Купить
 
 
Жанр: Электронное издание

Армяне. История и этнокультурные традиции.

ЭТНОКУЛЬТУРНЫЕ ТРАДИЦИИ


Хозяйственные занятия
Традиционный образ жизни, веками сохранявшийся армянским народом,
сложился на основе комплексного земледельческо-скотоводческого
хозяйства, в условиях вертикальной зональности и умеренно континентального
климата. В долинах и низменностях преобладало земледелие, в первую
очередь хлебопашество, а в высокогорной зоне - скотоводство. Возделывали
главным образом пшеницу, полбу, ячмень, коноплю. Обнаруженные
археологами на Армянском нагорье различные виды зерен дикой пшеницы,
ячменя и полбы дают основание полагать, что здесь находился один из первон
ачальных очагов их культивирования. Со временем в Армении было выведено
множество сортов культурной пшеницы и ячменя. Лучшие сорта
пшеницы, например ванская тир, издревле славились далеко за пределами
страны.
Основные черты земледельческой культуры Армении, которую тщательно
проанализировал В.А.Бдоян', сформировались в далекие времена, о чем
свидетельствуют приведенные им многочисленные источники. Еще в доур
артийский период здесь были созданы некоторые пахотные орудия, которые
в Урарту были лишь усовершенствованы. С тех времен ведут начало
террасное земледелие и техника устройства ирригационных каналов.
В рабовладельческую эпоху пахотное земледелие стало преобладающим, и
в армянской земледельческой культуре сложилась определенная система
сельскохозяйственных трудовых процессов, которая в основных чертах сохр
анялась в Армении вплоть до конца XIX - начала XX в.
В то же время, как подчеркивает В.А.БДОЯН, изолированность отдельных
историко-этнографических районов страны (на что особенно повлиял ее
раздел на две части еще с IV в.), а также разнообразие природных условий
и возделываемых культур привели к тому, что для отдельных областей

40

Арцах, Сюник, Лори, Тавуш
б - Бардзр Айк, Ширак, Джавахк
Рис. 2
hApop, вецки - сохи
Армении был характерен свой комплекс земледельческих орудий, состоявший
не менее чем из 50 видов, что не исключало постоянного обмена ими
и появления неких общих образцов.
Многие века землю в Армении вспахивали пришедшей на смену примитивной
мотыге деревянной сохой (hapop, вецки) с железным лемехом, в которую
впрягали одну-три пары буйволов, волов или быков. В низменной
зоне и реже в нагорной землю пахали также тяжелым деревянным колесным
плугом (гутан) с резалом и широким лемехом, в который впрягали,
в зависимости от его величины и условий местности, от 3 до 14 пар тяглового
скота. Поскольку плугом как дорогим орудием владели не все и не каждому
его владельцу было под силу выставлять полную тягу, несколько
крестьянских семейств, как правило братьев или дальних родственников,
иногда соседей, объединялись вокруг одного из владельцев плуга в товариществ
а-супряги (Намкал, Наракаш) на определенных правовых началах, которые
к началу XX в. постепенно изменялись в сторону нарушения традиционного
принципа равенства.
Для боронования применялась борона (тапан, цакан), состоявшая из
длинной ветви дерева, расщепленной на конце в виде широкой метлы,

41

в промежутки которой вплетались дубовые ветви, между которыми укрепляли
зубья, разравнивающие вспаханную землю; одновременно ими рыхлили
землю и закапывали зерна. Для уборки урожая использовали широкие
и узкие серпы (мангах), причем некоторые из них употребляли для жатвы
злаков и масличных, другие - для жатвы трав. Косы имели меньшее распростр
анение.
Такие трудоемкие земледельческие работы, как пахота, сев, жатва, были
обязанностью исключительно мужчин. Женщины включались в работу,
когда собранные снопы, перевезенные на арбах, а в горах - на лошадях,
мулах и ослах, доставлялись на ток (кал). Здесь колосья молотили при помощи
ком - деревянной доски с вбитыми в нее острыми камнями. Ее, как
пишет С.Д.Лисициан, с раннего утра волочили по разостланным на току
снопам двигавшиеся по кругу быки, буйволы, реже - лошади. При этом
зерно отделялось от размельченных колосьев, которые превращались в сам
ан (дарман) - корм для скота. Собранный посреди тока саман с зерном
веяли, подбрасывая широкими лопатами; саман относило ветром в сторону,
а зерно оседало тут же, после чего его просеивали через несколько сит.
Купить
После обмолота основные запасы зерна хранили в больших, глубиной до
2,5 м, ямах с тщательно обмазанными известковым раствором стенками и
с узким отверстием, закрывавшимся каменной плитой. Зерно, подлежащее
расходованию в первую очередь, держали в доме или в кладовой (маран)
в больших шерстяных мешках. Зерно и муку хранили (и до сих пор хранят)
также в большом, украшенном резьбой, деревянном ящике на низких ножк
ах - амбаре с двумя отделениями - для зерна и для муки, причем каждое
отделение имело внизу отверстие с поднимающимся заслоном. Зерно и муку
насыпали туда сверху.
Зерно размалывали при помощи либо ручных зернотерок (ерканк), либо
водяных мельниц с жерновами (джрагац), ведущих свою историю еще
с урартских времен. Ерканк, широко употребляемая в армянских селениях и
до сих пор, состоит из двух базальтовых камней, обычно округлой формы.
Посередине верхнего жернова имеется большое круглое отверстие, через
которое насыпают зерно. К этому жернову приделана деревянная ручка,
с помощью которой он вращается, а попавшее между двумя камнямижернов
ами зерно постепенно превращается в муку - алюр.
Зерно перерабатывали и в крупу, для чего служили большие каменные
ступки - санд, динг. Они представляли собой базальтовые камни квадратной
формы с выдолбленными воронкообразными углублениями. Насыпанное
в это углубление смоченное зерно долбили специальным каменным молотом
или деревянным пестом, в результате оно очищалось от шелухи и
получалась крупа - коркот. Другой распространенный вид крупы - дзав
ар - готовили из предварительно отваренных зерен пшеницы, которые
затем слегка подсушивали, после чего с них удаляли пленки в каменных
ступках и вновь сушили. Обычно для зерна использовали санд, а для очистки
от шелухи риса - мало отличавшийся от него динг. Армянам было

43

a - Арагацотн, сел. Ошакан
б - Котайк, сел. Бджни
в - Государственный музей этнографии Армении
Рис. 6
Ерканк - ручные зернотерки
известно около 15 видов различных
сит, с помощью которых
обрабатывали зерновые продукты
на всех стадиях, начиная
с очистки зерна от мелких камешков
и шелухи и заканчивая
просеиванием лучших сортов
муки - нашип (крупчатка), хор
ак, гермак.
Из выращиваемых технических
культур - кунжута, льна,
горчичного и хлопкового семени,
а также из грецких орехов
и миндаля получали растительное
масло. Первоначально это
делалось в домашних условиях:
сначала нагревали сырье, а затем
прессовали обычно при помощи
тяжелых камней; позднее
стали использовать особые маслобойные
мельницы (дзитан или
сраноц), представлявшие собой
довольно громоздкие сооружения.
Получавшийся из отходов
жмых служил зимним кормом
для крупного рогатого скота.
О том, какое значение имели эти
мельницы в хозяйстве армян,
говорит тот факт, что были даже
селения с названием Дзит
анков (например, в Шираке).
Такие мельницы, находившиеся
в частном владении, обслужив
али обычно несколько селений.
Важнейшей отраслью земледелия
в низменных и предгорных
районах было поливное виногр
адарство. Оно развивалось
в теплых и солнечных долинах
и на склонах гор, обычно в
местах с каменистой и сухой
почвой. В районах Армении с
суровыми зимами, например в

44

Араратской долине, нельзя оставлять
виноградную лозу под открытым
небом, поэтому в октябре,
после сбора урожая, ее окапыв
али, засыпая толстым слоем
земли. Вообще же в Армении
культивируют преимущественно
низкие, стелющиеся кусты
винограда (эти кусты - излюбленный
мотив декора в армянской
архитектуре; их можно
найти, в частности, на барельеф
ах храма Звартноц, сохранившегося
с VII в.).
Техника разведения виногр
адников и ухода за ними, выр
аботанная еще в эпоху Урарту,
мало менялась на протяжении
столетий. С древнейших времен
в Армении возделывались
эндемичные сорта винограда.
При раскопках урартского город
а Тейшебаини (Кармир-блур)
были обнаружены косточки хорошо
известных и в наше время
сортов винограда из Араратской
долины - воскеват (харджи),
мехали, арарати (хачабаш)
и др.
Как свидетельствуют археологические
находки, в том числе
клинописные тексты, на
Армянском нагорье уже в эпоху
Урарту было широко развито
виноделие, а его техника стоял
а на таком высоком уровне,
что в последующем происходило
лишь частичное ее совершенствов
ание. С той далекой
поры были найдены просторные
складские помещения со
множеством глиняных сосудов
- карасов, в которых хранилось
вино. По утверждению
а - карас
б - куж - кувшин
Рис. 7
Сосуды для вина

