территорию в несколько тысяч квадратных километров - там будет выжжено все. И еще... - Бишоп запнулся. - Я не исключаю возможности того, что сдетонируют реакторы звездолета, и мощь взрыва многократно усилится. 	- Ну и чудесно, - кивнула Маша. - Дай-ка я сама все сделаю. 	Бишоп уступил место, но, когда Семцова поднесла пальцы к клавиатуре, вдруг положил ей руку на плечо: 	- Еще одна деталь. Вблизи эпицентра взрыва окажутся еще два атмосферных процессора, работающих в автономном режиме. 	- И что из того? 	- А то, что LV-426 - сравнительно небольшой планетоид. Суммарная сила толчка по поверхности от одновременного взрыва нескольких мощных ядерных устройств в одном районе может привести к непредсказуемым последствиям. 	- И к каким же? - насторожился Гор, а Семцова убрала руку с клавиатуры и сделала страдальческое лицо: нате вам, новая проблема! 	- Скорее всего сила толчка окажется такой, что LV-426 сойдет со своей орбиты и скорее всего потеряет атмосферу. 	- Ну и дальше? - не поняла Маша. Она не видела в этом никакого препятствия. 	- Планета будет навсегда потеряна для колонизации, вот и все,- пожал плечами Бишоп. 	- Ах вот оно что! - отмахнулась Семцова. - Не беда! Я, конечно, понимаю, что это будет дополнительным пунктом обвинения против нас, однако...- Она быстро надавила клавишу "ENTER" и, широко улыбнувшись, добавила: - Сделать уже ничего нельзя - ракеты ушли!.. 	* * * 	...На белоснежной броне сияли последние лучи заходящей звезды, отливали синим и красным маленькие звездно-полосатые флажки на гладких округлых боках. Четыре отделившиеся от "Патны" тени уходили к Ахеронту, выбрасывая плазменные языки из ускорителей: последний прощальный привет мрачному мирку от земной цивилизации. Несколько вспышек обозначили отделение от конусообразных наконечников пустых топливных баков - четыре звездочки-точки лишь ускорили и без того стремительное движение и несколькими мгновениями спустя скрылись в плотных облачных вихрях. 	Бишоп оказался единственным, кто сообразил опустить на окна обзора защитные фильтры, но, несмотря на предосторожность, Семцова и другие на несколько мгновений потеряли возможность нормально видеть. Тьму ночной стороны Ахеронта разорвала вспышка такой непредставимой силы, что мозг "Патны" автоматически включил дополнительные защитные экраны, задерживающие потоки ионизирующих излучений. Пока люди терли глаза и бормотали нелестные эпитеты в адрес собственной непредусмотрительности, андроид с озабоченным видом наблюдал за показаниями приборов, менявшимися с каждой секундой. Его прогноз начинал сбываться. 	Орбита Ахеронта сместилась, и намного: сила толчка от нескольких мощных ядерных взрывов, многократно усиленная детонацией реакторов звездолета и расположенных в эпицентре атмосферных процессоров, была колоссальной. "Патна" должна была немедленно покинуть этот район: возникла дополнительная опасность. От LV-426 откололся крупный осколок. Планетоид был просто базальтовым монолитом - видимо, когда-то крупный астероид пролетал мимо звезды Z-3, и траектория его полета была такова, что незыблемые законы небесной механики сделали его планетой... 	Сейчас огромный кусок Ахеронта и с ним множество обломков поменьше были отброшены в пространство, а за основным фрагментом увязалось большое облако пыли и мелких камней. "Патна" неминуемо должна была попасть под метеоритный дождь, если бы осталась в этом секторе. Поэтому было необходимо срочно уходить. 	Семцова добилась своего: инопланетный звездолет полностью уничтожен, ни один из Чужих выжить в таком аду не мог, а планетоид LV-426 теперь представлял собой новый пояс астероидов и медленно рассеивающееся газопылевое облако - существование каких-либо форм жизни здесь представлялось отныне весьма проблематичным. 	- Ну,- коротко выдохнул Гор,- дело сделано. Что дальше? 	- Дальше? - переспросил Бишоп.- А вот что... 	Андроид быстро перебрался к центральному терминалу и активизировал режим ручного управления "Патны". 	- Надо поскорее убираться отсюда, - бросил он. - Берем курс на Землю, а там станем ориентироваться по обстановке. Но сначала выйдем из-под удара обломков LV-426. Взгляните-ка! 	Бишоп скомандовал компьютеру убрать с иллюминаторов защитные фильтры и ткнул пальцем в сторону обзорного окна. 	- Видите? 	- Да-а...- мрачно протянула Семцова. - Впечатляет. 	На "Патну" надвигалось быстро расширяющееся облако пыли и газов, тащившее за собой и более крупные осколки породы. Судя по радару, некоторые осколки Ахеронта имели настолько внушительные размеры, что столкновение с одним из них стало бы губительным для крейсера. 	- По показаниям приборов, взрыв был эквивалентен... Да их зашкалило! Много больше двух гигатонн тротила. Не понимаю, отчего энергия взрыва так усилилась... - усердно продолжал информировать Бишоп. 	Люди с удивлением и трудноскрываемым страхом наблюдали за развертывающейся картиной катастрофы, вызванной их же собственными руками. Андроид еще что-то говорил, но Семцова не слушала. Произошедшее теперь не волновало ее: поставленная цель была выполнена. 	Она сумела выжечь, испепелить, уничтожить осиное. гнездо, свитое Чужими на LV-426. Она отомстила за всех: за экипаж "Ностромо", за взвод Гормана, за Эллен Рипли, за колонистов Фиорины, за тех, кто погиб в последние дни. Угроза Чужих ушла навсегда, и теперь ни один Хиллиард, Берк или кто иной не сможет послать на верную смерть других людей. Теперь она, Мария Семцова, может твердо сказать: от непосредственной угрозы человечество избавлено. А уж поведать людям своей планеты о том, что ею испытано, что видено, что скрыто от общества холодной и жестокой волей бизнесменов-убийц в дорогих костюмах, Маша постарается. Постарается вдобавок и отправить в тюрьму Хиллиарда с шайкой. Так что окончательной точки в эпопее, начатой более полувека назад так нелепо погибшей Эллен Рипли, еще не поставлено. 	На очереди возвращение в Солнечную систему и борьба с теми, у кого, как и у Чужих, нет души, а разум направлен только на одно: у тех, правда, - пиша и размножение, у вторых - деньги и власть. 	Щелкнул замок, дверь командного отсека, ведущая в главный коридор, скользнула в сторону, и, повернувшись, Маша увидела бледного, с отвисшей челюстью и дрожащими руками, Андрея Ильина. За ним стояли Логинов и Стеклы. Их вид тоже оставлял желать лучшего, врач едва не плакал. 	- С вами все в порядке, ребята? - первым шагнул к ним Казаков. - Что-нибудь произошло? 	- Еще как... - загробным голосом прошептал медтехник, - случилось то, что не должно было случиться! 	- Ну и ну! - сжал ладони в кулаки Гор. - И как теперь прикажете поступать? 	Полковник первым нарушил всеобщее молчание, наступившее после сбивчивого рассказа Ильина. Еще пять минут назад казалось, что время Чужих ушло навсегда, а сейчас... Где-то в недрах крейсера бродят двое монстров, и у людей не оставалось сомнений в том, что, если немедленно не принять меры, жизнь всех находящихся на "Патне" людей будет поставлена под серьезную угрозу. Все помнили, как один-единственный Чужой меньше чем за 12 часов перебил экипаж "Ностромо". Теперь же их двое. Правда, и людей побольше, вдобавок вооружены они значительно лучше. Однако рассчитывать на удачу в противоборстве было бы, как минимум, идиотской самонадеянностью. 	- Андрей, ты посмотрел, сколько времени прошло после того, как... ну, после смерти людей? - Семцова стояла прислонившись к боковой приборной панели и нервно выкуривала одну сигарету за другой. Руки заметно дрожали, пепельница была наполнена окурками. 	- Капсулы перестали функционировать после четырех двадцати утра, а в чем дело? - опередил медтехника Бишоп, сумевший вывести на свой терминал данные медицинского блока челнока. - Еще зафиксировано там нахождение подвижной формы жизни, два экземпляра. - Андроид постучал пальцем по консоли. Он тоже был поражен последними новостями. Неприятности валились на экипаж "Патны" будто из ящика Пандоры. И когда все это кончится? 	- Так, значит, уже прошло почти два часа? - побледнел Казаков,- Эти скоты бродят тут два часа?! Давайте объявлять общекорабельную тревогу! 	- Самое интересное в другом... Чужие наверняка успели пройти первую линьку и выросли до больших размеров. Мы в заднице, господа, - выразительно заключила Семцова. 	- Мы точно окажемся в указанном вами месте, если немедленно не уберемся отсюда. - Бишоп успевал следить за всем. - Через двадцать минут осколки этого проклятого Ахеронта обрушатся на корабль. Сейчас надо устранить непосредственную опасность. Господин лейтенант, быстро помогите мне. 	После нескольких десятков секунд напряженного диалога с компьютером навигационная программа вывела на экран все необходимые сведения для прыжка к Солнечной системе. "Патну" мягко толкнуло - крейсер сдвинулся в пространстве, холодным голубым светом вспыхнули сопла двигателей, и, слегка развернув корпус, рукотворный айсберг из стали и пластика начал все быстрее и быстрее уходить прочь от темной глыбы, некогда носившей название Ахеронт, а ныне грозящей поразить земной рейдер своими осколками. 	- Разгоняемся до световой, а там видно будет. - Бишоп осматривал центральную панель и вдруг развернул кресло к консоли экстренной связи. Взглянув на Семцову, он набрал аварийную частоту Антарктического центра транспортного контроля Солнечной системы. 	"СООБЩЕНИЕ ВЫСШЕГО УРОВНЯ ПРИОРИТЕТНОСТИ. ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ КРЕЙСЕР "ПАТНА" РЕГ. ј 412167.HW.US. ЭКСПЕДИЦИЯ НА LV-426 ЗАКОНЧЕНА. НА ПЛАНЕТОИДЕ ОБНАРУЖЕНА ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО ОПАСНАЯ ФОРМА ЧУЖОЙ ЖИЗНИ. ЯДЕРНАЯ БОМБАР-ДИРОВКАЕУ-426 В 5.50 УТРА ПО КВ. НА БОРТУ "ПАТНЫ" ДВА КСЕНОМОРФА; ПЫТАЕМСЯ УНИЧТОЖИТЬ. В СЛУЧАЕ УГРОЗЫ ЖИЗНИ ЭКИПАЖА ПОКИНЕМ КОРАБЛЬ И ВЗОРВЕМ РЕАКТОРЫ. ПЕРЕДАЛ БИШОП АНДРОИД S-16518-A КОНЕЦ СООБЩЕНИЯ". 	- Уведомление уже там. Воображаю, какие лица будут у связистов "Уэйленд-Ютани". - Бишоп посмотрел на остальных. - Заодно мы проинформировали официальные власти ООН... 	- Стоимость экстренной связи высока,- кивнул Гор.- Похоже, что цена передачи данного текста в долларовом исчислении превосходит мое годовое жалованье, а зарабатываю я немало... 	- Плевать! - Семдовой были безразличны затраты Компании. - Лучше скажите, что мы теперь будем делать? Двое взрослых Чужих перебьют весь экипаж за несколько часов. 	Казаков смотрел то на Марию Викторовну, то на Бишопа. 	- Давайте соберем всех людей в одном помещении. Так будет легче обороняться, и мы не погибнем поодиночке, - наконец сказал лейтенант. - И необходимо наблюдать за перемещениями существ по кораблю... 	- Да,- Бишоп пробежал пальцами по клавиатуре. - Излюбленное место обитания Чужих-хищников - вентиляционная система...- Андроид указал взглядом на появившуюся на мониторе схему крейсера, - При данных обстоятельствах она вряд ли подойдет нашим незваным попутчикам. На этом корабле воздуховоды крайне узкие, твари не смогут нападать на нас оттуда. Чужим, видимо, придется действовать только в открытую, из коридоров. А кроме того, мы сможем постоянно наблюдать за ними. Повсюду установлены видеокамеры, и нам остается только осматривать все помещения "Патны". Схема размещения живых существ пока подготавливается... Мистер Логинов, скажите пожалуйста, когда вы шли из оперблока сюда, случайно не заметили ничего подозрительного? Запах, пятна слизи, может быть... э... кровь? 	- Нет, - мотнул головой доктор и бросил быстрый взгляд на своих коллег.- Мы добрались без всяких... приключений и ничего подобного не видели. 	Биологи и Ильин дружно закивали, подтверждая слова врача. Правда, тот упустил существенную деталь: они примчались наверх столь быстро, словно за ними гналась цела орда Чужих, и от страха почти ничего не помнили. 	- Хорошо, тогда созываем всех к нам. Помещение командного центра довольно большое и недурно защищено. Мы сможем тут продержаться. - Гор уже поднес палец к кнопке громкой связи, но Бишоп отстранил его руку и покачал головой: 	- Зверюги могут пробить дверь в коридор. Теперь вообразите, что случится, когда мы начнем стрелять. Там, под полом, находится главный процессор корабельного компьютера. Хотите повторения той же истории, что и с челноком Фарелла? Представляете последствия отказа техники во время нахождения корабля в гиперпространстве? 	- Верно, - развел руками полковник. - Тогда что делать? 	- Автопилот запрограммирован, скоро "Патна" пересечет световой барьер и почти через восемьдесят часов окажется в нашей системе. Необходимо наглухо запереть центр управления и уйти отсюда. А где мы соберем экипаж и пассажиров?.. Пожалуй, в оперативном центре наружного слежения. Вдобавок оттуда несколько выходов. 	- Ну, идем? - Семцова поднялась и поправила пистолет за поясом. - Бишоп, или нет, лучше вы, полковник, крикните своим по громкой, чтобы пришли сами в оперативный блок и привели арестованных. И еще следовало бы... 	Договорить она не успела. Запищал сигнал аварийной внутрикорабельной связи на центральной панели - настойчиво вызывали командира корабля или любого, кто его замещает. У Семцовой моментально возникло ощущение, что снова стряслось что-то очень нехорошее и Чужие явно успели приложить к этому свою когтистую лапу. Она оказалась права. Едва Бишоп ткнул пальцем в кнопку ответа, как усиленный динамиками срывающийся голос рядового Косача ворвался в отсек: 	- Казаков?! Командир, у нас большие проблемы! Вы меня слышите?! 	- Да, да, говорите! - Андроид резко наклонился к микрофону, и мимический центр его мозга привел выражение лица Бишопа в соответствующее положение: встревоженное и озабоченное. Впрочем, выглядело это вполне натурально. 	- На уровне "В" творится черт знает что! У меня такое чувство, что здесь поработали наши приятели с Ахеронта! Вам лучше прийти и посмотреть самим. 	- Много людей погибло? 	- Несколько человек. Приходите - увидите, - многообещающе закончил Косач, и связь отключилась. Моментально сквозь толщу корабельных переборок до слуха находящихся в командном центре донесся звук выстрелов - кто-то бешено палил из импульсной винтовки, Семцова побледнела: звук явно шел снизу, с уровня "В" - пассажирского этажа крейсера. Именно там было размещено все руководство экспедиции и находилась большая часть солдат. В налетевшем на мозг Семцовой вихре страха проскользнуло только одно ощущение, которое можно было бы охарактеризовать как злую радость: похоже, что Хиллиард с Пауэллом получили возможность лично пообщаться с Чужими. 	- Все, теперь корабль сам доставит нас домой.- Бишоп невозмутимо поднялся и скорым шагом двинулся к двери. - Все за мной, и ради Бога, будьте осторожны! 	Звуки выстрелов внизу прекратились. 	Андроид быстро закрыл ведущую в командный центр дверь, закодировал замок, и небольшая группа напуганных людей, вздрагивающих при каждом шорохе, двинулась к лифту. 	В ту секунду, когда Бишоп ударил рукой по кнопке вызова лифта, в командном отсеке вдруг вспыхнул монитор экстренной связи и ярко-голубые буквы сообщили: 	"ОТ СЕТИ КОМКОН - "УЭЙЛЕНД-ЮТАНИ" -"ПАТНЕ" 412I67.HW.US. ПРИКАЗЫВАЕТСЯ СЛЕДОВАТЬ В СИСТЕМУ АРКТУР. КСЕНОМОРФОВ СОХРАНИТЬ ДО ПРИБЫТИЯ. ЛАБОРАТОРИЯ ПОДГОТОВЛЕНА. ПОДТВЕРДИТЬ ИСПОЛНЕНИЕ. ВАН-ЛЬЮЕН". 	Почти сразу после того, как "Патна" получила строгое указание генерального директора Компании, мозг корабля, пренебрегая волей главы одной из мощнейших корпораций Земли, на несколько секунд отключил гравитационное поле. По электронным цепям, ведущим к гиперпространственным двигателям, пробежал безмолвный приказ, "Патну" окружил радужный ореол, и крейсер слегка толкнуло. Корабль преодолел световой барьер и ушел к Земле. Исчезла звезда, носившая в каталогах название Z-3, исчез полуразрушенный планетоид LV-426, а от инопланетного звездолета остались одни воспоминания. Но в существующей под стальной обшивкой несущегося в родную систему корабля реальности оставалось нечто такое, что делало воспоминания об Ахеронте осязаемыми. 	Чрезмерно, невероятно и страшно осязаемыми...

	ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ 	Невесомость появилась лишь на долю секунды, но Семцова почувствовала, как к горлу подступила тошнота, а когда крейсер вздрогнул и вновь появилась гравитация, все находившиеся в кабине лифта повалились на пол. Ильин уже был готов приписать это очередной проделке Чужих и схватиться за пистолет, с которым не расставался еще с Ахеронта, но Бишоп остановил его руку. Тут же створки дверей разошлись в стороны, и все почувствовали резкий запах оружейного дыма, а поднявшийся первым Казаков удивленно взглянул на четверых своих подчиненных, направивших на лифт дула винтовок. Фарелл первым понял, в чем дело. 	- Господи, это вы! - Пилот шагнул вперед и помог подняться Семцовой. - Тут у нас такое было! Вон, смотрите. 	В сизой дымке, оставшейся от выстрела, было видно, что на полу широкого коридора в лужах собственной крови лежали трое людей. Одним из них, судя по нашивке на куртке, был Сусоров, оператор "умной винтовки"; побывавший здесь Чужой разорвал его почти надвое. Но похоже, что ни один из монстров не пострадал, хотя осветительные лампы были разбиты и на стенах имелось множество отметин от пуль. Бишоп увидел что-то на полу и, присев, стал рассматривать внушительную дыру размером с мужской кулак. 	- Видимо, вы ранили Чужого, но не очень сильно, - констатировал андроид.- Кислота не смогла пройти сквозь все перекрытие и вытечь на следующий уровень. 	- Помолчи, пожалуйста,- шикнула Семцова.- Ник, рассказывайте, что произошло. 	- Не скажу точно, - пожал плечами Фарелл. - Мы заперли всех арестованных в кают-компании, - он указал на закрытую дверь, возле которой лежало то, что осталось от троих десантников, и, взглянув на Казакова, оправдывающимся тоном добавил: - Так их было легче охранять. 	- Ну, и дальше? 	- В коридоре у входа остались трое ваших подчиненных, господин лейтенант. Все остальные пошли отдыхать в соседний отсек. Минут двадцать назад кто-то ударил по замку нашей двери, потом в коридоре началась стрельба. Ну мы, конечно, попытались выломать дверь - замок не работал. Вон, видите? 	Фарелл указал на искореженную и пробитую пулями дверь небольшой комнаты отдыха справа по коридору. Бишоп отметил, что по замку пришелся такой сильный удар, что непонятно, как сама дверь не вылетела. Повреждение нанесено снаружи - складывалось впечатление, будто по запирающему устройству изо всех сил саданули кувалдой. А англичанин тем временем продолжал: 	- Мы прострелили замок и вышибли дверь, но им, - пилот глазами указал на останки трех солдат, - помощь уже не требовалась. В том, что это сделали Чужие, - сомнений нет, вдобавок мистер Баулин видел одного из зверей там, - пилот кивнул на дальний конец коридора. 	- Вас четверо, а где остальные? - подал голос полковник Гор. 	- Баулин пошел вслед за Чужим и взял с собой еще троих. Они решили, что, может быть, сумеют прикончить зверя. 	- Это же чистое самоубийство! - воскликнул Логинов. - Нам надо держаться всем вместе. Ведь на борту двое Чужих! 	У Фарелла округлились глаза: 	- Двое?!! Откуда они тут взялись? В коридоре мы видели только одно существо! Откуда они на корабле? 	Ильин кратко рассказал о всех неутешительных событиях последних двух с половиной часов. Вид у Фарелла и трех других десантников был совершенно удрученным. Когда медтехник закончил рассказ, пилот только сплюнул и ударил кулаком по стене: 	- Я вот только одного понять не могу: как эта тварь сумела незаметно подобраться к Сусорову? Ведь перед тем, как наши открыли огонь, Чужой сломал замок! Да что же вокруг происходит, черт подери?! 	- Вряд ли мы когда-нибудь это узнаем,- пожал плечами Бишоп. - Вы, господа, забыли об одном: что сталось с мистером Хиллиардом и остальными? Они все заперты, и изнутри нет ни звука. 	- Давайте посмотрим... - Казаков осторожно перешагнул через кровавую лужу и нажал на кнопку, открывающую дверь в кают-компанию. Замок не сработал, на индикаторе по-прежнему горел красный сигнал. 	- Похоже, что у них серьезные неприятности,- пробормотал Бишоп, вытащив из кармана нож, подошел к двери и, подцепив кончиком лезвия пластину, закрывающую электронное устройство, управляющее работой переборки, критически хмыкнул: - Странно. Заперто изнутри. Но контакты не повреждены, и вроде бы с замком все в порядке. 	Андроид постучал в дверь кулаком и прислушался. Его острый слух не улавливал за переборкой никакого движения. Тогда Бишоп осторожно поменял контакты в панели управления и еще раз нажал на кнопку. Дверь плавно ушла в сторону. Логинов издал сдавленный стон, а Семцова схватилась за руку Бишопа. 	- Ни хрена себе... Что же здесь произошло? - У Казакова создалось впечатление, будто в небольшой кают-компании взорвалась вакуумная бомба. Мебель была разнесена в щепки, тостеры и кофеварки выглядели так, словно по ним проехал гусеничный вездеход, большая часть светильников оказалась разбита. Посреди этого разгрома лежали два растерзанных человеческих тела. Семцова смогла узнать Пауэлла. А второй... При взгляде на останки другого человека стало дурно даже привыкшим к виду крови военным и биологам. Одна рука была оторвана и валялась поодаль, половину черепа вместе с большей частью лица как бритвой срезало. Впрочем, скорее, не бритвой, а зубами. Зубами Чужих. Видимо, люди, находившиеся в этом помещении, пытались сопротивляться, но... 	- А где тела остальных? - первым задал терзавший всех вопрос Стеклы.- Где еще шесть человек? Куда они... - Он неожиданно осекся. В стене кают-компании, справа, зияла неровная дыра, в ту же сторону вели цепочки из капель крови. Бишоп первым осмелился подойти к отверстию и заглянуть внутрь. Попутно он дотронулся до слизистого потека на краю проломленной стены. 	- Там подсобное помещение - хранилище запасов продовольствия,- проговорил андроид. Он забрался в соседний отсек, и теперь голос звучал несколько приглушенно. - Я начинаю понимать, как Чужой сюда попал. Здесь шахта грузового подъемника, идущая вплоть до нижнего уровня корабля. Выходы есть на каждом этаже. Видимо, он или, скорее, они утащили людей именно через эту шахту. Я не сомневаюсь, что здесь побывали оба существа. - Бишоп вылез обратно и осмотрел разгромленную кают-компанию.- Только вот как второй попал сюда из коридора и зачем убил охранников? 	- К черту мотивации их поведения! - выкрикнула Семцова. - Они уже уничтожили почти половину людей, оставшихся на крейсере! Нам нужно немедленно убираться с "Патны" и уничтожить корабль. Мы не сможем долго сопротивляться. 	- Мария Викторовна права,- подтвердил Логинов. - Пересаживаемся на челнок и немедленно покидаем крейсер! 	Никто не заметил, как над краем пролома появилась бахрома членистых ног. Существо напряглось, выбирая жертву, и, резко оттолкнувшись хвостом, взвилось в воздух. Упругий сгусток чужой жизни ударился в спину Ретта Гора, вцепился когтями в одежду и в одно мгновение достиг головы человека. 	Гор успел схватиться руками за длинный хвост паразита и, издав хриплый стон, попытался оторвать его от шеи, но сил не хватило. Бишоп с Казаковым кинулись на выручку, и маленькая тварь, разъярившись, издала пронзительный звук, похожий на скрежет ножа о тарелку, и еще больше усилила хватку. Из розовато-серого брюха выскочила мясистая трубка и стала бешено тыкаться в лицо полковника, пытаясь попасть в рот потенциального носителя эмбриона. Фарелл, подскочив, ухватился за хвост Чужого, и вместе с андроидом и Казаковым они сумели оторвать паразита от лица Гора, отцепить коготки от его воротника и, держа личинку на весу, застыли. Один из солдат вскинул винтовку. 	- Стреляй! - рявкнул Казаков. - Прицельно! Ну!!! 	Они размахнулись, и маленький монстр, извиваясь и скрипя, полетел вверх. Тут же грохнул выстрел, и во все стороны полетели желтоватые капли кислоты: пуля разметала тварь на куски, а Маша едва сумела увернуться от кислотной струи. Пол под ногами зашипел и покрылся пузырями. 	- Скорее бежим отсюда! - гаркнул Казаков и, довольно бесцеремонно схватив задыхавшегося Гора за шиворот, рванулся к двери. Бишоп едва успел захлопнуть переборку: в черном проеме в стене кают-компании уже шевелились маленькие серые тени. Острое зрение андроида успело заметить как минимум четырех паразитов, протискивающихся из щели грузового подъемника. 	- Всем быстро на челнок! - скомандовал андроид. - Я должен еще заглянуть в командный центр. Вот рация, возьмите. Если будет необходимо, свяжитесь со .мной! Черт знает что происходит! 	- Зачем? - Семцова машинально сунула переговорное устройство в карман и испуганно уцепилась за его. рукав. - Надо уходить отсюда! Они же перебьют нас, как слепых котят! 	- Да, да! Но ведь еще остались Баулин и трое солдат, мы не знаем, куда они ушли. Кроме того, необходимо уничтожить крейсер: когда он в беспилотном режиме выйдет из гиперпространства в Солнечной системе, можно представить, насколько теплая встреча будет ждать спасателей, которые попытаются его исследовать! - Бишоп говорил очень быстро и беспокойно оглядывался. - Одна из двух тварей, которые родились уже на корабле, без сомнения, являлась материнским организмом. Мы не сумели распознать его при сканировании. Быстро идите в челнок. И не забывайте иногда оглядываться! Кстати, Маша, отдайте мне вашу личную карточку - без нее ничего не получится! 	- А как же Хиллиард и остальные? - потрясенно спросил Логинов. - Что будет с ними? 	- Они уже мертвы. Или почти мертвы, - бесстрастно ответил андроид, и двери лифта закрылись за ним. Через пару секунд Семцова, Казаков и остальные спускались в нижний грузовой отсек "Патны", где их ждал челнок. Этот небольшой корабль недавно спас много жизней, и теперь атмосферному модулю предстояло сделать это снова. 	Баулин остался один... 	Когда Чужой, появившийся в коридоре, всего за несколько секунд прикончил троих людей из его взвода, в том числе и капрала, Баулин, как рядовой первого 	класса, должен был принять командование. Сержант Фарелл в счет не шел - он относился к другому подразделению, вдобавок был англичанином и поэтому распоряжаться оставшимися в живых "волкодавами" формально не мог. 	Общими усилиями выбив дверь каюты, десантники обнаружили лишь растерзанные тела своих, а в дальнем конце коридора вдруг мелькнула знакомая Баулину странная фигура. 	Он был готов ко всему, но только не к появлению на "Патне" твари, один к одному схожей с животными, повстречавшимися на нижнем уровне чужого звездолета. Времени на раздумья не оставалось - если проклятый зверь сумел пробраться на борт "Патны", значит, его необходимо уничтожить. Одного короткого взгляда хватило, чтобы понять: прошмыгнувший в отдалении Чужой черен как смоль и представляет из себя самого обычного хищника. Хорошо, если он один... 	- Титов, Усанов, Тимченко, за мной! - рявкнул Баулин, не обращая внимания на предостерегающий возглас сержанта Фарелла. Кто он такой, чтобы тут командовать? Тварь должна быть мертва, иначе она перебьет немногих, оставшихся на корабле людей! 	Коридор упирался в двери грузового подъемника, работавшего автоматически. Шахта проходила сквозь все уровни крейсера. И именно в ней скрылся громадный черный монстр. Это было заметно по каплям человеческой крови, падавшим с его когтей или зубов. Ублюдок выбил решетку шахты и забрался в коридор пассажирского отсека. Только какого черта Сусоров и бывшие рядом не заметили подбиравшееся к ним существо? Или Чужой сумел подкрасться незаметно? 	Баулин вызвал подъемник и, взглянув на Тимченко - оператора смарта, много лет прослужившего в войсках спецназначения, - спросил: 	- Как думаешь, где зверь может прятаться? 	- Да где угодно. - Тимченко поднял глаза к потолку и повел плечом. - Помнишь, в отчете, представленном американцами, говорилось, будто эти скоты предпочитают сидеть либо в вентиляции, либо в теплых помещениях? 	- Так, погоди, - Баулин уставился на схему корабля, находившуюся рядом с пультом управления подъемником. - Давайте думать. Грузовой отсек не подойдет, медицинский блок - тоже вряд ли... Постойте, ребята, из шахты есть выход в реакторный зал, вернее, в коридор, ведущий к нему. Не оттуда ли звери заявились? 	Усанов скривился, обернулся через плечо и, снова осмотрев побоище, оставленное Чужим, проворчал: 	- Слушай, будет куда проще подождать остальных и потом всем вместе отправиться на поиски. Нас всего четверо, и эта зверюга вполне способна перебить всех поодиночке... 	- Не проще,- отрезал Баулин.- Если мы будем держаться одной группой и не разбегаться, Чужой нас не достанет. Поехали в реакторный зал. 	Платформа лифта подошла быстро, и все четверо, осторожно ступив на нее, осмотрели подъемник. К сожалению, в спешке никто не догадался захватить с собой индикатор движений, и теперь приходилось рассчитывать исключительно на собственную реакцию. Отчасти Баулин оказался прав: на полу платформы обнаружилось несколько слизистых подтеков, свидетельствующих о недавнем пребывании Чужого. Только вот вопрос - куда он делся? А капли слюны, надо полагать, просто упали с высоты на опущенный на самый нижний уровень "Патны" подъемник... 	- Едем к двигательной установке. - Баулин не изменил своему решению и ударил кулаком по кнопке пульта грузового лифта, на которой был изображен трехлепестковый значок радиации - красный на белом треугольнике. - Не иначе Чужой сидит возле замедлителей. 	Широкая платформа подъемника поползла вниз. Четверо десантников быстро проверяли боеспособность оружия, от которого сейчас зависели их жизни. Наконец шурщание моторов прекратилось, и с одной стороны шахты появился ярко освещенный проход к огромному помещению, в котором были установлены реакторы, дающие энергию гиперпространственным двигателям. Впереди все было чисто. - Я и Тимченко впереди, остальные двое прикрывают тыл, - прохрипел Баулин. - Двойное внимание! Если мы повредим важный узел, то окажемся в полной заднице. Корабль сейчас выдает несколько скоростей света, запомните, болваны! 	- На себя посмотри,- буркнул Усанов, но, выполняя приказ, отошел чуть назад. 	Двигались осторожно, обращая внимание на любой звук, будь то стрекотание воздухозаборника кислородного регенератора или шорох поворачивающейся вправо-влево видеокамеры наблюдения. Зверюга либо пряталась, либо укрывалась в другом месте. 	- Чужие здесь не ходят, - тихо сказал Титов, оглядываясь.- Посмотри, нигде нет следов, Слизь, запах отсутствуют. Похоже, ты ошибся... 	Чужой нанес удар, как всегда, неожиданно. Часть кабелей, ведущих от ядерных реакторов к мозгу "Патны", проходила над подвесным потолком коридора. Между ним и переборкой, разграничивающей уровни крейсера, оставалось небольшое пространство, которое зверь и использовал для передвижения. Существо в буквальном смысле слова свалилось на головы рядовых Усанова и Титова. Чужой зацепился хвостом за кабели, пробил решетку подвесного потолка, одним движением лапы отбросил Усанова, раскроив ему бронежилет, подхватил второго человека и с немыслимой быстротой скрылся наверху. Баулин и Тимченко не успели выстрелить, боясь задеть товарища. Удаляющийся шум свидетельствовал о том, что Чужой вместе с добычей направился к реакторному залу. 	- Титов! - Тимченко подбежал к упавшему возле стены коридора десантнику.- С тобой все в порядке? 	...Когти Чужого не только раздробили бронежилет, но еще полоснули по открытой шее человека, задев яремную вену, из которой выходил ровный поток темной крови. Титов еще часто-часто дышал, пытался протянуть руку, видимо ожидая помощи, но моментально стало ясно: он не жилец. Такое повреждение можно было устранить только квалифицированному специалисту-медику. 	Сердце остановилось спустя тридцать секунд... 	- Он прикончил уже двоих! - сквозь зубы процедил Тимченко. - Теперь у меня с этой скотиной собственные счеты! Саша, пошли! Чужой там, где ты и говорил. Я слышал, как он прошмыгнул к энергоустановкам! 	Реакторный зал от коридора отгораживала опускающаяся толстая переборка без обзорного стекла. Оба оставшихся в живых десантника пробирались к ней медленно, поминутно взглядывая на решетчатый потолок, за которым мог притаиться Чужой. Наконец стальной щит ушел в стену, и взглядам людей открылось помещение, в котором, как они предполагали, устроил свое гнездо черный зверь. 	- Иисусе! - только и выдохнул Баулин. - Откуда?.. 	Отсек уже не имел вида обычного технического зала: часть оборудования укрывали свежие слизистые потеки, грозившие со временем превратиться в огромные строения, какие были возведены Чужими на звездолете или в колонии Хадли, но пока существа не успели привести творение человеческих рук в привычный для себя вид. А возле купола реактора восседала странная многоногая тварь, из брюха которой высовывались две полупрозрачные желтоватые трубки метра два-три длиной... 	- Материнский организм,- прошептал Баулин.- Только этой бляди нам еще не хватало! 	Тимченко погиб быстро. Чужой-самец ударил по остановившимся у входа в отсек людям сверху. Они не удосужились посмотреть на трубу охладителя, нависшую над головами. Зверь вонзил наконечник хвоста оператору смарта в плечо, подцепил лапами и утащил за собой, скрывшись в переплетении толстых белых кабелей. 	Отброшенный в сторону ударом членистой конечности Баулин, мигом уяснив, что следующая очередь за ним, вначале на четвереньках отполз обратно в коридор, а потом, вскочив на ноги, кинулся к лифту. Уже когда закрывалась дверь подъемника, словно из ничего появилась жуткая черная фигура и крючья когтей метнулись в суживающуюся щель между створками, пытаясь достать человека. Гладкие длинные сабли искорежили бронежилет и разорвали плечо и грудь... 	Тихо загудел мотор лифта, вскоре платформа остановилась на пассажирском этаже, и Баулин, надеявшийся увидеть своих, выполз в коридор. 	Бишоп был спокоен. Еще по опыту LV-426 андроид знал, что Чужие не реагируют на него, как на прочие живые организмы. Очевидно, они чувствуют, что синтетический человек не может быть носителем эмбриона или служить пищей. Бишоп невольно улыбнулся: вот интересно, не сломают ли Чужие зубы, если все-таки захотят попробовать синтетика, - "кости"-то ведь у искусственного организма сделаны из титанового сплава. Впрочем, проводить подобный эксперимент у Бишопа желания не возникало. Андроид запрограммирован на самосохранение. Он сознавал, что после того, как "душу", записанную на микросхемах, переселили в новое тело, нечто странное происходило в его биоэлектронных синапсах. Да, Бишоп по-прежнему справлялся со всеми заложенными в основную программу функциями, но иногда его действия не соответствовали изначальной схеме. 	Вот и сейчас андроид вроде бы должен идти и спасать возможно живого еще Хиллиарда (если, конечно, это не он лежал в кают-компании с отсеченным лицом) и прочих, кого утащили с собой неожиданно вернувшиеся из небытия монстры: биоробот не мог причинить вред человеку ни действием, ни бездействием. Однако Бишоп не делал требуемого программой. Почтение к своему создателю и его коллегам у Бишопа исчезло неизвестно куда, и никакого желания вытаскивать этих людей из лап Чужих не было. Единственно - логический центр подсказывал, что так или иначе люди, похищенные Чужими, уже мертвы или будут мертвы через несколько часов. Главная задача сейчас - спасти Марию Семцову и ее товарищей по несчастью, как несколько месяцев назад пришлось спасать Рипли, Ньют и капрала Хикса. 	Он, искусственный человек, синтетик, андроид, робот, подделанный под человека, это сделает. 	Бишопа очень беспокоила судьба Баулина и еще троих солдат, сдуру погнавшихся за Чужим. Самодеятельность в общении с черными хищниками была совершенно не к месту, ибо возможность поплатиться жизнью за беспечность была равна практически ста процентам. Андроид быстро вскрыл командный отсек и подошел к главной приборной панели. Автопилот исправно выполнял свою работу, "Патна" прорывалась сквозь пространство, пятнадцатикратно перекрывая скорость света; навигационные приборы ориентировались на искаженный эффектом Доплера далекий свет земного Солнца. Тихо. Спокойно. Гигантский организм крейсера функционирует без малейшего сбоя. На горевшее на одном из мониторов грозное указание Ван-Льюена андроид не глянул вовсе. Не до того. 	- Так, посмотрим, что у нас есть... - пробормотал Бишоп себе под нос и, быстро включив систему визуального контроля за помещениями корабля, начал просматривать изображения, поступавшие от расставленных по всей "Патне" видеокамер. Практически все коридоры и каюты пустовали - нигде ни единого движения. Бишоп еще раз нажал на клавишу, и тут взгляд его остановился на мониторе, дававшем панораму реакторного зала корабля. 	- Вот они!.. Ах, мерзавцы! И это всего за несколько часов! 	Камера медленно поворачивалась, выводя четкое изображение на экран. Андроид уже наблюдал подобную картину. На Ахеронте. В колонии Хадли. 	Чужие, как обычно, избрали своим местообитанием самую теплую часть корабля. Бишоп в который раз поразился их работоспособности: гигантский цилиндр, заполненный плутониевыми стержнями, теплообменник, замедлители частиц были сверху донизу облеплены той напоминавшей смолу слизистой субстанцией, которую андроид видел на уровне "С" станции Хадли и в чужом звездолете. Зоркий глаз синтетика разглядел фигуру взрослого Чужого, ползавшего по этим фантастическим сооружениям справа налево, видимо накладывавшего новые слои слизи. А внизу... Внизу, раскинув в стороны две пока еще совсем небольшие трубы яйцекладов, сидела матка Чужих. Она пока не достигла настолько устрашающих размеров, как та, с , которой сражалась Рипли на "Сулако", но уже выглядела весьма грозно. Разглядев что-то знакомое, Бишоп увеличил изображение и направил камеру точно на странную, словно распятую фигуру, вплавленную в застывшую слизь. 	Хиллиард. 	Монитор четко показывал его обезображенное непредставимым предсмертным ужасом лицо, а ниже, на груди своего двойника, Бишоп разглядел зияющую дыру. Начальник отдела робототехники "Уэйленд-Ютани" получил свое. Все-таки ему довелось повстречаться с существами, которых он так настойчиво жаждал увидеть. 	Справа и выше от тела Хиллиарда, как насекомые в янтаре, висели еще несколько человек, которых Бишоп не сумел опознать. 	"Все кончено, - подумал андроид. - "Патна" для нас потеряна, надо возвращаться на челнок". 	И словно ответив на его мысли, сидевшая в центре зала кошмарная тварь подняла увенчанную костистым гребнем голову, раздвинула обе пары челюстей и издала немыслимый, ужасающий вопль. Тотчас же из левого яйцеклада с омерзительным звуком, точно переданным микрофонами видеокамеры в командный центр "Патны", вылезла округлая спора, покрытая тягучей слизью, и опустилась на пол. Черный Чужой-самец, подхватив яйцо с маленьким паразитом-убийцей, перенес его в дальний угол зала, где уже находились несколько таких спор. Некоторые из них уже были раскрыты... 	"Так, значит, матка первое время тоже действовала как самая обычная рабочая особь и только совсем недавно занялась устройством гнезда! Уже родившиеся экземпляры пока не достигли крупных размеров и опасности не представляют... Против нас могут действовать лишь несколько личинок и один взрослый самец. Надеюсь, в ближайшие полчаса он не додумается выйти на охоту. Шансы увеличиваются". 	Бишоп выключил монитор и несколько секунд сидел без движения. Последний груз, тяготивший его, свалился. Раньше андроид надеялся, что пробравшиеся на "Патну* Чужие относятся к тому виду, с которым он установил контакт на Ахеронте. Теперь можно уничтожить корабль, ставший гнездом этих... этих в принципе несчастных существ, лишенных своего родного мира, своей среды обитания, и обреченных скитаться по Вселенной. И убивать. Убивать для того, чтобы выжить и продолжить свой род. 	Но может быть, Бог (или дьявол) создал Чужих только для этого? Нет ответа. 	Андроид взялся за рацию. 	- Семцова, вы меня слышите?.. - Бишоп, получив утвердительный ответ, коротко сообщил на модуль о своих последних открытиях. - Ждите, у меня дел на пять минут... 	И тут на замке двери вспыхнул зеленый огонек. В командный отсек кто-то вошел. 	До модуля оставшиеся в живых добрались быстро и без приключений. Казаков, держа наготове винтовку, выглянул из лифта и, не заметив ничего подозрительного в громадном зале, подал знак остальным. У Семцовой бешено колотилось сердце, она задыхалась и от перенапряжения, и от страха. Спасибо Фареллу: когда Маша прыгнула на трап, ведущий в челнок, ботинок соскользнул, и она переломала бы себе кости, если б пилот не успел подхватить ее у последней ступеньки. 	- Ну что же вы? - Фарелл укоризненно посмотрел на Семцову. Она только отмахнулась. Пилот, Казаков и полковник сразу же пошли в кабину, Косач и еще двое солдат задраили люк шлюза, но остались на месте - должен был подойти Бишоп, да, глядишь, Баулин с ребятами еще живы. Маша, биологи и доктор, постоянно сопровождаемый Андрем Ильиным, отправились в медицинский блок. 	Картина не изменилась. Крышки двух гибернационных капсул разбиты, осколки и подсохшая кровь на полу, а в сами капсулы Семцова решила не заглядывать. И без того тошно. Иноземный рейдер уничтожен, все Чужие на LV-426 превратились в пар, даже замысел с "военным переворотом" удался. После оставалось лишь вернуться на Землю... И что же? 	Почти половина вернувшихся с Ахеронта "волкодавов" погибла, руководство экспедиции вместе с Хиллиардом - тоже (так им и надо!), крейсер кишит размножившимися с невероятной быстротой Чужими. А если Бишоп не сумеет взорвать корабль, то "Патна" через несколько десятков часов вынырнет из гиперпространства в Солнечной системе. Естественно, прибудут спасатели... О том, что произойдет затем, и думать не хотелось. Вот вам и "исследовательская экспедиция". 	От бессильной злости Семцова схватила со столика первый попавшийся предмет и изо всех сил швырнула в стену. Выбор оказался не самым удачным - небольшая ампула с аммиаком брызнула сотнями стеклянных осколков и каплями нашатыря. Отсек наполнился неприятным запахом, но медтехник с врачом и биологи ни единого слова не сказали. 	Логинов, прекрасно понимая, что происходит с Семцовой, удивлялся, каким образом она еще держится на ногах. Доктор тоже смертельно устал и теперь хотел только одного: забыть навсегда этот проклятый Ахеронт, Чужих, всю эту гнусность, случившуюся за последние несколько суток... И не совершать того, что по молчаливому соглашению он делал вместе с Ильиным и биологами. 	Медтехник, сохраняя на лице отрешенное выражение, вскрыл обе разбитые капсулы гиперсна, и сейчас они все вчетвером упаковывали в черные пластиковые мешки останки людей, погибших после того, как их грудные клетки разорвали выбирающиеся из тел носителей маленькие Чужие. Когда работа была завершена, врач вопросительно посмотрел на остальных. 	- Ну, - буркнул он, - что станем с ними делать? Не оставлять же тут... 	- Надо отнести наверх, в грузовой зал "Патны", - хрипло проговорила Семцова, не глядя на Логинова, - взрыв крейсера их... похоронит. - Она пересилила себя и, наклонившись, взялась за край мешка. - Ну что стоите? Беритесь! Понесли. 	Зал над шлюзом по-прежнему пустовал. Никого. Ильин осторожно выглянул из-под крышки люка и вылез по трапу наверх. Семцова и биологи подали ему первый мешок с телом, затем второй, вышли наверх сами и вместе оттащили черные свертки к ближайшей стене. Двое кликнутых десантников обеспечивали безопасность, наблюдая за отсеком. 	- Во имя Отца и Сына и Святого Духа...- пробормотал Логинов, касаясь тремя пальцами лба, - покойтесь с миром. 	- Аминь, - подтвердила Семцова и дернула врача за рукав: - Давайте обратно, мало ли что... 	Все спустились в челнок, и шлюз снова отгородил людей от пространства крейсера. 	Маша сжав кулаки отправилась в кабину пилота, даже не взглянув в сторону медицинского блока. 	...Бишоп мгновенно развернул кресло и, вскинув винтовку, хотел было выстрелить в появившегося в проеме неожиданного гостя. Человеческий силуэт, вернее, даже не один, а два. Капитан Хоуп, поддерживая раненого Баулина, втащил его в отсек и моментально закрыл дверь в коридор. Солдат, лишившись опоры, сполз по стене на пол. На "волкодава" было жутко смотреть: волосы опалены, бронежилет разодран, правый рукав куртки просто отсутствует, а на плече глубокая рваная рана, из которой сочится кровь. Хоуп выглядел получше, по крайней мере не был ранен. Но выражение ужаса с лица капитана не сходило. 	- Я знал, что здесь кто-то должен находиться,- выдохнул капитан, вытирая рукавом пот с шеи. - Бишоп, что происходит на корабле? Откуда взялись эти вонючие твари? 	- Долго объяснять, - коротко ответил андроид. - Капитан Хоуп, окажите любезность, перевяжите господина Баулина, а я тем временем займусь необходимым делом. И никаких вопросов больше. 	Хоуп, быстро обыскав десантника, вытащил из его нагрудного кармана пакет первой помощи и начал бинтовать рану, изредка кидая удивленные взгляды на Бишопа, ведущего диалог с мозгом корабля. Баулин же сквозь зубы поносил всю родословную Чужих, вплоть до атомов металла, включенных в структуру их клетки, такими словами, что привыкший за много лет службы на флоте к подобным речениям капитан морщился. 	Бишоп, закончивший сложную операцию с компьютером, наконец смог слегка отвлечься. 	- Что с вами случилось, Хоуп? Отчего вы живы? 	- Интересный вопрос,- ощерился капитан, затягивая бинты.- Я сидел в своей каюте - специально попросил этого русского лейтенанта поместить меня отдельно - и был там, когда началась чертова стрельба. Наверное, пуля попала в замок, с дверью пришлось повозиться. В коридоре - настоящее побоище, никого нет. Я думал, все погибли. - Хоуп выругался, да так, что даже у примолкшего на секунду Баулина округлились глаза. - Потом я встретил вот его, едва живого, притащил сюда. Простая история. Могу я узнать наконец, в чем дело? Эй, Бишоп? 	В этот момент андроид нажал на клавишу "ENTER". На мониторе сияли красным слова команды: "ОТКЛЮЧЕНИЕ СИСТЕМЫ ОХЛАЖДЕНИЯ РЕАКТОРОВ А; В; С; 0; ВЫПОЛНИТЬ НЕМЕДЛЕННО". 	Экран очистился, а через секунду на нем вспыхнуло: 	"КОМАНДА ВЫПОЛНЕНА. УГРОЗА РАСПЛАВЛЕНИЯ СЕРДЕЧНИКОВ РЕАКТОРА. НЕУПРАВЛЯЕМАЯ ТЕРМОЯДЕРНАЯ РЕАКЦИЯ ЧЕРЕЗ 18 МИНУТ. ПОДТВЕРДИТЕ КОМАНДУ "ДА"/ "НЕТ"". 	Бишоп нажал "ДА". Появилось "ВЫПОЛНЕНО". 	- Поднимайтесь! - Андроид вскочил с кресла и бросился к Баулину, помогая тому встать.- "Патна" очень скоро разлетится на элементарные частицы. 	- Что-о? - Казалось, Хоуп сейчас упадет в обморок. 	- А вы, полагаю, мечтаете попасть в желудки Чужих, капитан? Надо успеть добраться до челнока. Все остальные наши уже там. Ну давайте же, Хоуп, не время причитать над своей посудиной! - Бишоп поднял за здоровую руку Баулина и открыл дверь в коридор. 	В этот момент во всех помещениях "Патны" полыхнули аварийные огни и завыла сирена, подтверждая слова андроида. Процесс перегрева реакторов стал необратимым. Через полтора десятка минут крейсер перестанет существовать. 	Оба лифта находились на этаже и ждать кабину не пришлось. Андроид подтолкнул свободной рукой капитана, несколько шокированного известием о неожиданной эвакуации, втащил в лифт Баулина, усадив его на пол, и надавил самую нижнюю кнопку. Блестящие створки сошлись, едва слышно заурчали моторы наверху, и кабина медленно поползла вниз. 	- "Патна" стоит семь миллиардов долларов...- сокрушенно бормотал Хоуп, покачивая головой.- Это был мой последний полет перед пенсией... Если после следствия и суда меня не засадят лет на двадцать пять, а попросту уволят без пособия и рекомендаций, буду считать, что повезло. 	Баулин посмотрел на капитана исподлобья, скрипнул зубами и, не выдержав, прорычал через силу: 	- Заткнитесь, мистер, а? Станете писать мемуары, кучу денег заработаете! 	Хоуп, не обратив внимания на вопиющее нарушение субординации, лишь отмахнулся. Бишоп, растянув рот в невеселой улыбке, снова поддел капитана: 	- Озаглавите книгу "Я и Чужие". Бестселлер обеспе... Опять двадцать пять! Да сколько можно?! 	Неожиданно лифт резко остановился, кабина резко дернулась, послышался скрежет металла о металл. Спустя еще секунду погасли основные лампы, и освещение теперь давал только небольшой аварийный индикатор. Голос информационной системы, донесшийся из динамика над кнопками этажей, вежливо напомнил, что экипажу предлагается немедленно покинуть корабль. 	- Это они? - Капитан ошалело взглянул на Бишопа, мигом сообразившего, что снова случилось непредвиденное, и уже вскрывавшего панель управления.- Нам не выбраться... 	- Подержите винтовку, сэр,- монотонным голосом ответил андроид, даже не посмотрев в сторону Хоупа. - Сейчас разберемся. Времени у нас полно... 	Баулин снова прошипел несколько интересных словечек, которых Бишопу доселе слышать не приходилось, и наконец добавил на английском: 	- Ненавижу американцев! Прекрасный трехместный гроб, господа! И вдобавок кремация за счет "Уэйленд-Ютани"! 	- Точно! - язвительно бросил Бишоп, выдергивая из-под открытой крышки пульта непонятного вида железку. - А какой фейерверк состоится по случаю нашей смерти! В Голливуде позавидуют. 	Он быстро повернулся к капитану и протянул на ладони свою добычу: 	- Извольте видеть, Чужие не виноваты. В результате перепада напряжений полетел предохранитель мотора. Вызовем ремонтную бригаду или попробуем выбраться самостоятельно? 	- Юмор висельника...- буркнул Баулин, зачарованно выслушивая новое предупреждение, гласившее, что до взрыва реактора остается двенадцать минут. 	Хоуп застыл в шоке и теперь смотрел куда-то за плечо андроида, в стену кабины, облицованную деревянными плитками. 	- Похоже, мы между первым и вторым уровнями, - быстро проговорил Бишоп, ни кому не обращаясь. - Следовательно, до дна шахты метра три или чуть больше. Троса нет. Давайте выбираться.- Он грубо встряхнул капитана и громко сказал ему в лицо: - Хотите поджариться в ядерном тостере или предпочитаете сломать пару конечностей? 	- Выбираем второе,- морщась ответил за себя и Хоупа Баулин.- Надеюсь, на челноке найдется обезболивающее? 	- ...И не найдется кусачих диких животных, - проворчал Бишоп. Он выхватил из рук отрешенного капитана оружие, внимательно осмотрел пол кабины и, отстранив людей, всадил несколько пуль в пластик покрытия, туда, где виднелись следы клепки. Несколько сильных ударов подошвой ботинка довершили дело, и в полу лифта образовалась квадратная дыра, а выбитый сегмент улетел в полутьму шахты. 	- Умышленная порча имущества Компании, - углом рта улыбнулся десантник и сплюнул в провал.- Нет, я конечно, понимаю, что вывинчивать пришлось бы долго... 	- Кончайте болтать! - прикрикнул на него Бишоп. - Я прыгаю первым, затем вы отправите за мной мистера Хоупа, а потом прыгнете сами. Я постараюсь, чтобы ваше приземление получилось относительно мягким. Все делаем быстро! 	Андроид забросил винтовку на плечо, сел на край отверстия и, еще раз прикинув расстояние, соскользнул вниз. В самый последний момент зрительные сенсоры уловили непонятное движение на самом дне шахты, в углу, но думать об этом сейчас было некогда. 	Покойный Хиллиард недаром проектировал роботов этой серии так, чтобы биомеханический организм мог выдержать перегрузки, непосильные для обычного человека. Кроме того, электронное подобие вестибулярного аппарата, наличествовавшее в мозгу андроида, точно рассчитало траекторию падения тела, а двигательные синапсы заставили Бишопа полусогнуть конечности таким образом, чтобы в момент приземления не повредить суставы. Полет с высоты трех с половиной метров не причинил андроиду особого вреда, разве что он ободрал ладони "в кровь" - выступила белесая жидкость, доставлявшая тканям кислород из искусственных легких. Несколько секунд центральный процессор заново настраивал цепи, передающие сигналы от мозга к органам. 	Бишоп встряхнулся, встал на ноги, сделал несколько резких движений руками и ногами, окончательно убеждаясь, что его внутренние системы не пострадали, вытер, ладони об одежду и быстро осмотрелся. Так и есть, дверь, ведущая из шахты в грузовой зал, на месте, но увы, закрыта. Он собрался было крикнуть Хоупу и Баулину, чтобы готовились к прыжку, но вдруг вспомнил о замеченном неподалеку движении. Ну конечно, без Чужих не обошлось... Серая многоногая личинка Чужого сидела на стене возле рельса, по которому двигался лифт, не обращая на замершего Бишопа и малейшего внимания. Гадать, каким образом маленькая тварь забралась в шахту, времени не оставалось. Необходимо было действовать. 	- Эй, Бишоп! - прозвучал сверху голос. - С тобой все в порядке? 	- Подождите минуту, не прыгайте! - выкрикнул андроид, не сводя глаз с зашевелившегося Чужого. Похоже, существо среагировало на движение в кабине и человеческий голос. Стрелять Бишоп не хотел - потечет кислота, а модуль находится прямо под ним, за обшивкой крейсера, да и разгерметизация во время полета на гиперсветовой не принесет ничего хорошего. Тогда выход один... 	- Насколько я помню, они не кусаются. За отсутствием зубов... - пробурчал под нос Бишоп, подбираясь к твари и вытягивая левую руку. В правой он держал готовое к бою оружие. Кто знает, вдруг Чужой успеет сорваться с места? 	Дальнейшие события произошли за короткие секунды. Быстрым, незаметным человеческому глазу движением Бишоп схватил личинку за толстый хвост у основания, рывком отодрал от стены и прижал тоненько заверещавшее чудище к груди. Чужой извивался, царапал коготками по одежде, пытаясь вырваться, но железную хватку андроида преодолеть не сумел. В это время Бишоп двумя выстрелами снес с дверей шахты запирающие механизмы и плечом отодвинул одну из створок. Путь был свободен - капитану Хоупу и Ба-улину лишь оставалось спуститься вниз. 	На весь грузовой зал разнеслись слова бортового компьютера "Патны", продолжавшего информировать экипаж о состоянии корабля. Восемь минут. 	"Что с ней делать? - лихорадочно соображал Бишоп, с трудом удерживая разбушевавшуюся тварь.- Отпускать никак нельзя..." 	Взгляд упал на моток толстой медной проволоки, которую, видимо, когда-то позабыли в шахте небрежные техники. Решение пришло само собой. Воздав должное невнимательности и рассеянности людей, андроид бросил пока ненужное оружие на пол, подхватил катушку с кабелем и, схватив окончание проволоки, начал быстро обматывать ею яростно дергающиеся щупальца личинки. Секунд тридцать спустя Чужой был обездвижен, лишь длинный суставчатый хвост продолжал бешено извиваться. Опутанная металлом тварь полетела в угол шахты, издав при ударе об пол возмущенный визг, а Бишоп задрал голову и прокричал: 	- Хоуп, давайте вниз, тут безопасно! 	- У меня на этот счет другое мнение! - раздался возглас капитана, похоже немного пришедшего в себя. - К нам ломятся сверху! 	- Прыгайте! - рявкнул андроид, расслышав глухие удары, донесшиеся со стороны кабины лифта. Значит, явился взрослый Чужой. Ну что ему стоило лишние полчаса посидеть в реакторном зале? 	Хоуп нырнул в проломленную Бишопом дыру первым, решив не дожидаться, пока Чужой, неизвестно как забравшийся в шахту и теперь исступленно выламывающий крышу кабины, доберется до него. Сперва послышался звук падения тела, мигом сменившийся руганью: Бишоп хоть и успел подхватить капитана, но сам упал под его тяжестью; Хоуп же сильно приложился виском о рельс лифта, однако сознания не потерял. 	Баулин, успев разглядеть, как разбился плафон погасшей лампы и как в узкий пролом протискиваются щупальца черного хищника, пожелал Чужому поскорее издохнуть и отправился вслед за капитаном. Его приземление оказалось чуть более удачным: сильно удариться не пришлось, благодаря цепким руками Бишопа, но все равно рядовой первого класса шмякнулся о металлический пол будто мешок с костями. На мгновение перехватило дыхание. Баулин открыл глаза и... Его зрение сохранилось только благодаря реакции незаменимого андроида. 	Скрученный проволокой маленький Чужой, видимо уяснив, что просто так ему не вырваться, применил иную тактику. Трубка, выскользнувшая из брюха личинки, изогнулась, прошла через переплетения медного кабеля, возле ее основания неожиданно образовались желтые капельки, и прямо в лицо десантнику брызнули струйки внутренностной жидкости Чужого. Бишоп, однако, успел отбросить пинком личинку, схватил военного за ворот изодранной куртки и поднял на ноги. 	- Так это с ним ты возился? - выдавил Баулин, глядя на корчившегося, зло попискивающего Чужого и струйки дыма, поднимающиеся от металла, вступившего в реакцию с кислотой. Бишоп отчаянно сдирал с правой ноги ботинок, на который попало несколько капель. 	- Именно с ним,- коротко ответил андроид, отбрасывая поврежденную обувь. Кислота смогла разрушить толстенную кожу ботинка и добраться до стопы. Ничего. Ногу восстановят, а центр, моделирующий болевые ощущения, можно на время дезактивировать...- Быстрее, джентльмены, она сейчас освободится! 	Личинка Чужого, проплавив часть проволоки, уже начала сбрасывать мешающие движениям оковы. Хоуп, лицо которого было залито кровью из разбитого виска, вылез из шахты в грузовой блок первым, помог выбраться Баулину, а вслед наружу выскочил Бишоп. Кислота повредила ему сустав стопы, и поэтому андроид сильно прихрамывал. 	- Винтовку там забыл, да и черт с ней! - пробормотал Бишоп. - Капитан, помогайте! Нельзя оставлять,. Чужим открытую дорогу к челноку! 	Они вдвоем навалились на створку, зашуршали ролики, на которых крепилась дверь, и, едва шахта пассажирского лифта оказалась закрыта, личинка, оттолкнувшись хвостом, прыгнула вперед, а сверху, проломив наконец крышу кабины и обнаружив дыру в днище, с грохотом рухнул взрослый Чужой. Бишоп до конца надеялся, что черный хищник не успеет прорваться вниз, но просчитался. Теперь от людей его отделяла лишь непрочная дверь. 	Подхватив с одной стороны тяжело дышащего Баулина, повязка которого насквозь пропиталась кровью, андроид свободной рукой вытянул из кармана рацию: 	- Семцова! Открывайте, мы рядом! Держите оружие наготове, лучше всего огнеметы! Здесь нельзя стрелятъ пулями! 	Вдвоем с Хоупом они потащили раненого к шлюзу, ведущему в челнок. Пятнадцать метров, десять, пять - начала отходить крышка люка. Можно рассмотреть силуэты военных. Кажется, там Казаков, один из операторов смарта и Ретт Гор. Быстрее, осталось совсем немного! 	Черный Чужой раздвинул передними лапами двери лифта и рванулся к трем движущимся человеческим фигурам. За ним, отбивая коготками дробь по металлическому покрытию пола, устремилась маленькая паукообразная тварь. 	Эти короткие мгновения растянулись для капитана Хоупа на часы. Все виделось будто при замедленном воспроизведении видеозаписи. Медленно, очень плавно, и одновременно стремительно как молния приближалась темная угловатая фигура, блестел в голубоватом свете ламп гладкий вытянутый череп, острый длинный хвост зверя извивался подобно хлысту... 	Запомнилось, как непонятная, но могучая сила ударила в спину и, увлекая за собой вцепившегося в остатки рубашки Баулина, капитан буквально влетел на трап, сбив с ног человека в черном кителе... Потом темнота и покой. 	Хоуп и Баулин скатились в коридор челнока и остались лежать неподвижно. Шипения огнеметов наверху они не слышали. 	* * * 	- Поехали, поехали, поехали!!! 	Крик вихрем ворвавшегося в кабину Казакова раздался над самым ухом Фарелла, но пилот, остававшийся профессионалом даже сейчас, вновь пробежал глазами по приборной панели за штурвалом, оценил красоту изумрудного сияния индикаторов, оповещавших о данном компьютером челнока разрешении на расстыковку и готовности двигателей смягчить удар при прохождении светового барьера. Только после этого Фарелл потянул штурвал на себя, не забыв крикнуть в микрофон громкой связи: 	- Ну, держитесь! Сейчас покатаемся! Никто не видел, как это случилось. Происходящее за пределами скорости света всегда остается тайной. Невольные пассажиры модуля - и то не все, а лишь бывшие в сознании - ощутили чудовищной силы толчок, заставивший маленький корабль несколько раз кувырнуться в пространстве, различили грохот падающего и срывающегося с креплений оборудования да вой аварийной сирены. 	Маша Семцова, накрепко пристегнутая ремнями к штурманскому креслу, вдобавок видела экран с данными о присутствии на челноке живых организмов. Таковых на борту находилось четырнадцать. 	Все свои. И ни одного Чужого.

	ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ 	- Что самое любопытное в этой истории - мы все остались живы...- отрешенно сказал Фарелл, глядя в переднее обзорное окно челнока, за которым веселыми искорками поблескивали звезды. - Все до одного, представьте! 	После длительной паузы, последовавшей за словами пилота, Семцова поморщилась и хмуро ответила: 	- Ну да, конечно. Из всего экипажа уцелели четырнадцать человек плюс Бишоп. Впрочем, если сравнивать с "Ностромо", Хадли или Фиориной, такое можно счесть небывалым везением. 	Ретт Гор, давно растерявший всю положенную по чину холодную неприступность, небритый и уставший, проговорил сзади: 	- Безусловно, счет не в нашу пользу, но, пусть это звучит парадоксально, решающий матч мы выиграли. Надеюсь, о Чужих теперь не услышат никогда. Наворотили мы дел, однако вспомнить приятно... 	Семцова откровенно фыркнула и задумчиво добавила: 	- А у меня появилась перспективка: проспать в анабиозе лет шестьдесят, как Эллен Рипли. Постойте, постойте.- Она наморщила лоб, вспоминая, и чуть улыбнулась: - Ну да, родилась я в двести пятидесятом, а сейчас двести семьдесят девятый. Когда проснусь, будет две тысячи триста тридцать девятый. Неплохо... Во-первых, про нас все забудут и не станут возбуждать судебное преследование. Во-вторых, мне будет девяносто лет. А вам, Сергей Владимирович, сколько? Чуть поменьше?.. 	Тут уже всю кабину огласил взрыв хохота. Смеялись долго, взахлеб, словно через смех, у некоторых больше походивший на истерику, выходили остатки нечеловеческого напряжения минувших дней. 	- А вы... А вы будете недурно выглядеть для девяностолетней старухи, - сквозь слезы простонал согнувшийся едва не вдвое Казаков. - Ах, простите, тогда вам исполнится всего восемьдесят девять, уважаемая госпожа консультант, а круглый юбилей мы будем праздновать только через год! Пригласите? 	- Если у нас на борту к назначенному времени останется еда, я вас разморожу, Сергей, и закачу потрясающую вечеринку! - Семцова уткнулась лицом в штурвал, не в силах поднять голову от душившего ее не то смеха, не то рыданий. - А не останется - придется растрясти пана Стеклы на пару кусков мяса Чужих. Биологи - люди запасливые... 	Снова громкий и неостановимый смех. Но за этим неожиданно накатившим весельем скрывались абсолютно не радующие экипаж проблемы. Многие из таковых, по общему мнению, были напрочь неразрешимы. 	За все время, прошедшее с первого полета земного корабля в гиперпространстве, никто не смел откалывать такой номер - отстыковать от материнского рейдера автономный модуль в момент, когда корабль движется за световым барьером. Невозможно рассчитать и представить, что именно произойдет с челноком в данном случае: область, лежавшая за пределами скорости света, не поддавалась изучению. Теоретически, не защищенный гиперполем челнок должно было разнести на кванты, а если защита имеется, то неизвестно, куда его могло занести. Путешествия по искривленному пространству, в котором даже время подчиняется другим законами, таит множество неприятных сюрпризов. Так получилось и с покинувшим "Патну" челноком. 	...Когда Бишоп понял, что Чужой настигнет их с Хоупом и Баулиным всего в нескольких шагах от шлюза, ведущего в модуль, он толкнул людей вперед, а сам бросился на пол и откатился в сторону, открывая свободу действий солдатам с огнеметами. До взрыва крейсера оставалось немногим больше четырех минут. Военные, предводительствуемые Гором, сумели отогнать Чужих - большого и маленького - от входа, втащили внутрь андроида, чья одежда уже занялась пламенем от попавших на куртку капель напалма, и захлопнули люк прямо перед носом слегка подкопченного, но разъяренного как сам дьявол черного хищника, видевшего, что добыча ускользает. Полторы минуты ушли на окончательную герметизацию шлюза и контрольную проверку. 	Фарелл активировал двигатели модуля и его гапер-поле, едва оказавшись в кабине, полчаса назад. Бортовой компьютер откровенно паниковал, выбрасывая на мониторы сообщения о том, что действия пилота могут стать губительными, а последствия окажутся непредсказуемыми. Еще бы: силовая установка челнока была в десятки раз слабее двигателей "Патны", и при отрыве от материнского корабля модуль должен был непременно резко снизить скорость движения, а затем и вообще выскочить из гиперпространства в один Бог знает каком районе. Не исключено, что точка "выныривания" окажется возле поверхности какой-нибудь звезды или, если угодно, в центре ядра любой из планет... Фарелл, Маша Семцова и лейтенант Казаков прекрасно понимали, что грозит всем в случае фатальной неудачи, но по безмолвному соглашению решились - других вариантов не было. Либо мгновенная смерть при взрыве крейсера или в момент преодоления светового барьера, либо возможное спасение... 	- Один против двух,- сказала тогда Семцова.- Неплохие шансы. У Эллен Рипли, например, обычно было значительно меньше. 	И они рискнули. Пилот догадался отключить искусственную гравитацию на челноке, когда расходились последние стыковочные крепления, но все одно перегрузка была невероятной. Бишоп потом сообщил, что она многократно превышала самые чрезвычайные нормы, и просто чудо, что металл выдержал и челнок не рассыпался в прах. Небольшой корабль кидало и трясло так, что большая часть оборудования вышла из строя, а когда модуль выбросило (вернее, вышвырнуло) из гиперпространства, разом отказали два реактора, не выдержавшие перегрузок, и компьютер отстрелил от корабля плутониевые стержни, разогревшиеся до температуры, при которой начинается неуправляемая цепная реакция... 	Вторым чудом стало то, что практически никто из людей серьезно не пострадал во время этого краткого, но донельзя опасного и непредсказуемого полета кувырком. Отделались ушибами и ссадинами. Только Ильин не успел пристегнуться - медтехник крепко впечатался в противоположную его креслу стену, сломав нос и повредив ключицу, да Шмарцев, тот самый, единственный уцелевший из взвода капрала Ланского, получил по голове сорвавшейся со штанги камерой внутреннего слежения. Баулин и Хоуп, про которых в невероятной кутерьме, происходившей в последние секунды перед стартом, просто забыли, остались под опекой немного обгоревшего, но сохранившего ясность ума и силу Бишопа. Андроид сумел удержать потерявших сознание людей, прижимая их к полу коридора. 	Только когда выяснилось, что челнок, вернувшись в реальный мир, не слишком сильно пострадал, бывшего капитана "Патны" и рядового первого класса перенесли в медицинский блок, каковой после лихого эксперимента Фарелла и Марии Семцовой больше походил на поле боя, нежели на аккуратный лечебный центр. Логинов, прилежно затыкавший тампоном мед-технику кровоточащие ноздри, лишь удрученно охнул, увидев новых постояльцев своего разгромленного комплекса - из всей техники работали только криогенные капсулы да простые ручные инструменты. Окончательно выбила врача из колеи и привела в состояние близкое к помешательству просьба Бишопа осмотреть его стопу, поврежденную кислотой, и, если возможно, чем-нибудь помочь... 	Чудо третье и последнее: челнок перешел световой барьер в чистом космосе, не угодив в астероидный поток, звезду или планету, однако именно это радостное обстоятельство и стало корнем всех проблем. Навигационные программы компьютера решительно отказывались опознавать этот район. Система ориентации честно известила экипаж, что расположение корабля относительно внешнего обитаемого кольца ей неясно, как именуется расположенная неподалеку двойная звезда с тремя вращающимися вокруг нее крупными телами - тоже неизвестно, и в какую именно часть Галактики занесло челнок - компьютер не имеет представления. Возможно, это даже совсем другая галактика. Рассчитать приблизительное местонахождение корабля после незапланированного полета через искривленное пространство невозможно. 	Вот так. Впервые разумная машина отказывалась помочь своим создателям из-за собственного неведения... 	- Абсолютно не смешно,- проворчала Семцова, когда остальные утихомирились.- Давайте подведем итоги. Во-первых, я не зря упомянула о неприятной возможности заснуть в анабиозе на несколько десятилетий. Если в ближайшее время нас не подберут, волей-неволей придется укладываться спать. Кислорода и пищи у нас очень мало. 	Мигом посерьезневший Казаков потер ладонью коротко стриженный затылок и, вздохнув, заметил: 	- Нас четырнадцать. Криогенных капсул на борту десять. Из них две сломаны Чужими. Все равно шестерым и Бишопу придется остаться. Это не выход. 	- Может быть... - хмуро сказал Гор. - Какая именно звезда перед нами - неизвестно, радиомаяков не слышно, ни один Центр транспортного контроля не отвечает. Однако это не означает, что мы очутились слишком далеко от обитаемых миров или транспортных путей. 	Фарелл тккул пальцем в монитор системы дальней связи и огорченно сказал: 	- Господин полковник, вы же видите - экстренная связь или не работает, или компьютер не может найти ориентир. На просьбу о помощи станции слежения давно бы ответили. Я уже посылал уведомление два раза... 	- Вот как? - послышался сзади голос Бишопа. - Только позвольте полюбопытствовать, куда именно вы отправляли сигналы бедствия? 	Андроид стоял у входа в кабину, придерживаясь за плечо полковника. Даже после оказания доктором Логиновым посильной помощи нога андроида почти не функционировала. Врач так вообще заявил, что его не учили анатомии синтетических организмов и тому, каким именно способом следует лечить биороботов... 	Фарелл вызвал электронный блокнот и вывел строчки на центральный дисплей. 	- Вот, пожалуйста, посмотрите, - указал он на экран. - Само собой, в Солнечную систему, на Арктур и Альтаир. И на перевалочную базу флота на Альфе Центавра. Если бы операторы получили сигнал, то мигом бы вычислили наше местоположение и прислали ответ. 	- Та-ак, - протянул андроид. - Значит, на Альтаир... Посмотрите в иллюминатор, пожалуйста. А потом скажите, что конкретно вы там видите. 	- Звезды,- коротко ответил за английского сержанта Казаков.- И больше ничего. Кроме этой дурацкой системы, конечно. 	За обзорным стеклом виднелась двойная звезда - вокруг крупного голубоватого солнца вращался остывающий белый карлик - и три планеты на их орбите. Одна - газовый гигант, вторая - скала без атмосферы, наподобие Ахеронта, последняя же скрывалась в густой пелене облаков. 	- Между прочим, - проворчал Фарелл, - нам даже до этих планет добираться не менее суток. В рабочем состоянии только один реактор. Само собой, гипердвигатель активировать невозможно - энергии не хватит. Даже при условии, что мы знали бы, в какой точке Галактики находимся, до ближайшего обитаемого мира пришлось бы добираться немыслимо долго. А сейчас челнок не сможет выдать даже половины скорости света. 	Бишоп поморщился: 	- Мы говорим не о состоянии двигателей, а о передатчике. Вы пробовали, мистер Фарелл, просто дать сигнал S0S в широком диапазоне? Не направленным лучом, а самым обычным способом? У меня сложилось впечатление, будто вы сами себе создаете проблемы. 	- Что ты имеешь в виду? - недоуменно спросил пилот, а все остальные с интересом взглянули на невозмутимое лицо Бишопа. 	- Пошлите сигнал SOS в окружающее пространство и увидите. Кстати, было ли проведено контрольное тестирование компьютера? Не исключено, что машина могла быть повреждена после нашего запоминающегося путешествия. 	- Черт возьми, объяснишь ты или нет? - возмутилась Семцова, наблюдая, как пилот набирает на клавиатуре очередной призыв о помощи. Тотчас же антенны модуля начали передавать сигнал бедствия. 	- Скажите, Мария Викторовна,- елейным голосом начал Бищоп. - Какие оценки у вас были по астрономии? В университете, я имею в виду? 	- Это было давно, - отрезала Семцова. - И вообще, я биолог, а не астронавт. Рассказывай, что ты вычислил? 	Бишоп проковылял к креслу пилота, уселся на ручку и ткнул большим пальцем в иллюминатор: 	- Слишком надеетесь на технику, господа. А она имеет свойство портиться. Двойная звезда, три планеты... С другой стороны, похожих систем в космосе множество, но так ошибаться и паниковать, когда корабль всего в нескольких миллионах километров от Сириуса... 	- Сириуса?! - взвыл Фарелл.- Альфа Большого Пса! Девять световых лет от Земли! Торговая база ЕЭС и России! Мы все идиоты! 	- Невероятно.- Полковник Гор вгляделся в обзорное окно и хлопнул себя ладонью по лбу.- Но почему компьютер... 	- Сейчас узнаем. - Фарелл отвлекся от манипуляций с передатчиком, развернул кресло к главному терминалу и запустил программу проверки жестких дисков, содержавших всю основную информацию.- Посмотрим, вдруг действительно сбой... 	Компьютер несколько минут грустно попискивал и мерцал индикаторами. Люди застыли, ожидая результатов. Наконец на мониторе появилась итоговая таблица. 	- По причине чрезмерных перегрузок повреждены более четверти всех кластеров, на которых записаны файлы программы, отвечающей за ориентацию корабля,- продекламировал Казаков показанный текст и повернулся к остальным: - С чем вас всех и поздравляю! Естественно, что машина не могла опознать эту звезду! 	Молчавшая до сих пор Семцова мрачно посмотрела на плывший в пространстве Сириус и поинтересовалась: 	- Как считаете, если бы нас выбросило возле Земли, мы бы тоже так сидели и гадали, в какую конкретно чужую галактику нас занесло и кто построил виднеющиеся внизу Нью-Йорк, Москву или Париж? 	От злой радости она пнула валявшийся под ногами индикатор движений живых организмов. Прибор отлетел к стенке. 	- Зовите всех! - воскликнул Гор.- Пускай тоже посмо... 	И тут запищал сигнал вызова. Находившийся неподалеку объект, обладавший простым коротковолновым передатчиком, вызывал экипаж челнока. Казаков первым рванулся к консоли, отобрал у Фарелла наушники и включил монитор над креслом пилота. Появилось нечеткое, но достаточно качественное изображение мужчины средних лет, темноволосого и темноглазого. 	- Bon jour! M'entendez-vous? Qui m'appelle? - донесся из динамика голос. 	Казаков посмотрел на Бишопа широко раскрытыми глазами: - ЭТО КТО? - Представления не имею, - пожал плечами андроид. - По-моему, человек. 	- Сам вижу, что не Чужой,- огрызнулся Казаков. - Здесь кто-нибудь говорит по-французски? 	- Я говорю,- ответил Бишоп, принимая из рук лейтенанта наушники с микрофоном. Надев их, андроид проговорил, глядя на экран: 	- C'ect le shattle С-130 avec UNO. Nous venous de la Acheront... 	Дальнейший разговор для всех остальных был совершенно непонятен, и лишь когда сеанс связи окончился, а Бишоп отложил в сторону наушники, выяснилось следующее - на помощь модулю идет торговый рейдер Европейского Экономического Сообщества. А операторы французской колонии на одной из планет системы Сириуса вот уже несколько часов пребывают в полнейшем недоумении от странного поведения экипажа вынырнувшего неизвестно откуда корабля. 	Бишоп, едва сдерживая смех, рассказал, что европейцы наблюдают за модулем с самого его появления возле границ этого мира, не понимая, отчего маленький корабль завис в пространстве и отсылает сигналы бедствия в самые отдаленные системы вместо того, чтобы просто подойти к обитаемой планете и информировать Центр транспортного контроля с помощью обычной радиосвязи. Вполне естественно, что базы на Арктуре или в Солнечной системе не отвечали на запросы Фарелла: неизвестные недоумки находятся в нескольких часах лета от крупной колонии, оснащенной спасательными кораблями, а тратят деньги и энергию на дальнюю связь! Между прочим, французы выслали спасателей еще три часа назад и рейдер на подходе... 	- Достойный финал всей истории, - хмыкнул Гор. - Не опознать Сириус! И кроме того, меня не арестуют тотчас, а вынуждены будут передать официальным властям Соединенных Штатов. Еще сутки можно погулять на свободе... 	- Это далеко не финал, - рассудительно сказал Бишоп.- Вот. Я думаю, эта штуковина некоторым образом компенсирует "Уэйленд-Ютани" и ООН потерю крейсера. 	Андроид расстегнул карман над коленом и, вынув небольшую стальную пластину, подаренную Чужим на инопланетном корабле, протянул ее Семцовой. 	- Я сохранил это,- проговорил он.- Полагаю, здесь записана кое-какая информация, способная пролить свет на происходившие в последнее время события. В том числе на полет "Ностромо"... 	- Ну нет! - Семцова выхватила блок из рук Бишопа. - Компания не получит ничего! А если сведения, хранящиеся в этой коробке, действительно ценны, то проще будет передать их представителям имперского правительства, Организации Объединенных Наций или вообще в прессу. Все должны узнать, что представляет из себя эта ублюдочная Компания! Ну и сволочи же эти американцы! 	Полковник Гор помрачнел после таких слов. Впрочем, обижаться было не на что. Представители его страны показали себя в последнее время не лучшим образом. 	- Пусть будет так, - согласился андроид. - А цивилизация людей получит возможность убедиться, что чужая разумная биологическая жизнь присутствует во Вселенной. 	Маша убрала вещицу в нагрудный карман, скрестила руки на груди и задумалась. Разумная биологическая жизнь... Чужая жизнь. Да, без сомнения, человечество уже достаточно узнало о существах, именуемых Чужими. Впрочем, полученный объем знаний слишком мал, чтобы утверждать, будто Чужие создали свою цивилизацию. Они улетели с Ахеронта, но воспользовались для этого плодом разума других созданий - существ, останки которых видел Баулин, спустившись на нижние уровни старого корабля... 	Вопросов множество. Да, можно предположить, что Чужие (по крайней мере, имеющие металлическую окраску) не просто животные. Что существует два подвида одной расы, известен их способ размножения... А когда биологи передадут в лаборатории Земли сохраненные останки взрослых существ, среди которых есть и тело маленькой серебряной твари, спасшей (что уж говорить!) жизнь многим людям, то ученые выяснят их строение, анатомию, возможно, смогут объяснить, чем именно отличаются разумные Чужие от черных хищников-убийц. Но теперь, после уничтожения звездолета, никто и никогда не установит, с какой целью неизвестные гума-ноиды перевозили на своем корабле именно эту форму жизни. Откуда, куда и зачем они летели? Каким образом Чужие "вышли из-под контроля", как гласило предупреждение, зафиксированное компьютером "Ностромо"? И почему серебряные твари не вступились за обитателей корабля, как вступились за людей, сумевших им помочь? Отчего они не перебили черных собратьев, с которыми, как было видно, отношения складывались не лучшим образом? Как долго они ждали появления способных оказать им содействие существ? Почему не проснулись, когда неподалеку, в Хадли, поселились люди?.. Или расстояние препятствовало? 	Главная проблема - темные хищники. Именно о них Семцова знала больше всего. Внутреннее строение отчасти сумел разъяснить так нелепо погибший профессор Блейк. Как оксфордский ученый ни восхищался уникальным организмом Чужого, его радость невозможно обосновать. Универсальный паразит, уничтожающий все встретившееся на пути, не может быть достоин любования. 	Черный Чужой может паразитировать абсолютно на любом существе, способном дышать легкими. Пример тому - Фиорина. Личинка заразила собаку, и появился Чужой, значительно отличающийся от тех, которые поражали людей. И в то же время встреченные на неизвестном звездолете твари очень разнились размерами с существами, уничтожившими колонию Хадли... Следовательно, паразитируя на разных биологических видах, Чужие могут существенно отличаться обликом друг от друга. В чем причина? В разности химического строения организма-носителя или его биологического вида? В величине? В среде обитания? Или, может быть, в степени разумности существа, зараженного эмбрионом? Тогда, спрашивается, откуда берутся серебряные Чужие, несомненно наделенные настоящим интеллектом, имеющие собственную речь и социальную организацию? 	Наверное, очень суровый мир породил этот странный разум. Организм, способный существовать при любой атмосфере, давлении, способный адсорбировать кислород и азот даже из воды... Чужие, как говорил Бишоп, вынуждены обитать исключительно на "потолке", соответственно, реальная среда, в которой они живут, расположена (если судить по человеческим понятиям) под поверхностью приютившего их мира. Впрочем, данное заключение тоже спорно. Не исключено, что имелись некие причины, заставившие и черных, и "металлических" Чужих перебраться на вертикальные или располагающиеся над обычной поверхностью планеты плоскости. Хотя даже к концу двадцать третьего века от рождества Христова человечество так и не поняло, что именно побудило летучих мышей жить не так, как обычные животные, а вниз головой... 	А вдруг эти животные были выведены искусственно? Так же как много лет назад в земных лабораториях выводили вирусы, способные превратиться в истребительное биологическое оружие? Представьте: одна цивилизация проигрывает войну другой цивилизации - войну, ведущуюся обычными средствами, - и вот под рукой оказываются эти универсальные паразиты, для которых понятие "чужой" обозначает всех, кроме сородичей. Будь это люди или животные с Земли, а также любой другой биологический вид, зародившийся в одном из отдаленных миров. 	Где найти ответы?.. 	В этой железке? Не зря ведь, наверное, Чужой с четырьмя шрамами на панцире дал ее андроиду? 	А что впереди? Естественно, уже теперь придется объяснять властям европейско-русскои колонии, каким образом челноку удалось выбраться с LV-426, что произошло с "Патной" (а это, кстати, тоже интересный вопрос. Крейсер канул в гиперпространство, и что случилось с ним - известно лишь Господу Богу. Все надежды возлагались только на то, что Бишоп все сделал правильно и "Патну" постигла судьба "Ностромо"). 	Маша Семцова твердо решила требовать от представителей Европейского Сообщества передачи оставшихся в живых представителей экипажа "Патны" лишь сотрудникам ООН или правительству Российской империи, надеясь добиться от них справедливости. 	Но если в дело вмешается "Уэйленд-Ютани" (такое вмешательство просто гарантировано), то остается рассчитывать, что чиновники комитетов ООН не пойдут на поводу дирекции всемогущей корпорации. Судебный процесс обещает быть исключительно громким... "Мария Семцова против "Уэйленд-Ютани" - хорошо звучит! Дожить бы только. Господа из руководства могут пойти на все, чтобы скрыть подробности истории об экспедициях трех погибших кораблей - "Ностромо", "Сулако" и "Патны". Впрочем, заткнуть рот всем оставшимся в живых они вряд ли сумеют. За лейтенанта Казакова и его людей обязательно заступится Министерство обороны Российской империи, да и сам император наверняка не останется в стороне. Еще будучи наследником трона, нынешний государь Михаил Александрович проходил военную подготовку в учебном центре "волкодавов" в Екатеринбурге... 	Все-таки нас осталось четырнадцать. И Бишоп в довесок. 	- ...Вон они! - вдруг закричал Фарелл. И действительно, из звездного тумана со стороны Сириуса к челноку подходил крупный рейдер, перемигивавшийся зелеными и красными ходовыми огнями. Уже стало возможно различить на борту транспорта лазоревый флажок с желтыми звездочками, выстроившимися в круг, - европейский символ - и черного коронованного двуглавого орла на золотом щите - герб Российской империи... 	- Насколько я помню, - наморщил лоб Казаков, - стыковочные узлы стандартны на всех типах транспортных кораблей. Только на наших, русских, старых рейдерах они отличаются по ширине. 	- Почему? - поднял бровь Гор. 	- Чтоб влезало больше, наверное, - отмахнулся Бишоп. - Мистер Фарелл, ну-ка пустите меня за штурвал. Предстоит работа для синтетика. Я буду более точен при стыковке с незнакомым кораблем, а автопилот запускать я сейчас не советую. Компьютер изрядно барахлит после наших кувырканий в гиперпространстве. 	- Позовите всех! - радостным голосом воскликнул Казаков. - Пусть посмотрят! Все-таки мы выбрались! 	Фарелл объявил по селектору хорошие новости, и вскоре почти все пассажиры модуля сгрудились у входа в кабину. Медтехник с врачом явились первыми, за их спинами маячила биологическая бригада, изрядно поредевшая после неудачной экспедиции, а совсем позади виднелись четверо "волкодавов", сейчас улыбавшихся во весь рот. Не хватало только капитана Хоупа и Баулина, до сих пор находившихся без сознания. 	Грузовой корабль подошел к челноку на минимальное расстояние, Бишоп вел непонятные для других переговоры на французском с его капитаном, а все остальные просто веселились, искренне радуясь счастливому окончанию авантюры, в которую их вовлекла воля совета директоров "Уэйленд-Ютани". Казаков поднял неосторожно брошенный на пол Семцовой индикатор живых организмов и шутки ради направил уловитель на медиков. Ильин взмахнул несколько раз рукой, и моментально на маленьком экране появилась розовая точка сигнала. 	- Что за чертовщина? - вдруг запнулся лейтенант и резко выкрикнул: - Замрите все! Маша, смотрите! 	На дисплее индикатора явственно светилась четкая голубая точка, говорящая только об одном: неподалеку, в конце коридора, там, где располагалась кают-компания, находился живой объект, не относящийся к виду Homo sapiens... 	- Но как?..- Рука Семцовой непроизвольно потянулась к пистолету.- Этого не может быть... Мы же двадцать раз проверяли! 	- Чего не может быть? - Бишоп снял наушники, повернулся к людям и, осмотрев индикатор, тихо сказал: - Так. Чужой... 	- Оружие к бою! - рявкнул Казаков и, схватив прислоненную к терминалу винтовку, выскочил в коридор, вытягивая вперед индикатор. До объекта, дающего синий сигнал, было около шести метров, и он был скрыт дверью столовой. 	- Мистер Фарелл, займите свое место! - скомандовал андроид и, протолкнувшись через сбившихся в кучу людей, подбежал к лейтенанту. - Где он? 	- Рядом, - быстро ответил Казаков. - Гражданскому персоналу остаться здесь. Мария Викторовна, заприте дверь с другой стороны. Мы попробуем его изолировать. 	- Подождите, - прервал его Бишоп. - Вдруг это... э-э... свой? Я имею в виду светлых Чужих? 	- Откуда? - прошипел кто-то из военных. - Они же все смылись с Ахеронта! 	- Ладно! - рявкнул Казаков. - На месте разберемся! 	Щелкнул замок двери, ведущей в кабину, а Казаков, Бишоп и четверо десантников, вооруженные пистолетами, двинулись к кают-компании. Лейтенант сейчас искренне жалел, что приказал подчиненным убрать все оружие в транспортер, едва челнок перешел световой барьер и все начали немного прибираться в корабле - разгром тогда царил полнейший... Сейчас винтовки очень пригодились бы. 	Они подошли к опущенному металлическому щиту двери. Казаков и андроид заняли позицию напротив, по два солдата встали по сторонам. Лейтенант осторожно нажал кнопку замка, и переборка поползла вверх. 	- Не стрелять! - выкрикнул андроид. 	На пороге стоял рядовой первого класса Баулин, в одной руке державший еще горячий бутерброд, а в другой термос с кофе. 	- Вы чего это? - ошарашенно спросил он, глядя на наставленные на него дула оружия. - Что, и поесть нельзя? 	- Ты откуда взялся? - яростно набросился на очнувшегося десантника Казаков. - Где Чужой? 	- А здесь есть Чужой? - У Баулина отвисла челюсть, и он машинально поднял глаза на потолок. Сверху никого не было. - Я проснулся, людей нет. Захотел есть, пошел в столовую... 	- Что такое? - донесся голос Семцовой, которая не выдержала и примчалась к кают-компании со взведенным пистолетом в руке, 	- Дайте сюда индикатор. - Бишоп выразительно глянул на лейтенанта и, забрав прибор, осмотрел его. - Так и есть. Мисс Семцова сбила настройку, когда неосторожно ударила аппарат ногой. Теперь любые сигналы, поступающие с расстояния более пяти метров, фиксируются как посторонние... Вы, однако, паникер, господин Казаков. 	Лейтенант потупился, но тут же фыркнул, не в силах сдержать подступавший хохот. В эту секунду пол под ногами слегка качнулся, наверху послышалось шипение и скрежет стали. Металлический голос информационной системы бесстрастно доложил: 	"СТЫКОВКА ПРОИЗВЕДЕНА. СБОЕВ РАБОТЫ УЗЛА НЕТ. ГЕРМЕТИЧНОСТЬ КОРАБЛЯ НЕ НАРУШЕНА СПАСИБО ЗА ХОРОШИЙ ПОЛЕТ!" 	Семцова выронила пистолет и, метнувшись к трапу стыковочного шлюза, взглянула наверх. С шуршанием разбежались треугольные листы металла, отошел в сторону люк, и из открывшегося прохода донесся человеческий голос: 	- Comment allez-vous, mademoiselle? 	- Не понимаю, - призналась Маша. - Но все равно спасибо!..
 	Выписка из решения Комитета ООН по безопасности. 	22 сентября 2279 года, Женева 	Швейцарская Конфедерация, Европейское Сообщество.
 	"...По результатам экспедиции военно-исследовательского крейсера "Патна" к планетам LV-237 (Фиорина) и LV-426 (Ахеронт) приняты следующие решения, одобренные генеральным секретарем Организации Объединенных Наций и правительствами заинтересованных стран:
 	- Межпланетный торгово-коммерческий концерн "Уэй-ленд-Ютани" (США) лишается лицензии на производство работ вне пределов Солнечной системы сроком на семь лет. Все учреждения, собственность и колонии, принадлежащие "Уэйленд-Ютани", на указанный срок передаются под непосредственное руководство ООН. Доходы с предприятий перечисляются на счета Организации Объединенных Наций.
 	- Правительству Соединенных Штатов Америки рекомендуется начать официальное расследование противоправных действий руководства концерна "Уэйленд-Ютани" и по окончании такового передать лиц, виновных в гибели людей в колониях Надежда Хадли и Фурия-161, под юрисдикцию Международного суда (Гаага, Королевство Нидерландов).
 	- Комитету по безопасности ООН провести адекватное следствие по делу о гибели лейтенанта торгового флота США Эллен Ришт.
 	- Освободить от уголовной ответственности за непреднамеренные преступления следующих лиц:
 	1. Кристофера Джеймса Хоупа (США) - капитана крейсера "Патна".
 	2. Ретта Малкома Гора (США) - командира подразделения вооруженных сил специального назначения ООН.
 	3. Казакова Сергея Владимировича (Российская империя) непосредственного		 начальника подразделе ния войск ООН, участвовавшего в экспедициях к Фиорине и Ахеронту.
 	4. Семцову Марию Викторовну (Российская империя) - консультанта ООН по вопросам чужой жизни.
 	- Также от ответственности освобождаются все выжившие участники вышеупомянутой экспедиции (список прилагается). Правительствам суверенных государств, чьи представители участвовали в рейде крейсера "Патна", настоятельно рекомендуется не преследовать указанных лиц как в уголовном, так и административном порядке.
 	- Признать действия военных специалистов и консультантов крейсера "Патна" правомерными и адекватными сложившейся экстремальной ситуации.
 	- Обязать концерн "Уэйленд-Ютани" выплатить вышеупомянутым лицам, а также родственникам погибших (список прилагается) финансовую компенсацию за моральный ущерб в установленном законами ООН размере.
 	- Родственникам членов экипажа буксира "Ностромо" (США) и крейсера "Сулако" (США) также выплатить финансовую компенсацию из средств ООН и концерна "Уэйленд-Ютани".
 	- Перевести лейтенанта Казакова С. В. в подкомитет по обороне ООН (Тулуза, Французская Республика) на должность начальника группы Внеземельного корпуса специального назначения.
 	- Предоставить консультанту ООН Семцовой MB. оплаченный отпуск не менее 120 дней.
 	- Признать колонии Фурия-161 и Надежда Хадли не пригодными для проживания людей.
 	- Признать планетоид LV-426/Ахеронт более не существующим и удалить его из регистра ООН.
 	- Капитанам и экипажам рейдеров, осуществляющих полеты вне пределов Солнечной системы, предоставить все имеющиеся материалы по правилам поведения и безопасности в случае контакта с ксеноморфами, обнаруженными на планетоиде LV-426..." 	Полный текст постановления следственной Комиссии ООН от 22 сентября 2279 года можно найти в официальном журнале Организации и в общемировой сети Интернет (http://www.uno.news./security/aliens).
 	КОНЕЦ
 	Андрей Мартьянов
 	Чужие 	Операция "Рюген"
 	С благодарностью за поддержку - Марине Кижиной как соавтору, Сергею, А. Семенову, М. Семеновой и многим другим. "...Безусловно, расследование, проведенное независимой группой экспертов под эгидой Организации Объединенных Наций, доказало определенную степень виновности руководства Межпланетной торгово-коммерческой Компании "Уэйленд-Ютани" в трагических событиях на отдаленном планетоиде системы Нероид. Мистер Ван-Лъюен по-прежнему утверждает, что его подчиненные действовали лишь из лучших побуждений и не следует сваливать вину за ахеронтскую катастрофу только на представителей Компании. Безусловно, ситуация вышла из-под контроля, но разве возможно было прогнозировать подобное развитие событий и здраво оценить степень опасности, исходящей от существ, обнаруженных на LV-426? 	Однако я не могу оправдать варварских действий экипажа крейсера "Патна" и русских военных специалистов, принявших самое на первый взгляд верное решение - все, что потенциально опасно для человека, должно быть уничтожено. Подобная солдафонская этика привела к непоправимым последствиям: полностью разрушен инопланетный корабль, обнаруженный на LV-426, и земная наука потеряла уникальную возможность исследовать творение чужого разума, а возможно, впоследствии установить контакт с иной цивилизацией. Следствием радикальности русских военных и научных консультантов также стали дикое и неоправданное по своей жестокости истребление представителей нового биологического вида, катастрофа крейсера "Патна" и гибель выдающегося ученого современности - доктора Рональда С. Хиллиарда, лауреата Нобелевской премии (2261 год, создание искусственного разума и синтетического гуманоида на биотехнологической основе). 	Исходя из вышесказанного, я могу предположить, что захват "Патны", несанкционированное использование ядерного оружия и дальнейшие действия русских были заранее спланированной в недрах Службы безопасности Российской Империи акцией, направленной на устранение с рынка космических перевозок и торговли полезными ископаемыми основного конкурента в лице Компании "Уэйленд-Ютани". Если это правда, то я могу только поздравить российские корпорации - им с блеском удалась эта сомнительная авантюра, прикрытая именем и авторитетом столь уважаемой организации, как ООН..." 	Выдержка из статьи Лоренса Бейджа "Славянская охота на чужих". "Нью-Йорк Тайме", 19 января 2280 года.
 				 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ 				 ГДЕ ЖИВЕТ ЧУЖОЙ?

	ГЛАВА ПЕРВАЯ. ВЫЗОВ В МИНИСТЕРСТВО 	20-21 января 2280 года, Санкт-Петербур 	Б-б-бу-у! 	Традиция сохранялась неизменной пятьсот семьдесят лет. Пушечный раскат, грянувший над серо-свинцовыми водами Невы, по которой шли на запад мелкие льдинки, означал, что в столице Российской Империи наступил полдень. Голубоватый дымок повисел над бастионами тускло-коричневой крепости, будто раздумывая, подниматься ли ему к небесам или уйти по направлению восточного ветра, к стрелке Васильевского острова и Дворцовому мосту. 	Утро сегодня было преотличное - в меру холодно, в меру солнечно, да и ветер не особо силен. Каждый уважающий себя горожанин после воскресного рассвета обязательно пойдет погулять. 	Правящие особы, к великому сожалению, подобной радости лишены. Нет, вовсе не из-за отсутствия времени или желания. Сан не позволяет, и вдобавок только в сказках можно наткнуться на государя, беспечно разгуливающего по улицам столицы. Безусловно, Петр Великий мог себе позволить нечто подобное. Так на то он и Великий, и время было совсем другое: никаких террористов, никаких бодигардов с тихарями, не отходящих и на единый шаг от царственного патрона. Конечно, вполне можно заглянуть в Зимний сад, укрытый со всех сторон стенами дворца и многочисленными системами обнаружения посторонних, но уж поверьте - это никакая не прогулка, а одно расстройство. 	Человек, полулежавший на диване и просматривающий доставленные с утра газеты, мог оказаться кем угодно. Внешность еще ни о чем не говорит. Пушистый черный свитер и черные джинсы с мягким ремнем может носить и университетский профессор, и наемный убийца. А если судить по слегка всклокоченной, начавшей седеть шевелюре, короткой рыжевато-коричневой бороде, большим ладоням и стоптанным домашним туфлям на босу ногу, сторонний наблюдатель мог подумать, что перед ним какой-нибудь скромный научный работник или входящий в эпоху жизни, подводящую к старости, небогатый художник... 	Человек разместился в не слишком роскошной, однако утонченно-красивой и навевающей спокойствие Ореховой гостиной Большого Зимнего дворца и чувствовал себя здесь как дома. Листал он не "желтую" прессу, а бегло просматривал ведущие европейские и американские газеты на английском, немецком и французском языках, да изредка чертыхался под нос. Курил мужчина обычнейшие крепкие папиросы, но пепельница отчего-то была серебряной, изготовленной в виде осетра с откидывающейся спинкой. Специалист-антиквар подавился бы собственной слюной при виде такого небрежного обращения с раритетом конца XIX века. Будто бы на всякий случай на боку осетра была выгравирована маленькая корона и надпись латинскими буквами: "Faberge". 	- Ур-роды, - проворчал человек и с видимым отвращением отбросил в сторону пухлую "Нью-Йорк Тайме", взявшись за доставленную из Парижа утреннюю "Фигаро". Просмотрел передовую статью и снова буркнул: - И эти ничуть не лучше. 	Рядом, на ореховом столике, стоял маленький приборчик в коричневатом корпусе, явно призванном имитировать стиль гостиной. Гладкие, слегка утопленные кнопки, миниатюрный динамик и два индикатора - простота и эргономика. 	Бородатый мужчина в черном свитере вытянул руку, коснулся аппарата и тотчас услышал донесшийся из изящной коробочки полный готовности голос секретаря: 	- Слушаю? 	- Алексей Васильевич, уже полдень. Все собрались? 	- Сидят, - фыркнули из коммуникатора. - Масса многозначительных взглядов и дурацких разговоров. Только...- Человек, находившийся на другом конце линии, запнулся. 	- Что еще? 	- Адмирал Бибирев здесь. Уже два раза просил о встрече, но я, как и приказано, отвечал, что вы заняты. 	- Бибирев? - Обитатель Ореховой гостиной нахмурился. - Хорошо, пригласи. Остальные подождут. Отправь их к половине первого в Малый зал для совещаний. Я приду. И слушай, кто после тебя заступает? 	- Я до девяти вечера, - мигом ответил невидимый собеседник. - Потом дежурство штабс-капитан Снегирева. 	- Отлично, - согласился бородатый. - Передай ему все папки, которые я оставил, и скачай файлы с моего сервера, те, что с пометкой "срочно". 	- Не первый день работаю, Михаил Александрович, - не то почтительно, не то обиженно ответили из динамика. - Адмирала звать? 	- Я же сказал - зови. - Человек отключил связь, чтобы не тратить время на лишние переговоры с общительным секретарем, быстрым, буквально кошачьим движением поднялся с дивана, уронив газетную кипу, и подошел к закрытому бару. Насколько он помнил, господин Бибирев более всего уважал армянские коньяки. Вот и представилась возможность потешить вкусы адмирала флота. 	Двери в Зимнем не скрипели, хотя многим петлям было более пятисот лет, но бородатый уловил, что в гостиной появился посетитель. Последний неслышно вошел и, в соответствии с этикетом, остановился в трех шагах от порога. Вот интересно, отчего ботинки адмирала ступают по паркету абсолютно беззвучно? 	- Ваше императорское величество? 	- Я за него, - усмехнулся хозяин гостиной. - Доброе утро, Николай Андреевич. Понимаю, что пошло предлагать коньяк с утра, но... Обрати внимание - тридцатилетняя выдержка. Густой, как мед. 	- Благодарю, - улыбнулся в ответ адмирал. Впрочем, заподозрить военного в высоком, белоснежно-седом старике, облаченном в серый статский костюм, с темно-малиновым галстуком и преобычнейшей толстой папкой в руках, было почти невозможно. Престарелый бюрократ, не более. Ох обманчива внешность... 	- Как здоровье внучки? - не оборачиваясь, спросил хозяин. - Я ужасно беспокоился. Знаешь, мне кажется, что все-таки ты зря позволил ей пойти в Академию. 	- Господи, - вздохнул адмирал, преувеличенно театрально разводя руками. - Ты думаешь, меня спрашивали? От Натальи я получил только заявление наподобие: "Хочу летать, и все тут! И ты, дедуля, не вмешивайся". И между прочим, эта коза сдала экзамены с пометкой "Лучшие работы". А теперь она разбила тренировочный самолет и чудом осталась жива. 	- Ничего страшного, - добродушно хохотнул мужчина в черном и подал седому адмиралу рюмку с темно-коричневой и чудесно пахнущей жидкостью. - Четыре ребра, перелом правого предплечья и легкое сотрясение мозга... 	- Ваше величество прекрасно осведомлены, - нарочно ехидным голосом сказал Бибирев. 	- Газеты надо читать. В светской хронике только об этом и пишут. 	Внезапно с лица хозяина кабинета сползла улыбка, и он вроде бы бесстрастно и спокойно глянул в лицо посетителя своими темно-серыми глазами: 	- Ну? В чем дело? Я уже забыл, когда ты появлялся в последний раз в моем кабинете самолично. 	- Я, Ваше величество, - адмирал тотчас принял правила игры и заговорил серьезно, - появляюсь здесь только в критических ситуациях. Боюсь, что это тот случай. Не скажу, что это проблема вселенского масштаба, но... Кто знает? 	- А именно? - поднял бровь человек, которого титуловали высшим званием Империи. - Что случилось на этот раз? ООН подняла цены на нефть, которую добывает со временно конфискованных скважин "Уэйленд-Ютани"? 	- Интереснее, - чуть склонил голову набок Бибирев. - И вы, государь, проницательно отметили участие в этом деле американцев. А точнее - наших старых знакомых из "Уэйленд-Ютани". 	- Хватит, - поморщился император. - Переходи на нормальный язык, Николай. Церемониальные кур-туазности оставь на потом. 	- Ну хорошо,- пожал плечами адмирал.- А теперь слушай. Только позволь, я сначала присяду. Надеюсь, сидеть в присутствии августейшей особы, да тем более если таковая пребывает в состоянии неофициальном... 	- Говори, - передернулся хозяин гостиной. - И садись, черт бы тебя побрал. Может быть, тебе еще и табурет принести? 	- У нас действительно неприятности. - Седой, следуя приказу, непринужденно устроился на диване и закинул ногу на ногу. - На этот раз никаких шуток. Это тебе не цены на нефть или минералы. Речь идет о безопасности империи. И возможно, о ее выживании. 	- Мрак, - фыркнул собеседник адмирала, но сразу же осекся. Если руководитель Службы государственной безопасности России говорит настолько серьезно, значит, дело нешуточное. Адмирал Бибирев никогда не стал бы произносить случайных слов. Не в его это натуре - натуре профессионала высочайшего класса, завоевавшего своим умом и многолетним опытом должность своего рода "серого кардинала", стоящего за спиной императора. 	- Так что случилось? 	- Михаил, ты помнишь дело, почти год назад поднятое ООН по поводу незаконных действий американцев с некоей неизвестной формой жизни? Помнишь заголовки: "Чужие", "Плотоядные монстры" и прочие удовольствия? Кажется, я тебе отправлял отчет некоего лейтенанта Казакова, участвовавшего в экспедиции к LV-426? 	- Помню. Читалось интересно и было похоже на сказку. Если бы не приложенные видеозаписи... 	- Это не сказка, - проговорил адмирал. - Это гораздо хуже. 	- Хуже? - Государь чуть изумленно поднял брови домиком. - Что может быть хуже этих зубастых оглоедов? Если я правильно помню, найденные американцами животные являются хищниками, паразитами и кем-то там еще... Извини, но я не очень хорошо разбираюсь в биологии. 	- Я в этой науке вообще полный профан, - вздохнул Бибирев. - Зато у меня есть огромный отдел по биологической безопасности, занимающийся как раз такими проблемами. Видишь ли, если бы угроза исходила только от данного вида чужой жизни, я бы тебя не беспокоил и мирно занимался своими делами. 	- Мирно? - Михаил Александрович рассмеялся, показав крупные зубы. - Знаешь, понятие о твоей конторе менее всего ассоциируется с этим словом. 	- "Новый Джихад", - коротко бросил адмирал, мигом прервав добродушный хохоток патрона. - Теперь понял? 	- Еще не хватало...- несколько растерянно проговорил хозяин после непродолжительной паузы. - Но позволь, каким образом могут быть связаны между собой неофидаи и прошлогодняя история "Патны"? Как я понимаю, у фидаев несколько другой профиль. Терроризм, похищения, убийства и в идеале - зеленое знамя ислама над всем миром. Кроме того, у секты нет ни единого борта, способного выйти в пределы космоса, даже ближнего... Мы и американцы несколько лет назад намертво перекрыли им все возможные каналы. 	- Перекрыли, - согласился престарелый адмирал. - Однако за последние недели была отмечена подозрительная активность в Тегеране и Аламуте... А террористы захватили японский корабль - помнишь? Подробности - чуть позже. Американцы на днях отправили в халифат своих эмиссаров, негласно конечно. Посланцы высокопоставленные - люди из ЦРУ, агент службы федеральной безопасности из Вашингтонского управления. Информация о возможной встрече янкесов с шейхом Эль-Джафром вскоре должна поступить, я тоже не сижу без дела. После Азиатской войны мы оставили в халифате достаточно серьезную резидентуру... Интересно другое, Мишенька,- америкашки послали в Тегеран не просто сотрудников разведки, а специалистов из подразделения "Грифон". 	- Весело, - нервно фыркнул император. - Тех, что занимаются безопасностью колоний США в Дальнем космосе? Причем конкретно биологической безопасностью? Но что им понадобилось от шейха?.. Нет, я понимаю, Эль-Джафр косвенно поддерживает "Новый Джихад"... О Господи! 	- Понял наконец? - Адмирал Бибирев дернул щекой. - Теперь, пожалуйста, перестань бегать по гостиной, а то в глазах рябит. Сядь, выпей армянского и выслушай меня от начала до конца. Ничего страшного пока не случилось. 	- Меня ждут к половине первого, - машинально напомнил Михаил. - Министр финансов, председатель государственного банка и какие-то филиппинцы с очередным сногсшибательным проектом и стандартной просьбой о кредитах. 	- Подождут,- поморщился адмирал.- В конце концов, они могут встретиться и с премьером. Не забудь, сегодня воскресенье. Сядь, расслабься и послушай интересную историю. 	Его императорское величество Михаил IV и адмирал флота Николай Бибирев разговаривали до пяти вечера. Потом адмирал ушел. О чем шла беседа - осталось неизвестным. 	Переговоры с филиппинскими предпринимателями пришлось вести срочно вызванному с дачи министру. 	Теперь, по прошествии пятнадцати лет, каждый школьник может прочитать в учебнике новейшей истории о крупнейшем за последние двести лет вооруженном конфликте, скромно именовавшемся Азиатской войной. Дело не то чтобы забытое, но прочно отошедшее в прошлое и решенное раз и навсегда. 	Начать следует с предыстории. В конце XX и начале XXI веков в Центральной Азии существовало множество экстремистских движений, объявлявших себя, "подлинными последователями Магомета", но имевших к настоящему исламу самое косвенное отношение. С, 1997 по 2005 годы ортодоксальная группа "Талибан" полностью захватила власть над Афганистаном и даже самоуверенно попыталась присоединить к своему террористическому государству Среднюю Азию вплоть до Бухары. Затем начала досаждать великим державам бесконечными акциями насилия (которые, как утверждали, руководители организации, проводились "во славу Аллаха"). Первым удар по зарвавшимся талибам нанес Иран, к нему присоединились другие арабские государства, но искоренить ересь целиком и полностью не удалось. 	В течение XXI века как-то сама собой перекроилась карта мира. Впервые за историю человечества изменения границ произошли не в результате войн, а по доброй воле народов и благодаря усилиям политиков. В 2042 году Пакистан, Иран и Афганистан объединились в единое государство, названное поначалу Исламским Союзом. На протяжении следующих двадцати лет к Союзу присоединились Ирак, Сирия и Иордания, а вслед за ними эмираты и королевство Аравийского полуострова. Экономическое сообщество Японии, Кореи и Тайваня породило "Азиатского дракона". Прочие государства Индокитая вскоре поняли, что лучше быть в составе единой страны, сильной и благополучной, чем пропадать поодиночке в борьбе с гигантским конкурентом. 	Китай, Монголия и Индия остались сами по себе, единственно, потомки Чингисхана были вынуждены примкнуть к, сохранившему верность идеям Мао Цзэдуна, Пекину на правах автономии. 	На севере же и западе Евразийского материка события развивались куда интереснее. 	Процесс объединения в Европе шел полным ходом со дня подписания вошедших в историю Шенгенских соглашений, однако единое правительство Европы отвечало лишь за общую экономику, оставляя государствам Евросоюза все права политической независимости. Россия, как водится, пошла по более тернистому пути. 	В 2005 году, в самый разгар кризиса и чудовищной инфляции, прямо перед выборами нового президента из партии власти, созданной недоброй памяти Борисом Ельциным, военным надоела полная анархия, царящая в государстве. 14 сентября 2005 года случился государственный переворот, что называется, "по-преториански". Мятеж военных произошел почти бескровно. Жители огромной страны, привыкшие к внезапным изменениям своей судьбы, с холодной бесстрастностью одобрили действия генерала Макарова и с типично русским фатализмом стали ждать, когда он объявит себя президентом, наворует не меньше, чем прежние правители, старательно прикрывавшиеся "демократией", обеспечит всех своих сторонников, после чего все вернется на круги своя. 	Однако все произошло вопреки стандартным сценариям. Особенно неприятный сюрприз достался на долю Америки, уверенной в том, что Северо-Американские Штаты теперь остаются единственной великой державой в мире. Самоуспокоенность и погубила тогдашнего президента Роджерса... Генерал-полковник Федор Сергеевич Макаров, ныне считающийся едва ли не легендарным национальным героем, был не только военным, но и политиком выдающегося ума. Разумеется, для того, чтобы утвердить свою власть, генерал вначале прибег к наиболее популярным всегда и во все времена мерам. Очень жестко, иногда воздействуя самым обычнейшим террором, он снизил влияние преступности, буквально за несколько месяцев {опять же жесткими мерами) частично восстановил производство, а самое главное - устроил показательный судебный процесс над старым руководством. Открылись преинтересные вещи. Некоторые бывшие властители обладали многомиллиардными долларовыми состояниями (ныне конфискованными), несколько предыдущих премьеров являлись владельцами многочисленных подставных фирм, а самое главное... 	Когда вскрылись (причем документально доказанные, да так, что ни один адвокат не мог подкопаться) факты непосредственного сотрудничества "демократических" премьеров, министров, вице-премьеров и прочей шушеры с правительством США, американский президент откровенно запаниковал. Его "агенты влияния" были бездарно провалены, и Америка прибегла к удару ниже пояса - начала достойную известной "холодной войны" невиданную кампанию пропаганды против России. В ход пошли не раз выручавшие лозунги: "Долой военную диктатуру!", "Нарушение прав человека" и "Грязная милитаристская хунта снова восстанавливает империю зла". 	Господин Макаров ответил контрприемом. Он объявил, что будет президентом страны только до времени, когда соберется Земский Собор, который будет обязан... Восстановить монархию! 	У политиков на Западе попадали челюсти. 	Несмотря на буйство американцев и отчасти европейцев, генерал все-таки созвал земство и сумел протащить новую Конституцию. Встал вопрос о монархе, наделенном президентскими правами. Фраза генерала Макарова "В России возможны только две формы власти - монархия либо диктатура" разошлась по всему миру. 	Конституция, которая начинала действовать I января 2008 года, предусматривала, разумеется, не абсолютизм, но парламентско-монархическую систему, в которой главе государства предоставлялись определенные преимущества. Макаров буквально за месяц провел переговоры с царствующими дворами Норвегии, Дании, Объединенного королевства, испанским домом Бурбонов и, получив согласие европейцев, более склонных принять русского царя из своей среды, чем военную диктатуру, представил Земскому Собору несколько кандидатур. 	Вполне естественно, что генерал закулисно содействовал избранию младшего сына принца Чарльза и внука благополучно царствующей королевы Англии, Шотландии и Уэльса Елизаветы Второй. Во-первых, за английского принца говорил его юный возраст, во-вторых, он был сыном уважаемой в Европе и столь безвременно погибшей в 1997 году леди Дианы Спенсер, а в-третьих, происходил из чтимой всеми европейскими дворами династии Виндзоров. 	Напористый и хитрый генерал получил одобрение английской королевы и ее куда более несговорчивого сына, срочно подыскал принцу русскую невесту (из уцелевших потомков какого-то не слишком известного дворянского рода), и вскоре младший Виндзор, приняв православие, был коронован в Кремле 20 декабря 2008 года под именем императора Всероссийского Андрея Первого. Он же стал основателем новой династии, несмотря на яростные и злобные нападки престарелых, вырождающихся и забывших русский язык Романовых. Однако против решения Земского Собора не попрешь. 	Народ безмолвствовал, как верно заметил старинный поэт. Люди уже привыкли, что от перемены власти следует ждать лишь изменений к худшему. Но все было как раз наоборот. Генерал-полковник, а затем государственный канцлер превратился в легитимного председателя правительства. Макаров был тенью конституционного главы государства на протяжении еще восьми лет (правда, за эти годы ни разу не собиралась Государственная Дума... что и к лучшему). 	А потом постепенно начал приводиться в действие классический "чилийский вариант". Жестко, если не сказать жестоко, наведя порядок в стране, генерал принялся отпускать вожжи. Это было не слишком легко - конечно, коммунистическая партия была запрещена сразу после переворота, некоторые социалисты либо были грубо истреблены, либо сидели на юге Франции или в Америке на своих виллах, купленных на деньги, награбленные в девяностых годах, но Макаров успел сделать более чем достаточно для перехода от откровенной диктатуры к приемлемой для Запада демократии. 	Не стоит забывать о том, что "аферист из ВДВ" сумел найти в стране грамотных экономистов и даже такое чудо, как честных политиков, восстановил высокотехнологичные производства и, будто глядя в будущее, с особенным рвением способствовал развитию космической индустрии. 	Вскоре Макаров ушел на отдых и, будучи уже в отставке, был убит фанатиком-коммунистом... 	По стране объявили семидневный траур. Однако генерал-полковник Макаров сумел направить историю России в необходимое русло и создать основы для последующего величия. 	За триста лет, прошедших со дня его смерти, Империя объединила в единое государство все потерянные при "демократах" и "смутном времени" XX века провинции, вышла в Дальний космос и, наконец, получила возможность говорить на равных, а то и свысока с Америкой, Европой и Исламским Союзом - основными и опасными соперниками. 	Нет нужды описывать все события упомянутых трех столетий. Но одно из них более чем достойно краткой справки - так называемая Азиатская война 2264 года, грозившая перерасти в мировой ядерный конфликт, а по сумме жертв превзошедшая даже незабываемую Вторую мировую войну. 	Упомянутое выше псевдоисламское движение "Талибан" много десятилетий находилось в подполье, однако не прекращало деятельности. Для возрождения требовалась новая идеология, и наконец она была найдена в темных пучинах прошлого. Мысль о том, что все новое - хорошо забытое старое, подтвердилась. 	...Давным-давно, в начале XII века, в горах Персии возникла секта так называемых исмаилитов под водительством Горного Старца Хасана ас-Саббаха. В нынешние времена исмаилитов, или, как их еще называли, фидаев, следовало бы объявить террористической организацией, где иерархия строится на беспрекословном подчинении вождю - шейху. 	Хасан ас-Саббах создал свое учение, не слишком отличавшееся от законов шариата и Корана, но в то же время совершенно новое. Хасан придумал имама, которому "известны все замыслы божьи", а главный постулат исмаилитской ереси звучал так: "Познание Бога разумом и размышлением невозможно. Познание возможно только личным поучением имама". Все человечество, не признающее имама, известного одному Хасану ас-Саббаху, погрязло в заблуждениях. Таким образом, мусульмане, не принадлежащие к исмаилитам, попадут в ад, христиане и иудеи - тоже. Каждый не исповедующий учение Старца - нелюдь, а если кто-то смеет противостоять исмаилитам в открытую, то его смерть неизбежна. 	Захватив крепость Аламут в горах Северного Ирана, Хасан ас-Саббах распространил свое влияние вплоть до побережья Средиземного моря на западе и Багдадского халифата на востоке и стал властелином никем не признанного государства. Исмаилиты террором или обманом заняли множество крепостей вокруг Аламуга, используя свою славу непримиримых врагов сельджукских завоевателей. Но когда часть Палестины находилась под рукой христиан, а знаменитый султан Саладин изрядно поприжал исмаилитскую вольницу, могущество секты пошло на убыль и фидаи все чаще нанимались к людям, не имеющим отношения к учению Старца. В том числе и к некоторым христианам, коим требовались услуги прекрасно обученных убийц. 	В общем, дела это давние. Кто бы мог подумать, что в начале XXIII века, идеология ас-Саббаха возродится приняв еще более уродливые формы, вполне, однако, достойные техногенной и информационной цивилизации? Причин для того было несколько: экономический упадок арабских стран из-за резкого падения цен на нефть, которую в немалых количествах добывали в космосе, на Венере и спутниках Юпитера, превращение Исламского Союза в огромное и нищее аграрное государство, обладавшее, впрочем, мощной армией и запасами ядерного оружия, а также постоянный проигрыш Тегерана в соперничестве с великими державами. 	Заново воскресшие исмаилиты-неофидаи благополучно победили на выборах под лозунгами "Долой диктатуру монополий Запада и Севера!" и "Азия - для истинных мусульман". А потом шейх ибн Сабади, усевшийся в президентское кресло в Тегеране, направил энергию голодного и обозленного народа на военные приготовления. В Вашингтоне, Женеве и Петербурге забеспокоились, тем более что шейх, объявивший себя новым аятоллой, решил повысить свою популярность очень жестоким террором по отношению к иноверцам - как к индусам и курдам, так и к правоверным мусульманам, не принявшим правителя-еретика. Разумеется, ибн Сабади вытурил из страны представителей всех иностранных фирм, конфисковал принадлежащие обосновавшимся в Исламском Союзе транснациональным корпорациям предприятия, а что хуже всего - объявил Священную войну против всех, не почитающих тайного имама, Коран и зеленое знамя Пророка. 	В мире запахло средневековьем. 	Когда Арабские эмираты, приверженные традиционному исламу, заявили о своем неприятии шейха и выходе из Союза, Сабади утопил в крови Дамаск и некоторые города побережья, пригрозил Израилю, что государство евреев в Палестине доживает последние свои дни, а 7 августа 2264 года внезапно напал на Индию, утверждая, что правительство Дели чинит гонения на исмаилитов в своей стране. Так оно, несомненно, и было - кому же нравятся откровенные террористы и фанатики? 	Снежный ком покатился под гору, все более и более увеличиваясь. Газеты писали, будто новый аятолла ибн Сабади являлся просто больным человеком и страдал параноидальным синдромом, но этот факт вовсе не оправдывает того, что по его приказу на Дели была сброшена атомная бомба, атакованы ракетами Иерусалим и Тель-Авив, спасенные от разрушения только глобальной системой противоракетной обороны, созданной за несколько десятилетий до этого Россией и Соединенными Штатами. А потом плохо вооруженная, но многочисленная армия шейха направилась в сторону Средней Азии, тем самым нарушив границы Российской Империи. 	Разумеется, ибн Сабади вскоре получил полновесную войну с Россией, Европой, Индией и не замедлившими влезть в конфликт Соединенными Штатами. Американцам было плевать на религию и психопата шейха. Их интересовали только конфискованные исмаилитами заводы и дешевая рабочая сила, которую они потеряли после прихода нового аятоллы к власти. 	Высокотехнологичная война подразумевает под собой краткие сроки ее проведения. На орбите Земли, над территорией Исламского Союза, висели боевые корабли великих держав, способные накрыть земли противника куполом радиопомех, обрубить все системы связи и серией магнитных импульсов вывести из строя большую часть электронной техники исмаилитов. 	Что и было проделано. Но маньяк ибн Сабади успел нанести тактическими низколетящими ракетами еще несколько чувствительных ядерных ударов по Индии, одна боеголовка прорвалась до израильской Хайфы, две серьезно задели Кипр, а в Персидском заливе был почти полностью уничтожен средиземноморский флот США. 	Великие державы разозлились окончательно. 	Президент Америки Стивен Гонт в сердцах предложил союзникам испепелить к чертям собачьим всю Центральную Азию от Багдада до Исламабада, но с ним, к счастью, не согласились. Решено было ограничиться уничтожением стартовых площадок ракет, командных пунктов, мест дислокации армейских группировок и, возможно, самого шейха ибн Сабади, отсиживавшегося в тегеранском бункере. 	По душу последнего и было отправлено русское подразделение внеземного десанта под названием "Волкодав". Быстро спланированная операция, вопреки прогнозам скептиков, перепуганных ядерным кулаком исмаилитов, прошла успешно: спецназ высадился, захватил дворец нового аятоллы, арестовал его приближенных, а сам ибн Сабади поступил так, как поступают большинство проигравших войну диктаторов, - приняв яд, покончил с собой. 	Десять лет территория Исламского Союза находилась под управлением Организации Объединенных Наций. Затем, при содействии ООН, в стране снова провели выборы, к власти пришел популярный в народе шейх Эль-Джафр, лояльно относившийся к Западу и России. Индусы в качестве компенсации оттяпали себе территорию Пакистана, мир постепенно зализывал радиоактивные гнойники - слава Богу, уже давно имелись средства для очистки земли от продуктов ядерного распада. 	Фидаи так и не угомонились. 	Через несколько лет тайная, исключительно глубоко законспирированная организация последователей аятоллы ибн Сабади, принявшая название "Новый Джихад", начала действовать старыми методами. Покушения на руководителей других стран, диверсии на производствах, угоны пассажирских рейдеров, доставлявших с Земли колонистов на другие планеты Солнечной системы и Дальнего внеземелья во имя Аллаха. 	Правда, к Аллаху деятельность исмаилитов не имела никакого отношения. Но разве в этом будет разбираться кто-нибудь, кроме специалистов? 	Безусловно, службы безопасности Империи, США и европейских государств пытались противостоять отлично организованным и обеспеченным великолепной техникой фидаям, но полностью разгромить "Новый Джихад" было невозможно. И террористы уже десять лет держали в напряжении все правительства мира. 	Если кто и был благодарен джихадовцам - так только писатели и киношники. Каждый второй литературный или кинобоевик был посвящен фидаям, а таковые ничуть не препятствовали индустрии развлечений. Как-никак реклама в мировом масштабе... 	...Похоже, именно об этой сектантско-террористической организации и беседовали январским утром 2280 года император России и начальник его секретной службы.
 	Мария Викторовна Семцова оставила машину на автостоянке, бросила несколько монеток в парковочный счетчик - грабеж! Полчаса стоянки обходятся в аэропорту в целых тридцать копеек! - и, мягко хлопнув дверью автомобиля, зашагала к терминалу, принимавшему международные рейсы. Начинало рассветать, с севера задувал холодный ветер, несший колкие снежинки. Чуть дальше, в стороне Пулковских высот, мерцали бесчисленные огоньки новых районов Петербурга - мегаполиса, протянувшегося еще на полтора десятка километров за гряду холмов. Теперь авиационные трассы проходили прямо над городскими-кварталами, опоясавшими огромное поле аэропорта. 	Старые здания Пулкова снесли еще лет двести назад, и теперь их изображения можно увидеть только на фотографиях. Взамен были сооружены три новых терминала, два из которых обслуживали внутренние и международные рейсы. Третий комплекс, стоящий на отшибе, принимал орбитальные челноки, прибывавшие с пересадочных станций на Луне и с огромного искусственного спутника "Гэйтуэй", вращавшегося на орбите Земли. 	Сегодня был понедельник, а ранним утром первого рабочего дня недели активность в аэропорту снижается до минимума, благо отпускники, туристы и возвращающиеся из командировок люди должны были прилететь в выходной день, то есть вчера. 	Маша зашла в здание международного терминала, совершенно не обратив внимания на веер почти незаметного луча сканера, ощупавшего новую посетительницу, дабы проверить - нет ли при ней оружия или пластиковой взрывчатки. Биоробот, стоявший в дверях, проводил человека вежливым полупоклоном. 	Людей действительно мало. Две стайки иностранных туристов (немцев, если судить по черно-бело-красным флажкам на куртках), вероятно, должны отправиться ближайшим рейсом в Берлин. Отдельно от других расхаживают профессионально насупленные дяденьки в длинных темных плащах и с изящными чемоданчиками в руках - русские бизнесмены, отправляющиеся по своим делам на Запад. Шуршат роботы-уборщики, более похожие на черепашек, собирающих пыль в свое округлое чрево. Автоматы по продаже напитков и бутербродов мерцают веселыми огоньками. 	Благолепие... Однако опытный глаз путешественника без труда различает неприметные фигуры полицейских в темно-синей форме, украшенной символикой МВД - сжимающим в лапах щит и меч двуглавым орлом с одной короной. Военный патруль, незаметно прохаживающийся мимо пассажиров. Будто напоказ установленные по всему залу миниатюрные видеокамеры наблюдений, бронестекла над кассами... Безопасность в аэропорту поставлена на высший уровень. 	Объявили берлинский рейс, подданные кайзера Фридриха, громко крича что-то по-немецки, табуном рванулись к стойке регистрации, а Маша, пропустив взглядом развешанные под потолком телевизоры с одинаковой и немного идиотической развлекательной программой, обратила внимание на большое табло с расписанием. Транзитный самолет компании "Эр-Франс" из Парижа и далее через Новосибирск в Токио должен приземлиться через десять минут. 	- Успела, - буркнула Маша себе под нос. - Но все равно это свинство. 	"Свинством" было то, что человек, которого она встречала, позвонил Маше за пятьдесят минут до приземления прямо из самолета. Он не просил встретить, а только доложил, что приезжает и хотел бы увидеться. Естественно, Мария Викторовна, плюнув на оставленную домашнюю работу, сорвалась и, каким-то чудом не попав в аварию, успела добраться с Петроградской стороны, где была ее квартира, до аэропорта за полчаса. 	Маша нашарила в кармане двухкопеечную монету, отправила кругляш в прорезь автомата и получила от робота-торговца свою баночку с квасом и металлически-неживое "Большое спасибо". Затем поднялась по эскалатору на второй этаж и, подойдя к огромному окну, всмотрелась. 	В предрассветных сумерках ярко вырисовывались оранжевые огоньки, ограничивавшие полосы, сияли голубым прожектора на вышках, а в морозном воздухе стремительно приближались посадочные огни парижского борта, заходившего со стороны залива. 	Прижавшись лбом к стеклу, Маша наблюдала, как узкий и стреловидный остроносый "Конкорд-2000" - гиперзвуковой самолет, преодолевающий расстояние 	от Парижа до Питера за один жалкий час, коснулся бетонной полосы, на удивление изящно вырулил на основное поле, где его взял под свою опеку маленький тягач аэродромных служб и подкатил к терминалу. Тогда же радостно зарычали движки стоящего рядом немецкого "мессершмитта" - белого, толстенького и напоминавшего прилизанного баварского ребенка. Тевтоны, загрузившись пассажирами и багажом, поползли к освободившейся полосе. Черный орел кайзера, вырисованный на киле, смотрел на русскую вьюгу насмешливо и любопытно. Под его когтями светилось синеватое изображение флажка Евросоюза с выстроившимися в круг золотыми звездочками - Германия, хоть и входившая в Европейское сообщество, по примеру России тоже около двухсот лет назад восстановила монархию. 	- Ну, пошли встречать, - вздохнула Маша. - И чего ему вдруг приспичило прилететь? 	Пограничные формальности были короткими. Пассажиры, высаживающиеся в Петербурге, немногочисленны, от силы человек десять, - кто ездит путешествовать зимой? Таможня оказалась к ним благосклонна, ничьи документы не вызвали претензий чиновников. Где-то в отдалении снова взвыли двигательные установки французского самолета, торопящегося уйти дальше на восток, к благословенным берегам островов Страны восходящего солнца. 	Маша стояла в зальчике сразу за таможней, дожидаясь внезапного гостя. Вышли две толстые француженки, судя по виду - туристки, с маленькими сумочками и одной-единственной невесомой тележкой, на которой громоздился коричневый чемоданчик, за ними появился серьезный господин исключительно делового вида, потом... 	- Ого-у! Привет! Больше полугода не виделись? 	- Как оно в Тулузе? - ответила Маша на приветствие несколько более сварливым голосом, чем ей хотелось. - И вообще, лейтенант, у нас тут мороз. Теплые вещи взяли? 	Перед Машей стоял невысокий темноволосый молодой человек. Черная военная форма, украшенная серебряными галунами и нашивкой на правом рукаве с изображением навострившей уши крупной собаки. Из-за этой эмблемы "волкодавов" иногда называли "Обществом собаководов", на что десантники ужасно обижались. 	Мимо чинно продефилировал военный патруль, начальник - капитан внутренних войск - осмотрел черный с серебряными пуговицами китель лейтенанта, но приставать не стал. Космический корпус Империи в армии уважали, а если уж видели шеврон "волкодавов" - так и вообще начинали завидовать. 	- В Тулузе? - нахмурился военный с двумя маленькими звездочками на светлых погонах. - Там хорошо. Тепло. Яблоки. Да, Маша, большое спасибо, что вы меня встретили... Просто мне совершенно не у кого остановиться в Питере, а гостиница... В гробу видел. 	- Дорого? - подняла бровь Маша. - Не смешите меня, Сергей. Мало того что вы получаете зарплату, в четыре раза превышающую мою, так я думаю, что Министерство обороны могло оплатить вам постой. Может быть, даже в "Астерии". 	- Вы не в духе, - фыркнул лейтенант. - Ну и ладно. Ну и пойду в гостиницу. Буду там сидеть в гордом одиночестве. Водку пьянствовать и безобразия нарушать. 	- Ну-ну. - Маша приняла слова военного за чистую монету. - Я пошутила. Едем ко мне. У вас серьезные дела? Надолго? 	- Сколько вопросов...- хмыкнул мужчина в черной форме. - Расскажу по дороге. Мария Викторовна, вы на машине? 	- Разумеется, - кивнула Маша. - Идем. Вы забрали багаж? 	- Какой багаж? Меня высвистали самым срочным образом из центра подготовки, запихнули в самолет с ясным приказом: сегодня к часу дня быть в приемной министра обороны. Странно как-то... 	Маша поперхнулась: 	- К часу дня? Сегодня, в понедельник? Ничего себе... 	- То есть? - насторожился лейтенант. 	- У меня приглашение туда же и в то же время, - ответила Семцова. - Послание по электронной почте пришло вчера вечером. Я как дура перерыла весь гардероб в поисках подходящего костюма. Все-таки неприлично являться к министру в спортивной куртке. 	- Спишите на рассеянность ученого. - Сергей снял фуражку, пригладил темный ежик на голове и критически осмотрел Машин утепленный сине-зеленый спортивный костюм для пробежек и белые кроссовки. - Вам не холодно на питерском морозе? 	- А вам не надоело стоять здесь и болтать? - улыбнулась Маша. - Идемте к машине. Отвезу вас к себе, накормлю, а к часу дня отправимся по назначению. 	- Ой, забыл, - неожиданно смутился лейтенант. - Вот, возьмите. Подарок из солнечной Франции. 	Он залез в сумку, висящую на плече, пошуровал там и вынул небольшую бутылку с вином светло-пурпурного цвета. 	- Розовое анжуйское, - вздохнула Маша, бросив взгляд на этикетку. - Господи, сколько же оно стоит? 	- Оно стоит нашей встречи. Едем?
 	* * *
 	В половине первого дня неподалеку от арки Главного штаба, почти на углу Невского проспекта и Большой Морской улицы припарковалась темно-вишневая машина "Барс" - автомобиль высокой проходимости. В правительственном квартале Петербурга она выглядела несколько странно. 	Двое людей, оставив "Барс" на попечение приглядывавшего за стоянкой биоробота-андроида, вышли на Невский, затем нырнули под арку и, пройдя по Дворцовой площади направо, вошли в пятый подъезд длиннющего желтовато-белого здания, в котором разместилось военное ведомство Империи. 	- Лейтенант Сергей Казаков, - отрекомендовался охране военный, выкладывая на стойку пластиковое удостоверение. Блюстители глянули понимающе. 	- Мария Семцова, профессор кафедры ксенобиологии Петербургского университета. - Маша была несколько смущена подозрительными взглядами, но, едва она предъявила начальнику охраны свою личную карточку, багровое лицо здоровенного подполковника расплылось в любезной улыбке. 	- Вам не в Генштаб, - сказал тот, переводя взгляд маленьких холодно-голубых глаз с лейтенанта космического спецназа на русоволосую женщину. - Сейчас вас проводят. Если имеете при себе оружие, опасные лекарственные препараты или любые электронные устройства - сдайте, пожалуйста. Получить сможете немедленно по окончании визита. 	Затем Машу и лейтенанта Казакова повели какими-то бесконечными коридорами, более похожими на описанные в романах подземные ходы старинных замков. Семцова приблизительно чувствовала направление - под Дворцовой площадью, в сторону реки. Пришлось миновать четыре поста охраны, спуститься на лифте куда-то вниз, а затем снова подняться. 	"Куда нас ведут? - попутно размышляла Семцова, косо посматривая на своего спутника. Казаков выглядел спокойным и едва только не насвистывал. - Напустили, понимаешь, таинственности..." 	Когда они, миновав длинный, ярко освещенный и выстланный серовато-жемчужной ковровой дорожкой коммуникационный туннель, оказались во внутреннем дворе Зимнего дворца, Маша сдавленно охнула. 	- Сюда, пожалуйста, - сказал провожатый, указывая на одну из дверей. - Приготовьте еще раз документы. 	Когда Семцова полезла в карман за карточкой, он тихо добавил: 	- Думаю, не стоит напоминать, что не нужно ничему удивляться или по крайней мере не следует показывать своих чувств. 	Маша понимающе кивнула, а Казаков почему-то ухмыльнулся, но тут же снова напустил на лицо серьезность.

	ГЛАВА ВТОРАЯ. ПА-ДЕ-ДЕ НА ВЫСШЕМ УРОВНЕ 	21 января 2280 года, Санкт-Петербург, Россия
 	...Марию Семцову и лейтенанта Казакова со всем должным уважением доставили на второй этаж дворца, в крыло, выходящее окнами на Неву и Петропавловскую крепость. То есть в покои, отведенные для проживания императорской семьи. Прочие части Зимнего оставались известнейшим музеем мира, а здесь, в двадцати комнатах второго и третьего этажей, находилась резиденция Его величества. 	- Пройдите сюда. - Гвардейский офицер бесшумно раскрыл дверь, чуточку церемонно поклонившись неожиданным гостям.- Вас ждут. 	Казаков оставался бесстрастным и насквозь невозмутимым, будто такие встречи у него происходили каждый день. Он еще до приезда в столицу предполагал, что внезапный отзыв из Франции может означать все, что угодно, - от опалы (неизвестно, впрочем, за что) до резкого повышения (для которого, впрочем, тоже не имелось особых причин). Его реакцию можно было охарактеризовать словами: "Будь что будет". 	В отличие от офицера внеземного корпуса Маша откровенно побаивалась. Кто, в конце концов, она такая? Специалист по инопланетным формам жизни, биолог, лишь однажды участвовавший в по-настоящему трудной экспедиции, консультант ООН, несколько лет назад получивший ученую степень доктора ксенобиологии, и ничего больше. Вызов в Министерство обороны несколько изумил Машу, но кто знает - вдруг военные нарыли в одном из новых миров исключительно опасный вирус и хотят узнать мнение специалиста? Тогда следовало бы пригласить наиболее признанных ученых наподобие академика Когана или доктора Казанского университета Насырова... 	Однако Маша сообразила, что столь срочный и малоожидаемый визит Сергея Казакова, с которым она побывала в неприятном и надолго запомнившемся путешествии в два отдаленных и насквозь чужих мира, а также просьба немедленно прибыть в Министерство могут быть связаны между собою. Но каким образом? Кажется, тогда экипаж "Патны" замел большинство следов, а что не сумели сделать военные, закончила ООН - "дело Чужих" официально объявлено закрытым. 	И вот теперь, по прошествии восьми месяцев с появления челнока "Меркурий" в системе Сириуса, долгих разбирательств в комиссиях ООН и следственном комитете Империи, забытая газетчиками и спецслужбами "госпожа консультант" опять понадобилась сильным мира сего. Кто знает, а вдруг повод для встречи не имеет никакого отношения к давним событиям на Ахеронте? В исследованных мирах отыщется более чем достаточно других биологических опасностей... 	Небольшая комната встретила гостей теплыми бежевыми тонами мебельной обивки, неярким, успокаивающим глаз освещением и запахом настоящего камина - в очаге полыхали березовые дрова, пламя рвалось вверх, уводя почти невидимый дым в широкую трубу. 	Маша, войдя сюда, еще почувствовала запах лимона - совсем свежего, пожалуй, еще неспелого - и неясный аромат крепкого, но очень качественного спиртного. 	- Добрый день. - Маша услышала хриплый тихий голос, принадлежавший, вероятнее всего, человеку в возрасте. - Проходите. Усаживайтесь где удобнее. 	Лейтенант, не ешьте меня глазами - встреча неофициальная. 	Казаков, неожиданно для Семцовой вытянувшийся едва не в струну, слегка успокоился, быстрым движением сорвал фуражку с головы, но все-таки, несмотря на мягкое указание "расслабиться", щелкнул каблуками. 	- Садитесь, - недовольно поморщился высокий седоволосый мужчина, скрывавшийся в мягком полумраке комнаты. Он разместился в глубоком кресле рядом с камином и держал в правой руке хрустальную рюмку. - Мария Викторовна, вам коньяк не предлагаю за его удивительной крепостью, не предназначенной для дам, а вот вы, господин лейтенант, вполне можете отведать. Не беспокойтесь, Сергей, вы сейчас не на службе. Немного жидкого огня, потребленного внутрь, никогда не помешает. 	Казаков повел себя вполне адекватно. Невозмутимо уселся напротив пожилого господина в статском платье, легко подхватил бутылку с коричнево-золотой жидкостью, плеснул в свой бокал и, не забыв про Машу, налил ей в высокий тонкостенный стаканчик апельсинового сока из оказавшегося на столе пластикового флакона. 	Семцова на негнущихся ногах прошла к столу, опустилась на стул и тихонько позавидовала Казакову. Судя по выражению лица, лейтенант выпивал вместе с особами, входящими в правительство Империи, каждый выходной, например после партии в преферанс или игры на бильярде. 	Маша узнала человека, встретившего их в уютной комнате Зимнего дворца. Его показывали по телевизору. Редко, правда, и только в связи с какими-нибудь экстраординарными событиями. Седоволосый шестидесятипятилетний старикан, сухощавый и меланхоличный, занимал почтенную должность начальника Службы государственной безопасности России. Если вдуматься, столь высокопоставленные персоны не имеют привычек вызывать к себе скромного ученого-биолога да самого обыкновенного лейтенанта для бесед о погоде... 	- Отличная вещь, правда? - Престарелый улыбнулся, только лишь пригубив коньяк. - Вижу по лицу, вам, Сергей Владимирович, нравится. 	Казаков кивнул, несколько быстрее, чем требовалось. 	- Оставьте неуместное смущение, - недовольно поморщился седой. - Полагаю, мне все-таки следует представиться, хотя бы даме. Бибирев, Николай Андреевич. Адмирал флота, если изволите. На прочие титулы и звания не обращайте внимания. Побеседуем? - Он хитро и быстро глянул в глаза Казакову и Семцовой. Увидев там понимание, продолжил: - Вообще-то вы совершенно зря стесняетесь, право. Повторюсь - сегодняшняя встреча ни вас, Сергей, ни вас, Маша, - вы позволите к вам обращаться подобным фамильярным образом? - ни к чему не обязывает. Кроме одного - если вы откажетесь от разговора и моего предложения, будете молчать до самого фоба. Все, что вы здесь услышите, абсолютно конфиденциально. Если не сказать - засекречено настолько, что любые сведения, открытые кому бы то ни было, начиная от ближайших родственников и заканчивая сотрудниками чужестранных разведок, могут повлечь за собой неприятности самого фатального характера. Извините, что приходится выражаться, подобно интригану политику из дешевого боевика, но... 	- Я понял, - деревянным голосом сказал Казаков. Одновременно он посмотрел на Машу и прочел в ее глазах согласие. 	- Замечательно. - Адмирал Бибирев как-то по-детски хлопнул в ладоши. И вдруг он хищно и быстро наклонился вперед и, уставившись на Казакова ледяным взглядом серо-голубых глаз, спросил очень жестким голосом: - Что вы скрыли? Я имею в виду, какие подробности вашего чудесного приключения на LV-426 неизвестны следователям ООН и даже мне? 	Сергей Казаков от неожиданности стал выглядеть так, будто столкнулся лицом к лицу с очковой змеей, размерами превосходящей динозавра. Адмирал застал его врасплох, да и Маша напряглась. Она прекрасно понимала, на что намекает грозный и всемогущий предводитель имперской госбезопасности. 	- Ну...- протянул лейтенант.- В общем ничего. 	- Врете, Сергей Владимирович, - перебил Бибирев. - Сразу вижу, что врете. Послушайте, ооновцам вы могли вешать на уши любую лапшу. С различными приправами. В конце концов, вы принимали присягу, в отличие от госпожи Семцовой (у Маши екнуло сердце), и обязаны... 	- Я знаю свои обязанности, - неожиданно зло рыкнул Казаков. - Да, по общему уговору мы умолчали некоторые детали. Кроме того, на нас оказали серьезное давление люди генерального секретаря ООН. Насколько я понимаю, им были нужны рычаги, способные повлиять на "Уэйленд-Ютани" и доказать виновность Компании в действиях, противоречащих кодексу Организации. 	- И вы не стали посвящать посторонних в свои тайны, - вздохнул адмирал, снова коснувшись губами многогранной рюмки.- Нехорошо-с... Понимаю, что полная откровенность перед международным судом или ооновским генсеком могла привести к определенным последствиям, и вердикт, гарантировавший вам, лейтенант, дальнейшую службу и карьеру, а госпоже Семцовой денежную премию, выглядел бы несколько по-иному. В этом я вас не виню. Но почему вы, - Бибирев молниеносно переводил взгляд с Казакова на Машу, похоже спрашивая их обоих, и взгляд этот не сулил ничего хорошего, - почему вы предпочли говорить неправду, даже когда вернулись в Россию? Вы, господин лейтенант, и вы, госпожа Семцова, откровенно лгали моим сотрудникам, расспрашивавшим об инциденте с "Патной". Почему вы стерли большинство видеозаписей, когда находились без присмотра на Сириусе? Отчего был поврежден "черный ящик" челнока? 	- Я расскажу, - не выдержала Семцова. - Я понимаю, что вы, адмирал, имеете в виду. Да, по общему уговору выживших членов экипажа "Патны" мы должны были рассказать только половину правды. 	- Обычно, - холодным тоном сообщил адмирал, - такие действия именуются чуть более неприглядно - сговор. Вы продолжайте, это я так, к слову. 	- Я продолжу, - вмешался Казаков. - Честно признаться, ваше высокопревосходительство, мы очень боялись, что какое-либо из правительств Земли... не буду скрывать, включая правительство Его величества, захочет использовать полученные нами сведения в... не слишком благовидных целях. 	- Биологическое оружие? - любезно улыбнулся Бибирев. 	- Да, - без лишних слов согласился Сергей. - Самое разрушительное и опасное за всю историю человечества. Способное принести гибель даже его владельцу. 	Адмирал стрельнул глазами на Машу: 	- А вы что скажете? 	- Я боялась именно того, о чем сказал лейтенант, - подтвердила она. 	- Идиотизм, - как-то очень сокрушенно покачал головой адмирал флота, он же начальник имперской ГБ. Затем Бибирев поднял глаза к потолку с истинно страдальческим выражением на лице и проговорил: - Знание об опасности, замечу - чужой опасности, делает нас вооруженными и защищенными от малоприятных неожиданностей в будущем. И мы не собираемся использовать полученные сведения для, как вы только что выразились, "неблаговидных целей". Боюсь, господа, вы перестраховались. Аналитики центра эпидемиологии достаточно долго сидели над вашими отчетами... Отмечу, не совсем правдивыми, но хорошо написанными. Специалисты отлично поняли, с чем вы имели дело на Фиорине и LV-426. Я не решусь предложить императору разработку подобной биологической программы. Это чистое самоубийство. 	- Покойный мистер Хиллиард, - как бы невзначай заметила Маша, - придерживался другой точки зрения. Он полагал, что справится с Чужими. Или по крайней мере сумеет исследовать их универсальный организм. 	- Хиллиард был гением, - покорно кивнул адмирал,- но слегка сумасшедшим, как и большинство ученых. Не в обиду вам, Мария Викторовна... Думаю, вам не нужно объяснять действие вируса, враждебного нашему виду, - Человек разумный. Так вот, пообщавшись с чужими тварями, вы наверняка могли понять, что такое разумный вирус. Я, конечно, несколько преувеличиваю, но... Ваши выкладки и привезенная с LV-426 информация повергли в ужас не только биологов всех стран мира, но и политиков. Понимаете? Если кто-нибудь, например, столь же умный, но не столь знаменитый, как Рональд Хиллиард, найдет способ клонировать этих чудовищ, а что самое страшное - управлять ими... Мне договаривать? 	- Не надо. Нет, - в один голос произнесли и Маша, и Казаков. 	- Но...- Семпова несколько по-детски, будто в школе, подняла руку. - Ваше высокопревосходительство, позвольте спросить? 	- Слушаю, - участливо нахмурился адмирал. 	- Мы, а вернее, я и лейтенант Казаков уничтожили находившийся на LV-426 инопланетный звездолет. Именно там было основное гнездо чужих существ. Их больше нет. Вы же сами знаете, Николай Андреевич, что мы использовали, пусть и без разрешения, ядерное оружие. Уничтожены все Чужие. Насколько я слышала, та звездная система объявлена запретной зоной для посещения земных кораблей... 	- Дальше? - невозмутимо поднял бровь Бибирев. 	- Дальше? - Маша чуть запнулась, но продолжила говорить связно: - На нашем челноке с LV-426 были привезены три трупа чужих существ. Ни одна клетка в их организмах на момент прибытия челнока к Сириусу не функционировала. Мертвая органика, понимаете? Соответственно, клонировать их невозможно. Угроза полностью ликвидирована. Почему вы нас расспрашиваете? 	- Да потому, - вдруг рассердился адмирал, - что все три экземпляра были переданы ООН для исследований. Организация старательно замалчивает результаты экспертиз и все данные по Чужим. А я знаю, что один из трех трупов чужих существ, мягко говоря, необычен. Во-вторых, почему ни на одной видеозаписи нет изображения чужого существа со светлой окраской? Только ради Бога, не говорите мне, что это был единственный экземпляр или случайная мутация! 	Маша несколько секунд помолчала, затем отхлебнула из бокала немного апельсинового сока и полезла в сумочку за сигаретой. Похоже, сейчас придется говорить правду. Настоящую правду, а не то ее подобие, которое было представлено следственной комиссии ООН. Однако вначале следует узнать истинные мотивы, побудившие адмирала Бибирева вызвать Марию Семцову и лейтенанта Казакова в Зимний дворец. 	- Да, - медленно и осторожно начала Маша. - Мы вынуждены были скрыть от ООН и от... скажем так, специальных организаций (Казаков чуть фыркнул, услышав столь дипломатичное название ведомства, возглавляемого адмиралом Бибиревым) некоторые подробности. 	- И вы не ждали, что рано или поздно мы раскопаем упомянутые "подробности"? - вежливо осведомился пожилой адмирал.- Вспомните мудрость древних: "Все тайное рано или поздно становится явным". 	Незнамо почему Мария Семцова решилась: 	- Мы доложили ооновцам, а точно так же и вам, только об одной разновидности Чужих. О темноокрашенных крупных хищниках, обнаруженных еще американцами почти шестьдесят лет назад. Слышали такое название - "Ностромо"? 	- Безусловно, - подтвердил Бибирев. - Грузовой корабль, потерпел аварию на LV-426. из всего экипажа выжила только уорент-офицер Эллен Рипли. Затем она около шести десятилетий пролежала в дрейфующей по космосу криогенной капсуле. Ее спасли, затем включили консультантом в состав исследовательской экспедиции на Ахеронт... Кажется, там она и погибла? 	- Нет, - поправила адмирала Маша. - Рипли умерла на Фиорине. Это планета-тюрьма, население которой уничтожил Чужой. Спустя три недели на эту планету прилетели ооновцы и мы... В отчетах все сказано. 	Бибирев вытянул вперед руку, будто успокаивая Семцову, и сказал: 	- Я осведомлен о событиях на орбите Фиорины. Вы упомянули о новой разновидности Чужих. Оставим в стороне ваши частные переживания - я слышал, у вас произошел инцидент с чужим существом... 	- Инцидент? - вмешался Казаков. - Господин адмирал, я сам лично видел, как Марию Викторовну атаковал паразит и что произошло дальше! Не беру в расчет мои личные ощущения, но думаю, что упоминать об этом случае несколько неэтично. Особенно в присутствии госпожи Семцовой. 	- Верно, - неожиданно быстро согласился адмирал Бибирев.- Простите, Мария Викторовна... Так вот, я хотел бы услышать от вас настоящую историю полета "Патны". Постарайтесь уложиться в сорок минут. Затем мы отправимся на встречу с людьми, которых ваш рассказ должен весьма заинтересовать. 	- А если мы откажемся? - бесцеремонно спросила Маша. - Доказательств нет. Вы же сами сказали, что видеозаписи стерты, Организация Объединенных Наций молчит. Что до белого Чужого, то это игра природы, мутант-альбинос. Или вы будете нас легонечко пугать, как принято в серьезных конторах? 	- Зачем же? - брезгливо ответил Бибирев и разочарованно покачал головой. - В таком случае вы отправитесь обратно. Сергей Владимирович полетит в Тулузу, в центр подготовки войск ООН. Вы заберете свою машину со стоянки и поедете домой. А у меня появится много лишней работы, которую с вашей возможной помощью я сумел бы сделать за несколько часов... Решайте. В любом случае вам не грозят никакие последствия, это я обещаю, слово офицера. 	Маша подумала буквально секунду и, не ожидая такого от себя самой, буркнула: 	- Мы согласны. 	Адмирал преувеличенно облегченно вздохнул. Сергей Казаков сидел так, будто обратился в каменную горгулью. 	- Через сорок минут, - Бибирев глянул на часы,- нас будут ждать. Уложитесь? 	Маша, непривычная к правительственному церемониалу, наивно поинтересовалась: 	- А кто? 	- Потом узнаете. Ну, Мария Викторовна, я слушаю. Да и вы, Сергей, не оставайтесь в стороне. Если будет нужно, дополняйте. 	- Прелюбопытнейшая история. И вы семь месяцев хранили молчание? Герои-партизаны... 	- Нас никто не спрашивал, - улыбнулся Казаков адмиралу, сидевшему опершись локтями на колени. Пальцы его были сложены лодочкой у рта, а глаза шарили по уставленной старинными фотографиями каминной полке. Выглядел Бибирев озадаченно. - Все были увлечены скандалом с "Уэйленд-Ютани", а следственной комиссии ООН очень хотелось посадить Компанию в большую грязную лужу. Женевская комиссия, похоже, не обратила внимания на то, что часть видеозаписей была нами стерта. А пилоты челнока и летавший с нами биоробот так виртуозно поработали с "черными ящиками", что повреждения выглядели самым естественным образом. Будто от перегрузок... 	- Конспираторы доморощенные, - меланхолично протянул адмирал. - Ладно, не буду вас и дальше разыгрывать. Эта беседа, если позволите столь неэстетично выразиться, являлась своеобразной проверкой на вшивость. Требовалось убедиться, будете вы и дальше врать или нет. Что же до вашего рассказа... Вообще-то нам давно все известно. 	- Э... - крякнул лейтенант, а Маша вдруг покраснела. Если их секрет, как выясняется, не секрет вовсе, тогда какого, извините, хрена его шпионское превосходительство устроил спектакль с допросом? 	...Уже будучи на Сириусе, к которому вынесло бежавший с "Патны" челнок, Мария Семцова и остальные выжившие участники экспедиции действительно учинили маленький заговор. Пока руководство французской колонии связывалось с властями на Земле, пока ждали спасательного корабля Организации, было время обдумать дальнейшую политику действий. По общему согласию решили не упоминать на грядущем следствии о Чужих с металлической окраской, а единственный труп подобного существа, находившийся у биологов, заявить не иначе как случайным мутантом. В идеале его следовало бы уничтожить, но научный персонал встал на дыбы и предъявил Казакову вместе с полковником Гором и Машей ультиматум: ученые поддержат общее решение при условии сохранения всех вывезенных с LV-426 образцов чужой жизни. Да и европейцы, встретившие потрепанный и поредевший на две трети экипаж "Патны", ради пущей подстраховки немедленно отправили трупы Чужих, подстреленных на Ахеронте, в карантин. Вытащить их оттуда было невозможно. 	Умный Бишоп немедленно начал разводить философию на предмет странной мотивации людских поступков: как же так, впервые встретились с чужим разумом, научились немного контактировать, оказали друг другу помощь - и теперь срочно предать все глухому забвению? 	Семцова настойчиво объяснила андроиду, каковы могут быть перспективы. Любое из правительств Земли в состоянии ухватиться за нить, ведущую к Чужим, рано или поздно отыскать их... Что потом? А если серебристо-металлические разумные твари не захотят иметь с человечеством никаких общих дел? Или начнут военные действия, чтобы отвадить настырных двуногих? Безусловно, на стороне людей мощные лазеры, плазменные и импульсные установки, способные разнести на кванты планетоид размером с Луну, ядерное оружие и прочие прелести цивилизации. Но тут как раз встает вопрос не о мотивации человеческих действий, а о логике Чужих. Вдруг человечество окажется для них потенциальным врагом? Последствия ясны, Бишоп? Вот и хорошо. А дискету, полученную на чужом корабле, мы вообще в глаза не видели. Спрячь ее или уничтожь. И не надо пудрить мне мозги красивыми словами о контакте с внеземной цивилизацией и мирном сосуществовании. 	Андроид забрал носитель информации себе, клятвенно пообещав ничего никому не говорить. Хотя в его синтетических глазах было заметно искреннее огорчение. 	Бишоп остался в Женеве, затем переехал в Цюрих, куда его отправили для исследований тел чужих существ, - ооновцы решили, что робот сумеет им помочь в изысканиях, и конфисковали андроида у проштрафившейся "Уэйленд-Ютани". Люди, вернувшиеся с Ахеронта, отбарабанили на следствии и суде заученную версию событий: прилетели, постреляли черных тварей, сами едва унесли ноги, и вообще во всем виноваты бизнесмены из Америки. Распните их! 	Когда за дело берется столь основательная надгосударственная организация, как ООН, на пути специалистов из Женевы лучше не вставать - сметут. Генеральному секретарю, между прочим, уже давным-давно надоели жалобы большинства космических держав на беспредел на рынке межпланетных перевозок, чинящийся "Уэйленд-Ютани", превратившейся в монополиста и крупнейшего конкурента. 	Кроме кучи мелких неприятностей, "Уэйленд-Ютани", за спиной которой ликующе прыскали в кулак концерны Европы, России и Азии, отделалась запрещением на производство работ в Дальнем космосе сроком на семь лет, что называется, с конфискацией - все предприятия Компании на указанное время были переданы ООН, каковая теперь могла серьезно подправить свой бюджет с помощью их доходов. 	Газеты и телевидение целых три месяца верещали от восторга, смаковали невиданный в истории внеземного бизнеса вердикт ООН, а затем, когда пришло сообщение об обнаружении на одной из планет системы Большого Пса развитой жизни - то есть теплокровных животных, превышающих размерами мышку, - с наслаждением отдались новой сенсации. Скандал с "Уэйленд-Ютани" перекочевал на вторые полосы, а затем начал благополучно забываться. В Голливуде сняли эффектный боевик про Чужих - очень непохожих на настоящих, - и на том история путешествия "Патны" отошла в разряд малоинтересных. 	Бывший экипаж крейсера разъехался по домам и на новые места службы: Семцова отправилась в трехмесячный отпуск, который провела на Кавказе; Казаков благополучно работал в составе подкомитета по обороне ООН во Франции... И вот они снова встретились, но на сей раз не в космосе, а в столице Империи. 	- ...Знали? - Маша помотала головой, освобождаясь от старых воспоминаний и первой нарушая длительную паузу, возникшую после неожиданного признания адмирала. - Каким образом? 	- Мария Викторовна, - одними губами улыбнулся Бибирев, - я же не спрашиваю, где вы купили вашу замечательную и, как погляжу, очень дорогую косметику? 	- В Гостином дворе, - несколько глуповато ответила Семцова и тут же опять смутилась: - При чем здесь моя косметика?.. 	Казаков дипломатично помалкивал, едва сдерживая неуместный смех. 	- Разумеется, ни при чем. - Его высокопревосходительство взял длинными узловатыми пальцами коричневую сигарету из коробочки на столе, предложил Маше и щелкнул громадной серебряной зажигалкой. - Видите ли, возможности моей скромной организации чаще преуменьшают, чем преувеличивают. Если называть вещи своими именами - наша Служба может все или почти все. Когда сталкиваются интересы дилетантов, коими являетесь вы, и интересы Конторы, в шести случаях из пяти побеждает Контора. Простите за столь вульгарный силлогизм... Нам просто было временно не до вас, и потому разговор состоялся сегодня, а не, допустим, сразу по вашем прибытии из Швейцарии. 	- "Не до нас"? - медленно повторил слова Бибирева лейтенант. - Могу я попросить объяснения, почему именно сейчас у Службы безопасности проявился внезапный интерес к событиям на Ахеронте и нашим скромным персонам? 	- Чуть попозже вы все узнаете, - ответил адмирал, мимоходом глянул на часы и поднялся. - Идемте со мной. Познакомлю с интересными людьми. Господин Казаков, вы военный, а посему должны иметь достаточно представления об этикете и субординации. Хотя встреча самая что ни на есть приватная., учитывайте, что ваша задача - молчать, слушать и отвечать на вопросы. Если захотите что-то спросить - сначала попросите разрешения... К вам, милейшая Мария Викторовна, это тоже относится. Извините, что так резко указываю... И кстати, прошу учесть, что вы приглашены пока только в качестве консультантов и непосредственных свидетелей. Может быть, вскоре ваш официальный статус изменится в более прогрессивную сторону. 	Маша слегка кивнула, а Казаков насупился. Тоже мне воспитатель нашелся! И так понятно, что рядовой новобранец не имеет никакого права приставать с расспросами к унтер-офицеру, а уж тем более к командиру роты. Но если адмирал напомнил об этикете, значит, встреча будет действительно особенной. 	Они вышли в коридор, украшенный старинными шпалерами и какими-то вазочками на стойках, миновали два поста гвардейской охраны, каковая обращала внимание на шествующих по коврам дворца визитеров не больше, чем на пылинки в солнечных лучах. 	- Сюда, пожалуйста. - Адмирал вежливо посторонился, пропуская даму вперед, шагнул в дверь вслед за Машей, оставляя Казакова в арьергарде. 	Обычный зал для заседаний, каких множество во всех городах мира. Мебель старинная, но удобная, посередине длинный овальный стол черного дерева, на стенах картины с морскими баталиями - если судить по флагам, российский флот века восемнадцатого увлеченно громил шведов. Больше всего умиляли цветочки в китайских фарфоровых вазах вдоль стен и два компьютера на отдельном (видимо, секретарском) столике - современная техника выглядела среди архаичной обстановки неприкаянно. На дальней стене - большой плоский экран на жидких кристаллах, будто шутки ради забранный в деревянную раму. 	Люди, сидевшие за столом, курили, один пил минеральную воду, другой что-то полушепотом доказывал соседу. Но едва адмирал появился в дверях, все гости перевели взгляд на него и двоих новоприбывших. 	- Госпожа Семцова, господин Казаков, - отрекомендовал Бибирев спутников и чуть подтолкнул Машу, взглядом указывая на три свободных кресла у ближнего края стола. Сказал шепотом: - Не бойтесь, они вас не съедят. Располагайтесь и не обращайте ни на кого внимания. 	Маша и лейтенант уселись рядом, адмирал устроился слева от них, и Семцова начала исподтишка разглядывать присутствующих людей, которые явно ждали прибытия еще кого-то. 	Прямо напротив сидел чуть полноватый, но крепкий и розовощекий мужчина лет пятидесяти в золотых эполетах и аксельбантах генерал-фельдмаршал а. Это лицо было знакомо - министр обороны Слепцов. Рядом - крупная дама с недовольной физиономией откровенной, начинающей стареть стервы. Вице-канцлер по делам колоний. Говорят, может съесть человека без соли, но как администратор незаменима. 	Еще дальше - двое мужчин средних лет, один в очках, другой в феноменально затрепанном свитере ("Как такого сюда пустили?" - подумала Маша). Вдобавок эти двое говорили громче всех, не обращая внимания на свирепые взгляды госпожи вице-канцлера. За ними с непроницаемыми ликами восседали двое иностранцев - русский всегда отличит человека из-за границы. Аура у них, что ли, другая? Господа были высоки, арийски беловолосы и вообще больше напоминали восковые фигуры. Еще один мужчина в военной форме, подполковник лейб-гвардии. Потом новое знакомое лицо - министр внутренних дел Зубровский. 	- Ничего себе, - одними губами прошептал Казаков на ухо Семцовой. - Чувствуете, как здесь пахнет властью? 	- Угу, - согласилась Маша и, посмотрев на соседа слева, окончательно уяснила, насколько. прав Казаков. Рядом безмятежно попивал ледяной нарзан государственный канцлер и камергер двора, лысоватый и скучающий князь Илья Головин. Маша заметила, что галстук у канцлера повязан неправильно. 	Приоткрылась дальняя дверь, в нее нырнул какой-то гвардеец и неожиданно громко провозгласил, вытягиваясь во фрунт: 	- Его величество император Всероссийский Михаил Четвертый! 	Двоих шумных гостей - очкастого и его потрепанного собеседника - пришлось подтолкнуть, чтобы вовремя встали. Потрепанный среди общей тишины закончил фразу: 	- ...Нет, в этом вопросе я с тобой совершенно не согласен. Биполярные молекулы... ой, здравствуйте. 	- Добрый день, Александр Трофимович. - Его величество милостиво улыбнулся. - Так что там с биполярными молекулами? 	- С ними-то все в порядке, - вытаращился низкорослый и щуплый дяденька в свитере,- Зато вот он ничего в этих вопросах не понимает! - И ткнул большим пальцем в соседа. 	Император улыбнулся еще раз, вежливо кивнул всем и никому, поправил воротник рубашки и, быстро пройдя к своему креслу, бросил остальным: 	- Присаживайтесь, господа. 	Маша осторожно присела на самый краешек кресла. Вот тебе и приглашение в Министерство обороны... Ничего себе! В кабинете собрались все имеющие наибольший вес представители имперского правительства, канцлер, вице-канцлер, какие-то заграничные господа с физиономиями статуй, изображающих Зигфрида с Хагеном. В довесок - парочка ученых с явственно прослеживающейся сумасшедшинкой в глазах, не известный никому лейтенант "волкодавов", а также еще более неизвестная консультантка ООН, она же доктор ксенобиологии. 	Гвардейский подполковник, видимо, занимал должность личного адъютанта его величества и находился в курсе всех дел. Он представил гостей. Маша сделала для себя новые открытия: светловолосые здоровенные буржуи оказались, естественно, немцами. Тот, что повыше и справа, был генерал-майором Отто Дитрихом из военной разведки Кайзеррейха, второй - офицером германских Люфтваффе Вальтером Ренном. Что они здесь делали - пока оставалось непонятным. 	Господа ученые происходили из какого-то отдаленного института со специфическим названием "Калуга-9", что сразу же говорило: мы жутко, секретные. Сии ученые мужи наверняка взросли под бронированным крылышком адмирала Бибирева. Видимо, штатные аналитики. 	С остальными все вроде было понятно. 	Казаков, в отличие от Маши, сообразил, что означает присутствие тевтонцев. Россия и Германский Кайзеррейх были давними и близкими союзниками. И ту и другую державу уже много десятилетий объединяло соперничество с заокеанским Западом и арабами, в результате чего две империи старательно дружили против США, обнаглевших в последнее время японцев и совершенно распустившихся террористов. "Нового Джихада". Генерал Дитрих, насколько знал лейтенант, был далеко не последней фигурой в правительстве императора Фридриха и вторым человеком после господина фон Эшенбурга, начальника тевтонского шпионского ведомства. Если уж Отто Дитрих явился в Петербург самолично, значит, дело серьезное и спецслужбы России и Германии снова будут работать в тесной связке. 	Но лейтенант, убей Бог, не мог понять, при чем здесь существа, обозначавшиеся словом "Чужие". 	Судя по тому, что его величество сразу после общего знакомства посмотрел на адмирала, право выступать первым предоставлялось именно Бибиреву. Тот придвинул кресло ближе к столу, стиснул пальцы в замок, уперся в них подбородком и начал своим обычным, скучновато-меланхоличным голосом: 	- Нуте-с, господа, приступим к нашим танцам. Имею, как выразился классик, сообщить вам пренеприятное известие. Не отвлекаясь на лирические отступления, выражу самую суть: по всей видимости, правительство Соединенных Штатов в одной из крайне отдаленных от Земли лабораторий проводит опыты по клонированию существ крайне опасного инопланетного биологического вида. Все вы перед началом сегодняшней встречи получили от меня надлежащую информацию об этих животных и, полагаю, успели с ней ознакомиться. 	- Биооружие? - коротко спросил министр обороны. 	- Пока еще нет, - шевельнул бровью Бибирев. - Но вскорости - может быть. На данное время - только эксперименты. 	Маша, позабыв о предупреждениях адмирала на предмет субординации, слегка побледнела и громко спросила, не дожидаясь разрешения говорить: 	- Вы уверены? Но откуда они могли взять исходный экземпляр? 	- Не торопитесь, - моргнул шеф государственной безопасности.- Ну-с, полагаю всем будет интересно услышать эту историю из моих уст с некоторыми существенными дополнениями. Если подходить пунктуально, проблемы начались почти шестьдесят лет назад, когда руководство компании "Уэйленд-Ютани" отдало приказ экипажу буксира "Ностромо" проверить странный сигнал бедствия, поступающий с одной из планет системы Z-3. Сигнал искусственного происхождения, но не принадлежавший ни одному из земных кораблей. 	В противовес ожиданиям Семцовой, никаких удивленных возгласов не последовало. Вскоре она уяснила почему. Адмирал продолжал говорить тихо и хрипло: 	- Думаю, ни для кого из присутствующих здесь не секрет, что в космосе мы далеко не одни. Единственно, мы еще никогда всерьез не контактировали с чужими цивилизациями, однако в обследованных мирах не раз и не два обнаруживались следы чужого пребывания - разбитая техника, кое-какие отходы... Вспомните, чего только стоит разрушенное поселение неких гуманоидов на Марсе и их сфинкс, развалины неизвестно чьих храмов на Афродите и уникальная планета Пикник, буквально нашпигованная артефактами, назначение которых по большей части до сих пор не установлено... Однако за всю историю освоения космоса, начиная от полета Гагарина триста двадцать лет назад вплоть до вчерашнего дня, мы не сталкивались лицом к лицу с непосредственными носителями чужого разума, то есть с существами, обладающими настоящим, схожим с нашим, интеллектом. 	- Знаете, - бесцеремонно влез очкастый аналитик, - если судить по вашему отчету о событиях на LV-426 восемь месяцев назад, то последнее утверждение, мягко говоря, нелогично. 	- Ничего подо... - начал было громко возмущаться его потертый сосед, но заткнулся, увидев властный жест адмирала. 	- Вам, господа, еще будет предоставлено слово, - голосом, который почему-то вызвал у Маши ассоциации со скорпионом или не менее ядовитой тварью, пресек выступления ученых мужей Бибирев. Адмирал глянул на остальных и с полуулыбкой добавил: - Прошу прощения, тут имеет место неразрешимый конфликт мнений. Господин Гильгоф полагает Чужих разумными, а господин Митрофанов, наоборот, видит в них только высокоорганизованных тараканов. 	Оба аналитика надулись, но спорить перестали. 	- Итак, - продолжил адмирал, - никаких достоверно зафиксированных встреч с разумными существами, никаких радиоперехватов, никаких носителей информации, способных пролить свет на наших соседей по Галактике, нет ни у нас, ни у соответствующих служб иных стран. И вот шестьдесят лет назад примитивный грузовой корабль на какой-то занюханной планете натыкается на отлично сохранившийся чужой звездолет, подбирает с него неизвестную форму жизни, а "Уэйленд-Ютани", которой принадлежал "Ностромо", скрывает от всех сам факт этого происшествия. 	Следующие двадцать минут адмирал излагал знакомую Маше до малейших подробностей историю американки Эллен Рипли, полетов "Ностромо", "Сулако" и катастрофических событий в колониях Надежда Хадли и Фурия-161. Затем Бибирев вкратце обрисовал перипетии, сопровождавшие экспедицию подчиненного ООН крейсера "Патна", упомянул, что в одного из членов экипажа внедрился эмбрион инопланетного существа (у Семцовой вдруг начал побаливать старый шрам на груди). 	- ...Так вот, - его высокопревосходительство сделал паузу и бросил чуть извиняющийся взгляд на Машу, - несмотря на то что присутствующие здесь госпожа Семцова и лейтенант Казаков сделали все, чтобы предотвратить дальнейшую опасность, а если говорить проще - в мелкую пыль разнесли планетоид LV-426 с помощью захваченных у американцев термоядерных зарядов, кое-что ускользнуло от их внимания. Эмбрион, извлеченный у Марии Викторовны, выжил. 	- Что? - задохнулась Маша. - Хиллиард мне клялся и божился, что зародыш погиб! Черт побери... 	- Простите его, он солгал, - холодно ответил адмирал.- Мы проверили. Челнок, эвакуировавший бригаду хирургов, оперировавших вас, в Солнечной системе не появлялся, доктор Смит, проводивший вмешательство, вообще бесследно исчез. Видимо, эмбрион Чужого сразу после извлечения был подсажен подопытному животному и благополучно развился во взрослое существо. Именно с этим экземпляром американцы сейчас и проводят эксперименты. 	- Где они засели? - буркнул министр обороны, да и прежде спокойные германцы оживились. 	- Могу назвать только приблизительный квадрат, в котором следует вести поиски. Система звезды Гамма Феникса из одноименного созвездия. Поблизости нет никаких колоний, но зато обширная планетная система - вокруг звезды вращается целая дюжина миров... Дайте картинку! 	На плоском мониторе вспыхнуло схематичное изображение небесной сферы, усеянное тысячами ярких пятнышек. Сфера медленно вращалась, сдвигаясь в сторону южного полушария, и наконец к центру экрана подплыло выделенное оранжевыми линиями созвездие в виде пятиугольника, из вершины которого выходила тонкая стрелочка, подводящая к искомой звезде. Сама система располагалась аккурат между созвездиями Скульптор и Гидра. 	- Здесь,- проговорил адмирал.- Увеличьте, пожалуйста. 	Он полез в нагрудный карман пиджака, вытащил лазерную указку, помогавшую владельцу тонким красноватым лучом выделять искомые точки, и внятным голосом лектора продолжил: 	- Вот, замечательно укрупнили. Гамма Феникса подобна Солнцу, только несколько побольше. Двенадцать планет, исследованных в разные годы нами, американцами и французами. Четыре из них представляют коммерческий интерес - кислородная атмосфера, полезные ископаемые. Планеты внушительные, сила тяготения в среднем в полтора раза превышает земную, но человек вполне может адаптироваться. Пока система не колонизирована - очень далеко, почти двести световых лет. Видимо, где-то там янки и спрятали свою лабораторию. 	Вмешался император: 	- Николай Андреевич, может быть, поступить проще, следуя примеру господина Казакова? - Лейтенант аж поперхнулся. - Послать крейсер или два, просканировать все окружающее пространство и угостить обнаруженную базу самую обыкновенной атомной бомбой? Насколько я понимаю, колония не зарегистрирована, осложнений с Вашингтоном не предвидится. - Его величество повернулся к министру обороны. Тот только руками развел. 	- Хоть сейчас, - ответил генерал-фельдмаршал. - От патрулирования свободны четыре дальних рейдера с ядерным оружием. У каждого на борту несколько атмосферных бомбардировщиков. Уделают за милую душу. Две недели - и все кончено. Это если учитывать дорогу туда и обратно. 	- Господа, господа, - забеспокоился Бибирев и похлопал ладонью по столешнице. - Самое простое решение не всегда самое верное. 	- Отчего же? - подал голос доселе молчавший министр внутренних дел. - Если лаборатории и этого американского выселка действительно нет в регистрах... Теоретически в Вашингтоне могут догадаться, кто провел акцию, однако крупного скандала не последует. Но только объясните мне, для чего вообще уничтожать помянутый исследовательский комплекс? 	- Отвечаю на последний вопрос, - тихо сказал Бибирев. - Вы внимательно читали справку, подготовленную центром эпидемиологии? Раз читали, то представляете, насколько опасной может быть одна только мысль об использовании найденных на Ахеронте животных в качестве биологического оружия. Госпожа Семцова имела возможность пообщаться с ними вплотную, и, думаю, она не станет опровергать мои доводы. 	Адмирал вопросительно посмотрел на Машу, давая знак, что теперь она может высказаться. Доктор ксенобиологии начала без обиняков: 	- Бесспорно, Чужие - животные уникальные. Это не просто новая форма жизни, а новый принцип построения жизни. Я имею в виду клетку на кремниевом еталлической основе, фантастическую регенеративную способность, универсальный сорбент-окислитель, использующийся организмом в качестве крови... 	- Во-во, - закивал потертый консультант из "Калуги-9", но мордастая вице-канцлерша так на него шикнула, что развязный ученый вжался в кресло. 	- Всем вышеперечисленным нельзя не восхищаться, - продолжила Маша. - Но есть непреодолимое препятствие: этот организм существует только за счет паразитизма. Английский профессор Блейк, бывший с нами на "Патне", пытался классифицировать данных животных, предложив формулировку: "Универсальный межвидовой паразит, жизнь которого основана на кремнии". По-моему, очень точно. Эти существа могут развиваться в любом дышащем кислородно-азотной смесью организме, превосходящем размером некрупную собаку. Полагаю, подойдет кто угодно - от дельфина до обезьяны или, например, жирафа. Кроме того, животные с LV-426 невероятно умны, хитры, передвигаются с огромной скоростью, и неизвестно, каким набором органов чувств располагают... 	- Поясните, пожалуйста, - буркнул адмирал. 	- Во-первых, они наверняка обладают стандартным комплексом. Обоняние, осязание, слух и так далее... Несомненно, зрение. Глаз в нашем понимании у Чужих нет, они предпочитают рассматривать предметы вблизи с помощью некоего странного органа, похожего на дополнительную пару челюстей. Вдобавок они способны чувствовать теплокровный организм на расстоянии, причем довольно большом, передвигаться по любым плоскостям, включая отвесные и вертикальные. Любят тепло, плотоядны, организуют семейные сообщества, возглавляемые крупной особью, условно именуемой маткой... 	- Мы читали об этом в отчете адмирала Бибирева, - сварливо заметила мадам из ведомства по делам колонизации. - Я хотела бы узнать ваше мнение, - вице-канцлерша близоруко взглянула на бумагу и, прочтя Машино имя, будто нехотя добавила: - Мария Викторовна. Насколько они опасны? 	- Эти животные, - внятно сказала Семцова, - представляют исключительную опасность. Одна особь за двенадцать часов может истребить экипаж стандартного транспортного корабля, даже при условии, что люди попытаются сопротивляться. Взрослое существо, попадая в человеческое поселение, начинает заниматься размножением с невероятной скоростью. Если отыщется достаточно... э-э... носителей для эмбрионов, за которыми обычно охотятся самцы, за сутки он четырехкратно воспроизведет численность семьи. Чужой растет очень быстро - три-четыре часа на развитие эмбриона, часа два - срок до первой линьки, и в финале - взрослая особь. Итого - шесть-семь часов. Прибавьте к этому коллективный разум группы: мгновенную самообучаемость, неплохую защищенность самого животного - панцирь можно разбить только с помощью огнестрельного оружия - и разъедающую внутреннюю жидкость, противостоять которой могут только определенные виды керамики. Для эффектного финала скажу, что взрослый Чужой-самец охотится постоянно, ища пропитание и все новых носителей для эмбрионов. Пример: в город с населением в миллион человек попадает один такой зверь. Через несколько часов - не более четверти суток - Чужих будет не менее десятка. Геометрическая прогрессия. Интересующиеся могут подсчитать, за какое время паразиты сумеют уничтожить миллионный город и сколько их будет. И как вы теперь думаете, опасны они или нет? 	- Посылать рейдер? - кашлянул министр обороны и покосился на Его величество. Император молча воззрился на адмирала. 	- Вы еще не в курсе всех аспектов дела, - быстро сказал начальник имперской службы безопасности. - Посему не будем принимать скоропалительных решений. Ломать - не строить. Думаю, все представили, с чем теоретически мы можем столкнуться. Черных Чужих-хищников, разумеется, придется уничтожать. И займемся этим мы. Но за последние дни произошло несколько событий, на первый взгляд никак не связанных с обсуждаемой здесь проблемой. Первое: около месяца назад террористы "Нового Джихада" угнали японский военно-исследовательский корабль, приземлившийся в Гонконге для смены плутониевых стержней в двигательных установках. 	Изображение на мониторе сменилось - теперь показывали фотографию небольшого космического корабля с атмосферными стабилизаторами и названием "Киото", вырисованным латинскими буквами и иероглифами. 	- Насколько мне известно, рейдер был из новостроев - гиперпространственные двигатели, несколько спускаемых аппаратов. Джихадовцы, что для них совершенно нетипично, не потребовали за корабль никакого выкупа и не выдвинули политических требований. Их руководство взяло ответственность за теракт на себя, на том и заглохло. Наши службы слежения в Солнечной системе и центры транспортного контроля некоторое время держали "Киото" в поле зрения, но, прежде чем его сумели догнать военные крейсера ООН, захваченный рейдер преодолел световой барьер и исчез неизвестно куда. 	- И что? - проворчал государственный канцлер, которого, похоже, одолевала вселенская скука. - Ваше высокопревосходительство, террористы захватили не наш борт, а японский. Следовательно, пусть спецслужбы Токио и разбираются. 	- Дослушайте до конца, князь, - отмахнулся Бибирев. - Второй аспект проблемы. Через какое-то время в Тегеран прибыли американские эмиссары, из службы безопасности и стратегической разведки. Потребовали встречи с шейхом Эль-Джафром, который, несомненно, имеет влияние на предводителей "Нового Джихада", хотя и ограниченное. Представьте, разговор янкесов с шейхом был настолько приватным, что я получил о нем только отрывочные сведения, не представляющие никакого интереса по нашей сегодняшней теме. Любопытно другое: американцев после встречи тут же выставили из Тегерана - просто отвезли в аэропорт, засунули в самолет и помахали ручкой на прощание. Государственный канал телевидения Исламского Союза что-то невнятно пробурчал о стойком неуважении США к суверенитету Халифата и исламу. Впрочем, это дежурное обвинение арабов. Затем случилось третье: аллах-акбаровцы отправили американских представителей не межконтинентальным рейсом, а специально заказанным чартером - через Дамаск в Анкару. И надо же случиться такому несчастью: над Турцией в районе хребта Мунзур и истоков Евфрата - территория до сих пор дикая и необжитая - самолет разбился. Следствие заявило, что это результат поломки двигателя... Вранье, разумеется. После войны мы постоянно следим за Исламским Союзом с орбиты, и компьютер одной из станций за сорок секунд до катастрофы отметил старт ракеты "земля - воздух". 	- И дальше? - наконец-то заинтересовался канцлер. 	- Дальше? - Адмирал выглядел торжествующе, правда, неизвестно, по какому поводу. - Подумайте сами - "Новый Джихад" получил борт, имеющий возможность перемещаться в гиперпространстве, затем в столицу Халифата прямо-таки бегом прибывают специалисты из ЦРУ и федеральной безопасности, причем не простые, а отвечающие за эпидемиологию и биологию, о чем-то весьма напряженно беседуют с шейхом, тот их выгоняет с тихим скандалом и, насколько я понимаю ситуацию, для верности приказывает убрать, ничуть не опасаясь конфликта с США, будто держит туза в рукаве. Кстати, японский корабль до сих пор не найден. Какие следуют выводы? 	- "Новый Джихад", вероятно заинтересовался американскими разработками, - ответил на вопрос Бибирева министр Зубровский. - Может быть, их агенты раздобыли часть закрытой информации... 	- А сами террористы, - эхом отозвался шеф разведки, - теоретически могут заполучить животное, если приложат надлежащие усилия и старание. Поэтому наша задача опередить всех и устранить саму причину угрозы. Воображаете, каким может быть дальнейшее развитие кризиса, если неофидаи получат в руки такое средство давления на великие державы? Тем более что уже имеется прецедент... 	- Совершенно верно. - Маша услышала новый голос и повернулась. Заговорил немецкий генерал-майор, причем на чистейшем русском языке с едва заметным акцентом, который можно было бы спутать с прибалтийским. - Я позволю себе дополнить слова герра адмирала. Восемь дней назад мы потеряли колонию, маленькую исследовательскую базу в системе звезды Z-12. Там находилось четырнадцать человек, в основном ученые, искавшие полезные ископаемые. После потери связи мы выслали спасательный военный корабль Люфтваффе. Десант нашел полностью уничтоженный поселок... Людей, по нашему мнению, вначале перебили, причем самым жестоким образом, а тела вывезли. Масса крови и следов, уцелевших даже после пожара, - нападавшие сожгли комплекс. В окрестностях базы найдено несколько кислотных потеков и частиц явно биологического происхождения. На кремниево-металлической основе. После всего, что я здесь узнал, могу предположить - кто-то применил упоминавшееся недавно биологическое оружие. В качестве эксперимента. Затем эвакуировал трупы и... самих исполнителей. 	В зале поднялся шум, да такой, что сам император несколько раз тщетно призвал собеседников к тишине. 	- Черт знаете что такое! - Генерал-фельдмаршал Слепцов раскраснелся и стукнул кулаком по столу. - Америкашки окончательно сбрендили? Да я разнесу их исследовательский центр вдребезги и пополам! 	- Рейхсканцлер тоже собирался принять незамедлительные военные меры, причем самого жесткого характера, - сказал генерал Дитрих. - Тем более что мы работаем совместно с Министерством обороны Российской Империи и имеем доступ к информации, получаемой его высокопревосходительством адмиралом Бибиревым. Германский Кайзеррейх не допустит повторения подобных инцидентов, будь они направлены против подданных императора Фридриха или Его величества Михаила Четвертого. В силу союзнических обязательств Германия примет участие в любой акции, которую будет проводить правительство России. 	- Постойте, - громко произнес адмирал. - Господа, утихомирьтесь. Уважайте хотя бы императора. 	Бибирев поднялся, оперся пальцами о черную столешницу и внятно произнес: 	- Мы совместно со специалистами из Берлина уже разработали операцию, о которой только что говорил господин Отто Дитрих. Полагаю, вам стоит выслушать предварительный план. 	Архишпион Империи неожиданно взял за локоть Казакова и заставил его встать. Лейтенант выглядел обескураженно. 	- Вот один из наших главных танцоров, - усмехнулся Бибирев.- Уверен, что исполнение акции следует поручить людям, опытным в подобном деле и сталкивавшимся ранее со столь необычной опасностью. А теперь позвольте, я пройду к экрану и покажу, что предлагают мои специалисты и генерал-майор Дитрих.

	ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ПРИВАТНЫЕ БЕСЕДЫ 	21 января 2280 года, Санкт-Петербург, Россия
 	Высокое собрание разошлось часа через три. 	Разговаривали много и долго. Спорили, выслушивали мнения аналитиков, приставали с вопросами к Маше и Казакову. Наконец решение было принято и оставалось только переходить к активным действиям. Император отпустил всех участников встречи и сам отправился в жилые покои. 	Бибирев, продолжавший опекать своих гостей, отвел Семцову и лейтенанта в личный кабинет; глубоко выдохнув, словно после тяжелой работы, опустился в кресло. 	- Ф-фу... Знаете, если бы дело не касалось международной политики, я разрешил бы все проблемы самостоятельно. Несомненно, посоветовался бы с Его величеством или начальниками определенных ведомств, и только. Мария Викторовна, отчего вы так расстроены? Во-первых, еще не поздно отказаться. А во-вторых, может быть, стоит попросить секретаря, чтобы принес нам кофе? 	- Пожалуй, - отозвалась Маша. Было непонятно, какое из предложений Бибирева она имеет в виду. Хозяин кабинета проворчал что-то в микрофон коммуникатора, спустя минуту появился неслышный лакей с подносом, оставил его на столе и столь же бесшумно исчез за дверью. 	- Я ведь по лицу вижу, - мягко начал адмирал, взявшись за ручку вычурного серебряного кофейника, - вам не хочется никуда ехать. Это вот господину Казакову по молодости лет и романтической профессии такие авантюры интересны... 	Лейтенант вежливо кашлянул в кулак. Бибирев был абсолютно прав: Сергей вполне добровольно выбрал род занятий и носил погоны не без удовольствия. Как-никак подразделение "Волкодав" - одна из самых элитных частей армии, где просто не бывает случайных людей. К тому же - ноблесс оближ, как выражаются в благополучной Франции. Операция грозит быть не столько опасной, сколько интересной, а в учебном центре ООН под Тулузой можно умереть от скуки. 	Маша рассуждала совсем по-другому. В очередной раз сталкиваться нос к носу с прежней опасностью - стоит заметить, весьма зубастой и когтистой - категорически не хотелось. Однако вставала нешуточная проблема нравственного характера: если люди, целиком и полностью отвечающие за положение дел в Империи (включая даже самого государя), просят помочь... Отказывать, ссылаясь на страх за свою жизнь, просто неудобно. И непатриотично. Надвигающаяся угроза достаточно серьезна, а Маша никоим образом не желала бы однажды увидеть Чужого, висящего на водосточной трубе ее собственного дома. А если "Новый Джихад" или любые другие террористы заполучат в руки оружие такой силы, то соответствующий пейзаж станет объективной и фатальной реальностью. 	- Конечно не хочется,- тихо сказала она.- Но раз это необходимо... Только мне нужно будет взять из дома некоторые вещи, отдать ключ консьержке, предупредить в университете, что не выйду на работу... 	- Это решаемо, - понимающе кивнул Бибирев. - Можете заехать домой сразу после окончания нашей беседы. Конечно, мои сотрудники возьмут вас под ненавязчивую опеку, так будет легче вам и спокойнее мне. С университетским начальством мы разберемся самостоятельно - просто оформим вам командировку в ту же самую "Калугу-9". Никто ничего не заподозрит. 	- Замечательно, - согласилась Маша и вдруг вздохнула: - Вот дьявольщина! Тридцать лет - не самый подходящий возраст для подобных приключений. Лет бы на пять пораньше... 	- Ничего подобного, - встрял Казаков. - Самый активный возраст для женщин - с двадцати до тридцати трех. Для мужчин - с двадцати двух. 	- Прислушайтесь к мнению профессионала. - Адмирал протянул Маше малюсенькую чашку с настоящим арабским кофе и, внезапно сдвинув брови, заговорил серьезно: - Мария Викторовна, Сергей, вероятно, мы не увидимся до самого завершения операции, хотя в самом экстренном случае я обязательно свяжусь с вами. Хочу признаться откровенно: обычно подведомственная мне организация не привлекает к подобным делам посторонних людей. Ни для кого не секрет, что служба государственной безопасности располагает соответствующими специалистами, учеными, подразделениями быстрого реагирования - уж простите, господин лейтенант, ничуть не уступающими по головорезной подготовке "волкодавам". Но! - Адмирал поднял тонкий указательный палец к потолку. - Ситуация настолько необычна, что я вынужден включить в состав экипажа вас. Как единственных людей, знающих о гипотетической опасности хоть что-то. У вас есть опыт, а таковой не заменишь никакими учебными программами или предварительным инструктажем. Вот ответьте, Сергей: существа, о которых мы сегодня говорили, могут поражать на расстоянии? 	- Могут, - не задумываясь ответил Казаков. - Сам видел. Они в состоянии выплюнуть из пасти кислотную струю приблизительно на три-четыре метра, но редко используют эту способность. 	- Почему? - Бибирев наклонил голову и подался вперед. 	- Вероятно, боятся повредить тела потенциальных носителей эмбрионов, которые должны остаться живы вплоть до полного развития зародыша, - предположил лейтенант. - Еще Чужой может ударить хвостом, впрыснуть яд... 	- Достаточно, - прервал адмирал. - Конечно, все это можно было бы объяснить и моим резвым волчатам из группы "Полюс", но есть большая разница... Вы наблюдали Чужих вблизи и даже общались с их разумной разновидностью, а ребята из "Полюса" будут вынуждены довольствоваться учебными видеозаписями и лекциями преподавателей. 	- Поэтому вы и разрешили мне самому подобрать команду? - не то вопросительно, не то утверждающе сказал Казаков. - Список людей, которых я хотел бы видеть в составе экспедиции, я предоставлю к вечеру. Ничего, если туда войдут несколько иностранцев? 	- Крайне нежелательно. - Бибирев, возражая, поднял руку ладонью вперед, но, секунду поразмыслив, спросил: - Кто конкретно? 	- В качестве пилота атмосферного модуля я хотел бы видеть Николаса Фарелла из Великобритании, - пожал плечами лейтенант. - Летчик высокого класса, летал с нами на LV-426, в курсе всех дел... 	- Но не в курсе наших замыслов, - проворчал адмирал. - Хорошо, подумаю. 	- Бишоп,- решительно заявила Маша и поставила чашку на стол. - Полагаю, ваше высокопревосходительство, вам не составит труда вытащить его из Цюриха. Биоробот этой серии во многих случаях может оказаться незаменимым, а опыта общения с Чужими у него побольше, чем у всех нас, вместе взятых. 	- Будет вам андроид, - неожиданно быстро согласился Бибирев. - Я и сам считаю, что этот живой компьютер очень пригодится в случае возникновения неординарных ситуаций. Ну что ж... Кофе допили? Отлично. Вас проводят, господа. Мария Викторовна, за вами ближе к вечеру, часов в десять, заедут два офицера. Постарайтесь к этому времени подготовиться. И ради Бога, не берите с собой много личных вещей, только самое насущное... Вас обеспечат всем необходимым. Господин Казаков, вы пока останетесь в здании Министерства обороны. Кстати, мы назвали этот проект немного по-разбойничьи - "Рюген". Помните, в раннее средневековье было такое поселение приморских славян на Балтийском море? Замечательные были пираты, даже викингам по шее надавали! 	...Маша, оставив автомобиль в подземном гараже, миновала пожилую консьержку и поднялась наверх. В квартире ее никто не встретил - Семцова жила одна и не держала ни собаки, ни кошки. Как можно ухаживать за животным, когда на несколько месяцев в году приходится улетать в дальние командировки? 	Она все-таки собрала немного вещей в сумку, уселась перед выключенным телевизором и стала ждать. В десять должны были прибыть люди адмирала. 	Маша достаточно четко представляла себе, во что впуталась. Безусловно, грядущий полет по степени опасности не шел ни в какое сравнение с прошлогодней экспедицией "Патны". Восемь месяцев назад экипаж погибшего крейсера действовал больше на свой страх и риск, не имея поддержки с Земли, а сейчас за спиной воздвигалась мощная Контора, действовавшая с согласия правительства, да и подготовка к операции ведется куда лучше. 	В изложении адмирала Бибирева и его коллег из Германии план выглядел следующим образом: рейдер с российско-немецким экипажем, но без всяких опознавательных знаков должен появиться в районе Гаммы Феникса, отыскать укрытую на одной из планет лабораторию, попутно уничтожив ретрансляционный спутник дальней связи (если таковой обнаружится), затем на планету выбрасывается десант, захватывает американскую колонию, ликвидирует все живое - от Чужих до людей, - скачивает с центрального компьютера поселения всю информацию и снова исчезает в холодных далях космоса. 	Если прибегать к юридическим терминам, планируемая операция вполне подпадала под уголовную статью, повествующую о пиратстве. Любой корабль, не оснащенный системой опознания "свой-чужой" и с отсутствующими знаками государственной принадлежности, расценивался как пиратский и подлежал немедленному задержанию, а в случае оказания сопротивления - уничтожению, благо прецеденты бывали. Сразу вспоминалась история пятилетней давности с бунтом экипажа американского военно-транспортного корабля "Мичиган". Капитан рейдера был убит, "вторым после бога" стал первый помощник, который увел судно неизвестно куда. Официальные власти посчитали корабль погибшим. И надо же такому случиться - спустя три месяца "Мичиган" вынырнул неподалеку от Альтаира и приземлился возле торговой базы европейцев, которую его команда начисто разграбила. После долгой охоты, проведенной американским военным флотом, выяснилось, что джентльмены удачи образца XXIII века обустроились на одной из самых отдаленных, но пригодных для проживания людей планет в созвездии Лебедь, создали там свою колонию, а продовольствием и необходимыми вещами обеспечивали себя с помощью вульгарных набегов. 	Вполне естественно, Машу слегка покоробило ясное и недвусмысленное решение адмирала истребить не только Чужих, возможно клонируемых в лаборатории, но и людей. Самых обычных ученых и исследователей, которые, по большому счету, ни в чем не виноваты. Какая разница, чей приказ они исполняют - министерства обороны США или одного из отделов "Уэйленд-Ютани"? Все-таки это люди... Но большая политика не предусматривала столь лирического подхода к безопасности Империи, поэтому Мария Семцова предпочла не вмешиваться. Хотя сразу же возникли неприятные мысли, явно почерпнутые из детективов и кинобоевиков: "Свидетелей всегда убирают, мертвые ничего разболтать не могут; простой человек, встрявший в дела Конторы, долго не протянет..." 	Однако, поразмыслив, Маша отбросила столь пессимистичные прогнозы. Да, безусловно, акция не слишком "чистая", но госбезопасность России и ГРУ Министерства обороны выглядят прямо-таки белыми ангелами по сравнению с американцами. А последние либо не ведают, что творят и с чем связались, либо действительно решили подергать демона за хвост и посмотреть, что из этого выйдет. 	Семцова подозревала, что существующая исследовательская программа янкесов по Чужим не ограничится лабораторными изысканиями на отдаленном планетоиде. Рано или поздно подключатся институты в Солнечной системе, а возможно, и на Земле. Представим, что хотя бы один Чужой сумеет перехитрить людей и выбраться на свободу... Что будет дальше? Если спохватятся вовремя - зараженную территорию придется выжигать дотла, а если нет... Допустим, сбежавший Чужой успеет нырнуть в океан. Его внутренностная жидкость сумеет адсорбировать кислород из воды, как, впрочем, и из любой другой среды. Если Чужой будет способен размножаться, то через некоторое время из океана полезут сотни хищников, готовых захватить сушу в качестве среды обитания. Затем - глобальная катастрофа. Человечество сможет выжить только благодаря тому, что около пятисот тысяч людей сейчас находятся в колониях Дальнего космоса... 	"Можно вообразить, - мрачно усмехнулась про себя Маша, - как остатки людей с Земли эвакуируются, например, на Афродиту, благо эта планета как нельзя более точно копирует наши природные условия. Только одного понять не могу, почему Чужие - по крайней мере черные хищники - размножаются подобно вирусу, напрочь губящему организм-носитель? Неужели у них отсутствует система регулирования численности популяции? Адмирал был прав, сравнивая их с вирусами... Представим, что человечество - единый организм, где каждый из нас - отдельная клетка. Обычный вирус, существо изначально паразитическое, поражает клетку и заставляет ее воспроизводить себе подобных. Один к одному. Чужие тоже могут использовать "клетки" нашего сообщества для самовоспроизведения... Вот и думай тут". 	Одним словом, Маша скрепя сердце одобрила идею адмирала Бибирева и участвовавшего в разработке программы Отто Дитриха. Лучше обойтись малыми жертвами, чем рисковать всем, что имеешь. Да и мысли об "устранении свидетелей и исполнителей" скорее глупые, чем обоснованные. Конечно, придется молчать в тряпочку до конца жизни, но следует вспомнить, сколько людей, участвовавших в еще более секретных операциях, благополучно дожили до старости в своих домах и в окружении любящих родственников. 	Семцовой и на этот раз отводилась скромная роль консультанта-биолога. Адмирал предоставил ей в помощь одного из своих аналитиков - доктора Вениамина Гильгофа из таинственной "Калуги", того самого болтливого очкарика, что присутствовал на совещании и горячо отстаивал разумность Чужих. Что ж, еще один специалист в области ксенологии отнюдь не помешает. Пусть даже с тараканами в голове. 	Маша отлично понимала, что грядущая экспедиция совершенно незаконна, однако предполагала, что Контора Бибирева наверняка разработала несколько операций прикрытия на случай возникновения чрезвычайных ситуаций, начиная с внезапного появления американцев в районе проведения акции и заканчивая вмешательством один Бог знает кого, включая "Новый Джихад", инопланетян и самого черта. Хотя, опять же теоретически, никаких осложнений не предвиделось - прилетели, Казаков со своими "волкодавами" зачистил территорию от любых живых существ крупнее кишечной палочки, Маша и доктор Гильгоф забрали всю наработанную американцами документацию, погрузились на корабль и улетели. Но не будем забывать - гладко все только на бумаге, а в жизни... 	- Жуткая авантюра. - Маша сказала эти слова вслух, чтобы развеять сгустившуюся в пустой квартире тишину, встала и, совсем было собравшись отправиться на кухню приготовить что-нибудь поесть (неизвестно, когда будут кормить в следующий раз), обернулась на звуковой сигнал компьютера, доселе находившегося в режиме ожидания. В верхнем правом углу темного монитора горела синим латинская буква "Е", окруженная вращающимся кольцом-орбитой. Модем принимал вызов от общемировой сети Интернет. 	- Какого?.. - нахмурилась Семцова. Небось снова дергают по ооновским делам, все-таки она еще остается штатным консультантом Комитета по биологической безопасности. Маша быстро подошла к компьютеру, коснулась клавиатуры, запуская программу виртуального диалога, и... 	"Добрый вечер, Мария Викторовна, - проступили на экране темные буквы.- Рад, что вы оказались дома". 	Абонент предпочел сохранять анонимность - окно обратного адреса пустовало. 	"С кем я говорю?" - набрала Маша. 	"С другом, - мгновенно ответили с той стороны. - Может быть, такая формулировка покажется вам несколько вульгарной, но она является истинной". 	"И что нужно этому другу?" - Пальцы привычно стучали по клавишам. 	"Не буду отвлекаться на частности. Что вам обещал господин Бибирев?" 	Семцова застыла с раскрытым ртом, не торопясь отвечать. "Друг" попался не в меру осведомленный. Буквы продолжали появляться: 	"Предлагаю вам в три раза больше той суммы, которую вам заплатит адмирал. Вы серьезный специалист и достаточно много знаете по интересующей меня тематике. Понимаете, что я имею в виду?" 	"Не бибиревская ли это Контора шутит? - подумала Маша. - А если нет, то кто? Американцы? ООН? Нет, последние бы представились. Организация обычно работает в открытую. "Джихад"? Бред, кто я такая, чтобы они мною заинтересовались? И это нестилистика аллах-акбаровцев - насколько я знаю, они предпочитают начинать с угроз и не скрывают своей принадлежности. Может, перезвонить по сотовому в службу безопасности сети, пусть засекут, откуда сигнал?" 	"Понимаю, - дипломатично отстучала Маша. - Похоже, вы очень хорошо информированы". 	"Не пытайтесь отследить происхождение сигнала. Все равно ничего не получится, - ответил неизвестный, будто прочитав на расстоянии мысли Семцовой.- Как вы совершенно верно заметили, я неплохо осведомлен о последних событиях. Кстати, можете рассказать о нашей беседе сотрудникам уважаемого господина Бибирева. Им будет интересно. Итак, после окончания некоей миссии я хотел бы получить от вас определенные сведения. Не о ходе проведения самой миссии, разумеется, я в высокую политику не лезу", 	"Тогда что вас интересует?" 	"Чужие существа. Не волнуйтесь, мне не требуется живой экземпляр. Я предпочел бы заглянуть в данные американских исследований. Могу подтвердить предположение милейшего адмирала - США действительно проводит эксперименты с этими существами". 	"Вот к американцам и обращайтесь! - начиная злиться, ответила Маша. - Или свяжитесь с ООН, они до сих пор исследуют тела Чужих". 	"Знаю. У них нет ничего занимательного. Мне нужны данные о структуре и функциях именно живой клетки Чужого, а не мертвой, с которой имеют дело специалисты в Женеве и Цюрихе. Кстати, поздравьте - я сумел расшифровать часть записей с носителя, оставшегося у вашего приятеля-андроида. Не беспокойтесь, Бишоп ничего не знает. Просто мои агенты в эпидемиологическом центре ООН на короткое время позаимствовали диск, а потом вернули обратно". 	"Кто вы такой?" - Маша уже представляла, какой неприятный разговор у нее состоится с Бибиревым или его помощниками. Неизвестный абонент (если, конечно, не шутил) знал чересчур много. "Пока это не имеет значения, - всплыла на мониторе новая строка.- Согласны? Моя цена, раз уж вы не хотите назначать свою, - двадцать пять миллионов долларов. Или, если угодно, пятнадцать миллионов золотых рублей по действующему курсу. На счете в банке Швейцарии или Голландии. Не думайте, что это много, скорее, цифра занижена. Ваше решение?" 	Маша задумалась. Разумеется, деньги неизвестно от кого она ни в коем случае не возьмет, тем более что рано или поздно адмирал Бибирев узнает об этом. Тогда - крышка, если называть вещи своими именами. Но в мире есть ценности, значительно превосходящие золотой российский рубль, равный ему фунт стерлингов или более дешевую бумажку с портретом американского президента. А вдруг получится выторговать? 	"Нет". 	"Боитесь, что госбезопасность России следит за вашей линией Интернета? Не беспокойтесь, к нашему он-лайну пока никто не подключился. Если такое вдруг произойдет, я немедленно разорву связь, благо моя система слежения за посторонним вмешательством если не совершенна, то по крайней мере надежна. Я повторяю вопрос - согласны?" 	"Мне нужны не деньги, - ответила Маша, - а кое-какая информация. Обещаю, что до определенного времени не стану ее разглашать". 	"Совсем другой разговор, - мгновенно переслал строку неизвестный. - Спрашивайте, не стесняйтесь. Только, пожалуйста, не допытывайтесь, кто я такой". 	Мария Семцова сидела за компьютером еще три четверти часа, принимая сообщения по открытой линии и быстро отвечая на них. Она понимала, что если ее разговор со странным абонентом до сих пор не прервали, значит, и на самом деле ведомство его высокопревосходительства адмирала Бибирева абсолютно не в курсе, что госпожа консультант без их ведома покупает весьма таинственную информацию в обмен на обещание разгласить другую, не менее секретную. 	"Думаю, теперь вы осведомлены, а значит, вооруже-НЫ9 - Маша так и представила сидящего где-нибудь на другом конце планеты, а то и вовсе на Луне или Венере, какого-нибудь пожилого горбоносого интригана. Необычная беседа подходила к концу. - Повторюсь: мне неинтересно, что вы будете делать в планетной системе, куда направляетесь. Я, как вы понимаете, не побегу к местному резиденту американского разведывательного управления доносить, что русские замышляют нечто экстраординарное. То, о чем я хочу узнать, не имеет отношения к военной, технической или другим сферам действия цивилизации. Моя цель - наука ради науки и знания ради знаний. Как только вы вернетесь, я обязательно найду вас". 	"Прощайте", - отрезала Маша. Она была одновременно и рада, и зла. 	"Надеюсь, вы останетесь живы, - закончил "мистер Всезнайка". - Большой привет адмиралу Бибиреву. Доброй охоты, Маугли". 	- Дожили, - рявкнула Маша, когда связь оборвалась, а на экране всплыл значок, оповещающий владельца компьютера, что задействован введенный в программу вирус, стирающий запись разговора. - Ценитель Киплинга, понимаешь! Мудрый Удав Каа! Акела промахнулся! 	Она осеклась. Загадочный компьютерный визитер предоставил Семцовой потрясающий набор сведений, касавшихся разработок "Уэйленд-Ютани" и связанных с ними правительственных проектов, за которыми лично надзирал нынешний президент США Рассел Фарадей. Сюда же добавлялись некоторые сведения о террористах "Нового Джихада" и фрагмент записи с диска, полученного Бишопом на инопланетном корабле во время экспедиции "Патны". Правда, эта запись еще не была дешифрована, но Мудрый Удав Каа уверял, что она крайне важна, а ключа к шифру он пока подобрать не смог. 	Маша еще некоторое время ошеломленно посидела перед погасшим монитором домашнего компьютера, пока ее не заставил вздрогнуть звонок в дверь. Она подошла, глянула на экран домофона и безбоязненно открыла. 	- Мария Викторовна? 	Двое молодых широкоплечих парней в самой обычной гражданской одежде. И не подумаешь, что ребята с такими простецкими рожами трудятся на благо ведомства адмирала (не такого и всемогущего, как выяснилось после разговора с неизвестным информатором). 	- Да, я.- Маша заставила себя улыбнуться. - Отправляемся, что ли? Выглядевший более серьезным высокий и квадратнолицый офицер кивнул. В его ладони посверкивала голограммой личная карточка сотрудника имперской безопасности. 	Темно-синяя "Волга-премьер" с бесшумным газовым двигателем и пятизначным правительственным номером вырулила с Каменноостровского проспекта, где помещалась квартира Семцовой, направо, к набережной, миновала мост Свободы и многогранный стеклянный саркофаг, которым укрыли "Аврору" лет сто пятьдесят назад, ибо под воздействием внешней среды крейсер революции начинал разрушаться, проехала мимо Военной Михайловской академии и направилась дальше, оставив позади Финляндский вокзал, с которого уходили скоростные поезда на север, к скандинавским столицам. Единственный сохранившийся в Петербурге памятник Владимиру Ленину и его любимому броневику выглядел уныло на фоне январского снега, запорошившего газоны площади, и мерцающих объемных рекламных щитов, протянутых вдоль берегов Невы. 	Мрачноватые опекуны не дали никаких пояснений, однако Маша и без их подсказок догадалась, что "Волга" движется по направлению к одному из четырех городских аэропортов - Ржевке. Сейчас автомобиль минует Арсенальную набережную и уйдет налево по проспекту Петра Великого. Семцова не хуже прочих горожан знала, что Ржевка обслуживает только внутренние рейсы да заодно чартеры правительства, наподобие Внукова в Москве. Следовательно, вылет на орбиту состоится не из Питера. Иначе везли бы в Пулково или, например, на базу стратегической авиации под Ропшей. 	По всему было видно - адмирал если берется за дело, то исполняет его качественно. Автомобиль, присланный за Машей, был роскошен, охрана бдительна: третий офицер сидел за рулем, а двое других - справа и слева от Семцовой на заднем сиденье. Перед водителем зеленовато мерцал узкий экранчик компьютера - Маша таких еще не видела и могла только догадываться о его назначении. Наверное, какая-то система безопасности специально для средств передвижений высоких особ. 	Семцова попыталась завязать разговор, спросив: 	- Простите, до отлета я смогу увидеться или переговорить с господином Бибиревым? Хотелось бы сообщить кое-что срочное... - Как-никак Маша должна была рассказать адмиралу о факте разговора через Интернет с не пожелавшим представиться, однако на редкость хорошо осведомленным господином. Некоторые детали беседы, конечно, придется скрыть, но, как и условились с неизвестным, до времени. 	- Свяжетесь с его превосходительством из самолета, - ответил верзила, сидевший по правую руку. 	- Спасибо, - хмыкнула Маша. - Скажите, если не секрет, что это за штука светится на лобовом стекле? Бортовой компьютер автомобиля? Какая-то новая модель? 	- Именно, - подтвердил тот же офицер. - Полезная вещь, своего рода дополнительный телохранитель. Вы же едете на машине одного из заместителей адмирала... О черт! Сглазили! 	- Что сглазила? - не поняла Маша. "Волга" мгновенно вильнула куда-то в сторону, перестраиваясь из среднего ряда в левый, резко увеличила скорость, а скрытый динамик истошно заверещал. На плоском экранчике часто-часто заморгали красные латинские буквы: "ATTACK DETECTION!" 	Дальше началось нечто неописуемое. Маша свалилась на пол (она так и не вспомнила, самостоятельно или с посторонней помощью), сверху ее прикрыл один из телохранителей, откуда-то снаружи раздалось пронзительное шипение, потом глухой удар, визг тормозных колодок и звон разбившегося стекла. Как выяснилось потом, это было вовсе не трехслойное бронированное стекло "Волги", а витрина одного из роскошных магазинов на набережной. 	Со стороны все выглядело следующим образом. 	"Волга-премьер" цвета ночного моря, нарушив все правила движения по скоростным трассам внутри города, вначале резко забрала влево, затем внимательный человек мог бы усмотреть, как из отверстия, открывшегося в бампере, вперед и в стороны разлетелся веер ярких, до рези в глазах, огней, поднявшихся над дорогой, затем неясная серая тень, быстро двигавшаяся в воздухе со стороны Невы, задела один из горячих огоньков... Бухнул оглушительный взрыв, разворотивший покрытие набережной. 	Две посторонние машины как перышки слетели в Неву, отброшенные ударной волной, третья просто перестала существовать - ракета взорвалась прямо над ней. Правительственная "Волга", ничуть не пострадав, проскочила вперед, вылетела на встречную полосу и браво таранила магазин модной одежды "Елизавета". Естественно, заорала сигнализация. 	- Твою мать!..- емко высказался самый молодой из бодигардов. - Все живы? 	- Вы меня сейчас задавите, - проворчала Маша. - Разрешите мне сесть? 	- Лежите смирно! Когда явится дорожная полиция и наши, тогда...- Он поискал глазами, куда бы сплюнуть, но только рявкнул в воротник куртки: - 	Это сто второй! У нас альфа-три! 	Семцовой подобный птичий язык был знаком по детективным романам - каждое происшествие обозначается своим кодом, чтобы не говорить лишних слов. Лежать на полу под сиденьем было неудобно, и научный консультант будущей секретной экспедиции недовольно заворочалась. 	- Хотя бы скажите,- раздраженно буркнула Маша, - что это было? 	Бодигард еще раз выматерился, но все-таки ответил: 	- Похоже на ракету с вакуумным зарядом. Если бы не наша тепловая система отведения удара, сейчас сидели бы на облачке и получали у апостола Петра под расписку арфу. Вы на арфе играть умеете? Нет? И я не умею. 	Следуя инструкции, из автомобиля не выходили, а уехать было никак нельзя - "Волга" прочно застряла в ажурных металлических стойках ограждения витрины. Дорожная полиция и вертолеты спасательной службы явились, впрочем, мгновенно. Посреди набережной грустно догорал какой-то фургончик, тоже поврежденный взрывом. 	Потом все закрутилось в быстром и отлаженном ритме. Место инцидента оцепили, движение перекрыли, в морозном воздухе поблескивали синие и красные маячки полицейских машин, осколки разбитых воздушной волной стекол выглядели рассыпанными бриллиантами, шуршали двигатели вертолетов... 	Машу и ее спутников извлекли из "Волги-премьера" еще более неразговорчивые и выглядевшие злыми молодые люди и, не слушая вопросов Семцовой, довольно бесцеремонно затолкали в один из вертолетов. Буквально через минуту аппарат со знаками МВД был уже в воздухе. Водитель остался внизу, видимо разбираться с коллегами и объяснять им, что произошло. 	Маша, как ни прислушивалась к себе, так и не смогла понять, как именно следует относиться ко всем событиям минувшего насыщенного дня. Странно, но она даже не испугалась происшествия на набережной. То ли не поняла, в чем дело, то ли у нее просто не хватило времени бояться по-настоящему. Ну да, взорвалась бомба... Система безопасности автомобиля сработала, как ей и было положено. Господа телохранители честно защищали вверенный им "объект перевозки" в виде некой М. В. Семцовой, потом прилетели явно подстраховывавшие полицейские... 	Все закончилось благополучно, как в кино. И только одно беспокоило. 	"Вот любопытно, - думала Семцова, невидящими глазами глядя в обзорное стекло. Далеко внизу проплывал залитый золотистыми и голубыми огнями ночной город. - Если бы я ехала в аэропорт на своей машине? Без всякой охраны? Почему адмирал прислал за мной профессиональных бодигардов и отлично защищенную "Волгу" своего зама? Вариантов два: либо Бибирев знает то, чего не знаю я, и опасается вмешательства некоей посторонней силы, или же мне спасла жизнь инструкция... Наверняка в каком-нибудь из гэбэшных параграфов сказано, что будущего участника секретной операции нужно охранять со всем прилежанием. Господи Иисусе, меня ведь на самом деле хотели убить! Но кто? И самое главное - за что? Может быть, мой неизвестный компьютерный абонент внезапно решил, что слишком много разболтал? Ерунда! Или нет?" 	Маша вдруг начала паниковать. В конце концов, и вертолет можно достать ракетой. Или в двигателе что-нибудь сломается... Что за умельцы прямо в центре тщательно оберегаемой столицы Империи постреливают по правительственным машинам вакуумными боезарядами? Такую вещь не купишь запросто в магазине оружия. Вот и дополнительный вопрос к адмиралу. 	Она не успела перепугаться как следует и начать себя "накручивать" только потому, что вертолет благополучно и очень мягко приземлился прямо на летном поле Ржевки, у левого крыла большого темно-зеленого военно-транспортного самолета с армейскими опознавательными знаками - три кольца российских национальных цветов: белый кружок внутри, его опоясывают синий и красный обвод. Рядом красовался черный геральдический щит с белым силуэтом насторожившейся собаки. Понятно, "волкодавы". 	Два оставшихся телохранителя помогли Семцовой выбраться из маленького и неудобного винтокрылого летательного аппарата, участливо проводили до узкого трапа, ведущего в чрево армейского транспорта, сунули под нос двум охранникам в черно-сером камуфляже свои карточки службы безопасности. Военные молча кивнули и посторонились. 	Маша прошла через грузовой отсек самолета, меньше чем на четверть загруженный какими-то пластиковыми ящиками, нажала кнопку, открывающую дверь в пассажирский салон, и лицом к лицу столкнулась с Казаковым. Он уже сменил свою парадную форму на черный комбинезон "волкодавов" и берет такого же цвета, лихо заломленный на правое ухо. С кокарды хитро поглядывала серебристая собачья голова. 	- Вы еще живы, господин де Жюссак? - чуть ехидно вопросил лейтенант, цитируя "Трех мушкетеров". - Ладно, Мария Викторовна, не обращайте внимания на плоский милитаристский юмор. Мне уже сообщили о вашем дорожном приключении. 	- Издеваетесь, Сергей? - Маша выдавила улыбку. - Между прочим, это было жутко неприятно. Меня засунули под сиденье и сели сверху. 	Стоящий за спиной гэбэшник фыркнул. 	- Примите в целости и сохранности, - сказал он и тронул Машу за плечо. - Теперь вы под охраной армии. А нам, уж простите, пора. 	- Спасибо. - Госпожа консультант неловко кивнула. Казаков ухватил ее за рукав и решительно потащил дальше по салону. Туда, где перед терминалом связи сидели трое вояк, габаритами больше смахивавших на медведей. 	- Адмирал ждет на открытой линии визуального контакта уже несколько минут, - пояснил лейтенант, жестом выгоняя с кресла одного из сержантов. Кивнув на связистов, добавил: - При них можете говорить непринужденно. 	Маша уселась, почувствовав, как сиденье мягко спружинило, ткнула пальцем в клавишу ввода и заметила, как загорелся красный индикатор на видеокамере над кристаллическим монитором. Тотчас появилось узкое и безмятежное лицо Бибирева. 	- Я очень сожалею об этом прискорбном инциденте, - без предисловий начал адмирал. - Знаете ли, в наш век пара и электричества всякое случается... 	- Можете прислать официальные извинения, - хрипло сказала Маша. - Только мне от этого не легче. 	- Чем вы, собственно, недовольны? - состроил обиженную мину Бибирев. - Прокатились с комфортом на машине замминистра, поучаствовали в сцене из кинобоевика, не получили ни царапины... Ладно, теперь серьезно. 	Благородная физиономия его высокопревосходительства и впрямь приняла озабоченное выражение. Семцова же не торопилась задавать вопросы. Он сам все расскажет, а если что утаит... Ну ведь не устраивать допрос с пристрастием человеку, третьему в иерархии страны по значимости после императора и государственного канцлера? 	Снаружи загудели двигатели, громадная транспортная машина сдвинулась с места и наверняка начала рулежку к полосе. Маша по привычке щелкнула замком ремня безопасности. 	- Мария Викторовна, скажу откровенно, - меланхолично продолжал Бибирев, - жизнь вам спасло чудо. Я уже получил кое-какую информацию с места происшествия. В вас стреляли с левого берега Невы, видимо с крыши одного из зданий делового центра. 	Семцова поняла, что имеет в виду адмирал. За Смольным монастырем, как раз между комплексом городской управы Петербурга и Александро-Невской лаврой, находился коммерческий квартал столицы - несколько высотных зданий, поднимавшихся к небу, будто сверкающие зеркальным стеклом сталактиты. На нью-йоркский Манхэттен это, конечно, мало походило, но функцию этот район выполнял приблизительно такую же: банки, резиденции крупных корпораций, Петербургская биржа... 	- Сейчас мои сотрудники обследуют все возможные точки, откуда террористы могли запустить ракету по вашему автомобилю. Согласитесь, с площадок на крышах сорокаэтажных небоскребов обзор прекрасный, особенно если найдется соответствующая аппаратура... Впрочем, это уже не суть. Я сам разберусь. Вы, наверное, напуганы? 	- Подождите, сейчас я упокоюсь и тогда смогу побояться как следует,- легкомысленно брякнула Маша. - Однако простите, Николай Андреевич, я несколько разочарована. 	- В чем? - поднял брови адмирал. 	- Это странное покушение... Сегодня, когда приехала домой, я имела крайне необычный разговор через Интернет с отлично информированным анонимом... 	- Знаю, - согласился Бибирев. - Я же еще днем предупредил, что буду старательно вас опекать. Но к сожалению, я знаю только о факте вашей компьютерной беседы с неким таинственным лицом. Компьютерщики моего учреждения, увы, не отследили сигнал - ваш абонент может быть только гением-программистом, создавшим универсальную систему защиты и кодирования сигнала... Мне известны несколько таких умников, причем сорок процентов из них работают на меня или генерал-фельдмаршала Слепцова. Замечу, я просто физически не успел подключить их к линии, чтобы обеспечить ваше спокойствие... Еще сорок процентов подобных спецов служат ООН, европейцам или янкесам, а остаток - любители, не подконтрольные никому. Так о чем вы ворковали с нашим загадочным незнакомцем? 	- О Чужих, - напрямик заявила Маша. - Этот человек утверждал, будто знает о предстоящей экспедиции, и попросил меня по окончании рейса предоставить ему некоторые материалы. Если, конечно, американцы хоть что-то сумели узнать. 	- А вы? 	- Я? - Семцовой было неудобно врать адмиралу, но...- Я кое о чем его поспрашивала. 	- Сколько сулил? - быстро задал вопрос Биби-рев. 	- В три раза больше, чем вы, - честно призналась Мария Викторовна. - Но вы ведь мне ничего не обещали, кроме стандартной оплаты командировки? А ноль сверх гонорара, помноженный на три, равен нулю? 	- А потом? - продолжал наседать адмирал. 	Маша почувствовала, как самолет, бежавший по полосе, оторвался от бетонного покрытия и резко ушел в воздух. Слегка начало щемить под ложечкой. Однако взлет ничуть не повлиял на качество изображения монитора. 	- Потом? - Маша почесала в затылке. - Потом он предложил двадцать пять миллионов долларов. Или такую же сумму в рублях по официальному курсу. Мне за пять жизней столько не заработать... Я не согласилась. 	Бибирев молчал, будто дожидался дальнейших признаний. 	- Я...- Семцова запнулась.- В общем, я вытянула из этого человека кое-какие сведения. Вам интересно? 	Она ожидала какого угодно ответа. Теоретически Бибирев мог сейчас отдать приказ пилотам посадить самолет обратно на Ржевку и вышвырнуть болтливую госпожу консультанта из проекта, а вдобавок обеспечить Маше огромное количество самых разнообразных неприятностей. Что ей стоило разорвать связь с "мистером Всезнайкой" немедленно, в самом начале подозрительного разговора? Но реакция адмирала Семцову просто ошеломила. Начальник службы государственной безопасности Российской Империи пожевал губами, посматривая куда-то в сторону от видеокамеры, затем качнул головой и преспокойнейше произнес: 	- Нет, не интересно. Полагаю, это была чисто профессиональная информация, а я не собираюсь забивать себе голову лишним багажом. 	- Но...- заикнулась Маша. 	- Вы все правильно сделали, - пожал плечами Бибирев с самым безразличным видом. - Если когда-нибудь этот человек снова решит поговорить с вами - не противьтесь. 	- Да в чем дело? - Семцова теперь по-настоящему забеспокоилась. Чисто автоматически отметила про себя - самолет уже набрал высоту и лег на соответствующий курс. Только куда? 	- Понимаете,- медленно начал адмирал,- в этом беспокойном мире существуют силы, скажем так... э-э... надгосударственные. Точнее, внегосудар-ственные, не имеющие отношения к имперским министерствам, тайным службам великих держав или финансово-промышленным кругам. Списывать их со счетов было бы неосмотрительно, а то и глупо. В общем, сейчас ни о чем не беспокойтесь. Я подозреваю, с кем конкретно вы общались, и постараюсь проверить. А как только, - Бибирев неожиданно сменил тему, - мои фокстерьеры разнюхают след лисы, запулившей по вам вакуумной боеголовкой, я с удовольствием вам сообщу. Всего хоро... 	- Последний вопрос! - поторопилась Маша. - Куда мы летим? То есть я и Сергей Казаков? 	- Вот он вам все и расскажет, - улыбнулся Бибирев. - До свидания. Надеюсь, через несколько недель увидимся и вы заслуженно получите не ноль, помноженный на три, а немного больше. Доброй охоты, Маугли. 	Связь была разорвана со стороны адмирала мгновенно. Экран просто погас, и только в уголке полыхал золотом значок Министерства обороны. 	Мария Семцова застыла, будто ее удар хватил. Для полноты картины не хватало только текущей слюны из угла рта. Бибирев, конечно, не врал (люди его положения не размениваются на дешевые розыгрыши и откровенную ложь) - неожиданным абонентом Интернета, разговаривавшим с Машей, он сам быть никак не мог. Но откуда он узнал, как попрощался со штатным консультантом экспедиции Мудрый Удав Каа, явившийся из виртуальных далей всемирной компьютерной сети? Что за чертовщина? 	- Поговорили? - участливо спросил из-за спины Казаков. - Мария Викторовна, ау! Отчего такой бледный вид? 	- Да так, - нервно хмыкнула Маша. - Вот, кстати, адмирал сообщил, будто вы, Сергей, знаете все и расскажете мне о дальнейших наших действиях. 	Самолет чуточку затрясло - воздушные ямы. Господин лейтенант уселся на подлокотник кресла, в котором разместилась Семцова, и скучным голосом отрапортовал: 	- Часа через полтора мы приземлимся в Плесецке, на космодроме Вооруженных сил. Там сидим около суток, ждем остальную команду. Потом выходим на орбиту Земли, пересаживаемся и отправляемся в Дальний космос искать приключений на свою, извините, задницу. 	- Да ничего, - махнула рукой Маша. - Я еще по прошлому путешествию к LV-426 привыкла к военному жаргону. А если вспоминать мои командировки и долгое общение с колонистами в дальних мирах, материться я научилась ничуть не хуже вас. 	- Отлично, - откровенно фыркнул Казаков. - Идемте, познакомлю кое с кем. На этих сержантов не обращайте внимания - они только нас провожают и не входят в состав основной группы. 	Маша отстегнула ремень и, увлекаемая лейтенантом, прошла дальше, в сторону пилотской кабины. Обнаружился еще один отсек с удобными креслами, обитыми синим бархатом, столиками, на которых громоздились бутылки с хорошим вином. Двое офицеров в серо-сизой форме германских ВВС при виде дамы встали. 	Маша быстро окинула тевтонцев взглядом. Один в чине капитана, другой - обер-лейтенанта. Плетеные погоны с ромбиками, квадратные петлицы с дубовыми листьями и столь же квадратные челюсти. Смотрят, однако, вполне доброжелательно. 	- Это и есть наши подельники. - Казаков улыбнулся углом рта. - Господа, позвольте представить самого умного человека в нашей компании головорезов - Мария Викторовна Семцова, консультант по вопросам чужой жизни. 	- Очень рада, - кивнула Маша. 	- Тот, который повыше и помрачнее, - продолжал Сергей, - офицер особого отряда по борьбе с терроризмом... 	- Юлиус Эккарт, - чуть поклонился обер-лейтенант. Говорил он на русском. - Счастлив познакомиться, госпожа Семцова. 	- Карл Реммер. - Рыжеватый капитан отнесся к Маше не менее любезно. И языком Пушкина и Толстого владел столь же свободно. - Присаживайтесь, ваша компания отлично скрасит скучную мужскую вечеринку. 	Семцова пожала протянутые руки, не глядя на многозначительную ухмылку Казакова, выглядевшего по сравнению с высоченными и широкоплечими германцами, прямо скажем, маленьким и невзрачным. 	- Большое спасибо, - ответила Маша, мигом вспомнив, что присутствие союзников на борту этого самолета ничуть не противоречит правилам игры, затеянной адмиралом Бибиревым. - Только, пожалуйста, господа офицеры, давайте не будем пока говорить о делах. Для этого время еще найдется. 	Большой самолет цвета бурых морских водорослей плыл над облаками, посеребренными убывающей луной. Далеко в небесах поблескивали звезды, холодно посматривая на обжитый людьми мир. До Плесецка оставалось чуть больше часа пути.

	ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. В ДОРОГУ ДАЛЬНЮЮ... 	23 января 2280 года,космодром Плесецк, Россия
 	- Ой, Маша, ну вы таки не понимаете! Все разговоры о дальнейшем развитии цивилизации основаны только на внешнем впечатлении! Если теперь можно приготовить роскошный обед всего за сорок секунд с помощью консервантов и домашней квантовой печи, то это вовсе не означает, что мы далеко ушли от предков, скакавших на диких лошадях и объедавшихся полусырым мясом, поджаренным над костром! Обезьяну тоже можно научить нажимать на кнопки! 	Семцова в продолжение этой бурной речи скатала снежок и запустила в собеседника. 	- Вот! - восторжествовал худощавый мужчина в теплом комбинезоне на меху. - Очередное доказательство нашего варварства! Никаких аргументов, одни агрессивные действия, компенсирующие незнание и непонимание! Так что получите!.. 	Прогуливавшийся с Машей человек, поправив очки, нагнулся, зачерпнул пригоршню снега и довольно неумело отправил снежный катыш в спину госпожи консультанта. Как ни странно, попал. 	- Да вы продолжайте, Веня, - благожелательно закивала Семцова, отряхнувшись. - Я слушаю очень внимательно. 	- Так вот, к вопросу о цивилизации и цивилизо 	ванности... Они гуляли уже больше двух часов. Пользуясь правом беспрепятственного прохода куда угодно на территории базы, Маша и доктор Гильгоф отправились побродить по зимнему еловому лесу, окружавшему протянувшийся на много километров комплекс, принадлежавший военно-космическим силам. Тем более что возможность в следующий раз побывать на свежем воздухе представлялась очень нескоро. 	Маша находилась в Плесецке около суток и маялась бездельем. Лейтенант Казаков и его германские коллеги пропадали неизвестно где, вплотную занимаясь подготовкой к полету, а госпоже консультанту делать пока было абсолютно нечего. Семцова, получив карточку-пропуск, устроила сама себе экскурсию по ангарам (в некоторые строения ее, впрочем, не пустили), понаблюдала за скучным и отнюдь не эффектным стартом какого-то рейдера... То ли дело лет триста назад, когда люди отправлялись в космос на "огнедышащих драконах", ракетах на газовом или твердом топливе. Наверняка выглядело красиво - рев пламени, дымный шлейф, палочка-спичка ракеты, уползающая в небо... Тогда никто не имел представления о ядерных двигателях, установках, моделирующих гравитацию, или полетах со скоростью, превышающей скорость света. 	Кстати, именно о техническом прогрессе и разгорелся Машин спор с Гильгофом. 	- Наше стремительное движение вперед, - чуть задыхаясь, будто от астмы, втолковывал доктор из "Калуги-9", - в действительности является самым обычным топтанием на месте! Только топчемся мы по-разному - когда быстрее, когда медленнее, иногда подпрыгиваем, потом приседаем. И это почему-то гордо именуется прогрессом! 	- А разве нет? - спросила Маша. 	- А разве да? - в классическом "одесском стиле", которым он очень любил щеголять, ответил вопросом на вопрос Гильгоф. - Посудите сами: за триста лет космической эры произошло только два стоящих открытия. Благодаря вашему покойному приятелю Хиллиарду и "Уэйленд-Ютани" человечество уподобилось Богу-творцу, создав подделку под живую жизнь и настоящий разум. Я имею в виду высокоразвитый искусственный интеллект. Второе - теория этого англичанина Эндерби, позволившая нам выйти в Дальний космос. 	- Знаете, - осторожно призналась Маша, - мне почему-то жалко Альберта Эйнштейна и его многочисленных последователей, так долго заблуждавшихся... 	- Эйнштейн был гениальным мистификатором! - горячо воскликнул доктор. - Не знаю, зачем ему понадобилось создавать правильную в принципе теорию, подтверждения которой встречаются на каждом шагу, и одновременно вставлять в свои выкладки крайне незаметные ошибки, успешно никем не замечаемые почти сто пятьдесят лет. Полагаю, он сделал это умышленно... 	- Почему? - вытаращилась Маша. - Зачем было Эйнштейну сознательно обманывать? 	- Шутка, - пожал плечами Гильгоф. - Фантастический по своей продуманности розыгрыш, в особо крупном размере, как выразились бы костоломы из следственного отдела нашего несравненного адмирала... Вам никогда не приходило в голову, что Эйнштейн - человек исключительно одаренный и способный заглядывать в будущее - просто не хотел, чтобы его сограждане однажды покинули пределы Солнечной системы? 	- Вы хотите сказать...- запнулась Семцова. 	- Я не хочу ничего сказать! - нетерпеливо перебил ее доктор. - Выводы можно сделать самостоятельно. Если события будут развиваться и дальше в направлении, по которому мы, то есть абстрактное "человечество", идем уже много десятилетий, то может встать вопрос о выживании Homo sapiens как вида. Только не говорите, что мы плодовиты, приспособляемы и изобретательны. 	- Я и не говорю...- Маша была несколько сражена напором аналитика и даже не пыталась возражать. Однако отрицать, что предположения Гильгофа разумны и обоснованны, было трудно. Доктор увлеченно продолжал: 	- Эйнштейн, вероятно, предвидел, что человечество за пределами своего мира, о котором, к слову, мы до сих пор знаем очень мало, столкнется с опасностями вообще непознаваемыми. Вчера вирусы, сегодня эти ваши монстры-Чужие, а завтра? Вдруг какой-нибудь исследователь наткнется в одной из дальних планетных систем на такое апокалипсическое чудовище, с которым можно бороться только путем массового самоубийства? Поэтому старик Альберт и решил всех запутать... И надо же такому случиться - этот болван Эндерби посидел над теорией относительности, откопал противоречия, выдвинул свои тезисы... 	- И что теперь? 	- Теперь? - тихо рассмеялся Гильгоф. - Теперь мы с вами вынуждены тащиться к черту на кулички. Благодаря тому же Эндерби. Если бы люди слушали Эйнштейна - пройдоху и обманщика, - на сегодняшний день мы с трудом осваивали бы Солнечную систему. Поверьте, ничего страшного в этом бы не было. Полезных ископаемых, источников энергии и загадок, столь необходимых людям, на наших девяти планетах более чем достаточно. На одной Венере нефти хватит еще на двадцать тысяч лет. Так нет же! Ухватились всеми конечностями за новую игрушку - гиперпространственный двигатель, сунули нос почти в триста чужих миров, наследили, набросали окурков, яблочных огрызков и банок из-под кока-колы, а теперь удивляемся: откуда на нас свалилась напасть в виде ваших зубастых знакомцев? 	- Случайность, - упрямо возразила Маша. - И некомпетентность американцев, которые решили связаться с демоном, о котором не имеют никакого представления! 	- Ой, только не надо все валить на дядю! Янки, безусловно, лопухи, но вот от вас я никак не ожидал разговора о "случайностях". Запомните - ничто в мире не происходит случайно. Включая упомянутое топтание на месте. Смотрели старинные фантастические фильмы? Например, "Пятый элемент"? Наверняка смотрели, классика все-таки. В двадцатом веке люди полагали, что будущее - это царство высоких технологий. Летающие автомобили, гигантская перенаселенность, совершенство аппаратуры. Действительность опровергла эти домыслы. Мы ничего не изобретаем, мы просто совершенствуем изобретенное ранее. В тысяча девятьсот семидесятом году компьютер весил полторы тонны и с трудом мог сложить два и два. Сейчас компьютерный процессор не превышает массой нескольких миллиграммов и отвечает на вопрос раньше, чем его задашь. Внешне - да, несомненный прогресс. А суть одна и та же. Принцип одинаковый! 	- Логично, - закивала Маша. - Автомобили по-прежнему ездят по дорогам на земле, до сих пор используются бензиновые двигатели, мужчины носят такие же пиджаки, как и пару сотен лет назад, лучшим косметическим средством до сих пор считается розовое масло, а самым разрушительным оружием остается ядерное. 	- Именно! - радостно воскликнул Гильгоф. - Человек из двадцатого века чувствовал бы себя здесь как дома. Конечно, потребуется какое-то время на адаптацию, но через неделю вы не отличите его от соседа по дому. Техногенная цивилизация не развивается, а совершенствуется. Чувствуете разницу между этими двумя понятиями? 	- И что, по-вашему, ждет человечество, Вениамин? 	- Вырождение! - безапелляционно заявил доктор. - Мы попросту зажремся. А когда появится кто-нибудь, начиная от простейшего вируса, против которого не найдем вакцину, и заканчивая более высокоразвитыми существами,- вымрем. Не сразу, конечно, это процесс долгий. Нас должны подстегнуть, направить в новое русло развития. И наплевать, что мы будем долго морщиться от боли и на теле появятся шрамы от плети. Лучше немного потерпеть перемены, чем медленно угасать. Ваши Чужие могут стать одним из вариантов такой плети. Я почти не сомневаюсь в том, что сейчас у человечества появился неординарный конкурент в лице этого биологического вида. Соответственно, начнется борьба за выживание, чаще именуемая эволюцией. Я не вижу в найденных на LV-426 животных воплощения зла. Только конкурентов. Которые, теоретически, могут обставить нас в три хода. Задул ветер, понес колкие мелкие снежинки. На севере темнеет рано, а потому следовало возвращаться в комплекс, чтобы не заплутать. Маша взяла увлекшегося доктора Гильгофа под руку и повела обратно. 	- Вы пессимист, Веня, - сказала она. - По-моему, все не так мрачно. 	- Возможно, - сморщил нос Гильгоф. - Мудрость древних гласит: "Пессимист - хорошо информированный оптимист". А на предмет моей теории... Вам понравилось? Нет? Конечно, она никому не нравится. Включая адмирала. Как думаете, почему я напросился лететь с вами? 	- Проверить на опыте? - предположила Маша. - Лицом к лицу встретиться с "конкурентами" человечества? А если съедят? 	- Значит, - усмехнулся доктор под нос, - человечество в моем лице не выдержало соперничества. Становится холодно, идемте в дом... 	Семцова, оставив позади несколько постов молчаливой охраны, прошла по коридору здания, в котором разместилось командование Плесецкой базы, не без труда нашла отведенную ей комнатку-конуру. Гильгоф отправился куда-то по своим делам - доктора вызвали по радиотелефону на один из складов. 	"Вот интересно, - размышляла Маша, отстегивая куртку темно-синего комбинезона. - Теория у очкарика - кстати, почему он носит неудобные очки, а не линзы? И вообще, операцию можно сделать... Издержки имиджа? - самая что ни на есть шизофреническая, но звучит отлично. Чужие - конкуренты землянам! Катализатор эволюции! Хорошие заголовки для сенсационных статей. Однако адмирал Бибирев не стал бы держать в своей Конторе откровенно безумного человека, а благородная сумасшедшинка, явственно прослеживающаяся у Гильгофа, была свойственна ученым во все времена - от Диогена до Эйнштейна... Блин, но как он загнул с Эйнштейном!" 	Постучали в дверь. Маша открыла, обнаружила младшего сержанта в черной форме, державшего в руках закрытую пластиковую чашку совершенно громадных размеров. 	- Господин майор прислал вам чай,- буркнул сержант. 	- Какой господин майор? - не поняла Маша, но сразу вспомнила, что один из сотрудников штаба откровенно строил ей глазки с самого момента появления Семцовой на базе. - Да, спасибо. Вы не знаете, где может быть лейтенант Казаков из подразделения "Волкодав"? Утром он вроде бы крутился как раз в штабном здании... 	- Нет, - отрезал сержант, передал Маше бокал, в котором плескалось не менее литра горячей жидкости, щелкнул каблуками и исчез. 	Семцова устроилась на диванчике, взяла электронный блокнот, сохранявший в памяти сведения, переданные Мудрым Удавом Каа, и еще раз просмотрела очень странный документ, невесть какими путями раздобытый таинственным визави адмирала Бибирева. Это была снятая ручным сканером копия личного бланка не кого-нибудь, а директора Центрального разведывательного управления США. Удав Каа, судя по всему, располагал колоссальными возможностями... 	В документе значилось следующее: 	"Подразделению "Грифон". Строго секретно. 	Обеспечение безопасности объекта S-801 перепоручается Министерству обороны. Надлежит немедленно передать все файлы и документы сотрудникам группы "Лпач", прибывающей на место 01.02.2280. Особое внимание уделить отчету об операции "Рейн". Предоставить все материальные доказательства успешного завершения акции. Об исполнении доложить лично по каналу "Огайо"". 	На первый взгляд, бред бредом, понятный только посвященным специалистам из ЦРУ. Единственный напрашивающийся вывод - янки переподчиняют одну из своих секретных баз оборонщикам, хотя раньше она принадлежала разведке. Можно опереться на дату - первое февраля этого года. Возможно, новые хозяева прибудут в свои владения именно в этот день. Но это только первый взгляд. 	Удав Каа, как окрестила Маша своего интернетовского знакомого, поделился с ней своими подозрениями, основанными на дополнительных источниках информации. По его мнению, речь шла именно о базе, где янкесы проводили эксперименты с Чужими. Скорее всего, лаборатория раньше принадлежала "Уэй-ленд-Ютани" и теперь конфискована или задействована правительством США для своих целей. Операция "Рейн", упомянутая в документе, наверняка подразумевает испытание нового вида биологического оружия в погибшей немецкой колонии. Название-то откровенно тевтонское, река такая есть в Кайзеррейхе... 	Это, конечно, только предположения Удава, но очень уж правдоподобно они выглядят. В таком случае кораблю с российским десантом нужно появиться в районе Гаммы Феникса до первого февраля, успеть сделать все дела и тихо исчезнуть, не привлекая возможного внимания. Но при чем здесь "Джихад"? Тем более что американцы сами терпеть не могут террористов-исмаилитов... 	Информатор передал Семцовой еще несколько своих заключений по разработкам, проводимым "Новым Джихадом". Прекрасно организованные террористы действительно пытались создать свое бактериологическое производство, однако пока особых успехов не достигли. Доступ к по-настоящему опасным исходным материалам, как земным, так и инопланетным болезнетворным организмам, был перекрыт начисто. Пробирки с образцами культур хранились в тщательно охраняемых великими державами лабораториях. 	- Да, черт побери! - рявкнула Маша, заслышав очередной стук в дверь. Не иначе теперь скромный до назойливости майор прислал свежие розы. - Ну? 	На пороге стоял взмыленный Казаков. Никаких роз при нем не наблюдалось. 	- Чего сидите? - с ходу начал он. - В курсе, что вылетаем через двадцать минут? Мы уже обыскались! А Гильгоф не помнит, где он вас потерял! 	- Почему так срочно? - опешила Семцова. - Ведь собирались ночью... Астрономы мне что-то объясняли по поводу эклиптики... 	- Бегом! - шикнул лейтенант. - Берите вещи и топайте за мной! Двенадцатый ангар, там челнок. Все собрались давным-давно. Зачем вы отключили свою рацию? 	- Да я ее и не включала, - опомнилась Маша, кидая в сумку блокнот и хватая с дивана куртку. - Извините... 	- Ваше счастье, что не вы у меня сержантом, - на ходу сказал Казаков. Он повел Машу к длинному закрытому туннелю, протянувшемуся от здания командования к ангарам. - Ладно, забыли. Пока вы гуляли с доктором, - кстати, он доктор каких наук? - заявилась куча знакомого народу. Аж ностальгия пробирает и хочется снова подышать аммиачным ахеронтским воздухом. 	- Кто приехал? - Семцова перебросила сумку на другое плечо и, завидев впереди очередной караул, машинально полезла в карман за карточкой. 	- Наши старые врачи - Ильин с Логиновым, помните? Ник-англичанин... Убей Бог, не пойму, отчего Бибирев согласился с моим предложением впутать в эту историю иностранца. Странно, правда? 	- Бишоп здесь? 	- Пока нет. Мне сообщили, что его удалось выдернуть из Цюриха. Наверное, будет ждать нас уже на орбите... Вдобавок нам отрядили лучших ребят из "волкодавов" да несколько человек из германского подразделения "Фальке". 	"Фальке - сокол,- мысленно перевела Семцова. - Отряд по борьбе с терроризмом. Как же все вокруг напоминает старую песенку: "Раз пошли на дело я и Рабинович"... Только вместо Рабиновича - Веня Гильгоф. С тараканами в голове и безумными теориями. Весело". 	Атмосферный модуль оказался самым стандартным - обычный пассажирский аппарат "Ярослав", доставлявший людей с Земли на орбитальные станции и крупные межзвездные корабли. Последние никогда не приземлялись на планету - очень уж большие, а их ядерные двигатели могли разрушить и без того нестойкий озоновый слой. Крейсера наподобие приснопамятной "Патны" строились в космосе, в доках станции "Гэйтуэй" или на предприятиях Луны. 	Казаков взбежал по трапу серебристо-черного челнока, отправил Машу в пассажирский салон, а сам исчез за переборкой пилотской кабины. 	- О, здравствуйте! - Семцова, пробираясь между рядами кресел, прямиком наткнулась на бородатого и высокорослого сорокалетнего мужчину. Доктор Федор Логинов. Именно он был ее лечащим врачом на "Патне". - Как я рад вас видеть, Маша! Не ожидал, что еще раз полетаем вместе. 	- Я тоже, - призналась Семцова. - Где вы работали после нашего... э-э... 	- В орбитальном госпитале. Вы садитесь, слышите - двигатели запускают? 	Маша пролезла к квадратному, со скругленными краями, иллюминатору. Челнок, общим видом более напоминавший небольшой сверхзвуковой самолет, уже выбрался из ангара и полз к полосе. "Ярославы" не были оснащены двигателями вертикального взлета, что, впрочем, им и не требовалось, - это не военная модель, а чисто гражданская. Даже опознавательные знаки челнока на фюзеляже, как заметила Семцова, принадлежали одной из маленьких авиакомпаний, а никак не Министерству обороны. 	- Что вообще стряслось? - надоедал Маше врач, усевшийся в кресло рядом. - Меня да и Андрея Ильина - помните его? Конечно помните! - так вот, нас вызвали с работы, привезли сюда, взяли подписку о неразглашении... 	- Снова повоюем с Чужими, - безжалостно сказала Семцова. - Вас что-то не устраивает, доктор? Признаюсь, это я и лейтенант Казаков попросили, чтобы вас включили в состав экспедиции. 	Логинов, похоже, отнюдь не удивился. 	- Я ожидал чего-то такого, - грустно сказал он. - Знаете, очень не хочется опять попасть в историю наподобие случившейся на LV-426. Но я человек подневольный - подписал контракт с Космическим корпусом, к тому же офицер запаса... Неужто снова где-то обнаружили этих тварюг? 	- Вы угадали,- не вдаваясь в подробности, ответила Маша. - Смотрите, взлетаем! Терпеть не могу старты с крупных планет! А где Андрей? 	- Во втором пассажирском салоне, - ответил врач, торопливо пристегивая ремень. - Это трепло успело познакомиться с каким-то ужасно умным евреем из высоколобых и теперь спорит с ним о будущем цивилизации. 	- Понятно,- вздохнула Семцова.- Похоже, эти господа прямо-таки созданы друг для друга. 	Челнок притормозил, вырулив на полосу, позади истошно завизжали двигатели. Однако пилот придерживал машину, ожидая, пока установки не выдадут требуемые для взлета обороты. Модуль неожиданно резко ринулся вперед, и внезапно легкая тряска прекратилась - аппарат ушел в воздух. 	- Поехали,- фыркнул Логинов, повторив сакраментальную фразу Юрия Гагарина, преследовавшую всех астронавтов уже почти три сотни лет. В этот же момент начала исчезать сила тяготения - агрегаты, отвечавшие за комфорт пассажиров, устраняли ненужные перегрузки. Спустя несколько секунд раздался хлопок, обозначавший, что модуль мимоходом преодолел скорость звука, остались далеко внизу темные облака, а звездное небо начало быстро приближаться, превращаясь из темно-синего, вечернего, в бездонно-черное. 	Двигатели второй и третьей ступени вступили в действие своевременно, и челнок, пробороздив верхние слои атмосферы, выбрался в открытый космос. Пилот уверенно вел аппарат к станции "Гэйтуэй". Лишь немногие его пассажиры знали, что на орбитальном комплексе предстоит еще одна пересадка - на этот раз нужно было перейти на отправляющийся к Проксиме Центавра немецкий торговый рейдер "Кайзер Вильгельм", а затем... 	Адмирал Бибирев старательно заметал любые следы. Системы слежения американцев (благо космическое пространство не делилось границами и зонами влияния) могли лишь зарегистрировать старт с космодрома Плесецк небольшого челнока и отметить, что он пришвартовался к порту "Гэйтуэй". Подобное происходит ежедневно по нескольку раз. 	Куда же потом отправятся пассажиры челнока - дело десятое. Даже если какой-нибудь бдительный американский наблюдатель отметит, что люди из Пле-сецка пересели на борт "Кайзера Вильгельма", - это означает лишь одно: новые колонисты или ученые отправляются на Проксиму. 	В действительности странному отряду, возглавляемому лейтенантом Казаковым и его германскими коллегами, в районе помянутой звезды предстояло снова сменить транспортное средство и бесследно раствориться в бездне Галактики Млечный Путь. 	Район ближайшей к Солнечной системе звезды - Проксимы созвездия Центавра - местечко крайне скучное и неинтересное. Впервые земной корабль появился тут чуть больше двухсот лет назад, в самом конце двадцать первого века. Потом люди отправились дальше, оставив возле звезды перевалочную базу. Так как Проксима имела только два естественных спутника-астероида, представлявших собой громадные каменные осколки, размерами лишь немногим уступающие Луне, то для пущего удобства экипажей транспортных кораблей были построены впечатляющие своими размерами порты. Здесь могли швартоваться огромные межпланетные рейдеры, их груз перемещался на более легкие и маневренные транспорты, отправляющиеся к Земле. Лететь-то всего ничего - даже старинные и считающиеся ужасно медлительными корабли на твердом топливе преодолевали расстояние от Проксимы до границ Солнечной системы за четверо суток. Когда же появились более совершенные двигатели, позволявшие в десятки раз перекрывать скорость света, путешествие от колыбели человечества к ближайшей базе можно было вовсе не заметить, настолько оно оказывалось быстрым. 	Танкер "Кайзер Вильгельм" (принадлежавший, если верить судовым документам, немецкой компании "Черный орел") прибыл к внешнему кольцу контроля Проксимы Центавра спустя двенадцать часов после вылета из Солнечной системы. Округлый и кажущийся ужасно неповоротливым грузовик причалил к терминалу искусственного спутника "Форпост-1", руководство над которым осуществляли Европейское экономическое сообщество и Российская внеземная компания - основные конкуренты американцев, построивших также вращавшийся на орбите звезды "Форпост-2". 	Маша Семцова неоднократно видела эти спутники либо в телевизионных передачах, либо в учебных программах Интернета, однако сама ни разу здесь не бывала. Все исследовательские рейсы, в которых она участвовала, отправлялись прямо из Солнечной системы к месту назначения. 	- Фантастика! - Маша, выглядывая в иллюминатор, рассматривала медленно приближающуюся гигантскую станцию "Форпост-1". Это был настоящий межзвездный торговый дом, более всего похожий на скопище пчелиных сотов, соединенных меж собой ажурными стальными перекрытиями, трубами коридоров и штангами, удерживающими вместе отдельные части сооружения. Доки, складские ангары, танки, вмещавшие нефть и жидкий газ, отсеки для хранения руды, десятки швартовочных портов... И маленький жилой комплекс для обслуживающего персонала. Освещение скупое - тусклые синеватые бортовые огни да оранжевые и зеленые маяки причалов. Но все-таки "Форпост-1" впечатлял именно своими размерами. Даже орбитальная станция "Гэйтуэй" была поменьше. 	- Вы правы. - Семцова услышала за спиной голос Бишопа. - Очень масштабная постройка. Наверное, лет через двадцать пять "Форпост" вполне сумеет заслужить статус искусственной планеты. 	- Вероятно, - кивнула Маша. 	С андроидом они встретились на "Гэйтуэе", во время пересадки. Бишоп (как, впрочем, и всегда) был слегка задумчив, немногословен и потрясающе аккуратен во всем, начиная от скромной, но чистой одежды и заканчивая своим странным невмешательством в дела людей. Его, впрочем, можно понять - биологический робот, наделенный искусственным разумом, априори не станет расспрашивать высшее существо, то есть человека, о чем бы то ни было. Он получает приказ и выполняет его. Хотя, как сообразила Маша, на этот раз андроиду ничего не объяснили. Может быть, он сам догадывался о дальнейших перспективах (логический центр у синтетиков развит получше, чем у человека), но виду не подавал, даже увидев очень знакомые по экспедиции "Патны" лица. 	Кстати, о лицах. Покойный Рональд Хиллиард то ли из-за тщеславия, то ли шутки ради придал всем биороботам серии "Бишоп" свой собственный облик. Оттого Семцова, буквально нос к носу столкнувшись с андроидом перед посадкой на германский рейдер, на краткий миг опешила, подумав, что явилось привидение бывшего вице-президента "Уэйленд-Ютани". Но мистер Хиллиард уже несколько месяцев был мертв - душу у него отняли Чужие, а тело сгорело вместе с взорвавшейся "Патной". Так что нечего бояться призраков. 	Во время перелета синтетик болтал с Машей обо всем и ни о чем, рассказывал об исследованиях в Цюрихском институте ксенологии, принадлежавшем ООН, честно доложил, что специалисты Организации поныне не могут уяснить принцип построения жизни у Чужого, хотя все три тела инопланетных тварей давным-давно разобраны по косточкам, если можно так выразиться. 	Семцову очень интересовало, обнаружились ли серьезные различия между организмами черных Чужих и их светлоокрашенных разумных собратьев. Бишоп в ответ только пожал плечами, сказав, что анатомически эти существа почти идентичны. Даже нервные узлы, разбросанные по всему организму и, вероятно, выполняющие функцию мозга, у тех и других по размерам не отличаются. Есть небольшая разница в химическом строении - и только. Ясно одно - Чужой, как организм универсальный, обладает не только стандартными органами чувств, но и некими дополнительными, наподобие теплового зрения, биологического сонара и еще черт знает чего. 	Словом, даже с наисовременнейшей техникой, используемой ООН в изысканиях, возиться придется долгие годы. Вот если бы имелся живой экземпляр... 	Маша тотчас подумала, что Бишоп вполне сумеет удовлетворить свое научное любопытство на американской базе, где, как явствовало из размышлений адмирала Бибирева и совершенно точных сведений Удава, штатовцы проводили работы именно с живыми существами. 	- Прибыли, поднимайтесь! - После того как танкер "Кайзер Вильгельм" слегка толкнуло и его бортовые шлюзы соприкоснулись с портом базовой станции, лейтенант Казаков пробежался между рядами кресел, подгоняя своих подчиненных и научный персонал. За его спиной постоянно маячил по-северному спокойный тевтон - любезный и скрытный, рыжеватый и выбритый капитан Реммер. Он уже снял форму офицера Люфтваффе, оставшись в неприметном серовато-сизом комбинезоне без знаков различия. 	Маша за время, пока торговый рейдер шел от Земли к Проксиме, от скуки успела побродить по пассажирскому салону, познакомиться почти со всеми участниками экспедиции, а заодно поприветствовать старых друзей. Хотя из людей, участвовавших в прошлогоднем полете "Патны", здесь были только врачи, английский пилот да лейтенант Казаков с Бишопом, если, конечно, последнего можно назвать настоящим человеком. Маша подумала, что можно. 	Военных, как это ни странно, было очень мало. Четверо абсолютно незнакомых Маше солдат из подразделения "Волкодав" во главе с сержантом - кажется, его фамилия Ратников - да еще четверо немцев из "Фальке" вместе с обер-лейтенантом Эккартом. Итого шестнадцать человек и биоробот. Маловато... Вспомнив, что на "Патне" солдат было почти в три раза больше, Семцова слегка забеспокоилась и решила потом прояснить этот вопрос у Казакова. 	- Мария Викторовна, вы что, заснули с открытыми глазами? - Андроид подтолкнул Машу, взял ее за локоть и быстро повел к выходу вслед за остальными. 	Казаков громогласно поторапливал: 	- Быстрее! Где доктор Гильгоф, черт бы его побрал? Вениамин Борисович, что вы канителитесь, как старая дева на могиле своей болонки? Маша, давайте за мной! Резвее! 	- А куда спешим? - задала вполне резонный вопрос госпожа консультант. - Вы же ничего не объясняете! 	Вышли через шлюз, прибывшую группу никто не встречал. По приказу лейтенанта свернули налево, в абсолютно пустынный, покрытый металлической обшивкой коридор с холодным голубоватым освещением. 	Казаков, возглавлявший небольшой отряд, топал вперед с видом человека, знающего все и обо всем. Вот он нырнул в уводящий куда-то в сторону узкий проход, над которым горела надпись "Порт 211", и вскоре наткнулся на закрытую много лепестковую дверь, более всего напоминавшую диафрагму старинного фотоаппарата. Ударил ладонью по красной клавише, засунул в щель свою личную карточку, и, когда сигнал сменился на зеленый, стальные створки начали расползаться. За ними обнаружилась сложная система шлюзов и неширокий пластиковый трап, уходивший вниз, в полутьму. Казаков легко сбежал по ступенькам, фотоэлемент засек движение человека, и тотчас в квадратном провале разгорелся яркий, приятный глазу желтоватый свет ламп. 	Когда остальные спустились, лейтенант продолжил командовать: 	- Ратников со своими - направо! Обер-лейтенант Реммер - за ними! Госпожа Семцова, господин Гильгоф и доктора следуют за мной. 	Маша наконец сообразила, что сейчас они находятся внутри небольшого, "но довольно комфортного на вид космического корабля неизвестной ей конструкции. Если на челноке "Меркурий", на котором Семцовой привелось спускаться на LV-426, был длинный центральный коридор и по его сторонам располагались научные, грузовые и пассажирские отсеки, то здесь все было устроено несколько по-другому. 	Проход, изредка прорезаемый эллиптическими иллюминаторами, тянулся вдоль правого борта, где-то впереди изгибался влево и, видимо, оканчивался в кабине пилотов. По левую руку имелось несколько раздвижных дверей-переборок - одна чуть позади стыковочного шлюза и две неподалеку от кабины. Казаков провел Машу, врачей, андроида и выглядевшего прирожденным скептиком Веню Гильгофа к передней дверце. 	- Сюда. - Он ткнул пальцем в кнопку, и створки бесшумно разъехались. - Здесь несколько тесно, зато... 	Лейтенант обвел отсек площадью самое большее в тридцать квадратных метров таким жестом, будто показывал экскурсантам "Мону Лизу" в Лувре. 	- Ого! - поднял бровь ученый из "Калуги-9". - Начальство, как погляжу, не скупится. Мило. 	- Это все, что вы можете сказать? - притворно возмутился Казаков. - Признаюсь, его высокопревосходительство выделил нам небольшой корабль, однако по оснащению он превзойдет иной крейсер. 	Маша застыла на пороге раскрыв рот. Даже в университете Санкт-Петербурга, прекрасно финансируемом и считающемся одним из самых оснащенных учебных заведений мира, о такой аппаратуре можно было только мечтать. Радиоуглеродный анализатор, к примеру, был размером не более ладони, электронный микроскоп напоминал небольшой сундучок вместо обычной "скалы" в половину человеческого роста, компьютеры, судя по маркировкам, мощнейшие, способные за доли секунды обрабатывать триллионы битов информации... Не говоря уж об остальных полезных штуковинках, являющихся мечтой каждого человека, занимающегося серьезной наукой. 	Очень компактно, исключительно надежно и невероятно дорого. Подобные удовольствия может позволить себе только могучая сила, за которой стоит не менее могучее государство. То есть адмирал Бибирев и его Контора. 	- А что за стенкой? - деловито поинтересовалась Маша, указывая большим пальцем за спину, в сторону кормы. 	- Гибернационный отсек, - пояснил лейтенант. - Пригодится. Лететь до Гаммы Феникса долго, вот и поспим. Еще дальше - оружейный склад, небольшая кают-компания и отсек, в котором находится десантный транспортер. 	- Слышал я о таких кораблях, - закивал Гильгоф. - Вернее, не то чтобы слышал, а участвовал в их разработке. Их всего создано четыре штуки. Если не ошибаюсь, малый военно-исследовательский катер серии "Морана" с ядерной двигательной установкой, дальностью действия более пятисот световых лет и... 	- Веня, - моментально влез медтехник, - и все-таки я хочу спросить - вы доктор каких наук? 	- Всяких, - чарующе улыбнулся Гильгоф. - Господин Казаков, так я угадал или?.. 	- Угадали,- вздохнул лейтенант.- Она самая, "Морана". Прошу любить и жаловать. Название серии давали какие-то мрачные шутники, посему данный конкретный борт именуется вообще чудесно - "Триглав". Змей Горыныч, если понаучному. Вы располагайтесь... 	Казаков исчез, позабыв закрыть дверь. Доктор Логинов и его верный медтехник Андрей Ильин мигом начали препираться из-за мест возле медицинского терминала (маленький, но роскошный реанимационный комплекс на двоих пострадавших или больных), Гильгоф устремился к аппаратуре, будто к сонму любимых родственников, а Маша, поняв, что здесь пока делать нечего, отправилась прогуливаться по "Триглаву" и выяснять точное местоположение всех помещений. 	Для начала она вышла в коридорчик и, свернув влево, добралась до головного отсека корабля. 	Ух, круто! 	Два места пилотов, отдельный компьютер штурмана, который сейчас был целиком и полностью оккупирован ушедшим в общение с разумной машиной Казаковым. Скромная на первый взгляд приборная панель - окажись тут специалист наподобие последнего капитана "Патны" Кристофера Хоупа, таковой пускал бы слюни от восторга. Какой прежде всего должна быть техника? Верно, простой! Потому что, как известно всем, сложная техника имеет крайне неприятное свойство портиться в самый ответственный момент и в том месте, которое труднее всего починить. Много лет назад люди пошли по ошибочному пути усложнения технологий и управления, но вовремя отказались... Здесь все просто: навигационные приборы, несколько радаров и сканеров, система ручного управления, основной терминал искусственного мозга корабля, отвечающий за жизнедеятельность аппаратуры, дублирующие комплексы, управляемый человеком штурман - и больше ничего, за исключением нескольких мелочей, не делающих погоды. 	Собственно, с подобной механикой мог справиться и натасканный в компьютерных играх-симуляторах тинейджер. Единственно, он не сумел бы вести корабль в атмосфере и совершать некоторые особо сложные маневры (например, уклонения от астероидов-призраков, не видных на радаре и определителе массы постороннего объекта) - за этим до сих пор следит человек. Пусть машина во многом совершеннее Homo sapiens, но превзойти венец творения во всем искусственному разуму пока не удалось. 	...Первым глазеющую по сторонам Машу заметил давно и хорошо знакомый ей сержант Фарелл. Этому невысокому молодому англичанину во время экспедиции на Ахеронт не слишком повезло - его едва не сожрал Чужой-хищник, челнок, которым командовал Ник, оказался поврежден настолько, что превратился из первоклассного корабля в груду никому не нужного металлолома, и в довершение всех неприятностей пилоту досталась изрядная доза нейротоксина, которым Чужие обычно парализуют своих жертв. Просто удивительно, что он мог повторно согласиться на подобную экспедицию... А может быть, и не соглашался? 	- Идите сюда. - Фарелл призывно замахал рукой. Когда Семцова оказалась в пределах досягаемости, ухватил ее за рукав куртки и едва не силой усадил на подлокотник кресла. В отличие от остальных, он предпочел говорить по-английски. - Только посмотрите, какая роскошная техника! Эх, жаль, что я здесь только вторым пилотом, а то бы мы полетали! 	- В таком случае живыми до места назначения мы бы точно не добрались, - съязвила Маша, прекрасно зная, какие финты обычно вытворяют пилоты, оказавшись в открытом космосе. Между прочим, именно Фареллу принадлежала идея отстыковать от бьющейся в агонии "Патны" челнок, не выводя материнский корабль из гиперсветовой области. Как ни странно, все остались живы, отделавшись ушибами и легким испугом. 	- Обижаете, мисс, - насупился пилот. - В моем послужном списке нет ни единой аварии! 	- Значит, вы их достаточно умело скрывали, - безжалостно сказала Маша. - Хоть кто-нибудь мне скажет, когда мы отправляемся и каково время в пути? Или это невероятно секретные сведения? 	- Отправляемся скоро, лететь недалеко, - в тон Семцовой ответил Казаков. - Мария Викторовна, когда отчалим и перейдем световой барьер, все узнаете. 	Маша придвинулась ближе к креслу штурмана и вгляделась в плоские экранчики навигационной системы. Судя по всему, ни Казакову, ни пилотам не требовалось самостоятельно рассчитывать курс - это было сделано заранее. На центральном экране мелькали графики логарифмической программы, вступавшей в действие после активации автопилота. В задачу людей входило только оживить организм маленького корабля, потом же катер все делал самостоятельно. 	- Ну вот, - слегка гнусаво пробормотал лейтенант, - если продолжать ассоциации со Змеем Горынычем, мы начистили когти, развернули крылышки, хлебнули бензину и можем спокойно отправляться. 	- При чем здесь бензин? - не поняла Маша. 	- Драконы плюются огнем, - наставительно сообщил Казаков. - Это во всех сказках говорится. Наверное, они устроены по принципу огнемета - сначала выпьют горючего, а потом отрыгивают. 	- Чушь. - У Семцовой загорелись глаза. - Как ксенобиолог, могу сказать, что существо, похожее на гипотетического дракона из сказки, обитает на планетоиде LV-713 в системе Ориона и именуется Draco vivernus. Это по-латыни. Механизм огнеметания у этой маленькой ящерицы крайне прост, и она замечательно обходится без всякого бензина. У Draco vivernus есть особый орган, вырабатывающий метан, и вдобавок ящерки оснащены своего рода биологическим электрогенератором. Почти таким же, как у морских скатов или амазонских угрей. Особь выдыхает газ, затем следует воспламенение от искры... Получается маленький фонтанчик пламени. 	Казаков стоял скрестив руки и наклонив голову. 	- Маша, - проникновенно начал он, - это все ужасно интересно. Если хотите, я когда-нибудь непременно приду в университет на вашу лекцию, послушать, каких еще чудовищ породили Другие миры. Но, во-первых, мы сейчас вылетаем, и посему я просил бы вас отправиться в пассажирский отсек. Во-вторых, надо благодарить судьбу, что у наших зубастых приятелей с LV-426 нет подобных органов. В-третьих... А это еще что? 	Чуть левее от места пилота-навигатора находился терминал дальней связи - исключительно полезная вещь при полетах за пределами Солнечной системы. В отличие от космических кораблей, преодолевающих расстояние пусть через искривленное, но пространство, этот агрегат работал по совершенно иному физическому принципу. Пилот, находясь буквально в любой точке Вселенной, имел возможность мгновенно связаться с одним из центров транспортного контроля с помощью миниатюрного гравитационного привода. Среди непрофессионалов это устройство называлось "Портал" - в память телепортационных устройств, используемых волшебниками в старинных сказках и описанных многочисленными писателями-фантастами. 	Каково кратчайшее расстояние между двумя точками? Прямая? Ничего подобного! Оно равно нулю. Гравитационный привод, установленный на чашах антенн, сворачивал пространство в одной точке таким образом, что местонахождение антенны корабля и принимающего комплекса на Земле фактически совмещались. В результате чего сигнал моментально перемещался от передатчика к приемнику и обратно. К сожалению, подобный фокус пока можно было произвести только с объектами нематериальными, наподобие света или радиоволн, - молекулы любых органических или неорганических веществ при транспортировке через гравитационный привод разрушались. Кроме того, "Портал" мог открыть лишь минимальную червоточину в пространстве. Этот прибор был редким, дорогим, потребляющим массу энергии, и оснащенных им кораблей насчитывалось едва ли больше сотни. 	Однако дальняя связь сейчас молчала. Кто-то вызывал челнок с помощью направленного луча. Судя по частоте, с которой появлялся вызов, абонент был очень настойчив. 	- Не может быть. - Казаков плюхнулся в кресло и протянул руки к клавиатуре. Обернувшись, он крикнул пилотам: - Ник, быстро отследи источник! Капитан Реммер, перекройте все системы связи, кроме антенны, принимающей сигнал! 	Он нажал на клавишу ввода и, не глядя на стоящую за спинкой сиденья Машу, пояснил: 	- Это не могут быть свои - они взломали комплекс защиты от постороннего вмешательства... Значит, проникли в мозг корабля и лезут напрямую. Что за шутки? 	- Бибирев? - подняла бровь Семцова. - Какие-нибудь запоздалые инструкции? 	Пока загружалась программа визуальной связи, Казаков ответил: 	- Его высокопревосходительство понятия не имеет, что мы здесь находимся. Равно как и все правительство, учреждения госбезопасности и прочие структуры Империи. Нас вообще не существует, уяснили? Полная автономность. Диспетчерская служба "Форпоста" пребывает в уверенности, что к этому порту пристыкована какая-то перевозящая руду баржа. Именно ее код передается на центральный компьютер станции... 	Наконец появилось изображение. Казаков ошеломленно крякнул и шепнул под нос такую фразу, что Маша покраснела. 	Никакого лица абонента на мониторе не было. Вернее, было... Компьютерная анимация. Мультфильм. Картинка с добродушным розовощеким и шевелящим усами Дедом Морозом. Или, если угодно, Сайта Клаусом. Дед Мороз в красной, отороченной белоснежным мехом шубке сидел в ледяном кресле. В окошке его домика было видно северное сияние. У ног в валенках лежал большой мешок с подарками. 	- Что за...- нервно начал командир экспедиции, но Дед Мороз поднял затянутую в варежку ладонь и приветливо помахал ею. Над его головой появилась надпись, как в комиксе: 	"С прошедшим Новым годом, господин лейтенант!" Казаков покосился на Фарелла. Пилот разочарованно шепнул: 	- Эта сволочь ретранслирует луч через местный спутник связи, оснащенный "Порталом". Я не могу его засечь. 	"Ясненько, - подумала Маша. - Значит, наш снеговик может находиться и в соседнем комплексе "Форпоста", и на Земле, и вообще где угодно. Ну и ну!" 	"Откуда вы знаете, что я лейтенант?" - отстучал на клавишах Казаков. 	Дед Мороз беззвучно рассмеялся. Всплыли новые красные буквы: 	"На корабле работает видеокамера. Так что опознать вас и заглянуть в ваш послужной список - задачка для начинающего. Выйти через ваш компьютер к системе внутреннего наблюдения корабля не представляет особого труда. Не хотите, чтобы я вас видел, - выключите". 	Казаков дернулся было к клавише, но почему-то не стал ее трогать. Вместо 'этого он набрал: 	"Что вам нужно?" 	"Вопрос следует поставить по-другому: что нужно вам? На выбор - выполнить приказ, доблестно пасть, оказаться в руках противника и капитулировать или вернуться на Землю и попасть под огонь большого начальства. Нужное подчеркнуть". "Это угроза?" 	"Что вы как ребенок, насмотревшийся плохих боевиков? Это предупреждение. Мне, между прочим, от вашей гибели будет ни жарко ни холодно. А в самом неприятном случае господин Бибирев получит скандал на весь мир - русские убийцы варварски истребили мирную колонию. Представляете заголовки?" 	"Какую колонию?" - Лейтенант благоразумно сделал вид, что знать ничего не знает. 	"Не прикидывайтесь, я говорю совершенно серьезно". 	"Если серьезно, - яростно отбил Казаков, - ты бы, приятель, представился и показал свою настоящую рожу вместо этой дурацкой картинки. Конец связи". 	Прежде чем лейтенант отключил терминал, появилась последняя надпись: 	"Не жалуйтесь потом, что вас не предупреждали!" 	Добродушный Дед Мороз на мониторе внезапно превратился в черный скелет, закинувший ногу на ногу, а подарочный мешок обернулся пороховой бочкой с горящим фитилем. На округлом боку бочонка почему-то был нарисован маленький звездно-полосатый флажок. Фитиль догорел, бочка взорвалась, беззвучно полыхнув оранжевым и белым цветом. 	Экран погас.
	ГЛАВА ПЯТАЯ.	КОРАБЛЬ, КОТОРОГО НЕТ 	Ориентировочно - 24/25 января 2280 года, где-то в Дальнем космосе
 	Если бы в радиусе, достаточном для визуального контакта, очутился какой-нибудь военный или торговый корабль, а его капитан вздумал бы выглянуть в иллюминатор, то таковой капитан несказанно бы удивился. 	От одного из многочисленных портов искусственной планеты "Форпост-1" отделился небольшой крутобокий катер типа "Морана" без опознавательных знаков. Система транспортного контроля, проверив этот объект, честно известила бы интересующихся - перед вами австрийский лихтер "Дунай", направляющийся с грузом ванадиевой руды на перерабатывающий завод в Солнечную систему. Тот факт, что "Морана" имела к лихтерам такое же отношение, какое балетная труппа Мариинского театра к производству крепких спиртных напитков, как-то ускользнул от внимания системы. Как и то, что катер направлялся куда угодно, только не к Земле. 	"Форпост" выпустил странный борт за пределы охраняемого кольца вокруг станции, в центре управления которой внезапно забарахлили определители массы (кто же будет следить за каким-то неприметным оператором из службы навигации, нажавшим не ту клавишу?), а затем черный кораблик начал все быстрее и быстрее уходить от системы Проксимы Центавра. Приблизительно через полтора часа приборы "Форпоста" зафиксировали мгновенный всплеск квантового излучения, свидетельствующий о том, что неподалеку некий объект пересек световой барьер и исчез из зримого мира. 	Небольшая голубовато-белая Проксима не обратила на столь ничтожное событие никакого внимания, занятая любимым развлечением - на поверхности звезды зарождались несколько гигантских протуберанцев. Где-то позади теплым желтым огоньком сияло столь близкое от первого форпоста цивилизации людей Солнце. Одним словом, Вселенная пребывала в своем обычном состоянии полусна. 	А на десантном катере "Триглав", как выразилась консультант-ксенолог Мария Семцова, царили страсти в духе Ф. М. Достоевского. 	- За ноги вашу мамашу! - ярился Казаков. Остальные с пиететом внимали. - Мне еще в Академии говорили - не лезь в большую политику, пропадешь! 	На закрытое экстренное совещание в тесной пилотской кабине были приглашены только офицеры, Маша Семцова да доктор Гильгоф, как человек из ближайшего окружения адмирала Бибирева. Все-таки он работал на Контору уже долгие годы и мог хотя бы предположить, что означают подобные выверты. 	Под словом "выверты" понималось следующее. После того как закончился разговор с футуристическим Дедом Морозом, явившимся на челнок с помощью направленного трансляционного луча, и старта "Триглава" с орбитальной станции, события вроде бы вошли в надлежащую колею: как и обещал адмирал, катер не был задержан в пределах границы обитаемого мира, никто на "Форпосте" и ухом не повел, что все судовые файлы системы опознания "свой-чужой" являются виртуозной подделкой. Сам "Триглав" преспокойно начал разгон до скорости света. 	Как известно, уходя в глубины гиперпространства, корабль превращается в блуждающий атом, находящийся во "второй Вселенной", в ином плане бытия. Реальность мира сохраняется только под защищенной гиперполем оболочкой модуля, а что творится снаружи - неизвестно. Ну не поддавалась изучению эта область... Доподлинно были установлены лишь несколько аксиом: радиоволны тут не проводятся, свет, пространство и время невероятно искажаются, а следовательно, никакая связь с настоящим материальным миром невозможна. Не работает даже система "Портал". 	Именно поэтому лейтенант Сергей Казаков, как начальник сомнительной экспедиции, принял решение вызвать большое начальство, курирующее операцию "Рюген", на аварийной частоте до момента гиперпрыжка. 	Результаты вызова оказались не просто сногсшибательными, а шокирующими в степени N. 	Безусловно, Казаков и его прямой помощник, германский капитан Реммер, отлично знали, что, если "Триглав" выйдет на связь обычным образом, любая служба транспортного контроля Российской Империи заявит: "Подобного корабля в регистрах не значится", а затем, чего доброго, натравит на неизвестных патрульный рейдер, дабы проверить - что за птичка порхает там, где ее принципиально не должно быть? 	Однако существовал запасной вариант, предусмотренный на случай самых чрезвычайных ситуаций. Через сложную систему кодирования и разрешения доступа можно было выйти лично либо на самого адмирала, либо на руководителя проекта со стороны Германии генерал-майора Отто Дитриха. Казаков счел, что экстремальная ситуация наступила. Имелось неопровержимое свидетельство, что операция "Рюген" рассекречена. Что самое обидное - не после ее завершения, но в самом-самом начале. 	Дед Мороз доказал это так же просто, как бином Ньютона. 	У Семцовой возникли смутные подозрения - не вмешался ли снова Удав Каа? Все-таки он узнал о намерениях Бибирева в тот же самый день, когда состоялось совещание в Зимнем дворце... Кроме того, адмирал упомянул, что таинственный Машин собеседник является не только хорошим программистом, а, скорее, компьютерным гением. Лишь подобный человек мог походя взломать систему зашиты бортового мозга "Триглава" и, плюнув на все шифры и кодировки, выйти на прямую связь. Если эта нелепая выходка с Дедом Морозом и грозными предупреждениями действительно была устроена Удавом, то возникает крайне неприятный для всех членов экспедиции вывод: ему на самом деле требовалось срочно предупредить экипаж "пиратского" катера. Но предупредил он самым странным образом. Проще было самому сесть перед видеокамерой и все объяснить. 	Или Удав {если это, конечно, он) так боится своего явления миру? Все одно - можно было придумать более серьезный способ общения. 	Система мгновенной связи "Портал" немедленно соединила лейтенанта Казакова с управлением государственной безопасности в Петербурге, но... 	Аудиовизуальный разговор был следующим. 	- Код двадцать шесть - ноль-семь. Тема "Богомол". Пароль доступа - "Ледяная шапка", - отрапортовал Казаков появившемуся на экране мрачному мужику в штатском. Судя по всему, оператору-связисту управления. 	Последний или был хорошим актером, или действительно опешил. Было видно, как оператор вытаращил глаза, покосился куда-то в сторону, видимо на монитор, где высвечивались данные абонента, и наконец грозно вопросил: 	- Вы кто такие? 	- Код двадцать шесть - ноль...- начал повторять лейтенант. Его прервали. 	- Эта система кодирования, мил человек, - ядовитым голосом перебил Казакова оператор, - изменена полтора года назад. Ты что, из черной дыры вывалился? Крутой хакер, да? Давно по мозгам не получал? Ты понимаешь, куда влез, мудак? 	Физиономия лейтенанта вытянулась. 	- Мне нужно поговорить с адмиралом Бибиревым...- неуверенно заявил он. 	- А может быть, с самим императором? - Судя по изображению, человек на Земле гонял трекболом курсор по экрану соседнего компьютера, пытаясь дознаться, откуда идет сигнал.- Та-ак... 	Последовала пауза. Казаков ждал. 	- Ты, красавец, находишься на незарегистрированном корабле в районе Проксимы Центавра, - наконец радостно выдал оператор. - Сторожевой рейдер Вооруженных сил уже выслан с базы "Форпост" для вашего задержания. Удачи! В следующий раз думай, прежде чем соваться куда не просят! 	Связь обрубилась. 	Надо было видеть лица Казакова, обоих пилотов и Маши, присутствовавшей при этом диалоге. 	- Что же теперь делать? - несколько растерянно спросила Семцова. 	Вместо ответа лейтенант попытался наладить связь на аварийной частоте командного центра стратегических сил, но ответа от армейского компьютера не дождался. При попытке войти в систему немедленно срабатывала блокировка связи и высвечивалось ярко-красное предупреждение "Неверная кодировка". 	- Они действительно отправили вслед за нами патрульный корабль, - меланхолично сообщил Фарелл, косясь на радар. 	- Не догонят, - уверенно ответил капитан Рем-мер. - Мы уже почти разогнались до световой. Прыжок через восемь минут. Герр Казаков, принимайте решение. 	Легко сказать - принимайте решение! Малоприятные странности, сопровождавшие вылет с "Форпоста", обескуражили лейтенанта. Адмирал Бибирев много раз давал понять, что операция "Рюген" не просто секретна, а как бы вообще не проводится. Нет такого проекта. И корабля "Триглав" нет. А лейтенант Космического корпуса С. В. Казаков в данный момент находится в отпуске. Отдыхает в пансионате на Рыбинском водохранилище под Москвой. Понятно? 	"О какой секретности может идти речь, черт возьми? - Казаков молча пялился в темный монитор. Остальные выжидающе глядели на него. - Даже не смешно! Безусловно, я сам, к примеру, хотел, чтобы с нами отправился Фарелл, но я не понимаю адмирала, который согласился с присутствием подданного другого государства у нас на борту. Ладно тевтоны - они хоть союзники и взяли на себя часть обеспечения проекта. И дальше? Этот дебильный Дед Мороз, мать его... Такое впечатление, что о "Рюгене" знает вся ойкумена, а наши имена сейчас фигурируют в заголовках всех сводок новостей. Какого ляда они бросили нас?" 	Под словом "они" лейтенант подразумевал родимое Министерство обороны и Контору адмирала Бибирева. 	Дело в том, что названные оператору-связисту госбезопасности коды и пароли просто не могли не работать! Их не могли отменить "полтора года назад" - они были введены одновременно с началом операции. Казаков с помощью этой системы еще с борта станции "Гэйтуэй", висящей на орбите Земли, связывался с управлением и коротко доложил, что все в порядке! Почему не отвечает центр командования стратегическими силами? Система электронных паролей достаточно сложна, разумеется, и изменяется постоянно, в соответствии с принятым алгоритмом, но достаточно однажды зазубрить его, чтобы в любой день и в любое время выйти на связь. А тут - гробовое молчание. В доступе отказано. Вот. 	- Шесть минут, - нейтральным голосом напомнил Реммер. - Патрульный рейдер не приближается. Идет следом за нами. 	- И с его борта стартовали четыре истребителя. Собираются взять нас в клещи, - заметил пилот-англичанин. - Странно, но нет никакой команды остановиться. Такое впечатление... 	- Такое впечатление, - продолжил за Фарелла Казаков, - что они с ненавязчивой наглостью выдворяют нас из системы Проксимы. Мол, господа, убрались бы побыстрее. А вот интересно... 	Он быстро щелкнул несколькими переключателями на терминале связи и идентифицировал корабль-преследователь. За "Триглавом" шел легкий сторожевой рейдер Российского флота "Казань". 	Лейтенант хитро глянул на пилотов, успокаивающе похлопал Машу по ладони и, когда монитор выдал надпись: "СВЯЗЬ УСТАНОВЛЕНА", жалобным голосом прокричал в микрофон: 	- Говорит лихтер "Дунай". В чем, простите, дело? Если это необходимо, мы прекратим разгон и остановимся для досмотра. Подготовьте, пожалуйста, стыковочные шлюзы. 	Никакого ответа. Сканирующее окружающее пространство устройство показало трехмерную картинку: военный корабль поотстал, зато четыре истребителя, выжав из двигателей всю возможную мощь, приближались быстрее и быстрее. "Триглав" слегка вздрогнул, истошно заверещала система безопасности корабля. Автоматически включилась магнитная защита. Капитан Реммер выругался по-немецки. 	Маша, забеспокоившись, глянула на передние иллюминаторы. Среди звезд мелькали синеватые молнии, исчезавшие где-то далеко впереди, в черноте. 	- Какие нахалы! - возмутился Казаков и почему-то заулыбался. - Нет, подумайте только - предупреждающий выстрел по корпусу, а затем... Сами видите. 	Истребители по-прежнему держались в восьми-девяти милях позади, продолжая активно постреливать плазменными разрядами, проходившими совсем рядом с бортами "Триглава". Будто предупреждали: еще раз заведете разговор о капитуляции - будет хуже. 	- Нас на самом деле вытолкали за дверь, - нервно хихикнул германский капитан. - Прыжок через полторы минуты. Господа, быстро по местам! 	И глянул на Казакова. Тот кивнул. Маша едва не бегом бросилась в свой отсек, чтобы занять кресло. 	Черный, почти неразличимый в ночи космоса силуэт, казалось бы, не двигался относительно звезд. Но это только на первый взгляд. "Триглав", используя подконтрольную человеку цепную реакцию в плутониевых стержнях реакторов, мчался вперед с умопомрачительной скоростью. Постепенно его корпус начал окутываться туманным радужным ореолом генерируемого мозгом корабля гиперполя, полыхнули бело-оранжевым сопла двигателей последней ступени. На миг моргнула точечная вспышка, вокруг которой начала распространяться заметная глазу кольцеобразная ударная волна световых частиц. "Несуществующий" катер бесследно исчез из материальной Вселенной. 	Четыре остроносых истребителя, прошив постепенно растворяющуюся в вакууме волну света, изящно развернулись, описав дугу, и направились к сторожевому кораблю. Выполнивший свою задачу рейдер заскользил в пространстве обратно к станции "Форпост-1". 	- Правильно, правильно, в большую политику лезть совершенно не следует. - Веня Гильгоф держал в руке термос с чаем и поглядывал в иллюминатор, за которым бушевал какой-то безумный синевато-бело-желтый вихрь из смешанного светового потока бесчисленных звезд. Выглядело красиво, но жутковато. "Триглав" уже больше часа двигался в гиперпространстве. - Сергей, вы читали Тору? Ах нет? Плохо... Умная книга, я вам скажу. Помнится, Моисей - ну, о нем-то вы наверняка слышали? - изрек однажды: "Даров не принимай, ибо дары слепыми делают зрячих". 	- И что? - буркнул Казаков. - Доктор, вы по делу говорите, а не цитируйте Тору. 	- Кто вам сказал, будто я ее цитирую, это я просто, к слову, - возмутился доктор неведомых наук. - Поверьте, я очень уважаю нашего очаровательного 	адмирала - в конце концов, он кормит меня и мою семью. Но посудите сами - сколько упомянутых даров мы получили? Я имею в виду - вообще? Сейчас под подарком можно понимать все, что угодно. Начиная от этого не слишком шикарного, но крепкого и надежного корабля, предупреждения Деда Моро 	за, странного поведения рейдера патрульной службы Проксимы Центавра и заканчивая некоторыми другими малозначительными деталями. Я уж не говорю 	о недвусмысленном отказе Николая Андреевича Бибирева беседовать с вами. От такого количества подарков действительно может закружиться голова, и из зрячих мы постепенно станем слепыми. Мы не напуганы, мы удивлены. Удивление приводит к замешательству. Замешательство - к потере способности адекватно оценивать ситуацию. Отсутствие адекватной реакции - слепота. Видите, как прав был старик Моисей? 	- А применительно к этому моменту у вас нет соответствующей цитаты? - усмехнулась Маша. Из-за тесноты пилотской кабины ей пришлось усесться на подлокотник и держаться за плечо лейтенанта. 	- Есть, - согласился Гильгоф. - Только не из Торы. Из христианского Нового Завета. "В начале было Слово". Не будем толковать это с теологической точки зрения, глянем прагматически. Слово подразумевает общение. Общение - обмен информацией и анализ таковой. Кто имеет сказать что-нибудь умное? 	Воцарилась настолько долгая тишина, что Семцова про себя рассмеялась: "Судя по общему молчанию, ничего умного породить мы не можем". 	У двери почти незаметно нарисовался Бишоп, хотя его вовсе не приглашали. Однако никто не был против его присутствия. 	- Давайте сделаем так, - наконец подал голос Казаков. - Пусть каждый из офицеров и научных сотрудников выскажет свое мнение о происходящем. Вспомнит любые детали, которые могут хоть как-то пролить свет на наше положение. Знаете, господа, я, да и, наверное, большинство находящихся здесь военных привыкли мыслить простыми и ясными категориями: у нас есть приказ и мы должны его выполнить. Собственно, за жизни людей в погонах я не боюсь. Как-никак мы профессионалы. Но странности, сопровождающие эту операцию, заставляют меня беспокоиться о гражданском персонале... 	Говорили долго, зачастую (по мнению Маши и Казакова) разводя ненужное словоблудие. Слава Богу, никому и в голову не пришло оспаривать приказ руководства. Семцова рассказала об Удаве Каа, странном нападении на машину по дороге в аэропорт и своих мыслях о Деде Морозе, вернее, о его происхождении. 	Бишоп с обычным невозмутимым лицом поведал о непонятных закулисных интригах в исследовательском центре в Цюрихе. По его словам, начальство биологического отдела комплекса ООН ни в коем случае не хотело отпускать его по запросу адмирала Бибирева, изящно замаскированному под заявку Московского университета и кафедры ксенологии, выпрашивающей андроида "для консультаций по вопросам чужой жизни". В конце концов, Бишоп был только машиной, вещью и не имел права самостоятельно распоряжаться собой. 	В самый последний момент все вдруг резко переменилось. К директору исследовательского комплекса Организации явились какие-то господа (не славяне, как педантично уточнил Бишоп. Незнакомцы изъяснялись на слишком чистом английском языке без минимального акцента, который андроид обязательно распознал бы). Спустя час Бишопа отправили в аэропорт, и вскоре он уже оказался на станции "Гэйтуэй", где его встретили люди адмирала Бибирева. 	Капитан Карл Реммер, подумав, сообщил, что в специальных подразделениях ВВС Германии циркулируют смутные слухи о некоей частной организации, не зарегистрированной ни в одном из государств мира. Коммерция, собственный флот, не всегда законный бизнес (наподобие торговли оружием или сильнодействующими химическими средствами)... Разумеется, об истинном владельце или владельцах никто не знает, все операции проводятся через подставных лиц. Спецслужбы Кайзеррейха несколько раз пытались раскрыть эту гигантскую, судя по всему, сеть, но не преуспели. 	Доктор Гильгоф, выслушав немца, задумчиво почесал подбородок. 	- Ну-у, знаете, герр гауптман, про такие организации ходили слухи во все времена. Тамплиеры, розенкрейцеры, мафиозные структуры вроде Коза Ностры, японской Якудзы или шанхайских Триад... Ладно, думаю, господин Бибирев не будет меня ругать, если я сейчас раскрою часть маленькой государственной тайны. К сожалению, я сам этими вопросами никогда не занимался, только слышал от коллег... Сейчас развитие, точнее, совершенствование техники достигло того уровня, когда индивидуум, обладающий достаточными средствами, может стать независимым от любого государства или мощной финансовой организации. Я подозреваю, что подобные люди существуют. Некоторые, развлечения ради, поддерживают экстремистские движения наподобие "Нового Джихада" - как думаете, откуда у исмаилитов берутся огромные деньги для проведения своих операций? Некоторые просто маются дурью - слышали, как в Австралии осуществлялся проект орошения пустыни Гибсона? 	- Оросили? - подняла бровь Маша. 	- Нет, - хихикнул доктор. - Вложили полтриллиона долларов, вызвали экологическую катастрофу, но бананы там как не росли, так по-прежнему и не растут... Слушайте дальше. Подозреваю, что в нашу историю вмешался некто третий. Я понятия не имею, что он собирается делать: противодействовать, сотрудничать или просто валять дурака за наш счет. 	- Верно-верно, - вскинулась Семцова. - Мне еще адмирал говорил о неких, как он выразился, внегосударственных силах. Веня, то, что вы рассказали о независимых индивидуумах, наводит именно на такую мысль. Но черт побери, доктор, как может человек, пусть даже владеющий серьезной и, наверное, законспирированной организацией, помешать спецслужбам такой великой державы, как Российская Империя? 	- Кто вам сказал, что он будет мешать? - развел руками Гильгоф. - Кроме того, если этот человек достаточно богат, влиятелен и независим, его самолюбию будет льстить соперничество с могучими конторами наподобие нашего ГБ, разведывательного управления Америки или тайной службы Кайзеррейха. Вы не предполагаете, что сей джентльмен из неких личных побуждений начнет помогать потерпевшим неудачу сотрудникам одной из спецслужб? По-своему, конечно. Честно признаться, я бы обратил самое пристальное внимание на предупреждение Деда Мороза. 	- Мне тоже очень не понравилась пороховая бочка с американской символикой, - мрачно сказал Казаков. - Что это может означать? То, что американцы собираются применять Чужих в качестве биологического оружия? Или что мы летим прямо к ним в лапы? Теоретически, если наш таинственный абонент знает об операции "Рюген", о ней могут знать и янкесы. Вдруг он и им подбросил информацию? Хочет столкнуть нас лбами, а сам будет сидеть в первом ряду партера и посмеиваться над этой комедией. 	- Ой, не будем углубляться в семиотику! - воскликнул Гильгоф. - "Тайны символа пороховой бочки"! "Сакральное значение фигуры Деда Мороза"! Не смешно. Собственно, наша задача предельно ясна: прибыть на место, вам, господа военные, исполнить свой долг, мне и госпоже Семцовой - свой. Вернемся в Солнечную систему, тогда и будем разбираться, что произошло и почему Контора Бибирева нас бросила... 	- Почему мы так уверены, что военная разведка Рейха и тайная полиция Российской Империи отвернулись от нас? - поднял руку капитан Реммер. - В принципе, мы действительно находимся в автономном плавании и нас предупреждали, что такое может произойти. Откуда мы знаем, вдруг герр адмирал и господин фон Эшенбург продумали еще несколько систем дублирования и безопасности специально для нашего отряда? 	Казаков потер ладонью лоб и, соглашаясь, произнес: 	- Логично... Если и дальше развивать теорию негласных операций, то, может быть, нам отведена роль группы прикрытия, а основную задачу будут выполнять совсем другие? 	- Если не ошибаюсь, - вкрадчиво начал Бишоп, - единственными людьми, общавшимися с Чужими, являемся мы. Даже ходячему калькулятору наподобие меня известно, что конторы и их руководители просчитывают свои шаги на много ходов вперед. Я не сомневаюсь, что мы еще поучаствуем в истории с исследовательской лабораторией на Гамме Феникса. Пока, согласитесь, мы ничего предпринять не можем. Господин Реммер упомянул об автономном плавании? 	Отлично. Следовательно, наши действия непредсказуемы. Я предлагаю в ближайшие часы лечь спать, а уже по прибытии на место оценивать ситуацию. 	На том и порешили. Зачем лишний раз забивать себе голову и беседовать ни о чем, строя самые безумные предположения? У военных - приказ, который они обязаны исполнить. А на лирические переживания гражданского персонала можно просто не обращать внимания. 	Через два часа люди уже находились в гибернационных капсулах. По корабельному времени лететь до Гаммы Феникса оставалось двести девяносто часов. Или чуть более двенадцати суток. 	Бишоп, естественно, спать не укладывался. Электронно-биологический организм не нуждался в отдыхе, и андроид был оставлен Казаковым следить за системами корабля в ожидании прибытия к отдаленной звезде. 	Лампы освещения на "Триглаве" погасли, короткий коридорчик и небольшие помещения погрузились в полутьму. Где-то позади мерно шумели двигатели. 	Андроид Бишоп играл в трехмерные шахматы с центральным компьютером корабля и пока одерживал верх. Искусственный мозг "Триглава", занимая на игру только одну пятисотмиллионную часть своей памяти, вел катер к Гамме Феникса. 	Известно, что расстояние, именующееся "световой год", приблизительно равняется трем с половиной триллионам километров. Очень немного по меркам Вселенной, но для человека - головокружительно и фантастично. Остается только увеличить эту цифру в двадцать раз, и станет ясно, насколько далеко от Земли находится искомая навигационной системой катера "Триглав" звезда. 	Люди никогда не сумели бы выйти в области Дальнего космоса и посетить миры, расположенные дальше, за Сириусом, солнцами созвездия Центавр или иных ближайших звезд, не появись теория англичанина Эндерби, а вслед за нею - редкие по своей простоте и одновременно остроумию устройства, генерирующие защитное поле для искусственных объектов, оснащенных гиперпространственными двигателями! Именно благодаря гиперполю земные корабли "выталкивались" в момент пересечения светового барьера во "вторую Вселенную", а ее странные законы позволяли им увеличивать скорость движения до совершенно немыслимых пределов. 	Расстояния, которые световые кванты преодолевали с быстротой, доступной только элементарным частицам, почти перестали существовать для человека. Что такое скорость света? Ничто. Квант ползет как черепаха. Его скорость фиксирована - 300 тысяч километров в секунду. Уйти в гиперпространство он не может, а посему даже на' плевое расстояние от Сириуса до Земли ему приходится тратить аж целых семь лет. Но если бы помянутый квант пересек невидимую границу, а что самое главное - знал, как покинуть область, лежащую за пределами материального мира, он мог бы вольно путешествовать от Земли к любой звезде или системе Галактики Млечный Путь, а то и всей Вселенной. Как человек. 	...Бишоп находился в странном, присущем лишь биороботам, состоянии между сном и явью. Его периферические синапсы отдыхали, тело было расслаблено и бездействовало. Сторонний наблюдатель, не знавший, что перед ним робот, мог подумать: "Человек устал и уснул прямо в кресле". 	И был бы не прав. Андроиды никогда не спят, отрешившись от всего сущего. Создатель этой серии биороботов, покойный мистер Рональд Хиллиард, не мог допустить, чтобы его почти совершенные творения уставали и тратили время на такую ерунду, как отдых. Но "Бишопы" вдобавок были разумными (точнее, крайне удачно имитирующими разум) созданиями и во время, когда их услуги людям не требовались, просто экономили энергию - биомеханический организм не оснащен таким устройством, как ядерный реактор, и все силы для постоянного функционирования добывает от постоянно происходящих в его искусственных клетках химических реакций. Почти таких же, как у человека, но гораздо более активных. Поэтому, кстати, и температура тела у андроидов чуть выше, чем у людей. Искусственный организм - это своего рода маленький химический завод. 	По прошествии двенадцати полных суток, во время которых центральный компьютер "Триглава" спокойно и невозмутимо направлял десантный катер сквозь незримый мир гиперсветовых скоростей к отдаленной планетной системе, Бишопа из заторможенного состояния вывел мигающий зеленый сигнал на главном терминале мозга корабля. 	"ПЕРЕСЕЧЕНИЕ СВЕТОВОГО БАРЬЕРА ЧЕРЕЗ ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ МИНУТ. ЗАМОРАЖИВАЮЩИЕ КАПСУЛЫ ПОСТАВЛЕНЫ НА РАСКОНСЕРВАЦИЮ. СОСТОЯНИЕ ЭКИПАЖА УДОВЛЕТВОРИТЕЛЬНОЕ. СПАСИБО". 	- Пожалуйста, - почему-то вслух ответил Бишоп. 	Сейчас ему надо было заняться самым обычным делом: приготовить еду на полтора десятка человек, потом проследить, как проходит адаптация экипажа, выведенного из анабиоза, а затем взяться за свою стандартную работу техника-консультанта. Андроид спокойно относился к тому, что предстоит сделать, - он сумел изжить страх перед чужими существами, столь явно дававший знать о себе во время давнего путешествия вместе с Эллен Рипли и взводом морской пехоты к Ахеронту. Наоборот, теперь ему было интересно. Недаром Бишоп больше полугода работал в Комитете по биологической безопасности ООН и лаборатории, изучавшей тела Чужих, привезенные из последней, крайне неудачной, экспедиции. 	А теперь он узнает, что его бывшие владельцы - министерство обороны США и Компания "Уэйленд-Ютани" - сумели усмирить буйных чудовищ, загнать их в клетку и исследовать не мертвые организмы, а живых особей. Любопытно, как это у них получилось?.. 	Андроид подумал, что сам все увидит. Ему пока не объясняли всех целей операции, проводимой русским правительством, и его несколько смущало присутствие военных ("Что они еще придумали?"), но Бишопу было приятно, что он снова будет работать с госпожой Семцовой, показавшей себя на LV-426 с лучшей стороны, и таким спокойным человеком, как лейтенант Казаков. Конечно, последний был "спокойным" только с точки зрения людей, а андроида иногда удивлял некоторой импульсивностью и неадекватностью решений, но он же человек. Существо несовершенное и действующее не по законам логики, а руководствующееся эмоциями. 	Капсулы анабиоза раскрылись, когда "Триглав" уже начал торможение в пространстве, окружавшем звезду Гамма Феникса. Поскольку четкий ориентир задан не был, бортовой мозг вывел корабль на высокую орбиту близлежащей планеты - сиренево-розового газового гиганта с бурлящей атмосферой. 	- Ну-с, господа, и что мы имеем? 	На этот раз собрались в научном отсеке. Здесь хотя бы можно было присесть и не толкаться. Казаков позвал своего германского коллегу из группы по борьбе с терроризмом, сержанта Ратникова и, разумеется, весь персонал "высоколобых", включая обоих врачей. Остальных военных и двух пилотов попросили пока не входить. Бишоп присутствовал на правах наблюдателя. 	- Холодно, вот что мы имеем, - пожаловался доктор Гильгоф. - Между прочим, в космосе я бывал, но никогда не покидал пределов Солнечной системы. И уж, конечно, не ложился спать почти на две недели в этот гроб, залитый ледяной слизью! 	- А я, наоборот, отлично выспалась, - пожала плечами Маша. 	- Еще бы, - проворчал ученый сварливым голосом, - беспробудно дрыхнуть почти триста часов! Можно отоспаться на несколько лет вперед. 	Логинов с медтехником молчали и чуть кривились. Занудство Гильгофа им уже начало надоедать. То ему то не так, то ему это неправильно: на компьютере установлена устаревшая версия программы лазерного сканирования пространства, кофе из автоповара отдает явным суррогатом и тому подобное. 	- Закончим прения, - повысил голос лейтенант. - Вениамин Борисович, у нас просто нет времени. Вы все-таки у нас специалист, уже провели кой-какие исследования... Вот и скажите, каковы результаты. 	Гильгоф с мрачным выражением на лице включил громадный монитор, на котором тотчас появилось схематическое изображение звездной системы. Вокруг крупного желтого солнца вращалась дюжина планет самого разного вида. 	- Итак, перед нами Гамма Феникса. Кто хочет посмотреть модель в натуральную величину - выгляните в иллюминатор. Насколько я понимаю, мы ищем человеческое поселение? 	- Причем замаскированное, - любезным шепотом добавил Казаков. 	- Именно! Планет двенадцать. Поскольку район этого созвездия находится на отшибе и за пределами внешнего обитаемого кольца, официально зарегистрированных колоний здесь нет. Встает вопрос - где может обитать человек, не подвергая себя особому риску в виде мощного солнечного излучения, капризов погоды, перепадов температур или вулканической активности? 	- Наверное, - робко вставил медтехник, - нужно сразу отбросить самые дальние планетоиды. Очень холодно? 	- Сообразительный молодой человек, - улыбнулся доктор Гильгоф. - Далеко пойдете. Еще мнения? - Люди не могут жить на газовых гигантах, а их здесь целых пять,- высказался немецкий обер-лейтенант. 	- Но на их спутниках - вполне,- дополнил Казаков. - На спутниках Юпитера в нашей Солнечной системе полно колоний. 	- Еще? - наклонил голову ученый. 	- На двух планетах, располагающихся ближе всего к звезде,- высказалась Маша.- Чрезвычайно мощный фон излучения, и, в отличие от дальних миров, там невероятно жарко. Как у нас на Меркурии. 	- Пять баллов, - согласился доктор. - Что же в таком случае остается в активе? Из полной дюжины спутников Гаммы Феникса мы вычитаем пять газовых шаров, две жарких и три холодных планеты, и остается... 	- Два искомых мира! - радостно воскликнул Ильин. - Верно. 	- Да,- удовлетворенно кивнул Гильгоф и, поводив мышкой по столу, выделил изображения двух достаточно крупных сфероидов. - Прошу любить и жаловать. Планеты LV-932 и LV-934. В миру носят запоминающиеся названия Сцилла и Харибда. Остальные объекты этой звездной системы тоже называются по именам всевозможных мифологических чудовищ. Видимо, первые исследователи были изрядными знатоками древнегреческих и римских баек о монстрах. 	- Между прочим, - преувеличенно зловещим голосом заметил лейтенант, - Чужих впервые нашли на планете, называвшейся Ахеронт. Ни о чем не говорит? 	- Только о скудости человеческой фантазии, - отмахнулся Гильгоф. - Хотя ассоциация великолепная - путешествие от Ахеронта к Сцилле и Харибде. У человека с воображением мороз по коже будет драть от подобного сочетания. Ладно, слушайте дальше. 	Картинка, разделившись на две части, значительно увеличилась. При осмотре можно было видеть, что Харибда является красновато-бурой планетой, несколько смахивающей на Марс с крайне нестабильной атмосферой и двумя гигантскими шапками льда на полюсах. 	- Эта красная красавица, - увлеченно повествовал Гильгоф, - теоретически подходит для колонизации. Воздух пригоден для дыхания человека, есть вода. Температурный режим неплох, особенно на границе субтропической и полярной зон. Суточные перепады всего в пятьдесят-шестьдесят градусов... 	- Ничего себе "неплох"! - возмутился доктор Логинов. - Днем вас зажарят, а ночью вы замерзнете! Что же там творится на экваторе? 	- В полдень, - пояснил ученый муж из таинственной "Калуги-9", - температура повышается до ста пятидесяти градусов по шкале Цельсия. Можно отправляться загорать. Кроме того, Харибда славна тектонической нестабильностью, громадными вулканами - хотя именно благодаря им на планете кислородная атмосфера - и невероятно мощными ураганами. Лабораторию там, конечно, спрятать можно. К примеру, в районе полюсов на снежно-ледяных куполах. Температура почти постоянная, то есть близка к абсолютному нулю. 	- Смеетесь? - фыркнул Казаков. Он со все большей внимательностью приглядывался ко второй планете, медленно вращавшейся на экране. - Да никакие конструкции не выдержат таких температур! 	- Итак. - Гильгоф не обратил на него никакого внимания и, взяв лазерную указку, направил красноватый лучик на LV-934. - Теперь перейдем к не менее симпатичному чудовищу Сцилле. Будь я на месте руководства "Уэйленд-Ютани" или любой другой, не менее серьезной организации, построил бы исследовательский комплекс именно здесь. 	- Объясните, - попросил молчаливый немецкий обер-лейтенант. 	- Очень просто.- На лице Гильгофа появилось вдохновение.- Да, планета холодная. Да, количество солнечной энергии, получаемой ею, минимально. Но есть множество располагающих к себе факторов. Кислородно-азотная атмосфера как самый главный параметр существования наших, человеческих, организмов. Во-вторых, Сцилла - старая планета, полностью сформировавшаяся. Никаких вулканов, никаких подвижек земной коры, а следовательно, землетрясений, крупных оползней и прочих связанных с ними удовольствий. В связи с малым количеством испарения с поверхности и холодным воздухом циклоны и антициклоны спокойны. Серьезные бури возникают только в районе экватора. Скалы покрыты снегом и льдом. Есть развитая жизнь. Мария Викторовна, может быть, вы что-нибудь добавите из своей области знаний? Как ксенобиолог? 	- Ну-у... - Маша подняла глаза к потолку, вспоминая все сведения о системе Гаммы Феникса. - Не ошибусь, если скажу, что Сцилла очень давно породила свою жизнь в виде некоторого количества безопасных для человека вирусов, паразитирующих на растениях и водорослях. Океаны крупные, однако находятся под коркой льда, отчего вода на несколько градусов теплее... Последний раз исследовательская экспедиция Центра биологии ООН была на LV-934 лет двадцать назад. Они нашли кое-что по мелочи... 	- Точнее, пожалуйста, - вежливо попросил Казаков. - Мне бы не хотелось столкнуться на поверхности с чем-нибудь зубастым и агрессивным наподобие белого медведя или саблезубого мамонта. 	- Не говорите ерунду, Сергей. Какие мамонты, тем более саблезубые? - поморщилась Семцова. - Этот древний мир, может быть, и сохранил некоторые реликты из эпохи, предшествовавшей глобальному оледенению, но могу вам гарантировать, что наши ученые не находили на Сцилле никаких животных крупнее рептилий длиной с ладонь. Полагаю, что эволюция на планете прекратилась, когда наступило резкое похолодание. Вероятно, оно было вызвано падением очень крупного метеорита... 	- А что там могло жить до похолодания? - насторожился Гильгоф. - Наверное, исследовательские экспедиции не особо углублялись в подробности местного бытия? Прилетели, констатировали, что имеется жизнь, основанная на углероде, взяли пробы вирусов и смотались на Землю - отдыхать от зверского холода? 	Маша немножко смутилась. Безусловно, очень многие миры, открытые человеком, никогда не исследовались досконально. На это требуется много времени и еще больше денег, которыми не располагали ООН или правительства великих держав. Если бы человек вздумал тщательно обшарить все пригодные для его существования планеты, людское сообщество пошло бы по миру - мало кто знает, в какую гигантскую сумму обходятся подобные экспедиции, проводящиеся под лозунгом "Знание ради знаний". 	- Если предположить, - осторожно начала Маша, - что пятнадцать-двадцать тысяч лет назад на поверхности Сциллы существовала развитая жизнь, останки которой сейчас погребены под ледниками и снежным покровом, то я думаю... Возможно, мы увидели бы нечто похожее на нашу мезозойскую эру. Об этом говорит одно только наличие многоклеточных организмов, доселе выживших. Скорее всего, эволюция Сциллы шла параллельно земной эволюции, как и на большинстве других планет. 	- Ну-ну, - подбодрил Машу Гильгоф. - Теоретически, опасные людям существа могли выжить? 	- Специально для вас, доктор, - огрызнулась Семцова. - Могли! Эволюция всегда найдет путь к выживанию. Если это так, значит, гипотетические крупные животные остались в более теплом океане, пустотах под скалами... Да где угодно! Экспедиция ксенологов работала на Сцилле не более месяца и только в одном районе. Что они могли найти? 	- Ничего, - вздохнул Казаков. - Вот, помнится, полтора года назад я ездил в Африку, в отпуск. В национальный парк Серенгети, посмотреть на львов. 	Видел только всяких антилоп с зебрами, хотя популяция львов там самая крупная в мире. Потом спрашиваю у гида - где львы? А он говорит: в этот сезон они откочевали, поэтому найти их практически невозможно. И это в одном парке, в ограниченном пространстве! А тут целая планета! 	- Гениальное сравнение. - Ученый своим излюбленным жестом поднял палец к потолку. - Но, господа мои, о чем мы говорим? Изыскиваем каких-то гипотетических тварей, когда у нас есть конкретная и ясная задача - поиск американской лаборатории, где янки клонируют или каким-либо другим образом воспроизводят существ, которых Мария Викторовна называет Чужими. Я предлагаю искать на Сцилле. Кто "за"? Все? Отлично. На том мои функции аналитика выполнены, и я передаю эстафету технарям. 	Казаков мигом потянулся к кнопке коммуникатора и вызвал кабину пилотов: 	- Ребята, снимаемся с орбиты и резво летим к планетоиду LV-934 Сцилла. В округе спокойно? 	Послышался голос Фарелла: 	- Да, сэр. Ни одного постороннего искусственного объекта. Никаких радиоволн, всплесков излучения или других признаков цивилизации. Тихо, как на кладбище. 	Челнок очень мягко толкнуло, и со стороны кормы пришел негромкий шуршащий звук - заработали маневровые двигатели. 	Система Гаммы Феникса сама по себе была очень красивой. 	Звезда пребывала в расцвете своей жизни - большое, приблизительно в три раза крупнее Солнца, светило яростно отрыгивало протуберанцы, изредка обжигавшие планеты-скалы, наиболее приближенные к его поверхности, выбрасывало в пространство гигантские языки слепящего огня, бурлило вырывающимися из недр плазменными вихрями... Лейтенант Казаков, более склонный к прямолинейным армейским понятиям, назвал Гамму "водородной бомбой непрерывного действия" и во многом был прав. 	"Триглав", небольшой десантный модуль (и, буквоедски подходя, пиратское судно), подкрался к окрашенной в белые, голубые и тенисто-серые тона планете подобно блуждающему астероиду. Позади оставались расцвеченные во все цвета радуги самодовольные газовые гиганты, представлявшие собой беспримерные скопления водорода и инертных газов, - несостоявшиеся звезды, так и не сумевшие возжечь в своих глубинах термоядерную реакцию. На дальних орбитах вращались буровато-черные скучные планеты - промерзшие скалы, которым свет местного солнца не дарил энергии, достаточной для жизни. Медленно и величественно проплыла мимо челнока Харибда, не сумев поймать в свой водоворот маленькое творение человеческих рук, - ее красное, будто больное, лицо посмотрело на "Триглав" со снисходительностью фельдмаршала, узревшего на улице пьяного кадета. 	Вот она, снежная Сцилла! 	- На стационарную орбиту становиться нет смысла. - Николас Фарелл покосился на капитана Реммера, наблюдавшего сквозь обзорное стекло за нарождающимся возле экватора планеты ураганом. Черный "глаз" вихря незаметно смещался к южному полушарию. 	- Правильно. - Розовощекий и светлый тевтон глянул на показания автопилота. - Думаю, машина сама выведет нас на эллиптическую... Но черт возьми, сержант, приборы говорят, что гравитация на LV-934 в одну и две десятых раза превышает земную! Значит, груз в десять килограммов превратится в двенадцать! А это что еще? 	Система поиска внезапно зарегистрировала кольцевую волну. Это могло означать две вещи: либо неподалеку кто-то взорвал атомную бомбу, либо же рядом (то есть в радиусе десятка миллионов километров) из гиперпространства вышел другой корабль. 	- Господин Казаков! - Реммер одним движением пальца включил внутрикорабельную связь. - У нас гости! 	Лейтенант, а с ним Маша Семцова и Бишоп появились в кабине через несколько секунд. 	- Где гости? - выдохнул Казаков. - Еще не хватало! 	- Популярное здесь местечко, - вздохнул Фарелл. - Однако нам от этого не становится легче. Да, квантовая волна была, и это вовсе не последствия ядерного взрыва. - Пилот мягко пробежался пальцами по клавиатуре. - Судя по спектру излучения, мы действительно имеем дело с другим кораблем, но... 	Англичанин странно замялся, а у Казакова вытянулось лицо. 	- Что - "но"? 	- Он исчез, - прохрипел Фарелл, зачарованно глядя на монитор, где поблескивало зеленовато-синими буквами заключение центрального компьютера "Триглава". - Появился возле границ системы, мы успели зарегистрировать его массу - около двухсот тысяч тонн, - а затем буквально растворился, продвинувшись в пространстве не более чем на полмиллиона километров - стандартное расстояние для торможения после пересечения светового барьера. Система "свой-чужой" не отвечает. Она просто не успела его засечь. 	- Не может быть, - раскрыл рот лейтенант. - До сих пор еще никто не додумался до такой вещи, как блокада пространства и эфира! Это из репертуара фантастических романов! Может быть, компьютер барахлит? 	- Нет, - уверенно сказал Фарелл. - Вся наша техника работает отлично. 	- Чертовщина, - буркнула Маша, и ей сразу же вспомнилось изречение пророка Моисея, процитированное доктором Гильгофом. Еще один подарочек, чтобы закрыть глаза экипажу "Триглава"? 	- Ищите! - приказал Казаков жестким голосом.- Ищите людское поселение на Сцилле. А с этим невидимым визитером потом разберемся. Чем быстрее мы найдем американскую лабораторию тем быстрее вернемся домой! 	Незаметные лучи сканеров начали прощупывать поверхность холодной планеты. Компьютер отвечал людям, что внизу только лед, снег и камень. И никого больше - ни своих, ни чужих.