45

Г.Капанцяна, распространение в Европе слова "вино" шло от армянского
гини и грузинского вини.
В хозяйствах, занимавшихся виноделием, около дома или в саду строили
виноградную давильню - Ьндзан. Внутри нее из камня или кирпича выкладыв
али длинный, обмазанный крепким известковым раствором резервуар
с несколько наклонным дном и отверстием, выходящим в каменный чан
в земле. Виноград в этом резервуаре давили голыми ногами обычно мужчины.
Сусло переливалось из первого чана во второй, а затем большими
длинными ковшами разливалось в карасы, которые хранили, как это было
принято в Урарту, вкопанными в землю. Из вина получали и виноградный
уксус, а жмых шел на приготовление водки в специальных винокуренных
приборах.
С древности полеводство и виноградарство в Армении обычно сочеталось
с садоводством, а позднее с огородничеством. Вдоль рек разводили
фруктовые сады, собирая богатые урожаи абрикосов, персиков, айвы, черешни,
миндаля, а в горных районах культивировали яблони, груши, сливы
и вишни. Считается, что Армения - родина абрикоса, известного в ряде
мест под названием "армянское яблоко". Многие плодовые деревья можно
встретить в Армении и в диком виде. Об этом свидетельствует даже топонимик
а: в стране есть названия Хндзорут (Яблоневый лес), Тандзут (Грушевый
лес), Шлорут (Сливовый лес), Балут (Вишневый сад), Циранут
(Абрикосовая роща), Дехдзут (Персиковая роща), Ынкузут (Лес из ореховых
деревьев), Гунут (Кизиловый лес) и дрЛ
Как у других древних народов, у армян существовал аграрный культ -
обожествление земли как стихии плодородия. Известен и культ языческой
богини Нар, олицетворявшей собой водную стихию, плодородие земли и
воспроизводящую силу человека. Древние армяне поклонялись Ара Гехецику
- божеству умирающей и вечно воскресающей природы. От тех далеких
времен сохранились каменные изваяния - вишапы, которые и сегодня
встречаются у источников в горах Армении. Как правило, это гигантские
каменные рыбы - покровительницы водной стихии, божества "небесных
вод", оберегающие, как верили древние, землю от засухи.
В наше время в Армении продолжают развиваться традиционные отрасли
- выращивание зерновых, виноградарство, садоводство. Но в 60-70-е
годы произошли ощутимые изменения в системе ведения хозяйства, степени
интенсивности, в соотношении различных отраслей. Так, по предгорьям
и в горных районах, где в прошлом сеяли только зерновые культуры, стали
наряду с ними выращивать ценные технические культуры (например, в
Шираке - сахарную свеклу, в Лори, Тавуше - табак, герань) и овощи.
Важное значение имеет продвижение садоводства и овощеводства в горные
районы, а виноградарства - в предгорные.
Обстоятельное изучение другой важнейшей отрасли хозяйства армян -
скотоводства, основанное на широком круге источников, принадлежит
Ю.И.Мкртумяну^. Приведу некоторые данные из его трудов. О раннем рас46
пространении скотоводства у армян свидетельствуют многочисленные
археологические раскопки, в которых обнаружены костные останки различных
домашних животных. Разводили главным образом волов, коров,
буйволов, овец, в меньшем количестве - коз, а также лошадей, ослов и
свиней. Особое значение в хозяйственной жизни армян, как и других земледельческих
народов, имел крупный рогатый скот.
Хозяйственная жизнь древних армян нашла свое отражение в фольклоре.
Так, в сказках вол и корова наделяются чудесными свойствами: вол может
предсказать своим хозяевам будущее, красная корова заменяет осиротевшим
детям родную мать. С культом быка связаны магические ритуалы, "обеспечив
ающие" плодовитость домашнего скота, здоровое потомство у новобрачных.
К скоту относились с особой заботой, от сглаза и порчи на шею или рога
вешали амулеты и обереги (дахдхан, пршни и др.), молились за больную корову,
а чтобы вылечить, поливали ее голову молоком. Для отвода дурного
глаза иногда сжигали кусочек ткани рядом с коровой или разжигали кизяк
из ее навоза и кидали в огонь кусок теста, который, лопаясь, символизиров
ал выздоровление. С этой же целью перед выгоном скота ранней весной
на лбу лучшего животного разбивали яйцо либо окрашивали лбы и кончики
хвостов красной краской, обладавшей, по представлению народа, чудодей-
ственной силой. Если случалось, что благодаря какой-нибудь скотине крестьянин
богател, то ее не продавали, а держали в хозяйстве до самой смерти,
а затем отрезали голову и зарывали ее перед входом в хлев либо прикрепляли
к столбу дома ее рога, чтобы обеспечить этому дому дальнейшее
процветание.
О существовании в Армении культа крупного скота свидетельствуют и
многочисленные глиняные фигурки, найденные археологами, а также изобр
ажения животных на обломках сосудов, на бронзовых поясах, даже на
надгробных камнях, стенах старинных зданий, церквей и монастырей.
Письменные источники упоминают о жертвенных быках и коровах, которых
содержали при храмах, посвященных различным богам армянского
языческого пантеона. Менее разнообразны обычаи, связанные с мелким
рогатым скотом. К их числу относятся обычай вешать на шею лучших овец
и баранов связки разноцветных шерстяных ниток (пух) и различных бусинок,
а также обряды, связанные с рождением первого ягненка, которого
метили ранней весной, а осенью приносили в жертву, и некоторые другие.
С древности армянам известны две формы скотоводства - оседлая и
отгонная.
Оседлая форма скотоводства распространена в Араратской долине и в
высокогорных районах, расположенных в зоне альпийских и субальпийских
лугов. Для нее характерно зимнее стойловое содержание скота. В Араратской
долине такое содержание крупного рогатого скота возможно с декабря
по март, а мелкого - в течение одного-полутора месяцев. В высокогорных
районах с суровыми климатическими условиями зимнее содержание почти

47

всех видов скота длилось в течение пяти-шести месяцев. Остальное время
скот находился на пастбищном содержании, причем примерно на месяц
раньше переводили на него мелкий рогатый скот. В селениях Араратской
долины уже с конца февраля овец и коз переводили на пастбищное содерж
ание. Днем их пасли, а на ночь загоняли в овчарню. С наступлением теплой
погоды их и на ночь оставляли под открытым небом, обычно в специ-
альном загоне из невысоких камней с узким проходом, у которого пастухи
разжигали костер. В высокогорной зоне овец выводили на пастбище с конц
а марта или начала апреля и пасли вначале на южных склонах ближайших
гор, а затем, по мере освобождения земли из-под снега, расширяли район
выпаса. В Араратской долине крупный рогатый скот переводили на пастбищное
содержание в конце марта, в высокогорной зоне - в конце апреля
- начале мая.
Однако наиболее распространенной формой скотоводства была отгонн
ая, имевшая, в свою очередь, несколько вариантов. Так, в одних, преимущественно
безлесных горных районах (большая часть Ширака, Гехаркуника
и др.) сложилось отгонное скотоводство альпийского типа, для которого
характерно содержание всех видов скота в селении или поблизости от него
в осенне-зимне-весенний периоды и отгон его (за исключением рабочего
скота) на удаленные от села горные пастбища в летний период. В других
районах (часть Арагацотна и Ширака, примыкающая к горной системе
Арагац) практиковались стойловое содержание всех видов скота в селении
в зимний период, отгон мелкого рогатого скота на ранневесенние и позднеосенние
пастбища Араратской долины и летнее содержание скота либо на
присельских пастбищах, либо на горных пастбищах, значительно удаленных
от селений. В районах Тавуша, Лори, Сюника, части Арцаха и Вайоц-дзора
зимой преобладающая часть скота содержалась в специальных зимовниках
(дзмераноц), устроенных на лесных полянах или южных склонах гор, удаленных
от селений на сравнительно небольшое расстояние (от 2-3 до
10 км), где были возведены целые комплексы жилых и хозяйственных построек
из камня и дерева; весной и осенью скот содержали в районе селений
и зимовников, а летом перегоняли на горные пастбища.
На весь пастбищный сезон для выпаса крупного рогатого скота крестьянские
хозяйства нанимали общественных пастухов (нахрапан), которые несли
полную ответственность за сохранность вверенного им стада. Пастух
(овив, чобан) пас овечье стадо почти в течение всего года. За телятами и
ягнятами обычно присматривали мальчики из своей семьи или по совместному
найму нескольких семей. Эти пастушки, как и овив, собирали скот
рано утром и пригоняли вечером. Труд пастуха оплачивался согласно принятым
в народе нормам, натурой - одеждой, продуктами, нередко приплодом
скота, а позднее и деньгами.
На летних высокогорных пастбищах каждому селению была отведена
своя площадь. Со скотом в горы отправлялась часть женской половины
семьи вместе с детьми, обычно во главе со старшей домохозяйкой -