	ГЛАВА ШЕСТАЯ. БЕСПОЛЕЗНЫЕ ОТКРЫТИЯ 	Ориентировочно - 9 февраля 2280 года, планета LV-934 Сцилаа, система звезды Гамма Феникса
 	- Температура за бортом минус тридцать два по Цельсию, - скучающим голосом сообщил Фарелл. - Зато отличная погода. Гляньте, какое яркое солнце! К ночи, конечно, станет холоднее... 	- До заката управимся,- уверенно ответил Казаков. - Гильгоф мне объяснил, что на Сцилле сутки равны тридцати восьми земным часам. Кроме того, мы в северном полушарии, а в это время года здесь темнеет поздно... Ник, пойдешь с нами. На "Триглаве" останется капитан Реммер. Похоже, нас никто не ждет. 	Наверное, так и было. Комплекс построек, притулившийся у крутых склонов обледеневших скал, обнаружился совершенно случайно. Луч сканера, прощупывавший с орбиты поверхность Сциллы, вначале наткнулся на не относящиеся к естественным образованиям сооружения, затем было установлено наличие металла и пластиковых конструкций... Доктор Гильгоф чисто интуитивно начал поиск именно в этом районе, прекрасно сознавая, что найти затаившуюся базу, соблюдающую радиомолчание, почти невозможно - для этого пришлось бы осмотреть всю поверхность большой планеты. Пусть сканеры работают быстро, такое предприятие все равно займет не менее двух суток. 	А тут ткнули пальцем в небо, вернее, нашли. Чудеса!.. Но любопытные открытия на этом отнюдь не закончились. 	Мало того что от базы не поступало радиосигналов, так еще полностью отсутствовало тепловое излучение от построек, радиоактивный фон был резко снижен (словно бы у американцев сломался реактор, дававший тепло и свет в лаборатории), не регистрировались шумы или вибрация... Обычно устанавливаемый в колониях маяк-пеленгатор молчал. 	Создавалось ощущение, что все население вымерло или слишком уж хорошо скрывало свое присутствие. 	Однако было бы неосторожно доверять первому впечатлению. Несомненно, обнаружилась именно та лаборатория, о которой говорили на тайном совещании в Петербурге, - когда на одном из экранов появилось ее изображение, специалисты опознали, что подобные строения производятся Компанией "Уэйленд-Ютани" и являются стандартным поселком-основой, разрастающимся потом в колонию. То есть здесь действительно обосновались американцы - любые поселенцы обычно используют для постройки зданий отечественные конструкции. 	Военные подготовились мгновенно. Оружие, теплая одежда, транспортер - все это только ждало момента, когда люди высадятся на планету. Маша Семцова вспомнила свой вопрос и как бы невзначай поинтересовалась у лейтенанта Казакова: 	- Сергей, вы всерьез предполагаете справиться такими малыми силами? Пять ваших людей, столько же союзников, еще вы... Одиннадцать. По-моему, чтобы захватить комплекс, требуется группа побольше. Штатовцы наверняка будут оказывать сопротивление... И не забудьте - там еще Чужие. 	Казаков, по-птичьи склонив голову, внимательно посмотрел на Машу: 	- Мария Викторовна, я же не феодальный замок собираюсь штурмовать. Что вы, честное слово... По правде говоря, комплекс из шести зданий можно зачистить и половиной имеющихся сил. Знаете, сколько "волкодавов" десантировалось в Тегеран для захвата дворца аятоллы ибн Сабади? Сорок два человека. Против полутысячи охранников и сотрудников службы безопасности. Берут не числом, а умением. 	Умение, однако, демонстрировать не пришлось. Когда "Триглав" вошел в атмосферу и снизился к самой поверхности планеты (чтобы, не дай Бог, катер не заметили радары американской колонии), наконец-то заработал биосканер. Каковой и засвидетельствовал полное отсутствие в строениях базы любых живых существ. Этот прибор был слишком прост для того, чтобы врать. Да и пилоты с удивлением отметили, что система защиты "Триглава" не засекает никаких радарных лучей. 	Лейтенант подумал, поскреб лоб указательным пальцем и приказал капитану Реммеру совершить облет территории. Даже если там есть люди, которые непременно заметят катер, и десантники лишатся фактора внезапности, это все равно ничего не изменит. Но скорее всего, людей на базе нет. Вообще никого нет. Биосканер среагировал бы даже на организм Чужого, как реагирует на любой живой объект крупнее лабораторной крысы. Что, черт возьми, тут стряслось? 	- Вариантов три, - глубокомысленно заключил Гильгоф, когда катер приземлился на снежную равнину приблизительно в километре от построек. - Первое: базу срочно эвакуировали, потому что американцы неким образом пронюхали о рассекречивании своего проекта. Второе: кто-то успел поработать до нас. И третье: всех обитателей съели Чужие, вырвавшиеся на свободу. 	- Возражение, - буркнула Маша, глядя в иллюминатор, где бурлил снежный вихрь, поднятый двигателями "Триглава".- В последнем случае мы обязательно засекли бы Чужих. Эти животные предпочитают тепло, а теплее всего в помещениях колонии. Они бы устроили там гнездо, на что непременно среагировал бы определитель биомассы. 	- Я забыл о четвертом, самом неприятном варианте, - будто не слыша речь Семцовой, продолжал доктор.- База - ловушка. Неизвестно чья, неизвестно, кем устроенная, и неизвестно, для кого приготовленная. 	- То есть? - нахмурился Казаков. - Полагаете, нас ждут? 	- Вы самовлюбленный эгоист, - насмешливо фыркнул Гильгоф. - Неужели вы считаете, что вся мафия и все спецслужбы Вселенной, исходя слюной от нетерпения, только и мечтают, как бы поймать именно вас?.. А если серьезно, господин лейтенант, то вам давным-давно стоило уяснить: идет Большая Игра. Мы уселись за стол и взяли карты, не зная ни правил, ни имен участников. Что остается в таком случае? Правильно, лезть напролом, блефовать, идти ва-банк и посматривать по сторонам в поисках запасного выхода, на случай если вдруг начнется кабацкая драка. 	Лейтенант только вздохнул: 	- Ну, имена-то более-менее известны. "Уэйленд-Ютани", правительство США, теоретически - "Новый Джихад", эта ваша "третья сила" и приятель госпожи Семцовой, появившийся из Интернета... Танцуют все! 	- Ни хрена мы не знаем, - отверг предположения Казакова Гильгоф. - Можем только догадываться. Но сейчас я уверен в одном - комплекс необитаем. Разумеется, если бы вы планировали военную операцию, я не стал бы напрашиваться идти с вами до зачистки территории... Но сейчас, может быть, вы возьмете нас с собой? 	- Участие гражданских лиц, не имеющих статуса сотрудников Министерства обороны, в любых акциях, проводимых подразделениями специального назначения, - нарочито занудным голосом процитировал Казаков, - строжайше запрещено параграфом триста шестнадцать, пункт девять особой инструкции командования Вооруженных Сил. А, плевать! Собирайтесь, поехали! Но учтите: если там распылено химическое или вирусное оружие - последствия за свой счет. 	- А похороны - за счет правительства, - мрачно пошутила Маша. - Не беспокойтесь, я захвачу с собой кой-какие вещицы, которые нас обезопасят. 	Приземистый гусеничный вездеход сполз с опустившейся платформы грузового отсека "Триглава", поднял вокруг себя маленькую снежную бурю и двинулся по обледеневшему насту к видневшимся в отдалении постройкам. Челнок, оставшийся позади, выглядел среди слепящей синевы и белизны мерзлого поля, как черный жук, усевшийся на салфетку. 	Маша, нахально пробравшаяся в кабину, не без интереса рассматривала приближающуюся базу. Судя по всему, именно этот комплекс имелся в виду в одном из документов, предоставленных ей Удавом. Кажется, он фигурировал под названием "объект S-801". И если судить по тому же файлу, лабораторию еще восемь дней назад должны были передать под охрану министерства обороны США и какой-то группы "Апач". Кто знает, вдруг люди из таинственного "Апача" вывезли всех сотрудников и подопытных животных в другое место? 	- Сергей, - окликнула Маша сидевшего за штурвалом транспорта Казакова, - слушайте, а вдруг там все заминировано? Мы войдем и... 	- Проверим, - невозмутимо сказал лейтенант. - В крайнем случае пустим вперед Веню Гильгофа. 	- Почему все самое тяжелое таки всегда достается на долю бедного ученого еврея? - пожаловался откуда-то из салона доктор и добавил уже нормальным голосом: - Не радуйтесь, ставить эксперимент на мне не придется. Вы, Сергей Владимирович, все-таки профессионал и должны знать элементарные вещи. Если американцы перемещали лабораторию, здесь оставались бы только закопченные развалины под огромными сугробами. Следы таких предприятий всегда заметают... Боюсь, нас ожидает гораздо более пакостный сюрприз, нежели вульгарные мины. 	- Обнадежили, - улыбнулся углом рта Казаков. 	- Поглядим. - Доктор пожал плечами. - Но если хотите знать, мне это не нравится. На вашем месте я оставил бы на челноке не только капитана Реммера, но и нескольких солдат. 	Семцова теперь могла рассмотреть колонию во всех подробностях. Шесть положенных набок громадных цилиндров, установленных на высоких решетчатых опорах и соединенных между собой закрытыми со всех сторон ребристыми трубами коридоров. Никакого защитного ограждения - кого бояться? Сцилла необитаема, земной корабль может появиться в этом районе только случайно. Отдельное здание - энергетическая установка с маленьким, но мощным ядерным реактором. И странность номер раз: Маша отчетливо разглядела, что кабели, ведущие к основным строениям, повреждены. 	- Видите? - Она тронула Казакова за плечо. 	- Вижу, - подтвердил лейтенант. Ему было не очень удобно вести машину, будучи облаченным в тонкий и стягивающий, но отлично сохраняющий тепло комбинезон, предназначенный специально для планет с низкими температурами. - И вижу не только это. Эккарт, - Казаков кивком указал германскому обер-лейтенанту на одно из зданий базы, - кто-то выполнил нашу работу... 	- Да, - кратко ответил немец из антитеррористической группы. - Здесь шел бой. 	Жилое помещение, окрашенное в желтоватый цвет, с громадными черными цифрами "04" на округлом боку, носило явные следы воздействия огнестрельного оружия. На стене чернела россыпь отметин разрывных пуль, чаша антенны была рассечена плазменным разрядом, а квадратные окошки-иллюминаторы разбиты. 	"Значит, группа "Апач" не успела принять командование над объектом, - нахмурившись, подумала Маша. - Или не справилась с порученной задачей. Кто же в таком случае здесь резвился?" 	Вездеход величественно фыркнул, остановившись у самого большого цилиндра, в основании которого зияла темная пасть раскрытого прохода. Ни один разумный человек не оставит на таком холоде дверь, ведущую в жилые помещения, открытой. От взгляда лейтенанта также не ускользнуло, что наружные огни не горели и даже красный сигнальный маячок на мачте дальней связи погас. 	- Высаживаемся, - скомандовал Казаков. - Двое остаются в транспортере. Остальным надеть маски. Предельное внимание! Прицельный огонь по любому живому объекту! 	Семцова различила тихий удрученный вздох Бишопа. 	Лейтенант не зря приказал натянуть на лица маски из мягкой шерсти - из всех присутствующих только андроид мог относительно спокойно переносить мороз и не бояться воздействия стылого воздуха на кожу. Маша, выбравшись наружу вслед за военными и докторами, даже сквозь шерсть почувствовала, насколько здесь холодно. Хотя на Земле, возле полюсов или в местах с континентальным климатом наподобие Сибири или центральных районов Канады, бывает и похолоднее. Зато к ночи в этом районе Сциллы температура опустится почти до сотни градусов ниже нуля. Неуютно. 	- Первое отделение - вперед, - скомандовал Казаков в микрофон шлема. - Второму рассредоточиться по флангам, операторы смартов прикрывают. 	Происходившее немножко напомнило Семцовой видеозапись высадки взвода лейтенанта Гормана в колонию Хадли на Ахеронте. Быстро, четко, слаженно - за многие годы схема десантирования отработана до мелочей. 	- Здесь никого нет, - шепнул сзади Гильгоф. - Видите, все детекторы движений живых организмов и биосканеры молчат... 	Первые четверо десантников уже нырнули внутрь, остальные постепенно подтягивались, грозно поводя дулами смартов и автоматических винтовок. Вскоре военные исчезли в глубине комплекса, оставив одного из своих снаружи для надзора за ситуацией. Спустя несколько минут уже начавшая замерзать Маша услышала тихий писк своей рации. 	- Слушаю,- проговорила она в микрофон., 	- Заходите, - раздался в маленьком динамике голос Казакова. - Мы обошли большую часть базы. Никого живого, зато множество интересных артефактов, предназначенных специально для вас, Бишопа и Вениамина Борисовича. Позовите заодно врачей. 	- Идем, - быстро ответила Семцова. 	Внутри комплекса было холодно и мрачно. Тускло горели флуоресцентные лампы аварийного освещения, на полу хрустел под ботинками наметенный ветрами снег. Кое-где на стенах темнели следы выстрелов. 	- Я предупреждал, - шуршал позади ученый. - Нас опередили... 	Маша не слушала. Оказавшись на развилке коридоров, она снова щелкнула переключателем рации и вызвала Казакова. 	- От центрального прохода куда - направо, налево? 	- Направо, затем поднимайтесь на второй этаж, - ответил лейтенант. - Я вам такое покажу - обхохочетесь! 	Госпожа консультант, а с ней компания "гражданского персонала" в составе Вени Гильгофа, доктора Логинова, медтехника и Бишопа последовали инструкции командира операции, нашли трап, ведущий на второй этаж следующего помещения, миновали раскрытый и, видимо, некогда отлично защищенный шлюз. Сразу за ним стоял Казаков вместе со своим сержантом и кем-то из солдат. 	- Эккарт и его люди обшаривают соседние корпуса, - пояснил лейтенант. - Ну, господа, если нервы крепкие - милости прошу. Давненько такого не 	видел. 	Маша, глянув, охнула, врачи сохранили профессиональное безразличие, а Гилыоф присвистнул. 	Видимо, именно здесь и содержали Чужих. Левую сторону длинного, не меньше сорока метров, помещения занимали отгороженные толстыми прутьями вольеры. Поблескивающий металл решеток по ближайшем рассмотрении оказался титаном. Керамическая облицовка, тяжелые электронные замки, видеокамеры наблюдения, сейчас не работавшие. С правой стороны располагались компьютерные терминалы, какие-то неизвестные Маше приборы... А возле дальней стены, противоположной от входа, громоздилось множество человеческих тел. Не меньше тридцати. Целая гора. Промерзшие, естественно. Застывшая на морозе кровь казалась буро-черной. 	- Все убиты из бесгильзового огнестрельного оружия, - без предисловий начал Казаков, подходя к телам и присаживаясь на чудом уцелевший складной стульчик. - Такое впечатление, будто их согнали сюда и методично расстреляли. Видите, как много сколов на керамических пластинах на стене? 	- Крайне познавательная экскурсия, - фыркнул под нос Гильгоф. - Впрочем, учитывая, что мы намеревались сделать то же самое... 	Бишоп весьма неодобрительно посмотрел на доктора, но смолчал. Казаков выковырял из превратившейся в лед крови небольшой заостренный предмет и предъявил остальным. Из его скрытого маской рта шел пар. 	- Патрон автомата М-41-А, - пояснил он.- Используется во всех странах мира, от России до Бразилии и Соединенных Штатов. У нас на борту, кстати, тоже имеется несколько подобных автоматических винтовок. Произведен патрон, судя по маркировке, в Бельгии. Ни о чем не говорит, правда? 	- Доктор, - Гильгоф вопросительно покосился на Логинова, - вы не могли бы хоть приблизительно определить время смерти этих людей? 	Врач, неотступно сопровождаемый коллегой-медтехником, невозмутимо подошел к малоприятной на вид куче человеческой плоти, присел рядом на корточки и зачем-то поскреб пальцем по обледеневшей куртке одного из мертвецов. На нашивке значилось: "Apache. Dr. В. Dawson". 	- Если бы не воздействие низких температур, - слегка разочарованно проговорил Логинов, - можно было бы говорить конкретнее. Мне кажется, они лежат тут не меньше двух недель. Скорее всего, больше. Может быть, даже месяц. 	Лейтенант Казаков и остальные замерли, будто сами превратились в обледеневшие статуи. 	- Месяц? - тихо повторил Гильгоф. - Их прикончили не вчера, не три дня и не неделю назад? 	- Нет, - уверенно сказал врач. - И обратите внимание на трупы, лежащие в самом низу... 	- Потом! - рявкнул Казаков. Если бы его лицо не скрывала шерстяная маска, Маша могла бы с уверенностью сказать, что он открыл рот от изумления. - Господа танцоры, что же это получается? Летели мы сюда двенадцать дней, лабораторию разгромили задолго до нашего отбытия с Земли, а наше высокоумное начальство, выходит, парило нам мозги? 	- Теоретически, - хмыкнул ученый, попутно рассматривая странные повреждения на одном из трупов - будто кто-то откусил человеку часть бедра, - адмирал мог не знать, что база уничтожена. А мог и знать... Теперь даже я ничего не понимаю. Если предположить, что к началу операции Бибиреву уже было известно о ликвидации лаборатории неизвестным вооруженным отрядом, зачем посылать сюда корабль с десантом? Если же адмирал не знал о здешних событиях, что нам теперь делать? 	- Самое разумное, - медленно начала Маша, - возвращаться домой и доложить обо всем, что произошло. Собственно, наша работа уже выполнена. 	Тут она заметила, что одна из дальних клеток секции открыта, а на полу громоздится что-то бесформенно-черное. Семцова быстро шагнула впер„д, нырнула под поднятую решетчатую дверь и обомлела. 	У ее ног лежал мертвый Чужой-хишник. Панцирь животного был разбит выстрелами, одна конечность практически оторвана, вытекшая из пасти слизь застыла прозрачными сосульками. Вокруг разбрызганы желтоватые кислотные капли, так и не сумевшие разрушить керамику, облицовывавшую клетку. 	- Какой красавец, - восхитился доктор Гильгоф, склоняясь через плечо Маши. - Удивительное создание! Вот дьявол, он не кажется мне страшным, а наоборот - великолепным! 	- Потому что дохлый,- подал реплику Казаков.- Я все ждал, когда вы его заметите. И обратите внимание на то, что остальные клетки пусты, а замки на них открыты. Персонал станции в наличии, пусть и не в самом приглядном виде. Где же Чужие? 	Никто не успел ответить на вопрос лейтенанта. Откуда-то слева, из другой части комплекса, послышались глухие выстрелы. Солдаты подразделения "Фальке" палили длинными очередями. 	- Ратников, за мной, - очень спокойно сказал лейтенант и сорвался с места, успев перебросить андроиду свой пистолет. - Бишоп, на тебе охрана гражданских лиц. Как только все закончится, придем за вами. 	- А-а...- вырвалось у Маши. Оставаться в комнате, загроможденной трупами, без охраны военных было очень неуютно. Казаков отмахнулся и, будто призрак, растворился в полутьме коридора. Оживленная стрельба продолжалась. 	- Черт. - Гильгоф угрюмо посмотрел вслед убежавшему лейтенанту. - У нас даже нет оружия, кроме этого дурацкого пистолета! Но честное слово, это не может быть Чужой. Похоже, животных вывезли из лаборатории. Беда-то какая... 	- Отойдите подальше от выхода, - скомандовал андроид людям. - А лучше укройтесь за аппаратурой. 	Сам Бишоп, пронаблюдав, как остальные отбежали в глубину комнаты и присели за металлическими столами, прижался к стене справа от двери, сбросил пистолет с предохранителя и удовлетворенно отметил, что Казаков выдал ему не обычное пулевое оружие, а систему "Звезда", стреляющую крайне разрушительными и опасными плазменными разрядами. 	Звуки выстрелов внизу наконец-то затихли, но Маша не успокоилась, пока Казаков не вызвал ее на связь. 	- Спускайтесь, здесь безопасно, - сообщил он. - Осмотр лаборатории отложим, нашлось кое-что поинтереснее. 	- Безопасно? - недоверчиво переспросила Семцова. - Тогда почему стреляли? - Увидите... 	Под неусыпной охраной Бишопа доктор Гильгоф, врачебная бригада и сама Маша сошли по лестнице в уже знакомый коридор. Вдалеке в светлом дверном проеме виднелась фигура военного. Туда и направились. 	- Значит, реликты? - Когда Маша вошла в помещение, некогда исполнявшее роль столовой, Казаков глянул на консультантку так, словно она была в чем-то виновата. - Кто твердил, будто на Сцилле отсутствуют звери крупнее лягушек? Вряд ли это чучело было любимым домашним животным обитавших здесь янкесов! 	- Я не говорила ничего подобного! - возмутилась Семцова. - Я только сказала, что здесь могут обитать выжившие после оледенения твари. Покажите, что там у вас? 	Она отстранила солдат, окруживших крупное, странно выглядящее тело, распластавшееся на полу. Увиденное впечатляло. 	- Похоже, именно эта зверюшка откусила несколько кусочков от трупов наверху, - хладнокровно произнес Гильгоф, склоняясь над неприятного вида зверем, изрешеченным пулями. - Пришла сюда пообедать и нарвалась на ваших людей, лейтенант. 	- Нарвалась? - не без возмущения сказал Эккарт и выставил вперед ногу. Титановый с керамическим напылением щиток, прикрывавший голень немецкого обер-лейтенанта, был сильно деформирован, а в одном месте даже пробит насквозь. Не будь этой защиты, Эккарт остался бы без ноги. - Эта гадина первая напала на нас! И была весьма агрессивной! 	- Интересно, - озадаченно Протянула Маша. - Агрессивное поведение, говорите? Быть того не может. Это же типичный эндемик, с какой стати ему бросаться на неизвестных существ, то есть на вас? Поздравляю, господа, открыт новый биологический вид! Премия от ООН обеспечена. 	Здоровенное, не менее двух метров длиной и сантиметров восемьдесят шириной, животное более всего смахивало на неудачную помесь рака, трилобита и черепахи. Округлый панцирь, покрытый к тому же густой белесой шерстью, защищал тело, из-под бронированного щитка высовывалась уродливая голова (да не одна, а целых две!). 	- Похоже на насекомое, - констатировала Маша, - однако перед нами явная мутация, видимо обусловленная высоким фоном солнечного излучения. Видите две головы? Крайне неестественно для углеродной жизни. А жвалы у этого красавца действительно серьезные. Вам повезло, господин Эккарт. 	Двойные, изогнутые серпом, челюсти существа длиной в полторы ладони были украшены острыми, как бритва, зазубринами. Под основной челюстью поблескивали несколько более мелких дополнительных жвальцев и нечто вроде клешней. Глаз на каждой голове было аж по восемь штук. 	Маша не без натуги перевернула тварь на спину, отметив, что членистых ножек у животного, как и положено по закону эволюции, шесть. Значит, все-таки насекомое. Только они могут выжить в любых условиях, насекомым плевать на радиацию, мороз или долгую бескормицу. Госпожа консультант полезла в сумку за цифровым фотоаппаратом. 	- Новый биологический вид, - усмехнулся Гильгоф. - Как назовем? Уродец Эккарта обыкновенный? Можно на благородной латыни: bestia Eccarti vulgaris... 	- Этот уродец, доктор, - недовольно сказал германец, - носился со скоростью пули и издох, только когда мы всадили в него полную обойму. Если таких вот "уродцев" здесь бродит много, нам светят неприятности. 	- Мы и так по уши в неприятностях, - огрызнулся ученый. - Маша, хватит возиться с этой гадостью! У нас совершенно другие задачи. Лейтенант, дайте мне двух компьютерных техников... Посмотрим, вдруг на здешних серверах сохранились хоть какие-то данные. 	- Вот и займитесь,- согласно закивала Семцова. - А я не программист, я ксенобиолог. Пока вы трудитесь, Веня, я просто обязана как следует осмотреть эту... это... 	- Волосатую черепаху, - подсказал Казаков. - Предупреждаю, на "Триглав" вы ее возьмете только через мой труп. А вот дохлого Чужого обязательно прихватим. Ладно, мы идем дальше - обшаривать базу. Ратников, - повернулся он к сержанту, - останешься с Марией Викторовной. И чтоб в оба глаза!.. 	Приблизительно в течение сорока минут Маша занималась таинственным животным, разгуливавшим по мертвому поселку. Оставленный присматривать за ней сержант скучал, но помогать не отказывался. В помещениях базы было тихо и спокойно - "волосатая черепаха", похоже, относилась к разряду хищников-одиночек и явилась на инспекцию своих владений. 	Гильгоф, Бишоп и двое военных тщетно бились над испорченными компьютерами в центральной лаборатории в здании, где,, вероятно, проживало руководство колонии. Казаков со своими людьми и Эккартом запаковали мертвого Чужого в пластиковый мешок и погрузили в транспортер. Чудовище оказалось тяжеленным - не меньше центнера. Но вопрос, откуда все-таки американцы взяли достаточно большое количество чужих существ, оставался открытым. Судя по следам в пустых клетках, тварей было не меньше девяти. Может, и больше. 	Обнаружилось еще несколько трупов людей, убитых в коридорах или своих комнатах. Некоторые тела были серьезно повреждены челюстями заглядывавших в открытый комплекс насекомоподобных зверюг - Казаков, разыскав на складе колонии почти полностью съеденное тело, прибежал за Машей и врачами, чтобы те определили причину повреждений. Семцова и доктор Логинов, прибыв к месту происшествия, уверенно заявили: Чужие здесь ни при чем, раны нанесены уже после смерти от пули. Да и если бы хоть один Чужой, вырвавшись на свободу, потрудился над телом, следы были бы совершенно иными - и Маша, и доктор еще на Ахеронте вдоволь насмотрелись на оставляемые черными хищниками раны. Просто явились местные обитатели и полакомились падалью. 	Казаков обратил внимание Маши и врача на странность номер два. Склад был полностью опустошен - концентраты, консервы, техника аккуратно вывезены либо нападавшими, либо еще кем-то. Но если бы американцы побывали здесь после разгрома лаборатории, они наверняка захватили бы и трупы сотрудников базы... 	- Логично, - согласился врач, без малейшей брезгливости рассматривая почти голый скелет, оставшийся от человека. - Потом они ликвидировали бы сам объект. В любом случае никакой здравомыслящий военный или гражданский руководитель этого проекта не стал бы бросать труп нашего ахеронтского знакомца в клетке. Видимо, безвестные агрессоры очень торопились. Но почему они пристрелили найденного нами Чужого? 	- Может, эта особь была больна? - предположил Казаков. 	- Вряд ли, - замотала головой Семцова, внимательно осматривая пустое складское помещение. - Чужой слишком универсален для того, чтобы болеть... О, лейтенант, а это что? Вы туда уже заглядывали? 	Вопрос относился к небольшому, огороженному поручнями люку в полу. Язычок громоздкого замка был отодвинут, следовательно, из склада можно было пройти еще куда-то вниз без помощи техников и их аппаратов, вскрывавших любые электронные запоры. 	- А ну посмотрим, - заинтересовался Казаков. - Я хотел туда сунуться, но ждал кого-нибудь для прикрытия. Мало ли что... 	Крышка люка подалась в сторону неожиданно легко. Узкая металлическая лестница с перильцами уводила вниз. Лейтенант кивнул Маше и врачу, они зажгли фонари и наклонились над темным провалом. Казаков на всякий случай включил детектор движений живых организмов и, вытянув руку, проверил, как обстоят дела внизу. Синий лучик пробежался по миниатюрному экрану, заверив людей, что в подвале отсутствуют любые многоклеточные существа, включая изредка шнырявших по колонии белых ящериц (Семцова при виде сих мелких рептилий решила, что грядет еще одно открытие, однако, порывшись в своем электронном блокноте, с сожалением выяснила, что этот вид давным-давно известен ученым). Каким только образом рептилии умудряются выживать на таком холоде? 	- Спускаемся, - решил Казаков. - Вдруг найдем чего интересное? 	И первым нырнул в провал, съехав по перилам лесенки на локтях. Маша и Логинов безбоязненно отправились вслед. 	Это была обширная ледяная пещера, дно которой устилал тонкий пластик темно-голубого цвета, а вдоль стен, изукрашенных темными полосами многолетних слоев льда, тянулись опустевшие полки. Неведомые разбойники, погромившие колонию S-801, добрались и сюда. 	Трупов не было. Какой нормальный человек в момент нападения останется в холодильнике? 	Лучи фонариков беспорядочно шарили по стенам. Вскоре выяснилось, что американцы, обнаружив подо льдом большую систему природных каверн, со свойственной им практичностью использовали ее в своих целях, устроив под зданием склада естественный холодильник. 	- Идемте дальше, - махнул рукой Казаков. - Здесь еще один проход, видите? 	Троица прошла по ледяному коридору в следующий зал. Маше стало неуютно, хотя она никогда не страдала клаустрофобией. Слишком тут было мрачно. Зато дальнейшие открытия стоили нескольких минут тотчас забывшегося страха. 	Эта каверна была чуть поменьше предыдущей. Снова наверх уводила лесенка - над пещерой находилось еще одно строение базы (отлично ориентирующийся в пространстве Казаков сообщил, что это наверняка пятый блок с жилыми помещениями). С потолка свисали толстенные сосульки, переливающиеся в свете фонарей всеми оттенками синего и серебристого цветов. Грабители сюда не добрались - вероятно, времени не хватило. Вдоль стен выстроились герметичные теплоизолирующие контейнеры (судя по маркировке, заполненные батареями и деталями компьютеров). Посреди зала торчал компактный снегоход, что говорило о наличии прямого выхода из пещер на поверхность. Иначе как бы машину втащили сюда? В дальнем углу поблескивали несколько неестественно смотревшихся в ледяном подземелье гибернационных капсул. 	- Ух, какая вещь! - восхитился доктор Логинов, заметив их. - Лейтенант, Маша, посмотрите! Последняя модель, разработка "Уэйленд-Ютани". На челноке с "Патны" стояли почти такие же, но эти гораздо совершеннее. Никакой замораживающей жидкости, так называемый "сухой сон". Е-мо„, это что еще такое? 	Одна из пяти капсул находилась в активном рабочем состоянии. Энергетическая система функционировала, и, судя по зеленым индикаторам на приборной панели, кто-то или что-то, находившееся внутри, было живо. 	- Ни хрена себе, - только и выдохнул Казаков, - ну ни хрена! Вот теперь наша экспедиция точно удалась! 	Он провел затянутой в перчатку ладонью по прозрачному куполу аппарата для глубокого анабиоза, счищая иней. В капсуле лежал и спал человек. На нагрудном кармане его куртки красными буквами было вышито: "Apache. Col. J. F. Cermet". 	- Мать моя, - продолжал разоряться лейтенант, попутно тыкая пальцами в клавиши и устанавливая капсулу на разморозку. - Если этот господин - нет, вы только посмотрите на нашивки, настоящий полковник! - не улегся спать до прискорбного происшествия, случившегося с лабораторией, мы заполучим живого свидетеля! Слава Богу, мы догадались обшарить пещеры! 	- Я тут скоро сама в анабиоз впаду, - недовольно сказала Маша. - Вытаскивайте его побыстрее, Сергей. Мне не терпится вернуться на "Триглав". Военные комбинезоны, конечно, теплые, но гляньте на термометр! 	Семцова подняла руку с укрепленным на ней многофункциональным прибором, способным помочь человеку в ориентации на местности и определении любых параметров окружающей среды. В уголке экрана отражалась температура - минус тридцать пять по шкале Цельсия. Значит, на поверхности планеты полные сорок. И вообще, дело шло к вечеру, а после захода Гаммы выжить в этом предполярном районе Сциллы можно только под защитой толстых стен транспортера или челнока. 	- Вы поставили капсулу на быстрое размораживание, - заметил Логинов, наблюдая за действиями Казакова. - Это может ему повредить только потому, что снаружи слишком холодно. Внутренний микроклимат капсулы сейчас установится на уровне комнатной температуры, а потом человек снова попадет на мороз. Одет он, сами видите, не по-полярному. 	- Ничего, потерпит,- бессердечно сказал лейтенант. - Дотащим до транспортера, а там отогреется. 	Спустя несколько минут спящий в капсуле человек зашевелился, открыв глаза. Прозрачная крышка медленно поднялась, американец резким движением вскинул голову и посмотрел на людей. Маша прочла в его глазах не просто страх, а самый настоящий смертный ужас. Плохие сны, что ли, снились? 	- Кто вы? - медленно и настороженно спросил человек. 	- Лейтенант Казаков, Вооруженные силы Российской Империи,- последовал ответ командира "волкодавов" на английском языке. - Это мои коллеги. Не беспокойтесь, мистер, вы в безопасности. 	- Полковник армии Соединенных Штатов Америки Джек Кеннет, - машинально произнес американец. Губы у него дрожали, а изо рта валил густой пар. Внезапно он дернулся, будто от электрического разряда, и мельком взглянул на потолок. - Уходите отсюда, быстрее! Не знаю, откуда вы взялись, джентльмены, но уходите... 	- Почему? - не понял лейтенант. - Хотя вы правы. Рядом с базой стоит наш вездеход. Сумеете дойти? Там тепло, и мы сможем вас накормить. 	- Тише! - шикнул полковник Кеннет и, подняв трясущийся палец, указал куда-то наверх. - Убираемся отсюда, раз так. Только, пожалуйста, тихо. 	Маша подняла глаза, затем направила луч фонарика вверх и обомлела. Прямо над их головами, уцепившись щупальцами за ледяные выступы, на потолке сидел свернувшийся в клубок черный Чужой-хищник. Зверь, похоже, спал. 	- Теперь объясните все по порядку, - требовательным голосом произнес Казаков. Обогреватели транспортера работали на полную мощность, наполняя салон теплым воздухом. - Что произошло? Как долго вы спали в капсуле? Кто убил ваших коллег и разгромил лабораторию? 	- Сначала ответьте, - тихо сказал американец, - какое сегодня число по времени вашего корабля? 	- Девятое февраля, - подсказала Маша. - Две тысячи двести восьмидесятый год. 	- Повезло, - хмыкнул полковник и отпил приготовленного Казаковым горячего какао. - Сюда могли прилететь через год, а то и через десять. К тому же у меня был крайне неприятный сосед... 	- Вы говорите, говорите, - любезным тоном ягуара, беседующего с антилопой о смысле жизни, напомнил лейтенант. - В благодарность за ваше спасение вы могли бы просветить нас относительно местных неурядиц. 	- Кто все-таки напал на S-801? - добавила Семцова. 	Кеннет после ее слов изумленно вскинулся: 	- Откуда вы знаете, как называется база? Эта информация была предназначена только для президента, его ближайших советников, министра обороны или директора Центрального разведывательного управления! - Но тут же американец сник и даже (по Машиному впечатлению) слегка уменьшился в росте. 	Семцова решила окончательно его добить и заодно вызвала несказанное удивление у Казакова. 	- Базу должны были передать под управление группы "Апач", к которой вы относитесь, первого февраля, - нежным голосом пропела Маша. - Похоже, вы прибыли принимать дела задолго до этой даты. Все шло отлично, пока около месяца назад на колонию не напали. Я права? 	- Мисс, - у полковника отвисла челюсть, - подобные сведения вы могли получить только на совещании в Белом доме полтора месяца назад! Наверное, мы недооценили возможности русской разведки... 	- А то! - горделиво воскликнул Казаков, хотя сам ничего не понимал. Маша так и не рассказала ему о документе, полученном через Удава Каа. - Ну? Не откроете ли нам подробности? 	- Я давал присягу, - спокойно ответил Кеннет. - Но я понимаю, что здесь собрались профессионалы, способные каким угодно образом выбить нужные сведения. Начиная от сканирования клеточной памяти мозга и заканчивая пиявками, приставленными к причинному месту. Так? 	- Так, - согласился лейтенант. - Только пиявок мы не захватили. Но в случае чего найдем замену. Я слушаю вашу интереснейшую повесть, господин полковник. 	...Маша точно не помнила, как они вернулись к транспортеру, волоча смертельно замерзшего американца. Она была уверена, что с такой быстротой не бегала со времен спортивных занятий в университете, - за спиной все-таки оставался вполне живой, хотя и впавший в глубокую спячку Чужой. Естественно, что ни его, ни полковника Кеннета биосканер не зарегистрировал. Во-первых, они находились под поверхностью ледника, а во-вторых, температура тела каждого была понижена до уровня, когда никакой сканер не среагирует на имеющуюся в наличии биомассу. Собственно говоря, и тот и другой с точки зрения прибора были мертвы. Только человек вводился в подобное состояние высокими технологиями, а Чужой умел самостоятельно превратить себя в полнейшую копию обледеневшего трупа. 	Семцова вспомнила, как чехословацкая биологическая бригада, работавшая на "Патне", определила возраст одного из Чужих, подстреленных военными. По их мнению, существу было не менее трехсот лет. Следовательно, способность черных хищников к анабиотическому сну просто невероятна - полная консервация организма, отсутствие любых химических реакций в клетках и сопутствующая дисфункция органов. И приборы на Чужого реагировали адекватно - мертвое тело. 	Разумеется, как только Маша, лейтенант Казаков и врач узрели на потолке пещеры блестящую антрацитовую тварь, Сергей поднял тревогу. Военные под командованием Эккарта и сержанта Ратникова блокировали все выходы из ледяного подземелья в жилой комплекс, компьютерщики активировали замки люков, заперев их намертво, а компания исследователей во главе с лейтенантом провела маневр, спокон веку именующийся отступлением на заранее подготовленные позиции. Чужой по-прежнему мирно спал. Его точно не интересовало мельтешение двуногих тварей, вызванное одним лишь его присутствием. 	От Казакова поступил приказ пока что не убивать зверя. Пусть дрыхнет. Когда оживет - тогда и видно будет. Распоряжение было вполне обоснованно - остроглазый лейтенант заметил, что на панцире спавшего существа закреплен какой-то неизвестный маленький прибор. Может быть, устройство являлось только радиомаяком, способным показать людям местонахождение зверя в случае его побега, а может... Американцы большие выдумщики на предмет всяких оригинальных пакостей. 	Казаков, Семцова и прибившийся к ним доктор в это время отогревали американского полковника и поили его какао. Веня Гильгоф, андроид и их помощники продолжали вылавливать информацию из уцелевших кластеров разбитых выстрелами компьютерных терминалов. 	- Я не знаю, кто именно атаковал S-801, - уверенно сказал Кеннет. - В середине января, точнее, утром пятнадцатого числа приземлился корабль с японскими опознавательными знаками. Точно помню название - "Киото". Так как база S-801 была глубоко засекреченной и считалась находящейся в безопасном месте, у нас имелось очень мало оружия. Штурмующих было около сорока человек. Научный персонал согнали в лабораторию на верхнем этаже третьего блока и просто расстреляли. Некоторых, похоже, забрали с собой. Руководителя проекта убили на моих глазах. Когда я понял, что все кончено, забрался в ледниковые каверны под базой и спрятался. Что происходило наверху - не знаю. Услышав, что корабль улетел, я прогулялся по помещениям колонии, выяснив, что, кроме меня, живых людей здесь не осталось, а животные... эвакуированы. Я принял самое простое решение. На всякий случай у нас имелось несколько гибернационных капсул - вдруг кто-нибудь из персонала заболеет, а мы не сможем ему помочь? Останется только заморозить больного до прибытия профессиональной врачебной бригады. Я готовил капсулу к активации и вдруг ввалилось одно из животных, которых разводили биологи... Думал - все, конец. Сожрет и не подавится. Наверное, зверь сбежал в момент погрузки в другую клетку... Тварь на меня и не посмотрела, уселась на потолок и, похоже, заснула. Чужих у нас хорошо кормили... Я и выбрал одну из двух перспектив - либо замерзнуть, либо улечься спать в анабиоз, пусть даже над головой висит эдакое чучело. Надеялся, что рано или поздно прилетят военные и меня вытащат. Только если зверь не проголодается раньше и не вскроет капсулу. Я видел кой-какие видеозаписи, знаю, на что способны эти чудища... Вот все, что я могу сказать. 	Некоторое время царила тишина, нарушаемая только приглуш„нным гудением обогревателей да доносящимся из кабины вездехода попискиванием системы обнаружения посторонних объектов. 	- Коротко, но емко, - наконец изрек лейтенант. - И по-прежнему ничего не понятно. А вот скажите... 	- Да, скажите, - Маша опередила с вопросом Казакова, - операция "Рейн" была подготовлена правительством или это частная инициатива какого-нибудь вашингтонского начальника? 	Семцова до сих пор не была уверена, что указанная в цэрэушном документе акция действительно подразумевала испытание биооружия в колонии Кайзер-рейха, и сформулировала вопрос так, чтобы подловить американца. То есть сделала вид, что ей все прекрасно известно. 	И полковник Кеннет, не поперхнувшись, заглотил наживку: 	- И об этом знаете? Это был приказ советника президента по национальной безопасности. Воображаю, какой скандал начнется, если вдруг эта история всплывет в прессе... Но ведь не всплывет, правда? 	- Это почему? - грозно нахмурилась Маша. 	- Ведь вы прилетели сюда за чужими существами? Одного - моего соседа по спальне - без осложнений можете отловить. А к чему вам разглашать важнейшую тайну современности? У вас есть Чужой - отлично. Раскрыв нас - раскроете себя... Держите козырь в рукаве. 	- Такие вопросы решаю не я, - ответила Семцова. - И не вы. Предоставьте эту проблему более высоким инстанциям. А с точки зрения этики операция "Рейн" являлась военным преступлением. 	- Какая этика? - страдальчески воздел глаза Кеннет. - Простите за анахронизм, но вы что, с луны свалились? Думаете, руководство вашего Министерства обороны никогда не пошло бы на подобный эксперимент? Когда исследования заходят достаточно далеко, необходимо проверить их результаты на опыте. 	- Интересный опыт! - всерьез возмутилась Маша. - Десантировать в беззащитную исследовательскую колонию этих чудищ и спокойно наблюдать, как они будут истреблять людей! Давайте мы вас посадим в клетку к двум голодным русским медведям и начнем наблюдать за их и вашим поведением да скрупулезно заносить в компьютер отчет о мотивации поведения хищников и жертвы. 	- Лирика, - отрезал полковник. - Хотя меня оправдывает то, что сотрудники "Апача" к акции не имели никакого отношения. И потом... 	Казаков недовольно смотрел на Машу. Хорошая у госпожи консультанта информационная подготовка, ничего не скажешь. Только почему он, командир операции, ничего не знает? И в конце концов, лейтенанту не давали покоя пока что неясные, но заметные опытному человеку намеки американца. Почему он сказал, будто Чужого можно с легкостью поймать? Ах во-от оно что... 	- Как вы управляли животными? - в лоб ударил Казаков, и теперь уже настал черед Маши и благоразумно молчавшего доктора изумиться. - Я всегда полагал, что это невозможно. 	- Нет ничего невозможного, - после паузы нехотя буркнул Кеннет. - Ответ на вопрос лежал на поверхности, протягивай руку и бери. Слышали о коллективном разуме Чужих? Достаточно было смоделировать своего рода "центр семьи"... 	Вдруг в приоткрытом дверном проеме кабины показалось крайне озабоченное лицо сержанта Фарелла, оставленного охранять вездеход. 	- Господин лейтенант, - быстро сказал он, - экстренно вызывает капитан Реммер! Он что-то засек... 	- Иду, - бросил Казаков и, повернувшись к американцу, сказал: - Не продолжайте, пока я не вернусь, мне тоже интересно...

	ГЛАВА СЕДЬМАЯ. НЕЖДАННЫЕ ГОСТИ 	Ориентировочно - 9 февраля 2280 года, планета LV-934 Сцилла
 	Спустя мгновение Казаков пулей вылетел из кабины, прогрохотав ботинками по металлическому полу транспортера, попутно сорвал с одной из полок бинокль и ударил кулаком по кнопке, открывающей заднюю дверь машины. Мгновенно стало холодно. 	- Да что стряслось? - забеспокоилась Семцова, выскакивая вслед за лейтенантом. Он стоял на снегу, приставив окуляры к глазам, и смотрел куда-то в небо, из бело-голубого превращавшееся в синее с фиолетовым. Желтый глаз Гаммы Феникса клонился к горизонту. 	- Реммер утверждает, что в атмосферу неподалеку от этого района вошел спускаемый аппарат, а на орбите планеты завис крупный корабль. Наверное, те самые красавцы, прибытие которых мы засекли на подходе к Сцилле. 	Маша задрала голову. Точно, в темнеющем небе протянулась белая ниточка инверсионного следа. Судя по направлению, челнок шел прямо к базе S-801. 	- Эвакуируемся, - сказал Казаков и, включив рацию, закрепленную на шлеме, крикнул в свисающую к губам трубочку микрофона: - Код десять! Ребята, всем быстро обратно! Сворачивайтесь! Повторяю - код десять! 	- Что такое "код десять"? - на всякий случай поинтересовалась Семцова. 	- Незапланированное безотлагательное отступление,- пояснил лейтенант, продолжая недобро коситься на небо.- Надеюсь, Гильгоф и компания сумели найти хоть что-то полезное. Если не успеем улететь - огребем неприятностей. Явились американцы, причем вовсе не скрываются, идут с включенным радиомаяком. Словно предупреждают: "Вот и мы, бежать бесполезно". 	Лучи уходящей за край планеты звезды упали на приближающийся челнок, превратив его в блестящую золотую точку, за которой тянулся длинный, постепенно расплывающийся след горячего воздуха. В дверях базы появился обер-лейтенант Эккарт со своими подчиненными, потом Бишоп с доктором Гильгофом. С тыла прикрывали "волкодавы". 	- Быстрее! - рявкнул Казаков, тут же сообразив, что его приказ бесполезен. Они не успевали. Американец снижался слишком быстро. Транспортер не сумел бы, опередив внезапного визитера, добраться до "Триглава", находившегося не меньше чем в километре от колонии. 	- Дед Мороз оказался прав в своих пророчествах, - уныло признал лейтенант. Веня Гильгоф, сжимавший в руках объемистый пластиковый контейнер, с неприязнью уставился на подошедший совсем близко летательный аппарат. Стандартный военный модуль F-350 "Гурон" сделал низкий круг над базой и, зависнув в воздухе, начал опускаться на ледяное плато как раз между "Триглавом" и комплексом поселения, перекрывая дорогу к челноку. 	- Назад, - быстро скомандовал Казаков. - В комплекс! Господин Эккарт - в правое крыло, Ратников - в левое. Маша, доктор, идите с ними. Сержант, заберите американца с собой. Глаз не спускать! 	Он щелкнул переключателем диапазонов на рации и прошипел в микрофон: 	- Реммер, вы меня слышите? Пока не двигайтесь с места. Включите все системы защиты челнока. 	Семцова подумала, что показанная Дедом Морозом пороховая бочка с американским флажком готова взорваться. А он ведь предупреждал и сказал напоследок, чтобы потом не жаловались... 	Под атмосферными стабилизаторами приземляющегося "Гурона" явственно виднелись установленные на станках желтовато-белые ракеты. Да еще несколько крайне несимпатичных систем плазменного удара. 	- Я же говорил! - почти радостно пропыхтел Гильгоф. - Говорил вам - это ловушка! И никто меня не слушал! 	- Помолчите, а? - возмутился топавший рядом медтехник. Вся группа шла за сержантом Ратниковым к пятому блоку колонии. - И без того тошно. 	Более всего Машу пугали клацание оружия и почти неразличимое попискивание систем наведения смартов, которыми были вооружены военные. Неужто начнется драка? Да, в чудесную переделку угодил экипаж "Триглава" - силы-то неравны. Зачем американцам штурмовать базу людскими силами? Сейчас "Гурон" как вмажет по уцелевшим строениям из всего бортового... 	Казаков понял, что отводить транспортер куда-либо в сторону не имеет смысла. Все равно заметят, да и десантный катер торчит на равнине, будто небоскреб посреди Сахары. Эх, времени не хватило, может, и успели бы смотаться... 	Лейтенант сидел у штурвала вездехода, ожидая вызова от американцев. Это действительно были они - на серебристом борту "Гурона" сияла белая пятиконечная звезда в синем поле, а на высоком киле поблескивал синим и красным маленький флажок с полосами и звездами. Прежде чем начинать палить, они просто обязаны связаться либо с транспортером, либо с капитаном Реммером... 	Предположения оправдались: пискнула рация и кто-то, не представившись, проговорил на английском: 	- Джентльмены, оставайтесь там, где находитесь. К вам идет парламентер. 	И ничего больше. Связь прервалась. 	Штатовский модуль опустился на поверхность Сциллы приблизительно в двух с половиной сотнях метров от колонии. Казаков, через переднее стекло вездехода наблюдавший за ним в бинокль, рассмотрел, как отодвинулась в сторону округлая дверь, опустился узкий трап и по нему на ледник сошел человек в темно-синем комбинезоне, шерстяной маске такого же цвета и полностью закрывающем голову шлеме. Спустился и как ни в чем не бывало зашагал к транспортеру. Его подошвы взметывали ледяную пыль. 	Человек был один. Без всякого оружия. Может, где-нибудь у него и был припрятан пистолет, но чего-либо громоздкого наподобие смарта или автоматической винтовки не наблюдалось. 	Маша, разумеется, нервничала, но вида старалась не показывать. Сержант Ратников отогнал ее и остальных специалистов к дальней стене помещения, а сам вместе с солдатами занял позиции по сторонам от разбитых окон жилого здания. Устроились они на втором этаже. Какое-никакое, а господство над местностью. Но каким образом даже такое грозное оружие, как смарт, может противостоять отлично защищенному атмосферному штурмовику наподобие "Гурона"? 	Андроид ненавязчиво опекал американского полковника, находившегося здесь же, и был готов при любом сюрпризе мягко и ласково скрутить Кеннета. Биоробот, бесспорно, не в состоянии нанести человеку вред действием или бездействием, но кто сказал, что оправданные меры по иммобилизации буяна - вред? Правда, Кеннет пока вел себя образцово. Только сказал, обращаясь неизвестно к кому: 	- Простите, джентльмены и вы, мисс, но...- Если вытянуть шею, в оконном проеме можно было увидеть стоящий неподалеку "Гурон" и его опознавательные знаки.- Но боюсь, теперь объяснения придется давать вам. 	Небо стремительно меняло цвет на зеленоватый с лиловыми и пурпурными прожилками. Нижний краешек слепящего диска звезды уже коснулся бескрайней белой равнины, скупо разнообразившейся вкраплениями темных скал. Сильно похолодало - Машин приборчик показывал минус пятьдесят два градуса. Пока терпимо, но вскоре после заката эта цифра почти удвоится. Однако в Антарктиде случается мороз и похлеще... Хотя комбинезоны военных и исследователей могли держать температуру до ста десяти градусов ниже нуля, у Маши начали мерзнуть ноги и кончики пальцев. Медтехник Ильин вместе с доктором Гильгофом тоже как-то странно переминались с ноги на ногу. Американец, очевидно, промерз до костей. Впрочем, Кеннет, выглядел бодро, будто предчувствовал скорое завершение своих бедствий. 	Семцова, не сумев перебороть любопытство, подобралась ближе к окну, чтобы бросить взгляд на происходящее у вездехода. И была поражена. Маша ожидала чего угодно: полусотни американских спецназовцев, нагрянувших поставить нахальных соперников на место, десятка бронетранспортеров, танков или еще чего-то в этом роде. Но внизу, рядом с гусеничным вездеходом, где остался Казаков, стоял всего один человек. Темно-синяя одежда, флюоресцирующие нашивки на рукавах и штанинах отражали апельсиновый свет медленно заходящего солнца. Кто это? Что происходит? 	- Странно, - прошептал Веня Гильгоф. - Крайне неординарное поведение. Они не собираются нападать на нас. Следовательно, заготовили какую-то особенную гадость 	- Я счастлива, что с нами такой оптимист, как вы, - огрызнулась Маша. - Посмотрим, что будет дальше. 	Краем уха она различила какой-то смутный скрип, доносящийся снизу, с первого этажа, но решила, что шумит ветер или люди обер-лейтенанта Эккарта сменили позиции. 	...Казаков настолько засмотрелся на разыгрываемый американцами диковинный спектакль, что даже не сообразил вовремя открыть дверь вездехода подошедшему "парламентеру". Какого беса, интересно, янкесы прислали своего человека, когда переговоры вполне можно вести с помощью радио либо стандартной аудиовизуальной связи? Штатник, однако, выглядел человеком решительным. Он ведь наверняка догадывался, что может стать потенциальным заложником. 	Раскрылись створки, человек быстро забрался внутрь и, опытным взглядом нашарив запирающее устройство, опередил Казакова, коснувшись пальцем кнопки. 	- Там холодно, - пояснил он. - А у вас натоплено. 	Американец сбросил капюшон, одним движением стянул с лица маску и улыбнулся лейтенанту стандартной, ни о чем не говорящей улыбкой. Такое выражение лиц характерно для воспитанных банкиров, встречающих представителей фирмы, задолжавшей по счетам. На вид ему было не больше сорока лет. Армейская стрижка, гладко выбрит. Глаза зеленоватые и безмятежные, взгляд человека, уверенного в своем превосходстве над противником. 	- Майор Томас Гуделл, военно-космический корпус США, - с ходу представился гость и вопросительно приподнял бровь. - Сэр? 	- Называйте меня Сергей, - уклончиво ответил лейтенант. - Чему обязан таким вниманием? 	- Если желаете, господин лейтенант, - Гуделл не обратил на вопрос Казакова никакого внимания, - обойдемся без званий. 	- Лейтенант? - переспросил Казаков. 	- Именно, - подтвердил американец и опустился на сиденье. - Специальное подразделение Вооруженных сил России "Волкодав", последние полгода - работа на ООН в центре подготовки в Тулузе, затем вас откомандировали в подчинение имперской СГБ. "Господи Иисусе, - почему-то очень спокойно подумал Казаков, - интересно, хоть кто-нибудь во Вселенной догадывается, что операция "Рюген" секретна? А мы действительно в заднице..." 	- Чего вы хотите? - спросил он. 	- Первое - отзовите своих людей из помещений базы. Снаружи мороз, и они скоро замерзнут. Второе - на ваш челнок пересаживается, предоставленный мною пилот, а все вы приглашаетесь к нам в гости. Наверху, на стационарной орбите, находится теплый и удобный рейдер "Франклин Рузвельт". Затем вы беседуете с представителями министерства обороны моей страны, наделенными гораздо большей властью, чем я. Видите, как просто? 	- И о чем мы будем беседовать с этими "представителями"? - ядовито вопросил Казаков. 	- Понятия не имею, - пожал плечами американский майор. - Но могу предположить, что речь пойдет о нарушении суверенитета Соединенных Штатов Америки, выразившемся в захвате данной колонии. Или о том, что вы здесь натворили. Убийство мирных граждан, знаете ли... 	- Вы отлично осведомлены, что колонию разгромили задолго до прибытия моей группы, - ответил Казаков. - У нас имеется свидетель. Между прочим, ваш соотечественник и полковник армии. 	- Кто-то выжил? - по-настоящему удивился майор Гуделл.- Жаль, что до сегодняшнего дня мы не обшарили базу как следует. Как человек не окочурился на такой холодине? 	- Неважно, - отрезал лейтенант. - Свидетель есть. Как вы узнали, что наш десант высадится сегодня? 	- Да мы об этом и не подозревали! - признался Гуделл. - "Рузвельт", соблюдая полное молчание во всех радиодиапазонах и защищенный магнитным полем, отражающим лучи радара, уже несколько недель находится в этой системе. О базе на Сцилле знало только правительство США, несколько абсолютно надежных людей из "Уэйленд-Ютани" и те, кто ее разгромил. Из какого источника последние добыли информацию - выясняется. Аналитики из Лэнгли решили, что террористы обязательно вернутся. Вот мы и ждали. 	- Почему? - не понял Казаков. Он до настоящего времени не мог уяснить, врет американец или нет. С чего бы ему врать? Все-таки сейчас он диктует условия. 	- Вы или кто другой,- сказал майор,- сейчас неважно, кто именно разрушил поселок, - позабыли здесь некоторые вещи, полезные для дальнейших исследований. Очень торопились. Автоматический сигнал о нападении на базу "был передан через гравитационный привод системы "Портал", едва раздались первые выстрелы. Разумеется, на перехват немедленно вышел наиболее быстроходный корабль с военными, но, к сожалению, они не успели. Пришлось устроить засаду. Вероятность нового появления уничтоживших S-801 людей была мизерной, но все-таки мы дождались. 	- Дождались, да не тех, - буркнул Казаков. 	- Какая разница? - Майор снова выдал лучезарную улыбку. - Я понимаю, что здесь поработали не вы, но кому-то ведь нужно побыть виноватым? Все свидетельствует против вас. Мы снимали с орбиты - благо небо было чистым, - как ваш десант вошел в колонию с оружием. Вам будет трудновато доказать свою невиновность... Кстати, вы не предполагаете, что свидетель, которым вы так хвастаетесь, вас же и обвинит? Только не делайте возмущенное лицо. Вмешались в развлечения для взрослых - расхлебывайте последствия. Словом, зовите своих и поехали. Гарантирую каждому личную неприкосновенность и лишь минимальное ограничение свободы. 	- Какова альтернатива? - осведомился Казаков. 	- Да никакой, - пожал плечами Гуделл. - Если откажетесь и попробуете оказать сопротивление, мы вас уничтожим. Следственному комитету будут предъявлены неопровержимые доказательства ликвидации террористической группы. 	- В незарегистрированной колонии? В ООН вас и слушать не будут! 	- Незарегистрированной? - притворно удивился майор. - С какой стати? Девять суток назад мы подали официальную заявку в Комитет по колонизации отдаленных планетных систем Организации Объединенных Наций. Прошение было тотчас удовлетворено. 	- Ну и что? При желании ооновские следователи раскопают, что заявка была фальшивой, поселок уничтожен почти месяц назад, а регистрация произошла задним числом. 	- У них не возникнет такого желания, честное слово. Ну что, согласны с моим предложением? Естественно, что после судебного процесса вам будет закрыт въезд в Россию, но правительство Америки вполне сумеет позаботиться о вас и ваших людях. 	- Вашему правительству, - поднял глаза Казаков, - требуется крупный скандал, способный скомпрометировать государственные организации Российской Империи? 	- Вы удивительно проницательны, - кивнул Гуделл. - Однако подобные тонкости пусть решают политики. Я понимаю, что вы давали присягу и служите свой стране, но, окажись я в аналогичном положении, я бы не раздумывал. Поймите, исполнители страдают всегда. Нужно уметь проигрывать. 	- Я умею проигрывать,- медленно сказал лейтенант. - А если я вас сейчас пристрелю? 	- Ничего не изменится. - Майор оставался невозмутимым и никак не среагировал на угрозу. - Как только перестанет функционировать вшитый под кожу передатчик моих личных данных, по комплексу поселка и вашему челноку будет нанесен удар с орбиты. Моя жизнь не играет роли. Я тоже исполнитель. Ну? 	- Нет, спасибо. - Казаков встал. - Дверь там. Не хотите, чтобы я вышвырнул вас отсюда пинком,- убирайтесь сами. Ясно? 	- Более чем. - Гуделл тоже поднялся на ноги и сделал шаг к двери. - Вы вызываете уважение, сэр. Мне жаль, что все так обернулось. Даю вам еще час на раздумья. Примете другое решение - свяжитесь со мной на любой волне. А когда полностью зайдет солнце, не забудьте прочитать молитву... 	Американец вышел из вездехода, шлюз за ним закрылся, а Казаков, оборвав ремешок, сдернул с груди бинокль и швырнул его в стену. Система электронного наведения прибора жалобно взвизгнула, посыпались осколки линз. 	Снег из белого стал синим, на восточной стороне неба появились звезды, выстраивающиеся в чужие созвездия. Маленькая человеческая фигура споро продвигалась по ледяной равнине от базы к усевшемуся на снег штурмовику "Гурон". 	Вслед майору Гуделлу смотрел русский лейтенант, прижавшийся лбом к обзорному стеклу вездехода. Казаков знал, что положение окончательно стало безвыходным. Теоретически, можно связаться с сидящим в челноке капитаном Реммером и отдать приказ ударить по "Гурону" ракетой или плазменным разрядом, только что изменится? Парящий над поверхностью Сциллы рейдер мигом превратит в пар всю территорию базы и окружающее пространство на много километров в радиусе. 	- Возвращайтесь. - Казаков вызвал сержанта Ратникова и обер-лейтенанта Эккарта. - Есть разговор. 	Белоснежная Сцилла не была одинока в своем движении через бесконечные пространства космоса - вокруг планеты вращались два астероида, некогда захваченных ее тяготением. Огромные, изрытые впадинами и кратерами камни могли послужить отличным укрытием кому или чему угодно. 	Именно из глубины одной из впадин стартовала ракета "Титан" с ядерной боеголовкой. "Титан" был совершенным, чудесным оружием. В узком стреловидном корпусе таилась аппаратура, стоившая миллионы долларов, - она могла "отвести глаза" почти любой системе противоракетной обороны, в нужный момент включить магнитное поле, защищавшее груз от плазменного или лучевого оружия, постепенно приобретавшего все большую популярность, и, пройдя через все барьеры, доставить начинку к цели. 	Светлый стремительный силуэт ракеты взмыл над поверхностью астероида, электронный навигатор засек ориентир, разогнал снаряд до предельной скорости, и, когда сбросившая пустые топливные баки ракета приблизилась к объекту - расцвеченному бортовыми огнями патрульному рейдеру флота США "Франклин Рузвельт", - в боеголовке сверкнула электрическая вспышка. Разогревшийся металлический стержень плотно вошел в пространство между двумя полушариями оружейного плутония. 	Спустя миг началась неуправляемая ядерная реакция. 	Защита "Рузвельта" обнаружила ракету, когда та приблизилась меньше чем на полмили к борту корабля. Ни электронный мозг крейсера, ни тем более капитан не успели ничего предпринять. "Франклин Рузвельт" сгорел менее чем за полсекунды, а над поверхностью Сциллы на несколько мгновений зажглось маленькое солнце. 	Переждав опасность, из недр астероида-луны поднялся, мерцая соплами двигателей, корабль с японскими опознавательными знаками - белым флагом и разбросавшим лучи восходящим солнцем. На броне красовалось название, выведенное иероглифами и латинскими буквами, - "Киото". 	"Киото" направился в сторону планеты, а если точнее - к ее северному полушарию. 	Звука взрыва никто не услышал. Что вполне естественно - американский корабль находился не менее чем в тысяче, а то и двух тысячах километров над поверхностью Сциллы. Вечерний пейзаж озарился очень яркой вспышкой, а над головами людей в темно-синем небе появилась постепенно угасающая звезда первой величины. 	- Что такое? - Казаков, вышедший встречать своих, оторопело посмотрел наверх. Прочие тоже замерли, наблюдая, как медленно тает бело-синее огненное пятно, а вокруг него распространяется голубое мерцающее кольцо ударной волны. 	- Или я никогда не видел ядерных испытаний, - задумчиво сообщил Гильгоф, - или кому-то сильно не повезло... Лейтенант, о чем вы говорили с американцами? 	- Об условиях почетной сдачи, - быстро сказал Казаков, не опуская взгляда. - Но кажется, все отменяется. На первый взгляд, грохнула бомба мощностью не меньше сотни килотонн. 	- Заколдованное местечко, - подала голос Маша. - Ладно, что будем делать дальше? И вообще, Сергей, пустите нас в машину! Очень уж холодно. 	Температура воздуха понизилась до минус шестидесяти. Медлительная Гамма Феникса уползла за горизонт более чем на три четверти, показывая только верхний свой край. 	Семцова и вечно любопытный Веня Гильгоф пропустили вперед военных (ученый передал кому-то из них свой драгоценный контейнер с неизвестным Маше содержимым), потом врачей и постепенно превращающегося в ледяную статую американского полковника, сами оставшись досматривать, как догорает в небе искусственная звезда. 	- Быстро внутрь! - Казаков был без маски, поэтому у него мерзло лицо. - Если "Гурон" нас атакует, то хотя бы умрем в тепле! 	Ученый первым поставил ногу на ступеньку, за ним собиралась войти Маша, но... 	Мария Семцова, консультант по вопросам чужой жизни, запомнила эти мгновения до глубокой старости. 	В ее поле зрения еще оставались два корабля, стоящие на леднике, а заодно и большая часть неба. 	Было видно узнаваемое, но слишком искаженное пространством созвездие, на Земле именуемое Южным Крестом. И именно оттуда появились темно-синие с золотым ореолом молнии, ударившие по снежному покрову Сциллы. 	- Ложись! - диким голосом заорал Казаков, сгреб Машу и замешкавшегося Гильгофа за вороты комбинезонов, швырнул их на твердый лед, покрытый тонким слоем мерзлого снега. В нескольких сотнях метров от мертвой колонии уже вспухали оранжево-черные облака разрывов: капли плазмы, сброшенные неизвестно кем, уничтожили "Триглав" и сразу за Ним - челнок американцев. 	Так как "Гурон" находился слишком близко к вездеходу и зданиям базы S-80J, воздушная волна от взрыва слегка сдвинула многотонный транспортер и разбила строения, обращенные к равнине. Их просто снесло ветром. Посыпались осколки - металлическая часть обшивки "Гурона" с шипением врезалась в лед не более чем в полутора метрах от головы Маши. Звук взрыва протолкнулся в уши, заставив ее, Казакова и доктора Гильгофа на несколько мгновений оглохнуть. Полился горячий дождь - Семцова какой-то частью сознания уяснила, что огонь испарил поверхность ледника, но капли еще не успели остыть при падении. Это какая же мощь у плазменных пушек, которыми орудовали неизвестные экстремисты, наблюдавшие за своей акцией с безопасной орбиты Сциллы? 	- Живы? - Это был голос Казакова. - Я тоже немножко жив. Мать твою, да что здесь происходит? Интересный был вопрос. 	Черные дымные клубы медленно рассеивались в почти неподвижном воздухе, поднимаясь к расцвеченному пока еще тусклыми вечерними звездами небу. На востоке горел оранжево-пурпурными красками закат. От "Триглава" и американского "Гурона" остались лишь неприятные человеческому глазу остовы. Менее крупный российский катер превратился в груду закопченных обломков, разбросанных в радиусе двухсот метров. "Гурон" еще сохранял форму - можно было различить кабину с выбитыми стеклами и деформированные стабилизаторы в передней части корабля, зато корма модуля вообще перестала существовать, полностью испаренная высокотемпературным разрядом. 	- Красиво сработано. - Когда вызванный взрывами смерч утихомирился, из вездехода наружу высыпал почти весь уцелевший экипаж. Веня Гильгоф, поднявшись на ноги, вытащил из своей сумки маленькую, умещавшуюся в ладони видеокамеру и принялся снимать, заодно комментируя: - Жаль, что не успел заснять основные события. Итак, мы видим, что два космических корабля - один якобы ничейный, другой принадлежавший флоту Соединенных Штатов - полностью уничтожены. Кем - неизвестно. За несколько секунд до описываемого происшествия я и некоторые мои коллеги заметили вспышку от ядерного взрыва, происшедшего в космосе. 	- Можно, я дополню? - угрюмо сказал Казаков и повернулся так, чтобы Гильгоф сумел его заснять. Когда миниатюрная линза объектива оказалась направлена точно на лейтенанта, он громко и отрывисто произнес: - По имеющимся у меня сведениям, на орбите Сциллы находился штатовский рейдер "Франклин Рузвельт". Предположительно, именно он и порадовал нас прощальным фейерверком. Потом некто, расправившийся с "Рузвельтом", ударил по нам. 	- Снято! - усмехнулся ученый. - Теперь давайте-ка заберемся внутрь вездехода, врубим печку на полную катушку и обсудим, что делать дальше. Думаю, всем понятно, что, избежав одной неприятности, мы со всего размаха влипли в следующую, не менее фатальную. 	- Если хотите согреться, доктор, - пожалуйста, - зло буркнул Казаков. - Я прогуляюсь и осмотрю место происшествия. Это быстро, не беспокойтесь, не замерзну. 	- А в Торе ничего не сказано про наше положение? - поддела Гильгофа Маша. 	- В Торе сказано про все! - заявил ученый. - Я бы охарактеризовал происходящее фразой Иакова: "Как страшно сие место!" Пожалуй, господин лейтенант, я еще недостаточно промерз, чтобы отказать вам в своем обществе. Идемте поглядим, что осталось от американцев. 	Отправились вчетвером - Казаков, Маша Семцова, опять не сумевшая одолеть собственное любопытство, Бишоп, которого никто не звал, и, разумеется, Веня Гильгоф. 	К счастью, расстояние до "Гурона" было небольшим - всего-то метров двести пятьдесят. До "Три-1 глава" идти было гораздо дальше. 	- С севера приближается облачный фронт, - внезапно подал голос Бишоп и, вытянув руку, указал на полоску абсолютной тьмы, накатывающейся со стороны полюса Сциллы. - Для полноты впечатлений нам только снежной бури не хватает. 	- Да уж, положеньице, - пессимистичным тоном отозвался Гильгоф, целеустремленно топая вслед за Казаковым и молчаливой Машей.- Бишоп, вы, как существо, наделенное логикой в большей степени, нежели человек, как оцените перспективу? 	Бишоп подумал, кашлянул и полушепотом произнес: 	- Жопа. 	Гильгоф восторженно ухнул: 	- Исключительно емко и крайне необычно для искусственного организма. Ой, Бишоп, поверьте, я достаточно много общался с андроидами, даже разрабатывал кое-какие схемы для русской модели биороботов, но, честное слово, ни один из них не умел ругаться! А вообще-то вы правы. 	- Между прочим,- произнес андроид, - я начинаю чувствовать себя очень неуютно. И вовсе не потому, что мороз. Мне кажется, здесь очень высокий фон ионизирующего излучения. 	Они как раз подошли к черному скелету, еще час назад являвшемуся великолепным, прекрасно оснащенным атмосферным штурмовиком. Казаков не без удивления разглядывал дымящиеся обломки. 	- Нам неслыханно повезло, - наконец изрек лейтенант. - Во-первых, агрессия неизвестных джентльменов с орбиты направлялась только против летательных аппаратов. Если бы ударили по транспортеру и зданиям колонии, мы бы сейчас не разговаривали. Во-вторых, не взорвались боеголовки этих ракет. - Он широким жестом указал на лежащие у края выжженной плазмой воронки искореженные желтые снаряды. - Сработала система защиты от внешнего воздействия. Иначе нас бы просто смело. 	- Это ядерные ракеты? - спросила Маша, чисто инстинктивно отодвигаясь в сторону. 	- Нет, - покачал головой Казаков. - Самые обычные. Если верить маркировке - пластиковая взрывчатка. Но нам для путешествия на тот свет хватило бы. 	- А это что? - заинтересовался Гильгоф, подходя к недлинной металлической трубе, валявшейся поодаль. Он всмотрелся, наклонившись, и вдруг заорал: - Всем назад! Быстро! 	Казаков уже усвоил, что ученого из "Калуги-9" лучше слушаться и не перечить ему. Сказано - бежать, значит, надо бежать. Бросились в сторону, и, когда обломки "Гурона" остались шагах в пятидесяти за спиной, запыхавшаяся Маша спросила: 	- Веня, что вы отыскали? 	- Мама дорогая, - выдохнул Гильгоф. - Как не везет, а? Мария Викторовна, включите-ка дозиметр! 	Семцова щелкнула переключателем своего многофункционального "помощника", восседавшего на рукаве. Жидкокристаллический экран залился красным цветом, а динамик выдал яростный предостерегающий треск. 	- Господи! - только и произнесла Маша. - Фон гамма-излучения в триста раз превышает норму! 	- Там повсюду раскидан плутоний из ядерных реакторов двигателя корабля, - пояснил Гильгоф. - Полагаю, мы схватили изрядную дозу, прогуливаясь вокруг разрушенного "Гурона". 	- Ведем себя как полные идиоты, - сокрушенно ответил Казаков, быстро шагая к вездеходу. - Ну ладно, мы люди, нам простительно... А ты, Битлоп, почему ушами хлопал? 	- Он предупредил, - ответил за андроида Гильгоф. - Но я не обратил внимания. Можно было сразу догадаться, что при взрыве радиоактивные материалы разбросает на несколько десятков метров вокруг. Когда придем, нужно будет съесть по таблетке из личной аптечки. 	Семцова знала, что современная медицина достигла такого уровня, когда лучевая болезнь излечивается быстро и не оставляет последствий, но рисковать все равно не хотелось. Тем паче что дозиметр продолжал паниковать - гамма-фон был чрезмерно высоким даже на удалении от обломков американского корабля. Разбитые взрывом стержни реакторов усеяли своими частицами очень большую территорию. Значит, долго оставаться возле базы будет нельзя - чистое самоубийство. 	Изрядно стемнело, и единственными огнями, видимыми на равнине, были фары вездехода да несколько костерков там, где раньше находились корабли,- видимо, догорал пластик. Маша очень хотела как можно быстрее оказаться в салоне транспортера - хоть какая-то защита от холода и радиации. Но вот что делать дальше? 	- Тихо. - Казаков вдруг запнулся и предостерегающе поднял руку. - Доктор Гильгоф, у вас инфракрасный визор? Дайте, я свой разбил. 	- Вот. - Ученый не без удивления посмотрел на лейтенанта, протягивая бинокль. - А что такое? 	- Ничего, - ледяным голосом произнес Бишоп. Андроиды могли видеть в любых диапазонах, вплоть До ультрафиолетового. Искусственный человек вдруг потянул за руку Гильгофа, роняя его за наметенной снежной дюной. Маша, еще по опыту Ахеронта привыкшая полагаться на андроида, без раздумий шлепнулась рядом. Казаков присел на корточки, продолжая рассматривать вездеход. 	Вокруг транспортера плавно и пружинисто разгуливал крупный Чужой-хищник. 	- Разбудили все-таки, - разозленно процедил лейтенант. - Это тот самый, которого мы нашли в подвале. Проснулся и вышел на охоту, скотина. Хорошо еще, на нас теплоизолирующая одежда и он не может видеть нас в красном спектре. 	Чужому надоело рассматривать вездеход, и он, оттолкнувшись хвостом, запрыгнул на крышу машины. Поковырял лапой антенну, завороженно уставился на красный габаритный огонек, попытался зацепить когтем верхний люк транспортера, но остался несолоно хлебавши - вскрыть громадную консервную банку было почти невозможно. Если бы Чужих был десяток, вероятно, они смогли бы взять вездеход приступом, но одному животному справиться с бронированным жуком было не под силу. 	Зверь слез с крыши и снова заходил кругами. Обнюхал стержнем второй пары челюстей гусеницы и наконец заинтересовался обзорными стеклами кабины. 	- Вот тварь, а? - прошептал Казаков. - Вы посмотрите, что делает! 	К сожалению, этот тип вездехода не предусматривал опускающихся бронированных щитков, закрывавших иллюминаторы. Подобная защита, как помнила Маша, спасла во время экспедиции "Патны" на Ахеронт медтехника и одного из военных, вынужденных просидеть несколько часов в броневике, окруженном двумя десятками Чужих. Если зверюга разобьет окно, ее, конечно, убьют, но Чужой разгерметизирует машину... 	Пискнула рация. Лейтенант мигом ответил на вызов: 	- Что?.. Да, видим... Нам никак к вам не пробраться, он заметит и атакует. Что?.. Да, открывайте огонь. 	- Нет! - Гильгоф выкрикнул это слово так громко, что Маша еще сильнее вжалась в снег, опасаясь, что Чужой услышит и прибежит на голос. - Лейтенант, ни в коем случае! Не убивайте его! 	- Нам что, до конца света торчать в этом сугробе? - раздраженно шикнул Казаков. - Он убьет всех, кроме Бишопа, если мы попробуем прорваться в вездеход. Ох, не было печали... Что ему стоило поспать еще полчаса? 	- Сказано - не убивайте, - железно скомандовал ученый.- Отвлеките его любым способом. Мне нужно добраться до машины, и тогда увидите фокус. 	- Пошел ты в задницу со своими фокусами! - грубо рявкнул лейтенант. - Шестьдесят два градуса мороза, снег вот-вот пойдет! Если разразится буря, мы друг друга не найдем, не то что машину! С ума сошел? 	- Фи, поручик, - хмыкнул Гильгоф. - Делайте, что говорю! Хоть раз в жизни послушайте совета старого умного еврея. Повторяю: отвлекайте животное как угодно. Как только я окажусь в машине, действия Чужого станут... э-э... контролируемыми. 	"Что он задумал? - смятенно подумала Маша, пока Казаков размышлял над словами ученого. - Это же чистое самоубийство!" 	- Пойду я один, - внезапно решил лейтенант. - Едва внимание зверя будет отвлечено на меня, бегите к вездеходу. 	Он пробурчал в микрофон рации отмену приказа об открытии огня и неожиданно вскочил на ноги. 	- Эгей! Чучело! Смотри, пришел обед! - Лейтенант замахал руками и со всех ног бросился к полуразрушенным зданиям базы S-801.- Эй, я здесь! 	"Псих - заключила Маша. - Вот к чему приводит многолетняя служба в Вооруженных силах! А Гильгоф еще хуже! Что, черт возьми, он задумал?" 	Чужой обернулся на звук человеческой речи, на мгновение замер, явно ничего не понимая (обладай его морда способностью к мимике, на ней появилось бы весьма озадаченное выражение), и наконец бегом припустил за движущимся силуэтом. Маша, наблюдавшая за зверем, еще раз отметила для себя, что по горизонтальной поверхности Чужой движется гораздо медленнее, чем по вертикальной или отвесной. 	- Ждите! - гаркнул Гильгоф и, встав, побежал к транспортеру. 	Направившийся совершенно в другую сторону, Чужой не заметил господина ученого. Зверь охотился на лейтенанта. 	- Надо помочь. - Маша вдруг услышала голос Бишопа. - Животное догонит мистера Казакова быстрее, чем Вениамин Борисович сможет показать свой фокус. 	- Мы все сумасшедшие, - ответила Маша, но вдруг откуда-то появилась волна бесшабашного азарта. Если Гильгоф говорит, что сумеет обуздать зверя, значит, так оно и есть - доктор, конечно, изрядная балаболка, но к работе относится очень серьезно. И потом, вдруг действительно получится обставить черного хищника? 	- А мы здесь! - На этот раз выкрик принадлежал Маше. 	Андроид указал ей, куда следует бежать - к первому блоку базы. Бишоп математически рассчитал траектории всех движущихся объектов - троих людей, Чужого и самого себя. Если зверь погонится за двумя зайцами и замешкается хотя бы на несколько секунд, то не сумеет атаковать лейтенанта или Гильгофа. 	Чужой, расслышав новый голос, приостановился, повернувшись мордой к Маше, и пискнул. К сожалению, на вторую жертву он обратил гораздо меньше внимания. Зверя по-прежнему занимал Казаков, изо всех сил бегущий к центральному входу в колонию. 	- За ними! - неожиданно скомандовал Бишоп и рванулся вслед за животным. 	Семцова едва поспевала за андроидом. Гильгоф уже бил ладонью по кормовой двери транспортера. 	Казаков прекрасно понимал, что скрываться от угольно-черного громадного зверя в зданиях базы - занятие самоубийственное. Чудище мигом переберется на потолок, а значит, начнет передвигаться гораздо быстрее. Обязательно догонит. Убить человека для Чужого - дело нескольких секунд... Именно поэтому лейтенант принял решение вскарабкаться на крышу одного из блоков по металлическим конструкциям, удерживавшим цилиндрические здания базы. Тем более что несущие элементы были изрядно повреждены ударной волной от взрыва "Гурона" и их переплетения для тренированного человека стали почти идеальной лестницей. Для Чужого, впрочем, тоже. Казаков надеялся, что конструкция не выдержит веса тяжеленного чудища. А самое главное - только бы Гильгоф вовремя успел со своим неизвестным экспериментом! 	Лейтенант в прыжке уцепился за стальную балку, подтянулся, забрасывая ногу на ажурное сплетение металлической решетки, но быстрый как молния Чужой в последнем рывке настиг человека и успел схватиться передней лапой за левую голень. 	- Уйди на хер! - заорал Казаков и несколько раз пнул животное по гладкому черепу кованой подошвой правого ботинка. С таким же успехом можно было бить по бетонной стене. 	Удары, способные проломить голову человеку, ничуть не подействовали на Чужого. Продолжая держаться оснащенной роскошными когтями "ладонью" за ногу лейтенанта, зверь перебросил вес своего туловища на задние лапы, взмахнул хвостом, и его острый наконечник ударил в металл в сантиметре от лица Казакова, выбив искру. 	Человек продолжал рваться наверх, но животное было слишком тяжелым, а его хватка - слишком сильной. Совсем рядом от спины Казакова несколько раз щелкнули внутренние челюсти Чужого. Лейтенант матерился на чем свет стоит. 	Конструкции, поддерживающие здание, с угрозой затрещали. Они и так были разломаны взрывом, а тут еще дополнительная нагрузка... Еще минута - и металл не выдержит. Помог быстроногий Бишоп. 	Андроид, прекрасно зная, что зверь не будет на него реагировать как на живое существо, но только как на досадную помеху, сумел ухватить Чужого за кончик длинного шипастого хвоста и как следует дернуть. Зверь повернулся, плюнул в Бишопа струей кислоты, но, к счастью, разъедающая жидкость пролетела мимо синтетика. 	И тут воздушные переплетения стальных рам сломались. 	Маша, наблюдавшая со стороны, увидела, как на снег медленно-медленно обрушиваются поддерживающие цилиндр жилого строения конструкции, как Чужой, разжав хватку, летит в громадный сугроб, а вслед за ним туда же падают лейтенант Казаков и андроид. 	"Конец, - подумала Семцова. - Добегались. Гильгофа лично пристрелю!" 	Чужой выбрался из снежного завала на удивление быстро. Встряхнулся, как собака, возмущенно пискнул и шарахнулся в сторону - оседавшее здание базы грозило его придавить. Спустя несколько секунд из сугроба вынырнул Казаков и оказался лицом к лицу со стоящим в трех шагах животным. 	- Кыш отсюда, скотина! - Лейтенант, похоже, не потерял самообладания, сделав то, что обычно приводит в краткое замешательство любого зверя. А именно - начал кричать. 	Маша предполагала, что у Чужих очень нежный слуховой аппарат, они наверняка побаиваются резких звуков, и оказалась права - черная тварь отскочила на пару шагов. Осознав, что особой угрозы нет, Чужой замер в атакующей позе: лапы широко расставлены, верхние конечности выпрямлены, как и несколько пар щупалец с присосками, хвост напряжен и украшающий его шип с ядом направлен в лицо человеку... 	- А теперь, - Семцова услышала резкий скрипучий голос Гильгофа, - наш приятель отойдет назад. И без всяких разговоров! 	Дальнейшее поведение Чужого привело Машу в полное изумление. 	Чудище, на лакированном панцире которого еще поблескивали последние отсветы отгоревшего заката, действительно сделало десяток шагов назад, скрючилось, убрав щупальца, и замерло. 	- Лейтенант, где Бишоп? - Доктор Гильгоф безбоязненно подошел совсем близко, ничуть не обращая внимания на Чужого. - А, вот вы где, милейший! Выкапывайтесь из сугроба и идем домой, 	- Сдуреть...- громко вздохнул Казаков.- Я уж думал - все, пи... конец, в смысле. Как это у вас получилось, Вениамин Борисович? 	Маша, глянув на Гильгофа, увидела в его руках какой-то небольшой прибор, очень похожий на примитивный комплекс дистанционного управления. На пульте горели зеленые индикаторы. 	- Все объясню, когда окажемся в тепле, - отрезал Гильгоф. - Не бойтесь, животное вас не тронет. Идем в вездеход. Господин лейтенант, да на вас смотреть страшно! Глаза будто у покойника. 	- По вашей милости, доктор, я едва им не стал, - хмыкнул Казаков. - А действительно холодно. Пошли внутрь... 	Зимние ураганы на Сцилле, как выяснилось, имели привычку начинаться с внезапного шквала и частых снежных зарядов, изо всех сил лупивших по бортам транспортера. Приземистая машина, отъехавшая подальше от зданий базы и укрывшаяся между торчащими скалами, заметно вздрагивала и покачивалась. 	Чужой, не трогавшийся с места, пока люди преодолевали расстояние от жилого корпуса до вездехода, при первых сильных порывах ветра поднялся, покрутил головой, точно оглядываясь, и скрылся в недрах S-801. Возможно, он решил вернуться в пещеру-склад и снова впасть в спячку, раз уж охота выдалась такой неудачной. 	Едва оказавшись в машине, госпожа консультант, изнервничавшаяся за последние сорок минут, чисто машинально глянула на свой прибор-"помощник". В салоне транспортера было плюс двадцать пять градусов. Хорошо-то как... За бортом трещал семидесятиградусный мороз и начинала мести вьюга. 	Вездеход был не слишком большим и тесноватым для более чем полутора десятка набившихся внутрь людей. Но машина предохраняла от непогоды, а самое главное - отлично защищенные борта не пропускали излучение плутония, разбросанного взрывом, уничтожившим "Гурон". В углу, занимая дополнительное место, громоздился мешок из толстого черного пластика, скрывающий найденный в лаборатории труп Чужого. 	Американский полковник сидел насупившись, да и остальные члены отряда выглядели не лучше. Казаков понимал, почему его люди впали в уныние. Только Веня Гильгоф казался ничуть не расстроенным, а скорее даже радостным. 	- Ну так! - сказал лейтенант, едва отогревшись и обратив на себя всеобщее внимание. - Подведем итоги. Сначала посчитаем хорошее: пока что мы в тепле, в относительной безопасности, располагаем небольшим запасом воды, еды и оружия. Теперь плохое: у нас нет корабля, чтобы эвакуироваться отсюда, погиб капитан Реммер, остававшийся на "Триглаве", мы не можем связаться не то что с начальством на Земле, но даже с ближайшим центром транспортного контроля, тепла и энергии нам хватит не более чем на двое суток. Такое же положение с материальным обеспечением. 	- Нападавшие на S-801,- неожиданно вставил полковник Кеннет, - не вывезли часть складов. Если пошарите - найдете еду. 	- Это не выход, - помотал головой Казаков. - Когда кончится горючее в вездеходе, мы окажемся на диком холоде. 	- Гибернационные капсулы, - подсказал Гильгоф и, заметив скучные взгляды остальных, добавил: - Я не говорю, что оставшиеся на базе аппараты для анабиоза выручат всех, если мы решим кого-то положить спать. На них установлены мощнейшие аккумуляторы. Если снять батареи с капсул и присоединить к неповрежденным системам обогрева одного из зданий колонии, мы получим теплое жилише. Минимум на месяц,, может быть, больше. 	- Уже лучше, - согласился командир экспедиции. - Дальше? Ну, Веня, вы же аналитик! 	- Э-э... - протянул Гильгоф. - Вот, например, госпожа Семцова утверждает, что подстреленная обер-лейтенантом Эккартом и его десантниками тварь является огромным насекомым. Собственно, чистый животный белок... Когда проголодаемся, сможем употреблять их в пищу. Мария Викторовна, я прав? 	- Теоретически...- фыркнула Маша.- Человек может есть все, что не является для него ядовитым. При нужде я проведу анализы, благо аппаратура с собой, а не осталась на "Триглаве". Этих существ, "уродцев Эккарта", или "bestia Eccarti vulgaris", как вы их обозвали, Веня, есть можно. 	- Думаю, это не кошерная еда, - вздохнул Гильгоф. - но я проявлю гибкость. Ладно, хватит шуток. Ситуация пренеприятная. Мы можем продержаться месяц, может быть, два. А может, сутки или всего несколько часов. Вы что, господа, забыли о тех неизвестных и, наверное, очень неприятных личностях, которые превратили в пар американский рейдер на орбите и наши челноки? Где гарантия, что они не высадятся здесь и не устроят нам обструкцию? 	- Никакой гарантии, - проворчал Казаков, вертя в пальцах патрон от автоматической винтовки. - Остается только ждать. Я очень надеюсь на систему дублирования нашей операции. 	- А я нет, - оптимистично заключил ученый. - Все-таки мы действительно оказались в автономном плавании. Да и сколько можно ждать? Год, три?.. 	Небо было полностью затянуто низкими тучами. Даже через обшивку вездехода было сльппно, как завывает буря и бьют по броне снежные заряды. Если долгая ночь на Сцилле - а это полных девятнадцать часов - ознаменуется мощным бураном, транспортер окажется полностью заметенным снегом и превратится в своего рода братскую могилу. 	Может, действительно стоило укрыться в неразрушенных зданиях колонии? Тем более что под базой имелся комплекс естественных пещер...