48

тантикин, оставлявшей хозяйство на попечение старшей после себя в доме
женщины. На летовках, под которые отводились ровные и сухие места, защищенные
от ветров и имевшие поблизости водные источники, каждая
семья поселялась в своем доме. Обычно это были прочные каменные или
деревянные постройки с плоской кровлей из жердей, состоявшие из нескольких
отделений, предназначенных для жилья, приготовления и хранения
молочных продуктов, содержания молодняка и для загона крупного рог
атого скота на ночь. Иногда летовки постепенно превращались в постоянные
селения, как, например, это было еще в прошлом веке в Шираке. На
летовках имелись деревянные (хноци) или глиняные (дзцум) маслобойки,
всевозможные миски, кувшины, цедилки.
Основным занятием женщин на летовках было приготовление молочных
продуктов. Обычно в хозяйствах со средним достатком однодневного удоя
молока не хватало на приготовление сыра, поэтому несколько хозяйств
(особенно в западноармянских селениях) объединялись в товарищества -
хаб. Каждая женщина сливала однодневный удой в общий сосуд, причем
велся строгий учет сдаваемого молока. Все собранное за день молоко перед
авалось по очереди каждой из хозяек. Наряду со скотоводством женщины
на летовках занимались обработкой шерсти, ковроткачеством, гонч
арством. По праздникам в горы приезжали мужья, а также народные
певцы гусаны.
С наступлением осенних холодов скот перегоняли с гор: сначала одиндв
а дня спускался крупный рогатый скот, затем - несколько дольше -
мелкий.
К традиционным занятиям армян относятся также пчеловодство, охота,
рыболовство, различные домашние промыслы и ремесла.
Пчеловодство было развито главным образом в лесных районах - в Лори,
Тавуше, Сюнике, Арцахе, Сасуне, Зейтуне и др. Вплоть до конца прошлого
столетия был широко распространен весьма архаический способ:
использование естественных пчелиных гнезд в дуплах деревьев и в расщелин
ах скал. Обнаружив такое гнездо, крестьяне, а это чаще всего были
охотники, делали на нем две метки - на стволе и на корне дерева; это
означало, что пчелиный рой уже имеет хозяина и никто другой не может
завладеть им. Мед использовали как из этих естественных дупел, так и из
специально сделанных ульев, куда обычно перекладывали найденные на
природе соты. Эти улья представляли собой либо плетенные из веток ивы
овальные корзины ктоц, обмазанные снаружи пометом, а изнутри слоем
глины, либо выдолбленные деревянные колоды кот, обмазанные с обеих
сторон тонким слоем глины. В конце XIX в. в отдельных селениях появились
улья, в которые клали рамки с восковым листом, что способствовало
значительному увеличению количества собираемого меда. Постепенно рамочные
улья вытеснили прежние ктоц и кот*. Сейчас пчеловодство попрежнему
широко развито в Армении, особенно в горных и предгорных
районах.

50

Хотя охота нигде в стране не была специальным промыслом, все же,
судя по сохранившимся старинным барельефам, изображающим человека,
стреляющего из лука в оленя, или человека с соколом в руке, она была
весьма распространена у армян. Сцены охоты встречаются на старых надгробных
памятниках, а также на страницах знаменитых средневековых
армянских миниатюр. Охотились на оленей, барсов, диких коз, кабанов,
волков, медведей, лисиц, куниц, зайцев, орлов, куропаток, перепелов, фаз
анов и диких уток. Существовали различные приемы, применяемые охотник
ами. Обычно они расставляли капканы, ловушки, устраивали ловчие
ямы, использовали разнообразные щиты из холста или ситца, натянутые на
деревянную раму, с отверстиями для дула ружья. Эти же способы охоты
были распространены и у других народов Кавказа.
Если в охоте принимали участие несколько человек, то добытую дичь
делили поровну, а подстрелившему ее доставались еще голова и шкура животного.
По традиции охотничья добыча считалась общественным достоянием,
поэтому полагалось поделиться ею с встречным на дороге, а вернувшись
в селение, раздать часть ее близким соседям. В охоте за дичью стар
ались быть умеренными, поскольку считалось, что "если охотник перебьет
слишком много дичи, не бывать счастью в его доме". Верили, что удачливого
охотника можно сглазить, поэтому существовало предостережение:
"Скрывай убитую дичь, чтобы другие не сглазили". Поэтому и с охоты
предпочитали возвращаться с наступлением темноты. В некоторых горных
селениях охоту считали грехом, полагая, что если охотник способен убить
животное, то он может убить и человека^.
Армения небогата рыбой, но на таких больших озерах, как Севан, славящийся
своей форелью ишхан, и Ван с единственным видом рыбы -
тарех, рыболовство развито издавна. Практически круглый год ловилась
рыба в Араксе и его притоках, особенно сом, а с марта по ноябрь - сазан,
сиг, усач, хромуля, весной - форель. Для ловли рыбы на реке обычно
устраивали запруду,  в которой навстречу течению ставили специальную
двойную корзину-вершу тарп, куда рыба легко попадала. Закидывали и невод,
под которым в камнях вылавливали рыбу руками; в редких случаях
использовали удочку^.
Значительную роль в хозяйственной жизни армян играли домашние промыслы
и ремесла. Важное место, в частности, занимало ткачество. Оно было
развито повсеместно, особенно в западных областях. Пряли и ткали для
собственных нужд, а позднее и на продажу. Ткачи работали дома даже в тех
случаях, когда их изделия шли на рынок, используя простые самодельные
станки, что не мешало им достигать высокого мастерства. Известно, что
добротные ткани из Армении приобрели немалую популярность в город
ах Малой Азии, Средиземноморья, на Балканах. Об искусстве ткачей
из Ерзнка (Западная Армения) с похвалой отзывался в XIII в. еще Марко
Поло. Особенно славились дорогие шелка, парча и тканые пояса^. В Польше,
например, в XVI и главным образом в XVII в. большим спросом поль51
зовались так называемые восточные
пояса, которые привозили
в Европу армянские купцы.
Позднее, уже в армянских
поселениях Речи Посполитой,
армянские ткачи сумели наладить
производство своих знаменитых
поясов, которые настолько
вошли в быт местных
жителей, что стали называться
польскими^.
Рис. 9
Сандерк - приспособление
для расчесывания шерсти
Армянские ткачи выделыв
али нити преимущественно
из овечьей, реже козьей шерсти.
Хлопок распространился
лишь в средневековье и стал
играть основную роль в народном
ткачестве только в некоторых
западноармянских район
ах, например в Малатии, Арабкире, Сивасе, где ткали всевозможные
хлопчатобумажные полотенца, покрывала, занавеси, особо тонкие ткани.
В восточных районах был распространен шелк.
Однако в народном быту основным материалом для получения ниток
оставалась шерсть. После того как пастухи весной и осенью специальными
длинными ножницами стригли овец и коз, шерсть тщательно промывали,
сушили, а затем во влажном виде расчесывали на специальной доске с вбитыми
в нее вертикально двумя рядами длинных игл (сандерк). Распространено
было также трепание шерсти с помощью тетивы длинного лука,
которая колебалась под ударами деревянного молотка. В зависимости от
назначения нити делали разной толщины. Для окрашивания применяли
растительные краски, например, в Арцахе и Сюнике использовали щавель,
мяту и другие растения. Окрашенные таким образом нити не линяли ни на
солнце, ни во время стирки.
Войлочное производство у армян было исключительно мужским делом.
Вот как описывается процесс изготовления войлока. Шерсть расстилали на
специальной подстилке ровным толстым слоем, опрыскивали чуть теплой
водой и покрывали другой подстилкой. Затем несколько человек начинали
осторожно прокатывать сверху деревянную каталку диаметром в 10-15 см,
при этом как можно туже наматывая на нее подстилки с шерстью внутри.
После этого полученный валик, завернув еще в одну ткань, обвязывали веревкой,
закрепляя ее петельным швом. Затем его попеременно катали ног
ами то в одну, то в другую сторону. По мере утрамбовывания шерсти веревку
стягивали все туже, пока не получался войлок. На следующий день
готовый войлок мяли ногами. Весь процесс длился несколько часов и шел