	ГЛАВА ВОСЬМАЯ. AVE, CAESAR! 	Ориентировочно - 9/10 февраля 2280 года, планета LV-934 Сцалла
 	Если военные сидели молча, а некоторые попросту спали, то доктор Гильгоф говорил громогласно, жестикулировал и иногда даже брызгал слюной, вызывая раздражение хмурого американского полковника, разместившегося рядом с доктором. Однако Кеннет молчал и старался слушать крайне внимательно - частенько в русскоязычной речи Гильгофа проскакивали знакомые понятия. К своему величайшему сожалению, Кеннет слишком плохо знал русский язык, иначе узнал бы, что доктор вплотную приблизился к раскрытию тайны базы S-801. 	- Они действительно умеют управлять животными! - почти кричал Гильгоф, адресуя свою речь Казакову и Маше. В правой его ладони был зажат прибор в пластиковом корпусе с десятком клавиш и несколькими индикаторами. - Охальники, разгромившие лабораторию, были полнейшими кретинами! Они вывезли Чужих, часть аппаратуры, зачем-то потратили драгоценное время на грабеж складов, но позабыли вещи, ради которых, по моим соображениям, и затевалась эта авантюра. Наверное, просто не знали, что к чему, а выяснить подробности на месте им оказалось не под силу. Вот в чем суть! 	- Подождите, подождите, - сморщил нос лейтенант. - Веня, не так быстро. Давайте по порядку. 	Сидеть нам здесь долго, поэтому расскажите обстоятельно, торопиться все равно некуда. 	Маша попутно отобрала у Гильгофа его видеокамеру, поставила на режим автоматической записи и закрепила ее на штативе. Если никто не выживет, то рано или поздно кто-нибудь найдет пленку и поймет, что происходило на Сцилде. 	Ученый выдохнул, успокаиваясь, и сказал: 	- Ну, если по порядку... Предполагалось, что Чужие - существа совершенные. Так? 	- Согласна, - ответила Семцова. - Если под совершенством понимать уникальные свойства их организмов. Но я не вижу ничего восхитительного в... их э-э... повадках! 	- Совершенные паразиты, - на всякий случай уточнил Казаков. - Могут выжить в любой среде, кроме вакуума. В последнем, кстати, я тоже не уверен. Помните отчет об экспедиции "Сулако" на Ахеронт? Лейтенант Эллен Рипли привезла материнский организм на корабль. Где сидел зверь во время перелета? Верно, на обшивке челнока. Я прав, Бишоп? 	- Не напоминайте мне об этом, - скривился андроид. - Признаться, это я был виноват. Не обратил внимания, что масса атмосферного модуля увеличилась больше чем на тонну. Самка отлично перенесла путешествие в космосе, а потом... Вам было бы приятно, если бы вас разорвали на две части? 	- Нет, неприятно. - Гильгоф покачал головой. - Но сейчас не об этом. Если мы говорим: "высокоразвитое существо", то подразумевается высшая нервная деятельность - разум и речь. 	- Чужие разумны, - подтвердила Маша. - Не знаю, как черные хищники, а вот светлоокрашенные существа, которых мы обнаружили на LV-426, без всякого сомнения обладали высокоразвитым интеллектом. 	- Мы говорим о хищниках, как о более типичной разновидности, - перебил доктор. - Бишоп, например, участвовал во вскрытии привезенных из прошлого путешествия тел и отлично знает, как выглядит нервная система Чужих. Просветите нас? 	- Никакого образования наподобие мозга у этих животных нет, - с авторитетным видом ответил андроид. - Цепь крупных нервных узлов под панцирем, крайне разветвленная периферия, множество органов чувств, назначение которых нам осталось непонятно... 	- Вот оно! - торжествующе выкрикнул Гильгоф. - Еще одно свидетельство невероятно высокой приспособляемости организма Чужого! Что происходит, когда человеку стреляют в голову и задевают мозг? Смерть, верно? А у зверя разбросано по всему туловищу, скажем так, множество запасных мозгов. Если поврежден один, его функции мигом берет на себя другой нервный узел, точно так же связанный с периферической нервной системой, как и все остальные. Ему переподчиняются зрение, обоняние и все остальные чувства, а 'следовательно, даже раненый Чужой может продолжать активно действовать. Ладно, это неважно. Рассказать, что раскопали американцы из группы "Грифон", которая занималась исследованиями в этой лаборатории? 	- Рассказать! - хором ответили Маша и Казаков. Остальные тоже заинтересовались. 	- Как я уже упомянул, напавшие на колонию разбойники оказались лопухами из лопухов. Может быть, они просто не знали, к каким потрясающим результатам привели исследования. Итак, экстремисты вывезли животных и, вероятно, кое-кого из персонала, разбили большую часть компьютеров, но!.. Во-первых, они напрочь позабыли, что информация сохранилась на жестких дисках терминалов лаборатории. Во-вторых, не удосужились замести следы. В-третьих, забыли несколько вот этих штуковин. - Гильгоф продемонстрировал всем свой приборчик, помогший обуздать Чужого. 	- Что это такое? - потребовала Семцова. 	- Я еще не до конца разобрался в сохранившихся файлах, - ответил доктор. - Но то, что успел просмотреть, недвусмысленно говорит - между собой черные Чужие общаются с помощью речи. Так же, как мы. Звуками они передают простейшую информацию и команды: "пойди туда", "возьми то", "это моя территория", "там есть еда", ну и так далее. Но, судя по вашим описаниям, Мария Викторовна, серебристые Чужие обладают гораздо более развитой речью, недаром Бишоп сумел установить контакт... 	- Сумел, - подтвердил андроид, кивая головой. - А в Цюрихе я перекачал из своей памяти все слышанные мною звуки в гораздо более мощный компьютер и пытался расшифровать. Получилось неплохо, - пожалуй, я смогу более-менее сносно общаться со светлыми Чужими. 	- У, здорово! - восхитился любопытный медтехник. - Скажи что-нибудь по-Чужому! 	Бишоп нахмурился, подумал пару секунд и смоделировал своим речевым синтезатором несколько фраз, выразившихся в писке и посвистывании. Маша поежилась - у нее создалось четкое впечатление, что рядом находится Чужой, только она его не видит. 	- А перевод? - поднял бровь Ильин. 	- "Снаружи очень холодно, небо темное, а кое-кто лезет без разрешения в чужие разговоры", - парировал Бишоп и смущенно добавил: - Чисто приблизительно, конечно. 	- Стоп! - вдруг поднял руку Гильгоф. - Бишоп, вы ведь общались достаточно долго и с теми и с другими. Скажите, у черных и светлых Чужих один язык? 	- Не совсем, - задумался андроид. - Встречаются звукосочетания, близкие по форме и значению, но у хищников они более примитивны. Иногда они просто кричат - вот, например, ваше слово "ура" не несет на себе семантической нагрузки, а только эмоциональную. То же самое у черных Чужих. 	- Два диалекта, - мигом согласился ученый. - Один развитый, другой нет. Хорошо, не будем отвлекаться. Здешние спецы были настоящими профессионалами. Даже жалко, что их перебили... Американцы выяснили, что Чужие могут воспринимать и издавать инфразвуки и это позволяет им поддерживать связь между собой на огромном расстоянии. Я пока не знаю, как сотрудники S-801 воспроизводили популяцию животных, но убежден, что у них был материнский организм. 	- Блин! - поразилась Маша. - Каким образом? . - Не испытывайте чувства вины, - бесстрастно сказал Гильгоф, - Может быть, зародыш, извлеченный из вашего тела после хирургической операции на "Патне", и был самкой. Вы же не виноваты, что Хиллиард не убил животное... Так вот, возвращаясь к предыдущей теме. Самка, как вожак, издает инфрасигналы определенной частоты, воспринимаемые рабочими особями. Последние всегда подчиняются. Достаточно определить частоту, записать приказы самки в этом диапазоне, а потом их транслировать с помощью вот этого приборчика. Просто, как все гениальное. 	- Здесь, - Казаков глянул на инфразвуковой ретранслятор, найденный доктором в колонии, будто на личного врага, - вероятно, записаны только самые распространенные приказы? 	- Не забудьте, господин лейтенант, эта штуковина спасла вам жизнь, - напомнил Гильгоф. - Предположительно, штатовцы сумели расшифровать только часть сигналов, издаваемых самкой. Наиболее простые, разумеется. Выявили их опытным путем. Этого набора вполне достаточно, чтобы адекватно управлять рабочими особями. Только у меня появилось одно неприятное соображение. - Ученый кивнул влево, в угол машины, где лежал мешок с трупом чужого существа. - Вон того зверя скорее всего убили потому, что не могли с ним сладить. Если хоть одно из десяти животных оказалось неподконтрольным, значит, разгромившие базу люди могут столкнуться с серьезной опасностью. Мне плевать, сожрут их или нет, но если вот такой таракан выберется на свободу и не найдется никаких способов его приструнить... Понимаете? 	- Тихо, тихо. - Маша отчего-то забеспокоилась и даже вскочила с сиденья. - Веня, я тут набрела на одну мысль. Если американцы действительно вырастили материнский организм (Гильгоф кивнул, соглашаясь), то можно узнать - где он? Трупа матки мы здесь не видели. Самку не могли увезти - она слишком громадная, весит не менее тонны, а то и больше. Где взять клетку таких размеров? Кроме того, вы говорите, обычным хищником-самцом можно управлять? А можно ли управлять самкой? Может, самка сама по себе, она глава семьи и никому не позволит собой командовать. Она откликается, если следовать вашей теории, только на сигналы другой самки или послания самцов - например, об опасности, о пище, о существах, пригодных для подселения эмбриона, и тому подобное. Какой вывод? 	- Какой угодно, - пожал плечами доктор. - На выбор: она спит в ледяных пещерах под базой, сбежала при эвакуации и была убита в двух-трех километрах отсюда, оказалась вывезена, - может, Чужого можно усыпить? По крайней мере, следов самки мы не нашли, ни спор, ни личинок. 	- Да мы и не искали, - огорченно сказал Казаков. - Осмотрели только часть пещер, а после веселья, устроенного нам и американцам черт знает кем, мы не в состоянии продолжать поиски. Снаружи семьдесят пять градусов мороза, снежная буря и абсолютная темнота. 	- Хуже другое, - после паузы проговорил Гильгоф и в упор посмотрел на американского полковника. - Мистер Кеннет сообщил, что колонию атаковал рейдер "Киото". Помните это название? Конец декабря прошлого года, история в Гонконге. Акция "Нового Джихада". Теперь ясно, в чьих руках Чужие, которыми можно управлять? 	- Не факт, - запротестовал Казаков. - Аллах-ак-баровцы, безусловно, угнали этот корабль, но они могли двадцать раз перепродать его кому угодно. Хотя именно за террористов "Джихада говорит невероятная наглость в проведении атаки на колонию. По крайней мере можно было догадаться изменить опознавательные знаки или название корабля. Мистер Кеннет, - лейтенант перешел на английский, - вы точно помните, что возле S-801 приземлился именно "Киото"? 	- Абсолютно, - подтвердил американец. - Я сам видел этот рейдер. Надпись на борту иероглифами и латиницей. 	- Для полного счастья нам не хватает только фанатиков-исмаилитов, - неожиданно влез в разговор английский пилот. Фарелл давно понял, что попал в переделку почище ахеронтской. Только теперь вряд ли можно рассчитывать на помощь. - Джентльмены, не забудьте о том, что мы не знаем, кто именно уничтожил наш челнок и спускаемый аппарат с американского крейсера. А ядерный взрыв на орбите? 	Казаков только вздохнул. Фарелл рассудительно добавил: 	- Я оцениваю шторм снаружи не менее чем в три балла по стандартной шкале Саффир-Симпсона. Атмосферное давление сейчас девятьсот сорок пять миллибаров, скорость ветра - почти пятьдесят метров в секунду. Вдобавок густой снег. Даже если ударившие по нам люди захотят приземлиться, ничего не выйдет. Нужен либо гениальный пилот, либо тяжелый корабль, который не сдует... У нас есть время до окончания бури. 	- Время на что? - вздохнула Маша. - Куда мы денемся, если после шторма террористы захотят с нами поговорить? Или не захотят... Транспортер отлично виден в инфракрасном диапазоне. По нам просто бабахнут ракетой или плазмой. И все. - Будем ждать, - решительно сказал Казаков. - Когда погода успокоится и станет не так холодно, надо будет выйти и прикончить Чужого. Зачем его здесь оставлять? Мало ли кто нарвется потом, когда мы замерзнем... 	- Вы умеете поддержать настроение, - рассмеялся Гильгоф. - С вашего позволения, еще раз напомню Тору, хоть вы ее и не читали. "Не должно скорбеть сердце твое, ибо за то благословит тебя Господь". Не знаю почему, но я уверен - мы выберемся. 	- Легко сказать, - проворчал лейтенант недовольно, - да трудно сделать. Ну что, приготовим чай на всех? 	Прошло еще четыре часа. 	Девятнадцатичасовая ночь на Сцилле близилась к середине. Небо закрывали черные, с невероятной скоростью несущиеся к юго-востоку облака, шторм и не думал затихать. Мороз был невероятный - компьютер вездехода заявил, что снаружи почти минус девяносто, и, если бы кто-то из людей попытался разгерметизировать машину, должна была сработать "защита от дурака": мозг транспортера полностью заблокировал бы двери на пять попыток. Только с шестого раза кормовую дверь можно было открыть, и то после громкого сигнала предупреждения. 	Напряженный день остался позади, люди заснули. Дежуривший Бишоп, сменив Фарелла за штурвалом машины, изредка подавал транспортер вперед на несколько метров, выбираясь из заноса. Иначе снегопад к утру полностью бы погреб людей под толстым слоем жесткого белого льда. 	На утро составили следующий план: когда температура поднимется до приемлемых цифр - хотя бы до сорока градусов, - техники отправятся снимать батареи с гибернационных капсул, найденных в пещерах-холодильниках, а остальные займутся поиском уцелевших в складских помещениях продуктов. Менее всего разбит третий блок колонии, по крайней мере там уцелели окна, а несколько пулевых отметин на стенах можно было заделать герметиком. От Гильгофа поступило предложение активировать ядерный реактор базы, но его отвергли как волюнтаристское: при недавнем осмотре выяснилось, что реактор сильно поврежден стрельбой и запуск может повлечь серьезную аварию. А снаружи и без того разбросан плутоний - радиационный фон начал повышаться даже внутри защищенного транспортера. 	Ну что еще оставалось делать? Все-таки строения колонии были неплохо сконструированы: несколько слоев обшивки, преграждающих путь ионизирующему излучению, жаре, холоду, ультрафиолетовым лучам... И в здании будет куда просторнее, нежели в невероятно тесном салоне вездехода, где невозможно даже вытянуть ноги. 	Дальнейшая перспектива рисовалась в самых мрачных тонах.. Даже если обнаружится продовольствие, за водой (точнее, за снегом, который потом надо будет растапливать) придется ездить за несколько километров в сторону - окрестности базы радиоактивны. Потом, когда кончится еда, некоторое время можно будет протянуть, отлавливая "уродцев Эккарта" и маленьких ящериц. Но кто знает, вдруг громадные насекомые окажутся несъедобными или встречаются крайне редко: одна особь на тридцать квадратных километров? И как их искать? В общем, неприглядная складывается картина. Дополнительным штрихом была угроза появления боевиков "Нового Джихада" или другого противника, которому не нужны будут свидетели. 	Бишоп выполнял свою работу с тщательностью человека и точностью машины, благо был помесью их > обоих. Педаль газа вдавить, скорость минимальная, для экономии энергии погасить габаритные огни... Вездеход осторожно выбирается из наметенного сугроба, ползет метров на тридцать вперед, продавливая снег гусеницами из высокостойкого пластика, и наконец останавливается, чтобы выждать еще полчаса, пока его снова не завалит мириадами снежинок... 	"ВЫЗОВ НА ВОЛНЕ Р-900! ПОЖАЛУЙСТА, ОТВЕТЬТЕ!" - На мониторе терминала связи посреди черного фона мигали багровые буквы. 	Мимический и логический центры мозга андроида отправили его лицевым синапсам недвусмысленный приказ - изобразить удивление. Что Бишоп и сделал. 	Даже рот приоткрыл. Кто-то выходил на связь. На русском языке. 	"ВЫЗОВ ПРИНЯТ. ОЖИДАЮ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫХ СВЕДЕНИЙ", - не раздумывая, отбил синтетик. Интересно, что будет дальше? И вообще, нужно будить людей. 	"ОСТАВАЙТЕСЬ НА МЕСТЕ. ИДУ ПО СИГНАЛУ ВАШЕГО РАДИОМАЯКА", - ответил некто. На радаре вездехода засияла яркая зеленая точка. Бишоп определил, что неизвестный объект находится не далее чем в десятке километров от базы S-801. Только почему локатор не засек его гораздо раньше? Будто из ничего появился... 	- Поднимайтесь! - громко выкрикнул андроид. - Очередные гости! 	- Что? - моментально, будто кошка, проснувшийся Казаков нырнул в кабину. За его плечом воздвигся сержант Ратников, а позади виднелись заспанные лица Марии Семцовой, врачей и доктора Гильгофа. К лейтенанту, расталкивая остальных локтями, пробился Эккарт. 	- Вас ист? - Спросонья он заговорил по-немецки, но мигом перешел на русский: - Ого, это еще кто? 	- Понятия не имею, - шепнул Казаков. - Объект передвигается в атмосфере. Господи Боже, да как он летит при таком шторме? 	- Не знаю, - ответил за Эккарта Бишоп. - Определитель массы показывает: это крупный корабль. Не менее семнадцати тысяч тонн. Система "свой - чужой" не реагирует. Ого! 	- Что? - подался вперед Казаков, уставившись на монитор. - Нет, ребята, это уже совсем не смешно! 	Неизвестный челнок вообще не был опознан. То есть программа компьютера, отвечающая за регистрацию и идентификацию любых механических объектов, со всей ясностью и непреложностью утверждала: "Тип корабля неизвестен". Следовательно, приближающийся модуль не производился ни одной фирмой Земли, занимающейся космической индустрией. Означать это могло следующее: либо на Сциллу приземлялся корабль засекреченной частной разработки, либо... Инопланетяне? Бред! 	Сквозь снежный туман стали видны ярчайшие посадочные огни. Корабль подходил совсем близко, буквально накрывая вездеход своим корпусом. Таинственные "пришельцы" продолжали информировать: 	"НЕ ДВИГАЙТЕСЬ С МЕСТА. ВЫХОДИТЬ НАРУЖУ ДЛЯ ПЕРЕСАДКИ НЕ ПОТРЕБУЕТСЯ. ПРОЦЕСС ПОГРУЗКИ ЗАЙМЕТ НЕ БОЛЕЕ ПЯТИ МИНУТ". 	- Какой погрузки? - ошарашенно вопросил Казаков. - Куда? 	- Какая разница! - по-змеиному зашипел Гильгоф. - Где моя видеокамера? Маша, куда вы ее поставили? А, вот! Пустите к иллюминатору! Лейтенант, перестаньте пихать меня локтем! Господи, да что это такое? 	Глухо стукнул металл о металл. Вездеход оказался точно под брюхом летательного аппарата. Машину довольно резко толкнуло, Маша охнула, ударившись локтем о дверь переборки, а доктор Логинов едва не упал. Транспортер вдруг подался вверх, закачался, ослепительно блеснули в обзорных стеклах прожекторы. Затем свет померк, уступив место мягкому поблескива-нию бело-голубых люминесцентных фонарей. Где-то за обшивкой машины грохнуло, будто захлопнулись огромные ворота, и наступила тишина. 	"ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, - высветилось на мониторе. - ОКРУЖАЮЩАЯ СРЕДА ПРИЕМЛЕМА ДЛЯ ОБИТАНИЯ ЧЕЛОВЕКА". 	- Ну? - яростно спросил Гильгоф у Бишопа. Тот ответил: 	- Атмосфера идентична земной. Содержание кислорода, влажность, фон излучения - в норме. Отравляющих веществ нет. Температура плюс восемнадцать градусов. Живых существ в радиусе ближайших десяти метров не зарегистрировано. 	- Вылезем или отсидимся? - спросил у себя самого Казаков. - Пожалуй, вылезем. Если бы нас хотели убить, сделали бы это давным-давно. На жилище злодея это не очень похоже. 	- На жилище обыкновенного злодея, - поправила Маша. - Кроме того, лейтенант, откуда вы знаете, как выглядит жилище злодея? 	- В кино видел. Замок Дракулы, - отрезал Казаков. - Ребята, выбираемся. Похоже, нас пригласили в гости. 	- Неплохо, - процедил Веня Гильгоф, стоя у дверей вездехода. - Но к сожалению, теория об инопланетном происхождении этой штуки не проходит... 	- Я же говорил - должна быть операция прикрытия, - радостно воскликнул Казаков. - Эгей, есть кто живой? 	- Пройдите, пожалуйста, через шлюз, - донесся серьезный мужской голос из скрытого где-то под пластиковыми панелями стен динамика. - Затем следуйте по правому коридору до трапа и поднимайтесь на второй этаж. 	- Он еще и двухэтажный, - ахнула Маша, наблюдая, как открывается широкая дверь. - Значит, это не обычный челнок. Стандартные спускаемые аппараты никогда не бывают многоярусными. 	- Что-то не похоже это на операцию прикрытия, - вставил Эккарт, разглядывая просторный отсек, где находился транспортер. - Как они нас сюда втащили, ума не приложу. 	- Нам дали четкое и ясное указание, куда идти, - ответил Казаков. - Значит, так и сделаем. Прихватите на всякий случай оружие. Кстати, заметили, что корабль не движется? Мы по-прежнему торчим на Сцилле. 	Дальнейшие открытия превзошли все и всяческие ожидания. 	Длинный и широкий корпус странного корабля прорезался двумя параллельными коридорами, ведущими от входа в реакторный отсек к юту и соединенными между собой двумя проходами. По сторонам коридоров находились прозрачные двери, ведущие в затемненные помещения. Было видно, что внутри размещается какая-то аппаратура. 	- Напоминает "Патну", не правда ли? - Маша покосилась на Казакова, и тот только кивнул. 	- Да, роскошно. Покойный "Триглав" по сравнению с этой штучкой выглядел летающим корытом. Прямо-таки уменьшенная копия "Патны". 	Под ногами пружинило бежевое ковровое покрытие; лампы освещения, слегка напоминающие вытянутые матовые овалы, давали мягкий и устойчивый свет. Двери слева, скорее всего ведущие в каюты, были облицованы темными деревянными панелями. Коридор закончился, упершись в большое помещение трапециевидной формы, занимающее носовую часть корабля. Оно смахивало на столовую или прекрасно оборудованную кают-компанию. Пластиковые столы "под дерево", автоповар в шикарном корпусе, на стенах, между четырехугольными иллюминаторами, сейчас закрытыми шторками, - пейзажи Земли. И не обычное трехмерное изображение с подсветкой или репродукция, а самая настоящая живопись. 	- Жилище эстета, - хмыкнул врач, глядя на идеальный порядок, царящий в общей зале. Мягкие сиденья, телевизор с жидкокристаллическим экраном...- Мне здесь нравится. 	- Кажется, нам сюда. - Справа располагалась металлическая винтовая лестница, ведущая на второй уровень корабля. Казаков недоверчиво потрогал ажурные кованые перила. Разумеется, теперь не могло и речи идти об "операции прикрытия". Стандартные военные и исследовательские корабли никогда не оборудуют настолько роскошно - подобные излишества обходятся чересчур дорого. И вдобавок лейтенант никак не мог опознать тип корабля. Случается, конечно, что частные лица из среды очень обеспеченных предпринимателей позволяют себе нехитрые развлечения наподобие челночных модулей, способных летать в космосе и доставляющих скучающему владельцу маленькие радости: я, мол, летал отдыхать на Афродиту на собственной яхте!.. Но подобные "яхты" всегда оборудовались на основе стандартных космических кораблей, производимых известными фирмами - "Уэйленд-Ютани", европейской "Альфой" или российским концерном "Энергия". А эта конструкция не подходит ни под один известный тип... Очень странно. 	- Поднимайтесь, - сообщили по внутри корабельной связи. Тот же голос. Мужчина лет пятидесяти. - Извините, что не вышел встречать вас лично. К сожалению, для меня это пока затруднительно. Идите в кабину, там и познакомимся. 	- С кем познакомимся? - громко сказал Бишоп и почему-то почесал в затылке. - Все наши биосканеры молчат. Если опять не происходит чего-то необычного, то я уверенно могу сказать - корабль пустой. Людей нет. 	- Кто же разговаривает? - У медтехника вытянулось лицо. 	- Речевой синтезатор мозга корабля, - тотчас предположил Гильгоф. - Андрей, это же старый фокус! 	Казаков первым взбежал по ступенькам лесенки, мимоходом приказав своим оставаться пока внизу. За лейтенантом поднялись Маша, ученый, вездесущий Бишоп и Эккарт. Заодно Казаков позвал Фарелла, как единственного уцелевшего пилота. 	- Такого не бывает, - убежденно проскрипел Гильгоф, едва оказавшись наверху. - Ущипните меня. Мы замерзли, и нам снится последний сон. 	Второй уровень корабля занимал значительно меньшее пространство, чем основной этаж. Три секции, не разделенных переборками, являлись надстройкой над корпусом, плавно выступающей над фюзеляжем модуля наподобие горба. Первая секция была собственно кабиной - три кресла для пилотов и штурмана, приборная панель перемигивается огоньками всех цветов радуги, черные штурвалы, громадные обзорные окна... За ней следовало отделение связи. Любые системы на выбор: терминал гравитационного привода, аудиовизуальная связь, радио любых диапазонов, здесь же находились мониторы внутреннего и внешнего наблюдения. Справа от прохода располагалось кресло, установленное на длинной узкой рельсе и способное перемещаться вдоль всего терминала. Эдакий мобильный командный пункт. 	Третий отсек побольше. Видимо, предназначен для отдыха пилотов. Столик, несколько кресел и откидных полок-кроватей, сейчас задвинутых в стены. Холодильник, бар, миниатюрный автоповар... 	Но удивляли не эти удобства. Лейтенант и доктор Гильгоф наметанным взглядом определили - в рубке собраны лучшие образцы производимой на Земле навигационной техники и систем управления. У Казакова отвисла челюсть, когда он разглядел на пульте внешнего слежения закрытый стеклянный колпаком красный рычажок под замочной скважиной и висящий на длинной цепочке ключ. Здесь что, даже ядерное оружие есть? 	Фарелл только охнул, пройдя вперед и как следует рассмотрев свое будущее рабочее место. Да, приборы самые лучшие, последние разработки, о некоторых из них пока можно прочитать только в специализированных военных журналах. 	- Система дальней навигации "Орион", - слабым голосом сказал пилот самому себе. - Можно умирать счастливым... Еще ее не запустили в производство, и она считается самым секретным проектом NASA. Ребята, обратите внимание - здесь аппаратура самых разных фирм! Наши - английские, американцы из "Уэйленд-Ютани", Япония... Система маневрирования в пространстве - русская, от "Энергии". Если я правильно помню, в России ее пока только испытывают. 	- Испытывают, - язвительно подтвердил Гильгоф. - И хотелось бы узнать, что за умник продал опытный образец, считающийся государственной тайной? Меня допускали к разработке только на стадии завершения, поэтому знаю... Мы, конечно, представляли этот комплекс на авиакосмическом салоне в прошлом году, - помните, какой фурор был в Фарнбо-ро? - но детали проекта засекречены почище, чем коды к использованию "черного чемоданчика" главы государства. Бред какой-то... 	- Господа, отчего же вы не присаживаетесь? Казаков вздрогнул от звука чужого голоса. Это кто еще? И почему его раньше не заметили? 	- Что за цирк? - нервно спросил Гильгоф. - Вы откуда взялись, человек хороший? 	Вся компания отступила на шаг назад. В одном из кресел салона отдыха восседал поседевший, но моложаво выглядевший мужчина с серыми глазами, тяжелой челюстью и короткой стрижкой, чуть лысоватый на макушке, одетый почему-то в древнеримскую тогу - белую с красно-золотым меандром. 	- Вы кто? - повторил Казаков, непроизвольно кладя руку на автоматическую винтовку. - Хозяин? 	- Хозяин, - согласился мужчина. - Господин лейтенант, не следует так нервничать. Оставьте оружие в покое. И вообще, уважаемые гости, не нужно бояться. Простите, что подслушивал ваши разговоры, но вы были правы - если бы мне требовалась ваша смерть, она немедленно последовала бы. Корабль отлично вооружен, а защищен еще лучше. 	- Можно узнать, - выступила вперед Маша Семцова, - как все-таки ваше имя? А то неудобно... Вы нас, похоже, знаете, а мы пребываем в неведении. 	- Вы замерзли, Мария Викторовна? - Хозяин любезно улыбнулся. - Посмотрите в баре, найдете все, что душе угодно. От вульгарной водки до самых изысканных ликеров. Что до моего имени, то извольте: Гай Юлий Цезарь, сенатор, а впоследствии император Рима. 	- Издеваетесь? - сквозь зубы прошипел Казаков. - Мы серьезно спрашиваем! Что это, черт возьми, означает? - Вы недовольны своим спасением? - с огорчением поднял брови Цезарь, не поднимаясь с кресла. - Хотите и дальше сидеть на морозе? Ждать помощи неизвестно от кого? И это в то самое время, когда на орбите висит рейдер "Киото", пережидая бурю для того, чтобы спуститься вниз и поговорить с вами по душам, попутно забрав некоторые исключительно ценные предметы, найденные Вениамином Борисовичем? 	- Кто вы такой, в конце концов? - рявкнул Казаков, сжимая кулаки. 	- Кто? - неожиданно воскликнул Бишоп. Андроид первым уяснил, в чем дело.- Да вот кто! 	Искусственный человек без всякого страха прошел к хозяину, поднял руку, стянул с нее перчатку и, театрально пошевелив пальцами, запустил ладонь прямо в грудь Цезарю. Рука Бишопа погрузилась в тело почти по локоть, но мужчина не обратил на это никакого внимания. 	- Вы что, - безмятежно спросил он, - никогда не встречали гол о графических фантомов? Добро пожаловать на борт "Юлия Цезаря", господа! То, что вы видите перед собой, - только виртуальное изображение личности бортового компьютера. 	- Как сделано!..- Гильгоф аж за голову схватился, с восторгом наблюдая за фантомом. - А мы купились, идиоты! Нет, вы гляньте, какая красота! Кто ж так насобачился создавать иллюзии? Это не совмещенные лазерные лучи! Видимо, совершенно новый принцип построения изображения! Эй, Цезарь, а ходить ты можешь? 	- Могу, - кивнул хозяин. - Простите, что не пришел вас встретить. Программа моих перемещений запускается только при полной активации всех систем малого рейдера, на борту которого вы находитесь. Сейчас корабль отдыхает. Господа, метеорологический прогноз неблагоприятен еще как минимум на двенадцать часов. За это время в данный район планеты 	никто не сунется. Можете отдыхать. Как только придет время, я вас разбужу. 	- Какое время? - настороженно переспросил Гильгоф. - Эй, эй, ты куда? 	Изображение бывшего римского императора несколько раз моргнуло, дернулось, и фантом растворился. Кресло осталось пустым. 	- Мозг корабля на вызовы не отвечает. - Бишоп, которому фокусы владельцев "Цезаря" были малоинтересны, уже вовсю общался с компьютером центра управления. - Зато появился подробный план этой замечательной машины. Нас действительно приглашают отдохнуть. Кстати, все управление кораблем и системы связи полностью заблокированы... 	- Шикарная тюрьма, - заключил Казаков. - Но не возвращаться же на мороз? Ладно, будем ждать. Для начала осмотрим корабль и как следует пообедаем. Надеюсь, автоповар здесь не виртуальный. 	Лейтенант перегнулся через перила винтовой лестницы, ведущей вниз. Оттуда к нему повернулся десяток лиц, на которых уже сияла отнюдь не призрачная надежда. - Ратников! - гаркнул командир экспедиции. - Осмотри все в правом коридоре! Эккарт и его взвод изучают левый. Огонь не открывать! 	Маша тоже спустилась вниз, решив самостоятельно пройтись по невиданному кораблю. Любопытно, какие еще сюрпризы им приготовлены? Оставаться с Гильгофом и докторами, которым Казаков препоручил надзирать за полковником Кеннетом (американец, похоже, смирился со своей судьбой и поглядывал на все происходящее с философским выражением на лице), почему-то не захотелось. Тем более что ученый уже начал потрошить бар, вытянув оттуда бутылку мерзкой и воняющей самогоном рисовой водки сакэ. 	Следующий общий сбор состоялся только по прошествии восьми часов. За это время "Цезарь" был изучен сверху донизу. Неожиданно сами по себе активировались реакторы корабля, давая гораздо больше энергии. Будто бы биоэлектронный мозг старался помочь людям как следует осмотреть его владения. Машу невероятно напугало явление фантома (все в той же белой тоге и дебильном лавровом венке на голове) в момент, когда она прогуливалась по коридору, рассматривая находящиеся за прозрачными стенными панелями научные отсеки. Там уже копошились Гильгоф и врачи, пришедшие в неописуемый восторг от предоставленного оснащения. 	- Хотите отдохнуть, Мария Викторовна? - Призрак, невероятно похожий на живого человека, возник за спиной Маши, заставив ее сердце заколотиться в два раза быстрее. Цезарь стоял на ковровой дорожке, но его сандалии не приминали ворс, отчего иллюзия не была полной. - Пожалуйста, следуйте за мной. 	Он бесшумно двинулся дальше по коридору и наконец остановился возле одной из дверей. Без всякого участия Маши щелкнул замок. 	- Ключ на столике, - сообщил Цезарь. - Там же компьютер, оснащенный всеми необходимыми для вас программами. В шкафчике чистое белье и более удобная одежда, чем ваш комбинезон. Какие-нибудь просьбы? 	- Ну-у... - протянула Маша, теперь уже совсем без боязни глядя на фантома. Невероятно, даже складки тоги колышутся при любом движении. - А чашку кофе? 	- Пакетики с концентратом - в ящике стола, Я уже включил нагреватель, поэтому кипяток будет готов через полторы минуты, - пояснил Цезарь. - За бутербродами придется сходить к автоповару в кают-компанию. Еще что-нибудь? 	- Ты чей? - несколько невнятно спросила Маша. - Я имею в виду, кто твой хозяин? 	- Сожалею, но эта информация закрыта. - Губы призрака очень натурально шевелились в такт звукам (да какой он призрак! Привидения обычно колышутся, через них просвечивает окружающая обстановка, и... Не существует никаких привидений! А это - всего лишь плод работы техники высочайшего класса. Кажется, что, если дотронешься до тоги, почувствуешь под пальцами льняную ткань). - Со временем вы все узнаете. Простите, я должен переместиться, у господина лейтенанта на складе оружия возникли некоторые проблемы. 	Фантом растворился, будто его и не было никогда. Маша по-хозяйски вошла в каюту, осмотрелась (ни дать ни взять номер отеля "Хилтон" на одного человека!). Щелкнул нагреватель и металлическим неестественным голосом сообщил: "Вода достигла температуры кипения. Доброго чаепития". 	- Фантастика! - Госпожа консультант расхохоталась. Все еще вздрагивая от смеха, Маша заглянула в ванную комнату каюты, отметила, что душ работает, и начала стягивать с себя армейский комбинезон. Цезарь не врал - в шкафчике взаправду обнаружились новые чистые вещи, теплое одеяло и простыни из настоящей шелковой ткани. Владелец корабля не скупился даже на мелочи. 	"Вот интересно, - подумала Маша. - Что за проблемы у Казакова на оружейном складе? Постойте, здесь и оружейный склад имеется? Впрочем, ничего удивительного. Пускай мужчины развлекаются со своими любимыми игрушками, а я лучше отдохну. Если нас убьют, то, по крайней мере, следует умереть с приятными впечатлениями!" 	В душе была и холодная, и горячая вода. Из отдельного маленького краника тонкой струйкой выливался безумно дорогой натуральный хвойный шампунь. 	...А лейтенант Казаков и не думал отдыхать. Когда его подчиненные вскрыли один из отсеков "Цезаря", то раздался такой дружный радостный вой десятка глоток, что лейтенант понял: в этом раю лучше оставаться навсегда. 	Смарты самых последних моделей, с автоматическим наведением и прицелом, работающим в любых диапазонах - обычный, инфракрасный, принимающий сигналы от любого движущегося объекта и обнаруживающий затаившегося противника. Безгильзовые винтовки с лазерным прицелом, легкие пехотные гранатометы, оснащенные "умными снарядами", мины почти любых образцов, ракетницы, уникальные, производящиеся буквально единицами в Канаде индикаторы движения живых организмов, принимающие сигналы в радиусе до трех километров... Четыре системы немецкой фирмы "Zorgen" - универсальное оружие для проведения секретных операций,- устройство, отсылающее одновременно до двухсот пуль к цели, ракетомет, стрелы с отравленными головками и еще бес знает что. Тяжеленькая вещица, но очень полезная. Отдельно стояли мини-ракетные установки "Сорокопут" - боеголовка с ядерным зарядом сверхмалой мощи, способным, однако, за мгновение уничтожить целый полк противника. Канистры с отравляющими веществами. Нашлись также два десятка пистолетов "Звезда", стреляющих плазменными разрядами, станковый дезинтегратор - эта штуковина могла превращать в молекулярную пыль любой металл - и несколько огнеметов с полностью заряженными баллонами. И прочее, прочее... Словом, волшебная сказка, в которой очутился человек, понимающий толк в оружии. 	И повторяющаяся странность: все системы вооружения произведены в самых разных странах - Япония, Россия, США, Европейский союз, Южно-Африканская Республика... Настоящая коллекция всего самого лучшего, самого безотказного и разрушительного. С подобным арсеналом можно за пару часов полностью зачистить крупный город. 	...Итак, выяснилось следующее: "Цезарь" имел восемь крупных отсеков и складов. Любому человеку, интересующемуся наукой, медициной, военным делом, здесь можно было найти все, что душе угодно для любимых занятий. Пространство между двумя коридорами в центре корабля было занято под каюты экипажа - четыре индивидуальных (видимо, для офицеров) и три общих, каждая на десять мест. Жизненного пространства хватало с избытком. Гильгоф вслед за Машей и после того, как внимательнейше изучил установленную в биологической лаборатории челнока аппаратуру, захватил в пользование каюту с начищенной бронзовой табличкой "Капитан". Казаков предпочел оставаться со своими людьми и устроился в менее комфортной, но тоже отлично оборудованной общей комнате. Заснул лейтенант со счастливым лицом и каплями оружейной смазки на одежде. Тем более что обед, приготовленный поваром-роботом, был великолепен, как и сам "Юлий Цезарь". Нашлась даже икра черная и холодное пиво - сказка... 	И никто ни о чем не беспокоился. Неизвестный хозяин этого замечательного летательного аппарата сделал все для того, чтобы люди почувствовали себя в безопасности, или просто отвлек их внимание, превратив корабль в подобие набитой оружием и лучшей техникой пятизвездной гостиницы. Но из гостиницы можно выйти в город, а вот отсюда куда? На восьмидесятиградусный мороз? 	Из всего экипажа не спали только поставленные на всякий случай на стражу двое солдат да Ник Фарелл вместе с Бишопом. Последние старательно изучали все особенности системы пилотирования "Цезаря", чтобы в сложный момент не попасть впросак. Попутно обнаружилось, что корабль действительно имеет на вооружении четыре ракеты, а начинка у них самая опасная: две с обычными атомными бомбами по двадцать пять килотонн и еще две несли термоядерные заряды такой мощи, что у англичанина глаза на лоб полезли, когда он увидел справку компьютера. Подобные милые штучки имелись на вооружении только у армий России, США и Китая и держались под семью замками. Никакая частная организация, а тем более обычное физическое лицо не могли даже мечтать об обладании такими игрушками. И все равно ясно: "Цезарь" не может принадлежать государственным структурам любой великой державы. Хотя бы потому, что некоторые компьютерные программы навигации, обороны или управления кораблем являлись частной разработкой и не несли на себе никаких известных на Земле товарных знаков. Военные всех государств используют только свое собственное программное обеспечение, над которым тщательно и долго работают специалисты из закрытых институтов наподобие "Калуги-9". 	- Бишоп, а что ты на это скажешь? - Пилот потянул андроида за рукав и ткнул указательным пальцем в один из мониторов. На экране мерцало вырисованное синими линиями изображение корабля, а вокруг него змеились несколько разноцветных ореолов, будто "Цезарь" оказался в самой середине радуги. 	Андроид повернулся, сдвинув брови, рассмотрел, читая русскоязычный текст, и пояснил: 	- Системы защиты, судя по всему. Никогда ничего подобного не видел. Ну, красный цвет - это понятно. Генерация магнитного поля, отводящего астероиды, некоторые виды снарядов и осколки. Желтый ореол - молекулярная защита при полетах в атмосфере: здешняя установка уплотняет окружающие корабль молекулы воздуха, и посторонние объекты, ударяясь об это поле, отбрасываются в сторону. 	- А фиолетовый и зеленый? - выпятил нижнюю губу Фарелл. 	- Не знаю. Просто не знаю. Поройся в базе данных. 	- Вас не должно это особенно интересовать. - Бишоп и пилот обернулись. За их спинами стоял Цезарь в своей дурацкой тоге. Наверное, у владельца корабля своеобразное чувство юмора, раз он позволил виртуальному мозгу воплощаться в образ римского императора. - Какая разница? Челнок полностью защищен от всех видов излучения и энергетических разрядов любой разновидности. Даже если неподалеку случится ядерный взрыв, мы уцелеем с большой долей вероятности. Главное - не очутиться в эпицентре. Не забивайте себе головы ненужными вопросами. Всем, что касается оборонительной и защитной техники, заведую я. Господа, я уже разбудил ваших коллег, а посему прошу спуститься в кают-компанию. 	Для беседы о дальнейших перспективах нашего сотрудничества. Буря постепенно затихает, надо улетать, а у нас еще найдутся дела на Сцилле. 	- Дела? - Когда фантом (как обычно без предупреждения) исчез, Фарелл поднял взгляд на Бишопа. - Какие дела? 	- Не знаю. - Андроид снова был вынужден признаться в неведении. - Но раз сказано - надо идти. 	- Я, сержант армии Его величества короля Великобритании и Ирландии, должен слушаться какое-то привидение! - сокрушенно вздохнул Фарелл. - Надеюсь, устами этого призрака говорит его хозяин - человек. Было бы обидно потом узнать, что мы натолкнулись на самостоятельно существующий и сбежавший от людей корабль, компьютер которого сошел с ума. Классический сценарий для фантастического фильма. 	- Ничего подобного в реальной жизни не бывает, - с авторитетным видом сказал Бишоп. - Вы, люди, отнюдь не самоубийцы. Никто из вас не позволит разумной машине выйти из-под своего контроля. Мистер Фарелл, это же основной принцип построения искусственного интеллекта! 	- Кто его знает, - фыркнул пилот. - Триста лет назад, например, считали, что скорость света непреодолима. А что теперь? Ладно, пошли. Послушаем, что он нам наворкует.

	ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. КТО КОМУ КОНКУРЕНТ? 	Ориентировочно - 10 февраля 2280 года, планета LV-934 Сицлла
 	- Я никогда на это не соглашусь! Слушай, голографический урод, да ты понимаешь, чем может кончиться подобная авантюра? 	- Уверяю вас, господин лейтенант, операция проработана до мелочей и абсолютно безопасна. - Фантом Цезарь не обратил никакого внимания на сыпавшиеся последние пять минут в его адрес откровенные оскорбления. - Будут задействованы все системы безопасности экипажа и корабля. Я знаю, с чем имею дело. 	- Слыхала я такие речи! - в атаку на компьютер корабля вступила Маша. - Тебе, дружок, известно такое имя - Рональд Хиллиард? Так вот, упомянутый господин тоже был уверен, что все предусмотрено и никаких неожиданностей быть не может. Только Чужие об этом не знали. Результат самый плачевный - погибло почти пятьдесят человек, а сам Хиллиард познакомился с этими тварями что ни на есть вплотную. 	- Я слышал об этом, - успокаивающим тоном ответил Цезарь. Создателями фантома было продумано все - даже эмоциональная окраска его речи. - Но от имени моего владельца я настоятельно рекомендую исполнить эту просьбу. Потом можете уничтожить животное. 	- А если не согласимся, тогда что? - Казаков агрессивно подался вперед и едва не вытянул руку, чтобы схватить Цезаря за грудки. Вовремя одумался: смешно выглядело бы. Человек атакует привидение! 	- Сожалею, - лицо фантома изобразило искреннюю печаль, - но в этом случае я буду вынужден попросить вас покинуть корабль. В случае отклонения данного предложения, у меня найдутся способы выставить вас вон. Не беспокойтесь, я не стану никого убивать. Сами умрете на морозе следующей же ночью. 	- Сволочь ты, а не император. - Казаков сказал как плюнул. - Вот последствия приема роскошных подарков! 	- Я не являюсь подарком, - ответил мозг корабля. - Я лишь выполняю приказы хозяина, которые может изменить только он сам. Когда операция будет закончена и ваша команда выполнит свои функции, я доставлю вас на Землю. Хозяин просил передать дословно следующее: "Господа, если хотите получить самые высокие награды от правительства России и притом остаться живыми, выполните мою просьбу. Кстати, вам будет открыт доступ к информации о проектах "Нового Джихада" и месторасположении базы, где находятся Чужие". 	- Твой хозяин вполне мог отыскать обычных наемников и предложить им претворить в жизнь свои фантазии. Мы-то здесь при чем? - Мария Семцова тоже разозлилась. Душ и горячая вода - это, конечно, прекрасно, но вся роскошь на поверку оказалась знаменитым бесплатным сыром из мышеловки. 	- Наемникам нужно платить,- очень натурально пожал плечами фантом. - А вы подвернулись на редкость вовремя. Вы же понимаете, что успешное выполнение и даже перевыполнение миссии в интересах правительства будет вознаграждено тем же самым правительством. Мой хозяин... 	- Хочет на елку влезть и задницу не ободрать! - перебил Гильгоф. - И прибегает к самому вульгарному шантажу! Передай ему, что так делать неприлично. 	- Передам, - согласился Цезарь. - Обязательно. Ну, господа, думайте. У вас не так много времени. Не понимаю, чего вы боитесь? Корабль отлично защищен как снаружи, так и изнутри. Вы вооружены более чем хорошо. Живой организм Чужого вывозить на Землю не требуется. Попробуйте здраво оценить ситуацию. Вам только теоретически грозит опасность. Положительных сторон в деле значительно больше. Сейчас я уйду. Через двадцать минут извольте дать решение. 	На сей раз фантом не стал эффектно исчезать в никуда, а царственно прошествовал к трапу, ведущему в кабину, и с достоинством знающего себе цену порфироносца поднялся по ступеням. Тога колыхалась, лавровый венок чуть съехал на правое ухо. 	- Наверняка подслушивает, - опечаленно вздохнул Гильгоф. - Нуте-с, господа авантюристы, что решим? 	- Выбор небогатый.- От волнения у обер-лейтенанта Эккарта усилился акцент. - Можно, конечно, устроить героическое самоубийство - например, активировать мины с оружейного склада и взорвать "Цезаря" к чертям... 	- ...И он усыпит нас или отравит газом еще на полдороге к складам, - перебил Казаков. - Нерационально. Другие соображения? 	- Гордо хлопнуть дверью и уйти, - предложила Маша. 	- И далеко мы уйдем? - мигом взбунтовался один из врачей. - Мария Викторовна, мне кажется, что нас просят не о самом невыполнимом деле. Конечно, риск есть, но после исполнения открываются потрясающие перспективы... 	Действительно, перспективы были неплохие. Улететь со Сциллы на шикарном "Цезаре", проверить на прочность оборону "Нового Джихада" и героями вернуться домой. Для исполнения этого захватывающего дух проекта требовалось всего ничего: поймать сбежавшего обратно в комплекс S-801 Чужого и взять у существа образцы живой ткани. 	Цезарь изложил программу жутковатого эксперимента с предельной ясностью. Господин Гильгоф при помощи инфразвукового ретранслятора, найденного в американской лаборатории, выманивает зверя из укрытия, заставляет его пройти в исследовательский центр корабля, где животное усыпляют и безбоязненно забирают пробы. Потом Чужого отправляют обратно, "на улицу", и там пристреливают. Или, если угодно, подвергают эвтаназии и забирают труп с собой для дальнейших исследований. 	На словах все выглядело крайне просто. Цезарь обещал, что примет самые строгие меры безопасности. А бортовая лаборатория корабля оборудована всеми необходимыми инструментами для проведения столь необычного опыта. 	- Но как его усыпить? - бушевал тогда Гильгоф. - Мы почти ничего не знаем о морфологии этого существа! О его физиологических возможностях! Сорбент-окислитель дезактивирует любой яд, который мы введем в организм животного! Травить газом? Вдруг Чужой только чихнет от нервно-паралитического соединения или вообще словит кайф, как от марихуаны? Нам еще не хватало на борту прибалдевшего Чужого с галлюцинациями и наркотическим возбуждением! Представляете, что он может натворить? 	Цезарь ответил, что попытка не пытка, в лаборатории можно найти любые наркотизирующие вещества и перепробовать их действие по очереди. Маша резонно заметила, что настолько крупный и опасный хищник, как Чужой, вряд ли останется доволен, если ему начнут прыскать в морду всякой отравой. Вдруг он выйдет из подчинения? И вообще, даже если животное заснет, то каким образом брать клеточные пробы? Кислота разъест любые инструменты. 	- Предусмотрено, - ответил мозг корабля. - Большая часть оснащения для полостных пункций выполнена из материалов на основе керамических соединений. Ваша задача - переместить в анализатор хотя бы несколько живых клеток. 	И тут Машу осенило. 	Что просил привезти из экспедиции Удав? Правильно, образцы живой ткани или хотя бы сведения об исследованиях американцев! Наука ради науки, понимаете ли... Интересно ему, этой, упомянутой уважаемым адмиралом Бибиревым "внегосударственной силе". Напрашивается очевидный вывод - "Цезарь" принадлежит именно Удаву. Но позвольте, адмирал намекнул, что говоривший с Семцовой через Интернет человек - гениальный программист. Так сказать, хакер от Бога. Откуда у программиста, пусть и наделенного почти сверхъестественными способностями, такое количество денег? "Юлий Цезарь" даже на самый непрофессиональный взгляд стоил много миллиардов долларов. Откуда могут взяться средства для приобретения самой последней техники, наиболее секретных разработок и компьютерных программ (следовательно, владелец корабля имеет возможность либо подкупать, либо неким образом шантажировать ученых в лабораториях мира, а с ними и военных, отвечающих за безопасность и тайну исследований). Подобные развлечения может позволить себе исключительно богатый и влиятельный человек. Кем он может быть? 	Маша вспомнила имена самых обеспеченных людей планеты. Владелец корпорации "Майкрософт" Уильям Гейтс Восьмой? Зачем ему это нужно? Безусловно, на него работают наиболее выдающиеся компьютерщики мира, но Гейтс никогда не интересовался биологией - двум богам служить нельзя. Директора "Уэйленд-Ютани"? Тем более бред: они никогда не стали бы помогать русским спецслужбам, особенно после скандального судебного процесса, едва не разорившего Компанию. Господин Ван-Лъюен, генеральный директор "Уэйленд-Ютани", наверняка хотел бы заполучить живого Чужого. Да, собственно, он владел им - база S-801, как выяснилось, была совместной разработкой Компании и министерства обороны США. 	Кто еще? Люди, разбогатевшие совсем недавно благодаря своему таланту? Киноактеры, писатели, те же хакеры? Глупее мысли и представить нельзя... Мафия? В этом случае сам собой напрашивается вывод: если организованной преступности Европы, России или Америки требуется Чужой, то они предпочли бы видеть живой организм, а не образцы тканей, интересные только узким специалистам. Мафия вообще занимается не биологическими изысканиями, а более прозаическими делами: торговлей оружием, наркотиками, галлюциногенной химией, редкоземельными элементами - обычные занятия преступных организаций во все времена с поправкой на космическую эру. Зачем мафии Чужие? Конкурентов пугать? Держать в качестве необычного домашнего животного? 	Смешно! 	Если "Цезарь" действительно принадлежит Удаву, то следует подумать над следующим: что представляет собой "внегосударственная сила", уважаемая самим всемогущим Бибиревым? Еще одна Контора, некогда входившая в государственные структуры, а затем вышедшая из-под контроля? Звучит фантастично. Ни одна держава никогда не допустит существования абсолютно независимой Конторы. 	Но если последняя не вредит государству, а, наоборот, сотрудничает с ним? И вдобавок владеет почти неисчерпаемыми банковскими счетами, имеет выходы на военно-промышленные структуры других стран, доступ к наисекретнейшим бумагам, содержит своих агентов влияния в правительствах? Разве Бибирев станет резать курицу, несущую золотые яйца? 	"Кажется, я забралась в область абсолютных вымыслов, - с грустью подумала Маша. - С одной стороны, ничего подобного не может существовать. С другой - "Цезарь" более чем реален. И Удав переслал мне документы ЦРУ с грифом "совершенно секретно". Вдобавок он знал, о чем говорилось на совещании в Зимнем дворце, о лаборатории на Сцилле... Может быть, именно он пытался предупредить нас при помощи дурацкого мультика с Дедом Морозом? Учитывая фантом римского императора, можно предположить - у Удава чуточку странное чувство юмора". 	- Что решим? - Казаков спросил больше у самого себя, нежели у других, и наконец признался себе, что выбора нет. Лейтенант в упор глянул на Гильгофа. - Вениамин Борисович, получится сделать то, что нас просят? 	- Если подходить к проблеме с технической стороны, - с видом академика, критикующего диссертацию молодого аспиранта, изрек Гильгоф, - мы можем натолкнуться на непредсказуемые сложности. Загнать животное в корабль я вполне сумею. Затем... 	Господин ученый пожевал губами, уставившись на потолок с огромным овальным светильником, на стекле которого пестрела нарисованная карта мира доколумбовой эпохи, и, подумав, сказал: 	- Лично мне не хочется возвращаться на мороз. Я человек южный, люблю тепло. По-моему, Цезарь и его владельцы не хотят нам зла. Рассудим здраво: предложен вполне естественный гешефт - мы поможем им, они помогут нам. Лейтенант, какая диспозиция? 	- Раз так, - оживился Казаков, - мы выходим наружу, отыскиваем зверя, вы, Вениамин Борисович, под нашей охраной препровождаете его в лабораторию корабля и приступаете к взятию анализов живой ткани. 	- Не я, - мигом открестился Гильгоф и указал на Машу. - Я не биолог, а технарь! Пускай подобными экзерсисами занимается госпожа Семцова. 	- Спасибо, - безнадежно усмехнулась Маша. - Заставляете единственную присутствующую на корабле женщину копаться в кишках живого хищника? А вдруг он меня покусает? 	- Сделаем прививку от бешенства. - Казаков едва подавил смех и, повысив голос, воззвал: - Эй, Гай Юлий! Ты где? Мы согласны! 	Фантом не появился, зато голос из динамика над автоповаром произнес: 	- Очень рад, что представленные мною доводы вас убедили. Располагайте имуществом корабля по своему усмотрению. Если потребуется, я немедленно помогу вам консультациями. Спасибо. 	Уже через десять минут вся команда военных, Маша, доктор Гильгоф и андроид собрались у шлюза, ведущего к трапу и выходу из корабля. Мария Викторовна не без отвращения снова влезла в армейский комбинезон - тесноватый, но отлично предохраняющий от холода. Казаков и Эккарт вооружили своих людей так, словно предстоял штурм крепости, - наверное, очень хотели испытать в деле новое оружие. Однако привезенные с собой винтовки и смарты стандартного армейского образца тоже прихватили - неизвестно, как поведут себя подаренные владельцами "Цезаря" игрушки. Толстая дверь шлюзового отсека уползла в корпус корабля, в помещение белыми клубами ворвался морозный воздух. Широкая лестница трапа опустилась на снег. 	- Между прочим, - Гильгоф натянул на лицо шерстяную маску, - в уставе рыцарского ордена тамплиеров - помните таких? - было сказано, что рыцари имеют право охотиться только на львов. 	- Мы же не тамплиеры, - почему-то весело сказал лейтенант. - Однако мне кажется, что Чужие ничуть не уступают этим большим ленивым кошкам. Вперед, охота начинается! 	Осторожный рассвет начал окрашивать облачное небо в серовато-оранжевые цвета. Над Сциллой висели густые сумерки, но по крайней мере исчезла непроглядная ночная тьма, да и буран притих - повалил густой снег, нагромождая вокруг разбитых строений базы горы сугробов. Снег на этой планете имел одно располагающее к себе качество - повышенную плотность. В его сугробах нельзя было утонуть, провалившись по самую шею. Легко преодолевались даже наиболее серьезные заносы. Крупные, очень жесткие снежинки сминались под ботинками в массу, похожую на брикет льда, и люди утопали в сугробах лишь по голень. 	На цилиндрические здания разрушенной колонии намело огромные, очень смахивающие на взбитые сливки, украшающие пирожные, снежные шапки. Четвертый блок вообще рухнул - поврежденные опоры не выдержали дополнительной массы. Остальные здания уцелели, только были по самые окна заметены вьюгой. 	Встал вопрос: где мог спрятаться Чужой? Если отряд вступит в здания комплекса, то подвергнет себя нешуточной опасности. Вдруг животное не заснуло, а уселось в засаду и поджидает неосторожных жертв? Зверь мог атаковать откуда угодно - из вентиляции, из складских помещений, из кают... Радиус действия ретранслятора, который сжимал в руках Гильгоф, ограничивался только десятью метрами, а здания колонии (и уж тем более ледяные пещеры внизу) раскинулись на большой территории. Решено было тщательно осматривать каждое помещение, предварительно изучив его с помощью детектора движений и определителя биомассы. 	Температура повысилась до вполне терпимых цифр. С начала рассвета было около минус пятидесяти, и каждый час мороз уменьшался на два-три градуса. 	Отряд, внимательно обыскав основные здания, продвигался дальше. Административный корпус, склад, жилые помещения пустовали. Доктор Гильгоф периодически отправлял в пространство сигнал, который можно было охарактеризовать словами приказа "Иди сюда!", но зверь не появлялся. 	И только когда люди пришли в лабораторию, стало ясно - Чужой где-то поблизости. 	- Ого! - Казаков, выставив перед собой автоматическую винтовку, мягким кошачьим шагом прошел мимо опустевших клеток к маленькому и очень неприглядному кладбищу, где были свалены тела бывших сотрудников базы. - Посмотрите, наш приятель побывал здесь! 	Вероятно, Чужой, огорченный неудачной охотой на живого человека, забрел в помещение исследовательского центра пообедать. Маша, находившаяся под неусыпной охраной сержанта Ратникова и немецкого капрала, фамилии которого она не помнила, по просьбе Казакова осмотрела несколько тел. За прошедшую ночь на них появились знакомые повреждения. Явно поработали челюсти черного хищника - если громадные насекомые, изредка появлявшиеся на базе, аккуратно срезали серповидными жвалами куски мертвой плоти, то Чужой действовал по своему обычному принципу. Вначале внутренние челюсти захватывают мясо, втягивают добычу в пасть, а уже затем основные клыки откусывают изрядный кусок. 	На промерзших трупах эти отметины были очень хорошо заметны - сохранились даже следы саблевидных зубов Чужого. 	- Он голодный, - заметил Гильгоф. - Новое осложнение. Не думаю, что зверю было приятно питаться мерзлым мясом. Если обратить внимание на количество... э-э... извиняюсь перед дамой, съеденного и на размеры животного, то получается, Чужой только слегка перекусил. 	- Предлагаете его покормить? - прищурился Казаков, с неудовольствием рассматривая повреждения на трупах.- Постойте-ка... Бишоп, я слышал, что на Ахеронте ты кормил своего серебристого знакомца. Чем? 	- Мясным концентратом,- тотчас ответил андроид.- Он съел не меньше пяти килограммов. Может, и этот будет жрать? На продовольственном складе "Цезаря" я нашел достаточно много таких брикетов... 	- Зарегистрировано движение, - вдруг выкрикнул Гильгоф, вытягивая левую руку с закрепленным на рукаве детектором. - Тридцать метров, сорок семь градусов левее. Масса объекта - килограммов пятьдесят. 	- Второй объект. - Сержант посмотрел на свой индикатор, начавший тихо попискивать. - Идет в том же направлении. 	Судя по сигналу аппарата, улавливающего изменения плотности воздуха, возникающие при движении живых организмов, Чужой и еще кто-то (скорее всего волосатый насекомыш, названный в честь немца Эккарта) находились в соседнем здании, соединенном с лабораторией прямым коридором. 	Казаков и первая группа военных быстро прошли через туннель, за ними отправился научный персонал, прикрываемый четырьмя операторами смартов. Ну точно: черный хищник охотился. 	Чужой, как разглядел стоящий у шлюза лейтенант, восседал на потолке, внимательно наблюдая за перемещением "уродца Эккарта". Насекомое с целеустремленностью маленького танка ползло по полу в направлении лаборатории. Мелькали толстые членистые лапы, многочисленные фасеточные глаза на двух головах отражали тусклый утренний свет, льющийся из окон. Ни тот ни другой, судя по всему, людей пока не видели, но представляли серьезную опасность. Челюсти насекомого по силе не уступали хватке Чужого. 	Казаков жестами указал своим на движущуюся мохнатую тварь, приказывая ее немедленно прикончить, но Чужой опередил. Зверь, дождавшись, когда двухголовый "уродец" будет проползать точно под ним, оторвался от потолка, упал сверху на так ничего и не сообразившего местного падалыцика, одним движением лапы проломил покрытый шерстью панцирь, одновременно ударив существо наконечником хвоста в одну из голов. Насекомое дернулось, умирающе пошевелило лапами и почти мгновенно издохло. Чужой взялся за обед. 	- Сергей,- прошептал Гильгоф,- пустите меня вперед. 	Вениамин Борисович, как потом было оценено, поступил исключительно глупо, что едва не стоило ему жизни. Заметив движение, Чужой оторвался от трапезы, повернул морду к человеку и зашипел. Би-. шоп мгновенно оценил этот звук как предостерегающий. Животное , предупреждало гипотетического конкурента, что ему не следует рассчитывать на добычу. 	Несколько секунд Чужой изучал силуэт, появив-. шийся прямо перед ним на расстоянии трех-четырех метров, два раза коротко пискнул... 	Андроид, оттолкнув обоих лейтенантов - и Казакова, и Эккарта, - бросился вперед. Он понял, что речь Чужого была обращена к материнскому организму: "Атаковать?" - спрашивал он. Не получив ответа от главы семьи, зверь принял решение самостоятельно, сопроводив его подобием боевого клича. Доктор Гильгоф как ни в чем не бывало стоял перед животным, вытянув руку с ретранслятором и сюсюкая: 	- Ах ты мой маленький... Иди сюда, дружить будем... Твою мать!!! 	Зверюга кинулась на ученого быстрее молнии. Гильгоф просто не успел нажать нужную клавишу, отправлявшую приказ: "Стой спокойно, не обращай ни на кого внимания". В то же мгновение сильная ладонь Бишопа ухватила доктора за рукав, дернула, и Гильгоф покатился по полу, прикрываемый андроидом. Челюсти Чужого рассекли воздух в месте, где стоял ученый секунду спустя. 	- Стоять! Никому не двигаться! - Гильгоф не потерял контроля над ситуацией, даже сильно ударившись спиной о пол. Больше всего он боялся, что военные начнут стрельбу. 	Чужой замер, пригнувшись, и, видимо, размышлял, на кого броситься - на Казакова и Эккарта или на доктора? Зверя сбивал с толку Бишоп - вроде бы теплокровное существо, но в то же время неживое. Андроид находился всего в полутора метрах от Чужого. Просто стоял с уверенным видом. Вряд ли зверь станет нападать на искусственного человека, в котором в почти равных пропорциях смешались плоть и металл. Чужой отнюдь не глуп - синтетические люди несъедобны и не могут служить носителем эмбриона. Следовательно, они не подходят в качестве объекта охоты. 	- О, получилось! - взвизгнул от радости Гильгоф. Его палец, затянутый в ткань перчатки, лежал на одной из клавиш ретранслятора, полностью утапливая ее в корпус. - Со мной все в порядке! Не вздумайте стрелять! 	- Брать живым...- зло бросил Казаков.- Вот как это называется. Доктор, еще один такой выверт - и я вам морду набью, честное слово! 	Ученый встал как ни в чем не бывало и пружинистой походкой победителя подошел к Чужому. Животное сидело на полу в позе, которую знакомый с системой анималистических знаковыражений Бишоп без труда определил как "жест подчинения". Чужой не двигался и, казалось, вообще не обращал внимания на человека. 	- Ой, забыли взять видеокамеру! - сокрушенно охнул Гильгоф. - Какой был бы кадр - я и мой Чужой! Я - рядом с наиболее жутким хищником, встречавшимся людям за всю историю цивилизации! Маша, они все-таки не выдержали конкуренции! Помните наш спор в Плесецке? 	Семцова помнила. Но ей не давала покоя мысль, что они упустили некую важную деталь. Какую? Если она не вспомнит и вовремя не предостережет, этот "укрощенный" Чужой еще даст прикурить всей команде. Но что упущено? Что забыто? Маша никак не могла сообразить. 	Зверь действительно подчинялся. Было странно видеть, как огромный (если вытянется в полный рост, то превзойдет человека высотой раза в полтора) Чужой-хищник, универсальный и опаснейший убийца, безмятежно переносит хамские действия со стороны доктора Гильгофа. Ученый, ничуть не боясь, похлопывал ладонью по закрывающему череп гладкому панцирю, проводил пальцем по острейшим клыкам длиной не менее семи-восьми сантиметров, подергивал чудище за лапу, будто здороваясь... Неужели Чужих на самом деле можно обуздать, используя лишь моделируемый техникой инфразвуковой сигнал материнского организма - королевы, возглавляющей семью? 	"Конкуренция, значит... - подумала Маша, наблюдая за беспечным ученым. Не будь на его лице маски, она смогла бы рассмотреть торжествующую улыбку, достойную Ньютона, которого ударило по голове знаменитое яблоко. - Что-то здесь не так. Я уверена. Мы обставили Чужих в одном ходе, но партию пока не выиграли. Что-то не так..." 	Вениамин Борисович переключил ретранслятор на другой диапазон, отдав зверю приказ "Следуй за мной", и махнул рукой остальным: 	- Идем к "Цезарю". Не беспокойтесь, я полностью контролирую психику животного и его действия. Сергей Владимирович, ради Бога, опустите оружие. Этот красавец никого не тронет! 	Маша оценивала процессию как наиболее сюрреалистическое зрелище, виденное ею за всю жизнь. Впереди, на почтительном расстоянии, шествовали Андрей Ратников и лейтенант, за ними с видом триумфатора выступал Веня Гильгоф вместе с чужим существом, замыкали странный парад все остальные. Семцова посматривала под ноги, чтобы случайно не наступить на волочащийся длинный хвост черного хищника. 	Снегопад не прекратился, но утро постепенно разгоралось. Теперь не надо было использовать инфракрасный бинокль, чтобы рассмотреть окружающую местность. Вдалеке чернели скальные образования, желто-черные строения базы выглядели редким цветовым пятном на сплошной снежной равнине, а выкрашенный серебристой краской "Юлий Цезарь" казался теплым и добродушным созданием, порожденным техногенной цивилизацией Земли. 	Сейчас можно было подробно рассмотреть внешнюю конфигурацию корабля. Да, большой. Гораздо крупнее челнока "Меркурий", на котором Маша несколько месяцев назад спускалась на Ахеронт, не говоря уж о погибшем "Триглаве". Два загнутых книзу трапециевидных атмосферных крыл а-стабилизатора, два киля с непонятным символом - римская ликторская связка, на которой восседает золотой орел императоров. На груди птички пристроилась свернувшаяся в кольцо змея. Неизвестный никакой современной геральдике элемент. А самое главное - название корабля, "ЮЛИЙ ЦЕЗАРЬ", было написано кириллицей. 	Маша только ахнула. Значит, этот малый рейдер действительно произведен отечественной фирмой. Не станут же американцы, европейцы или подданные японского императора изображать имя корабля алфавитом, использующимся только на территории Российской Империи и в Болгарии? В то же время корабль мог быть построен где угодно (Семцова отметила, что очертания рейдера ей совершенно незнакомы. Причем не только ей - система опознания тоже никак не отреагировала на конструкцию "Цезаря"), и знаки на борту могли быть нанесены после продажи транспорта... 	- Маша, не зевайте, - проворчал Бишоп, когда консультантка едва не упала, запнувшись о сорванный трос, и будто невзначай добавил: - Не нравится мне все это. 	- Что не нравится? - насторожилась Семцова, Уставившись в лицо андроиду. Чужой почти не беспокоил, словно был непреложной частью реальности. 	- Корабль не нравится, - тихо сказал Бишоп, указывая на "Цезарь". - Зверюга не нравится. Побывали бы вы на Ахеронте вместе с экспедицией "Сулако" и Эллен Рипли... Я на подобных тварей там насмотрелся - до конца жизни хватит. Слишком легко мы надели на Чужого виртуальный намордник. Подозрительно легко, вам не кажется? 	- Кажется,- согласилась Маша.- Но, Бишоп, посмотри - все довольны. Поймали Чужого, сейчас выберемся с этой дурацкой Сциллы, полетим неизвестно куда, зато с комфортом... 	- Мы еще не выбрались, - резонно ответил анроид, неприязненно поглядывая на черную ребристую спину зверя. - Только когда я окажусь на Земле, беспокойство пройдет. Боюсь, домой мы вернемся не скоро... 	Шлюз "Юлия Цезаря" гостеприимно открылся, опустился трап, и Казаков, первым взбежавший по нему, пропустил вперед доктора Гильгофа и его крайне необычного спутника. Голос фантома сообщил, что животное следует доставить в лабораторию "А", где уже подготовлена необходимая аппаратура. 	Толстенная, не меньше ладони, дверь закрылась, герметизируя рейдер, и люди остались наедине с изощренно-умным бортовым компьютером корабля и зубастым черным хищником, порожденным далеким и, наверное, очень суровым миром. 	Чужой вел себя более чем спокойно. 	Казаков, вдоволь пообщавшийся с Чужими восемь месяцев назад, во время экспедиции американского крейсера "Патна" к Ахеронту, зверю не доверял, да . и не собирался доверять. Именно поэтому подчиненные лейтенанту военные не отводили от Чужого оружейные дула и были готовы пристрелить его при первых же признаках неповиновения. Однако черное чудище словно и не видело людей - зверь медленно прошел по коридору вслед за ученым, заинтересовался яркими цветными индикаторами на замке двери исследовательского центра, осторожно "обнюхал" второй парой челюстей толстое стекло отсека и невозмутимо подождал, пока Гильгоф не "позовет" его внутрь. 	Страшное и непознаваемое чудовище перестало быть загадкой. Да, большой, да, очень сильный, да, неприятно выглядит (хотя, с точки зрения Гильгофа, зверь был просто неотразим: соразмерные формы, красивая матово-черная с зеленым отливом окраска... ну и так далее), но все же случилось невероятное - человек еще раз доказал всей Вселенной (а скорее, самому себе), что именно он является венцом творения. Можно загнать в клетку тигра, засадить в цирковой бассейн косатку или содержать пираний в домашнем аквариуме. Точно так же оказалось возможным найти управу на этот странный вид инопланетного хищника, несомненно развитый и высокоорганизованный. 	Вениамин Борисович Гильгоф настолько уверовал в силу человеческого разума, что прямо бравировал своим открытием. Собственно, открытие-то совершил не он, а ученые лаборатории S-801, но доктор с обезоруживающей бесцеремонностью счел, что победа над Чужими принадлежит всему человечеству, следовательно, и ему тоже. Он категорически не разделял подспудных опасений Маши, высказанных полушепотом, и безапелляционно заявил, что, "судя по сохранившимся файлам, технология управления чужим существом абсолютно совершенна". И это верно только потому, что, в отличие от серебристых разумных Чужих, черные хищники гораздо более примитивны. Примитивной тварью можно управлять, не особо напрягаясь. Ведь имеется разница между человеком и обезьяной? Верно? 	- Акула тоже примитивная, - парировала Семцова. - Но в Австралии до сих пор огораживают пляжи, не особо надеясь на отпугивающие акул сигналы. 	- Ерунда! - легкомысленно махнул рукой Гильгоф. - Американцы добились своего, и теперь мы вполне можем воспользоваться их наработками. Да уже воспользовались! Посмотрите только! 	Чужой, почему-то выглядевший очень несчастным, как мокрая болонка под дождем, сидел на полу лаборатории "Юлия Цезаря", почти прижавшись телом к жесткому ворсу пластикового покрытия, которым специально выстилали отсеки, чтобы не скользила обувь. Чужой даже не казался большим. 	"Зверь действительно кое в чем красив, - отрешенно подумала Маша, издали разглядывая Чужого. - Слишком необычен. Если бы здесь находилось не живое существо, а, допустим, статуя из черного камня, до миллиметра повторяющая его формы, то какой-нибудь миллионер выложил бы кучу денег, чтобы поставить ее у себя в саду и показывать гостям. И все-таки не будем забывать, что он живой. Живой..." 	Военные не отходили от дверей лаборатории, с мрачными лицами наблюдая, как Гильгоф готовит "камеру" для Чужого. Настоящий хозяин "Юлия Цезаря" оказался человеком удивительно дальновидным - в научном отсеке располагался закрытый со всех сторон пуленепробиваемым стеклянным куполом блок, отдаленно напоминавший громадную криогенную капсулу необычной формы. Овальная дверца, отдельный терминал управления, какие-то трубки, подведенные к вершине капсулы... Тесновато, конечно, но животное там легко поместится. 	Гильгоф заблаговременно успел изучить это устройство под руководством фантома Юлия Цезаря - мозг корабля объяснил доктору, что тот видит перед собой некое подобие газовой камеры, куда из припрятанных под полом баллонов может накачиваться любое газовоздушное соединение, теоретически способное усыпить Чужого. Когда зверь заснет, достаточно будет с помощью манипуляторов взять все необходимые анализы живых тканей, а затем выставить Чужого вон с корабля. 	Цезарь материализовался, едва только животное ввели в лабораторию. На сей раз виртуальная фигура красовалась в багрово-фиолетовой тоге, символизирующей победу и превосходство. Фантом вежливо отошел в угол, посоветовал не обращать на него внимания и пристроился в одном из кресел. Машу он нервировал, Казаков, Эккарт и их люди посматривали на шуточку владельца малого рейдера неодобрительно, а Бишоп с Гильгофом, кажется, вовсе не заметили появления компьютерного призрака. 	- Теперь пойдем со мной. - Ученый направил на животное ретранслятор и отжал пару кнопок. Закрепленный на черепе Чужого маленький прибор усилил сигнал и передал его нервным центрам животного. 	Зверь поднялся и сделал несколько осторожных шагов в сторону камеры. Семцова инстинктивно отшатнулась, хотя ее и Чужого разделяло не меньше пяти метров. Гильгоф посторонился, пропуская чудище в открытый узкий шлюз, и, когда оно оказалось внутри прозрачного блока, отдал команду "Сидеть спокойно". 	- Можете идти, - бросил он Казакову. Лейтенант поднял брови.- Отсюда он не выберется. Там трехслойное кварцевое стекло с пластиковым покрытием, пол керамический и усиленный внизу титановой плитой. Консервная банка. 	- Я хочу посмотреть, - упрямо сказал Казаков. - И вообще, чего вы раскомандовались? 	Гильгоф лишь поморщился. Бишоп стоял с каменным выражением на лице. Чужой осторожно изучал камеру, изредка тычась мордой в прозрачные стены. Капельки слюны стекали по стеклу. 	- Хорошо-о, - протянул ученый. Его пальцы порхали над клавишами компьютера, управлявшего блоком. - Приступим. Бишоп, что опробовать для начала? 	- Стандартные наркотизаторы. - Андроид ткнул пальцем в появившийся на мониторе список химических веществ, имевшихся в распоряжении исследователей. - Только мне кажется, ничего не получится. Его кровь моментально удалит любой яд, содержащийся в атмосфере. 	- Посмотрим. - Гильгоф выбрал курсором наиболее подходящее, по его мнению, соединение и нажал клавишу "ВВОД". - Для начала распылим препараты кетаминового ряда с добавлением бензодиазепинов... 	Из трубки над головой Чужого пополз едва заметный и мгновенно растворяющийся в воздухе капсулы белесый туман. Зверь поднял морду, заслышав тихое шипение, вывел из пасти стержень со второй парой челюстей, попробовал распыляемое вещество "на вкус" и... И чихнул. Очень натурально. Прямо как собака, сунувшая нос в коробочку с перцем. 	Маша Семцова откровенно фыркнула, затем последовали смешки Казакова и других военных, толпившихся у входа в лабораторию. Чужой сидел в своей прозрачной клетке, ничуть не реагируя на вводимые вещества. 	Через минуту Гильгоф разочарованно развел руками. 	- Если его легкие впитывают газы так же, как и наши органы дыхания, - сказал он, комментируя, - то Чужой должен был свалиться еще сорок секунд назад. Я ввел дозу, способную заставить стадо бегемотов больше суток беспробудно дрыхнуть... Попробуем что-нибудь другое. 	Спустя полчаса все наблюдатели, начиная от Семцовой и заканчивая прибежавшими поглазеть на невиданное развлечение докторами, начали скучать. Гильгоф с Бишопом травили бедного зверя всеми возможными наркотизаторами и их сочетаниями, но тому было хоть бы хны. Чужой иногда чихал, иногда попискивал, а чаще просто безучастно поглядывал на людей, изредка щелкая челюстями и поводя хвостом. Решение подсказал Бишоп. 	- Фторотан использовали, Вениамин Борисович? - вежливо спросил андроид. - Нет? И не нужно. 	- Я даже нервно-паралитический газ туда запустил, - с огорченным видом ответил Гильгоф, указывая на камеру. - Чтоб этой твари пусто было! Не хочет он спать! А если начнем действовать манипуляторами до того, как он заснет, рассчитывая только на воздействие инфразвукевого сигнала, зверь начнет бунтовать. Кому понравится, когда в тебя тычут иголками? 	- Любой организм, - задумчивым голосом сказал Бишоп, - обязан реагировать на изменение атмосферного давления. Понимаете? 	- Ты гений! - заорал ученый, мигом уяснив, что имеет в виду андроид. - Как я, болван, сразу не догадался! Почему ты раньше не сказал? 	Не слушая ответа Бишопа, Гильгоф рванулся к компьютеру, набирая команды. 	Что происходит с человеком или любым другим высокоорганизованным млекопитающим, когда резко понижается давление? Концентрация кислорода в крови уменьшается, зато возрастает содержание азота, мозг начинает испытывать кислородное голодание - и следует потеря сознания. Чужой, конечно, не принадлежит к классу Mammaria, но вдруг его организм отреагирует сходным образом? Ведь известно, что клетки Чужого питаются именно кислородом, - здесь эволюция не пошла на уступки новой разновидности жизни. Значит... 	Гильгоф поставил камеру на вентиляцию, чтобы удалить следы отравляющих веществ. Ему было известно, что человек падает в глубокий обморок, как только давление опускается до двенадцати psi. Доктор пошел на лихой эксперимент, уменьшив давление еще в два раза. 	Чужой откровенно забеспокоился. Завертел головой, несколько раз царапнул когтями стекло, завозил хвостом по полу, а затем под возгласы наблюдавших за камерой людей повалился с ног. Еще некоторое время дергались щупальца и сжималась-разжималась когтистая "ладонь" Чужого, но вскоре, когда атмосферное давление в камере достигло минимальной отметки, зверь полностью лишился сознания. 	- Не слышу аплодисментов! - Гильгоф развернулся всем телом к Маше и Казакову, победоносно посмотрел на остальных, включая Юлия Цезаря, молча наблюдавшего за эпопеей с усыплением Чужого, и сам хлопнул в ладоши. 	- Аплодисменты положены Бишопу, а не вам, - жестокосердно сказала Маша, кивая на скромно стоящего неподалеку андроида. - Это он догадался! Веня, сейчас быстро забираем образцы живых тканей, выпроваживаем это чучело наружу и... 	- Логично, - согласился Гильгоф, жестом подзывая Машу и андроида. - Так и сделаем. Мария Викторовна, Бишоп, вы биологи, вам и работать. Вы лучше знаете, как забирать пробы клеток. 	Дурное дело нехитрое. Бишоп, полгода просидевший в Цюрихе, копаясь в кишках чужих существ, неплохо знал их анатомию, а Семцова была профессионалом, которому не раз приходилось встречаться с ксеноморфами самых разных обличий и размеров, начиная от вирусов и заканчивая гигантскими рептилиями с Афродиты, очень похожими на динозавров, вымерших на Земле сотни миллионов лет тому назад. 	Взять у Чужого жизнеспособные клетки для их дальнейшего замораживания и исследований было просто в теории, но дело могли осложнить технические трудности. 	Маша, почувствовав себя в своей стихии, начала командовать и андроидом, и Гильгофом: 	- Веня, быстро рентгенограмму! Бишоп, активируй томограф. Потом проведем исследования ядерно-магнитным резонансом. Я точно должна знать, где какой орган находится, когда зверь лежит в таком положении. Ведь мы не можем его передвинуть, верно? 	- Здорово! - быстро прошептал на ухо доктору Логинову, стоящему у дверей, медтехник. - Никогда бы не подумал, что такое возможно. 	Казаков посматривал на засуетившихся ученых с настороженностью. Он по-прежнему не доверял Чужому. Хотя... 	"Они его усыпили,- для себя отметил лейтенант. - Значит, если мы в дальнейшем столкнемся с Чужими, достаточно будет резко уменьшить атмосферное давление в корабле, чтобы обездвижить зверя. Интересное наблюдение... Как раньше не догадались?" 	Работа шла вовсю. Получив рентгеновские снимки, томограмму и распечатку с выводами компьютера, управлявшего комплексом ядерно-магнитного резонанса, Маша задействовала сенсорные манипуляторы - и здесь предусмотрительность владельца "Цезаря" была достойна высшей похвалы. Он каким-то образом сумел сделать тончайшие хирургические инструменты из темной и не очень презентабельной на вид, но исключительно стойкой керамики, которой была нипочем даже органическая кислота, содержащаяся в организме Чужого. 	...Длинная тонкая игла, направляемая механической рукой, выползшей из основания камеры, вонзилась в череп зверя, не без натуги преодолевая кремниево-металлическое соединение, из которого был "построен" панцирь существа, затем под контролем постоянно действующего томографа прошла внутри организма Чужого к нервному узлу, засасывая в узкий канал межтканевую жидкость и живые нейроны. Еще несколько уколов - в туловище, крупные сосуды. Выступали желтые капельки разъедающей внутренностной жидкости, стекая на пол по гладкому телу и оставляя на керамических плитках темные следы... 	- Маша, достаточно, - тихо сказал Гильгоф, поглядывая на монитор, где появлялись все новые и новые данные, свидетельствующие об успехе операции. - Мы добыли материала больше, чем нужно. Часть клеток уже заморожена. Отпустите его. 	Семцова никак не ожидала, что первый в истории науки эксперимент с живым чужим существом пройдет настолько гладко. Животное никак не реагировало на вмешательство в его организм и, усыпленное низким давлением, находилось без сознания. Значит, исследователи с Земли (какая разница, кто именно?! Пусть даже Удав Каа, не подчиняющийся никакому государству или коммерческой структуре!) получат возможность беспрепятственно изучить все качества и свойства живых клеток Чужого, разгадать тайну его генофонда и, возможно, найти способ контактировать с этими чудовищами. 	Смешно другое. Эти знания будут накапливаться, аккуратно фиксироваться, наверняка появятся серьезные научные отчеты, но... Черных хищников осталось очень мало. Один здесь, еще десяток в руках у террористов "Нового Джихада" (последних вскоре должны будут обнаружить спецслужбы великих держав и безжалостно уничтожить), возможности связи с разумными серебристыми Чужими никакой, а следовательно, этот биологический вид отойдет в разряд фантастики. Если планета, породившая этот вид жизни, достаточно удалена от земного Солнца (Тысяча световых лет? Двадцать тысяч? Миллион?), то земляне встретятся с Чужими еще очень не скоро. 	Маша вспомнила свою давнюю мысль, возникшую еще на Ахеронте: вдруг Чужие выведены искусственно? Тогда с какой целью неизвестная цивилизация занималась генетическими экспериментами и биоинженерией, достигнув таких невероятных высот в построении кремний-металлических клеток? Некоторое время назад даже на Земле проводились опыты по созданию живого организма на кремниевой основе (соседний с углеродом элемент!), но исследования закончились полнейшим крахом. Ученые не смогли соединить кремний и тот виртуальный флюид, что именуется жизнью. 	Как может выглядеть мир, в котором, благодаря невероятной, непредсказуемой эволюции, появились Чужие? Если их много, то на ком они паразитируют? Или они нашли для себя симбиотический организм, способный без особых проблем для себя выращивать зародышей? Почему животное стойко переносит любую атмосферную среду, содержащую любые газы и вещества, губительные для человека? Почему, в конце концов, Чужие предпочитают не ходить по земле, а передвигаться по вертикально-отвесным поверхностям, то есть по потолку? Или на своей планете Чужие живут в пещерах? 	Еще вопросы... Чужой удивительно силен, агрессивен, отлично защищен. Следовательно, по законам биологии, он имеет серьезных врагов-хищников, от которых нужно защищаться! (Что же это за апокалипсическое чудовище, способное противостоять Чужому и побеждать его?) Отчего Чужой буквально нашпигован кислотой? Понятно, что это универсальный сорбент, предохраняющий Чужого от вредных газов и позволяющий обороняться (достаточно вспомнить, что защищающийся зверь плюет в противника струей кислоты!), но разве можно представить хоть одного известного человеку ксеноморфа, имеющего настолько отработанный и всепобеждающий механизм обороны? 	И напоследок: отсутствие механизма регулирования численности популяции, способность на долгие годы впадать в анабиоз, отсутствие органов зрения в привычном человеческом понимании, зато в наличии все мыслимые и немыслимые способы обнаружения противника (сонар, инфракрасное зрение, восприимчивость к инфра и ультразвуку и много всего прочего). С чем столкнулись люди? Кто они, Чужие?.. 	- Мария Викторовна, - Гильгоф подергал Машу за рукав, - вы над чем задумались? Смотрите, наш красавец просыпается. Я повышаю давление в камере. Когда он окончательно очухается, мы его выведем наружу и пристрелим, как ни жаль. 	- С какой стати? - Маша непонимающе посмотрела на доктора. Ей почему-то стало жалко Чужого. Пусть хищник, пусть убийца, но он ведь живой, и, в конце концов, он не виноват, что создан таким! Проще будет быстро и безболезненно убить зверя в камере. 	- Господин лейтенант приказал, - нейтрально, однако не без иронии, ответил Гильгоф. - Он не желает видеть эту морду на своем корабле. Хотя, как мне кажется, рейдер вовсе не принадлежит изумительному господину Казакову. 	- Подождите-ка, - послышался голос Бишопа, - посмотрите на животное! 	Чужой медленно, словно пьяно, поднялся на задние лапы, обвел мордой заметных через стекло людей, яростно запищал, саданул хвостом о пол и неожиданно бросился вперед, ударившись черепом о прозрачные стены камеры. Стекло выдержало. 	- Сейчас я его успокою, - кивнул ученый, взяв ретранслятор и нажимая на нем кнопки. - Не волну... 	- Черт! - Семцова отступила на шаг. - Веня, в чем дело? 	Гильгоф не мог ответить. Прибор не действовал. 	Зверь, уяснив, что пробить стену капсулы невозможно, отступил, выгнулся, и вдруг по стеклу ударила тугая струя желто-шафрановой кислоты. 	- Лейтенант! - истошно заорал Гильгоф. - Сюда, быстро! 	Казаков, обер-лейтенант Эккарт и остальные еще десять минут назад ушли в кают-компанию, убедившись, что Чужой безопасен. Даже фантом исчез, предоставив людям самостоятельно разобраться с укрощенным чудищем. 	Стеклянный колпак не выдержал. Может быть, несколько капель внутренностной жидкости Чужого и не сыграли бы особой роли, но на сей раз монстр устроил настоящий ливень из кислоты. Камера постепенно разрушалась. 	- Сматываемся! - рявкнула Маша, толкая ученого к двери. - "Цезарь" сумеет заблокировать этот отсек, и Чужой будет изолирован! Ну что вы канителитесь, Веня?! Быстро!