52

нередко под музыку. В некоторых западноармянских районах, например
в Шатахе, Васпуракане, был даже танец кэча лмел (букв. "войлок мять"),
который воспроизводил процесс изготовления войлока.
Шерстяные, хлопчатобумажные или шелковые нити прялись с помощью
ручного веретена шик или на прялке чахарак с горизонтальным веретеном,
вращающимся при помощи легкого деревянного колеса.
С VI-VII вв. в Армении стали заниматься шелководством, преимущественно
в восточных областях. В XIX в. оно получило наибольшее развитие
в Арцахе, куда в 70-е годы прошлого столетия богатые шушинские
купцы привезли шелкопрядильные машины из Западной Европы. Снабжая
крестьян шелковичной греной, они затем скупали у них коконы, а также
подготовленную шелковичную грену, которую отправляли обычно за границу.
В ряде сел существовали небольшие шелкопрядильные фабрики куст
арного типа, на которых работали не только взрослые женщины, но и девочки
с восьми лет. Так, одна из таких фабрик, находившаяся с 1877 г.
в Гадруте, производила за восемь месяцев от 50 до 60 пудов шелка (на это
ежегодно расходовалось от 50 до 60 рублей за пуд), который продавали во
Францию по 250-300 рублей за пуд. Высококачественный шелк этой фабрики
дважды был удостоен медалей - бронзовой на Московской выставке
в 1882 г. и золотой - на Американской выставке в 1883 г. Шелководством
в Арцахе продолжают интенсивно заниматься и в наше время. Известно
также, что в XIX в. шелкопрядильные фабрики существовали и в Западной
Армении, например в Харберде.
Ткачество было распространено практически во всех селениях. Каждая
армянская девочка в крестьянской семье уже с 10 лет должна была уметь
прясть, а к 15 годам - ткать. И хотя у армян ткачество было преимущественно
женским делом, ткали и мужчины. Узкие ткани, ленты, тесьму, пояса
обычно ткали на примитивном горизонтальном станке, широко распростр
аненном на Востоке. Широкие ткани и шали ткали на вертикальном
станке^. В наши дни домашнее ткачество сохранилось исключительно как
один из видов художественного промысла.
В Армении издревле было известно и искусство ковроткачества, здесь
создавали ворсовые (горг) и безворсовые (карпет) шерстяные ковры. В каждой
области на протяжении веков выработались свои особые рисунки. Наиболее
древние из них сохранялись в западных областях, куда почти не доходило
влияние персидских образцов. Об армянских коврах упоминают письменные
источники, начиная с арабских авторов VIII в. Большой интерес
представляют наиболее старые экспонаты - так называемые ковры дракона
(вишапагорг), названные так из-за основной фигуры орнамента; сегодня они
сохранились только в некоторых музеях республики либо далеко за предел
ами Армении. Архаические вишапагорги имели, как правило, темный фон,
на котором выделялись светло-желтые, голубые и красные цвета рисунка.
Были ковры и с красным фоном, который получали с помощью краски

54

вордан кармир, древние арабские источники называли ее "армянской краской"
и считали ценной статьей армянского экспорта.
При сравнении старинных ковров с изделиями конца XIX - начала
XX в. обнаруживается преемственность основного мотива орнамента и цветов.
Узорная фигура вишапа - оберега, защищающего жизнь, остается главной,
хотя несколько упрощается, входя в новые декоративные композиции.
На дошедших до нас армянских коврах этого периода изображено сложное
чередование крестов в сочетании с символами вечности - солярными знак
ами, древом жизни, растениями и домашними животными.
Армянские ковры были популярны еще со времен средневековья и вывозились
в страны Западной Европы. Специалисты утверждают, что их можно
увидеть даже на знаменитых картинах итальянских и нидерландских мастеров
эпохи Ренессанса'". Ковроделие, как одна из древнейших отраслей ремесленного
производства армян, было возрождено и в некоторых переселенческих
общинах, в частности в средневековой Польше".
Хотя в наше время в Армении налажено фабричное производство ковров,
их домашнее изготовление не утратило своего значения. Занимаются
ковроткачеством главным образом пожилые женщины в селе, но мне не раз
приходилось видеть, как они передают свое искусство молодым, что дает
возможность надеяться на сохранение древней традиции. И в наши дни,
как и прежде, ковры передаются по наследству, обязательно входят в состав
приданого невесты, служат непременным украшением армянского дома.
Высокого уровня достигло в Армении и искусство вышивки, будучи
частью воспитания девочек и в крестьянской и в городской среде. Различной
техникой вышивали полотенца, скатерти, салфетки, красочными узор
ами расшивали шапочки, пояса, костюмы, особенно праздничные. Замечательными
вышитыми изделиями обладали армянские монастыри. Это были
драгоценные одежды высшего духовенства, сплошь расшитые золотыми,
серебряными нитями и жемчугом, роскошные вышитые ткани для религиозных
церемоний.
С давних времен армянам было известно и искусство плетения кружев,
достигшее особенно высокого уровня у западных армян. Так, в районе озер
а Ван получила распространение особая техника плетения тонких кружев
иглой - так называемая ванская нить; в XIX в. семьи переселенцев принесли
ее в города Закавказья, России и даже Европы.
Кружево украшало национальную одежду, включая головные уборы.
В плетении использовали многообразные орнаменты, в том числе и архаические
в виде солярных знаков, крестов, звездочек, а также цветов, деревьев,
птиц, различных геометрических и стилизованных растительных
мотивов. В XIX в. на вывоз и для продажи среди константинопольских
армян создавали кружева с рельефным узором, напоминающие по технике
исполнения и рисунку прославленные брюссельские и лионские кружева и
пользовавшиеся на европейских рынках популярностью благодаря своей

55

Рис. II
Плетеная кружевная салфетка, 50-е годы XX в. Тавуш, сел. Кохб
сравнительной дешевизне^. В наше время и вышивка, и плетение кружев,
к сожалению, утратили свое былое значение.
Каждый армянский мужчина должен был быть знаком с простейшим
способом выделки кожи (без дубления), предназначенной для изготовления
обуви, разного рода мешков, ремней и т.п. Шкуру с животного полагалось
снять целиком, без порезов, кроме нескольких естественных отверстий.
Такая шкура была нужна для изготовления бурдюка (тик), заменявшего
у армян бочку; для этого шкуру сшивали, оставляя только одно отверстие -
горло бурдюка. В тике просмоленной шерстью внутрь держали вино или
водку, а в тике шерстью наружу - молоко, мацун, масло, в нем же готовили
особый сорт сыра - мотал.
Для дубления кожи употребляли квасцы, соль и
золу. Чтобы удалить шерсть, шкуру тщательно пром
азывали раствором ячменной муки, скатывали и
помещали в теплое место. Дня через три шерсть
счищали, а кожу мяли. Если тик предназначался
для хранения жидкости, то оставляли небольшое
отверстие, вставив в него трубочку, чтобы выпуск
ать жидкость; вливали же ее через широкое отверстие
- горло бурдюка. Из очищенной от шерсти
кожи шили мешки различной формы и величины
для хранения круп, соли и т.п. Кожаная посуда был
а особенно удобна в дороге^. Сейчас в селах дублением
практически не занимаются.
В традиционном домашнем хозяйстве у армян
преобладала глиняная посуда. Следует отметить,
что гончарство на Армянском нагорье имеет глубокие
корни. Археологами были обнаружены великолепные
образцы керамики, относящейся еще к
III тысячелетию до н.э., и более поздние - из
урартских поселений, например из Кармир-блура.
Славились своей керамикой, особенно обливной,
средневековые столицы Армении - Ани и Двин.
Рис. 12
Тик - бурдюк
для хранения вина
а - карас для солений
б, в - сосуды для молока
 - сосуд дня масла
Рис. 13
Традиционная гончарная утварь, 70-е годы XX в.

57

Хотя найденные здесь изделия были сугубо местного производства, некоторые
из них по технике исполнения, цветовой гамме, декоративным прием
ам, орнаментальным мотивам имели определенные аналогии с персидскими
и византийскими образцами, что, несомненно, свидетельствует о
том, что армянские мастера того времени были хорошо знакомы с окруж
ающим их культурным миром.
Сельские гончары, среди которых были и женщины, изготовляли на
гончарном круге, а иногда и без него, разнообразные изделия, необходимые
в быту, - карасы, кувшины, миски, а также черепицу для кровли, плитки
для пола и т.п. Особого мастерства требовало создание тонира - традиционной
печи, служащей для приготовления пищи и обогрева. Выкладывал
а тонир обычно женщина. Стоя в вырытой в земле яме, она накладывала
кругами друг на друга жгуты из глины, давая время нижним рядам подсохнуть
и окрепнуть. Затем в этом цилиндре разводился огонь для обжига глины.
В тонире обжигали разного вида глиняную посуду: карасы различной
величины с одним или двумя ушками для хранения крупы, масла и других
продуктов; употребляемый так же, как и карас, высокий ошнак с одним
ушком и с узким дном; предназначенные для варки пищи кчуч с двумя ручк
ами или путук без ручек; доильник с широким горлышком, глубокие миски,
остродонные кувшины и кружки для воды, маслобойки, солонки, светильники^.
Гончарство не потеряло своего значения и в наше время, прежде всего
в сельском быту, где сохраняется широкий спрос на различные традиционные
изделия из глины. Труд современных гончаров я неоднократно наблюд
ала в селениях Шаумян (Арарат), Джаджур и Мармашен (Ширак), Ннги
(Арцах).
Сравнительно слабо в Армении было развито деревообделочное производство,
что прежде всего объяснялось скудостью лесных массивов. В народе
старались использовать дерево только в самых необходимых случаях.
Обычно мужчины изготовляли из ствола дерева путем долбления чаны различной
величины, маслобойки, корыта для теста и стирки, всевозможные
ложки, деревянные части сельскохозяйственных орудий. Для обработки дерев
а применяли особого вида топор - ураг, у которого лезвие посажено не
по длине древка, а поперек, а также нож с загнутым лезвием.
В то же время богатые месторождения медных руд, выплавка меди способствов
али широкому распространению медной посуды, исстари изготовляемой
особыми мастерами-ремесленниками. Это были тарелки, миски,
сковородки, подносы, ступки, кружки для воды, подсвечники, тазы разнообр
азной формы и котлы. Из-за своей долговечности многие из этих предметов
сохранились и в современном быту. Медные изделия мастеров из
Западной Армении неоднократно демонстрировались на международных
выставках в Париже, Вене, Филадельфии и неизменно пользовались большим
успехом.

59

С глубокой древности в Армении
развивалось ювелирное искусство.
Археологами обнаружено множество
золотых и серебряных предметов, свидетельствующих
о том, что уже во
времена Урарту была известна техник
а чеканки, резьбы, филиграни, чернения
металла.
Каждая армянская семья - и городск
ая, и сельская, стремилась иметь
определенные традиционные украшения.
У мужчин это был наборный серебряный
пояс, у женщин - больш
ая филигранная с золочением или
с тонким черненым узором пряжка
для пояса, браслеты, кольца, украшения
для традиционного головного
убора, серебряные пуговицы, крючки,
входившие в национальный костюм.
Некоторым из украшений прид
авалась роль оберегов от всевозможных
несчастий, в частности, от сглаз
а, бесплодия, верили также, что они
могут приносить удачу и богатство.
Ценные ювелирные изделия считались
наиболее надежным способом
вложения капитала на случай жизч^
^     .-            ненных невзгод, нередко выпадавКувшин.
Чеканка по серебру.                             ,";
50-е годы XX в.              "^ "^ ^-T арМЯНВплоть
до конца XIX в. ювелиры
украшали и оружие, отделывая рукоятки
и ножны клинков различных форм и размеров, пистолеты. Наиболее
популярной техникой была филигрань. Перенесенное в Тбилиси, Александрополь,
Ахалцихе мастерами из Эрзерума и Вана, искусство создания
ажурных браслетов, серег, пряжек, небольших шкатулок и вазочек, портсиг
аров и мундштуков достигло высочайшего уровня. На эти филигранные
изделия наносили зернь, чернение, нередко украшали камнями. Репутация
армянских ювелиров в те времена была очень высока^; такой она остается
и в наши дни.
Мастерские ремесленников обычно располагались компактно. Во многих
городах Армении и за ее пределами, там, где были армянские общины,
существовали амкары - сплоченные цеховые объединения (амкарутюн у
восточных армян, эснафутюн - у западных), например, в городах Ван,
Эрзерум, Ереван, Александрополь, Нахичеван, Шуша, у ремесленников в
Партнерская программа для Вебмастера

62

и^
Тбилиси, Шемахе, Константинополе, Смирне и др. Известные со времен
средневековья традиции мастерства в значительной мере сохранялись и в
XIX в. и даже в начале XX в. Эти объединения пользовались некоторыми
экономическими, судебными и административными правами; каждое имело
свой устав, герб, знамя и кассу взаимопомощи. Все важные вопросы решались
на общем собрании, там же избиралось руководство (главный мастер
- глхавор варпет, его помощники, казначей и исполнитель) и проводилось
посвящение ремесленника в мастера. Особое внимание уделялось
новым членам, их обучению и присвоению очередного "разряда". К середине
XIX в., например, у армян было 27 таких объединений в Ереване,
24 - в Александрополе, 97 - в Тбилиси. Следует отметить, однако, что
часть ремесленников работала самостоятельно.
Сельские ремесленники совмещали свой труд с деревенской работой,
причем каменщики, плотники, медники, лудильщики и другие обслуживали,
не только свое селение, но и соседние. Нередко им приходилось надолго
отлучаться из дому. Бедные крестьянские семьи бывали вынуждены
отдавать своих сыновей в учение ремесленникам без жалованья - за кров,
еду и одежду; как правило, ученики выполняли любую домашнюю работу,
которую поручал им хозяин. Сроки обучения были различны: от шести месяцев
у лудильщика до трех лет у кузнеца, затем ученика посвящали в подм
астерья и только потом - в мастера.
Со временем вековые традиции и нормы менялись: исчезал обычай перед
авать ремесло из поколения в поколение почти исключительно по наследству,
сокращался срок ученичества, увеличивалась поденная плата подм
астерьям, расширялись их права, у молодых, умелых и грамотных мастеров
появилась возможность возглавлять свои цеховые объединения -
(шкары не дожидаясь преклонного возраста^.
Народные средства передвижения
Природно-климатические условия Армянского нагорья и своеобразие
существовавших путей сообщения способствовали появлению у армян особых
средств передвижения. Этот элемент народной культуры исследовал
Л.Н.Петросян; приведу некоторые данные из его работ^.
Для свободного передвижения по снегу и льду у армян существовала
специальная обувь - этик, лакан, о которой упоминает еще древнегреческий
историк и географ Страбон. Это были деревянные приспособления
круглой или овальной формы с колесиками или без, которые привязывали
к ногам веревкой или кожаными шнурками. Как свидетельствуют археологические
и историографические данные, для перевозки людей и грузов на
Армянском нагорье с древнейших времен использовали домашний скот -
ослов, мулов, лошадей, частично быков, буйволов и только изредка коров,

63

a - кырыкашан - летние сани. Арцах, Сюник
б - хзак - зимние сани. Ширак
в - дохук - зимние сани. Сасун
Рис. 21
Сани
овец и козлов, но основным вьючным животным все же был осел. Почти
каждое хозяйство имело одного-двух ослов, а в поселениях, расположенных
вблизи городов, некоторые держали по 10 и более ослов, занимаясь извозом
или сдавая их в наем на тот или иной срок.
Для удобного навьючивания и езды верхом, а также предохранения скота
от всевозможных травм применяли войлочные или набитые соломой седла,
укреплявшиеся на спине животного ремнями. Грузы перевозили в мешках
или в переметных сумах хурджинах, сделанных из плотной безворсовой
з                                65
^1
ковровой ткани и представлявших
собой два одинаковых,
скрепленных между собой мешк
а, которые перекидывали через
спину осла. В низменной части
Армении для перевозки грузов
на небольшие расстояния ослов
использовали также и в качестве
тягловых животных, впрягая в
небольшие двух- или четырехколесные
повозки, а иногда и
в сани.