	ГЛАВА ДЕСЯТАЯ. ЧУЖОЙ СРЕДИ СВОИХ 	Ориентировочно - 10 февраля 2280 года, планета LV-934 Сцилла
 	На сей раз Чужой не дал никакой форы. Вчера, во время охоты на Казакова, его обманули с помощью технических ухищрений, но в настоящий момент зверь явно решил взять реванш за постыдное поражение и устроить временным хозяевам "Цезаря" веселую жизнь. 	- Почему эта сволочь не действует?! Ну почему?! 	Гильгоф, словно и не замечая, что Чужой уже вовсю выбирается из дыры в корпусе "газовой камеры", возмущенно теребил найденный в колонии S-801 инфразвуковой ретранслятор. Он не собирался мириться с поражением, только что почувствовав сладкий вкус победы над "конкурентом", и, если бы не Бишоп и Мария Семцова, так наверняка и остался бы стоять в научном отсеке, с туповатым видом пялясь на внезапно скончавшийся прибор. 	Андроид был, как всегда, быстр и точен в своих действиях. Вытолкав Машу в коридор, он буквально выбросил из лаборатории оглушенного своей неудачей доктора, с помощью прихваченного с собой прибора дистанционного управления выключил основной терминал компьютера, управлявшего исследовательским комплексом, и сам мигом выскочил за дверь. Чужой в это время уже освободился и стоял пригнувшись и растопырив когтистые передние лапы - и дурак понял бы, что это угрожающая поза. 	Бортовой мозг "Цезаря" тоже не спал. Все-таки это была отличная машина, наделенная интеллектом, способностью к логическому мышлению и в том числе определенным набором эмоций. Едва люди и Бишоп покинули лабораторию, "Цезарь" полностью обесточил помещение, намертво запер дверь и включил аварийные огни. Чужой, когда погас свет, дернулся, будто в испуге, мягко отступил на шаг назад, раскрыл пасть и сердито запищал. Так как теперь его отделяли от коридора толстая дверь и огромные прямоугольные бронестекла, Бишоп, к своему сожалению, не сумел различить звуковой сигнал. 	- ТРЕВОГА ПО КОРАБЛЮ! НАРУШЕН СТАТУС БИОЛОГИЧЕСКОЙ ЛАБОРАТОРИИ! ПРИСУТСТВИЕ НЕЧЕЛОВЕКА! ПОВТОРЯЮ: ПРИСУТСТВИЕ НЕЧЕЛОВЕКА! - оглушительным голосом речевого синтезатора известил "Цезарь" остальных. 	Первым примчался Казаков. За его спиной хмуро возвышались обер-лейтенант Эккарт со своими громилами из антитеррористического подразделения, до удивления спокойный сержант Ратников и озабоченные происшедшим врачи. 	Зверь осторожно бродил по темной лаборатории, натыкаясь на аппаратуру и переворачивая легкие пластиковые кресла. Изучал обстановку. Сквозь толстое обзорное стекло он выглядел неясной угловатой тенью, перемещающейся в глубине помещения. 	- Что, черт вас задери, произошло? - Разъяренный Казаков набросился на бледного Гильгофа. - Отвечайте же! 	- Он... он перестал слушаться,- почти заикаясь, ответил доктор. - Не могу понять почему. Разбил стекло камеры... 	- Убью! - рявкнул лейтенант, сгребая незадачливого ученого за манишку, и, брызгая слюной, прокричал ему в лицо: - Кто говорил, будто эта тварь полностью подконтрольна? Кто меня уверял, что Чужой теперь стал домашним животным, с которым дети могут играть, как с собакой? Иди теперь туда и усмиряй его как хочешь! Как его выгнать? 	Чужой, осмотревшись в помещении (видимо, темнота ему не была помехой - как-никак он располагал исключительно полезным "биологическим прибором ночного видения"), начал пристально изучать пол. Просто царапал лапой по шершавому пластику покрытия. Зачем - непонятно. Однако сейчас никто не смотрел на зверя. 	- Я...- пролепетал ученый, поправляя свои очки,- я... 	- Головка от...- начал было Казаков, но Маша вовремя положила ему ладонь на плечо. 	- Оставьте,- твердо сказала консультантка и не без труда оторвала лейтенанта от доктора Гильгофа. - Потом разберемся, почему это произошло. Нужно думать, что делать дальше. 	- Убить проклятую тварь! - тотчас последовало предложение от Эккарта. - Причем убить немедленно! 	- Потечет кислота. - Семцова, нахмурившись, посмотрела на германского обер-лейтенанта. - И потом, если мы откроем дверь, Чужой одним прыжком доберется до человека, стоящего в проеме. 	- Запустить туда Бишопа со смартом! - Сержант выступил вперед. - Он же сам говорил, что Чужие на него не реагируют как на живое существо! 	- Кислота, - снова напомнила Маша. - Читали мой отчет о событиях на Ахеронте? В нашем челноке, прямо в кабине пилотов, убили Чужого. Окисляющая жидкость уничтожила очень важные кабели и главный процессор корабельного компьютера. Естественно, что мы потом не смогли взлететь... 	- Если мне отдадут подобный приказ,- вмешался андроид, - я, конечно, пойду. Но честное слово, очень не хочется. Мария Викторовна высказала более чем разумное предположение. Мы можем повредить корабль, не только убив животное, но и... Я плохо представляю себе последствия стрельбы из смарта, тем более разрывными снарядами, в маленьком помещении. Пожар? Короткое замыкание? Несомненно, противопожарная система "Цезаря" сработает, но к чему лишние трудности? 	- Не нужно стрелять! - с болью в голосе воскликнул несколько очухавшийся Гильгоф. - Повредите аппаратуру! Там в криогенном хранилище его клетки, биологический материал! Невосполнимая потеря для исследователей! 	На ученого никто и не посмотрел. Какие могут быть рассуждения о непреходящих научных ценностях, когда всего в нескольких метрах от людей, крепко уверовавших в свою безопасность, находится Чужой, отделенный лишь плотным стеклом? Да плевать гнусному монстру на эту хлипкую перегородку! Разбил специально укрепленную капсулу, разобьет и ее! Разбежится, ударит всем корпусом об окно - и начнется... 	Чужой закончил свои изыскания на полу, вытянул щупальца, подпрыгнул, будто кенгуру, опираясь на хвост, зацепился передними лапами за проложенный по потолку кабель и повис, изредка поводя головой из стороны в сторону. 	- Стрельба отменяется, - сказал Казаков, поразмыслив. - Может, закачать в этот отсек отравляющий газ? Потом провентилируем помещение или спрыснем антидотом... А, дьявол! 	- Сообразили? - грустно улыбнулась Маша. - Его не возьмет никакое химическое соединение. Вещества, от которых любой человек окочурится через пять секунд, для Чужого - что для нас испорченный неприятным запахом воздух. Мерзко, конечно, но дышать можно. 	Зверь медленно и плавно перемещался по потолку лаборатории, будто выбирая подходящую позицию. За ним наблюдал только Бишоп, но и андроид не понимал, в чем смысл эволюции Чужого. 	- Ударить током? - продолжал строить варианты расправы с Чужим Казаков. - Понизить температуру в лаборатории и заморозить? Тварь нужно побыстрее выставить наружу... 	Яркими переливами засияла пурпурная тога, блеснули золотые браслеты на запястьях, и зарябило в глазах от квадратиков меандровой тесьмы. Фантом изволил явиться самолично. Созданный компьютером корабля призрак прошествовал к людям из дальнего конца коридора со стороны двигательной установки и реакторного отсека. 	- Еще один любитель давать обещания! - Казаков враждебно посмотрел на "хозяина" корабля. - Ты, мудак, что твердил? "Мол, у меня все рассчитано, эксперимент безопасен, все под контролем"? 	- Не ругайтесь, пожалуйста, - ответил Цезарь, остановившись в двух шагах от лейтенанта. - Среди нас все-таки присутствует женщина. Я действительно полностью контролирую ситуацию. 	- Вот как? - выкрикнул доктор Логинов и ткнул пальцем в сторону окна. - Ты погляди, что творится в лаборатории! 	- Пока ничего особенного, - пожал плечами Цезарь. - Животное не проявляет деструктивных намерений и спокойно висит на потолке. Господин Гильгоф, я только что отослал владельцу корабля информацию о проведенном, опыте и его успехе. Вам и госпоже Семцовой просили передать искреннюю благодарность и сообщение о том, что на ваши личные банковские счета на Земле переведена сумма, достаточная для компенсации внезапных неудобств. 	- Пусть он засунет свои деньги в задницу! - разъярилась Маша. - Этот твой босс, случаем, не сказал, что нам делать с Чужим? 	- Принятие решения доверено мне. - Фантом переместился к прозрачной двери лаборатории, бесшумно положил ладонь на стекло и воззрился в прореженную лучами коридорных фонарей темноту с видом гениального полководца, осматривающего неприятельскую армию с господствующей над местностью высоты. Вылитый Юлий Цезарь перед битвой с галльским вождем. - Сожалею, что вы так быстро позабыли о собственном небольшом открытии. Я наблюдал, как вы обездвижили ксеноморфа путем резкого понижения атмосферного давления в капсуле, куда он был заключен. Сейчас мы повторим этот опыт в более крупном масштабе. 	- То есть? - недоверчиво нахмурился Казаков. Бишоп согласно кивнул, мигом поняв, что хочет сделать его биоэлектронный коллега. 	- Из лаборатории будет полностью откачан воздух, - безмятежно пояснил Цезарь. - Когда давление упадет до нужных цифр... 	- Чужой тоже упадет, - обрадованно закивал Гильгоф. - Но с потолка. Пока животное будет приходить в себя, мы наденем кислородные маски и вытащим его наружу. Самое мудрое решение, как всегда - самое простое!.. Преклоняюсь перед создателями логических центров разумных компьютеров. 	- Большое спасибо, - вежливо ответил Цезарь. - Процесс выкачивания воздуха из герметичного отсека уже начат. Он займет не более пяти минут. 	Чужой забеспокоился. Повел головой из стороны в сторону, несколько раз ударил хвостом по покрытию потолка, сместился еще на пару метров в сторону и свесился вниз, будто что-то рассматривая. Что именно? 	- Знаете, - как обычно, нейтрально-безразличным голосом сказал андроид Маше, - мне почему-то не нравится его поведение.	 Дальнейшие события произошли почти мгновенно. 	Животное вдруг резко выгнулось (у Семцовой его движение, неизвестно отчего, вызвало ассоциацию с отдачей пистолета во время выстрела) и применило свое убойное оружие, выплюнув из внутренней пары челюстей узкую струйку кислоты. На пол. В одно определенное место, к которому оно давно примеривалось. 	Капли жидкости канареечно-лимонного цвета брызнули на темно-синий ворсистый пластик, появился незаметный сизый дымок, и поврежденная кислотой поверхность начала проседать. Разъедающего субстрата оказалось вполне достаточно, чтобы разрушить толстый коврик, лежащее под ним основное пластиковое покрытие пола и металлическую переборку... 	- Что такое? - очень по-человечески изумился Цезарь. На лице фантома появилось до смешного озадаченное выражение. 	Спустя мгновение изображение "призрака" заморгало, цвета резко исказились, блеснули розовые холодные искорки и Цезарь исчез. Из скрытого под деревянной панелью коммуникатора внезапно раздался голос, в котором не было ни единой человеческой нотки, - речь обычного синтезатора: 	- ВНИМАНИЕ! ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ СИТУАЦИЯ! НАРУШЕНА РАБОТА СИСТЕМЫ ЭНЕРГЕТИЧЕСКОГО КОНТРОЛЯ! АВАРИЙНАЯ ПРОГРАММА БУДЕТ ЗАПУЩЕНА ЧЕРЕЗ ВОСЕМЬДЕСЯТ СЕКУНД ПОСЛЕ ОБРАБОТКИ ИНФОРМАЦИИ О ТЕКУЩИХ ПОВРЕЖДЕНИЯХ! ЭКИПАЖУ ПРЕДЛАГАЕТСЯ УКРЫТЬСЯ В ГЕРМЕТИЧНЫХ ОТСЕКАХ! ПОВТОРЯЮ: ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ СИТУАЦИЯ! НАРУШЕНА РАБОТА СИСТЕМЫ... 	Свет моргнул и погас. Везде. В коридорах, каютах, медицинском блоке, помещении для отдыха пилотов, реакторном отсеке... Только основной терминал управления кораблем в кабине еще радовал Николаса Фарелла мерцанием индикаторов. 	Слабо, давая неприятный темно-багровый свет, загорелись миниатюрные лампы аварийного освещения. Маша едва могла рассмотреть лицо стоящего рядом андроида. 	- Поврежден кабель, - жалобно пискнул Гильгоф. 	- Ну что еще теперь? - рявкнул лейтенант, осматриваясь. 	- В сторону! Всем в сторону! Разбегайтесь! - Бишоп ухватил в охапку Марию Семцову и потащил за собой к юту корабля и лестнице, ведущей на второй этаж. Спасибо мистеру Хиллиарду - создатель биороботов серии "Бишоп" предусмотрел, что его детищам может понадобиться ночное зрение, что, собственно, и спасло жизни членам команды лейтенанта Казакова. Андроид видел, что собирается делать Чужой. 	В искусственных синапсах Бишопа промелькнула краткая тревожная мысль: "Это сделал он, Чужой. Сумел распознать, где находится кабель, проводящий энергию от реакторов к мозгу корабля! Но как, каким образом?" 	Чужой, мгновенным движением взлетев на потолок, отполз к дальней стене, замер на секунду, затем пулей ринулся к стеклам, отгораживающим лабораторию "Цезаря" от коридора, совершил прыжок_сверху вниз - и всей своей тушей, весящей не меньше сотни килограммов, ударился об окно. Обычно подобные стекла выдерживали выстрел из любого ручного оружия, огромное давление или высокую температуру, предохраняя от локального пожара, однако на этот раз созданная человеческими руками конструкция не смогла противостоять ярости громадного и взбешенного инопланетного хищника. Или, может быть, в стекле была небольшая трещинка - дефект, пропущенный заводом-изготовителем? Или Чужой был достаточно умен, чтобы направить удар в знаменитую критическую точку? 	Так или иначе, черный клубок живой плоти, окруженный фейерверком мельчайших острых стеклянных осколков, вылетел в коридор. Никто не успел выстрелить - люди, благодаря предупреждению Бишопа, отбежали на значительное расстояние, а Чужой, ничуть не мешкая, уцепился за потолок лапами и тонкими щупальцами, со скоростью ракеты промчался над головами экипажа и скрылся в проходе между двумя основными коридорами корабля. Будто понимал: если он останется здесь хотя бы на мгновение, его изрешетят пулями. 	Яркий свет галогенных ламп включился менее чем через двадцать секунд после побега животного. "Юлий Цезарь" справился с локальной катастрофой - энергия, поступавшая к главному процессору корабля, была пущена по резервным кабелям. 	Разбитое стекло, валяющееся на мягком ковровом покрытии коридора, безобразная дыра в проеме обзорного окна лаборатории, напуганные люди и... И Чужой, вырвавшийся на свободу. 	- Наверх! - скомандовал Казаков. Лейтенант снова попытался взять ситуацию под контроль. - На верхний уровень! Ратников прикрывает, научный персонал пропустить вперед! 	Гильгофа, Машу, доктора Логинова и сопровождавшего его медтехника военные, ни на миг не ослабляя внимания, довольно грубыми тычками отправили бежать по проходу, к винтовой лестнице, а затем, следуя приказам командира, поднялись сами. Чужой не появлялся - наверное, затаился в самом дальнем углу корабля. 	В небольшой каюте второго уровня рейдера стало тесно. Собрались все, предварительно задраив прочный люк, ведущий в кают-компанию, расположенную в передней части "Цезаря". Машу откровенно трясло. Было страшно. Этот страх усиливался воспоминанием, что всего полчаса назад она была твердо уверена в превосходстве человека над необузданной стихией - Чужим. 	- Бишоп, быстро дай мне выход на мозг корабля. - Казаков вовсе не казался напуганным, а наоборот, успокаивающе-деловым. - Он восстановил поврежденные системы? Вот и отлично. 	- Я полнейший идиот. - В тишине эта реплика Гильгофа прозвучала, как серия выстрелов. 	- Несомненно... - Мария Викторовна стояла за спиной лейтенанта, дожидавшегося в маленьком отсеке связиста контакта с главным компьютером "Юлия Цезаря". 	- Мы недооценили Чужих, - шепнул доктор. - Вернее, я недооценил. Знаете почему? 	- Почему? - Семцова посмотрела на ученого не без отвращения. Господа высоколобые всегда считают себя центром Вселенной, не обращая внимания на бренную реальность. Вот Гильгоф и доигрался с огнем. 	Доктор вытянул руку, в которой по-прежнему сжимал инфразвуковой ретранслятор. Прибор выглядел как обычно. Овальная пластиковая коробочка с несколькими индикаторами и полутора десятками серых клавиш. 	- Вот, - сказал ученый, указательным пальцем левой руки подталкивая дужку очков выше на переносицу. - Мы надеемся только на технику, а Чужой исключительно на себя. Хотите знать, отчего он не реагировал на сигнал? 	Семцова и Казаков подозрительно уставились на Вениамина Борисовича, выглядевшего крайне несчастным. Эккарт, внешне сохранявший полное спокойствие, пригладил ежик белых волос, что наглядно выдало тревогу обычно невозмутимого тевтонца. Солдаты просто стояли и смотрели. 	- Это вы видите? - плачущим голосом проговорил Гильгоф, указывая на маленький жидкокристаллический экранчик на приборе, размером чуть меньше ногтя. На сером поле ярко выделялись угольно-черные точки, выстроившиеся в ряд. - Понимаете, что это значит? Я нашел ретранслятор в лаборатории. Он пролежал там не меньше месяца, на холоде, без соответствующего ухода. Месяц, понимаете? Заряд аккумулятора сошел на нет, а я не проверил. Ясно? 	- Батарейки сели, - пораженно сказал Казаков. - Веня, я вам уже обещал морду набить? 	- Набейте. - Семцова впервые видела доктора Гильгофа, обычно невероятно самоуверенного и ничуть не сомневающегося в своей правоте, настолько удрученным. - Вам таки от этого станет легче? Я совершенный осел! Хотя нет, осел хоть что-то соображает... 	- Две ошибки, - выступил вперед Бишоп. - Серьезные ошибки. Первая принадлежит вам, господин Гильгоф. Вторая - компьютеру корабля. Цезарь не предполагал, да и не мог предполагать, так же как все мы, что животное умеет распознавать - абсолютно не знаю, каким образом, - наличие электрического тока. Наверное, у него имеется специальный орган. Чужой почувствовал электричество под полом лаборатории и, видимо, сообразил, что, уничтожив кабель, он получит возможность выйти на свободу, а заодно навести панику в среде противника. Две ошибки. И Чужой ими' воспользовался. 	- А вы, Веня,- безжалостно сказала Семцова,- проиграли конкуренцию. Нет? 	- Проиграл, - без всяких возражений согласился Гильгоф.- Эта тварь действительно.обставила нас в первой партии. Но ведь турнир не закончен? 	- Не закончен, вы совершенно правы,- послышался знакомый голос. Цезарь воскрес. Правда, теперь фантом не выглядел столь роскошно, как прежде. У тоги был синеватый отлив, цвет на лице виртуального изображения смещался к красному спектру, лавровый венок вообще исчез, превратившись в белесую тень, выглядевшую весьма неестественно. Будто над головой фантома повисло облачко тумана. - Извините за резкий сбой в системе. Подобная ситуация не была предусмотрена. 	- Интересное заключение, только данный вывод следовало сделать еще до начала операции с животным! - Маша не без удивления посмотрела на Цезаря. Изображение римского императора подергивалось, будто у него был нервный тик. - Знаешь, приятель, я как биолог скажу: Чужой вообще не может быть подконтролен. Я наконец-то сообразила, почему мне казалось, что мы не сможем подчинить себе животное. Есть разные психотипы, верно? 	Семцова с решительным видом повернулась к притихшим слушателям, желая объяснить свою мысль не столько компьютеру "Цезаря", сколько людям. 	- Сергей Владимирович, - Маша в упор уставилась на Казакова, - вы знаете, что такое психотип? 	- Приблизительно, - удивился Казаков. - А что? 	- Психотип, - доктор Логинов подал голос и, бесцеремонно оттолкнув военных, выбрался на небольшой пятачок, образовавшийся посреди круга людей, - психотип является определенной формой поведения разумного существа, сложившейся в зависимости от воспитания, условий и правил, установленных обществом или самим собой. Я верно сказал, Маша? 	- Не совсем верно, но доходчиво, - согласилась Семцова. 	- Так к чему вы ведете, Маша? - не понял Казаков. Лейтенант поглядывал на задраенный люк, ведущий вниз, опасаясь, что Чужой рано или поздно явится за добычей. 	- У Чужих точно так же могут быть разные психотипы, как и у нас,- торжествующе провозгласила госпожа консультант. - Я давно, со вчерашнего вечера, думала, что в этой истории есть пробелы. Белые пятна. Откуда взялся труп Чужого в лаборатории американской базы? 	- Его застрелили, - уверенно сказал медтехник, решив вмешаться в разговор. 	- Зачем понадобилось убивать животное, если у людей, захвативших колонию, имелся инфразвуковой ретранслятор, отобранный у американцев? Почему наш приятель, который сейчас прячется на первом этаже корабля, сбежал? Только потому, что кончились батарейки в приборе, на который так надеялся Веня Гильгоф? Или оба эти существа чем-то отличались от остальных рабочих особей? Психотипом? Они не всегда подчинялись материнскому организму? Не знаю почему. Возможно, их изолировали от общения с основной стаей в период взросления. Может, они не так восприимчивы к сигналам матки или имитация сигнала прибором отличается от подлинного? 	- Вы гений, Маша! - воскликнул Гильгоф. 	- Нам от этого ничуть не легче. - Лейтенант решил вернуться из научных дебрей в реальную жизнь. - Теоретические проблемы можно обсудить и на Земле. Пока из всего услышанного я могу сделать единственный полезный вывод: возможно, нам достался Чужой с нестабильной психикой. И что теперь следует предпринять? 	Проклятущая тварь обнаружилась быстро - достаточно было вывести на мониторы центра управления "Цезаря" изображение с видеокамер, расставленных по всему кораблю. Зверюга устроилась в теплом медицинском отсеке, - наверное, Чужому этот блок приглянулся отсутствием света. Корабельный мозг не стал полностью изолировать животное: вдруг Чужой поймет, что его снова пытаются запереть, и предпримет враждебные действия? Цезарь уверил людей, что сейчас они в безопасности - люк, ведущий в кабину пилотов, выломать невозможно. Но Маша все равно подумывала о том, что Чужой обязательно найдет лазейку. 	- Вениамин Борисович, - Казаков повернулся к ученому, - вы можете подзарядить аккумуляторы своего ретранслятора? Вдруг сигнал подействует и мы сумеем выгнать Чужого с корабля? 	- Попробовать-то можно, - согласился Гильгоф и поскреб пальцем переносицу. - Никогда не предполагал, что окажусь в настолько дурацком положении... 	В двух сотнях световых лет от дома, рядом с полусумасшедшим ксеноморфом и отрядом чокнутых десантников, не знающих, что делать дальше... А все почему? Потому что не слушался маму с папой, которые хотели, чтобы я стал музыкантом! 	- Веня, не блажите,- фыркнула Семцова, наблюдая, как Гильтоф вытаскивает из коробочки ретранслятора прямоугольный серебристый аккумулятор. - Все не так уж и плохо. 	- Верно, - согласился Гильгоф. - Все гораздо хуже. И вообще, по календарю нашего корабля - господин Казаков, посмотрите на экран! - сегодня суббота. Я не должен работать! Чужих пусть всякие гои гоняют! 	- Если вы через десять минут не приведете ретранслятор в рабочее состояние и не прекратите пораженческих разговоров, - вкрадчиво начал лейтенант, - эти гои устроят еврейский погром. Думаю, даже полковник Кеннет присоединится. 	- Неприкрытый антисемитизм! Я буду жаловаться в ООН...- с охотой продолжил шутливую перепалку ученый, однако его прервали. 	- Т-твою мать! - вдруг протянул Ратников. - Мы же забыли про этого долбаного американца! Оставили в каюте и закрыли снаружи! Профессионалы, бля! 	- Наша экспедиция наверняка войдет в историю, - заметил Гильгоф, пытаясь найти подходящую для приборчика батарею, - в качестве образца того, как не следует проводить секретные операции. По-моему, мы совершили все мыслимые ошибки. 	- Вы вообще молчите! - рявкнул Казаков и повернулся к Бишопу, спросив: - В каюте, где сидит американец, есть коммуникатор? Свяжи меня с ним. 	Черное бесформенное пятно, заметное на одном из экранов, показывающих обстановку в медицинском центре корабля, начало смещаться. Голос Цезаря предупредил: 	- Будьте внимательны, животное покинуло убежище и движется в сторону жилых помещений. 	- Кеннет, вы меня слышите? - прокричал Казаков на английском в микрофон коммуникатора. 	- Да, сэр, - послышалась речь американца из маленького динамика. - В предоставленной мне каюте очень уютно... Какие-то проблемы? 	- Именно, - подтвердил лейтенант. - Сидите тише мыши. Не вздумайте двигаться. Зверь сбежал и теперь бродит по кораблю. Мы попытаемся его нейтрализовать... 	- Понятно, - коротко ответил Кеннет. - Возникнут сложности - свяжусь с вами... Черт, они уже возникли! 	Казаков повернулся к монитору, показывающему правый коридор "Цезаря". Чужой ломился в дверь каюты. Бил лапами и всем корпусом по тонкой переборке. 	- Чрезвычайная ситуация! - некстати напомнил Цезарь. - Угроза жизни члена экипажа! 	- Так сделай что-нибудь! - выкрикнула Маша. Она прекрасно знала, что Чужой, учуявший человека, сделает все, чтобы прорваться к жертве. Чужие уничтожали и не такие преграды... 	- Ратников, Эккарт, со мной! - бросил лейтенант и отжал клавишу, открывающую люк, ведущий вниз. - Остальные сидят здесь. Угораздило ж этого янки... 	- Сейчас все будет готово. - Доктор Гильгоф по-прежнему бился с аккумулятором. - Не лезьте на рожон! Да куда вы, черт побери? 	Казаков не слушал. Чужого требуется ликвидировать любым способом, пока зверь не причинил еще больше неприятностей. Самое простое решение - немедленно пристрелить. Даже если хлынет кислота и повредит важные системы "Цезаря", корабельный компьютер обязательно найдет способ дублирования вышедших из строя участков. Хуже другое - если будет пробит корпус, уже никто никогда никуда не улетит. При желании, конечно, можно заделать пробоину герметикой, но это займет много времени. Не стоит забывать и о находящемся на орбите Сциллы "Киото" - захваченный "Новым Джихадом" рейдер был ясно виден на радаре, но пока не собирался спускаться на планету, пережидая снежную бурю. 	...Чужой, углядев в дальнем конце коридора людей, не стал бросаться на более легкую добычу. Кроме того, зверюга наверняка могла распознавать степени опасности. Поэтому Чужой еще больше усилил натиск на дверь каюты, где помещался Кеннет, и наконец пробил ее. 	Семцова, расслышав жуткий протяжный вопль, поняла, что американцу конец, - так кричат только один раз в жизни, осознав, что впереди бесконечность. Кеннету, однако, повезло - Чужой убил его мгновенно, разорвав когтями шейные артерии и грудную клетку. Из дверного проема, ведущего в каюту, выплеснулся фонтан крови и еще что-то мерзкое, слизистое и красное, со шлепком упав на светло-бежевый коврик и забрызгав стены. Маша мельком подумала: "Слава Богу, в каюте не установлена видеокамера... Не хотелось бы это увидеть". 	Расправившись с американским полковником, Чужой подозрительно притих. Из каюты больше не доносилось ни звука - зверь словно уселся в засаду, дожидаясь, пока остальные люди не подойдут поближе. 	Казаков, его сержант и германский обер-лейтенант медленно, осмотрительно и бесшумно продвигались вперед, надеясь, что Чужой не додумается атаковать их прямо сейчас, а останется в помещении. Там его можно будет спокойно пристрелить, тем более что каюты отделяются от основного корпуса корабля несколькими переборками, способными задержать не попавшие в цель пули автоматических винтовок. Но опять же, если потечет кислота... 	Чужой снова показал людям, что он вовсе не дурак, а во многом даже умнее и хитрее маленьких и слабых двуногих. Создавалось впечатление, что он видит противников прямо сквозь стены (наверное, так оно и было, если вспомнить о способности зверя воспринимать тепловое излучение и колебания воздуха, вызванные перемещением предмета в пространстве). Казаков жестами дал понять Эккарту и Ратникову, что он первым встанет в дверном проеме и попробует срезать Чужого очередью из автоматической винтовки, а им, если эта попытка закончится неудачей, предстоит сыграть в трио вторые скрипки и добить чулише. Лейтенант замер перед рывком вперед в полутора шагах от двери каюты, но... 	Чужой тоже не зевал. Значительно позже, здраво оценивая сложившуюся ситуацию, Казаков заподозрил, что зверь действительно разумен, ибо только разумное существо может додуматься взять заложника. Вот тебе и безмозглый хищник-убийца!.. 	Из-за разбитой двери черной молнией вылетело длинное щупальце, незаметным человеческому глазу движением оплело дуло винтовки и рвануло ее из рук лейтенанта. Он даже не успел нажать на спусковой крючок и дать очередь. Рывок заставил Казакова на миг потерять равновесие, однако Чужому этого было достаточно. Как только человек проявил слабость, зверь ею воспользовался. Другим щупальцем он ударил Казакова по голеням, окончательно сбивая с ног, и, наконец, сграбастал за туловище мощной и необоримой лапищей. Теперь Чужому было нечего опасаться. 	- Пусти, сука! Пусти, кому сказал! - орал, надрываясь, Казаков. 	Он понимал, что положение сложилось аховое: зверюга подтащил его к себе и, держа обеими передними лапами, выставил человека перед собой. Над головой лейтенанта нависала гладкая, угольно-черная оскалившаяся морда, на волосы падали капельки холодной тягучей слюны. Внутренняя челюсть зверя вытянулась вперед, сам Чужой длинно и победоносно заверещал и без всякой боязни выбрался в коридор, прямо под Дула Ратникова и Эккарта. Последние застыли. 	- Тварь! Мразь! Отпусти! 	Казаков сообразил, что произошло нечто доселе необычное - зверь не убил его сразу, а просто оплел своими лапами и щупальцами, - но продолжал выкрикивать в адрес Чужого самые вычурные оскорбления. Объятия у зверюги были жесткие - не пошевельнуться. Даже ногой не ударить. Такое впечатление, что в тиски угодил. 	Подоженьице. Эккарт и Ратников за время многолетней службы не раз сталкивались с террористами, бравшими заложников, однако сейчас они просто не представляли, что следует делать. Не переговоры же с ним вести! А Чужой стоял, вытянувшись во весь свой двухметровый рост, с самым, если можно так выразиться, невозмутимым и наглым видом. Нате-с, выкусите! Начнете стрелять - убью вашего. Патовая ситуация. 	- Господин лейтенант, с вами все в порядке? - брякнул Эккарт первое, что пришло на язык. 	- Нет! - хрипло ответил Казаков, морщась. Густая вязкая слюна животного стекала по его лицу. - Не в порядке! Да прихлопните его, в конце концов! 	- Уберите оружие! Пожалуйста, уберите вашу громыхалку, сержант! 	Явился Бишоп. Андроид отлично понимал, что принимать решение нужно незамедлительно, ибо рано или поздно у Чужого кончится терпение и он попросту оторвет лейтенанту голову, а затем бросится на остальных. Его непременно убьют, но какие будут потери? 	- Один выстрел в голову! - продолжал шипеть Казаков на своих. - Прямо в морду! 	- Кому, вам? - не без доли цинизма бросил Бишоп. - Не дергайтесь, вы его раздражаете! Сейчас что-нибудь придумаем. 	Чужой, пятясь, начал медленно отступать назад. Если он сорвется с места и сбежит, Казакова можно считать покойником. Зверь непременно прикончит его. Бишоп сделал единственную вещь, показавшуюся ему разумной, - попытался заговорить с Чужим. Память андроида вмешала достаточно сигналов, используемых Чужими при общении между собой. Он выбрал сигнал, означавший понятие "Стой на месте", и шагнул к Чужому. 	Зверь был сбит с толку. Никаких его единоплеменников рядом не наблюдалось, однако с ним пытались заговорить на его "языке". Правда, это была речь других Чужих, которых он никогда не встречал, но все равно они были свои. 	Андроид понял, что в своих действиях выбрал верное направление, и повторил приказ: 	- Отпусти добычу и уходи. 	Чужой зафыркал, и Бишоп идентифицировал это как ответ: "Боюсь". Чего он боялся? Людей? Боялся отпустить человека? Или чего-то третьего? 	Отпусти, - повторил Бишоп. 	Зверь растерянно повел головой, коснулся второй парой челюстей головы Казакова и... И начал постепенно ослаблять хватку. 	Естественно, что наладившийся зыбкий контакт Бишопа с Чужим прекратился, как только в коридоре появился Веня Гильгоф. В его правой ладони красовался ретранслятор инфразвуковых сигналов. 	- Я уже иду! - провозгласил многоученый аналитик. - Сержант, не стойте столбом, отойдите! Бишоп, к стене! Сейчас я его... 	Чужой попятился и неожиданно сжал грудь Казакова так, что лейтенанту стало тяжело дышать. Хвост зверя изогнулся дугой, кончик с поблескивающей на острие капелькой нейротропного яда устремился прямо в лицо доктору. Еще немного - и ударит. 	- Лейтенант, отчего вы так бледны? - весело поинтересовался Гильгоф, направляя свой прибор на Чужого. - Эй, красавец, отпустил бы господина Казакова. Он невкусный, честное слово. 	- Идиот, - слабым голосом выдавил из себя командир экспедиции, попутно пытаясь определить, мокрые у него штаны или нет. Кажется, пока нет. 	"Это ж надо так опростоволоситься, - думал он, - болтаешься как последний дурак в когтях жуткой твари, которая не в каждом ночном кошмаре приснится! Воображаю, как это будет выглядеть на видеозаписи, - почему-то озаботился Казаков и, наклонив голову, попытался вытереть мокрую от слюны Чужого щеку о его же лапу. На ошупь зверюга была шершавой и холодной. - Нет, если эта история кончится благополучно, меня всю оставшуюся жизнь дразнить будут!" Чужой продолжал потихоньку отступать. А Гильгоф с ужасом понял, что ретранслятор по-прежнему не действует. Новая батарея была полностью заряжена. Индикаторы свидетельствовали - сигнал, моделирующий приказ материнского организма, идет. А зверь никак не реагирует. 	Казаков так до сих пор и не знает, за чье здоровье ему следует ставить свечку в церкви. Бишопа? Или компьютера "Юлия Цезаря"? 	Фантом, созданный мозгом корабля, появился прямо перед мордой Чужого, сбивая животное с толку: с виду человек, а на самом деле пустота. Бишоп снова отдал приказ на языке серебристых Чужих - "отпусти". Маша Семцова потом смеялась, говоря, что у зверя от обилия впечатлений и звуков не выдержали нервы. Видимо, так и случилось - Чужой взвизгнул, отскочил назад и резко отшвырнул в сторону Казакова, который непременно разбился бы о стену, не подхвати его вовремя незаменимый андроид. Одновременно Чужой ударил хвостом по ладони стоящего всего в трех шагах онемевшего Гильгофа и вдребезги разбил ретранслятор - только микросхемы полетели. После чего подпрыгнул, уцепился щупальцами за гладкое пластиковое покрытие потолка и юркнул в проход между двумя коридорами. Военные успели выстрелить, но пули ударили в стены, оставив глубокие выщербины. 	Упавшие на пол Бишоп и Казаков медленно поднялись, затем лейтенант нетвердым шагом подошел к господину аналитику и с ходу заехал Гильгофу кулаком в переносицу. Из ноздрей доктора закапала кровь. 	- Что вы делаете? - заорал Веня, хватаясь ладонью за лицо. - Лейтенант, вы с ума сошли! 	- Чтобы в следующий раз не лезли не в свое дело! - спокойно ответил Казаков. - Вернемся на Землю - напишете жалобу адмиралу Бибиреву. Понятно? 	- Понятно, - буркнул Гильгоф, думая, что сейчас с разозленным и напрочь вышедшим из себя командиром экспедиции лучше не спорить. - Но драться-то зачем? 	- Джентльмены, вы закончили выяснять отношения? Тогда стоит подняться наверх, - нейтральным тоном заметил Бишоп. - Чужой может напасть на нас в любую минуту. Кажется, мы его окончательно довели. Сергей, - повернулся андроид к лейтенанту, - я не верю в то, что вы называете Богом, но, похоже, сегодня вы остались живы только благодаря вмешательству этой инстанции. 	...Гамма Феникса всходила над Сциллой, давая начало новому пасмурному и снежному дню. В скалах, у склонов которых расположилась мертвая база S-801, выл ледяной ветер, снежные вихри разбивались о серебристую обшивку корабля, над останками "Гурона" и катера "Триглав" уже намело не меньше полутора метров снега. Два громадных насекомых, поименованных с легкой руки Гильгофа "уродцами Эккарта", заглянули в разгромленный комплекс колонии на предмет завтрака, но, встретившись у кучи промороженных человеческих тел, передрались из-за добычи. 	Люди, собравшиеся в рубке "Юлия Цезаря", спорили. Мозг корабля ненавязчиво напомнил им, что необходимо стартовать с планеты в течение ближайшего получаса, и неважно, останется на борту Чужой или нет, - система оповещения о наличии посторонних кораблей сообщила, что рейдер "Киото", находящийся в космосе, начал маневры, предшествующие входу в атмосферу. Не менее чем через тридцать минут "Киото" окажется на поверхности Сциллы и тогда... А что тогда?

	ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ.	С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ЧУЖОГО 	Ориентировочно - 10 февраля 2280 года, планета LV-934 Сцилла	-
 	Мария Викторовна Семцова резонно предполагала, что у военных (особенно входящих в состав специальных подразделений) нервная система должна быть более чем устойчивой. Мало ли в какие передряги попадешь за время службы? Однако сейчас Маша поглядывала на лейтенанта с изрядным беспокойством. Казаков был смертно бледен, его правая щека подергивалась, а руки заметно дрожали. Госпожа консультант поежилась, представив, что пришлось пережить лейтенанту, Казаков же до самого окончания этого прискорбного эпизода вел себя вполне адекватно и лишь потом, когда снова вернулся на второй уровень "Цезаря", испугался по-настоящему. 	- Выпейте водки. - Заботливый Бишоп добрался до бара, нашел бутылку с "огненной водой" американского производства и налил Казакову полный стакан. Тот выпил, словно воду. - И вообще, господин лейтенант, не стоит так расстраиваться. Все кончилось хорошо. 	- Теперь я знаю, что такое Чужие,- медленно проговорил Казаков. - Я их видел и считал, что это просто звери. По крайней мере, эти черные. 	- А теперь? - участливо спросила Маша. 	- Теперь? Я понял, почему их называют именно Чужими. Словами выразить не получается. Те, двухголовые насекомые, которых мы нашли в колонии, такими не кажутся. Они похожи на земных клопов, скарабеев, майских жуков, короче - инсекты... 	- Ой, можно мне? - заторопился побитый Гильгоф. Доктор по природе своей был не обидчив и уже забыл рукоприкладство лейтенанта. Он понимал, что Казакову пришлось несладко и, хотя командир не получил никаких серьезных повреждений, его моральное состояние оставляло желать лучшего. И тут под руку лезет самоуверенный ученый, глубоко убежденный в непобеждаемой мощи земной науки. Неудивительно, что таковому ученому пришлось поплатиться за свои заблуждения. - Сергей, я, кажется, понимаю, о чем вы. 	- Да? - Казаков исподлобья воззрился на доктора. - Я уже имел неоднократную возможность убедиться в вашем блестящем уме, Веня. 	- Оставим пикировки,- вдохновился Гильгоф.- Когда-то я прошел курс психологии экстремальных ситуаций и немножко разбираюсь в символических образах. Так вот, эпоха антропоцентризма оставила нам в наследство "священный эгоизм" человека. Мы непоколебимо уверены в своей правоте, разумности и уникальности нашего вида. Триста лет... Тридцать десятилетий космической эры мы полагали, что ни один ксеноморф из другого мира не может конкурировать не то что с нами, но даже с нашими домашними собаками. 	- Веня, вы говорили это сотню раз, - напомнила Семцова. 	Гильгоф только отмахнулся, продолжая развивать свою теорию: 	- Да поймите, Чужой и есть чужой, то есть не наш. Помните такое слово - "инопланетянин"? С чем оно ассоциируется? С тех пор как начали писать фантастические романы и снимать по ним фильмы? Правильно, с дебильным созданием, у которого лампочка вместо носа, глазки на пружинках и летающая тарелка в качестве средства передвижения. Утрирую, конечно, но суть одна и та же. Чужой - не киношный инопланетянин. Невозможно представить это животное, учитывая семантику данного слова, в виде мирного существа. Это слово, "чужой", отлично трактуется в английском языке. Alien исходно означает "ненатурализованный иностранец" или "незваный пришелец", "мигрант". Или, благодаря прошлогодней истории на Ахеронте, в которой вы, Маша, и вы, Сергей, принимали участие, "страшная тварь из другого мира". Наложите все эти понятия друг на друга, смешайте и посмотрите, что получится. 	- Страшный незваный пришелец из иных миров, - вздохнула Маша. - Настоящий чужак. 	- Именно! Чужой абсолютно иномирен и бесчеловечен, не познаваем. Мы можем исследовать его анатомию, физиологию, но не психику. Человек никогда не поймет, как думает Чужой, о чем, что лежит в основе его сознания? Как он воспринимает мир? Полагать, что он просто животное, уже нельзя. Это цивилизация. Чужая цивилизация. Думаю, вы можете ощутить разницу между понятиями "чужой" и "иной"? "Иное" можно понять, "иное" экзотично, но не опасно. А когда мы сталкиваемся с "чужим", да еще и несущим на себе тотальный ужас в виде угрозы не только извне, но и изнутри, мы должны понять: с ним лучше вообще не сталкиваться. Пусть живет сам по себе. Я заблуждался. Чужие нам не конкуренты. Они существа параллельной реальности. Им нет дела до людей. 	- Скажете тоже, - вмешался доктор Логинов. - По-моему, все как раз наоборот. Универсальный убийца... 	- Стереотип! - рьяно возразил Гильгоф. - Во всех случаях контакта людей и Чужих мы первыми задевали их. Согласитесь, мы ничего не знаем о среде их обитания, происхождении, цивилизации. Что для нас цивилизация? Компьютеры, города, Шекспир, Аристотель и картофель фри. Вдруг, с точки зрения Чужого, ничего из вышеперечисленного не имеет никакого значения? Он просто не понимает нас, как мы не можем понять его. Я склонен предполагать, что обе известных разновидности Чужих - как темные, которых мы называем хищниками, так и светлоокрашенные, найденные на Ахеронте и улетевшие неизвестно куда,- суть две расы разумного вида, два разных сообщества. Мы не можем представить, что творится в их головах, обращаем внимание только на внешние проявления - паразитизм, плотоядность, стремление к бесконтрольному размножению. Кто знает, вдруг тварь, находящаяся внизу, сейчас сидит в уголке и сочиняет нечто равное, а то и превосходящее по значению речи Сократа? Нечего улыбаться, господа! Человек доселе не сталкивался с нематериальной цивилизацией, владеющей только лишь мыслью. Мы даже представить себе такого не можем! Можно упомянуть слабое подобие, знакомое каждому, - дельфины у нас на Земле. Сейчас никто не спорит - они разумны. Но человек по сей день не может установить с ними контакт, понять суть их мыслительных процессов. Для нас дельфин остается просто большим морским млекопитающим. Чужим. Только Чужим привычным, не кусающимся и приятно выглядящим. Дельфин - точно такой же Чужой. Чуждость проявляется не во внешнем облике, количестве когтей, зубов или щупалец. Она кроется в голове. - Гильгоф постучал себя указательным пальцем по лбу. - В мозгах. В химических процессах, происходящих в нейронах! 	- Вы, доктор, - после некоторого молчания сказал лейтенант, - достаточно точно выразили мои чувства. Кстати, извините за несдержанность там, внизу... Когда Чужой меня схватил, я подумал, что лучше очутиться в когтях тифа. Тигр объясним. А этот - нет. 	- Чужой не убил вас, - кивнул Гильгоф, посматривая на лейтенанта поверх очков. - Вы стали его заложником. Первый случай в истории, когда эта зверюга не приканчивает попавшегося ей человека. 	- Кстати, я понял кое-что из реплик Чужого, - как бы невзначай сказал Бишоп. - Чужой сказал, что боится. Очень сильно боится. 	- Его страх можно оправдать, - подтвердил ученый. - Как бы вы себя повели, будучи оторванными от привычного мира, знакомой обстановки, общения с себе подобными, оказавшись в окружении тварей, которые ставят над вами непонятные эксперименты, тычут в морду оружием или стремятся убить при первой же возможности? Знаете медицинскую статистику? Дети, рожденные в дальних колониях, более подвержены стрессам и предрасположены к психическим заболеваниям. Действует генетическая память - память о своей планете... Вообще, о своем. Этот зверь сейчас пребывает в самой что ни на есть чужой обстановке. Мы для него - чужие. Не менее страшные, чем он для нас. Мне его жалко. Я могу его жалеть, а вот понять... Никак. 	- Кажется, я начала осознавать, что натворили американцы,- вдруг произнесла Маша, едва только не хватаясь за голову. - Попробуем представить себя на месте Чужого. Я - ксенобиолог М. В. Семцова - в ином мире, среди непонятных существ, засадивших меня в клетку. Сидевших в соседних клетках собратьев-людей увозят неизвестно куда. Потом в вольере ставят телевизор, где появляется изображение человека, к которому я испытываю доверие. Этот фантом, играя на моей вере, начинает приказывать, что и как мне делать. До определенного момента я слушаюсь - пусть это не человек, а только его подобие, но чисто подсознательно я тянусь к нему. Когда же начинаю понимать, что меня обманули... Ясно, какие чувства могут проснуться? И чем они вызваны? Чужое окружение, обман, полнейшее разочарование. Что остается делать? 	- Продать свою жизнь подороже, - отозвался Казаков. 	- Если Чужой, а вернее, все те животные, которые находились на этой базе, - Гильгоф побледнел, и Маша решила, что он сейчас упадет в обморок, - будут действовать по изложенной Марией Викторовной схеме, то... Не завидую людям, в руках которых оказались животные. Да вы понимаете, на какое сомнительное открытие мы сейчас набрели? Как американцы сами не додумались? 	- У янки на первом месте безоговорочный практицизм, - растягивая слова, произнес Эккарт. - Вы, русские, больше думаете о душе. Да и каждый немец сентиментален. Сотрудники американской лаборатории видели одно: нажимаешь на кнопку - Чужой слушается. Остальное не имеет значения. Никто из них не сомневался в том, что такое поведение животных может продолжаться до бесконечности. Американцы не углублялись в недра психологии разумного существа, полагая, что Чужой - только зверь с высокоразвитыми рефлексами и инстинктами. 	- Исходя из всего вышесказанного, - заключил Бишоп,- можно предположить: колония S-801 была бы через некоторое время разгромлена самими Чужими. Они нашли бы лазейку и начисто вырезали своих мучителей. Но их опередили. Сейчас кто-то - предполагаю, что боевики "Нового Джихада", - держит в руках бомбу замедленного действия. И часы тикают. Рано или поздно Чужие выйдут из-под контроля. Хорошо, если это случится не на Земле. Локальную эпидемию можно будет остановить. 	- Поговорили... - буркнул Казаков. - Хватит, господа мои, копаться в психологии Чужого. Что дальше делать будем? Зверя необходимо любой ценой нейтрализовать. Я не хочу, чтобы этот обиженный и несчастный монстр находился у нас на борту. Эй, Цезарь, ты меня слышишь? 	- Безусловно, господин лейтенант, - ответил голос. - Ваша дискуссия представляется мне крайне интересной. Не беспокойтесь, я предпринял некоторые меры, пока вы беседовали. 	- Что на этот раз? - пессимистично спросил Казаков, полагая, что компьютер "Цезаря" снова совершил какую-нибудь ошибку, представлявшуюся ему невероятно логичной и разумной. - Каждый раз, когда ты говоришь "не беспокойтесь, все сделано", у меня мурашки по коже ползут. 	По мнению Семцовой, лейтенант был прав. Корабельный компьютер оказался достаточно умен, чтобы совершать самые невероятные глупости. Мозг "Юлия Цезаря" полагал, что весь мир создавших его людей подчиняется железной логике, а на самом деле... В случае с людьми, наверное, так и было. Но не с Чужим. 	- Я опустил переборки, разделяющие кормовую часть корабля с ютом, - обиженным голосом доложил Цезарь. - Животное находится в коридоре возле грузового отсека, оснащенного подъемной платформой. Шлюз отсека открыт, в данный момент платформа опускается, открывая выход из помещений корабля наружу. Если животное не покинет борт в течение ближайших десяти минут, я буду вынужден стартовать с помощью автопилота и тем самым взять Чужого с собой. 	- Ну уж нет! - возмутился Казаков. - Ты сможешь приоткрыть переборки, чтобы было достаточно пространства для прохода людей? Мы попробуем его выгнать. 	- Предложение отвергается, - ответил Цезарь. - Я не имею права подвергать ваши жизни дополнительной опасности. Обратите внимание, пожалуйста, на мониторы семь и девять центра управления. 	- Что еще теперь? - убитым голосом пробурчал лейтенант. В сопровождении Эккарта, Маши и андроида он пробрался, спотыкаясь о ноги остальных, из помещения для отдыха пилотов в отделение связиста, устроился в кресле, предложив Семцовой присесть на подлокотник, и посмотрел на указанные Цезарем экраны. 	Видеокамера ј 7 следила за коридором и шлюзом грузового отсека корабля. Казаков заметил только мелькнувший черный силуэт и перевел взгляд на девятый монитор. 	- Он уходит, - откомментировал Бишоп. - Уходит от чужих. В колонии ему будет одиноко, но спокойно. Зверь.просто уляжется спать, дожидаясь лучших времен. Он нас боится не меньше, чем мы его. 	- Да-а...- выдохнул Казаков. 	Камера показывала, как Чужой, осторожно перебирая лапами, выбрался по потолку из коридора в грузовой отсек (Цезарь мгновенно захлопнул переборку, отгораживая существо от основных помещений корабля), дернулся, заслышав за своей спиной металлический лязг опустившейся двери, и вытянулся вперед, оглядывая помещение. Платформа, на которой стоял гусеничный вездеход, с тихим шипением пневматического привода коснулась снега, открыв Чужому широкие ворота, - он мог беспрепятственно покинуть "Цезарь". 	Зверь нехотя слез с потолка, случайно задев одну из ламп дневного света и разбив ее, постоял, водя мордой из стороны в сторону, и шагнул вперед. Черная лапа утонула в снежном покрове. 	Было видно, как Чужой медленно идет в сторону базы, от которой его отделяло не меньше сотни метров, - расплывчатая клякса абсолютной черноты на белом поле. Один раз зверь обернулся, замер, и микрофон видеокамеры донес до людей его писк. 	- Кажется, - полушепотом сказал Бишоп, вслушиваясь, - этот крик выражает отрицательные эмоции. Мы ему не понравились. 	- Он нам тоже, - скривил губы Казаков. - Колонию придется уничтожить. Мы не должны оставлять в живых это чучело. 	- Некогда! - Сержант Фарелл сидел за штурвалом челнока, глядя, как начинают оживать системы управления и навигации. На центральном мониторе появилась надпись: 	- "ПРЕДПОЧИТАЕТЕ РУЧНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ИЛИ СЛЕДУЕТ ВКЛЮЧИТЬ АВТОПИЛОТ?" 	- Предпочитаю ручное,- громко и весело сказал Фарелл. - Когда еще придется управлять такой машиной? Господин лейтенант, пока запускаются двигатели, я прошу всех спуститься вниз. Сейчас там безопасно и есть кресла. Пристегнитесь. 	- Ненавижу пилотов, - доверительно прошептала Маша на ухо Казакову. - Воображаю, какой это будет старт! Нас всех размажет по стенкам, несмотря на систему, снижающую воздействие перегрузок... 	- Да плевать, - небрежно отмахнулся тот. - Главное - мы убираемся отсюда. 	Спустя восемь минут многотонный "Юлий Цезарь", подняв настоящую снежную бурю, оторвался от поверхности Сциллы, на мгновение завис в воздухе и сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее заскользил вперед, постепенно набирая высоту. Далеко за кормой остались разбитые желтые цилиндры строений S-801, черные базальтовые скалы да запорошенные снегом остовы "Триглава" и американского "Гурона". 	Пока что человеческие потери экспедиции не превышали допустимого минимума. Погиб один член экипажа - сгоревший на "Триглаве" капитан Реммер - и незадачливый американский полковник из группы "Апач". 	Чужой, попутно забив встретившееся громадное насекомое, нашел вход в ледяные пещеры, поудобнее зацепился за скользкий свод, свернулся клубком 	и попытался заснуть. Температура его тела медленно понижалась. Снов он не видел.	К хорошему очень быстро привыкаешь. 	"Цезарь", если смотреть непредвзято, по всем параметрам вполне подошел бы и для личного корабля главы государства. А что? Навряд ли этим малым рейдером побрезговали бы президент Соединенных Штатов, английский король или придирчивый германский кайзер. Комфортная обстановка, все мыслимые удобства, великолепная защита и не менее качественное техническое оснащение. 	Маша была не права, заподозрив Ника Фарелла в лихачестве, которое могло быть спровоцировано обладанием столь потрясающим кораблем, - какому же пилоту не захочется проверить все качества рейдера, от скоростных до аэродинамических? Ник, однако, позволил себе одно-единственное чудачество: он повел "Цезарь" в космос не по параболической кривой, а почти вертикально. Амортизация кресел и комплекс искусственной гравитации сделали все, чтобы пассажиры не чувствовали излишних перегрузок, но Маша подумала про себя, насколько неприятно ощущать свой желудок отделившимся от тела и несущимся вслед в нескольких километрах за кормой судна. 	"Цезарь", словно бы походя минуя вторую космическую скорость, без осложнений и трудностей прошил атмосферу ледяной планеты. От момента взлета до выхода в вакуум прошло не более семи минут. Двигателей практически не было слышно - только отдаленное гудение, сопровождающееся мягкими взревываниями при активации системы очередной ступени. Для такого крупного корабля это было необычно. Видать, истинный владелец "Цезаря" и движки поставил на свое детище самые новые - очень может быть, что их еще только проектировали и испытывали в каком-нибудь ужасно секретном конструкторском бюро Америки, Европейского сообщества или России. 	Через обзорные стекла кабины было отлично видно, как исчезли далеко внизу серебристые перистые облачка, как небо постепенно сменило цвет с темно-голубого на зеленый, а потом фиолетово-лиловый и как вспыхнули капли огня - звезды. Из мрака космоса неожиданно выполз похожий на изъеденный мышами желто-коричневый кусок сыра громадный астероид, спутник Сциллы, и неторопливо проплыл мимо. 	- Гравитационное поле планеты успешно преодолено, - сообщил Фареллу Цезарь. - Корабль находится в открытом космосе. Сэр, ваша задача выполнена, я перевожу управление на автопилот и начинаю разгон до скорости света. Прыжок через восемнадцать минут. Мне необходимо время для коррекции курса. 	Экипажу предлагается собраться в кают-компании дл" 	получения информации.	Система ручного управления рейдером отключилась, штурвал автоматически отъехал в сторону, давая понять пилоту, что все прочие заботы берет на себя мозг корабля. Большая часть индикаторов сменила цвет на/запрещающий красный и предупреждающий желто-оранжевый. На центральном мониторе появились слова: "Активирован комплекс дальней навигации "Орион". Результаты выводятся на дисплей ј 2 пульта оперативной связи". 	Фарелл отстегнул ремни безопасности, по-хозяйски осмотрел свою вотчину, сейчас оккупированную разумным компьютером "Цезаря", и зашагал к винтовой лесенке, ведущей вниз. Цезарь, предупредив пилота, должен был оповестить об общем сборе и всех остальных. 	Виртуальное изображение римского императора (теперь он снова был в полном порядке, такой же красивый и естественный. Неполадки в системе устранялись самой же системой) находилось возле огромного плоского экрана телевизора, установленного в кают-компании на юте корабля. Машинально покосившись в сторону коридора, в котором совсем недавно бесчинствовал Чужой, Фарелл заметил, как по полу ползают миниатюрные роботы-уборщики, собирая разбитое стекло и уничтожая следы крови. "Интересно, что они сделали с телом американца? - подумал он. - Неужели упаковали в мешок и положили в холодильник?" 	Разумеется, пришли все. Семцова, нахмурившись, восседала за овальным столом по правую руку от лейтенанта, Гильгоф посверкивал очками и белой полоской пластыря на разбитой переносице, военные настороженно поглядывали на призрак. Один только Бишоп едва не зевал и делал такое лицо, будто ему заранее все известно. 	- Никого не забыли? - Казаков оглядел собравшихся. - Врачи где? А, вон куда вы забились. Отрываетесь от коллектива... Бишоп, не маячь, сядь куда-нибудь. Маша, может быть, вам кофе налить? 	- Нет, спасибо, - отказалась госпожа консультант, завистливо поглядывая на тевтонских союзников, дующих пиво, которое отлично приготовлял из концентрата автоповар "Цезаря". - Начнем? Чего тянуть?- Уважаемая Мария Викторовна абсолютно права,- согласился фантом, поворачиваясь к Маше и обходительно наклоняя голову. - Господа, прошу внимания. 	Господа старательно изобразили на лицах требуемое внимание. 	- За время, проведенное нами на Сцилле, в широком мире, а точнее, в пределах обитаемого кольца произошло несколько событий, интересующих нас всех. Помните недавнюю договоренность? Вы добываете для моего хозяина образцы живых тканей чужого существа, я предоставляю необходимую информацию по деятельности террористической группы "Новый Джихад" и даю вам возможность... 	- Помним, помним, что дальше? Давай без увертюр, - перебил Казаков. Призрак, на его взгляд, был излишне велеречив. - Куда мы летим? 	- В данный момент право выбора предоставляется вам, - ответил Цезарь. - В зависимости от вашего решения я могу доставить вас на Землю или к месту событий, напрямую связанных со знакомыми нам всем ксеноморфами и происшествием на базе S-801. Ознакомьтесь, пожалуйста, с материалами, пересланными через гравитационный привод системы "Портал" несколько часов назад. 	Осветился телевизионный экран. Проскользнула белая надпись на синем поле: "Файл 342 от 6 февраля 2280 года. Подождите, идет загрузка". 	Послышалась знакомая бодрая мелодия. Маша не сразу уяснила, что прокручивается заставка новостей английской компании Би-Би-Си. Что за чертовщина? При чем тут информационная программа Британской радиовещательной корпорации? 	Было заметно, что из блока сюжетов за ненадобностью вырезан первый, - мелькнула тяжелая челюсть английского короля Ричарда V. Судя по всему, Его величество изволил прибыть с визитом куда-то за границу. Затем возникла физиономия комментатора - полного дяди лет сорока в темно-сером костюме. Слева от него в верхнем углу экрана были видны латинские буквы "TERRORISM!" и картинка с жутким бородатым громилой в хаки, темных очках и зеленой повязке на голове. Громила сжимал в руке автомат - судя по силуэту, российский "Калашников-250" с системой автонаведения. Хоть в энциклопедии такую картинку печатай, в соответствующей главе, повествующей о терроризме. 	- Очередная варварская акция "Нового Джихада", - естественно, по-английски, брезгливо-безразличным тоном ведущего теленовостей, откомментировал мордастый дядя. Услужливый компьютер "Цезаря" на всякий случай сопроводил его речь титрами на русском и немецком. - После непрекращающихся угроз в адрес правительств стран Европы руководство законспирированной секты исмаилитов решилось на беспрецедентные действия, направленные против мирных граждан. 	Розовое лицо комментатора исчезло, появились репортажные кадры. Съемка велась с какого-то летательного аппарата. Унылая местность ("Явно не Земля, - решила Маша. - Очень уж нехарактерные для нашей планеты холмы"). Крупный план выхватил стандартный комплекс зданий. Почти точная копия S-801. Такие же желтовато-черные цилиндры исследовательской базы. 	- Разгром террористами совместной англо-американской колонии на планете LV-706, - послышался голос за кадром, - вызвал бурную реакцию правительства Его величества и государственного департамента Соединенных Штатов Америки. Но, как выяснили наши корреспонденты, эта акция была лишь демонстрационной и боевики "Джихада" продолжают шантажировать руководство заинтересованных государств, угрожая очередным применением своего нового биологического оружия. 	Следующий кадр. Снимали уже в зданиях колонии. Кровавые брызги на стенах, камера поспешно минует разорванные человеческие тела, однако не заметить, что... 	- Ой, - громко сказал Гильгоф. 	- Вот вам и "ой". - Лейтенант аж рот открыл, когда "Цезарь" сделал для внимательных наблюдателей стоп-кадры, чтобы можно было в подробностях рассмотреть картинку с видеозаписи. - Аллах-акбаровцы забросили на эту дурацкую базу споры Чужих, ясно как день. Результат налицо. 	- Тихо, дайте послушать! - шикнула Семцова, подаваясь вперед. 	- ...Специалисты-ксенологи из Центра по изучению чужой жизни в Глазго, - толстяк в сером снова вылез на экран, - предполагают, что оружием послужили ставшие известными после судебного процесса над "Уэйленд-Ютани" в сентябре-октябре прошлого года ксеноморфы, обнаруженные на планете LV-426. Остается неизвестным, каким образом террористы "Нового Джихада" сумели заполучить этих животных и использовать их в своих целях. Представители "Уэйленд-Ютани" комментировать данный факт отказались. 	Появилось изображение здания конгресса США и сходящий с парадной лестницы президент Компании мистер Ван-Льюен, окруженный журналистами. Почтенный конгрессмен и руководитель "Уэйленд-Ютани" отмахивался от репортеров, как от назойливых мух. Завершающий кадр показывал его отъезжающую машину, вокруг которой вились люди с портативными видеокамерами и цифровыми фотоаппаратами. 	- Требования боевиков-сектантов остаются прежними, - добавил комментатор Би-Би-Си, выкраивая на своей поросячьей роже горестное выражение. - Немедленное освобождение из тюрьмы международного суда в Гааге представителей свергнутого войсками ООН правительства нового аятоллы ибн Сабади и в первую очередь арестованного Интерполом полтора месяца назад имама Фейруллаха ас Нухайба, отвечавшего в секте исмаилитов за закупки вооружения и напрямую руководившего несколькими громкими акциями террористов. К сожалению, спецслужбы Великобритании и США отказываются каким-либо образом помочь прессе осветить данное событие, мотивируя это тайной следствия. Однако можно сделать вывод, что сейчас террористическая организация "Новый Джихад" заполучила в свои руки опаснейшее оружие, способное заставить правительства Европы, Америки, а прежде всего арабских государств Ближнего Востока отказаться от своих планов полного искоренения экстремистской секты. Правительство Российской Империи пока что сохраняет тревожащее молчание. О развитии событий мы будем извещать вас по мере поступления информации. Сейчас переходим к блоку видеосюжетов, посвященных очередному кинофестивалю... 	Монитор залился синим. Несколько минут царило неприятное молчание. 	- Уж по крайней мере, - вздохнул Казаков, - мы в этом не виноваты. Исмаилиты нас опередили. 	Маша нервно теребила пальцами рукав своей куртки. Она прекрасно понимала, что может означать сообщение британского телевидения, продемонстрированное компьютером "Цезаря". Исмаилиты - худшие из фанатиков. Им абсолютно плевать (да скорее, они и вовсе не понимают, с чем столкнулись) на возможную опасность, исходящую от Чужих. Кроме того, совершенно ясно - у них есть материнский организм, производящий споры. Следовательно, большинство колоний в Дальнем космосе сейчас подвергаются самой нешуточной опасности, а в перспективе не исключен занос этой зубастой и клыкастой "инфекции" на Землю. Безусловно, все космическое пространство в Солнечной системе самым внимательным образом контролируется великими державами. Система безопасности от вторжения посторонних объектов в радиусе пятисот тысяч километров от атмосферы Земли была создана в начале XXIII века, после весьма неприятного инцидента с астероидом, сошедшим с орбиты и едва не врезавшимся в Землю. Но астероид был большой, его вовремя обнаружили и уничтожили ядерными зарядами, а здесь... Достаточно дать крупную взятку сотрудникам карантинной службы - и споры окажутся на Земле. Последствия? Неконтролируемое размножение Чужих, массовые жертвы среди населения, "дезинфекция" зараженного пространства теми же атомными бомбами... И то - если успеют вовремя, сообразив, чем грозит нашествие Чужих. В общем, мрак. Трепещите. 	- Весело. - Казаков потер лоб ладонью. - Какие у кого соображения? 	Молчание. Все дожидались ответа Цезаря, по-прежнему стоявшего у монитора с невероятно самодовольным видом. 	- Пожалуйста, господа, - сказал голос призрака, - прослушайте аудиосообщение от моего хозяина. Тогда вы поймете, каковы будут дальнейшие действия. Естественно, при условии вашего согласия. 	- Согласия? - едва только не взвыл Казаков. - О чем ты говоришь, безмозглая железка? Если твой босс имеет выходы на "Джихад", знает, где они содержат животных, и не говорит об этом, то я его лично пристрелю! Слышал недавний разговор, да? Понимаешь, что очень скоро Чужие, захваченные аллах-акбаровцами, полностью выйдут из-под контроля? Ясно, о чем говорю? 	- Терпение, господин лейтенант, - абсолютно невозмутимо произнес Цезарь. - Сначала прослушайте сообщение. 	Семцова и Казаков аж поперхнулись, узрев на экране телевизора новый мультик. Бишоп ухмыльнулся, устроился поудобнее и стал наблюдать. Остальные сидели с самым растерянным видом. 	На сей раз таинственный незнакомец пошутил совсем не оригинально. Они ожидали увидеть Деда Мороза, Винни-Пуха или, на худой конец, какого-нибудь популярного персонажа современных комиксов, но им досталась картинка из триллера. 	Трехмерное изображение кресла в кабине космического корабля. В кресле расположился Чужой. В одной лапе рюмка, наполненная коричневой жидкостью, во второй сигара. С теплящегося кончика струится голубоватый дым. Морда самая гнусная. Клыки несколько гротескно увеличены. Словом, ожившая карикатура. 	Впечатление несколько портило то, что создатель программы не сподобился создать виртуальному Чужому мимику. Поэтому зверюга просто открывала пасть в такт звукам, что выглядело неестественно. 	- Господа, не будем тратить время, - сказал Чужой голосом хозяина и затянулся сигарой. Из второй пары челюстей вылетела струйка дыма. 	Маша, сама того не желая, оживленно фыркнула и мельком подумала: "Босс пытается нас по-своему развеселить, сбить напряжение. Неплохой ход". 	Голос хозяина продолжал: 	- Итак, вы помогли мне, я помогу вам. Не думайте, что все исмаилиты фанатичны и неподкупны. Среди них встречаются люди, которые тоже любят владеть пухлой чековой книжкой, зарегистрированной в женевском или цюрихском банке, и не желают отдавать свои деньги на бездарную идеологию. Именно через них я знаю то, о чем не подозревает господин Бибирев, а также его визави в ЦРУ, Интеллиженс Сервис или, например, Моссаде. По моему приказу "Цезарь" должен будет направиться в район созвездия Дракон. Вас интересует Бета Дракона, более известная как Растабан. Именно там, в колонии Европейского сообщества - планета LV-17, южное полушарие,- будет проведена следующая акция "Джихада". Колония крупная, население сто тридцать человек. Это .очень серьезный удар. Вы можете спросить, почему я не предупредил заинтересованные правительства, дабы они послали туда военные подразделения? Очень просто: любой корабль из района Земли просто не успеет прибыть вовремя. Вас не слишком много, но вы отлично вооружены. Помимо того, я продумал несколько дублирующих программ, способных вас обезопасить. Вы можете принять мое предложение, можете отказаться. Решение сообщите Цезарю. В зависимости от него мозг корабля проложит требуемый курс. Большое спасибо. 	С этими словами Чужой заглотил содержимое рюмки (на ее донышке обнаружился нарисованный череп с костями) и, вдруг схватившись щупальцами за горло, изобразил отравленного, свалился под кресло и издох. Монитор погас под смешки военных. 	- Я не понимаю, кто здесь кому морочит голову? - Гильгоф задал сам себе риторический вопрос и сразу на него ответил: - Без сомнения, головы морочат нам. Господин лейтенант? 	- Что? - буркнул Казаков. - Неужели он думает, что мы откажемся? Давайте вспомним, что приказ не выполнен,- мы должны были уничтожить базу и прежде всего Чужих. Любое дело нужно доводить до конца. И потом, я всю жизнь мечтал спасти мир! 	- Очень смешно, - совсем невесело усмехнулась Маша. - Оценим ситуацию здраво. Если исмаилиты решатся на крупную акцию после того, как международный суд и правительства держав не выполнят их требования, - а я уверена, что не выполнят, это же основной закон - никогда не договариваться с террористами! - можно себе представить, с чем мы столкнемся на Растабане. Хорошо, если фидаи будут контролировать поведение Чужих. А вдруг нет и мы повстречаемся с дикой ордой этих чудищ? Помните численность населения? Сотня рыл - это вам не шутка! Они же могут заразить всю колонию! 	- Если, если...- невнятно промычал лейтенант, по привычке приглаживая волосы. - Этот мужик сказал, что мы великолепно оснащены оружием. Все правильно. С подобным арсеналом я не побоялся бы выйти против целой бригады штатовского спецназа с танками и вертолетами поддержки! 	- Вас, по-моему, заносит, Сергей,- вяло возразил Гильгоф. - У нас нет ни плана операции, ни информационной основы. Нет даже приблизительного плана колонии, где, возможно, придется действовать. Пойди туда - не знаю куда... 	- На крайний случай,- заметил Эккарт, - мы располагаем ядерным оружием. Это устраняет неразрешимые проблемы... 	- Но создает новые, - парировал ученый. - Объяснить? Допустим, при возникновении экстремальной ситуации мы будем вынуждены ударить по объекту ракетами. Потом нас же обвинят в неправомерном использовании вооружения, применение которого санкционируется только главами ядерных держав и руководством Организации Объединенных Наций. Один раз подобная выходка господину Казакову сошла с рук, но повторный инцидент... Американцы начнут орать, что мы запросто уничтожили мирную колонию, вместо того чтобы обойтись силами пехоты. Опять заголовки: "Русские варвары! Медведи вырвались из тайги! Государственный терроризм!" Представляете? 	- Веня, - нежным голоском проворковала Сем-цова, - скажите, у вас в Калуге есть бункер? Поглубже? 	- При чем здесь бункер? - начал выходить из себя Гильгоф. - Вы по делу говорите! 	- Да при том, - Маша не изменила издевательски-любезного тона, - что, если Чужие окажутся на Земле, только одному проценту населения удастся спрятаться в защищенных от любой напасти подземных убежищах. Вам это нужно? 	Доктор неизвестных наук только вздохнул и заткнулся. 	- Предлагаю разобраться на месте, - со своей обычной рассудительностью сказал Бишоп, прерывая неприятную паузу. - План колонии? Какая ерунда! Достаточно соединиться при помощи гравитационного привода с любым интернетовским сервером на Земле и заглянуть в справочники. Полагаю, Цезарь не откажет нам в такой маленькой услуге. Корабль, на котором мы находимся, предоставляет нам редкую возможность обмануть радарные комплексы противника, действовать внезапно и быстро, оборона... 	Пол под ногами чувствительно качнулся. Маша едва не вылетела из своего кресла, но вовремя уцепилась за рукав Казакова. Бишоп замолчал и настороженно оглянулся. Еще один толчок. 	- Не беспокойтесь, - сказал фантом. - Прошу извинить за неудобства. 	- В чем дело? - вскочил Казаков. Он прекрасно знал, что дальние рейдеры "вздрагивают" подобным образом только в двух случаях: если проводится экстренный маневр, предотвращающий столкновение, и если системы защиты корабля отводят чужой удар. 	- Нас преследуют, - ответил Цезарь. - Повторно прошу не беспокоиться. Меры безопасности приняты автоматически. 	- Кто преследует? - рявкнула Маша. 	Умный, но не понимающий человеческой психологии компьютер рейдера, видимо, посчитал, что если он самостоятельно, не дергая людей, попробует устранить опасность, то избавит экипаж от лишних стрессов. Человек же предпочитает лично увидеть опасность - незримый враг страшнее явного. 	- Военно-исследовательский транспорт "Киото", зарегистрированная собственность министерства обороны Японии, - нехотя оповестил Цезарь. - Он следует за нами достаточно давно. Нанес несколько ударов плазменными разрядами по корпусу. Прошу не беспокоиться, включены все комплексы защиты обшивки. 	- Если он еще раз скажет "не беспокойтесь", - прорычал Казаков, вихрем взлетая по ступеням винтовой лестницы, ведущей в рубку, - я разобью главный терминал здешнего компа кувалдой! По нам стреляют, а мы узнаем об этом последними! 	- Не бе... - начал было Цезарь, но вовремя осекся. - Господа, уровень вооружения "Киото" не позволяет данному кораблю нанести нам сколь-нибудь значительные повреждения. 	- Пошел в задницу, - отозвался лейтенант. - Не до тебя! 	Объект был полностью идентифицирован. Мониторы оперативного центра корабля показали схемы "Киото" во всех проекциях. Вражеский корабль находился не более чем в восьмистах милях за кормой "Цезаря" и медленно приближался. Выяснилось, что террористы уже выпустили по рейдеру около двенадцати разрядов, но все плазменные "капли" были отведены защитными полями, генерируемыми реактором корабля. 	- "ПЕРЕХОД НА РУЧНОЕ УПРАВЛЕНИЕ НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ", - уведомил бортовой компьютер пилота, с размаху плюхнувшегося в свое кресло. Фарелл только выругался и защелкал тумблерами. Все инструкции военных ведомств космических держав с редким единодушием твердили: во время боя в космосе управлять кораблем, как атакующим, так и атакуемым, надлежит человеку. 	"Киото" подходил со стороны звезды, что несколько затрудняло работу комплекса наведения энергетических пушек: излучение Гаммы Феникса создавало слишком много помех. Мозг корабля, сочтя, что приказ человека является более приоритетным, чем его собственная программа обороны, не вмешивался. Для дальнейших действий Казакова, Фарелла и примчавшегося им на помощь Бишопа не возникало никаких препятствий. 	Пилот резко изменил линейную траекторию движения корабля, потянув штурвал на себя и влево. 	"Цезарь" исполнил в пространстве невероятный пируэт, ушел из сектора обстрела и, описав дугу, начал заходить в тыл "Киото". Сейчас его можно было хорошо рассмотреть через иллюминаторы кабины - размером с "Цезаря", формы более грубоваты, броня отражает лучи близкой звезды, темно-голубым полыхают сопла двигателей... 	Человек, сидевший за штурвалом "Киото", тоже не был дураком. Наверное, опытный пилот. Сражение между двумя космическими кораблями в вакууме разительно отличается от обычного воздушного боя - у противников значительно больше возможностей для маневра и нет угрозы свалиться на землю. Беззвучно мелькают синие и розовые линии плазменных разрядов, исчезая в далях космоса, изредка загораются оранжевые язычки двигателей маневра... 	- Подойдут ближе, - хрипло выкрикнул Фарелл, не оборачиваясь, - попробуйте снять их залпом из четырех пушек! На "Киото" стоит только магнитная защита, поле не выдержит сильного энергетического удара! 	- Знаю, - сквозь зубы шикнул Казаков. Сейчас его корабль оказался в более выгодном положении - Гамма Феникса осталась в стороне, помехи исчезли. Лейтенант, не особо доверяя новшествам, внедренным в военное дело лишь несколько лет назад, - мощным лазерам и плазменным орудиям, - остался верен традиции. Ракеты с нацеливанием на массу куда проще и надежнее: если наведение верно, вражеский корабль наверняка не сможет уйти. 	На зеленом поле монитора наконец появилось изображение "Киото" в виде мерцающего белого силуэта, пискнул зуммер, давая понять, что программа заложена в боевые части ракет и цель захвачена устройством, отвечающим за точность удара. Палец коснулся клавиши "ВВОД", тотчас на установленном под стабилизаторами "Цезаря" торпедообразном контейнере открылся маленький лепестковый шлюз, и окруженная быстро растворяющимся в вакууме облачком газов ракета "Тритон" отправилась к цели. За ней - вторая. Вряд ли ракеты полностью уничтожат противника, но по крайней мере серьезно повредят корпус и вынудят "Киото" отойти в сторону. Потом врага можно будет добить энергетическими разрядами. 	"Киото" резко вильнул в сторону, уворачиваясь от двух ничтожно маленьких светлых теней, выпустил шлейф ракет, устанавливающих заграждение, - при их взрыве образуется облако осколков, способное обмануть процессор простенького, но точного компьютера, размещенного в боеголовках. Получилось. Одна из ракет "Цезаря", поврежденная стальным обломком, неуклюже закувыркалась и беззвучно взорвалась - моргнула оранжевая вспышка, и веером разлетелись угасающие искры. 	Вторая ракета тоже оказалась обманутой, но другим способом: пилот, сидящий за штурвалом "Киото", резко увеличил скорость, включив дополнительные двигатели, и сломя голову ринулся к астероиду-луне. Вскоре от боеголовки отсоединился опустевший топливный бак, а сам конус, несущий в себе осколочный заряд, способный изрядно повредить обшивку корабля противника, оказался притянут гравитацией гигантского ноздреватого камня. "Киото", развернувшись, снова зашел для атаки. 	- Они меня достали, - мрачно сказал Казаков. - Бишоп... 	- Постойте, - оборвал лейтенанта андроид, - мне категорически не нравятся их действия. Мистер Фарелл, нам нужно уходить, причем как можно быстрее. 	- А что такое? - Казаков вытаращился на монитор, показывающий положение двух кораблей в пространстве относительно Сциллы. 	- На "Киото" сообразили: плазменный разряд на нас не действует, - быстро пояснил Бишоп, обеспо-коенно просматривая показания компьютера. - Только что с их борта стартовала ракета, и "Киото" немедленно после запуска изменил курс на противоположный нашему. Компьютер сейчас идентифицирует снаряд, но полагаю, что его навигатор реагирует на массу. Сложите стартовую скорость ракеты, ее собственное ускорение и ускорение, сообщенное ей материнским рейдером... О, посмотрите! 	"Цезарь" наконец-то выбросил на экран обработанные программой опознания данные. Снаряд типа "Титан", восемь емкостей с топливом, бортовой компьютер и... И ядерный заряд в боеголовке. 	- Как они нас не любят, - сокрушенно покачал головой Казаков. - Что ж, против лома нет приема, окромя другого лома. Но лично мне очень жалко использовать наши атомные бомбы, тем паче что их всего четыре штуки. Удираем, господа. Ракета нас догонит через семь минут, то есть "Цезарь" окажется в зоне поражения, созданной эпицентром взрыва. Ник, черт возьми, ты меня слышишь? Мы можем прыгнуть немедленно? 	- Двенадцать минут, - помертвевшим голосом сообщил пилот. - Мы потеряли скорость на маневрах, пока крутились, уходя от ударов "Киото". Не успеваем! 	- Эй, Цезарь! - в голос заорал лейтенант, оглядывая кабину и следующие за ней помещения. Фантом непременно должен околачиваться где-то поблизости. В конце концов, он сам прекрасно сознает, что под угрозу поставлена не только жизнь людей, но и его собственное существование. А любой разумный компьютер запрограммирован на самосохранение. Машине хочется жить не меньше, чем человеку. - Ты куда пропал, скотина? Цезарь! 	Мелькнув красным и золотым, фантом быстро прошел из комнаты отдыха пилотов к оперативному центру корабля. 	- Сожалею, но маневр уклонения выполнить невозможно, - сообщил он. - Кроме того, господа, мы превысили допустимую скорость, при которой я могу запустить ракеты перехвата. 	- А что делать? - обомлел Казаков. - Слушай, приятель, ты учти - там атомная бомба. И топлива ей хватит, чтобы догнать нас! Осталось шесть минут! 	- Мои расчеты показывают, что в момент нахождения в тепловом эпицентре взрыва корабль потеряет все поля защиты. - Речь Цезаря прозвучала настоящей издевкой. Лейтенант подумал о том, что никогда не встречал компьютер с суицидальным комплексом. Разве только в фантастических романах. - Я же говорил: слушайтесь меня. Вы сами создали себе проблемы. И мне тоже. 	- У тебя в закромах обязательно должно быть... - начал Бишоп, но фантом властно простер руку вперед, что, видимо, означало обычное: "Не беспокойтесь, все под контролем". 	- Немедленно займите свои места, - процедил Цезарь голосом, в котором утонченно смешались отвращение и презрение. Отличный речевой модулятор, ничего не скажешь. Может передать любую эмоцию. - Мистер Фарелл, передайте управление автопилоту. Я попробую что-нибудь сделать, но предупреждаю: серьезных перегрузок не избежать. Исполняйте. 	- Командует тут еще! - неслышно прошептал Казаков, вытягивая ремни безопасности своего кресла и щелкая замками. Он очень надеялся, что вездесущий мозг рейдера предупредил остальных. - До старости этот полет не забуду!.. 	...В общем пространстве Вселенной столь маленькая драма была ничтожна. Разве человек заметит микроскопическую бактерию из грязной канавы, которую пожирают вирусы? Впрочем, по сравнению с одноклеточным организмом сам вирус был лишь ничтожной точкой. Какое дело Галактике Млечный Путь или, например, самодовольной звезде, носящей имя Гамма Феникса, до жалкой молекулы космоса, пускай даже она несет на своей поверхности гордую надпись "Юлий Цезарь"? 	В холодном пространстве межзвездного вакуума расплылось ослепительно белое пятно чистого огня, меняя цвет сначала на голубой и синий, а затем на желтоватый и красный. Во все стороны расползлось световое кольцо, задев мрачновато-насупленный астроид, несколько тысячелетий назад превратившийся в луну ледяной Сциллы, - на огромный каменный обломок это не произвело никакого впечатления. Хлопушка, да и все. Вот если бы Гамма Феникса неожиданно решила покончить с собой, превратившись в сверхновую... Какой бы чудесный, пускай и невероятно опасный фейерверк состоялся! А тут?.. Смех один. Петарда. 	Спустя двадцать минут "Киото", благополучно переждавший ядерный взрыв на безопасном расстоянии, явился в точку пространства, где сгорел "Юлий Цезарь". Приборы захваченного террористами рейдера отчетливо показали: зарегистрирована только квантовая ударная волна, возникающая в момент неуправляемой ядерной реакции, и больше ничего. Прыжка через световой барьер не было. Следовательно, противник уничтожен. 	"Киото" выровнял свое положение в пространстве и направился в сторону холодной Сциллы. 	Ни капитан пиратского судна, ни один член его экипажа даже предположить не могли, какой неприятный сюрприз ожидает их на поверхности планеты. Впрочем, сейчас все люди, находящиеся на борту "Киото", были живы и по-своему радостны и счастливы. 	В глубоком сугробе, поднимавшемся в двухстах метрах от мертвой американской базы, зарегистрированной в секретных документах под грифом "S-801", неподалеку от снежного горба, укрывшего остов челнока "Гурон", и желтых конструкций, служивших некогда человеческим жильем, под коркой наста, образовавшегося после восхода звезды и начала очередного скучного дня, лежал неприметный металлический цилиндр. На единственном дисплее, размером со спичечный коробок, мерцали красным латинские буквы: "ARMED". 	Сцилла, на снежных полях которой до последнего времени двадцать тысяч лет не происходило ничего необычного, ждала продолжения. Следующий акт спектакля, сценаристом и режиссером которого являлся бортовой компьютер сгинувшего в никуда "Юлия Цезаря", должен был начаться в момент приземления рейдера с японскими опознавательными знаками. 	Одинокий Чужой, забравшийся в естественный "холодильник" под зданиями базы, проснулся. Его что-то встревожило. Существо обладало тем, что у людей именуется "обостренной интуицией", и очень боялось, но решило дорого продать свою жизнь. Все равно ему было нечего терять.
 	КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ
 	ЧАСТЬ ВТОРАЯ 	"...НО ПАРАЗИТЫ - НИКОГДА!"

	ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ. В НЕБЕСАХ И НА ТВЕРДИ 	Ориентировочно ~ 15 февраля 2280 года, планета LV-17 Геон, звезда Растабан, созвездие Дракон
 	- Перспективка, однако...- Казаков, развалившись, сидел в одном из кресел кают-компании и со строгостью взирал на компьютерных техников. - И что, ничего нельзя сделать? 	- Абсолютно ничего,- вздохнул Бишоп.- Там не просто отключено энергоснабжение периферийных комплексов, но даже прострелены замки. Устройства невозможно починить и нечем заменить. Они все сидят взаперти, будто надеются, что это их спасет. 	- А где Чужие устроили гнездо? 	- Представления не имею, - развел руками андроид. - Я знаю, что в округе бродит не меньше дюжины животных, но... Требуется более тщательная экспертиза объекта и прилегающей местности. Понимаю, господин лейтенант, что соваться в комплекс не хочется, однако, если мы действительно хотим помочь, придется действовать. Причем достаточно быстро. Ворота взорвем... Пока не зашло солнце, животные будут проявлять меньшую активность: время Чужих - ночь. Господин Гильгоф совершенно правильно предположил, что они относятся к разряду лунарных существ. 	- Да и вы хороши, Сергей, - немедленно съязвил помянутый Гильгоф, устроившийся напротив, за столом. Он имел весьма отдаленное представление об армейской субординации и, как его ни одергивали, постоянно критиковал командира экспедиции. - Тоже мне, слуга царю, отец солдатам... Коли называете себя профессионалом, значит, обязательно должны знать, что следует предпринять в подобном положении. 	- Для начала, - хищно начал Казаков, сверкая глазами на господина ученого,- я, как только стемнеет, выпру вас с борта "Цезаря". Будете приманкой. 	- Нелогично и нецелесообразно, - отверг инсинуации лейтенанта Гильгоф. - Послушайте, в зданиях несомненно должны иметься какие-нибудь запасные выходы, вентиляционные трубы, система подземных коммуникаций! Люди здесь живут тридцать лет, а следовательно, сделали все для обеспечения комфортной жизни. Дырку в заборе, например... 	- Дырку в заборе? - не выдержала Семцова, внимательно слушавшая перепалку. - Вениамин Борисович, как вы себе это представляете? Для чего подобная "дырка"? Мало того что отсутствует забор как таковой... Воображаю: какой-нибудь колонист выносит украденные из медицинского центра базы наркотики, чтобы из-под полы продать местным аборигенам. Из таковых на Геоне имеются только несколько видов совсем мелких насекомых, лишайники, мох да привезенные с Земли крысы с мышами. Перестаньте говорить глупости. 	- Но должен быть выход! - Ученый никак не желал смириться с новым поражением.- Иначе грозят самые тяжелые неприятности! Мы даже не знаем, сколько в комплексе Чужих, а сколько людей? Как вооружены последние? Успели подать сигнал SOS или нет? И не стоит забывать о джихадовцах. Эти милейшие люди заперлись вместе с остальными поселенцами. В крайнем случае они сначала положат оставшееся в живых население колонии, а потом сами... - Гильгоф сделал руками такой жест, будто завязывал на веревке скользящую петлю. - Ждать прибытия посланных властями спасателей не имеет смысла. Не успеют. 	- Знаю, - буркнул Казаков. - Вот вы, Веня, считаетесь здесь самым умным. Почти таким же, как Бишоп. Придумайте, что делать. Мы не можем торчать на Геоне до бесконечности, а употреблять взрывчатку для разрушения заваренных или забаррикадированных проходов я не стану. Будут новые жертвы среди населения. В главном здании не меньше сотни человек, скученность, теснота. Осколки разлетятся на несколько метров... 	- Новые жертвы появятся очень скоро, - напомнила Маша и хмуро посмотрела в узкий прямоугольный иллюминатор. - До заката часа четыре, Чужие ночью взбодрятся и дадут колонистам прикурить. 	На несколько минут установилась полная тишина. Люди молчали. Только автоповар, занятый приготовлением все новых порций крепчайшего кофе, шипел и пофыркивал. 	Над скалистой поверхностью Геона висел крупный оранжево-багровый глаз местного светила, отражая едкие и насыщенные ультрафиолетом лучи в зеркале большого соляного озера, расположившегося в одной из глубоких впадин плоскогорья. Формой озеро напоминало Байкал, только уменьшенный в несколько десятков раз, - такой же изогнутый неширокий и длинный полумесяц с белеющими соляными дюнами на берегах и огромными кристаллами отложений хлористого натрия, поднимавшимися к сине-фиолетовому небу наподобие менгиров-пирам ид удивительно правильной формы. Здание опреснительной установки, доставлявшей воду человеческому поселку, стояло на северном оконечье полумесяца и выглядело неестественно посреди накопленных столетиями залежей соли. 	Однако не соль привлекла людей на Геон. Неподалеку от озера, метрах в пятистах в стороне, темнел громадный карьер, где открытым методом разрабатывалось месторождение редкоземельных элементов. В добываемой руде в изрядном количестве содержались магний, хром, молибден и многие другие полезные человеческому сообществу металлы. Выработку затем доставляли транспортерами на небольшой, однако весьма производительный наисовременнейший обогатительный завод. Заключенные с приснопамятной Фиорины истекли бы слюной от зависти к поселенцам Геона - никаких мрачных корпусов, низких холодных коридоров и изнурительного ручного труда. Даже сейчас, при полном отсутствии людей, в здании завода продолжалась работа: это был единственный освещенный комплекс построек - к заводу почему-то энергия от электростанции поступала. Или там имелась своя, независимая от реактора жилого комплекса установка? 	Почти три десятка приземистых двухэтажных и прямоугольных зданий, связанных между собой многочисленными проходами и кабелями, сгрудились у подножия и на склонах невысокой выветрившейся горы "столовой" формы - подобные образования еще можно в больших количествах увидеть в пустынях Соединенных Штатов или в Австралии. Коричневые скалы постоянно встречались на всем протяжении засушливой равнины, простершейся от экватора Геона до зоны южного тропика, где начинался занимающий все южнее полушарие планеты безжизненный океан. Поселок Айрон-Рок, принадлежащий Европейскому экономическому сообществу, был пока единственным на планете, но в планах европейцев значилась постройка еще двух-трех, благо Геон являлся настоящим кладезем полезных ископаемых. Только одно месторождение, разрабатываемое уже три десятилетия, давало не меньше двадцати процентов всей мировой добычи хрома. 	Собственно, в обновляемой каждые полгода электронной энциклопедии Комитета ООН по колонизации о Геоне можно было прочитать следующее: 	"Планета класса А, с кислородно-азотной атмосферой и примитивной углеродной жизнью. Опасных бактерий или вирусов не обнаружено. Условия внешней среды приемлемы для обитания. Среднегодовая температура: +22ёС. Первое посещение - 2249 год, основание постоянной колонии Айрон-Рок - 2252 год. На 31 декабря 2279 года население базы составляет 132 человека. Специализация - поиск и разработка редких металлов". 	Неподалеку от самой базы находилась отлично оборудованная посадочная площадка - как-никак транспортные корабли наведывались в этот мир с частотой раз в два месяца, чтобы забрать продукцию обогатительного предприятия. За широким бетонным полем надзирала диспетчерская вышка, управляемая компьютером почти без вмешательства человека. Сбоку от нее поднимались два металлически-блестящих ангара, скрывавших атмосферные летательные аппараты и один-единственный челнок, способный летать в космосе. Вертолеты служили для проведения геологических разведок на материке и отслеживания странных процессов, иногда происходящих в атмосфере Геона. 	В данный момент поле занимали два корабля, никоим образом не относящихся к европейским металлургическим фирмам или военным патрульным кораблям, изредка навещавшим крупные поселения людей. В центре небольшого порта громоздился рейдер с выведенным на борту белой краской странным названием "Шейх-уль-Аллах" - представитель вымирающей породы кораблей, построенных в тридцатых годах нынешнего века. 	Вообще-то около пятнадцати лет назад, еще до Азиатской войны, этот корабль назывался "Олим-пик" и принадлежал одной из подставных британских фирм, занимавшихся контрабандой в пределах Солнечной системы. В один прекрасный день "Олим-пик" был продан некоему обеспеченному господину с европейским именем, но центральноазиатской физиономией, а затем исчез из поля зрения инспекторов регистра ООН. Лишь очень немногие руководители тайных служб государств Земли знали о существовании "Олимпика-Шейха", оборудованного новыми двигателями и более современным бортовым компьютером. Переименованный рейдер стал одним из немногих кораблей, оставшихся в распоряжении "Нового Джихада". 	"Шейх-уль-Аллах" был не просто развалюхой, а корытом из корыт. Несколько десятилетий напряженной эксплуатации оставили на нем неизгладимые следы - ржавый и побитый метеорными осколками корпус, шрамы от плазменных разрядов, помутневшие стекла иллюминаторов... Заслуженная галоша, которой самое место на свалке. 	Рядом с "Шейхом" "Юлий Цезарь" смотрелся как холеный породистый щенок, усевшийся бок о бок с облезлой помойной шавкой. Казаков, после приземления на Геоне, как следует рассмотрев соседа по посадочной площадке в иллюминатор, что-то презрительно проворчал о том, что, мол, "тяжела и неказиста жизнь простого террориста". Маша с Гильгофом только ухмыльнулись и, не сговариваясь, многозначительно похлопали по бежевой пластиковой обшивке стен шикарного "Цезаря". 	В другой ситуации приземление рядом, буквально на одно и то же поле, с кораблем потенциального противника выглядело бы беспримерной наглостью и безрассудством. Однако Фарелл мягко посадил "Цезарь" на белоснежные бетонные плиты, получил от мозга корабля вежливое "Большое спасибо за хороший полет" и одним движением пальца отстегнул ремень безопасности. Пилот знал, что бояться нечего. По крайней мере пока. 	Полет от Сциллы до Геона занял всего четверо полных суток, или пять тысяч семьсот шестьдесят минут. Корабль был не только удобен, но и невероятно быстроходен - обычный военный рейдер преодолел бы немыслимое расстояние между созвездиями Феникс (которое можно увидеть в южном полушарии Земли) и Дракон (в северо-западном) за гораздо больший срок. 	"Цезарь" не оплошал и в истории с догонявшей корабль ракетой. Умная машина с точностью до секунды рассчитала свои возможности вкупе с ресурсами двигателей, и прыжок через световой барьер состоялся лишь за несколько мгновений до взрыва. "Ворота" пространства захлопнулись за кормой рейдера, волны взрыва и фотонный "отблеск" гиперпространственного прыжка наложились друг на друга, создав мощную интерференцию, отчего приборы "Киото" так и не смогли распознать, что недруг уцелел и благополучно исчез из пределов обитаемого мира в "параллельную Вселенную" сверхсветовых скоростей. 	Потом, когда экипаж и сам корабль оказались в полной безопасности, явившийся к экипажу во время ужина фантом мстительно заметил, что эти мерзавцы с "Киото" еще получат свое, если уже не получили. Отвечая на назойливые расспросы Гильгофа, центральный компьютер рейдера объяснил, что оставил на Сцилле (естественно, без всякого совета с людьми) маленький подарок для незваных гостей, которые решатся посетить базу S-801. Какой подарок? Очень простой: килограмм плутония в упаковке и со взрывателем, реагирующим на тепловое излучение и массу сверх полутора тонн. Наверное, от "Киото" уже ничего не осталось, равно как и от Чужого, спрятавшегося в колонии. Гильгоф в который раз заявил, что ему жалко зверя, но доктора никто не слушал. 	На ближайшие дни имелось два варианта действий. Первый: отдохнуть естественным образом, то есть все часы полета до системы Растабана откровенно бездельничать, отсыпаться и при желании использовать богатую видеотеку корабля чисто ради развлечения. Продуктов и кислорода было в избытке, а посему не следовало беспокоиться о перерасходе этих двух основных составляющих жизнеобеспечения во время длительного перелета. Второй: лечь спать в криогенные капсулы всего на четыре дня. 	Волюнтаристским распоряжением Казаков согнал всех в отсек с камерами глубокой гибернации - он не хотел расхолаживать команду четырьмя сутками вынужденного бездействия. Категорически отказались погружаться в гиперсон только Маша и Гильгоф, которым не терпелось провести первые исследования живых клеток Чужого, сохранившихся в холодильнике научного центра. Лейтенант снова пробурчал что-то нелестное в адрес "яйцеголовых", но махнул на Семцову и почтенного ученого рукой, отправившись спать. Естественно, что Бишоп, никогда не нуждавшийся в криогенном сне, остался бодрствовать вместе с неутомимыми исследователями. К слову, именно аккуратный андроид заделал листом пластика неприглядную дырку в полу лаборатории, из которой выглядывали оплавленные кабели, и подмел стеклянные осколки, пропущенные роботами-уборщиками. 	Продрав глаза через девяносто шесть часов, господин лейтенант забрался в душ, быстро оделся и первым делом бросился в лабораторию - проверить, что успели натворить за четверо суток его подопечные. Подсознательно Казаков ожидал, что Маша Семцова и восхитительный доктор Гильгоф склонировали не меньше сотни Чужих, а опыты с генетической информацией привели ј тому, что звери стали зелеными, травоядными и размером с домашнюю кошку. 	Научный отсек был завален пустыми пластиковыми стаканчиками из-под кофе, засохшими бутербродами, в углу обнаружилась даже пустая бутылка из-под коньяка. Маша посмотрела на лейтенанта красными от недосыпа глазами, отрешенно поздоровалась и снова уткнулась в окуляры электронного микроскопа. Ве-ня Гильгоф спал в кресле, положив на лицо тонкие бумажные листы распечаток. Один только Бишоп был, как всегда, свеж и бодр. 	- Ну и ну, - раскрыл рот Казаков, обозревая поле научного сражения. - Бишоп, объясни, что здесь происходило? 	- Сэр. - Андроид взглядом указал на похрапывающего Гильгофа и расплывчато ответил: - Мария Викторовна и Вениамин Борисович занимались работой. Очень интересные материалы, не желаете взглянуть? 	- Не желает, - громко сказала Маша, не отрываясь от своего микроскопа. - Сергей, если вы увидите это, вы тут же бросите армию и уйдете в биологи. Министерство обороны потеряет перспективного офицера, страна останется без защиты, а Нобелевскому комитету - если вы будете очень настойчивы - придется занимать в долг, для того чтобы дать вам все премии в области биологии за ближайшие пятьдесят лет. Этого я не могу допустить. Кстати, мы что, уже прилетели? 	- П-прилетели,- несколько заторможенно ответил Казаков, не понимая, в чем дело. 	Бишоп, видя его замешательство, пояснил: 	- Открытие столетия, господин лейтенант. Если объяснять с помощью специализированных терминов, вы вряд ли что-нибудь поймете. Если по-простому - генофонд Чужого приблизительно в пятнадцать-двадцать тысяч раз сложнее человеческого. Сколько у вас, людей, групп хромосом? Сорок? У меня в биологических тканях шестьдесят две. У Чужого... Мария Викторовна? 	- Триста девяносто тысяч, - буркнула Семцова. - Океан генетической информации. Такое впечатление, что предок Чужих старше любого живого существа с Земли не меньше чем на два миллиарда лет. За менее короткий срок эти твари не смогли бы накопить такое количество генетических знаний. Наша клетка по сравнению с их - то же самое, что счетные таблички древнего Египта рядом с процессором компьютера последней модели. Само совершенство. Сдуреть можно... 	- Можно, - осторожно сказал Казаков. - Только, Маша, не нужно дуреть прямо сейчас. Не забыли - у нас еще дела. И разбудите Гильгофа. 	"Цезарь" безошибочно вышел к требуемой планете - Геон был лишь ненамного меньше Земли и точно так же являлся третьей планетой системы Рас-табана. Искомый объект (конкретно - база Айрон-Рок) обнаружился без особых затруднений, хотя радиомаяк, обычно устанавливаемый в колониях, молчал. 	Потом начались мрачные чудеса. 	Перво-наперво выяснилось, что группу Казакова опередили, - компьютер "Цезаря" однозначно определил принадлежность корабля, обнаруженного сканерами на посадочной площадке колонии. Это был безнадежно потерянный "Олимпик" старинной постройки. 	В базе данных рейдера также нашлись свидетельства того, что "Олимпик" в настоящее время использовался "Новым Джихадом" (благо был давным-давно продан арабам) и применялся террористами для проведения акций за пределами Солнечной системы. Судя по сведениям, предоставленным владельцем "Цезаря", древний рейдер неоднократно встречался с боевыми кораблями великих держав, был "засвечен" во многих террористических акциях, но постоянно уходил от преследования. Где находилась база террористов, не знал даже всеведущий компьютер, ибо Земля и все посадочные площадки, способные принимать малые рейдеры, находились под контролем России, США и Европы. Значит, исмаилиты основали свою пиратскую колонию где-то за пределами основного обитаемого кольца, расположенного вокруг Солнца. 	Интересно было совсем другое. Казаков предполагал, что при любом раскладе придется встретиться с джихадовцами на Геоне. А биосканер дал людям понять, что "Олимпик", расположенный неподалеку от колонии завод, станция опреснения воды и хозяйственные постройки необитаемы. Там нет ни одного человека и вообще никаких живых существ крупнее лабораторной мыши. Все люди, по показаниям прибора, тщательно изучившего колонию с низкой орбиты, на которой висел "Цезарь", находились в центральном здании базы. 	Когда на мониторе сканера появилась эта информация, лейтенант присвистнул, а Маша, прибежавшая из научного отсека корабля, расстроилась едва не до слез. Она решила, что повторилась история колонии Хадли на Ахеронте, - Чужие (а в том, что животные действительно присутствуют на Геоне, Семцова не сомневалась) успели перебить все население или стащили людей в одно место, в гнездо. Но почему тогда пуст "Олимпик" и точный прибор не регистрирует на его борту живых организмов? Где руководители джйхадовской акции? Даже если все террористы находятся на территории базы, они должны были оставить хотя бы одного человека для охраны корабля! 	Маша высказала свои подозрения Казакову и Эк-карту. После манипуляций с биосканером картинка, вырисовывающая силуэт комплекса базы, и синие точки, обозначавшие живые организмы, максимально увеличилась. Стало заметно, что люди двигаются, перемещаясь в помещениях и коридорах административного здания, а значит, не поражены личинками Чужих и не упакованы в коконы. Уже лучше. Но почему больше сотни человек собрались в одном-единствен-ном помещении? И потом, почему биосканер отвечает, что в наличии всего сто двенадцать живых организмов со вшитыми под кожу ПДЛ - передатчиками личных данных? 	- Мне все ясно, - безапелляционно заявил проснувшийся, но все еще бледный из-за переутомления Гильгоф. - Давайте посчитаем. Точное число сотрудников металлургического завода нам известно из ооновского справочника. Сто тридцать два. Террористов может быть человек двадцать. Округляем, получаем сто пятьдесят. Внизу только сто двенадцать живых людей или не-людей. Куда подевались остальные? Либо перебиты во время штурма базы, либо уничтожены Чужими. Вам не представляется реальной возможность того, что аллах-акбаровцы все-таки подорвались на той самой мине замедленного действия, о которой мы говорили несколько дней назад? Животные вышли из-под контроля хозяев. В результате чего сложилось интересное положение: все люди, чтобы защитить себя от взбесившихся животных, уразумевших, что их нагло обманывали, искусственно моделируя "речь" материнского организма, заперлись в одном из помещений. Все, понимаете? И преступники, и жертвы. А вокруг бродят Чужие. 	Гильгоф наклонился над монитором, пристально осмотрел изображение и вдруг ткнул пальцем в одну из синих точек. 	- Вот, глядите, - сказал он. - Живой организм, который, если судить по описанию сканера, обладает массой от семидесяти до ста килограммов, находится далеко в стороне от центрального жилого здания. Кто это? Спрятавшийся человек из колонистов? Джиха-довец в бронежилете, стоящий в охране внешнего круга обороны? Или Чужой? Вот еще один, и еще... Если это Чужие, то я не понимаю, почему они не сидят в гнезде. Впрочем, я уже давно отказался понимать мотивации поведения наших зубастых приятелей. Какие у кого соображения? 	- Простые, - отрезал Казаков. - Эккарт, Ратников и... пожалуй, Бишоп. Мы приземляемся на посадочной площадке, затем вы возьмете половину людей и обследуете внешний периметр колонии. Думаю, посадка пройдет без эксцессов, раз уж на "Олимпике" нет людей, способных атаковать нас. Потом, когда осмотримся, будем решать. Цезарь, ты где? 	Фантом не замедлил материализоваться и состроил на лице вопросительное выражение. 	- Можешь переслать в самые крупные центры транспортного контроля сигнал бедствия? - спросил лейтенант, не глядя на электронного призрака. - Чтобы сюда прибыли военные и представители официальных властей? Боюсь, такими малыми силами нам не справиться. 	- Сигнал уже пошел, - невозмутимо ответил Цезарь. - Ближайшая военная база находится не менее чем в сутках полета. Я не гарантирую, что прибудет специальное подразделение, но определенную поддержку вы получите. 	- Тогда снижаемся.- Казаков подтолкнул присутствовавшего здесь же пилота локтем. - Ник, быстро за штурвал, снимай режим автопилота и входи в атмосферу. Через час мы уже должны быть внизу. 	- Слушаю, сэр, - на русском языке, но с жутким акцентом ответил Фарелл. 	"Цезарь" снялся со стационарной орбиты и направился к желтовато-коричневым скалам Геона. Тяжелая багровая звезда Растабан бесстрастно посматривала на металлопластиковую пылинку. Ее красные лучи поигрывали на изгибах обшивки и отражались в стеклах обзорных окон кабины рейдера. 	- Нет, ну какой беспредел, а? Черт, надо было спокойно корпеть в "Майкрософте" у Гейтса и носа не высовывать! Сейчас, наверное, уже начальником отдела был бы! Искатель приключений, а? Не-ет, если выберусь отсюда - с Земли больше ни ногой! Лучше уж мусорщиком в черном квартале Лондона, чем здесь! 	Человек, сидевший в неглубокой пещерке на склоне горы, возвышавшейся над базой Айрон-Рок, разговаривал сам с собой, потому что больше поговорить было не с кем. Слыша собственную речь, он немножко успокаивался, изгоняя страх, и нарушал окружавшую его тишину. Это было не слишком безопасно - бродившие в окрестностях животные слышали даже самые тихие звуки на большом расстоянии, но... Плевать. 	Ростом человек был высок, темноволос и сероглаз, одет в потрепанный, но еще добротный комбинезон темного песочного цвета и кепку армейского образца с длинным козырьком. Звали его Дугалом Мак-Эваном, и в соответствии с чудом сохранившимся электронным паспортом ему было двадцать восемь лет, родился в Эдинбурге, холост, в настоящий момент имеет выездную визу за пределы Европейского сообщества. 	К сожалению, указанные "пределы" находились эдак в сотне световых лет ближе к ядру Галактики, на планете Земля. 	Дугал сбежал четыре часа назад, сумев равно обмануть охрану и Чужих, взявших административный корпус в плотное полукольцо. Сейчас, днем, Чужие не проявляли особой активности и лишь изредка обследовали территорию - каждый самец выбрал для себя отдельный участок, тщательно им охраняемый. Чуть сложнее было обставить вооруженных наемников, занявших позиции у всех входов и выходов, но, в конце концов, для чего дана человеку голова? Мистеру Мак-Эвану никак не хотелось оставаться в комплексе жилых построек еще на одну ночь. Такой поступок граничил бы не просто с безрассудством, но с гипертрофированной суицидальной манией. Было ясно, что еще ночь-две - и взбесившиеся Чужие вырежут подчистую и поселенцев, и мрачных мордоворотов, нанятых "Джихадом". 	Когда план побега созрел окончательно, пришлось идти к командиру боевиков (почти единственному из всей террористической группы настоящему арабу), которого все подчиненные называли господином Ясуром, и выпрашивать у него разрешение выйти за охраняемый периметр. Ясур - очень спокойный и вежливый человек, между прочим закончивший университет в Багдаде, а затем учившийся аж в самой Сорбонне, - был умен и долго выспрашивал Дугала, зачем ему нужно покидать на скорую руку укрепленный корпус. Дугал ответил, что у него будто бы появилась идея, как обуздать Чужих, внезапно отказавшихся повиноваться, но гипотезу требуется обязательно проверить на практике. Для проверки понадобится обязательно найти хотя бы одного Чужого и пообщаться со зверем вплотную с помощью ретранслятора. 	- Вы сумасшедший, - тихо, на безукоризненном английском ответил господин Ясур. На его круглом лице явственно отражалась усталость,- Впрочем, если угодно, идите. Поверьте, мне не будет жалко, если вас сожрут. Все-таки именно вы, мистер Мак-Эван, уверяли, будто животные безопасны. 	- Они и были безопасны, сэр, - буркнул Дугал. - Я не знаю, что произошло. 	Господин Ясур щелкнул пальцами два раза, подзывая одного из своих помощников, кивнул на Дугала и сказал: 	- Отправь с ним кого-нибудь. 	"Только охранника мне не хватало! - Мак-Эван огорченно потер ладонью лицо, но от возражений благоразумно воздержался. Ясур при всей своей интеллигентности не терпел, когда ему противоречили, и запросто мог своим спокойным и вежливым голосом приказать ликвидировать бунтаря. Как уже не раз случалось. - Ладно, посмотрим, кто кого переиграет. Не думаю, что ради меня станут жертвовать самым сообразительным и быстрым членом группы". 	Дугал, слушая на Земле радио или телевизионные передачи, был уверен, что все боевики "Нового Джихада" представляют собой исключительно туповатых неграмотных крестьян откуда-нибудь из Междуречья, окрестностей Багдада или Тегерана, каковым запудрили мозги и сунули в руки оружие. И разумеется, ошибался. 	Руководство секты исмаилитов не рисковало жизнями своих единоверцев, предпочитая платить наемникам из самых разных стран. Так что в боевой группе господина Ясура кроме него самого граждан Исламского Союза было всего трое. Остальные являлись людьми как с белой, так и с темной кожей, которым хорошо платили за опасную профессию и которые не задавали вопросов. Подданные королевств Европы, государств Американского континента, азиаты, русские... И весь этот винегрет громко именовался "арабскими террористами". За "идею" трудился только господин Ясур со своими помощниками. Остальные - за деньги. 	Напряжение в отряде, захватившем Айрон-Рок, чувствовалось со вчерашнего дня, когда стало ясно: возникла не предусмотренная никакими планами и директивами руководства чрезвычайная ситуация. Новейшее, совершенное и безукоризненно действовавшее в течение последнего месяца биологическое оружие отказалось повиноваться своим владельцам. Когда Чужие, высаженные в Айрон-Рок и нагнавшие ужаса на поселенцев, позволили господину Ясуру ставить свои условия начальникам колонии, боевая группа взяла под охрану все важные объекты, системы связи и жизнеобеспечения, но через несколько часов... 	- Кого тут проводить? Тебя? 	Дугал только вздохнул. В сопровождающие ему выделили самого настоящего питекантропа. Причем не простого, а наделенного сообразительностью и вниманием. Этого здоровенного ниггера, по происхождению вроде бы канадца, звали Маликом. Рожа самая отталкивающая - Дугал никогда не был расистом и спокойно относился к неграм или желтокожим азиатам, но любой белый человек, увидевший Малика, немедленно вступил бы в ку-клукс-клан. Ростом метра два, сложение медведя, на лице несколько розовых шрамов и впридачу светлая татуировка на правой щеке в виде отрезанной головы. Персонаж фильма ужасов про сексуального маньяка, охотящегося за сдобными голливудскими блондинками. 	- Меня. - Дугал не стал тратить время на долгие прелюдии. - Нужно выйти на улицу, к склону горы, и попробовать найти хотя бы одного зверя. 	- Веди, - громыхнул Малик. На его поясе был укреплен охватывающий бедра пластиковый станок, на котором крепилась "умная винтовка" - смарт. 	- Я жду вас часа через два, - не меняя безразлично-спокойного тона, сказал господин Ясур, огладив ладонью короткую темную бороду. 	Дугал незаметно ухмыльнулся, понимая, отчего руководитель акции выбрал для сопровождения компьютерного техника, лучше всех других умевшего общаться с Чужими, именно Малика. Последний был теоретическим предводителем бунта наемников - они уже начали поговаривать о том, что "на такое мы не подписывались", и косо поглядывать на Ясура вместе с его заместителям и арабами. Дугал подозревал, что бунт окажется бессмысленным и ничего не изменит в сложившемся положении, но мог понять наемников: одно дело воевать с людьми и совсем другое - с Чужими. 	Сопровождаемый здоровенным негром, Дугал вышел из кабинета (до вчерашнего дня принадлежавшего администратору колонии Айрон-Рок), спустился вниз, в большое помещение, где на полу сидели заложники - почти сотня инженеров, рабочих и членов их семей,- и, стараясь не смотреть в их лица, быстро зашагал к единственному незабаррикадированному выходу. Там он прихватил заранее приготовленную сумку, надеясь, что Малик не сообразит ее обшарить (в сумке лежали несколько полиэтиленовых пакетов с водой, таблетки концентрата, заменяющие полноценный обед, ноутбук и портативная система связи, украденная во время безумной паники прошедшей ночи из контейнера самого господина Ясура). 	Дугал знал, что делал. Ему очень хотелось жить. Он не сомневался, что военные корабли Европейского сообщества подойдут к Геону в течение ближайших нескольких суток. Когда прибудут десантники, вызванные еще до полного захвата станции "Джихадом", все кончится. Армия уничтожит Чужих и боевиков, если к тому времени хоть один из террористов останется жив. В последней сентенции Дугал очень сомневался. Еще вчера вечером людей, находящихся в Айрон-Роке, было сто пятьдесят семь. К утру в живых остался девяносто один человек. Чужие, ночью проведя атаку на здание, где были собраны все заложники под охраной террористической группы, истребили шесть с половиной десятков людей, не щадя никого. Следующая ночь будет для Чужих не менее урожайной. 	Какой выход? Верно, спрятаться вне поселения. И, располагая приобретенными на Сцилле знаниями, обмануть животных. А когда приземлится хоть один прилетевший на помощь Айрон-Року корабль, попробовать связаться с его капитаном и предупредить, что в опустевшей колонии десантников-спасателей ждет зубастый сюрприз. 	Быстро продумав план дальнейших действий, чудом уцелевший во время ночной резни Дугал собрал сумку (по счастью, за последний месяц террористы к нему уже привыкли, и бывший компьютерщик базы S-801 пользовался некоторой свободой) и выбрал место для укрытия - громадную гору с плоской вершиной, поднимавшуюся сразу за строениями колонии. Можно будет найти пещеру где-нибудь на высоте и наблюдать оттуда. Воды и питательных таблеток должно хватить на полторы недели. Заряда аккумулятора в ноутбуке и передающем устройстве, даже при непрерывном использовании, - на месяц. Если какому-нибудь идиоту Чужому не взбредет в голову обшарить прилегающие к Айрон-Року окрестности, жить вполне можно. А господин Ясур уверен, что бежать некуда... И террористы, и население колонии отрезаны от посадочной площадки, на которой стоит корабль, Чужими, не пропускающими никого, - попытка пробиться к "Шейху", рейдеру, принадлежащему исмаилитам, не увенчалась успехом. Потеряли троих, но ни один Чужой не пострадал. Ясур принял решение ждать неизвестно чего. В крайнем случае, пусть даже с невероятными жертвами, любым способом прорываться к кораблю через систему засад, устроенных животными в многокилометровых коридорах и помещениях базы. 	...Дугал, набросивший на плечо сумку, и его сопровождающий осторожно выбрались из шлюза нижнего этажа административного здания, оставив за спиной троих очень недовольных охранников - двух американских наемников и китайца. Попискивал индикатор движений живых организмов, прикрученный Маликом черной изолентой к прикладу смарта. Пока в округе было тихо. 	- Сейчас направо, - сказал Дугал. - Смотри повнимательнее, мало ли... Прошлой ночью они атаковали как раз из этого коридора. 	- Заткнись, - грубо прошептал неф. - Сам говорил, что звери реагируют на звук. И называй меня "сэр". 	- Иес, сэр, - вложив в этот короткий рапорт всю свою желчность, проворчал Дугал и подумал:, "Да я скорее павиана назову сэром, ты, образина!.. Буга-бута!" 	Без приключений миновали два коридора. Затем требовалось выйти на улицу, прямо под жесткое красноватое солнце, пробраться между складов по узкому проходу, войти в находящееся у самого подножия горы здание механической мастерской и через нее выбраться за пределы Айрон-Рока. 	Под открытым небом палило немилосердно, обжигая кожу. Даже Малик, не говоря о Дугале, обливался потом и старался держаться в тени. Уровень ультрафиолетового излучения на Геоне почти в восемь раз больше нормы. Недаром профессиональным заболеванием здесь считался рак кожи. Слава Богу, злокачественные опухоли научились радикально лечить еще пятьдесят лет назад. Чужие по-прежнему не давали о себе знать, хотя компьютерный техник был уверен - животные совсем рядом, ждут и наблюдают. 	Люди вдвоем вошли в относительно прохладный комплекс мастерских, крадучись миновали станки в красивых пластиковых корпусах, но тут Малик остановился и окликнул Дугала: 	- Эй, приятель, ты куда? Там граница базы. 	- Мне необходимо выйти наружу, - ответил техник, мучительно соображая, каким образом можно будет избавиться от этой черной обезьяны. Пока ничего путного в голову не приходило. 	- Как хочешь, а из помещений я ни ногой, - уперся наемник. - И ты никуда не пойдешь! Решил поссать на природе? 	- У меня важный эксперимент... - заикнулся было Дугал, но вовремя понял, что таких слов Малик просто может не знать. Мелькнуло давнее воспоминание о службе в морской пехоте британского флота - все-таки учили драться. Но с таким чудовищем, у которого вдобавок смарт в руках и пистолет в кобуре?.. Самоубийство. Может быть, получится уговорить? 	- Слушай, Малик, - доброжелательно начал Дугал, стараясь выглядеть бодрым и не боящимся абсолютно ничего, - я должен осмотреть базу с высоты. С горы, понимаешь? Тогда я засеку (он потряс сумкой) приборами местоположение животных. Если мы будем знать, где они находятся, сможем их перебить по одному. Хочешь, оставайся здесь и подожди меня. 	Сейчас день, Чужие никогда не выходят под яркий свет. Не любят они его. Согласен? 	- У меня приказ, - отрезал Малик. - Сопровождать тебя. И точка. Куда ты - туда и я. Но за пределы базы я не высунусь. Если тебе нужна высокая точка - полезай на крышу. 	"Влип так влип",- сокрушенно подумал Дугал. внимательно осматривая механический цех. Из узких окон под потолком лились играющие в пыльном воздухе красно-оранжевые лучи Растабана, стоявшего в зените. Полдень на планете Геон только миновал. Техник пытался найти поблизости какую-нибудь тяжелую железку, которой можно будет ударить Малика по голове, едва тот отвернется. Хотя о такой череп ("Кость дюйма два толщиной, не меньше..." - фыркнул про себя Дугал) любая железяка сломается. 	Цех был безукоризненно чистым. Покрытый тугоплавким пластиком пол, автоматические агрегаты-роботы, обрабатывающие любые детали без участия человека, несколько маленьких автопогрузчиков... С потолка свисает цепь крана, украшенная на конце тяжеленным крюком, но она слишком высоко. Постойте-ка, а это что такое? 	Если бы оглядывающийся в поисках противника Малик сейчас посмотрел на своего подопечного, он увидел бы, что Дугал смертно побледнел и буквально за мгновение покрылся потом. Мак-Эван смотрел наверх. А сверху на него смотрел Чужой. 	Зверь устроился на двух длинных рельсах, протянутых под самым потолком. Обычно по ним перемещалась платформа крана. Крыша механического цеха была высоко - не меньше двадцати метров, но Чужой с его способностью передвигаться по любым плоскостям имел отличное пространство для самого неожиданного маневра. Луч детектора движений не замечал животное - он распространялся только на десяток метров вперед, но никак не вверх. Если бы Малик помнил объяснения Дугала, господина Ясура и осведомленных о поведении Чужих специалистов, нанятых джихадовцами и входивших в состав отряда террористов, он непременно посмотрел бы, что творится над головой. Но Малик раньше'встречался только с противниками-людьми. Сила привычки. 	- Э-э... - тихонько протянул Дугал, чисто машинально отступая назад и стараясь не смотреть под потолок: Он еще надеялся, что Малик увидит зверя и срежет его очередью из смарта. 	- Что? - повернулся негр, подозрительно глядя на Дугала.- Эй, хонки, ты в порядке? 	- Н-нет, - выдавил компьютерный техник и, подняв дрожащий указательный палец, ткнул его к небесам. - Смотри! 	Чужой опередил. Животное безошибочно определило, кто из двоих людей представляет для него наибольшую опасность. В буквальном смысле этих слов Чужой свалился на голову Малику. С высоты почти двух десятков метров - крыши стандартного трехэтажного дома. 	Дугал сам не понял, как отлетел в сторону. Инстинкт самосохранения заставил его совершить прыжок, достойный самца кенгуру в расцвете сил, техник больно ударился плечом и затылком о корпус слесарного станка и уже был не в силах подняться на ноги. 	Чернокожий наемник не увидел причину своей смерти. На него обрушилось нечто очень тяжелое, холодное и острое, моментально сломав позвоночник там, где шейные позвонки переходят в грудные. Когти Чужого, изрядно смахивающие на кривые турецкие кинжалы, перехватили человека за шею, рванули, и к ногам Дугала подкатилось что-то окровавленное и круглое. Голова Малика. Чужой в какой-то исступленной ярости продолжал терзать тело жертвы. Такое впечатление, что он просто вымещал на нем свою злость. 	"Это была плохая идея, - мелькнуло в голове у Дугала. - Нужно было оставаться в жилом комплексе. Мы продержались бы еще двое суток... Спаси меня, Господи!" 	Чужой, который сейчас был раскрашен не только в свой обычный черный с зеленым отливом цвет, но и в красные пятна человеческой крови, повернулся мордой ко второй жертве. Он чувствовал свое превосходство. Выпрямился, чуть склонил голову набок и, едва слышно ступая по пластиковым листам, устилавшим пол, медленно направился к Мак-Эвану. Тот все еще лежал у основания слесарного станка, не в силах пошевелиться. 	Зверь прямо-таки кичился победой над двуногими. Дутал автоматически заметил, что его шаг слегка напоминает походку гордого королевского гвардейца, охраняющего Букингемский дворец. Идет словно петух, только что потоптавший курицу из курятника соседа. 	И вдруг Чужой остановился в двух метрах от человека. 	Он наклонил голову, тихонько шикнул и зачем-то отступил на шаг назад. Раскрылись челюсти, из которых появился серовато-черный стержень с маленькими зубками. Передние когтистые лапы опустились. Чужой пристально "рассматривал" человека. 	Дугал, не потерявший способность соображать, заикаясь, произнес: 	- Н-ну? Ты чего? Д-давай, обед подан. 	Чужой не двигался. Что, черт возьми, происходит? Может быть, он обеспокоен тем, что жертва не пытается убежать? Или?.. 	Мак-Эван осторожно рассмотрел черную бестию, стоявшую над ним. Чужой как Чужой, ничего особенного. Высокий, зубастый и слюноротый. Но что-то было знакомое в этом звере... Манера поведения, движения, жесты. И маленькая коробочка усилителя сигнала ретранслятора, закрепленная на черепе. Наконец Дугал понял, кого увидел. 	- Мистер Пиквик? - произнес человек. - Ты что, меня помнишь? 	Чужой, услышав кличку, присвоенную ему давным-давно, еще на ледяной Сцидле, длинно и, как показалось Дугалу, обрадованно заверещал. Память компьютерного техника, несколько месяцев работавшего с животными, не смогла идентифицировать этот звук, но, судя по интонации, он был благожелательным. Невероятно! 	Да, перед Дугалом находился именно Мистер Пиквик. Самый спокойный и, если можно так выразиться, рассудительный Чужой из маленькой стаи, выращенной специалистами базы S-801. Это животное не погибло при штурме лаборатории террористами "Джихада", а было взято ими с собой, подобно еще нескольким особям, уцелевшим при сдаче колонии нападавшим. И, судя по всему, Мистер Пиквик помнил человека, общавшегося с ним на протяжении долгих недель. 	- Слушай, - неуверенно начал Мак-Эван, одновременно понимая, что зверь не может распознать человеческую речь, - может, ты отпустишь меня? Я, наверное, не очень вкусный. Посмотри, там лежит толстый и большой ниггер. Куча мяса и сала. Согласен, да? Эй, эй, не делай резких движений, ты меня пугаешь! 	Чужой внимательно выслушал человека, неопределенно махнул передней лапой и отступил еще на шаг. 	- Можно, да? Только, пожалуйста, отойди подальше. Я сказал - отойди! Мы же друзья! Помнишь, я тебе дал лишний кусок мяса, когда... Неважно. Помнишь? А как мы гуляли по леднику? Вот молодец. Хороший зверь... 	Чужой, словно внимая уговорам, осторожно отходил в сторону. Однако от его внимания не ускользнули дальнейшие действия старого знакомца. Дугал нашел в себе силы встать, забрать свою сумку с припасами и необходимой техникой и неторопливо подойти к тому, что осталось от Малика. Человек шел ва-банк, понимая, что выиграет либо все, либо ничего. Мак-Эван наклонился, отстегнул крепления приклада смарта от пояса Малика и, преодолевая тошноту, отвернулся, стараясь не смотреть на вывороченные внутренности. Руки мгновенно стали липкими от крови. Затем Дугал потянул рукоятку оружия на себя. 	Собственно, бывший компьютерный техник разгромленной колонии на Сцилле мог уразуметь, что Чужой умеет распознавать вооруженного человека. Зверь, сейчас залезший на корпус одного из станков наблюдал, и Мак-Эван, вплотную знакомый с системой жестов Чужих, определял его позу как предостерегающую. Если оружие окажется в руках человека,. Мистер Пиквик прыгнет и убьет противника. 	"Что делать, что делать? - лихорадочно раздумывал Дугал. - Без смарта мне никак не обойтись. Пусть это новая модель, но я сумею понять, как с ним обращаться... Возьму - Пиквик меня, несомненно, прикончит. Останусь без оружия - прикончат его собратья, если найдут мое убежище". 	И Дугала осенило. Он со вчерашнего вечера понимал, что большинство Чужих не подчиняются приказам инфразБукового ретранслятора по причине, известной лишь им одним. Но сигнал идет - это точно показывает сам прибор, следовательно, Чужие его слышат. Если получится... Банк сорван! 	Человек осторожно расстегнул молнию сумки, запустил руку внутрь и, покопавшись, извлек серый овальный прибор с многочисленными клавишами. Стараясь не ошибиться, набрал команду. Сигнал означал следующее: "Не буду тебя наказывать, уходи. Уходи быстрее". 	Чужой понял. Словно полностью доверившись человеку, который одним движением мог перехватить "умную винтовку" и нажать на спуск, Мистер Пиквик развернулся, перепрыгнул на корпус соседнего станка, а затем исчез в открытой широкой двери цеха. 	- Ф-фу... - выдохнул Дугал. - Пожалуй, я тоже пойду. 	Тащить на себе тяжеленный смарт было нелегко, но человек понимал, что "умная винтовка" является его единственной защитой. Мак-Эван, выискивая наиболее легкие пути подъема, через пару часов забрался на половину высоты господствующей над местностью горы, обнаружил пещерку с узким выходом и затаился. 	Дневная часть суток планеты Геон, равная земным четырнадцати часам, постепенно уходила, давая свободу багровым сумеркам. Колония внизу молчала. В нескольких десятках метров от убежища Дугала Мак-Эвана за огромным камнем сидел страдающий от ярких лучей светила Растабан Чужой, носивший имя Мистер Пиквик. Зверь с интересом наблюдал за человеком. 	В механическом цехе завода Айрон-Рок находились еще несколько черных хищников. Некоторые решили подкрепиться, окончательно уничтожив тело бывшего сержанта канадских вооруженных сил и бывшего наемника Малика Айби, другие осматривали помещение. Чужие знали, что здесь побывал еще один двуногий, почему-то оставшийся живым. 	Вокруг посадочной площадки вздымалась желто-коричневая пыль, поднятая двигателями большого серебристого рейдера. 	Дугал Мак-Эван, посматривая в бинокль с элек-. тронным увеличением, распознал на килях неизвестного корабля вырисованную золотом дикторскую связку и кириллические буквы: "Юлий Цезарь". Название ему ни о чем не говорило, а вот герб на борту... 	- Наконец-то они обо мне вспомнили,- прошептал Дугал.- Сколько можно было тянуть?

	ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ. ЧАСТНОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ В СТИЛЕ ЭПОХИ Ориентировочно - 16/J7 февраля 2280 года, планета LV-17 Геон, звезда Растабан, созвездие Дракон
 	Сразу после приземления вспомнилось о том, что следовало бы немедленно сделать вылазку. В первую очередь необходимо осмотреть "Шейх", стоящий рядом на посадочной площадке,- шлюзы старинного корабля были открыты, биосканер не регистриро^ вал присутствия на его борту жизни, и при желании, покопавшись в бортовом компьютере, там можно было найти интересную информацию. 	Казаков после недолгого раздумья приказал маленькой десантной группе, в которую, естественно, был включен и Бишоп, как следует проверить и ближайшие здания. Внутрь не заходить, а только провести визуальную разведку на местности. Андроид, выяснив, что ситуация с внешней средой абсолютно противоположна положению на Сцилле - здесь было жарко и сухо, - повеселел, сказав, будто Чужие в настоящий момент должны быть относительно ленивы и безопасны. Растабан светит слишком ярко, да и на открытом пространстве за пределами комплекса колонии животные наверняка не станут кидаться в атаку на новоприбывших. Кто-то высказал предположение, что ра зозленные и перенервничавшие джихадовцы, засевшие в центральном корпусе, непременно начнут стрельбу, завидев неизвестных людей, прилетевших на странном корабле, но Казаков увеличил изображение, поступавшее с видеокамеры внешнего обзора, и, постучав согнутым пальцем по монитору, сказал: 	- Видите, они опустили бронещиты на окна. Заметьте, главный корпус, где собрались все люди, окружен еще несколькими строениями, которые прикроют нас в случае опасности со стороны боевиков. Вот, гляньте: два жилых здания, ангар для вездеходов, еще какая-то постройка... Энергоблок. Можно идти, ничего не боясь. 	- Не думаю, - флегматично сказал Эккарт, посматривая на экран своими словно бы выцветшими светло-серыми нордическими глазами, - что господа террористы такие уж идиоты. Если они укрепились в одном здании, страшась Чужих, значит, будут рассматривать людей не как врагов, а как возможных спасителей. Вы бы начали стрелять в таком положении, господин лейтенант? 	- Бес их знает, - хмыкнул Казаков. - Сами понимаете, резоны их поступков не всегда... э-э... адекватны общепринятым. 	Маленькая разведывательная экспедиция отсутствовала почти два часа. Казаков, остававшийся в oneративном центре "Цезаря", следил за своими при помощи миниатюрных видеокамер, укрепленных на шлемах военных, однако, слушая их комментарии, не совсем понимал, что происходит в округе. 	Когда Эккарт, его команда и Бишоп вернулись и рассказали, что видели, выяснилось следующее: заглянув перво-наперво на борт "Шейха", отряд нашел пустые переносные клетки, где наверняка раньше содержались Чужие, и двух мертвых пилотов. Последние, без сомнения, были убиты животными. В криогенном отделении корабля обнаружились полтора десятка замороженных спор, наверное вывезенные со Сциллы. Обер-лейтенант без раздумий и при молчаливом одобрении андроида вскрыл отсек и всадил в каждую спору по разрывной пуле из автоматической винтовки, уничтожая зародышей. Одной опасностью меньше. 	Проникнуть на территорию самой базы с центральных выходов, ведущих к небольшой электростанции, заводским корпусам, аэродрому или карьеру, где продолжали пыхтеть огромные роботы, добывавшие руду/ оказалось невозможным. Все ворота закрыты, замки на них сломаны, а электроэнергия по непонятной причине не поступает - реактор энергетического комплекса работал, это стало ясно, когда отряд заглянул на станцию, где нашлось еще четыре трупа, разорванных, как выразился сержант Ратников, "в мелкие лоскутки". 	Изредка попискивали детекторы движений живых организмов, но сигнал был слишком удален и шел со стороны основных построек базы Айрон-Рок. Вероятно, отдельные особи Чужих перемещались по контролируемой ими территории. Наружу звери не выходили, хотя имели возможность, - это человек привык к дверям, шлюзам и воротам, а любой Чужой без особого для себя труда мог ползать по широким вентиляционным шахтам или техническим туннелям, где были проложены кабели энергоснабжения и другие коммуникации. 	- Они там все с ума посходили? - кипятился Казаков, выслушав доклад Эккарта. - Зачем нужно было запираться? Они сами устроили себе ловушку! 	Маша потерла пальцами виски и высказала предположение: 	- Может быть, Чужие вначале находились за периметром построек? Посмотрите на схему - вспомогательные корпуса выстроены четырехугольником, образующим большой внутренний двор с другими зданиями. Видимо, люди рассчитывали, что Чужие не прорвутся. Животных содержали на корабле... Значит, в момент, когда отказали ретрансляторы, все Чужие или большинство из них находились вне колонии. 	- ...Но, учитывая их способность лазать по стенам и потолкам, - вставил необычно молчаливый сегодня Гильгоф, - они без труда оказались внутри. Как думаете, лейтенант, мы сможем имеющимися в наличии силами деблокировать административный корпус и вывести оттуда людей? Поселенцам, да и террористам, там крайне неуютно, я полагаю. 	- Взорвать ворота, - мигом начал строить планы Казаков. - Зачистить территорию, прилегающую к основной улице поселка, выставить охранение... Тьфу, у нас просто людей не хватит. Хотя... Джихадовцы вооружены, и наверняка очень неплохо. Может, попросить их помочь? Они откроют центральный выход из корпуса, возьмут под охрану... 	- А потом перестреляют всех нас вместе с заложниками, заберут себе "Цезарь" и улетят,- как бы невзначай заметила Маша.- Сергей, вы же не выходили на улицу, значит, перегреться не могли. Странные у вас мысли, однако... Сами помните, что люди из "Нового Джихада" никогда не шли на переговоры с властями. 	- Никто меня не захватит, - подал голос из динамика мозг корабля. Звучало обиженно - с соответствующей интонацией. - За кого вы меня принимаете? Я выставлю с борта любого чужого - и человека и зверя! На замечание Цезаря никто не обратил внимания. - Какой дурак вам сказал, будто мы представляем власть? - Гильгоф вскочил с кресла, широко и глумливо улыбнувшись. - Мы, если смотреть непредвзято, никто! Корабль не зарегистрирован, опознавательных знаков никаких, обликом больше напоминаем авантюристов на большой дороге: свободная коммерция, мелкий гешефт! Частное предприятие "Спасение утопающих за счет самих утопающих". Чип и Дейл. Машу назначим Гаечкой. Поняли? 	- Веня, что вы несете? - изумилась Семцова, настороженно посматривая на Гильгофа. - Какая еще Гаечка? 	- Правильно делаете, что не смотрите дебильные американские мультсериалы, - хохотнул ученый. - Мы вполне можем договориться с "Новым Джихадом". У нас все козыри в руках, ясно? У них же такими операциями не круглые болваны заведуют? Обязательно найдется хоть один умный человек, который поймет, что мы, в теории, предоставляем им шанс избавиться от Чужих без особых потерь и вдобавок сохранить реноме. Им помогают не официальные власти великих держав, а... некто. Предположим, компания приятелей свихнувшегося миллионера, решившая поиграть в галактических пиратов. 	- Остается только... э-э... - Казаков едва сдерживал смех. - Найти черную тряпку, намалевать Веселого Роджера с косточками и отправиться на переговоры. Вениамин Борисович, вы большой шутник, но рациональное зерно в ваших выкладках, без сомнения, имеется. Мы действительно никто. 	- Теперь смотрите. - Гильгоф снова приобрел вдохновленный вид Уильяма Шекспира, придумавшего наконец сюжет "Гамлета". - Если у нас получится связаться либо с руководством Айрон-Рока, либо с террористами, мы представляемся им как угодно, растолковываем план действий и еще до заката здешнего солнца организуем операцию по выводу людей из зданий колонии. Джихадовцы, без всяких сомнений, согласятся. Они отрезаны от своего корабля взбесившимися Чужими, у них не слишком много людей, способных держать в руках оружие, и они сейчас просто сидят и ждут у моря погоды. Не забудьте, у нас сохранился старый вездеход, еще с "Триглава", а в кормовом ангаре "Цезаря" я видел роскошную бронемашину с башенным пулеметом. Вот вам дополнительная защита. У нас море самого лучшего оружия, включая дезинтеграторы и ядерные устройства сверхмалой мощи, автоматические пушки, которые мы можем расставить вокруг летного поля и запрограммировать их только на отстрел не-людей... .Что нам какие-то Чужие? Мы круты! 	- Я безумно уважаю вас как аналитика, - кивнул лейтенант. - Вы случайно не учились в академии Генштаба? 	- Учился, - согласился Гильгоф, не обращая внимания на вытаращившиеся глаза военных. - Однако это было слишком давно. Не верите? Зря. Ну что, принимаете мое предложение? За пятнадцать минут ожесточенных споров, изучения карт местности и самой колонии появился четкий, спланированный едва не посекундно план операции, внешне выглядевший самым привлекательным образом. Казаков аж раскраснелся, удостоверившись, что стратегическая инициатива снова в его руках. Дело было за небольшим: любым способом связаться с людьми, находящимися в административном корпусе Айрон-Рока. И учесть непредсказуемый фактор в виде Чужих, которые имели неприятную привычку своими изощренными интригами сводить на нет любые планы людей. 	- Если у джихадовцев отыщется десять человек, готовых к бою, - активно участвовавший в обсуждении Эккарт почесал подбородок, - они смогут держать в секторе обстрела всю правую сторону главной улицы Айрон-Рока и в то же время охранять вход в корпус, пока мы будем выводить заложников. Левый фланг прикроют бронетранспортер и два наших оператора смартов. Расстояние от ворот колонии до рейдера - четыреста метров. Можно преодолеть за десять минут, даже если идти медленно. Раненых, если таковые имеются, переправим к "Цезарю" на втором вездеходе. 	- Главное, чтобы террористы согласились, - справедливо заметила Маша. - Только что мы с ними будем делать потом? Позволим улететь? И вообще, почему мы решили, что Чужие вышли из их подчинения? Трупы пилотов, найденные на их корабле, пока ничего не означают. 	- Ой, не будьте такой мнительной! - запротестовал Гильгоф. - Животные неподконтрольны, это легко доказывается всеми нашими последними открытиями. Я думаю, "Новый Джихад" будет нас на руках носить в благодарность за спасение их драгоценных шкур от поедания Чужими. Кстати, для полного впечатления о самих себе как об авантюристах, с террористов еще можно денег потребовать... Пускай свяжутся с Землей по гравитационному приводу и переведут кругленькую сумму на наши счета. Чем не пиратская акция? Гешефт очевиден! Ой, лейтенант, только не делайте такое лицо! 	Казаков, глядя на разбушевавшегося ученого, кривился так, будто разжевал целый лимон. 	- Бишоп, - лейтенант повернулся к андроиду, старательно прослушивавшему радиодиапазоны за пультом связиста, - нашел их волну? Не поверю, что боевики не используют рацию хотя бы ради связи с постами, отслеживающими входы-выходы на предмет Чужих. 	- Пока молчание, - нахмурился Бишоп. - Не исключаю, что джентльмены из террористической группы знают о восприимчивости Чужих к радиоволнам и стараются не обнаруживать себя лишний раз. Простите... Эт-то что еще? 	Радио по-прежнему молчало, но внезапно на мониторе устройства, принимающего передачи направленного лазерного луча, появилась аршинная красная надпись: "ЭКСТРЕННЫЙ ВЫЗОВ!" 	Казаков, Эккарт и ученый переглянулись, а Маша разинула рот. Значит, джихадовцы, увидев посадку корабля, решили связаться первыми. 	- Ничего подобного! - Бишоп понял, о чем думают люди, и, пробежав пальцами по клавиатуре, вывел объемную картинку на монитор. - Передача идет не с территории городка. Сигнал устойчив, но наше приемное устройство не настраивалось специально на вызывающего. Кто-то либо вручную, или же с помощью очень точной механики направил на нашу антенну передающий луч. Постойте-ка... Ага, засекли! Он или они находятся в восьмистах метрах за периметром Айрон-Рока и приблизительно на полкилометра выше. Видимо, на склоне горы. Момент... Есть! 	Бишоп подтянул ближе ко рту свисавшую с его наушника тоненькую трубочку микрофона и осторожно проговорил: 	- "Юлий Цезарь", центр связи. - По случаю того, что неизвестный человек, давший сигнал, отправил его в англоязычной кодировке, Бишоп ответил по-английски и сразу переключил канал связи на громкоговоритель, чтобы слышали остальные. 	- Эй, ответьте! Прием свободный? - донеслось из динамиков. 	- Сэр, не стоит беспокоиться, - раздельно сказал андроид в микрофон. - С кем я говорю? 	- А я с кем? - Человек явно нервничал, его слова звучали резко и отрывисто. - Я вас вижу, но не могу опознать государственную принадлежность. 	Бишоп покосился на Казакова, но тот отрицательно махнул рукой, давая понять, что не желает раскрывать инкогнито. 	- Корабль принадлежит независимой коммерческой компании, - ответил неизвестному андроид. - Представьтесь, пожалуйста. 	- Я думал - военные...- разочарованно протянули в микрофоне. - Ладно, черт с вами. Здесь, в Айрон-Роке, очень серьезные неприятности, связанные с опасной формой инопланетной жизни. Плюс террористы из "Нового Джихада". Господа, если у вас на борту есть гравитационный привод системы "Портал", пожалуйста, немедленно свяжитесь с официальными властями на Земле или арктурианским центром транспортного контроля и подайте сигнал бедствия. Положение самое серьезное. 	- Мы знаем о происшедшем и прибыли вам на помощь, - дипломатично сказал Бишоп, вызвав вздох изумления у абонента. - Я снова прошу вас представиться. Вы сотрудник базы Айрон-Рок? 	- Не совсем. - Прежде чем ответить, человек выдержал напряженную паузу. - Долгая история. Я не здешний. Мое имя - Дугал Мак-Эван, я англичанин. Вы можете забрать меня отсюда? 	- Откуда? - уточнил андроид. 	- Я... Я сбежал из комплекса. Поднялся на гору. Приблизительно полкилометра по склону, десять-двенадцать градусов левее высокой ретрансляционной антенны. Видите ее? 	- Видим,- согласился Бишоп, прекрасно помня, как выглядит колония и где именно находится пятидесятиметровая башня ретранслятора. - Вы сейчас в безопасности? Есть поблизости чужие существа? 	- Пока нет, - неуверенно ответил человек по имени Дугал. - Я боюсь долго разговаривать, они могут услышать. Вы поможете мне выбраться? 	Андроид снова посмотрел на Казакова, и его мимический центр отдал приказ лицевой мускулатуре изобразить вопросительное выражение. Лейтенант, мгновение подумав, кивнул. 	- Хорошо. Через некоторое время мы попробуем что-нибудь сделать для вас. Ваше местоположение, мистер Мак-Эван, нам известно, будьте добры, не передвигайте свой передатчик и оставайтесь рядом с ним. 	Казаков шагнул к терминалу, быстро отобрал у Бишопа наушники и спросил по-английски: 	- Скажите, что происходит в самой колонии? Сколько.там людей? 	- Не меньше сотни. Восемнадцать человек из... в общем, террористов, остальные - местное население. Мистер, вы меня слушаете? Все забаррикадировались в главном здании, но, боюсь, это не поможет. Звери ночью обязательно атакуют снова. А до заката совсем недолго. Слышите? 	- Да, - буркнул Казаков в микрофон, одновременно посматривая на экран, где был изображен план местности. - Так. Через пятнадцать минут к основанию Горы, туда, где стоит метеорологическая будка, подойдет транспортер. Сумеете спуститься? 	- Разумеется, сэр! - Голос стал радостным. - Буду очень рад, сэр! Прекращаем связь? 	- Отбой. 	Лейтенант осторожно положил наушники на пульт и вопросительно воззрился на остальных. 	- Едем,- не дожидаясь решения Казакова, воскликнул Гильгоф. - Путешествие туда-обратно займет от силы двадцать пять минут. Бишоп в это время продолжит вызывать административный корпус Айрон-Рока. В конце концов, мы получим свидетеля, прекрасно знающего обстановку. 	- Только откуда взялся помянутый свидетель? - задумчиво протянула Маша, сложив руки на груди. - Не местный, как он выразился... Может, человек из террористической группы? Наемник? 	- Тем лучше, - сказал Казаков и, отжав кнопку коммуникатора, выкрикнул: - Ратников, Рябцов, Семенов! Готовьте транспорт из второго ангара. Едем на прогулку! 	- Нас возьмете? - Гильгоф обиженно посмотрел на командира экспедиции. - Я давно не был на свежем воздухе. 	- Давайте,- согласился Казаков.- Но если вы, доктор, опять сунетесь не в свое дело... 	- Понял, понял, - замахал руками ученый и, увлекая за собой Машу, бросился к лесенке, ведущей на первый уровень "Цезаря". - Не беспокойтесь, я буду нем как рыба. Просто хочется посмотреть. 	...Тяжелая, подсвеченная красными габаритными лампами и ненужными днем прожекторами, удерживаемая толстыми стальными поршнями платформа ангара номер два поползла вниз. Когда черный, широкий и приземистый броневик, ворча почти бесшумными двигателями, соскользнул на бетон летного поля, сканеры "Цезаря" проверили окружающее пространство на наличие посторонних объектов и, не обнаружив ничего опасного, дали сигнал компьютеру корабля поднять платформу. 	Маша в который уже раз подумала, что роскошества наподобие такого транспортера может позволить себе только очень богатый человек, и сказала об этом лейтенанту. Казаков был полностью согласен. Вездеход двигался не на бензиновом, дизельном или электрическом двигателе. Привод каждого его колеса был оснащен не больше не меньше как собственным ядерным реактором размером с килограммовую консервную банку. Четыре пушки, несколько тяжелых пулеметов, простейшее управление... И как всегда, максимальный комфорт для пользователя. Это не считая многослойной обшивки - титан, сверхстойкий пластик, теплоизоля-тор, прослойка материала, задерживающего ионизирующие излучения, и так далее... Машина могла уцелеть, даже оказавшись в эпицентре ядерного взрыва. Разумеется, модель транспортера военным была неизвестна. Очередная частная разработка. 	- Вот интересно, - отвлеченно бурчал Казаков, сидя за штурвалом машины. Рядом с ним во втором кресле разместился сержант, а рядового первого класса Семенова отправили управляться с башенным пулеметом. Мария Семцова, наклонившись и пытаясь при толчках не стукнуться головой о низкий потолок, стояла за креслом водителя, вцепившись в подголовник. - Очень любопытно будет узнать, сумеют ли Чужие в случае нападения вскрыть эту машину? Мария Викторовна, помните, как на Ахеронте чертовы зверюги уничтожили один из наших броневиков? Едва только не по винтику разобрали... 	- Я, конечно, не специалист, - ответила Маша, - но, по-моему, броневик очень... добротный. 	- Добротный! - фыркнул лейтенант. - Скажете тоже! Это настояшая сказка! 	Транспортер, мягко прошелестев колесами из прессованного термостойкого пластика по бетонному полю аэродрома, обогнул обшарпанный корабль джиха-довцев, вышел на выложенную белыми плитами дорогу, ведущую к центральным воротам Айрон-Рока, и прямо перед ними повернул налево, в обход комплекса строений. 	Маша, глядя в иллюминатор, видела простершуюся вокруг желтовато-коричневую равнину с вырастающими из нее обветренными пиками, пылевые вихри, поднимаемые ветерком, и далекое белое пятно - окрестности солевого озера, с темнеющей над его берегом станцией опреснения воды. Поступает ли сейчас вода в корпус Айрон-Рока, в котором собрались осаждаемые Чужими люди? Умные твари могли догадаться разрушить водопровод... 	- Лейтенант, тормози! - Ратников вдруг подался вперед и, прищурившись, уставился на серую стену колонии. - Стой! 	Машу при торможении чуть бросило вперед. 	- Что случилось? 	- Семенов, пока не стрелять, - сообщил лейтенант в микрофон коммуникатора и получил подтверждение от рядового. - Мария Викторовна, гляньте! Нас почтили вниманием! 	Зверь, замеченный Ратниковым, свешивался с крыши одного из окружавших главные здания базы одноэтажных заводских цехов. Непередаваемая наглость - Чужой сидел прямо на виду, являясь отличной мишенью. Как только машина остановилась, существо деловито спустилось по отвесной стене на прокаленную местным солнцем почву и пружинисто подошло к заинтересовавшему его объекту. 	Маша отшатнулась, когда слюнявая и зубастая морда черного хищника уткнулась в стекло, и уже хотела было потребовать у Казакова опустить на иллюминаторы щитки. Чужому достаточно плюнуть кислотой, и стекло не выдержит. Правда, он вряд ли проберется в узкое прямоугольное окно вездехода. 	Обследовав передние иллюминаторы и не найдя ничего интересного, Чужой прошелся вдоль левого борта, затем стало слышно, как он вскочил на крышу машины, видимо решив узнать во всех подробностях, как выглядит пулемет на вращающейся башне. 	- Сергей, - Маша потеребила лейтенанта за рукав, - это животное не с базы S-801. Оно выведено здесь. 	- Откуда знаете? - прищурился Казаков. 	- Вспомните, полковник Кеннет говорил, будто на всех Чужих, воспроизведенных в лаборатории на Сцилле, был закреплен усилитель сигнала ретранслятора. Мы же сами такой видели... А когда это чучело промелькнуло в окне, я заметила, что на его черепе нет никаких посторонних включений. Этот - по-настоящему дикий. 	- Ну, раз так... - с театрально-огорченным видом развел руками лейтенант и наклонился к микрофону внутренней связи: - Семенов, ты здесь? Убери этого урода с крыши. 	Чужого буквально сдуло с корпуса вездехода очередью тяжеленных, в два пальца толщиной, снарядов пулемета. От животного практически ничего не осталось - череп сейчас валялся справа от машины, разорванное туловище слева, правая верхняя конечность вообще улетела в сторону метров на десять. Капельки кислоты, случайно попавшие на броневик, не сумели преодолеть первоклассную броню, оставив на ней только выемки глубиной не больше полусантиметра. 	- Одним меньше, - констатировал Казаков. - Кстати, мы до сих пор не знаем, сколько всего взрослых Чужих орудуют в Айрон-Роке. Надеюсь, шотландец, - как его? Мак-Эван? - которого мы должны забрать, даст более точную информацию. 	- Двадцать - двадцать пять особей, - подал голое из салона Гильгоф. - Не больше. Потом объясню, откуда взялась эта цифра. Так мы едем или будем причитать над трупом подстреленного вами, Сергей, Чужого-тинейджера? 	- В следующий раз будет соблюдать правила дорожного движения, - невозмутимо ответил лейтенант и подал вверх рычаг, активирующий реакторы двигательной установки вездехода. 	Черный, похожий на безногого таракана броневик с неизменной золотистой дикторской связкой и орлом римских цезарей (у Маши этот символ вызывал некоторое недоумение и сразу напрашивались ассоциации с какими-нибудь неофашистами... Но в таком случае должны быть прочие обязательные атрибуты - топорик и молнии) лихо пробежал по бездорожью и песчаным кочкам, окружавшим комплекс зданий Айрон-Рока, безошибочно вырулил к серебристому кубическому строению, на крыше которого громоздился лес разнообразных антенн, миновал его и наконец, подняв облако желтоватой пыли, остановился у крутого отрога "столовой" горы. 	В данный момент индикатор движения реагировал только на один сигнал, и в то же время начал попискивать установленный в кабине приемник, распознававший передатчики личных данных живых людей, - эту миниатюрную капсулу вшивают под кожу всякому человеку, работающему в Дальнем космосе. Единственно, картину портили редкие вспышки на детекторе, обозначавшие еще один живой организм, но Казаков решил, что это обычная интерференция, обусловленная сильным ультрафиолетовым излучением приближающегося к горизонту пурпур но-багрового Растабана. 	- Давайте выйдем наружу, - предложил лейтенант, оглянувшись на Машу и Гильгофа. - Не бойтесь, если вдруг появятся Чужие, мы сумеем засечь постороннее движение задолго до того, как они успеют приблизиться. Сразу укроемся в броневике, а Семенов откроет огонь. 	Жара навалилась на людей подобно огромному зверю. Если в машине было относительно прохладно благодаря кондиционерам, то снаружи... Градусов тридцать пять, не меньше. Солнце жжет немилосердно. Горячий ветер. У забирающейся в рот пыли неприятный кислый привкус. 	- Как здесь люди могут работать? - недовольно сказач Гильгоф, прикрывая ладонью глаза от красного ока приближающейся к горизонту звезды. 	- На Сцилле, - справедливо заметила Маша, уже почувствовавшая, как на шее и на лице начинают высыпать крупные бисерины пота,- вы, Веня, жаловались, что вам холодно. Ого, глядите, вот он! 	В сотне метров от транспортера по камням прыгал человек, одетый в песочный комбинезон и зеленоватую камуфляжную кепку. Он размахивал руками и кричал что-то неразличимое. 	- Что такое? - насторожился Казаков, прищуривая глаза и пытаясь рассмотреть визитера. - Чего он орет? 	- От радости, наверное,- презрительно фыркнул Гильгоф и вдруг насторожился: - Один момент... 	Дугал Мак-Эван, бывший научный сотрудник американской лаборатории S-801, бежал вперед, к людям, и кричал: 	- Не стреляйте! Не вздумайте стрелять! Мать вашу, не стреляйте! 	Казаков поднес к глазам бинокль, пошарил по округе и увидел, что вслед за человеком, в полусотне метров позади, перемещается постоянно скрывающийся за огромными камнями черный силуэт. Врал детектор, никакая это не интерференция. Чужой отлично научился прятаться и обманывать умный прибор. Но почему тогда человек требует от своих спасителей не открывать огонь? 	- Маша, доктор Гильгоф, быстро в машину, - непререкаемым тоном скомандовал лейтенант. - Что-то странное здесь происходит... Ветер донес до Казакова крик субъекта в бежево-коричневом комбинезоне: л. - Не стреля-айте-е! 	Подбежав к транспортеру, стоявшему у подножия скального образования, обливающийся потом и красный от солнечных ожогов Дугал первым делом нырнул в машину, а затем едва не набросился на стоящего у задних дверей транспортера Казакова, поднявшего винтовку для выстрела, - Чужой благоразумно спрятался за камнем, но изредка высовывался, и в него можно было бы попасть. 	- Я же вам кричал. - Дугал вцепился в оружие лейтенанта. - Не надо убивать этого зверя! 	- Почему? 	- Не надо, и все! Он никого не тронет, если вы не будете палить в него. Мистер Пиквик мне жизнь спас! 	- Какой мистер Пиквик? - окончательно запутался Казаков. 	- Вот тот Чужой. Поехали отсюда, пока другие не набежали! 	Чужой по имени Мистер Пиквик выглянул из-за валуна, наклонил голову и опять скрылся, не желая подставлять себя под пули. 	- Ладно, потом все объяснишь. - Казаков забрался в машину и задраил кормовые люки. - Семенов, видишь зверя над нами? Метров сорок в сторону от вышки? 	- Так точно, - донеслось сверху, с места стрелка. 	- Не трогай его пока. Ясно? 	Транспортер тихо заурчал двигателями, развернулся и пополз обратно, к базе, а затем в сторону посадочной площадки. Чужой, руководствуясь непонятными для людей соображениями, пополз следом, стараясь, однако, скрываться либо за камнями, либо за углами окружавших основной комплекс Айрон-Рока заводских корпусов. 	- Дугал Мак-Эван, очень рад познакомиться, мисс. - Человек в желтоватом комбинезоне наконец заметил Машу и доктора Гильгофа. - Просто удивительно, как вовремя вы появились. 	Разговор не успел разгореться, хотя ученый, старательно блюдя так понравившуюся ему версию о пиратском происхождении "Цезаря", представился "мистером Беньямином Гильгофом из Тель-Авива, исследователем на вольных хлебах", и сразу начал расспрашивать Дугала. Не успел тот ответить на первые вопросы, как машина подрулила к кораблю, из кабины выбрался лейтенант и сказал по-английски: 	- Эй, приятель, твоя зверюга идет за нами. 	- Что? - изумился Мак-Эван.- Где? 	- Сидит на краю летного поля. Слушай, я его пристрелю! Если он проберется на наш корабль... 	- Я тебя сам пристрелю! - неожиданно взорвался Дугал. - Поднимайтесь на борт, он никого не тронет! Сидит - и пускай себе сидит. 	И действительно, Чужой выждал, пока опустится платформа и, забрав машину, снова закроется. Потом он осторожно пересек открытое забетонированное пространство аэродрома, зацепился за одну из посадочных опор "Цезаря" и скрылся в ее гнезде. В тени Чужому было полегче, нежели на открытом солнце. 	Вокруг мистера Мак-Эвана разместились члены экипажа "Цезаря", молча наблюдая за новоприбывшим. Гильгоф шепотом подбивал Машу заключить пари. Предметом спора должно было быть количество съеденного гостем. Семцова только морщилась, шикая на доктора. 	- Независимая корпорация, значит? - Дугал утер подбородок, по которому стекала струйка соуса, и в который уже раз обвел взглядом помещение столовой. - Хорошо живете, с удобствами. Мистер, положите мне еще мяса... Так вот, я умираю от любопытства - вы кто такие? 	- По-моему, - проворчал лейтенант, - ты скоро умрешь от засорения желудка, вызванного перееданием. 	- У вас, сэр, - не преминул заметить Дугал, - восточноевропейский акцент. Надписи на корабле - русские. Вон тот джентльмен с коричневыми волосами (он кивнул на Бишопа) говорит по-английски очень чисто, хотя, скорее, с американским произношением. У тех господ - немецкий акцент. Если вы пираты, так сразу и скажите. Только что-то я не слышал о пиратах последние пять лет... 	- В определенной степени, - задумчиво начал андроид, опережая Казакова, уже настроившегося ответить гостю какой-нибудь грубостью, - мы можем именоваться пиратами. Только не профессиональными, а... начинающими. Кстати, на английском я говорю ничуть не хуже русского и еще десятка самых распространенных языков Земли. Я - синтетический человек, биоробот. Если интересно - серия "Бишоп", производство "Уэйленд-Ютани". 	- Ого! Да ты стоишь не меньше трех миллионов долларов! - невежливо заметил Мак-Эван. - Странные вы люди, господа... Любопытный корабль, собственный андроид (Бишоп недовольно поморщился - его немножко задевало, когда люди относились к нему как к вещи), завидное вооружение... Хорошо нынче живут пираты, пусть даже и начинающие. Мужики, вам случайно классный электронщик не нужен? 	- Не нужен, - изобразив на лице зверское выражение, сказал лейтенант. - Мистер, кончайте жрать и ответьте на десяток вопросов или... 	- Вздернете на рее? - икнул Дугал. - Знаю, читал книжки про пиратов. Хорошо-хорошо, сэр, не беспокойтесь. Я расскажу, что знаю. Но по-моему, вы знаете куда больше меня. 	- Вопрос первый, - жестко начал Казаков, понимая, что на этого болтуна следует нагнать страху, иначе он так и не проникнется серьезностью положения. Видимо, мистер Мак-Эван, очутившись в безопасном и крепком корабле, окончательно уверовал в свое спасение и то, что люди с "Цезаря" не сделают ему ничего плохого. - Первый и главный: кто ты такой? 	Казаков пригрозил, что если мистер Мак-Эван вздумает врать - ему не поздоровится. Его попросту выставят на улицу, и пусть он там разбирается с Чужими как хочет. Самостоятельно. 	Сбивчивый, немного путаный рассказ Дугала поведал о многих интересных вещах. Вкратце он объяснил, что раньше работал по контракту на "Уэйленд-Ютани": "Нет, вы не знаете, где эта база. Планета Сцилла в районе звезды Гамма Феникса. Жуткая дыра. Что, вы там были? Ничего себе..." - затем был захвачен террористами "Джихада" и больше месяца "по принуждению" должен был участвовать в их акциях. Да, гвоздем программы были Чужие. Откуда террористы знали о базе S-801? Понятия не имею. Наверное, продал какой-нибудь американец, посвя-. щенный в это дело. Да, я летал на LV-17, где джи-хадовцами было опробовано новое оружие. Отказаться? Вы что, с ума сошли? Они бы меня просто пристрелили! "Киото"? Слышал такое название. Именно на этом корабле нас эвакуировали со Сциллы, а потом перевели на "Шейх-уль-Аллах". И животных всех оставили на старом корабле. "Киото", как я слышал от господина Ясура (это их начальник), отправился обратно на Сциллу забрать оставшиеся ретрансляторы, забытые в спешке, и заодно уничтожить все следы пребывания там людей из "Нового Джихада". 	- А откуда вы все знаете? - недоумевал Дугал. - Программа "Кедр" считалась абсолютно секретной. Вот и доверяй штатовским спецслужбам! Джихадовцы знают, вы знаете... Вы что, представляете какую-нибудь русскую корпорацию? Конкуренты "Уэйленд-Ютани", да? 	- Как много вопросов...- прервал Дугала Казаков. - Учти, твоя настоящая задача - не задавать вопросы, а отвечать на мои. Или отправишься дальше прятаться в пещерах. 	- Хорошо, сэр,- пожал плечами англичанин.- Что вас еще интересует?. 	- Расскажи, что случилось с Чужими? Сколько животных сейчас в Айрон-Роке? 	- Всего двадцать штук. Двадцать первый - Мистер Пиквик. Сами сказали, что он прячется в гнезде посадочной опоры вашего корабля. Из двадцати особей четыре вывезены со Сциллы вместе с Пиквиком, еще шесть... э-э... родились на LV-17, где проводилась первая акция, остальные появились на свет здесь. Господин Ясур приказал подбросить споры в колонию. 	- Материнский организм? 	- Нет, сэр. Самку убили на Сцилле. Террористы добрались только до холодильников, где мы хранили споры с зародышами, и забрали их с собой. 	- Когда Чужие вышли из-под контроля? 	- Вы и об этом знаете? Я не представляю, что случилось с животными. В самом начале операции в Айрон-Роке они слушались, как обычно. Все ретран 	сляторы действовали. Только когда на свет появились твари, выведенные уже здесь - было заражено десять колонистов, - я отметил у животных психическую нестабильность. Вчера вечером они напали на людей господина Ясура, уже захватившего колонию в свои руки. Ясур со злости приказал расстрелять двоих биологов, отвечавших за ретрансляцию сигнала, и эвакуировал всех людей - и своих, и заложников - в главное здание. Чужие не позволяли нам выйти в сторону летного поля, а после заката начали массированную атаку. Обычно эти животные не убивают просто так, ради интереса. Они либо стаскивают жертв в гнездо, либо используют в качестве пищи. Прошедшей ночью Чужие именно истребляли нас - планомерно, методично, со своей невероятной хитростью. Вояки из людей господина Ясура смогли ранить только двух-трех животных, но ни одного не убили. Зато Чужие... 	- Сколько жертв? 	- Не меньше шестидесяти человек за одну ночь. До рассвета они не дали нам ни минуты покоя. Потом ушли. Когда взошло солнце, господин Ясур попытался с оставшимися боевиками прорваться к кораблю, но ничего не вышло. Чужие нас не пропустили. Еще ночь, ну, может быть, две - и они уничтожат всех. 	- Сколько боеспособных людей осталось у этого твоего Ясура? 	- Вчера вечером, когда все были живы, - двадцать пять. Утром выяснилось, что осталось двенадцать. Точнее, уже одиннадцать. Когда я сбежал из Айрон-Рока, один Чужой... Словом, он убил моего сопровождающего. 	Гильгоф подозрительно нахмурился, слушая, и спросил: 	- А почему он вас не убил? 	- Это был Мистер Пиквик, сэр. Он меня узнал не стал трогать. Я с этим зверем очень долго работал на Сцилле. Пиквик самый спокойный из всей стаи. |И умный. Он тоже участвовал в атаке на главный корпус, я его видел, но... Он не станет делать ничего плохого именно мне. Он слышит приказы ретранслятора, однако, в отличие от всех остальных Чужих, исполняет команды. Если только прибор в моиx руках. Зверь мне доверяет. Почему - не знаю, верное, оттого, что я всегда хорошо к нему относился. 	Снова задал вопрос Казаков: 	- Мы можем связаться с командиром джихадов, как его?.. 	- Господин Ясур, - напомнил Дугал. - Очень филичный, образованный человек, хотя и фанатик, наверное, не сможете. Террористы были настолько уверены в том, что акция пройдет без сучка и задоринки, что не взяли с корабля ни одной системы дальней связи. Только переносные рации с минимальным комплектом батарей. Вы не сумеете их достать направленным лучом или радио любого диапазона - у джихадовцев свой особый код, который никто не знает. Перехватить их сигнал невозможно, и точно так же невозможно вступить с ними в контакт, не зная кодировки. А когда Чужие - вот умные твари! - обесточили центральные здания, повредив кабель электростанции, полностью отказал гравитационный привод и все прочие системы дальней и ближней связи. 	- А ты? - Казаков слегка пнул носком ботинка сумку Дугала, стоящую под столом. - Ты же смог разговаривать с нами! 	- Портативный ноутбук, при нем - складная антенна, способная посылать направленный луч на расстояние до трехсот миль, и установленная программа экстренной связи. Разработка корпорации "Майкрософт". Глючит иногда, но Гейтсы всегда этим были грешны. Выпустят программу с недоделками, потом изволь докупать к ней недостающие аксессуары... Я эти штуки постоянно с собой таскаю, вещь полезная. Только антенну спер у господина Ясура. Он, наверное, очень злится... Это была единственная. 	- И тем самым ты, придурок, лишил нас возможности поговорить с колонией и освободить людей, - со злостью в голосе рявкнул лейтенант, хлопнув себя ладонью по колену. - Нам кровь из носу нужна связь с Ясуром! До заката два часа. Если мы не выведем заложников до наступления темноты... Сколько прошлой ночью погибло? Шестьдесят человек? Воображаю, какую резню устроят сбрендившие Чужие сегодня! Ты хоть понимаешь, что они мстят людям? Если раньше они относились к нам только как к существам, пригодным в пишу и для выращивания эмбрионов, то теперь... Мы для них враги. Врагов Чужие будут уничтожать. 	- Почему? - округлил глаза Дугал. - А Мистер Пиквик? Он вполне нормален, если можно так сказать про Чужого. 	- Стой, стой! - вскричал Гильгоф, вскочив.со своего кресла так, будто сидел на еже. - Пиквик - я правильно запомнил кличку этой твари? Он тебя слушается? Конкретно тебя - дружка-приятеля? Есть! 	- У вас, Вениамин Борисович,- вздохнула Маша, - очередной гениальный план? 	- Именно! Укрепить на Чужом портативную систему связи и послать его в Айрон-Рок. Его не обязательно пристрелят. Если Чужой проявит сообразительность, в чем я уверен, он доставит прибор на место, а сам потихоньку смоется, если уж мистеру Мак-Эвану так хочется сохранить его жизнь. 	"Ну, это он зря надеется... - мельком подумал лейтенант. - Когда эвакуируем людей, Чужими придется заняться вплотную. И перебить всех до одного!" 	- Это мысль,- рассудительно сказал Бишоп.- Или, например, можно послать человека под охраной Чужого. То есть не совсем человека. Животные не видят во мне врага. Я для Чужих только механизм. Понимаете? По крайней мере, я сумею растолковать этому господину Ясуру наш план. 	- Ратников, быстро на склад. - Казаков принял решение мгновенно, не раздумывая. - Возьми два аппарата, работающих в коротковолновом диапазоне, и тащи в ангар транспортера. Мистер Мак-Эван, отправляйтесь туда же. Вообще-то это наш единственный шанс. Бишоп самостоятельно не сможет пробраться через заваренные ворота или переплетения вентиляционных шахт, а Чужой наверняка отлично ориентируется. Проводник - лучше не придумаешь. А если вдруг наши сумасшедшие зверюги распознают в Бишопе угрозу, сумеет защитить. 	- Влип я с вами, джентльмены, - вздохнул Дугал. - Знаете, я, пожалуй, тоже пойду. Один раз выбрался из Айрон-Рока, выйду и второй раз. 	- Можете остаться, - бросил Казаков. - В вашем участии нет никакой надобности. 	- Ясур мне поверит, а вот вашему роботу... Это еще подумать надо. Придется, конечно, изобрести правдоподобную версию смерти Малика... 	- Сомневаюсь, что террористы вам поверят, - критически заметил Гильгоф. - Вы пропадаете неизвестно куда, и одновременно исчезает один из их людей. Потом вы объявляетесь в компании андроида и Чужого, заявляя, что появились неизвестные пираты, готовые безво... ну, почти безвозмездно провести спасательную акцию. Да вам пулю в затылок пустят! 	- Верно,- огорчился Дугал, уже настроившийся на героический поступок. - Тогда пускай идет один только синтетик. Но лучше бы, конечно, вдвоем. 	- Может, я пойду? - робко заикнулась Маша, хотя понимала, что суется в безнадежное дело. Преодолеть выставленные Чужими "караулы", договориться с чокнутым предводителем террористов и вернуться обратно целой и невредимой? 	- Вы с ума сошли! - едва только не хором произнесли Казаков, Эккарт и доктор Гильгоф. Лейтенант продолжил за всех остальных: 	- Послушайте, Маша, да аллах-акбаровцы не станут вас слушать только потому, что вы женщина! Никуда вы не пойдете! 	- Ничего подобного, - возразила Семцова. - Именно потому, что я женщина, будет больше доверия, чем, например, вам, Сергей. Вспомните, что приснопамятная Эллен Рипли... 	- Не надо про Рипли! - схватился за голову Казаков. - Маша, вы что, феминистка? Выступаете за полное равноправие женщин? Вы хоть понимаете, что шансов вернуться оттуда живой у вас ноль целых хрен десятых? Что, если Чужой, про которого говорил мистер Мак-Эван, такой же полоумный, как и остальные, а сейчас просто прикидывается филантропом? Да он вас сожрет и не поперхнется... 	- Меня будет охранять Бишоп, - сказала Семцова. - Кроме того, мы возьмем с собой самое лучшее оружие. И я не феминистка, а ксенолог. Если честно, всю жизнь мечтала о Нобелевской премии. Понимаете, какие возможности открываются? Вживую исследовать не просто Чужих как вид, а Чужих во взаимодействии с человеком в экстремальной ситуации? 	- Ненавижу ученых, - мрачно сказал лейтенант. - Вам приключений на Ахеронте показалось мало? Ну и катитесь. Между прочим, вы подчиняетесь не мне, а господину Гильгофу, как старшему над научной группой. Его и спрашивайте. 	Маша вопросительно посмотрела на доктора Гильгофа: 	- Веня, вы меня правда отпустите? 	- Идите, идите, - мелко закивал ученый. - Вас отправят домой в цинковом гробу, а я присвою результаты ваших исследований и сам заграбастаю Нобе-ля. Обещаю каждый месяц приносить цветы на могилу. 	- Ну, раз Вениамин Борисович согласен, - бесстрастно сказала Семцова, - я пошла переодеваться. Сергей, приготовьте мне винтовку М-41-А. Я с ней научилась обращаться на Ахеронте. 	Она с самым независимым видом вышла из кают-компании, оставив позади изумленных мужчин, и отправилась в свою комнату - необходимо было сменить чистый светло-синий костюм, найденный в шкафчике занятой ею каюты "Цезаря", на что-нибудь более подходящее к полевым условиям. 	"Я полная дура, - мелькнуло в голове. - Страшновато, особенно если учитывать рассказ Дугала. Но, черт возьми, там почти сотня живых людей!.."

	ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ. ПЕРЕГОВОРЫ ПО-ДЖИХАДОВСКИ 	Ориентировочно - 16/17 февраля 2280 года, планета LV-17 Геон, звезда Растабан, созвездие Дракон
 	План доктора Гильгофа в его собственном изложении выглядел чрезвычайно красивым, но, как известно, гладко все бывает только на бумаге. В порыве творческого экстаза многомудрый ученый напрочь позабыл об одной маленькой детали: как Чужой отнесется к появлению незнакомых ему людей? Зверь, конечно, не убил мистера Мак-Эвана, а затем отправился вслед за вездеходом, однако никак нельзя заподозрить, что Чужим двигали благие намерения. Вдруг стая послала Мистера Пиквика специально для того, чтобы вблизи рассмотреть новый корабль и разведать, можно ли будет забраться внутрь? 	Казаков, несколько вооруженных солдат и слегка побледневший Дугал стояли у шлюза, ведущего наружу. Гильгоф терся у дальней стенки, не желая выходить первым. Стальные плиты двери, едва слышно поскрипывая, уползли в корпус "Цезаря", на одежды людей упали красно-оранжевые лучи звезды, и мгновенно стало жарко. 	- Дугал, - лейтенант повернулся к бывшему технику лаборатории S-801,- прошу. Давай вперед. Мы показываться не будем. 	- Это почему? - заикнулся англичанин. - Сэр, а вдруг... 	- Вдруг? В таком случае мы закроем дверь и придумаем какой-нибудь другой план,- сказал Казаков, пожимая плечами, но все-таки добавил ободряюще: - Иди-иди. Ты будешь находиться в секторе поражения. Если Чужой вздумает напасть, мы его пристрелим. 	"Не факт, - одновременно подумал Казаков. - Отнюдь не факт... В зверюгу нужно всадить не меньше полной обоймы, прежде чем она окончательно сдохнет. Бишоп, между прочим, что-то говорил о важнейших нервных узлах в организме Чужого, при повреждении которых животное мгновенно обездвиживается, но едва ли мы сможем бить настолько точно". 	- Бедного Дугала, как всегда, подставили, - вздохнул Мак-Эван и шагнул вперед, на опустившиеся ступеньки трапа. - Не забудьте потом отправить открытку моим родителям в Глазго... 	Он медленно сошел на бетон летного поля, зачем-то подбросил в ладони ретранслятор и оглянулся. : 	- Эй, Мистер Пиквик! Ты где? 	Молчание. Чужой делал вид, что ему нет дела до человека. Только в гнезде посадочной опоры "Цезаря" можно было различить неясное шевеление. На землю упала прозрачная капелька тягучей слюны. 	Дугал демонстративно прогулялся вдоль борта корабля, нервно насвистывая, вернулся обратно и наконец отжал одну из клавиш своего прибора. В пространство ушел сигнал: "Иди сюда". 	Секунд тридцать спустя из глубокой тени высунулась черная морда существа. Чужой приоткрыл пасть, поводил стержнем со второй парой челюстей, словно нюхая воздух, и нехотя начал спускаться вниз по столбу опоры. Дугал инстинктивно отшатнулся, но вовремя подумал о том, что Чужому нельзя показывать свой страх. Твари, как он знал по опыту работы на Сцилле, достаточно тонко чувствуют настроение людей. Людей? Минуточку... Техник стоял и смотрел на Чужого, начиная соображать, что зверь сам боится. Характерные движения, позы, слишком осторожно перемещается в пространстве. Одновременно Чужой напряжен и только ждет момента, когда можно будет ринуться в атаку, защищая собственную жизнь. Вооруженных людей он не видит, но, безусловно, ощущает их присутствие. 	- Джентльмены, - громко сказал Дугал, не глядя в сторону шлюза, - закройте, пожалуйста, двери, иначе животное не выйдет. По-моему, он вас испугался. 	Казаков, не долго думая, нажал красную кнопку замка, выполняя просьбу нового члена команды. Нахальный шотландец слишком долго работал с Чужими и скорее всего неплохо знает их повадки. Хочет остаться без охраны? Ради Бога, но последствия - за свой счет. 	И действительно, Чужой осмелел. Он развалистой походкой подошел к покрывшемуся мерзким липким потом человеку, спокойно "осмотрел" его и пискнул. Значит, снова узнал. 	- О'кей, о'кей, - засуетился Дугал. - Пиквик, ты меня радуешь. Вот скажи, почему ты умный, а все остальные твои собратья глупые? Ладно, я пошутил. Та-ак... Стой смирно, сейчас будем разговаривать. 	Дугал опустился на корточки, раскрыл свой непременный ноутбук, поставив его на бетон, и запустил программу речевого анализа. Пот заливал глаза, и приходилось поминутно вытирать лоб рукавом. Когда компьютер был подготовлен к приему звуковых сигналов, техник набрал на ретрансляторе довольно сложную команду и, коснувшись клавиши "Передача", направил прибор на Чужого. 	Зверь "выслушал". Отступил на несколько метров назад, затем снова приблизился и, прекрасно зная, что нужно делать, повернул морду к портативному компьютеру, на котором был укреплен микрофон, - несколько месяцев экспериментов не забылись. Дугалу почему-то показалось, что животное сейчас плюнет в ноутбук струей кислоты. Однако Чужой издал серию долгих и низких звуков, программа их мгновенно зафиксировала и выдала результат: 	"Пользователю: идентифицированные зооморфные звуки представляют собой набор понятий, характеризующихся как серия вопросов. Наиболее близкие аналоги в английском языке: "Почему?", "Опасно?", "Не нужно". Продолжить операцию?" 	- Ах ты скотина! - буркнул Дугал, недобро поглядывая на Чужого. - Не хочешь? А чего ты боишься? Я ж не могу сидеть тут и уговаривать тебя... 	Собственно, изначально Дугал предлагал Чужому отвести его и еще нескольких "членов стаи" в комплекс колонии. Чужой заартачился, причем было непонятно, означает его "опасно" опасность для него самого или для людей. 	- Хорошо, попробуем еще раз, - сказал техник и начал осторожно набирать новую серию команд. Чужой откровенно заскучал и передвинулся под плоское брюхо корабля, в тень. Человек, в отличие от него, боялся удаляться от шлюза. Мало ли что взбредет Чужому в голову! С виду он тихий да смирный, но в тихом омуте, как известно... 	Открылась и тотчас же снова опустилась тяжеленная дверь над трапом, и в проем нырнул Бишоп. Чужой отбежал в сторону, зашипел (что означало одновременно агрессивные намерения и удивление) и на всякий случай уцепился за стойку шасси, намереваясь при любой опасности спрятаться. Чужой был явно сбит с толку: с виду новоприбывший - человек, по сути - нет. Другой запах, по-другому выглядит в инфракрасном спектре, чувствуется электрический ток внутри тела. Нет, не человек. Зверь успокоился и снова спустился на землю, замерев в нескольких метрах в стороне. 	- Что тебе нужно? - грубо спросил Дугал у андроида. - У меня уже есть один компьютер, 	- Сэр, - выдержанно сказал Бишоп, не подавая вида, что подобное обращение его обижает. Команда "Цезаря", а особенно люди, бывшие с ним на Ахеронте, относились к человеку искусственному даже получше, чем к настоящему. - Не могли бы вы помолчать несколько минут? 	- Ты что себе позволяешь? - возмутился Дугал. - Твоя задача - выполнять команды людей! Иди обратно. 	- Я выполняю команду командира корабля. - Андроид решил не обращать внимания на наглеца и под удивленным взглядом Дугала пошел прямо на Чужого. Животное стояло возле шасси, недоуменно следя за перемещениями странного объекта. Машин, как знал Чужой, можно не бояться. Кроме тех, которые в руках небольших, слабых двуногих тварей. 	Суть рассуждений Бишопа состояла в следующем: если Чужой, как это было заметно, не желает или боится выполнять команды Дугала, то наверняка среагирует на речь серебристых Чужих, с которой андроид был поверхностно знаком. Если у животных, как утверждала Маша, несколько суток просидевшая за исследованиями ДНК Чужого, действительно невероятно развитая генетическая память, значит, твари обязаны помнить, как разговаривают "высшие" существа - Геона, и спустимся по трапу светлоокрашенные Чужие, обладающие истинным интеллектом. 	Бишоп подумал и, вспоминая свой опыт, полученный за время приключений на Ахеронте в инопланетном корабле, сформулировал основные фразы. В переводе на язык людей его требование выглядело бы так: "Отвести меня и еще одно существо моего вида туда, где находятся остальные. Провести самым коротким путем. По дороге охранять от любого нападения". 	Чужой в буквальном смысле раскрыл рот. Теперь он не понимал вообще ничего. Коллективный разум его стаи уже давно пришел к выводу, что получаемые сигналы королевы семьи - подделка и слушаться их не стоит, пока не появится настоящая матка. Лишь к единственному конкретному человеку Мистер Пиквик относился почти как к члену стаи - он говорил на одном языке с Чужим и со времени рождения никогда не делал ему ничего плохого. Пиквик привык к Дугалу, который был постоянной частью чужой реальности. Стабильной и более-менее безобидной частью. 	Но сейчас генетическая память безошибочно подсказала зверю: перед ним одно из созданий, способных приказывать даже главе семьи. Чужой чувствовал - что-то здесь не так, но тональность и система речи Бишопа, аналогичная звукам "высших", заставила черного хищника слушаться. 	Чужой "ответил" согласием и принял позу подчинения. 	- Фантастика! - растягивая гласные, крикнул Дугал. - Я же говорил, что вы знаете больше меня! Зачем было выталкивать меня наружу, на это солнце? Проверить хотели? Что ты ему сказал? 	- Сэр,- Бишоп даже не смотрел на техника,- я прошу вас разговаривать со мной в вежливой форме. Возвращайтесь, пожалуйста, на корабль. Прочими проблемами я займусь самостоятельно. 	Андроид, напрягая свой речевой синтезатор, приказал Чужому на время спрятаться, опасаясь, что животное перегреется на жести и направился вслед за Дугалом, к ведущему в корабль шлюзу. 	- Если все подготовлено, я отправляюсь. 	Бишоп осмотрел небольшой по виду, но очень вместительный армейский рюкзачок, в который были уложены несколько портативных раций, переносной компьютер и компактная система связи, действующая с помощью направленного лазерного луча. Там же присутствовал комплект легких батарей, а боковые кармашки оттопыривались несколькими гранатами с вакуумным зарядом - мало ли какая неприятность приключится по дороге? Чужой, нет сомнений, неплохой охранник, однако надо учитывать, что кроме него в зданиях Айрон-Рока сидят еще двадцать штук громадных, злобных и испытывающих к человеку патологическую неприязнь зверюг. 	- Что значит - "я отправляюсь"? - Переодевшаяся в зеленовато-коричневый армейский комбинезон Маша искренне возмутилась.- Бишоп, кажется, я приняла решение! 	- Господин Казаков категорически против. - Андроид указал на лейтенанта. - Остальные тоже. Я предлагаю вам остаться. Поймите же, что вы будете для меня только обузой. На меня одного Чужие не обратят никакого внимания. В крайнем случае я способен более адекватно обороняться или заставить животных отступить с помощью имитации звуковых сигналов серебристых Чужих. 	- Вот и отлично, - согласилась Маша. - У тебя есть замечательное средство воздействия на хищников, что позволит нам без каких-либо осложнений пройти в административный корпус. Неужели тебе не понять, что настоящему человеку террористы поверят больше, чем... чем тебе? Сергей, я непременно должна пойти! Буду потом рассказывать внукам... 	- ...Если вас там сожрут Чужие или пристрелят террористы, у ваших внуков будет очень мало шансов появиться на свет, - с раздражением ответил Казаков. - В последний раз прошу - откажитесь. Это же... Даже не самоубийство, а что-то гораздо хуже! На Земле загляните к психоаналитику, пусть определит, откуда идут подсознательные суицидальные намерения! Если так уж необходим человек, то я могу пойти сам. 	- Ничего подобного, - фыркнула Семцова. - Поезд ушел. Я иду, и никто меня не отговорит. Хватит дискуссий. Сергей, где моя винтовка? 	- Иисусе...- простонал Казаков.- Вам что, не дают покоя сомнительные лавры Эллен Рипли? Хотите, чтобы про вас тоже сняли кино в Голливуде? Возьмите. Магазин полон, два сменных. У Бишопа пистолет с плазменными зарядами и гранаты. На связь будете выходить через каждые пять минут. Ясно? 	- Ясно, - спокойно сказала Маша. - Можно идти, господин лейтенант? 	...Решили так: Бишоп, как существо выносливое и обладающее неприсущими человеку качествами, отправится к центральным воротам колонии пешком. Вместе с Чужим. Жарко, конечно, но андроид выдержит и даже не запыхается. Остальная команда вместе с Машей прибудет к внешнему периметру Айрон-Рока на транспортерах. Фарелл, мистер Мак-Эван, доктор Гильгоф и двое врачей останутся на "Цезаре" поддерживать связь с основной группой и, если операция будет слишком кровавой, подготовить медицинский блок корабля к приему раненых. Первую помощь на месте событий могут оказать и сами военные - обучены, да и личных аптечек в достатке. 	Сейчас Казаков и его "волкодавы" снесут либо с помощью дезинтегратора, либо минами заваренные центральные ворота и высадят Машу на территории базы, когда подойдет андроид вместе с Чужим. Второй вездеход, где будет находиться Эккарт и его антитеррористическая группа, возьмет под охрану главную улицу Айрон-Рока. В общем, старый план с небольшими дополнениями. После того как Мария Семцова вместе с Бишопом установят связь с оперативным центром корабля и станет ясно, насколько террористы готовы к сотрудничеству, будет избран один из двух дальнейших сценариев. Первый: прорваться в здание, уничтожить боевиков "Джихада", а затем вывести заложников (в этом случае неизбежны массовые жертвы). И второй: эвакуировать всех людей из Айрон-Рока с помощью самих террористов, что гораздо предпочтительнее. Остается надеяться, что Маша и андроид сумеют уговорить "господина Ясура", о котором рассказывал Дугал. 	Оба транспортера - предоставленный владельцем "Цезаря" и второй, уцелевший после неудачной экспедиции на Сциллу, - пробежали по светлым, идеально ровным плитам посадочной площадки, оставив за собой башню автоматического центра транспортного контроля, вырулили на широкую дорогу, ведущую к Айрон-Року, чьи корпуса, выстроившиеся в ровный квадрат, напоминали старинную крепостную стену, архитектор которой страдал пристрастием к прямым линиям и техногенной эстетике. 	Огромные двустворчатые ворота, ведущие к обширному внутреннему двору базы, были, естественно, закрыты, а автоматические запирающие устройства повреждены направленными выстрелами. Руководители акции, проводимой "Джихадом", лишь создали для себя дополнительные проблемы, решив, что Чужие не прорвутся за ограду, - любой черный хищник мог без всякого труда забраться по отвесной стене, а вот люди были не в состоянии выйти обратно к летному полю. Таким образом, и заложники, и террористы оказались в двойной осаде: Чужие находились внутри комплекса, а снаружи его опоясывали наглухо запертые строения - Дугал объяснил, что по приказу Ясура перекрыли все выходы, кроме единственного, через который компьютерный техник сбежал в горы. Конечно, боевики "Джихада" могли взорвать закрытые ворота, но Чужие не выпускали людей из центрального здания, нападая на любого, осмелившегося высунуть нос наружу. 	Казаков знал, что операцию непременно нужно завершить до заката, потому что в темноте придется полагаться только на приборы ночного видения и системы автонаведения оружия. А к ночи Чужие станут гораздо более активны, и им не составит труда нанести людям ощутимый урон. По расчетам программы ориентации "Цезаря" в пространстве, заход солнца на Геоне должен произойти через один час сорок минут. 	Машина, в которой находился Эккарт и его люди, оставалась пока в арьергарде - господин обер-лейтенант повернул свой гусеничный вездеход налево и остановился метрах в двухстах от центрального въезда в базу. Казаков же лихо притормозил перед воротами, сержант перепроверил показания биосканера и детектора движений, улавливавших только два сигнала - от Бишопа и от Чужого, двигавшихся позади, и кивнул командиру: "Можно". 	Кормовые люки транспортера открылись, и Казаков вместе с двумя рядовыми вытащил из машины некий странный прибор, больше напоминавший пушку с широким раструбом, оснащенную тяжелым энергетическим блоком и собственным миниатюрным компьютером. Подобные боевые устройства были приняты на вооружение армией Империи всего года два назад и все еще не получили широкого распространения - игрушка слишком дорогая, невероятно нежная и капризная. Между прочим, специалисты, ее разрабатывавшие, сами не до конца понимали, что именно изобрели и на каких физических принципах она работает. 	Этот тип оружия назывался малоосмысленным словом "дезинтегратор", принятым скорее в лексиконе авторов фантастических романов или фильмов, а также больших любителей компьютерных игр. Суть его действия состояла в следующем: синтезируемый поток лучей с определенной длиной волны разрушал связи между молекулами металлов, превращая стальные плиты в невидимую человеческому глазу пыль. Работал дезинтегратор только вблизи от объекта поражения, жрал уйму энергии и накрывал лишь очень небольшую площадь, не более двадцати квадратных метров. Однако для створок ворот Айрон-Рока этого было вполне достаточно. 	Казаков при помощи своих солдат установил орудие рядом с правым бортом вездехода, вполголоса чертыхаясь, набрал команды на клавиатуре, сфокусировал поток лучей на объекте... 	На маленьком прямоугольном мониторе появилось слово "Разряд", а спустя секунду на глазах у изумленных зрителей тяжеленные металлические пластины, из которых были собраны ворота, просто исчезли. Словно их и не было никогда. Ветерок унес облачко пыли. 	- Настоящее волшебство, - завороженно пробормотала Маша, выбравшаяся из вездехода посмотреть на действие невиданного оружия. - Круто. Ни дать ни взять - магия. 	- Техника, - презрительно отозвался Казаков. - И потом, уже требуется смена батарей. Хотя вещица полезная. Если бы мы подорвали створки минами, на звук сбежались бы Чужие со всей округи. Ладно, ребята, убираем обратно. И смените на приборе аккумуляторы - может, придется... э-э... растворять двери административного корпуса. 	Транспортер миновал широкий пролом в воротах и въехал на территорию Айрон-Рока. Через иллюминаторы были видны сильно поврежденные трупы, разбросанные по центральному проезду, - в основном люди в камуфляже без всяких знаков различия. Наверняка террористы, пытавшиеся прорваться к выходу из комплекса. Кое-где валялось оружие. Окружающие одноэтажные здания смотрели выбитыми выстрелами стеклами и щербинами от пулевых попаданий. 	- Если верить схеме, - вслух рассуждал лейтенант, - вокруг нас жилые строения. Прямо по курсу - два хозяйственных. Сразу за ними - корпус администрации. К сожалению, туда мы проехать не сможем. 	Скрипнув черными колесами по дорожному покрытию, вездеход остановился перед темно-желтым зданием, в котором, видимо, находился технический центр и насосная станция, подававшая воду на обогатительный завод и в дома поселенцев. Машина Эккарта, как и было приказано, миновала ворота и замерла по правую сторону от въезда. 	Ждали только Бишопа. 	Андроид в сопровождении угловатого черного существа, больше походившего на футуристическую помесь насекомого, ящера и какого-то безумного робота, появился через пять минут. Если андроид шел уверенно, то Чужой настороженно обошел транспортер, стоящий у центрального входа, и зашипел, а затем с молчаливого одобрения Бишопа перебрался с земли на стену жилого здания и полз под самой крышей по отвесным пластиковым облицовочным панелям. На всякий случай Казаков пока не открывал дверь машины. 	- Бишоп, ты меня слышишь? - Лейтенант переключил рацию на прием. - Вы готовы? 	- Я-то готов, - послышался из динамика приглушенный голос андроида. - Мария Викторовна еще не отказалась от своего сумасбродного, прошу простить за ясность формулировки, решения? 	Казаков покосился на Машу, но та лишь кивнула. В ее глазах не было и капли сомнения. В действительности госпожа консультантка побаивалась, но... Она была уверена в двух вещах: в Бишопе и, как ни странно это звучит, в Чужом. Это был ее шанс доказать людям, что страшные хищники такие же разумные существа, как и представители вида Homo sapiens. Маша всерьез хотела пойти на первый настоящий контакт с другой цивилизацией. Не такой, как на Ахеронте, где серебристые Чужие непреложно доказали свою разумность. Сейчас предстояло выявить безусловное разумное начало, присутствующее у черных Чужих. В конце концов,, следовало представить доктору Гильгофу неопровержимое свидетельство ошибочности его теории "двухконкурентов". Никакой, если честно, Чужой не конкурент. Он просто не принадлежит этому миру. Как можно конкурировать, например, со сверхновой звездой, загоревшейся в самой отдаленной галактике? Для человека она не представляет интереса и никак не влияет на его бытие. Так же, как и Чужие. Их просто нужно избегать, и все будет спокойно. Каждый сам по себе. 	- Успокой зверя, - передал Казаков андроиду. - Мария Викторовна идет к вам. 	Маша, с трудом преодолев боязнь, выбралась из заднего люка вездехода, перебросила выданную Казаковым винтовку за спину и огляделась. Бишоп стоял рядом, шагах в пяти. Чужой по приказу искусственного человека спустился вниз и теперь, слегка раскачивая длинным ребристым хвостом, "рассматривал" новый объект. 	- Я передал ему сигнал о том, что вы не являетесь врагом, - вполголоса сказал андроид Семцовой и добавил совсем тихо, будто боясь, что Чужой услышит: - Если зверь сейчас нападет - быстро прыгайте в машину, я сумею его задержать на несколько секунд. 	- А если нет? - столь же неслышно прошептала Маша. 	- Значит, не нападет никогда, - уверенно ответил Бишоп, наблюдая за животным. 	Чужой, не особо чинясь, подобрался к живому человеку. Андроид периодически попискивал "по-Чужому", давая понять зверю, что опасности нет никакой и перед ним отнюдь не враг. 	Маша отвернулась, сморщив лицо, когда морда Чужого оказалась прямо напротив. Животное, тихонько шипя и капая слюной, тщательно изучило человека, слегка отпрянуло, почувствовав оружие, но оставалось спокойным. Наконец Чужой замер и резко пискнул - в этом звуке отчетливо слышалась вопросительная интонация. 	- Он вас принял, - сказал андроид Семцовой. - Похоже, теперь бояться этого Мистера Пиквика не нужно. Он не видит угрозы. И согласен выполнить мою просьбу. 	- Тогда вперед? - подняла бровь Маша и шепнула в рацию: - Сергей, мы отправляемся. Ждите. Если через час не появится сигнал... Ну, сами знаете, что делать. 	Казаков слишком хорошо помнил компьютерную карту Айрон-Рока, предоставленную незаменимым "Цезарем", для того чтобы понять: из точки, где сейчас находится транспортер, до корпуса администрации идти по коридорам базы, даже отвлекаясь на разговоры и возможный осмотр достопримечательностей, не более пятнадцати минут. Сто пятьдесят метров. Вначале через основной коридор, проложенный между водонапорной станцией и техническим центром, затем по второму внутреннему двору. Если двери здания, где сейчас находятся люди, заварены, значит, джихадовцам потребуется не более десяти минут на расконсервацию шлюза. Самое большее - полчаса. Но придется ждать час. 	Бишоп занял позицию между Чужим и Марией Викторовной, а зверь, выполняя приказ андроида, двинулся вперед, к разбитой стеклянной двери коридора. Индикатор движений, закрепленный на рукаве Маши, изредка помаргивал неясными вспышками - самый близкий живой объект регистрировался на расстоянии метров двадцати. Значит, "дикие" Чужие учуяли гостей. 	Мистер Пиквик вел своих двуногих подопечных вперед, ничуть не отвлекаясь, - сосредоточенностью и точностью выполнения приказа он больше напоминал бездушную машину. Поворот налево по коридору, Чужой забирается на потолок и движется дальше, причем достаточно медленно для того, чтобы Маша и андроид за ним поспевали. Семцова отлично знала, с какой невероятной быстротой Чужие могут ползать по отвесным поверхностям, и была несколько удивлена "заботливостью" Пиквика. 	- Бишоп, твоя работа? - прошептала она на ухо синтетику. - И как ты насобачился с ними общаться? 	Андроид не ответил. Его беспокоила окружающая тишина. Кроме Мистера Пиквика, в радиусе десятка метров не было ни одного Чужого. Если верить детектору, два зверя притаились справа и слева, в соседних постройках, но пока что не решались на активные действия. 	"Интересное положение, - подумал Бишоп. - Было бы логичнее предположить, что Чужие набросятся на любого человека, проникшего в комплекс. Но суть в том, что мы идем внутрь, а не наружу. Прямиком в мышеловку. Зачем убивать нас сейчас, когда можно будет доставить себе удовольствие ночью, во время атаки всей стаи? Вот если мы повернем обратно, тогда нападения не избежать. И потом, нас сопровождает один из членов стаи. Такой же Чужой, как и все остальные. Может быть, поэтому животные не видят в нас врагов?" 	Широкий коридор закончился и вывел странную компанию, состоящую из живого человека, робота-андроида и зубастого ксеноморфа, на гладкий внутренний двор, окружавший двухэтажное административное здание, сейчас более напоминавшее сероватую металлическую коробку. На все окна опущены толстые бронещиты, центральный вход наглухо заперт и вдобавок подперт снаружи подогнанным к зданию трактором с широким отвалом. 	- Примитивная конструкция, - глухо сказал андроид. - Посмотрите наверх. Видите выломанные решетки вентиляционных люков? Чужим не нужны двери. Они могут войти где угодно. 	- У меня такое чувство, - поежилась Маша, - что мы видим перед собой громадную братскую могилу. 	- Не беспокойтесь. - Бишоп вытянул вперед руку с детектором движений и сразу зарегистрировал множественные сигналы. Прибор доложил, что за стеной находится не меньше пятидесяти-шестидесяти движущихся объектов. Эта цифра объяснялась тем, что некоторые люди могли спать и не двигаться.- Ничего страшного пока не произошло. 	- А как попасть внутрь? Дверь заварена, еще этот дурацкий трактор... 	Андроид повернулся к Чужому, смирно стоявшему рядом, и передал ему какой-то сигнал, который Маша расценила как: цепочку какофонических звуков без всякой смысловой нагрузки. Зверь поразмыслил секунду, подошел к стене корпуса и быстро полез наверх, к вентиляционному люку под крышей. 	- По его мнению, это самая короткая дорога, - пояснил Бишоп.- Подождите еще минутку. 	Новая серия повизгиваний, шипения и писка. Чужой с разочарованием, отлично переданным жестами, спустился обратно на землю. Бишоп продолжал общаться, терзая слух Семцовой. Чужой изредка отвечал. 	- Ничего не понимаю. - Андроид огорченно развел руками. - То есть я понимаю, что он хочет мне сказать, - заметьте, Маша, это настоящий контакт с чужим разумным существом, взаимный диалог, - но он утверждает, что другие пути опасны. Причем очень опасны. 	- Веревка есть? - деловито спросила Семцова. - Как погляжу, вентиляционные ходы здесь широкие, проползти сумеем. Если Чужие пробирались по ним в здание, значит, и мы попадем. Нужно только забраться наверх. 	- Сожалею, - совсем тихо прошептал андроид. - Но этого я не предусмотрел. Был уверен, что можно пройти по земле к открытому выходу, через который мистер Мак-Эван попал наружу. А Чужой совсем не хочет туда идти. Наверное, опасается вооруженных людей. 	- Нам они не страшны, - возразила Маша, но сразу осеклась. А если джихадовцы установили на подходах к зданию мины? Или автоматические пушки, реагирующие на любое движение? Вот будет весело! А подобные меры безопасности, несомненно, были приняты. - Бишоп, подумай, как на нас прореагируют наемники или их руководство, когда мы свалимся им на головы из люка вентиляции, да еще в сопровождении Чужого? 	- Мистер Пиквик всегда сможет уйти. Я его отошлю,- ответил андроид.- Жалко, конечно, что нет веревки. Пожарная лестница? Таковой что-то не видно. Ага! Маша, у меня есть одно несколько сюрреалистическое предложение. Надеюсь, вы не испугаетесь. 	Семцова мигом поняла, о чем ведет речь Бишоп. 	- Ну, знаешь... - Она критически осмотрела слегка покачивающегося из стороны в сторону Мистера Пиквика, но поняла, что это действительно выход. - И как ты себе это представляешь? 	- Очень просто... 	Маше ужасно не хотелось дотрагиваться до Чужого, который казался ей склизким и холодным. Она ошибалась - гладкий панцирь Мистера Пиквика нагрелся на солнце и был совершенно сухим. На ощупь шкура Чужого напоминала твердую отшлифованную кость. В общем, ничего страшного, если не считать нескольких маленьких деталей: черный хищник был вполне живым, в брюхе у него что-то булькало и от него почему-то сильно пахло старой бумагой. Мистер Пиквик отнесся к прикосновению человека вполне благожелательно и, опустив морду, изучил Машину ладонь своими внутренними челюстями. Семцова брезгливо отерла ладонь, на которую упала капелька слюны, о брюки. 	- Безусловно, есть определенный риск, - академическим тоном говорил андроид. - Я не знаю, вдруг у него сработают основные инстинкты? Ну как, Мария Викторовна, согласны? 	Времени оставалось меньше полутора часов. 	- Согласна, - кивнула Маша. - Но учти: я могу не выдержать и заорать. 	- Не нужно,- сказал Бишоп, хмурясь и придумывая, как точнее сформулировать приказ Чужому. - Не двигайтесь, пожалуйста, и отнеситесь к животному спокойно. 	Андроид снова зачирикал, и Мистер Пиквик его понял тотчас. 	Маша закрыла глаза, когда над ней нависла черная угловагая фигура и широченные когтистые "ладони" потянулись к ее телу. Однако она даже не ощутила, как Чужой поднял ее над землей передними лапами. Пиквик понес Машу, будто заботливая мать ребенка, - острые когти не ощущались, правая лапа поддерживала человека за бедра, левая - за спину и шею. Вполне удобно, если не считать того, что зверь прижал Машу к себе, а на плечо ее куртки падала слюна. Щека Семцовой касалась жесткой груди существа, и были слышны неясные поскрипывания, доносящиеся из его организма. Очень похоже на работу сердца, только тоны другие и одновременных ударов не два, а четыре. 	... Цепляясь за стену гибкими дополнительными щупальцами, которые, подобно осьминожьим, были украшены бесчисленными маленькими присосками, и мощными задними лапами с короткими когтями, Чужой взобрался на высоту второго этажа, повернул голову к Бишопу, остававшемуся на земле, и пискнул - мол, что дальше? Андроид заверещал в ответ. 	Семцова почувствовала, как хватка Чужого постепенно разжимается, освободила руки, прежде скованные почти неощутимыми, но мощными объятиями Пиквика, уцепилась за край вентиляционной шахты, подтянулась и быстро перебралась внутрь. Сердце бешено колотилось - до самого последнего мгновения Маша была уверена, что Пиквик - "добрый Чужой"? - либо ее уронит, либо утащит куда-нибудь. 	"Невероятно, - оторопело подумала Семцова. - Я первый и единственный человек, оставшийся в живых после пребывания в лапах данного конкретного чужого существа! Если учитывать, что Чужие таким способом переносят парализованных жертв в гнездо, то относятся они к носителям эмбрионов очень бережно". 	- Бишоп! - Она развернулась в широкой четырехугольной шахте и высунула голову наружу. Чужой, все еще сидевший на стене, обернулся на резкий звук и недовольно шикнул. Семцова начала говорить потише, чтобы не раздражать неожиданного и жутко выглядящего помощника. - Бишоп, забирайся. 	- Я бы рад, - вполголоса произнес андроид, попутно раскрывая кобуру с пистолетом. Следивший за ним Мистер Пиквик насторожился и слегка напрягся. - Маша, если что - удирайте. Насколько я помню схему, эта шахта идет прямо над потолком второго этажа. Повернув направо во второе по счету ответвление, вы окажетесь рядом с выходом в директорский кабинет. За меня не беспокойтесь, я просто прикрою ваше отступление. 	- Да в чем де... Ой! - Семцова сама не заметила, как начала отползать в глубь шахты. Сейчас на сцене появились еще двое Чужих. Они сидели прямо напротив, на крышах водонапорной станции и каких-то мастерских. Эти звери, в отличие от Мистера Пиквика, были настроены отнюдь не доброжелательно - длинные хвосты подрагивают, пасти оскалены, шипят, будто змеи. Причем морды Чужих обращены не к Бишопу, машине, заключенной в корпус из биологических тканей, а прямо к госпоже консультанту. Они загоняют ее в здание. Если один из Чужих напряжется, то сумеет перепрыгнуть с крыши напротив прямо на административный корпус, нырнет в вентиляцию и... 	- Уходите быстро! - непреклонным голосом сказал Бишоп. - Да быстрее же! Я очень постараюсь их отвлечь. Если меня разорвут - потом подберете микросхемы и поместите их в новое тело. Считай, я почти бессмертен... 	Маша, волоча за собой тяжелую винтовку и рюкзачок с приборами, поползла по шахте вперед, стараясь не забыть объяснения андроида - второй коридор направо и вниз. 	Где-то за спиной яростно завизжали Чужие. Животные были чем-то очень раздражены. 	По Машиным расчетам, расстояние от вывода шахты наружу, под крышу, до места назначения составляло метров тридцать. Ход был прямым как стрела, с несколькими более узкими боковыми ответвлениями. Мысленно поставив себя на место Чужих, Семцова мельком подумала о том, что звери выбирают себе самые лучшие позиции для атаки. Человеку ползать в вентиляции не слишком удобно, а вот Чужому... Очень похоже на накатанное шоссе в туннеле. Цепляйся себе за гладкие металлические стенки присосками - и вперед, в бой. 	Весьма неприятно было видеть пулевые отверстия в стенках шахты - джихадовцы прошедшей ночью сообразили, где прячутся Чужие, и палили в потолок, надеясь задеть вентиляцию и животных. Судя по отсутствию следов кислотной внутренностной жидкости Чужих, хищники ничуть не пострадали. А вот Маша вполне может попасть под огоны жестяные стенки хода изрядно громыхают под коленями и локтями, ее могут услышать или засечь детектором движений и начать стрельбу. Поэтому Маша старалась передвигаться максимально тихо. 	Она была почти уверена, что Бишоп, оставшийся на улице, применит оружие, чтобы преградить животным путь в здание администрации, но гулкая шахта не доносила отзвуков выстрелов, только какой-то странный грохот. Задумываться о происхождении этих звуков не было времени. 	Первое ответвление осталось позади, Маша свернула во второе, проползла по нему еще метров десять и замерла, краем уха расслышав клацание оружия. Так и есть - ее засекли детектором движений. Еще минута, и террористы не выдержат. Совсем не хочется умереть от рук людей. 	"Как поступить? - быстро соображала Маша. - Дугал говорил, будто в здании наемники из разных стран, а их командир говорит на английском не хуже лондонского лорд-мэра. Ладно, попробуем... Вентиляция отлично проводит звуки". 	- Не стреляйте! - закричала она по-английски, не думая, что резкий звук может привлечь Чужих, наверняка шастающих где-нибудь поблизости. - Джентльмены, я человек с приземлившегося корабля! Надеюсь, вы говорите на английском языке? 	Первые несколько секунд стояла тишина, и Семцова подумала, что ее не услышали. Наконец, отражаясь от стен шахты, пришел звук человеческой речи: 	- Мы вас видим на детекторе движений. - Голос мужской, выговор правильный, без всякого акцента. - Идите вперед, мы вас встретим. Если имеете при себе оружие - сбросьте нам. "Отлично! - обрадовалась Маша. - По крайней мере не пристрелят. Точнее, не пристрелят прямо сейчас". 	Метра через три ход начал уводить вниз, под углом градусов в тридцать-сорок. Маша, следуя приказу, отправила по наклонной плоскости винтовку, которая сразу вывалилась в выбитое отверстие шахты, и съехала вниз сама. Не удержалась и едва не упала - ее вовремя подхватили у стены большой комнаты, куда выходило ответвление шахты. 	- Привет. - Она довольно невежливо оттолкнула удерживающего ее человека в коричнево-желтом "пустынном" камуфляже и огляделась. Шестеро вооруженных мужчин, дула винтовок пятерых направлены на незваного гостя. Последний, не очень высокий, полноватый дяденька с округлым лицом и черной бородкой, держит ладонь на кобуре пистолета. По его взгляду Маша поняла, что бородач здесь главный. - Господа, уберите ваши стрелялки. 	- Кхм, - кашлянул человек с пистолетом и почему-то пожал плечами. - Вы, собственно, кто? Отряд амазонок? 	. - Какой уж там отряд. - Маша никогда не думала о том, как следует разговаривать с террористами, и решила вести себя естественно. - Я одна, сэр. Если не ошибаюсь, я говорю с... э-э... начальником? 	- Не ошибаетесь, - вежливо ответил бородач и махнул рукой своим людям. Боевики опустили оружие. - Позвольте спросить, как вы это узнали? 	- По глазам, - ответила Семцова, рассматривая остальных. Двое наверняка арабы, прочие европейцы и один наемник, лицом смахивающий на китайца или корейца. Смотрят подозрительно. Кабинет с хорошей мебелью, наверняка когда-то принадлежал директору местного завода или администратору базы. - Давайте не будем тратить время. Вот, возьмите. 	Маша протянула низкорослому свой рюкзак, один из телохранителей тотчас подхватил его, отодрал "липучки", на которых удерживалась крышка, заглянул и молча передал начальнику. 	- Это радует, - без всяких эмоций сказал человек с бородой. - Если угодно, можете называть меня господином Ясуром. Имена моих соратников вам будут малоинтересны. Как обращаться к вам, мадемуазель? 	- Э-э... - Маше ужасно не хотелось раскрывать свое собственное имя, и она придумала аналог с при-плетением восточного орнамента.- Мирьям. 	- Вы мало похожи на Мирьям, - не меняя тона, сказал господин Ясур и, переложив рюкзак на стол, вынул небольшой контейнер в бежевом корпусе. - Недурно. Не понимаю одного - почему ваше начальство послало к нам именно женщину? Может быть, вы не знаете, кто мы? 	- Террористы, - брякнула Маша. - "Новый Джихад"? Мы опознали ваш корабль. 	- Мы не террористы,- наставительно заметил господин Ясур. - Мы преследуем совсем иные цели, которых вам, как жительнице Европы, не понять. Вы ведь европейка, я не ошибаюсь? Полька? Ах русская... Неважно. Оставим идеологические споры, сейчас они ни к месту. Мадемуазель, я жду объяснений. Вы знаете, кто я такой и какую организацию представляю. Но теряюсь в догадках - кто стоит за вами? Присаживайтесь. Мораддин, приготовь даме кофе. 	Маша была изумлена. Образ злобного террориста с гранатометом и в зеленой повязке, на которой белой краской намалеваны цитаты из Корана, померк. Господин Ясур не выглядел страшным людоедом, да и его ближайшие помощники тоже. К Маше как к женщине они отнеслись вполне безразлично, хотя были опасения, что фанатики-исмаилиты с представительницей прекрасного пола и разговаривать не станут. А тут - кофе предлагают, и один из соотечественников Ясура (Мораддин - имя, несомненно, арабское) даже принес чашку, не заставляя гостью лишний раз вставать с кресла. 	- Господа, - начала Маша, осторожно подбирая слова, - начну с того, что корабль, на котором я прилетела, и его экипаж не представляют никакие официальные власти. Безусловно, мы лично не одобряем методы ваших действий... 	- Если не одобряете, то что вам нужно? - Ясур вдруг остро и недобро глянул Маше в глаза. 	- Первое: спасти заложников. Второе: помочь вам выбраться отсюда. - Вдруг вспомнилась одна из дурацких идей Гильгофа, и Маша, сама того не желая, добавила: - За определенную плату, разумеется. И третье: закончить разработанный нами собственный проект, связанный с чужими существами, от которых вы все здесь прячетесь. 	Ясур пожевал губами, в упор уставившись на гостью, и наконец сказал: 	- Кое-что звучит правдоподобно. А кое-что - нет. Если вам нужны эти отродья, я имею в виду животных, и деньги, то почему вы так беспокоитесь о заложниках? Это довольно странно. 	- Вам-то какое дело? - чуть грубовато спросила Маша. - Неужели вы не понимаете, что ваша операция провалена? Вам предлагают помощь по низким расценкам. Активируйте комплекс связи и договаривайтесь с моим руководством. Во втором дворе находятся два наших броневика, вооруженные люди. Мы разработали детальный план эвакуации людей из здания. Думайте, пожалуйста, быстрее. До заката совсем недолго, а когда стемнеет... 	- Кто вам сказал, - вежливо улыбнулся господин Ясур, - что я приму вашу помощь? Клянусь именем моего отца, я сейчас могу приказать Мораддину или кому угодно из моих людей вывести вас в боковой коридор и пустить пулю в затылок. Представляемое мною сообщество борцов за веру, которое вы, европейцы, обидно называете сектой, всегда рассчитывало лишь на собственные силы и не прибегало к помощи посторонних, тем более иноверцев. 	- Вы хотите сказать, - Маша похолодела, но пыталась не подавать виду, - что, например, вот этот джентльмен (она ткнула пальцем в усевшегося на край стола светловолосого громилу явно скандинавского происхождения) - исмаилит? По-моему, это наемник. Как вы выразились, "посторонний" и "иноверец". Если вы действуете с помощью наемников, господин Ясур, спешу вас успокоить - мы тоже в своем роде наемники. И нас не интересует идеология. 	- Значит, деньги, да? - хмыкнул Ясур. - Посмотрим. На вашем корабле есть гравитационный привод? То есть я могу связаться с Землей? 	- Пожалуйста, - величественно кивнула Маша, словно делая Ясуру огромное, одолжение,- В любое время и с кем угодно. 	Семцова, заслышав подозрительный писк зуммера, не сразу поняла, что сработал один из детекторов движений, закрепленный на прикладе винтовки такого же невысокого, как и Ясур, Мораддина. Тот сразу что-то бросил по-арабски начальнику. Наемники мгновенно схватили оружие и направили его на выход из вентиляции. 	- Любопытно, - пробормотал Ясур, переводя взгляд с детектора на портативный определитель биомассы. - Уважаемая Мирьям, это не один из ваших соратников? 	Приборы отчетливо регистрировали движение, но почему-то передвигавшееся где-то неподалеку в шахтах воздуховодов существо не воспринималось ими как живое. 	Семцова вскочила с кресла и под удивленными взглядами террористов бросилась к отверстию: 	- Бишоп, это ты? 	- Разумеется, - донесся до нее металлический голос. - Один момент, пожалуйста. 	- Не стреляйте, - сказала Маша Ясуру. - Это наш биоробот. Он меня сопровождал, но ему пришлось отвлечься по дороге... Меня преследовали животные, а он попытался их нейтрализовать. 	- Биоробот? - поднял брови Ясур. - Дорогая игрушка... Он вооружен? Крикните ему, чтобы оставил оружие или передал нам. 	Когда подсумок с фанатами и пистолет свалились из вентиляционного хода на пол, в тени отверстия показалось лицо Бишопа. 	- Можно спуститься? 	- Извольте, - как обычно, безразлично-вежливо сказал Ясур, а Маша подбежала к мигом очутившемуся в комнате андроиду. 	- Ты как? Что там было? 	- Чужие передрались, - ответил он. - Мистер Пиквик победил своих сородичей и заставил отступить. Он сидит у входа в вентиляционною сеть. С вами все в порядке? 	Внимательно слушавший Ясур заметил: 	- Теперь я, кажется, понимаю. У вас есть собственные животные? Я имею в виду чужих существ? 	- Долгая история, - ответила Маша. - Господин Ясур, я снова спрашиваю - вы согласны с моим предложением? 	- Сядьте на место, мадемуазель. Мораддин, Олаф, следите за роботом. Я не верю, что эти создания безопасны. 	Предводитель джихадовской группы открыл коробку передатчика, повозился с антенной и проворчал: 	- Я этому мерзавцу Мак-Эвану лично глотку перережу, если он, правда, еще жив... Кстати, госпожа Мирьям, один из моих людей не у вас околачивается? Он вчера вечером украл антенну дальней связи. Потом заверил меня, что придумал план спасения от животных, вышел за пределы базы и не вернулся. Похоже, он убил Малика, своего сопровождающего, и сбежал. С таким везением, как у мистера Мак-Эвана, можно было миновать все засады Чужих и при виде нового корабля... 	Маша ничего не ответила. 	Через пять минут связь с оперативным центром "Цезаря" была установлена, Гильгоф, находившийся на корабле, подключил каналы транспортеров, и теперь можно было беспрепятственно общаться как с рейдером, так и с лейтенантом Казаковым. Однако Ясур требовал не этого. 	На мониторе комплекса, принесенного с собой Машей, возникло лицо Гилъгофа, господин Ясур уселся за стол, настроил малюсенькую видеокамеру и на безупречном английском сказал ученому, дожидавшемуся начала сеанса связи: 	- Это вы командир корабля? 	- Исполняющий обязанности, - ответил Гильгоф. По его лицу было видно, что доктор просто тащится от столь замечательного приключения - ведет переговоры не с кем-нибудь, а с самыми опасными и жестокими террористами современного мира. - Надеюсь, мои коллеги живы и здоровы? 	Ясур махнул рукой Маше, заставив ее подойти, продемонстрировал изображение абоненту и отослал Семцову обратно. 	- Переключите меня на систему "Портал", - потребовал бородач таким голосом, словно просил официанта принести ему новую порцию мороженого. - Установите на гравитационном приводе частоту FM-112. Когда ответят, я буду разговаривать. 	...Из корпуса "Цезаря" выползла антенна странной восьмиугольной формы, поднялась на полтора метра, и через пару минут вокруг нее сгустилось непроглядно-черное облачко - гравитационный привод "сворачивал" пространство в одной-единственной точке, практически совмещая свое местонахождение с приемником на Земле. Удивительное устройство, ничего не скажешь. Если бы человек мог проходить через раскрытые приводом "ворота", то за короткое мгновение весь экипаж "Цезаря" очутился бы на Земле. В тот день, когда ученые додумаются, каким образом перемещать через систему "Портал" живую материю, космическому кораблестроению навеки придет конец, люди забудут о долгих перелетах и криогенном сне, а любые точки Вселенной станут доступны человеку. 	Маша слышала, как Ясур говорил с кем-то по-арабски, но ничего не могла понять. Бишоп явно знал, в чем суть разговора, благо позволяла его лингвистическая программа - в память андроидов закладывались основы полутора десятков самых общеупотребительных языков Земли. 	- Я сожалею. - Господин Ясур внезапно оборвал связь и посмотрел на Машу. - Наши требования по освобождению шейха Фейруллаха не выполнены Гаагским судом и Европарламентом. Мы останемся здесь до конца. Мораддин, отведи даму в помещение, где находятся остальные заложники. 	- Что? - раскрыла рот Семцова. - Да поймите, ваши требования никогда не будут выполнены! Вы так хотите умереть? Закат меньше чем через час! Потом придут Чужие, которым наплевать на политику, и устроят здесь погром! 	- Мы остаемся, - непреклонно сказал Ясур. - Тайный имам исмаилитов учит, что отступление перед опасностью - один из величайших грехов. 	- Подождите-ка. - Маша повернулась и увидела, что заговорил доселе молчавший светловолосый человек очень высокого роста. Кажется, Ясур недавно назвал его Олафом. - Так дела не делаются, мистер. Мне платят за работу, а не за бесполезную смерть! 	- Сержант, мы остаемся, и это приказ, - спокойно ответил бородатый предводитель. - Займите свое место в цепи охраны комплекса. Вам платят, смею напомнить, именно за исполнение приказов. Если наши требования, представленные властям Европейского сообщества, не будут выполнены, погибнут все. И мы, и заложники. 	- Да пошел ты в жопу, - тихо и даже чуточку нежно сказал Олаф, поднимаясь. - Я буду выполнять разумные приказы. Сэр, я настоятельно прошу вас изменить свое решение. 	Наемник выглядел грозно - почти на три головы выше Ясура, руки выглядывают из-под закатанных выше локтя рукавов, будто покрытые светлыми волосками узловатые бревна, светло-голубые глаза превратились в два комочка льда. С таким человеком не особо поспоришь - по стенке размажет. Да и вооружен неплохо. Автоматическая винтовка, гранаты, несколько метательных ножей... 	Мораддин незаметно переместился поближе к Ясуру, а тот ответил: 	- Повторяю - это приказ. Исполняйте. В твоем, Олаф, контракте оговорена подобная ситуация. Мы будем держаться до конца. 	Олаф выругался под нос, зло махнул руками и, повернувшись спиной, двинулся к выходу. Еще два наемника отправились за ним. Машу колотило - ее поместят вместе с остальными заложниками, а когда ночью придут Чужие, шансов уцелеть остается слишком мало. Если только Бишоп не воспользуется своими способностями "разговаривать" с хищниками на языке серебристых Чужих и не защитит ее. Впрочем, Ясур может изолировать андроида... 	Семцова так и не поняла, каким образом стоявший метрах в трех от стола Бишоп за мгновение преодолел это расстояние, сгреб ее за ворот и уронил на пол, закрывая собой от выстрелов. Олаф, уже коснувшись кнопки замка двери, мгновенно развернулся, выхватил пистолет и всадил пулю прямо в лицо господину Ясуру. Исмаилита бросило назад, он повалился вместе с креслом, а двое других наемников короткими очередями срезали Мораддина. 	Когда Маша открыла глаза, она увидела, что над ней и Бишопом стоит громадный человек с белыми волосами и протягивает руку: 	- Вставайте, мисс. 	Семцова протянула ладонь, и наемник мгновенно поставил ее на ноги. 	- Ясур был полным идиотом,- пояснил он, кивая на лежащее в луже растекающейся крови тело исмаилита.- А я хочу выбраться отсюда. - 	- Спасибо, - выдавила Маша. 	- Меня зовут Олаф Берген,- представился наемник. - Сержант. Есть еще прозвище - Кнехт. Называйте как хотите, мисс. Вы на самом деле можете нас вытащить? 	- Кто теперь командует? - запинаясь, спросила Маша. 	- Наверное, я, мисс.- Олаф по прозвищу Кнехт усмехнулся. - Все ребята, нанятые "Джихадом", уже несколько лет ходят под моим командованием. Давайте снова поговорим с вашим руководством. 	Он кивнул на комплекс связи. 	- Называйте меня Марией. - Семцова протянула Олафу руку и тотчас поморщилась от слишком крепкого пожатия. - Хорошо, поговорим. Только учтите, сэр, - время уходит. 	- Я знаю.

	ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ. БЕЗУМНЫЕ СТАДА 	Ориентировочно - 16/17 февраля 2280 года, планета LV-17 Геон, звезда Растабан, созвездие Дракон
 	- Тяжелый день. 	- Это точно, господин лейтенант. 	Казаков снял почти невесомые наушники и аккуратно положил их на приборную панель вездехода. Доклад Маши, который он только что прослушал, казался невероятным. Госпожа консультант ухитрилась за короткое время учинить локальный государственный переворот, каким-то образом устранила руководителя террористической группы (по крайней мере, она сообщила, что теперь отрядом, находящимся в комплексе, командует мистер Берген) и добилась самого главного: основная операция начиналась через двадцать минут. 	Оставалось абсолютно неясным, кто такой "мистер Берген" и что человек со скандинавской фамилией делает в стане исмаилитов, но если помянутый мистер разбирается в военном деле и полностью одобрил план Казакова, то какая разница? Главное, чтобы теория без особых потерь воплотилась в практику. 	"Значит, Чужих у нас девятнадцать штук, - быстро подсчитал лейтенант, - плюс к ним дрессированная тварь, с которой управляется Бишоп... Многовато, конечно. Однако Чужие наверняка не сунутся на открытое пространство. Мы собираемся выводить людей по открытой дороге, следовательно, имеем определенное преимущество. Этот Берген со своими прикроет тыл, в смысле - административный корпус, а мы будем следить за главным проездом колонии. Только вот что делать с этим..." 	Казаков выглянул в узкий иллюминатор вездехода и критически осмотрел стоящий прямо на дороге водонапорный комплекс. В обычное время здание ничуть не мешало поселенцам - попасть с основной территории базы к корпусу дирекции и центру управления заводом можно было по широкому коридору со стеклянной крышей, проложенному аккурат между ним и каким-то техническим строением. Своего рода естественная баррикада, отделяющая высокое начальство от простых рабочих, с контролируемым проходом, позволяющим отсекать лишних посетителей. 	- Берген? - Лейтенант снова взял наушники и вызвал на связь людей из осажденного здания администрации. - Слышите меня? 	- Да, сэр, - мигом отрапортовал наемник. - Мы готовимся. Что, есть изменения? 	- Я сейчас проведу небольшую предварительную акцию, - сказал Казаков. - Если у вас на окна опущены бронещиты, никакого ущерба не будет. Но теоретически... Может произойти возгорание. Противопожарная система в комплексе работает? 	- Конечно, сэр, - ответил Берген. - Она была частично повреждена вчера ночью, но основные трубы разбрызгивателей уцелели, а питание датчиков дымо-уловителей автономно. Мы проверяли, сэр. 	- Тогда держитесь за что-нибудь. - Лейтенант посмотрел на Ратникова, и тот, поняв, что нужно делать, кивнул. - Сейчас грохнет. 	- Понял. 	Это, конечно, была не лучшая идея и чреватая непредсказуемыми осложнениями, но вести всех заложников по коридору между зданиями было бы куда опаснее. Узкое пространство плохо простреливается, особенно если там находятся люди. Рикошет, осколки стекла, поврежденные конструкции... Если во время эвакуации там появятся Чужие, паники и давки не избежать. Дополнительные жертвы. 	В борту транспортера откинулся автоматический люк, и из углубления выползла ракетная установка с четырьмя снарядами. Заряд самый обычный - пластиковая взрывчатка. Если действовать аккуратно, насосную станцию попросту снесет, откроется широкий проезд, по которому сможет двигаться транспортер... Да и не только транспортер! Завод большой, следовательно, где-то в близлежащих ангарах должны находиться крупные транспортные средства. Грузовики, например. Зачем вести людей пешком, если можно погрузить их в машину и за два-три рейса вывезти к посадочной площадке? 	Ратников покосился на лейтенанта, ожидая приказа. 	- Один заряд в основание комплекса, - сказал Казаков, видя, что бортовой компьютер показывает - ракеты полностью готовы, остается только навести их и нажать пресловутую красную кнопку. - Второй под крышу. Двойная ударная волна расчистит пространство. 	- По-моему, - неожиданно послышался до отвращения знакомый голос. Казаков и не понял сразу, кто это. Гильгоф? Да нет, он пока смирно сидит на корабле. Ох ты, е-мое! Он и сюда пробрался! - По-моему, вы действуете ошибочно. 	- Тебя не спросили. - Лейтенант мрачно посмотрел на фантома. Правда, мозг корабля значительно уменьшил Цезаря, и на приборной консоли стоял карлик высотой от силы в две ладони. Однако надменное выражение на роже ничуть не изменилось. 	- Вы создадите завал и тем самым еще более осложните проведение акции, - сообщил Цезарь. - Не сердитесь, это не мой совет. В данный момент за вами ведется постоянное наблюдение с Земли через систему "Портал". Хозяин советует быть осторожнее... 	- Какого хрена он лезет со своими советами? - вышел из себя Казаков и, повернувшись лицом к видеокамере размером с зажигалку, процедил: - Слушай, мужик, не лезь под руку. Большое спасибо, конечно, за корабль и оружие, но все-таки ты нас в своем роде нанял, потому что не можешь сам явиться сюда разбираться с Чужими и всем этим бардаком. Целую, до связи. 	- Вас поняли, - ответил через секунду Цезарь. - Принесены извинения. 	- Скажи ему, - буркнул Казаков и указал глазами сержанту на терминал управления ракетами. Ратников мгновенно навел снаряды.- Так вот, скажи ему... Цезарь, ты меня слышишь? Здесь не компьютерная игра, а мы вовсе не ее персонажи, подчиняющиеся игроку. Нехрен дергать за ниточки. Сержант, давай. 	Две узкие, выкрашенные в темно-красный цвет ракеты сорвались со станка одна за другой, моментально миновали разделяющее транспортер и водонапорную станцию двадцатиметровое расстояние, пробили тонкую обшивку здания и, разумеется, взорвались. Корпус словно лопнул изнутри - вначале сверкнули две одновременных бело-розовых вспышки, затем крыша комплекса поднялась в воздух и была отброшена далеко в сторону, еще в полете разламываясь на множество черных обломков. Взрыв разбил стены в мелкое крошево, разлетевшееся вокруг в облаке пыли и дымного оранжевого огня. Над снесенным зданием поднялся огромный белый клуб пара, из разрушенных емкостей с пресной водой выплеснулась сизо-голубая волна, накрыв вездеход Казакова и растекшись дальше по центральной улице поселения. В небо ударил тугой фонтан, устроив невиданный на Геоне дождь. По корпусу машины защелкали осколки. 	Когда все успокоилось, лейтенант огляделся. Водонапорного комплекса как не бывало, равно и половины соседнего здания. Россыпь обломков на земле. Проехать, впрочем, можно - они лежат не одной грудой. На улице воды едва не по колено, но она постепенно убывает, заливаясь в подвальные помещения окружающих зданий. Самое главное, что стал прекрасно виден корпус администрации, действительно ничуть не пострадавший, - только кучи дымящегося пластика и покореженных металлоконструкций у стен. 	- Можно будет расчистить,- сказал Ратников, вглядываясь.- Видишь, они подперли центральный вход в дом бульдозером? Если машина заведется, мы ее отгоним и заодно... Кстати, Сергей, в водокачке сидели две твари. Больше не сидят. 	Он ткнул пальцем в экран детектора движений. 	- Осталось семнадцать, - согласился Казаков. - С приятелем Бишопа - восемнадцать. Противник несет ощутимые потери. 	- Вот еще один. - Сержант показал на синюю точку, замигавшую почти в самом центре экрана индикатора. - Сидит прямо перед нами, скотина. На крыше здания напротив. 	Казаков убрал защиту с окон транспортера, взял бинокль и пригляделся. Знакомый силуэт - Мистер Пиквик хоронился от взрыва за бордюром, окружавшим крышу административного корпуса. Как ни удивительно, но в округе было тихо. Чужие делали вид, будто их здесь и вовсе нету. 	"Что они могут замышлять? - недоумевал лейтенант, обеспокоенно посматривая на детекторы и определители живой биомассы.- Почему животные затихарились? Солнце еще не зашло? Да они могут действовать в любое время суток, просто ночь для Чужих предпочтительнее. Или рассчитывают провести массированную атаку? Хотя, скорее всего, они поняли, что воевать с нами бесполезно". 	- Берген! - Казаков снова позвал командира наемников. Ответ пришел через пять секунд: 	- Сэр? 	- Начинаем расчистку центрального входа Будьте готовы. Кстати, кому пришла в голову дурацкая идея поставить бульдозер у дверей?- Не помню, сэр. Мы решили, что это будет дополнительной защитой от тварей. 	- Хорошо, ждите. Как только уберем чертов трактор, начинаем.	Маша решила, что сегодня больше не стоит ничему удивляться. Она умудрилась покататься на настоящем Чужом-хищнике, твердо уяснила для себя, что черные зверюги - разумные существа, Бишоп - гений, а террористы вовсе не такие кровожадные людоеды, какими их принято изображать в средствах массовой информации. Правда, Маша ошибалась в одном: вояки, с которыми ей пришлось организовывать эвакуацию людей из Айрон-Рока, хоть и подпадали под уголовную статью, красочно повествующую о терроризме, захвате чужой собственности и заложников, но на самом деле не проповедовали экстремистской идеологии "Нового Джихада", а просто выполняли свою (пускай и неприглядную) работу. 	Сержант Олаф Берген - в далеком прошлом датчанин, а теперь "гражданин мира" - Маше в чем-то понравился. Человек точно знал, чего он хочет от жизни, умел по-своему, но эффективно разбираться в сложных ситуациях и прежде всего был исключительно практичен. 	- Мисс, понимаю, что условия ставить глупо, - сказал Олаф после первого разговора с Казаковым, - но я должен. 	Семцова театрально подняла бровь. Ей понравилось исполнять роль "Железной леди", за которую, видимо, ее приняли террористы. Даже эти громилы были изумлены тем, что женщина в одиночку (андроида за боевую единицу они не принимали) пробралась в корпус, ничуть не испугавшись Чужих. Приблизительный ход мыслей наемников можно было себе представить: "Если у этих подозрительных коммерсантов из Восточной Европы женщины такие, то каковы же мужики?" Олаф, вероятно исходя из этой посылки, общался с лейтенантом Казаковым очень уважительно. 	- Условия? - удивленно переспросила Маша. 	- Первое: вы не станете требовать с нас денег, - заявил мистер Берген. - У нас их просто нет. Джихадовцы дали аванс, но я не думаю, что вам его хватит, Посудите сами, мисс, - вы владеете навороченным кораблем, конструкцию которого Ясур даже не сумел опознать, биороботом... Такие Бишопы стоят безумных денег. У вас лучшая аппаратура, какую я только видел. Что я могу заключить? Наши деньги для вас - мизер. Плюнуть и растереть. Или вы из принципа? 	- Бог с ними, с деньгами, - отмахнулась Маша. - Не нужны. Еще условия? 	- Вы дадите нам уйти раньше, чем явятся официальные власти и военные Европейского сообщества. Как мы будем удирать - это дело только наше. Главное - не препятствуйте. Но если мы попадемся, обещаю, что мои ребята будут твердить: "Кто такие - не знаем, общались мало, имена неизвестны, улетели неизвестно куда". Согласны? 	- Поговорите с господином лейтенантом... 	Олаф поговорил. Как ни странно, Казаков ответил согласием. В конце концов, он не полицейский и у него сейчас конкретное задание, отвлекаться от которого не следует. 	Итак, наемник объяснил Маше, что в данный момент в здании находятся семьдесят пять местных, то есть заложников, и шестнадцать боевиков - господин Ясур и его первый заместитель Мораддин уже не в счет. Единственно, число наемников в ближайшие минуты сократится еше на два человека. 	- Почему? - не поняла Семцова, но Берген только поднял палец, прислушиваясь. Почти сразу невдалеке хлопнули несколько винтовочных выстрелов. Маша едва сдержала испуг. 	- Мисс, - серьезно сказал Олаф, - это были люди господина Ясура. Они могли быть опасны. Возможная опасность должна быть устранена. 	- Методы у вас...- поморщилась Маша, но белобрысый сержант только пожал плечами: 	- У вас другие? Если вы со своей командой занимаетесь такими опасными авантюрами, то должны знать основные законы нашего жанра. Ладно, оставим. Этих двоих джентльменов сейчас будет судить их Аллах, и не думаю, что его вердикт будет положительным. Это же не настоящие мусульмане, сектанты. Вот посмотрите на мистера Во. - Олаф указал на одного из своих людей, того самого, с восточной внешностью. - Мистер Во из Индонезии. Он у нас упертый мусульманин, и я, как последователь лютеранской церкви, не вижу в этом ничего плохого. Мистер Финнеган, - Олаф представил второго своего "коллегу по бизнесу", - родом из Ирландии, он католик. И мы никогда не ругаемся. 	- Потому что я сразу даю в рыло первому, кто скажет плохое о римском престоле и святейшем Папе, - с улыбкой заметил огненно-рыжий Финнеган. - Не обращайте внимания, мисс. Мы все слегка чокнутые, но не переходим разумных границ, как джихадовцы. Мы не фанатики. 	- А кто? - наклонила голову Маша. 	- Уборшики, - преспокойно ответил ирландец: +-Ведь кто-то должен выполнять такую работу? 	- Все, хватит разговоров, - громко сказал Олаф, но, обращаясь к Маше, почему-то добавил: - Мистер Во закончил с отличием университет в Дели по специализации "современная философия". Финнеган до службы в армии, после которой подался к нам, был механиком. 	- А вы? - поразилась Семцова. 	- А я, - невозмутимо ответил Олаф, - был профессиональным писателем. Детективы, боевики - стрельба, беготня и мафия на каждом шагу. Один раз даже премию Агаты Кристи получил. Лет пятнадцать назад. Но завязал, слишком мало платили. 	Наемники заржали, Маша поперхнулась. Ну и компания! Философ, механик и писатель? Кто же остальные? Ветеринары или преподаватели музыки? Вот до чего доводит романтика большой дороги... Или это все-таки шутка? 	- Хорошо, мисс. - Олаф встал, набросил на плечо винтовку и повлек Семцову к выходу. - Сейчас вы поговорите с заложниками, они вам больше поверят. Вы женщина, и они раньше вас не видели. Объясните все. Обеспечение порядка во время эвакуации я возьму на себя. У нас осталось не больше часа. Эй, андроид, пойдешь с нами. 	Бишоп молча подчинился. Ему эти люди очень не нравились. 	Они вышли из директорского кабинета, двинулись по коридору в сторону лестницы, ведущей на первый этаж - в большой холл, где были собраны уцелевшие обитатели Айрон-Рока. 	Спустя минуту в отверстии вентиляции опустевшей комнаты показалась жуткая черная рожа Мистера Пиквика. Чужой изучил обстановку, бесшумно спустился вниз и слегка закусил тем, что осталось от господина Ясура. Потом зверь снова поднялся в вентиляцию и медленно отправился вслед за Бишопом. 	- ...Ну и ну. - Маша стояла на верхней площадке лестницы, ведущей в большое прямоугольное помещение. - Мистер Берген, разве можно так обращаться с людьми? 	- Обстоятельства заставили, мисс. - На лице Олафа не было ни сожаления, ни огорчения. - Это тоже часть работы, но одна из самых малоприятных. 	Семь с лишним десятков насмерть перепуганных людей с бледно-зелеными лицами и затравленными глазами сидели на полу в громадном холле. Больше двух третей - мужчины, остальные женщины и даже несколько детей. Кое-где на стенах виднелись размазанные брызги крови, а в дальнем углу лежали укрытые брезентом трупы - Олаф объяснил, что после бойни, устроенной Чужими прошлой ночью, свалить всех погибших в не столь уж и большой подвал было невозможно. Места не хватает. 	Запах стоял соответствующий. Хорошо, что вдоль стен были расставлены синие пластиковые контейнеры, явно принесенные со склада, - там хранилась вода в пакетах, и захваченное население Айрон-Рока не испытывало недостатка в жидкости на такой жаре. Кондиционеры ведь перестали действовать, когда отключилось электричество. 	- Говорите что хотите, - шепнул на ухо Семцовой Олаф. - Только не вызовите панику. Иначе нам придется стрелять, уж не обижайтесь, мисс. 	Маша, переспросив: "Значит, что хочу?" - и получив утвердительный кивок, немного подумала, вышла вперед и, схватившись ладонями за перила ограждения лестницы, громко сказала: 	- Господа, прошу внимания. - Несколько десятков глаз уставились на нее, однако Семцова старалась не смотреть на отдельных людей, а постоянно переводила взгляд. Неприятно видеть представителей своей цивилизации в качестве скота, подготовленного на убой. Внизу никто не произнес ни слова, даже не начал перешептываться. - Господа, я представляю Европейское сообщество и Организацию Объединенных Наций. В данный момент наш корабль находится на аэродроме 	- Айрон-Рока. Мы провели переговоры с террористической группой и полностью выполнили условия и требования этих джентльменов. Через несколько минут начнется эвакуация из здания в район посадочной полосы. Господа, со мной прибыли военные, которые возьмут под охрану дорогу до аэродрома, поэтому бояться чужих существ, о которых все вы знаете, не следует. - Леди, - раздался голос снизу. Маша так и не рассмотрела, кто говорит.- Спасибо, но существа очень опасны. Вчера после заката они убили несколько десятков человек прямо здесь, хотя сопровождающие вас люди были вооружены и отстреливались. У нас есть раненые... 	- Это бывший директор базы, - опять же шепотом сообщил Берген. - Не помню, как его зовут. Ох, простите, ваш босс меня вызывает - Запищала рация, и Олаф ответил: 	- Да?.. Конечно. Я все понял. 	Затем он громко выкрикнул, так, чтобы слышали все: 	- Не беспокойтесь, сейчас за стенами нашего корпуса произойдет взрыв! Военные будут сносить здание, загораживающее прямой проход к выходу из колонии. Еще раз повторяю: без всякой паники! Закройте головы руками! 	Сильный толчок едва не сбил Машу с ног, но ее одновременно подхватили Олаф и андроид. С потолка холла посыпались осколки лопнувших осветительных ламп, здание содрогнулось и заскрипело, затем послышался непонятный шум. Плеск воды? 	- Что за чертовщина? - рявкнул Олаф. Шум быстро нарастал. - Эй вы, слышите? Всем быстро встать на ноги! Шевелитесь! 	Для пущей убедительности он несколько раз выстрелил в потолок. Команда оказалась вполне своевременной, потому что через щели в дверях, низкорасположенных окнах и отверстия коммуникаций начала проникать вода, заливая пол. 	- Все в порядке! Все в порядке! - орал Берген с лестницы. - Просто снесли водонапорную станцию! Уровень воды сейчас снизится! 	Заложники стояли молча. Тишина сохранялась еще с минуту, нарушаемая лишь дыханием людей да журчанием воды. 	Маша вздрогнула от неожиданных выстрелов, раздавшихся из коридора, вход в который располагался в дальнем конце зала. Палили увлеченно, длинными очередями. На ее рукаве ожил детектор движений, настроенный на определение чужих существ. Не меньше пяти зверюг, не дожидаясь захода солнца, атаковали со стороны механических мастерских. Еще четыре сигнала поступали от заваленного запасного выхода и вентиляции. 	Маша с тихим ужасом представила, что произойдет, если Чужие вломятся в корпус и очутятся посреди людской толпы. Сами животные причинят невероятный ущерб, а наемники начнут стрелять, увеличивая число погибших. 	- Берген! - Она повернулась к Олафу. - У вас есть мины? Гранаты? Как угодно, но нужно сделать пролом в стене. 	- Начнется давка, - быстро ответил сержант. - И вообще, о чем вы говорите? Куча осколков, ударная волна... Будем обороняться, пока не подойдут ваши. 	Он ударил пальцем по кнопке рации и выкрикнул в микрофон: 	- Джентльмены! Эй, снаружи! Поторопитесь, у нас неприятности! Чужие существа! 	Толпа внизу пришла в какое-то непонятное, но явно паническое движение, зароптала, послышались испуганные выкрики. Стрельба продолжалась, постоянно усиливаясь. Державшие оборону здания наемники столкнулись с Чужими лицом к лицу. 	Из шипящего динамика донесся голос Казакова: 	- Еще минуту! Мы готовы снести двери корпуса. Проводите эвакуацию осторожно! 	- Идиот! - рыкнул Берген и сплюнул. - Какая, к чертям, осторожность? Тут через миг начнется давка, как в Вавилоне! 	Далее начали происходить странные вещи. 	Олаф, которому наемники подчинялись беспрекословно, приказал своим людям любым способом отгонять Чужих или хотя бы не давать животным возможность прорваться в холл первого этажа. Но когда снаружи донеслось смутное механическое рычание (ни Маша, ни Берген поначалу не поняли, в чем дело. Бишоп предположил, что, вероятнее всего, слышны двигатели каких-то крупных машин), Чужие внезапно прекратили атаку и скрылись в глубине здания. Судя по показаниям детекторов, зверюги перемещались куда-то в сторону и покидали административный корпус. Зачем? 	- Сэр. - К Олафу подбежал один из его наемников, в его речи Маше померещился знакомый акцент. Значит, в бесшабашную команду Бергена входят и соотечественники-русские. - Сэр, звери отступили. Мы ранили двоих. 	- Так. - Олаф оглянулся и снова прислушался. Он категорически не понимал, что именно задумали "коммерсанты" из России. Рев двигателей нарастал, и это явно не мог быть военный транспортер - последние всегда двигаются тихо. - Возьми Финнегана, мистера Герберта и Жука. Встаньте рядом с выходом. Когда снесут дверь, следите за толпой. Чтобы порядок был у меня! 	- Сделаем, - кивнул наемник и ушел. 	- Господа, осторожнее, - зашипела рация знакомым Маше голосом сержанта Ратникова. - Мы включаем дезинтегратор. Уберите людей от входа на несколько метров. 	- Понял, - ответил Берген и, изобразив на лице удивление, посмотрел на Семцову: - Мисс, а что это за хреновина такая - дезинтегратор? 	- Сейчас увидите, - преспокойно ответила Маша, а Олаф крикнул вниз: 	- Всем подвинуться! Финнеган, мать твою, я зачем тебя там поставил? Пошевели своей ирландской задницей и отгони заложников от центрального входа! 	В холле стало еще теснее, люди жались к стенам, уверенные, что дверь будут взрывать и не избежать дождя осколков. Олаф, Семцова и Бишоп быстро сбежали вниз по лестнице, протолкались, распихивая притихших заложников, к дверям - двум широким, раздвижным металлическим плитам высотой в полтора человеческих роста - и встали у стен. 	- Взрыв? - тихо спросил Берген у Семцовой, но она только покачала головой. И тут же у предводителя наемников отвалившаяся челюсть едва не стукнулась об пол. Поврежденные двери, запертые толстыми четырехугольными засовами, на глазах начали растворяться в воздухе. Мгновенно в полутемное и душное помещение залетел теплый, но все-таки свежий и разгонявший вонь ветерок и заползли багровые лучи заходящего солнца. 	- Чудеса, - проворчал Олаф Берген. - Мисс, я все больше начинаю уважать вашу контору. Хотя мне кажется, что вы не профессиональные наемники. 	- Это почему? - Семцова осторожно выглянула в образовавшийся проем. 	- Ваш транспортер, - ответил Берген, указывая на машину с "Юлия Цезаря", стоявшую совсем неподалеку. - У моей команды неплохие каналы, по которым гуляет закрытая для прочих информация. Подобные вездеходы штучно производятся на одном секретном заводе в Колумбии. Теоретически завод принадлежит правительству, а практически - мафии и героиновым картелям. Хотя, повторяю, мне нет дела, на кого вы работаете. 	"Забавно, - отрешенно подумала госпожа консультант. - Южноамериканская мафия-то здесь при чем? Или наш невероятно засекреченный хозяин имеет некое отношение к картелям? Вот еше одна ниточка, ведущая к нему..." 	- Всем стоять! Стоять, кому сказано! - орали наемники, сдерживая толпу, уже готовую ринуться к открывшемуся выходу. Прозвучали несколько выстрелов в воздух. Подействовало - заложники попятились. 	Маша, озираясь и рассчитывая увидеть на близлежащих крышах скопища Чужих, выбежала за порог административного здания и в сопровождении неизменного Бишопа направилась к транспортеру. В окружающем пейзаже произошли существенные изменения: водонапорная станция отсутствовала как таковая, под ногами хлюпала вода, сверху сыпались капли от бьющего невдалеке фонтана - взрыв повредил водопроводную сеть, ведущую от опреснительной станции на озере к Айрон-Року. Повсюду масса бесформенных обломков, воняет жженным пластиком. Рядом со зданием администрации громоздятся два тяжелых грузовика с огромными кузовами - на таких махинах перевозили руду из карьера к обогатительному заводу. 	Казаков выскочил навстречу Маше из вездехода. 	- Фу! Вы все-таки живы! Мария Викторовна, вы авантюристка! Марш в броневик, и чтобы я вас больше не видел! 	- Человек - тварь неблагодарная, - отбила удар лейтенанта Семцова. - По-моему, я вполне удовлетворительно выполнила свою работу. А вы что натворили?.. 	Маша красноречиво обвела рукой окружавший транспортер погром и недовольно вытерла рукавом капли воды с лица. 	- Идите, - отмахнулся Казаков. - Хотя нет, подождите. Бишоп, возьми в машине смарт, встань возле левого угла комплекса и следи за обстановкой. Эккарт со своими отслеживает Чужих на центральной улице. 	Маша зашагала вслед за лейтенантом, мельком отметив, что его сержант и двое рядовых расставлены по периметру площадки перед административным зданием, а третий находится в башне пулемета вездехода. 	- Зачем грузовики? - спросила она. 	- Чем тащить заложников пешком, проще отвезти. Сколько там народу? Шестьдесят пять человек? Нормально, перевезем. Кузова вместят по три десятка. 	Берген шагнул вперед и вежливо кивнул Казакову: 	- Сэр, это вы проводите операцию? 	- А вы - Олаф? - скорее утвердительно, нежели вопросительно сказал лейтенант. - Времени мало, поэтому начинайте выводить людей. Что за стрельба была недавно? 	- Животные, сэр. Но сейчас они ушли. Детекторы показывают, что они прячутся в боковых зданиях. 	- Непонятно... Хорошо, выделите двоих своих людей, пусть сядут за руль грузовиков. Остальные разместятся вдоль бортов, прикрывать заложников, если Чужие решатся на нас напасть во время транспортировки. 	- Да, сэр, - ничуть не обижаясь на командный тон Казакова, ответил Берген и, быстро зайдя через пролом в холл нижнего этажа здания, скомандовал: - Мистер Во, Герберт, к машинам. Двигатели завести, но с места до моей команды не трогаться. Отозвать всех из дальних коридоров. Финнеган, дубина, следи, чтобы не было давки. Джентльмены, приказы господина лейтенанта, - Олаф ткнул пальцем в Казакова, - выполнять как мои. Приступайте. 	За двадцать минут почти совсем стемнело. Свет давали лишь яркие фары броневиков и двух самосвалов, а люди лейтенанта периодически зажигали осветительные шашки. Это время потратили на вывод людей Айрон-Рока из здания - классический приказ всех спасательных операций "женщины и дети идут первыми" был выполнен, двое наемников по указанию своего сержанта помогали бывшим заложникам забраться через высокие борта в кузов и взяли под охрану машины. 	Берген подошел к Казакову: 	- Сэр, мы почти закончили. Удивляюсь, что пока все так гладко идет. 	- Вам что-нибудь нужно? - спросил лейтенант. 	- Я прошу подтвердить ваши слова, сэр, - спокойно сказал Берген. - Когда мы окажемся на аэродроме, я со своей командой улечу на "Шейхе", в смысле на "Олимпике"... без всяких препятствий с вашей стороны. 	- Повторяю, я не полицейский, - невозмутимо ответил Казаков, наблюдая, как последних заложников сажают в машины. - Катитесь. Между прочим, с нашего корабля сообщают, что в пространство, окружающее Геон, вошли два военных корабля Европейского сообщества. Минут через тридцать-сорок они приземлятся. 	- Черт.- Олаф нахмурился и, повернувшись к своим, выкрикнул: - Быстро! Все по местам! Казакова сзади за плечо тронула Маша: 	- Сергей, проблема. Нельзя оставлять живых Чужих. Европейцы теоретически смогут их забрать с собой. 	- Я помню приказ, - сквозь зубы ответил Казаков. - Пожалуй, до прилета военных мы сможем уничтожить базу. Не могу же я сейчас посылать людей в здания охотиться на тварей? Потери представляете? Наступает ночь, стемнело... Что-нибудь при думаем, но потом. 	...Никто из людей не заметил, как Чужой, казавшийся в сумерках неясной черной тенью, перевалил через ограждение колонии и двинулся к "Цезарю". Зверь.быстро миновал летное поле, забрался, как и раньше, в гнездо шасси и притих. Мистер Пиквик чувствовал, что вскоре произойдет нечто очень нехорошее, но боялся подойти к созданию, говорившему с ним на языке Высших. Андроида окружали люди, а у них было оружие. Единственного человека, которому Пиквик хоть немного доверял, а именно Дугала, зверь не нашел. 	"Гладко, все слишком гладко, верно сказал Олаф, - с беспокойством думал Казаков, забираясь в вездеход. Обер-лейтенант Эккарт, Бишоп и компьютерный техник из числа наемников минуту назад доложили ему, что детекторы и определители массы реагируют на Чужих, собравшихся в две группы справа и слева от центрального проезда. Но к счастью, наружу не выходят, предпочитая оставаться в опустевших зданиях. - Или зверюги уяснили, что нападать на нас бессмысленно, или... У них есть свой собственный план. Все равно надо ехать. Военные прибудут через несколько десятков минут... За это время нужно успеть полностью зачистить территорию от Чужих и смыться самим. Не резон светить нашу команду перед армией Европейского сообщества. А если мы позволим сбежать наемникам Олафа, то в глазах закона будем выглядеть соучастниками". 	- Бишоп. - Казаков обернулся и нашел взглядом стоящего в тени, но чуткого и внимательного андроида. - Езжай на первом грузовике. Ты будешь там полезнее. 	Бишоп молча прошел к первой машине, ловко вскарабкался на крышу кабины и подготовил смарт - ему очень не нравилась царившая вокруг тишина. Как затишье перед бурей. 	Вездеход Эккарта, стоящий у въезда в Айрон-Рок, должен был пропустить броневик Казакова, затем грузовики и замкнуть цепочку. Таким образом, заложников охраняли две боевые машины, способные открыть огонь по любому противнику. Люди Бергена заняли свои места на бортах кузовов. Маша сидела в транспортере рядом с местом водителя и настороженно поглядывала в иллюминаторы - не мелькнет ли где знакомая тень Чужого. Приборы, регистрирующие движения живых организмов, утверждали, что Чужие пока не пытаются покинуть закрытые корпуса базы. 	- Берген? - позвал Казаков, поднося микрофон ко рту. - Три-четыре, поехали! Только очень осмотрительно. 	- Постараемся, - коротко ответил Олаф и оборвал связь. Тотчас с новой силой взревели двигатели грузовиков, и машины, переваливаясь на обломках снесенного взрывом здания, одна за другой тронулись вперед. Предстояло преодолеть около двухсот метров по территории базы, миновать ворота, а за ними - около полукилометра открытого пространства до посадочной площадки. 	Машины двигались медленно, установленные на кабинах дополнительные фары и небольшие прожектора были повернуты вбок, освещая дома справа и слева. Со стороны пустыни дул ставший вечером прохладным ветер. Казаков уже почти убедил себя, что ничего страшного не произойдет. Однако, зная привычки Чужих, нельзя было быть уверенным ни в чем. 	- Движение в корпусе справа. - Ратников следил за детектором. - Группа животных перемещается с первого этажа на второй. То же самое слева. Идут всей стаей. 	- На второй? - забеспокоилась Маша. 	- Там на всех окнах щиты, - ответил Казаков и слегка увеличил скорость транспортера. - Прежде чем они сумеют их выломать, мы проскочим. Хотя... Черт возьми! Они вылезут на крышу! 	Лейтенант схватил рацию и вызвал Бергена: 	- Олаф! Жмите на газ! Быстрее! Смотрите нав... Ой, блин!	 Маша аж взвиз-гнула, когда на корпус вездехода обрушился мощный удар, ничуть, однако, не повредивший броневику. 	- Что такое? - выкрикнула она, понимая: Чужие, выбравшись на крыши корпусов, начали прыгать сверху. Они не собирались позволять людям беспрепятственно покинуть территорию базы. 	Семнадцать черных хищников - это много или мало? Наверное, слишком много. Пускай ты вооружен по последнему слову техники, под твоим командованием два десятка головорезов, способных в одиночку справиться с целым взводом, но невозможно противостоять массированной и жесткой атаке умных, хитрющих и крайне озлобленных тварей... 	Чужие рвались вперед, чтобы убивать. Им не требовались носители эмбрионов или пища. Звери, как вывезенные со Сциллы, так и родившиеся уже здесь, на Геоне, мстили людям за то, что двуногие с присущей им наглостью вторглись не просто на чужую территорию, но в чужое сознание, за то, что пытались сделать из них, Чужих, примитивных рабов, выполняющих команды. Рабский бунт всегда страшен. 	Ныне сидящий в тепле и уюте "Цезаря" доктор Гильгоф справедливо говорил о невероятно развитом общественном разуме Чужих и о неотвратимом наказании людям за бессмысленные эксперименты над тем, что невозможно понять. Атаковавшим колонну с заложниками животным было все равно, кто именно ставил опыты над ними и их сородичами. Прежде всего это делал Человек. И сейчас Чужие уничтожали человека как символ чужого, непонятного и враждебного для них мира. 	Твари разделились на три отряда. Первый, состоящий из трех особей, должен был сдерживать вездеход Казакова и не давать людям возможности выйти из машины, а заодно устранять опасность от пулемета - свалившийся на крышу транспорта Чужой мгновенно плюнул кислотой на толстые дула орудия, приведя их в полную негодность, и попытался добраться до сидящего в пулеметном гнезде рядового Семенова, но тот успел опустить на стекло иллюминатора толстую бронированную створку. Вездеход остановился, А видеокамеры наружного слежения показывали жуткую картину. 	Вторая группа Чужих - восемь или десять громадных сильных зверюг - спрыгнула с крыш зданий прямо в кузова грузовиков, начав бойню среди заложников и прежде всего уничтожая людей с оружием. Бишопа, как существо "неживое", один из Чужих просто сбросил на землю, отобрав у него смарт и сломав когтями оружие, а затем, решив, что андроид нейтрализован, начал ломиться в дверь кабины, где сидели Олаф и двое его наемников. Стекло в окне лопнуло с первого же удара, узкоглазый индонезиец мистер Во попытался выстрелить из-пистолета в морду Чужому, но пуля лишь задела его череп. Мгновением позже в глаз человека вонзился острейший наконечник хвоста зверя. Олаф выскочил через другую дверь, открыл пальбу и, упав, откатился к стене здания. 	- Стреляйте! Стреляйте же! - надрывался Берген, непонятно к кому обращаясь. Его, конечно, не услышали. 	Эккарт и его подчиненные находились в некотором отдалении, а посему сумели сразу уничтожить третью группу Чужих, направившихся в сторону их вездехода. Затем по приказу обер-лейтенанта специалисты "штучной работы" из антитеррористического подразделения выбрались из броневика и стали прицельно отстреливать Чужих. Продолжалось это недолго: звери мгновенно засекли, откуда стреляют, и, оставив двоих сородичей продолжать расправу, всей стаей рванулись к броневику. Эккарт и один из рядовых едва успели скрыться за толстой дверью машины. Остальные погибли - налетевшая орда смела людей, полностью устранив опасность для себя. Но все же еще трое Чужих были убиты. 	Ситуация безвыходная, это Казаков понял, как только началась атака. Стрелять в Чужих из смартов невозможно, как, впрочем, невозможно и выбраться из машины - едва откроется задняя дверь, караулящий снаружи Чужой сразу полезет внутрь, поливая все вокруг кислотой из пасти. Пулемет не работает. Применить ракетную установку? Каюк и Чужим, и заложникам. 	В первые секунды разъяренные звери, прыгнувшие прямо в людскую гущу, убили около двадцати человек - работали когтями, мощными хвостами, клыками, кислотными струями. Семцова, которая слышала доносимые микрофонами видеокамер звуки снаружи, зажала уши руками - слитный вопль многих десятков людей разрывал слух. Колонисты Айрон-Рока посыпались из кузовов машин, пытаясь убежать, но Чужие настигали бегущих и сразу уничтожали, бросались к следующему человеку, один взмах лапой - и конец... 	У Бергена уцелело лишь пятеро наемников, которые сейчас, сгруппировавшись, заняли оборону, пытаясь ураганным огнем отогнать наседавших на них чудовищ и не подпустить Чужих близко, - иначе не избежать поражения кислотой. Финнеган оказался снайпером и бил шныряющих между домов Чужих одиночными выстрелами, но все равно урон пока был несущественным - из семнадцати хищников уничтожены только пять штук, а остальные слегка ранены. 	- Нужно прорваться любой ценой, - рявкнул Казаков. - Маша, сидите здесь! Мы попытаемся выйти... Ну что еще теперь? 	Возник фантом - он снова был маленьким и стоял на приборной панели. 	- Никуда не выходите, - безапелляционно скомандовал Цезарь. - Сейчас я попытаюсь хотя бы на несколько минут устранить опасность. 	- Как?! - Лейтенант сбросил предохранитель винтовки и уже протянул руку к кнопке, открывающей задний люк транспортера. 	- Через десять секунд я начинаю транслировать с корабля мощный инфразвуковой сигнал, который пойдет через установленные на транспортере усилители, - ответил Цезарь. - Думаю, это оглушит или временно парализует чужих существ. Начинаю обратный отсчет. Пять, четыре... 	Над передними колесами вездехода открылись небольшие люки, откуда выскочили две трансляционные антенны. Чужой, стоявший прямо перед машиной, вдруг попятился... покачнулся и грузно рухнул на бетонную плиту дороги. 	- Сигнал почти в сотню раз сильнее того, который способны воспринимать органы животного, - невозмутимо сообщил Цезарь. - Скажите спасибо доктору Гильгофу, это он придумал, как напугать или обездвижить Чужих. Сейчас быстро эвакуируйте уцелевших. Я жду вас на аэродроме, все шлюзы открыты. Предупреждаю - военные корабли "Людовик Святой" и "Глазго" вошли в воздушное пространство Геона и приземлятся через несколько минут. 	Тишина снаружи нарушалась только плачем нескольких женщин и стонами раненых. Где-то неподалеку вполголоса матерился Олаф. Все до одного Чужие были парализованы - их чувствительные органы слуха не вынесли удара, нанесенного "Цезарем". Животные валялись на покрытии дороги, свешивались с кузовов грузовых машин... 	- Ратников, возьми двоих и быстро прикончи всех зверей. - Казаков выскочил из вездехода и, подавая пример, пустил короткую очередь в череп свалившегося неподалеку Чужого. - Эй, Олаф, ты жив? 	- Жив, сэр. - Из полутьмы показалась широкоплечая фигура наемника. Берген сжимал правой ладонью рассеченное когтем бедро. - Надо сматываться, сэр. 	- Пускай твои ребята быстро засунут оставшихся заложников и раненых в первую машину,- сказал лейтенант, посматривая на Ратникова, который ходил между простертыми на бетоне телами Чужих и с почтительного расстояния расстреливал их, опасаясь брызг кислоты. - Сейчас здесь будет европейская армия. Бишоп, ты где? Ты живой? 	Казаков обошел грузовики, стараясь не обращать внимания на множество окровавленных трупов, лежащих возле колес, и наконец обнаружил андроида, придавленного черной тушей Чужого. 	- Как гадко, - поморщился Бишоп. - Сергей, мы совершили серьезную ошибку, но теперь уже ничего не исправить. Надо было дождаться военных... Помогите мне выбраться. К счастью, кислотой не задело, но мне никак не вытащить ноги. 	Казаков, поднатужившись и схватившись обеими руками за свободную от кислотных капель заднюю лапу Чужого, стащил тело чудища с андроида. Бишоп поднялся на ноги. 	- Кажется, никакие внутренние системы у меня не повреждены, - пробормотал синтетик. - Но я очень сильно ударился грудной клеткой и головой, падая с грузовика... Впрочем, ерунда. Давайте я помогу грузить пострадавших. 	Ратников выполнил приказ в точности - каждому Чужому, даже уже мертвому, досталась очередь по черепу. Сержант специально бил в лицевую часть, чтобы разрушить челюсти существа, без которых оно не сможет выжить даже в случае, если выстрелы не заденут основные нервные узлы. 	С грехом пополам уцелевших обитателей Айрон-Рока запихнули в кузов первого грузовика, оставив трупы на улице. Пунктуальный андроид посчитал, что из шестидесяти пяти заложников после нападения Чужих в живых остался только тридцать один человек. Если бы вовремя не был нанесен удар инфразвуковыми волнами, никто не уцелел бы. Из трех десятков жителей колонии было не меньше шестнадцати серьезно раненных, остальные насмерть перепугались, впав в состояние, граничащее с каталепсией. 	Эккарт, как и предполагалось изначально, замкнул колонну на своем вездеходе, машинально продолжая осматривать местность через прибор ночного видения, но нигде не замечалось и единого движения. Через несколько минут машины остановились на взлетной полосе Айрон-Рока. Маша, первой выскочившая из броневика, сразу уставилась на покрывшееся звездами синевато-зеленое небо. В вышине посверкивали красными и зелеными бортовыми огнями два крупных корабля, подходящих к Айрон-Року со стороны заката. 	- Сэр, - Берген, прихрамывая, подбежал к Казакову. Его штанина была разрезана ножом, а на ране красовался широкий голубой пластырь, - мы улетаем. Очень не хочется встречаться с европейцами и объяснять, кто мы да что здесь делаем. 	- Валяйте, - согласился лейтенант. - Мы сделаем то же самое. Заложников оставим на посадочной площадке, им помогут и эвакуируют отсюда. Удачи, Олаф. Только, пожалуйста, никогда больше не нанимайся к "Новому Джихаду". 	- Не буду, сэр. Я потерял три четверти своих людей на этой проклятой планете. Прощайте, сэр. Вам тоже удачи. 	Берген, созвав своих, исчез в шлюзе потрепанного "Шейха" - бывшего "Олимпика". Завыли двигатели вертикального взлета, старинный корабль тяжеловесно поднялся в воздух, быстро уходя на восток, в сторону от приближающихся военных рейдеров. Казаков заметил, как от одного европейского корабля, двигающегося в атмосфере, отделились две тени - вероятно, истребители, ринувшиеся вдогонку за корытом Олафа Бергена, Впрочем, пускай Олаф по прозвищу Кнехт сам теперь разбирается с трудностями. Не маленький. 	Казаков и Маша быстро вышли вперед, к группе заложников, с трудом вылезших из кузова и теперь стоявших рядом с грузовиком. К ним повернулись абсолютно отрешенные лица, покрытые слоем крови и пыли. 	- Господа, - сказал Казаков на английском, - сейчас здесь будут военные корабли Евросоюза. Мы улетаем. Мне жаль, что все так получилось, но самое главное, что вы остались живы. До свидания. 	Оба вездехода, один ведомый сержантом Ратнико-вым, второй - обер-лейтенантом Эккартом, взобрались на подъемные платформы "Цезаря", шлюзы закрылись. Компьютер корабля уже давным-давно прогрел двигатели и ожидал только команды стартовать с Геона. 	Первым делом лейтенант побежал из грузового отсека в кабину - необходимо было срочно взлететь. Он не испытывал ни малейшего желания сталкиваться с представителями официальной власти, а корабли европейцев уже подошли к Айрон-Року на расстояние десяти километров. Еще пара минут - и они зависнут над бетонной полосой. 	- Фарелл! - Казаков стрелой взлетел по винтовой лестнице кабины. - Отправляемся, быстро! Здравствуйте, Вениамин Борисович, давно не виделись. Ду-гал, если скажешь хоть слово, я тебя пристрелю на месте. Где врачи, у себя? Пусть посмотрят господина Эккарта, кажется, ему на руку попала кислота... Ник, мы летим или нет?. 	- Летим, - ответил пилот и потянул штурвал на себя. 	- Господин лейтенант, счастлив вновь видеть вас на борту. - Голографический фантом императора Древнего Рима материализовался прямо перед Казаковым. - Вы позволите отправить Айрон-Року прощальный подарок? Четыре вакуумных ракеты. Мне не хотелось бы узнать, что случайно выжившее животное осталось на базе и попало в руки властей. 	- Пали! - ответил Казаков. - Только осторожно, всего в четырехстах метрах от базы - живые люди. Сделай так, чтобы они не пострадали. 	- Без всякого сомнения,- утвердительно сказал компьютер корабля. - Мы уже поднялись на порядочную высоту, ракеты запущены. 	От серебристого борта "Цезаря" к опустевшему Айрон-Року устремились четыре узких и длинных силуэта, оставляя в теплом воздухе Геона почти незаметный дымный след. Цезарь не обманул - взрыв боеголовок был рассчитанным, и осколки строений базы улетели в сторону гор, ничуть не повредив оставшимся на аэродроме бывшим заложникам. 	- У нас на хвосте истребители,- выкрикнул Фа-релл. - Кстати, господин лейтенант, корабль террористов ушел от преследования. Они пересекли световой барьер, почти не разгоняясь! Движки у них стоят те еще!.. 	- Господа, ни о чем не беспокойтесь, - ввернул Цезарь свою излюбленную фразу.- Истребители, стартовавшие с бортов военных рейдеров, не смогут причинить мне никакого вреда. Мы в верхних слоях атмосферы Геона. Скорости света корабль достигнет через двенадцать минут. Удачного полета! 	В кабину пробрался Бишоп, выглядевший почему-то очень расстроенным. 	- Жалко, - сказал он, ни к кому не обращаясь, - мне просто его жалко. 	- Кого? - не поняла Маша. 	- Мистера Пиквика. По-моему, из этих созданий он был первым и единственным, решившимся на контакт с человеком. Жаль, что мы его убили. 	- Я... Я не знаю, как сказать, господа.- Цезарь, блистая своей пурпурной мантией, развел руками. - Животное, которое вы называете Мистером Пиквиком, в данный момент у нас на борту... 	- Что-о? - взвился Казаков. - Где? 	- Не беспокойтесь, он изолирован. Стойка правого шасси. Если судить по показаниям биосканера, животное приняло позу, соответствующую спячке. Я решил не выгонять его. 	- Он решил! - воскликнул Казаков.- Куда мы его денем? На Землю зверь попадет только через мой труп! 	- Здорово, - восхитился Дугал, но говорил тихо, видимо опасался лейтенанта, который не раз угрожал расправиться с говорливым напросившимся пассажиром. 	- Чужого нужно выкинуть за борт, - сказала Маша. 	- Что-нибудь придумаем, - сверкнул очками Гильгоф. 	- Я не позволю его тронуть,- тихо, но непреклонно заявил андроид. - В конце концов, высадим на какой-нибудь необитаемой планете. 	- Вы все идиоты,- вздохнул лейтенант,- А я вам потворствую по доброте душевной. Цезарь, куда летим, на Землю? 	- Ничего подобного, господа,- ответил компьютер. - Первая остановка, безусловно, в Солнечной системе. Основная марсианская база ООН Центрополис. Видимо, там мы и расстанемся. Готовьте криогенные капсулы, до Солнечной системы лететь двадцать восемь суток. 	- Ну спасибо. - Казаков едва не сплюнул. - И какая гадость ждет нас на Марсе? 	- Увидите.

	ЭПИЛОГ. ЧТО ПОЛУЧАЕТ ПОБЕДИТЕЛЬ? 	20 марта 2280 года, Россия, Санкт-Петербург, Штаб-квартира имперской безопасности
 	- Мария Викторовна, я прекрасно понимаю ваши чувства, но поверьте, мы полностью контролировали ситуацию. При возникновении по-настоящему безвыходного положения немедленно запускался механизм дублирования. После уничтожения "Триглава" на Сцилле мы уже готовили вашу эвакуацию, однако... Вмешалась другая сила. 	- Вы, ваше высокопревосходительство, нас просто подставили! 	- Именно. Но если выражаться изящнее, никто никого не подставлял - вашей команде предоставили полную свободу действий,.которую вы и использовали по мере своего разумения. У меня нет никаких претензий к господину лейтенанту, работал он грамотно, а вот доктор Гильгоф... 	- А что доктор Гильгоф? - возмутился "господин ученый", который, как недавно выяснилось, не столько ученый, сколько талантливый любитель. Профессия у Вени Гильгофа, равно как и имя, оказались совершенно другими. - Я стараюсь, играю перед ними "сумасшедшего ученого", ни за что ни про что получаю в рыло от бесподобного лейтенанта Казакова, изобретаю безумные теории, которые почему-то подтверждаются практикой... Что в итоге? Я же и виноват! 	- Помолчите. Маша, налейте себе еще чаю. Сергей Владимирович, а вы-то чем недовольны? Кушайте пирожные, они очень свежие. 	Четверо самых разных по облику, статусу и социальному положению людей восседали за круглым столиком в комнате отдыха при личном кабинете адмирала Николая Андреевича Бибирева, попивали чай и беседовали. Нельзя сказать, что разговор проходил на повышенных тонах, - Казаков в основном помалкивал, доктор Гильгоф вставлял едкие замечания, и только Мария Семцова, абсолютно не привыкшая к странным правилам игр, ведущихся закрытыми ведомствами, потихоньку возмущалась. Адмирал вежливо выслушивал, кивал, а затем пытался ясно и доходчиво объяснить консультантке по вопросам чужой жизни свою позицию. Основную суть его речений можно было выразить просто: "К сожалению, поступить по-другому мы не могли". 	"Автономное плавание" команды Казакова завершилось всего несколько дней назад при самых странных обстоятельствах. Малый рейдер с названием "Юлий Цезарь" вынырнул из гиперпространства у границ Солнечной системы, миновал автоматические станции, составлявшие внешний круг обороны, был пропущен патрульными крейсерами к обитаемому Марсу и в режиме автопилота совершил посадку на красную планету. 	Центрополис - громадное поселение и фактическая столица - Марса представлял собой полностью закрытый стеклопластиковыми куполами и закопавшийся под землю город с населением почти в шестьдесят тысяч человек. Для условий Внеземелья подобная колония считалась исключительно крупной - колонизацию Марса начади еще лет сто пятьдесят назад, планета была богата полезными ископаемыми, а потому люди устроились здесь всерьез и надолго. Бесчисленные заводы, опасные производства, строительство которых запрещалось на Земле по экологическим требованиям, лаборатории, исследовательские центры... Имелась в наличии даже обширная археологическая база - не столь давно на Марсе обнаружились следы пребывания неизвестных гума-ноидов, покинувших планету около двадцати тысяч лет назад. 	Но корабль миновал Центрополис, увещевая своих пассажиров, что он ни в коем случае не приземлится в городе хотя бы потому, что на борту находится Чужой. На вопрос Казакова, куда именно сейчас направляется корабль, Цезарь ответил: 	- Это не существенно. Комплекс частных построек. Больше вам ничего знать не нужно. 	И действительно, меньше чем через два часа полета в атмосфере на радаре обозначился контур небольшого поселка с двумя причалами для космических кораблей небольших размеров. "Цезарь", по-прежнему не доверяя управление собою людям, завис над комплексом, осторожно опустился на поверхность. Тотчас над рейдером поднялся электромагнитный защитный экран, затем полупрозрачный купол, отделявший корабль от атмосферы, и... 	- Господа, прошу извинить. - Дугал, которого никто не звал, заявился в кабину. - Не могли бы вы меня выпустить? 	- Куда? - не понял Казаков. - Сиди! Мы неизвестно где находимся, что нас здесь встретит... 	- Мистер Мак-Эван, - вдруг сказал фантом, присутствовавший в кабине наравне с людьми, - я опустил трап с правого борта. Владелец этого поселка также просит выйти с господином Мак-Эваном Бишопа и помочь в транспортировке животного в вольер. Остальных прошу оставаться на месте. 	- Куда транспортировать? В какой вольер? - забеспокоился Гильгоф, вскакивая с диванчика помещения для отдыха пилотов. - Мак-Эван, в чем дело? Вы что-то знаете? 	- Вам дадут объяснения, - с самым невинным видом улыбнулся Дугал. - Позже. И не я. До свидания, всем спасибо, особенно вам, господин лейтенант, - выручили как раз в тот момент, когда я уже не рассчитывал на помощь. Хотите совет на будущее? Не торопитесь принимать все сказанное первым встречным за правду. Хотя... Я на самом деле когда-то давно работал на "Майкрософт" и даже служил в британской армии. Думаю, еще увидимся. Бишоп, пойдем. 	Андроид бросил непонимающий взгляд на Казакова, лейтенант лишь пожал плечами - иди, мол, если надо. Вид у команды был озадаченный. 	- Госпожа Семцова может понаблюдать, если ей это интересно, - сообщил Цезарь. - Хозяин позволил. Мария Викторовна, попутно заберите дискеты со своими исследованиями из научного отсека и несколько капсул с живыми клетками существа для своих исследований. Для хозяина я сделал копии всех файлов. 	Маша переглянулась с остальными и, решившись, отправилась вслед за Мак-Эваном и Бишопом. Гильгоф попытался было двинуться за ней, но Цезарь остановил его резким для компьютера окликом. 	Семцова спустилась по ступенькам трапа на металлический пол ангара, в котором находился корабль, и присвистнула. Хорошо устроился владелец базы! Несколько транспортеров, погрузчики, лампы, моделирующие натуральный солнечный свет... Возле шасси стоит транспортер с большим вместительным контейнером, рядом с ним два андроида знакомой серии - "Бишопы". При них человек. 	- Мисс, пройдите, пожалуйста, к компьютерному терминалу в дальнем конце зала. - Невысокий человек лет тридцати вытянул руку, показав Маше на закуток, отделенный от основного помещения матовыми пластиковыми стеклами. - С вами хотят поговорить. 	Семцова без лишних слов зашагала в указанном направлении, отбросила полиэтиленовую занавеску. Внутри обнаружился столик, на котором лежал ноутбук в синем корпусе, и кресло. На мониторе портативного компьютера уже чернели слова: 	"В прошлый раз я пожелал вам доброй охоты. Удачно поохотились?" 	Маша, опустившись в удобное передвижное кресло, подвинула ноутбук к себе и набрала: 	"Кто вы все-таки такой?" 	"Может быть, вам об этом расскажет адмирал. Неужели у вас не найдется для меня хотя бы одного слова благодарности ? Или вам не понравились Цезарь и оперативность, с которой я работаю?" 	"Ваш Цезарь - жуткий зануда". 	Маша обернулась на шум, отодвинула рукой занавесь кабинки и увидела, как Бишоп и Мак-Эван осторожно препровождают только что проснувшегося, а потому несколько заторможенного Чужого в контейнер. Зверь вел себя вполне адекватно, ни на кого не бросаясь. Приказы Мистер Пиквик по-прежнему выполнял. 	"Играете с огнем, - отстучала Семцова по клавишам.- Кто мне вкручивал, что ему не требуется живая особь? Понимаете, что я немедленно доложу об этом на Земле, примчатся бомбардировщики и сравняют этот поселок с землей?" 	"Ничего подобного, - появился ответ Удава Каа. - Господин адмирал не захочет со мной ссориться. Мы, по неписаному соглашению, стараемся не причинять друг другу излишних неприятностей. Сотрудничество всегда выгоднее, чем конфронтация. А животное с сопровождающим сегодня же отправится очень далеко отсюда. В совсем другую звездную систему. Я представляю, что значит слово "безопасность". 	"Сопровождающим? Значит, Мак-Эван - ваш человек? Вы с самого начала пристроили его на S-801?" 	"Это стоило больших трудов... Неважно. Во-первых, большое спасибо за то, что вы выполнили наш договор и добыли для меня все интересующие материалы. Помните, как вы за время перелета от Сциллы до Геона почти четверо суток трудились над биологическими образцами? Цезарь переслал мне часть результатов. Это потрясающе. Кстати, вы действительно мечтаете по-, лучить Нобелевскую премию? Могу похлопотать. Только напишите в течение года соответствующее исследование". 	"По-моему, это коррупция, - усмехаясь, набрала Маша. - А почему ваш транспортер, предоставленный вместе с Цезарем, построен на заводе, принадлежащем колумбийским картелям?" 	"Купил по случаю. И не говорите мне про коррупцию. Все будет более чем легально, я не собираюсь подкупать Нобелевский комитет. Не все в этом мире зависит от денег. Вы проделали колоссальную работу, и она должна быть достойно вознаграждена. Кстати, о вознаграждении. Деньги, которые я вам обещал, переведены на ваш личный счет в Центральный банк России. Чековую книжку получите у управляющего Санкт-Петербургским филиалом". 	"Ответьте на последний вопрос. - Пальцы снова пробежались по клавиатуре. - Для чего вам Чужой?" 	"Узнаете через некоторое время. Не беспокойтесь, я не сумасшедший и это великолепное создание не интересует меня в качестве биологического оружия. Просто я хочу быть первым. Первым, кто добьется настоящего контакта с чужой цивилизацией. После вас, конечно. Привет очаровательному лейтенанту Казакову. И еще: не слишком доверяйте доктору Гильгофу. Он тоже профессионал... в своем деле. Прощайте. Когда будет нужно, я найду вас". 	Монитор погас. Маша крутанулась в кресле, будто на вертящейся карусели. Ответ на главный вопрос она так и не получила. Кто такой Удав Каа? Откуда взялась эта "третья сила"? 	Заурчал электрический двигатель транспортера, на котором стоял темный контейнер, машина скрылась в шлюзе, ведущем куда-то в глубину марсианского поселка. Дугал Мак-Эван, запрыгнувший в кабину рядом с водителем, даже не попрощался. У трапа "Цезаря" остались только Бишоп и двое его сородичей-андроидов. 	- Мария Викторовна, - позвал Бишоп. - Отправляемся. "Цезарь" доставит нас на Землю за несколько часов. 	...Исчез в черной дали вакуума красноватый Марс, за иллюминаторами рейдера горели невероятно крупные звезды и вился толстый хвост Млечного Пути. Земля появилась спустя четыре часа: ради преодоления небольшого расстояния между красной и голубой планетами не стоило входить в гиперпространство, но "Цезарь" выжал из своих двигателей почти полную скорость света - людям хотелось побыстрее вернуться на свою планету. Каким-то невероятным образом компьютер корабля обманул станции слежения, висящие на стационарных орбитах вокруг Земли, отвел глаза системе противовоздушной обороны Российской Империи, беспрепятственно войдя в атмосферу почти над центром страны, и наконец приземлился. 	- Степь да степь кругом, - констатировал Казаков, выглядывая в обзорное окно кабины через плечо Фарелла. - Цезарь, мы где сейчас? 	- В ста пятидесяти километрах к западу - Оренбург. Хозяин известил ваше руководство. Приблизительно через полчаса за вами прибудут сотрудники господина Бибирева. За это время прошу разгрузиться и вывезти наружу транспортер, оставшийся от вашего предыдущего корабля. Мне чужого не нужно. 	- Первый раз встречаю компьютер с таким раздутым самомнением, - фыркнул Гильгоф. - Ладно, выгружаемся. Маша, вы забрали обещанные дискеты? Очень хорошо. Потом дадите мне скопировать. 	"Почему Каа сказал, что Гильгофу лучше не доверять? - мельком подумала Семцова. - Странно". 	Через двадцать минут черный вездеход, по оснащению и защите не шедший ни в какое сравнение с броневиком из ангаров "Цезаря", стоял на покрытой тающим снегом степной земле. Казаков вышел из корабля последним, но оглянулся и крикнул в пустой шлюз: 	- Ну, бывай, император! А сколько ты, кстати, стоишь? 	- Двенадцать миллиардов рублей. - Фантом появился в некотором отдалении, не желая выходить на солнечный свет, где краски его костюма выглядели бы куда более блекло. - До свидания, господин лейтенант. С вами было очень приятно сотрудничать. 	"Цезарь", взревывая двигателями и поднимая за собой водяную пыль от растопленного соплами грязного снега, рванулся в небо и спустя несколько секунд исчез, растворившись в голубом небе. Вертолеты с символами госбезопасности на бортах уже подходили к месту посадки. 	Всех участников операции "Рюген" в тот же день доставили в Петербург военно-транспортным самолетом. Машу под охраной отправили домой, а Казакова и остальных прямо из аэропорта увезли в Министерство обороны. Через день за Марией Викторовной приехала адмиральская машина. Семцова, предупрежденная звонком секретаря Николая Бибирева, принципиально не стала надевать приличное платье, а облачилась в потертый спортивный костюм из детского желания хоть как-то насолить. Встретивший ее адмирал и бровью не повел. 	Зато Казаков выглядел на удивление чистенько - видать, отмылся, отдохнул и... На погонах у него было уже не две звездочки, а четыре. Всего за сутки просквозил из лейтенантов аж в капитаны. Однако... 	Но более всего Машу поразил уже сидевший рядом с новоиспеченным капитаном растяпа Гильгоф. Больше не было никаких дурацких очков, длинных волос, увязанных сзади в хвостик, и драного комбинезона. Вениамин Борисович был чисто выбрит, имел на себе форму полковника сухопутных войск и разноцветную орденскую планку на левой стороне кителя цвета морской волны. 	- Ой, Маша, ну зачем делать такое лицо? - Движения, впрочем, не изменились. Больше напоминает куклу-марионетку. - Ну и что? Ну полковник. Вы, когда закончили университет и военную кафедру, тоже получили звание. У меня похожая история. 	- Он сотрудник специального отдела биологической безопасности Министерства обороны и имперского ГБ, - усмехаясь, заметил великолепный седой адмирал, усаживаясь и забрасывая ногу на ногу. От его начищенных коричневых туфель едва только солнечные зайчики по стенкам не прыгали. - Грубо говоря, шпион от биологии. Вы разочарованы, Маша? 	Семцова, наоборот, расхохоталась, ничуть не стесняясь Бибирева, и, давясь от смеха, обратилась к Казакову: 	- Сергей, это невероятно! Вы дали по морде полковнику! Помните, тогда, на Сцилле? 	- Я уже извинился, - хмуро сказал капитан. 	- Мрак, - продолжала смеяться Маша. - Веня, но как вы вошли в образ! Цитаты из Торы, вечно болтаетесь под ногами, суете нос во все щели... Гы-ы!.. 	- При всем при том, - недовольно заметил Би-бирев, - доктор Швар... Э-э... Гильгоф упустил этого мерзавца Мак-Эвана. Маша, не обращайте внимания, продолжайте называть Вениамина Борисовича так, как привыкли. Его настоящее имя, - Бибирев нахмурил брови, театрально делая зловещее лицо, и прошептал, как театральный злодей: государственная тайна. Тс-с! 	На этот раз рассмеялись все, но адмирал неожиданно резко прервал общее веселье: 	- Теперь к делу. Отчет господина лейтенанта, простите, уже капитана, я просмотрел. Наворотили дел, ничего не скажешь. Мария Викторовна, буду ждать от вас собственных впечатлений в эпистолярном жанре. Напишете докладную записку на мое имя со всеми подробностями. Между прочим, вам, госпожа Семцова, я не предлагаю никакого материального вознаграждения хотя бы потому, что несколько дней назад вы стали одной из самых обеспеченных невест страны. Нет? Так зайдите в Госбанк и посмотрите на состояние вашего личного счета. Конечно, если желаете орден или еще что-нибудь наподобие - скажите. Андрея Первозванного дать не смогу, но Георгия третьей степени - пожалуйста. Но вам это нужно? Я могу наградить вас гораздо более щедро. 	- Как? - не поняла Маша. 	- Отвечу на ваши вопросы, - скривил угол рта в улыбке Бибирев. - Почти на все. 	- Кто такой... ну, человек, который предоставил нам корабль? 	- Сила, стоящая вне государства, но не враждующая с ним. Если называть вещи своими именами, этот господин - преступник. Ему за шестьдесят лет, наш соотечественник, богаче Уильяма Гейтса Восьмого раз в восемь. Мафиози высочайшего полета. Бывший руководитель сети торговцев оружием и наркотиками, охватившей все континенты мира. Колоссальные связи - большинство коррумпированных правителей разных стран попали к нему в зависимость. Одни только проценты с его вкладов в независимые банки Швейцарии и Бельгии в полтора раза превышают годовой бюджет моей Конторы. Понимаете? На старости лет он решил стать патриотом и отойти от дел. Он очень интересуется наукой, поддерживает самые невероятные авантюры не ради прибыли, а ради удовлетворения собственных амбиций, меценатствует... Кстати, одна из целей проведенной вами операции состояла в том, чтобы заставить его хоть ненадолго всплыть на поверхность. Мы вынужденно работаем вместе с ним, но по закону обязаны его поймать. Хотя не особо стремимся к последнему. Это очень полезный человек, однако если он станет нашим врагом - грозят серьезные неприятности. Пока он более чем лоялен к имперским властям. Учтите, что лет десять назад именно он продавал ядерное оружие "Новому Джихаду". Теперь, правда, раскаивается. 	- А "Джихад"? - жадно спросила Маша. - Как террористы узнали о базе S-801? 	- Они люди простые, без зауми. Помните Кеннета? Американского полковника, которого загрыз Чужой? Кеннет продал этот секрет джихадовцам. А когда понял, что террористы его устранят, как лишнего свидетеля, скрылся. Американцы, узнав, что база сдана с потрохами самым опасным из ныне существующих террористов, забеспокоились, отправили своих представителей в Тегеран для разговора с руководством Исламского Союза, поддерживающего "Джихад". Посланников ликвидировали. Смысла в этом было мало, но арабы очень любят дешевые театральные эффекты. Смотрите, господа из Вашингтона, мы вас ничуть не боимся. Достаточно сбросить на столицу США две-три споры чужого существа и... Хорошая была страна Америка. 	- Вот еще что, - нахмурилась Семцова. - Вы, ваше высокопревосходительство, обещали выяснить, кто и, главное, зачем пытался меня убить? Тогда, вечером. Я ехала в аэропорт. 	- Вот этого, - после долгой паузы проговорил адмирал, - я пока не знаю. Если рассуждать логически, ваша смерть никому бы не принесла выгоды. Кроме, пожалуй, серьезных врагов нашего общего знакомого, которого вы называете Удавом Каа. У столпов мафиозного мира всегда имеются опасные противники. Видимо, действовал один из них. Этот неизвестный засек ваш разговор через Интернет с Удавом - кстати, вы очень метко его окрестили - и с невероятной оперативностью организовал покушение. Есть некоторые нити, мы их прорабатываем, но... Узнаете позже. 	- Хорошо, - протянула Маша, отхлебывая чай. - Значит, подобные инциденты могут случиться и впоследствии... Последний и самый важный вопрос: почему вы нас бросили и не оказывали никакой поддержки? 	- Поддержку оказывал Удав Каа, - спокойно ответил Бибирев. - И мы тоже. Только мы были незаметны. Простите за то, что патрульные военные корабли демонстративно выставили вас из системы Проксимы Центавра и операторы дальней связи сделали вид, что "Триглава" вообще не существует. Кое-кого следовало убедить: никаких операций прикрытия нет, вы независимы и автономны. Полная свобода деятельности. Вы выполнили приказ и с минимальными потерями вернулись обратно. Все. 	Маша подумала и все-таки решилась спросить еще раз: 	- А результаты? Я не говорю о науке, я говорю о политике. Что-нибудь полезное мы сделали? 	- Разумеется, Мария Викторовна. Через несколько дней наше правительство представит в ООН неопровержимые доказательства причастности президента США Рассела Фарадея к незаконным исследованиям в области ксенобиологии и использовании биологического оружия на мирном объекте - пресловутая операция "Рейн". Россию поддержат сами пострадавшие - мы согласовали действия с рейхсканцлером Германской империи и руководством Британии и Франции, которым принадлежал Айрон-Рок. В перспективе - импичмент президента США, скандал на весь мир и полное запрещение деятельности "Уэйленд-Ютани". 	- Неужели это была только политическая акция? - ошарашенно сказала Семцова. 	- Увы. Большая политика - дело невероятно грязное. 	Тут Бибирев улыбнулся, но не как обычно, а по-доброму, и заметил: 	- Маша, да поймите, с вашей помощью мы обогатили науку бесценными данными, спасли несколько десятков людей из Айрон-Рока, изрядно щелкнули по носу "Новый Джихад", отвратили угрозу, исходящую от самих Чужих как неконтролируемого биологического оружия. Поверьте, Мария Викторовна, эта история пока не закончена. Чужие все еще рядом - вспомните, что вашему Удаву достался живой экземпляр. Вы не завершили исследования. А что принесет будущее - неизвестно. Надеюсь, я смогу положиться на вас, как на ценного сотрудника... 	- Я - сотрудник государственной безопасности? - медленно произнесла Маша, пробуя эти слова на вкус. 	- Внештатный, - шепнул Бибирев. 	- Посмотрим, ваше высокопревосходительство. В одном вы правы бесконечно - история с Чужими отнюдь не кончилась....
 	КОНЕЦ
 	Санкт-Петербург, осень-зима 1998 года

URL: https://lib.co.ua/action/martmihail/bezdomnyymrakI.jsp