Знакомства

Я ищу в возрасте от до
Рис. 22
Марран сел - массивные колеса.
Лори
В качестве вьючного животного
у армян широко использов
али и лошадь, но все же чаще
на ней ездили верхом. Мул, помимо
перевозки грузов, в некоторых
местностях служил и верховым,
а иногда и тягловым животным.
Быков и буйволов как
вьючных использовали, как правило, только если не хватало ослов, мулов и
лошадей при перекочевке на летние пастбища и обратно; они были основной
тягловой силой. Значительно реже в этом качестве использовали лошадей,
мулов и ослов.
Снаряжение для вьючно-верхового скота отличалось большим разнообр
азием, причем наиболее древние образцы относятся еще к эпохе бронзы.
Оно делалось из кожаных, войлочных, деревянных и даже металлических
деталей. Существовал целый ряд ремесел, связанных с изготовлением
снаряжения для различных видов скота. Исследования Л.Н.Петросяна пок
азали, что имеющиеся у средневековых армянских авторов описания с назв
анием отдельных частей этого снаряжения в основном соответствовали
той упряжи, которая применялась в крестьянском быту в XIX - начале
XX в.
Армянские народные упряжные средства передвижения были бесколесные
(волокуши, летние и зимние сани) и колесные (арба и ее разновидности).
Волокуши - кашан, соран, широко распространенные в лесных район
ах Армении, изготовляли обычно из одного толстого или нескольких тонких
стволов дерева либо из длинных веток. В Сюнике и Арцахе пользовались
усовершенствованным типом волокуши, называя его кырыкашан. Это
была толстая ветка дерева, два ствола которой, несколько загнутые сзади,
служили как бы полозьями, и все сооружение напоминало сани. Нижнюю
часть "полозьев" для лучшего скольжения обтесывали, а на верхней в небольших
углублениях вертикально укрепляли колья высотой примерно в
полметра, на которые параллельно полозьям насаживали жерди. Кырыкашан

66

Рис. 23
Саш, сел - арба для перевозки сена, соломы
использовали в основном в незимнее время для перевозки камней и других
строительных материалов.
В горных районах, преимущественно в Западной Армении, зимой
использовали дахук - сани ручной тяги, отличающиеся от обычных саней
тем, что их полозья в передней части постепенно поднимались и принимали
настолько изогнутую форму, что человек, ухватившись за них, мог сам
тянуть сани. В некоторых крестьянских хозяйствах, преимущественно зажиточных,
имелись сани, в которые зимой впрягали пару быстрых волов и
ездили на них в гости, на свадьбу, в соседние села, в город, чтобы продать
сельскохозяйственные продукты или дрова.
В Армении с древности были широко распространены различные типы
арб (сайл, сел). Известны обнаруженные археологами на обнажившемся
после обмеления дне озера Севан близ селения Лчашен двухколесные и четырехколесные
повозки и боевые колесницы позднебронзового периода
(XIV в. до н.э.). Многочисленные упоминания о колесных средствах передвижения
имеются и у средневековых армянских авторов начиная с V в.
Правда, сообщаемые ими сведения относятся почти исключительно к высшим
слоям общества, которые использовали для парадных разъездов изящные,
нередко позолоченные двух- и четырехколесные повозки^.
В крестьянском быту, преимущественно в равнинных и предгорных
районах, пользовались двухколесной арбой со сплошными массивными колес
ами (марран сел). Эти колеса, изготовленные обычно из трех кусков дерев
а, были наглухо насажены на квадратные концы оси, которая крутилась
вместе с ними. Кузов делался из двух длинных (5-6 м) квадратной формы

67

a - на повозке, запряженной волами.
Лори, сел. Гюлагарак. 1983 г.
б - на муле. Вайоц-дзор, сел. Малишка. 1965 г.
в - на осле. Сюник, сел. Тех. 1967 г.
Рис. 24
Перевозка грузов
балок, скрепленных в передней
' части колышком, продетым через
отверстия на концах балок,
которые, в свою очередь,
скреплялись поперечными доск
ами. В сквозные отверстия,
сделанные на балках и поперечных
досках, вставляли колья, а
на них параллельно нижним
боковым балкам насаживали
жерди. Сконструированный таким
образом кузов приобретал
необходимую прочность, а форм
а его была удобна для перевозки
различных грузов в
горной местности.
Начиная со второй половины
XIX в. широкое распростр
анение получила также двухколесн
ая арба со спицами,
ось которой была неподвижно
прикреплена к кузову, а колес
а свободно вращались на
округлых концах оси. Примерно
в этот же период жители
преимущественно равнинных
местностей - в Арар
атской долине, Шираке, в
районе озера Севан, Лори и
Сюника - стали использовать
и четырехколесную повозку со
спицами. Это было в значительной
мере связано с появлением
в этих местах русских
и украинцев, в основном духоборов
и молокан, которые
привезли с собой четырехколесную
телегу, получившую
у армян название ррси сел
(букв. "русская арба").
В гористых и лишенных
удобных дорог районах, в основном
в Западной Армении,
колесный транспорт отсутствов
ал.

68

Хорошо приспособленные к местным условиям традиционные двухколесные
арбы с массивными колесами и с колесами со спицами можно
встретить в армянских селениях и в наши дни.
В городах значительную часть грузов переносили мшак, амбал, муша -
армяне-носильщики, которые взваливали тяжелую ношу на надетый на
спину полон - туго набитую подушку, утолщающуюся книзу и имеющую
специальные перемычки для продевания рук^.
Поселения и жилище
Традиционные типы поселений и жилища у армян, как и у многих других
народов Кавказа, складывались на протяжении длительного времени
под влиянием определенных исторических, социально-экономических и
природно-географических условий^.
Малоземелье и постоянная угроза нападения вынуждали армян селиться
большей частью в труднодоступных горных местах, что приводило к скученности
построек в старинных армянских селениях гюх, шен, при которой
почти невозможно было проследить линии улиц. В таких поселениях жилые
и хозяйственные постройки располагались тесными ярусами по склону горы,
причем крыши нижних ярусов служили двором и улицей для верхних.
Родственники старались строить свои дома рядом, поэтому возникали своего
рода семейно-родственные кварталы (тагамас), носившие нередко родовые
названия.
Традиционные типы поселений в разных областях Армении имели свои
особенности. На востоке (Арцах, Сюник, Лори, Тавуш, восточное и южное
побережья озера Ван, Мушская равнина), в условиях предгорного, богатого
лесами ландшафта и умеренного климата, жилые и хозяйственные построй-
ки были разделены небольшим расстоянием. На западе (Высокая Армения,
Туруберан, Цопк-Ахцник), а также у западных армян, переселившихся
в Закавказье, в условиях горноплоскостного, почти безлесного ландшафта и
сурового, резко континентального климата, эти постройки размещались под
одной крышей, имели общий вход. Дома родственников вплотную примык
али друг к другу и имели, на случай опасности, потайные внутренние
входы - акнат.
Особенными были селения в той части Сюника-Зангезура, где из-за
сильных ветров и снежных заносов крестьянам приходилось жить в глубоких
ущельях, используя небольшие естественные пещеры на крутых склон
ах, которые они превращали в просторные жилища, обычно совмещая их
с хозяйственными помещениями для содержания скота и хранения продуктов.
В зависимости от рельефа местности пещерные жилища могли распол
агаться горизонтально или вертикально.

69

Рис. 25
Общий вид старого селения Шинуайр. Сюник. 1967 г.
Классические образцы комплексов вертикального плана имелись в
сел. Хндзореск. Как заметил Ю.И.Мкртумян, жители его шутили, говоря,
что живут в трехэтажных домах, и были по-своему правы, так как у самого
подножья скалы выдалбливалось помещение для скота, над ним - жилье,
а еще выше устраивали саманник для хранения сена и соломы. К домам
пристраивали деревянные или каменные балконы-террасы. Чтобы попасть
в такой дом, надо было подняться по узкой горной тропе или по высеченным
в скале каменным ступеням.
К концу XIX в., по наблюдениям Е.Лалаяна, состоятельные армяне вместо
пещерных жилищ стали строить себе обычные каменные дома, большей
частью двухэтажные. Однако основная масса крестьян продолжала жить
в старых традиционных жилищах. Последних обитателей подобных пещер я
застала в старом Хндзореске в начале 70-х годов, хотя подавляющее большинство
его населения было переселено на плато еще в конце 50-х - начале
60-х годов. Исстари имели свои жилища в скалах, приспособив для этой
цели естественные углубления в них, и жители самого большого карабахского
селения Чартар. Они окончательно переселились на равнину только
после 50-х годов.

70

Из-за беспорядочной планировки селений, особенно горных, в них
обычно не было единого композиционно выраженного центра. Местом
встреч и общения односельчан-мужчин, как правило, служили церковь и
прилегающая к ней площадь; часто это была просто площадка, на которую
выходило несколько кварталов.
Под кладбища, как правило, отводили находившиеся поблизости от села
возвышенности, холмы. Процесс формирования кладбищ в Армении проходил
в два этапа. На первом этапе, совпадающем со временем основания
церкви, которая строилась обычно на окраине села, хоронили на прицерковной
площади. В дальнейшем, по мере разрастания поселения, церковь
оказывалась в центре села, поэтому под кладбище отводился новый участок
уже за пределами селения. На прицерковных кладбищах продолжали хоронить
только духовных лиц высокого ранга.
Жизненно важное значение для функционирования поселений имели
источники питьевой воды. За водой к родникам ходили девушки и младшие
члены семьи. К роднику относились с особой заботой, он всегда был облицов
ан каменными плитами. Постройка у родника каменного сооружения
с каменными корытами для скота с давних времен считалась у армян
"душеспасительным" делом. Такие архитектурно оформленные родники,
созданные в средневековье, и сегодня можно видеть, например, в селениях
Ахпат и Санаин (Лори), Цоватех и Цор (Арцах). Там, где не было родников,
в горе, где предполагались богатые запасы подземных вод, рыли
кахрез - специальный колодец горизонтального типа и выводили воду наружу,
наподобие естественных ключей. Такие колодцы армяне унаследовали
с урартских времен.
Партнерская программа для Вебмастера
В старинных армянских селениях обычно были приходские школы, небольшие
магазинчики духаны, парикмахерские, иногда портняжные, обувные,
оружейные мастерские. Повсеместно были распространены тока,
мельницы, иногда маслодавильни, кузницы.
Названия селений в Армении имеют различную этимологию. Многие из
них связаны с природой и происходят, например, от следующих слов: лес
(Антарашат, Антарамут), вода (Джраберд, Джрарат), родник (Ахпюрак, Базм
ахпюр), водопад (Джрвеж), озеро (Личк, Лчашен), река (Геташен, Гетап),
море (Цовак, Цовагюх), гора (Сараландж, Лернаван), овраг, ущелье (Дзор
агет, Дзорашен), долина (Овит, Овташен), плоскогорье (Сараарт), холм
(Вардаблур), пещера (Айриван), солнце (Аревшат, Арени, Аревик), свет
(Луйсахпюр), заря (Айгабац), сосна (Шамут), дуб (Кахнут), береза (Кечут,
Кечарис), ива (Урут), вяз (Техут), камыш (Ехегнут), роза (Вардаблур, Вард
акар, Варденис), цветок (Цахкаван, Цахкунк), орел (Арцваник), голубь
(Ахавнадзор, Ахавнатун), куропатка (Какавадзор), змея (Оцун), медведь
(Арчут) и т.д.
Значительное число топонимов связано с хозяйственной деятельностью
человека и продуктами его труда: названия произошли от таких слов; хлев
(Гомадзор), пастбище (Гехарот), гумно (Калер), поле (Дашт), сад (Айгешат),

73

крепость (Караберд, Севанаберд), камень (Карадзор), известь (Крашен), золото
(Воскеваз), мрамор (Мармашен), молоко (Катнахбюр), мед (Меградзор),
фрукты (Мргаван, Мргашат) и т.д.
В некоторых селениях жители давали своему селу красноречивое определение.
Это было село Свободное (Азатан, Азаташен), Красивое (Гехадзор),
Прекрасное (Чкнах), Большое (Мецамор, Мец Таглар), Маленькое (Покрав
ан), Холодное (Сарнакунк), Прохладное (Зовуни, Зовашен), Новое (Нор
ашен), Верхнее (Вернашен), Высокое (Бардзрашен), Красное (Кармрашен,
Верин Кармир ахпюр). Зеленое (Каначут), Синее (Капутан) и т.д.
Названия ряда сел произошли от следующих слов: меч (Срашен), крест
(Хачик), псалом (Сагмосаванк), притвор (Шенгавит, Норагавит), украшение
(Айгезард), народный певец- ашуг (Гусанагюх) и т.д.^.
Наиболее распространенное традиционное крестьянское жилище в горных
районах Армении в старину представляло собой квадратную в плане
постройку с каменными стенами и ступенчатым деревянным перекрытием,
которое внутри дома опиралось на деревянные столбы. Единственным
источником света было дымовое отверстие ердик в центре крыши. Такой
дом назывался глхатун, что означает "дом с главой-венцом" (букв. глух -
"голова", тун - "дом").
Селение, состоящее из этих домов с глухими стенами, выглядело довольно
мрачно. Вот как описывает, например, одно из горных селений Гех
аркуника (Чибухлу, ныне Цовагюх) классик армянской литературы XIX в.
Мурацан: "Среди этой обширной свалки мусора беспорядочно разбегались
узенькие проходы, а по их сторонам вкривь и вкось разбросаны были холмообр
азные возвышения с насыпанной сверху и утоптанной землей. Одна из сторон
этих сооружений вплотную прилегала к земле, а остальные покоились на низеньких
стенках из туфа. Это и были лачуги крестьян, ничем не напоминающие
жилище человека. Большая их часть была лишена окон, а для сообщения
с внешним миром имелась только одна узенькая низкая дверца, в которую
можно было пройти, лишь сильно пригнувшись. Свет эти лачуги получали через
дымовые отверстия - ердики, причем на каждой крыше было не больше одного
ердика. Ни перед одной из этих берлог, не похожих на жилище, не было и намек
а на зелень, как не было ни одного деревца или кустика во всем селе"^.
Следует добавить, что в селениях не было ни общественных, ни домовых
бань. Мылись в углу жилого помещения, в большом тазу; иногда в этом углу
зацементированный пол имел наклон к отверстию в стене для слива воды.
Отсутствие бань, думается, обусловлено историческими и социальноэкономическими
условиями жизни армянских крестьян, прервавшими известную
армянам в далеком прошлом традицию сооружать бани, о чем свидетельствуют
памятники античной (Гарни) и средневековой (Ани) эпох. Но
в Ереване, Александрополе, Шуше в конце XIX в. общественные бани существов
али.
Иной облик имели старинные селения долинной зоны. И хотя здесь
также жилые и хозяйственные постройки были расположены скученно и
легко было затеряться в узких и извилистых улочках, некоторую живописность
им придавала зелень приусадебных садов и огородов, а также виногр
адников и плодовых деревьев, посаженных вдоль оросительных каналов.
Современным исследователям известны два основных типа традиционного
армянского жилища - глхатуна, отличающиеся особенностями внутренней
планировки и формой перекрытия. В восточных областях расселения
армян это была наземная, а иногда и несколько углубленная в землю
каменная постройка со ступенчато-венцеобразным сводом, заканчивающимся
квадратом светового отверстия. Основной конструктивной особенностью
такого жилища было то, что все перекрытие опиралось не на стены,
а на массивные деревянные столбы (сюн), которые устанавливались на некотором
расстоянии от стен и были надежно закреплены на тяжелых каменных
основаниях. На эти столбы параллельно стенам укладывали толстые
бревна (геран), поперек которых, ближе к центру, укладывали два
других, более коротких бревна, которые и образовывали с двумя первыми
бревнами квадрат. Каждый последующий квадрат составляли бревна чуть
короче и тоньше бревен предыдущего квадрата, так что пирамидальный
свод по мере возвышения сужался. Пространство между бревнами различных
квадратов, обычно их было четыре, покрывали метровыми деревянными
брусками, поверх которых, создавая кровлю, клали хворост, обмазывали
его глиной и уже затем покрывали слоем тщательно утрамбованной каменным
валиком земли (заметим, что в старину в карабахских селениях, например,
было принято перед дождем плотнее утрамбовать землю на кровле,
хлопая по ней бараньей или воловьей шкурой, привязанной к длинному
шесту). Поскольку стены здесь не были несущими, то они часто возводились
из нетесаных камней на глиняном растворе, без использования извести
и песка. Несколько выдвинутые вперед боковые стены жилища образовыв
али открытый спереди навес типа сеней (срах, ересбац, эйван), из которых
входная дверь вела в дом. В теплое время года здесь любили делать
домашнюю работу и отдыхать. В доме на небольшом возвышении помещался
открытый очаг. Глиняную печь - тонир обычно зарывали в землю около
очага. Но чаще ее помещали вне дома, в отдельном помещении, называвшемся
тонратун или Нацатун (букв. "дом с тониром", "дом для выпечки
хлеба"). Для хранения продуктов в доме имелась небольшая кладовая -
маран.
Подобный тип жилища, хорошо приспособленный для большесемейной
общины, был широко распространен от Закавказья (у грузин он назывался
дарбази, у южных осетин - эрдояни сохли, в Западном Азербайджане -
парадам) и Средней Азии до Индии и Кореи^.
В некоторых районах, например в Шираке, при постройке глхатуна несущими
делали не только деревянные столбы, но и стены, а иногда дома
строились без столбов, тогда купол возводился прямо на стенах. Это было
связано с тем, что здесь в качестве строительного материала не только для
фундамента, но и для стен широко использовался местный камень, как

76

^
\'*' ""
правило, туф на глиняном растворе,
т.е. прочность стен оказывалась неср
авненно более высокой, чем в тех
случаях, когда стены возводились
из глины или сырцового кирпича.
Для западных армян был характерен
более сложный тип - глхатун
с многоступенчатым венцеобр
азным сводом и конусообразной
крышей, также заканчивающейся
световым окном. Многоступенчатый
пирамидальный свод возводился
с помощью последовательного
перерезания углов в каждом из
вышескладываемых венцов. Конструкция
свода получалась намного
изящнее и объемнее, что позволяло
значительно увеличивать перекрыв
аемую им площадь. Такой дом назыв
ался Назарашенк (букв. "тысячестрой").
Потолок и стены Назарашенк
а полагалось содержать в иде-
альной чистоте. Часто ярусы перекрытия
окрашивали в разные цвет
а или тщательно обтесывали и даже
полировали. Тонир помещали в
центре дома, но чаще - в пристройке (тонратун), имевшей свое дымовое
отверстие и сообщающейся с жилым помещением высоким арочным входом.
По сравнению с жилой частью дома, площадь которой колебалась от
25 до 100 кв. м (а иногда и более), тонратун занимал в среднем от 10 до
15 кв. м, имел форму вытянутого полукруга и приподнятый пол. Боковая
дверь вела отсюда в кладовую (кох, килар), где держали запасы продуктов и
вина. В таком жилище были просторные крытые сени - бак, швак.
В садоводческих и виноградарских районах со знойным климатом и редкими
осадками издревле были распространены одно- и полутораэтажные
глинобитные дома прямоугольной формы с плоской земляной крышей.
В верхнем этаже полутораэтажного дома были расположены одна-три жилые
комнаты с окнами, а в нижнем (полуподвале) помещались довольно
высокие кладовые со сводчатым потолком и небольшими узкими окнами
под ним. В одноэтажных домах кладовые пристраивались к жилому помещению.
Со второй половины XIX в. зажиточные крестьяне стали строить
такие дома на каменном фундаменте и в два этажа.
В Армении встречались и другие типы жилища. Например, в южных
районах Сюника под влиянием российских и европейских торгово-про77
Рис. 30
Фрагмент потолка традиционного жилища
Ьазарашенк
'"^
^'
Л
Рис. 31
Дом традиционного типа с плоской крышей.
Драгацотн, сел. Ошакан. 1983 г.
мышленных центров, с которыми еще в XVI-XVIII вв. местное население
имело экономические связи, были распространены одно- или двухэтажные
каменные или саманные дома прямоугольной формы, с плоским земляным
перекрытием и балконом по периметру. Возводимые на склоне, такие дома
задней стеной упирались в скалу. Фундамент и стены выкладывались из неотес
анного камня. Обычно вся конструкция возводилась на глиняном растворе,
реже - на известковом. Стены были толщиной не меньше 1 м, высотой
до 3м, с внутренней стороны их штукатурили и окрашивали
раствором светлого каолина. На первом этаже такого дома окна были маленькими,
а на втором этаже их делали широкими и высокими, арочной

78

Рис. 32
Старая улица в селении Ошакан. Арагацотн. 1983 г.
формы. Широкими и зачастую украшенными резьбой были деревянные
балконы.
В Шираке обычно строили одноэтажные каменные дома прямоугольной
формы с плоской крышей, с одним-двумя помещениями. Для фундамента
использовали базальт, а для стен - туф разных, но преимущественно темных
оттенков. Со второй половины XIX в. здесь стали строить дома городского
типа, с окнами, без тониров внутри, с плоской крышей.
В южных областях Западной Армении, в частности в Сасуне, в традиционных
домах с окнами строился второй некрытый этаж с бойницами. Очаг
в таких домах имел вид широкого камина с выходной дымовой трубой
в стене. Переселившись после первой мировой войны в Восточную Армению,
на южный склон горного массива Арагац, сасунцы и здесь в первое
время по традиции возводили строения, напоминавшие оставленные ими
на родине.
В конце XIX - начале XX в. в селах Арцаха, особенно в тех районах
(Варанда, Дизак), где было развито отходничество, получили распространение
новые для своего времени и выстроенные в подражание городским каменные
двухэтажные дома, с балконами на оба этажа, с двухскатными
крышами, покрытыми жестью или черепицей. Как и в Сюнике, задняя стен
а нижнего этажа такого дома укреплялась в склоне горы, а боковые стены
в обоих этажах выдвигались вперед, образуя основу балконов, в них остав79
Знакомства.Новые.
ляли ниши-очаги для приготовления пищи. В боковых стенах со стороны
балкона были окна, узкие снаружи и расширяющиеся вовнутрь. Нижний
этаж такого дома отводился для хранения домашних запасов, а верхний
предназначался для жилья и приема гостей.
Много домов подобного типа, ставшего позднее традиционным для
этого региона, сохранилось до наших дней в селах Гадрутского и Мартунинского
районов (бывшие Дизак и Варанда), т.е. там, где они были распростр
анены в начале XX в. Например, согласно сделанным мною расчетам
по данным похозяйственных книг сельских советов Гадрутского района,
в первой половине 70-х годов они составляли в селе Мец Таглар - 29,1%,
Тог - 36,7, Туми - 74,7, Эдиша - 98,4, Тагавард Мартунинского района -
38,1, в селе Инги - 48,6%^.
К глубокой древности относятся у армян, как и у других народов, различные
ритуальные обряды, связанные со строительством и функциониров
анием жилища^. Так, новый дом старались строить рядом со старым, если
это было "счастливое", проверенное временем место. При закладке дома
обычно приносили в жертву барана, кровь которого должна была пропитать
грунт (чтобы фундамент был "крепким"), а череп животного зарывали под
стеной. Старший в семье мужчина бросал в вырытую под фундамент яму
монеты; чтобы уберечь дом от несчастий и злого глаза, обеспечить живущей
в нем семье благополучие, над порогом дома, на фасадной стене, на столбах
балконов вешали рога крупного и мелкого рогатого скота, оленя, лошадиную
или ослиную подкову, бараний или лошадиный череп, шкурку ежа,
ветку колючего растения, у порога клали яйцо, на ердик - железные кресты.
В некоторых домах в качестве оберегов бережно хранились завернутые
в ткань Евангелие, "Нарек" (поэма выдающегося армянского поэта Х в.
Григора Нарекаци "Книга скорбных песнопений", которой в народе приписыв
али чудодейственные свойства и поклонялись как Библии), рукописные
талисманы с различными магическими заговорами^. Все это можно было
видеть даже в 70-80-е годы нашего века в селениях, особенно горных, например
в Шираке, Арагацотне, там, где жили потомки переселенцев из Зап
адной Армении.
С не меньшей заботой в селениях относились к постройке разного рода
хозяйственных помещений, в первую очередь для скота. Хлев (гом) строили
из камня в форме вытянутого четырехугольника. Западные армяне, например,
делали для скота сухое, светлое, даже парадное помещение, хлев был
связан с жильем одним общим коридором, имевшим широкий выход во
двор, где над ним путем удлинения крыши делался навес. Пол хлева устил
али тесаным камнем и старались содержать в чистоте. Частью гома, но отделенной
от помещения для скота толстой каменной стеной-перегородкой
в 1,25-1,5 м высотой, была гоми-ода - парадная комната, предназначенная
для мужчин и в особенности для приема гостей. Вдоль боковых стен гомиод
а тянулись два широких, иногда двухъярусных каменно-земляных возвышения
(тумб) либо стояли деревянные тахты-кровати, а между ними был

80

Рис. 33
Интерьер гоми-ода. Конец XIX в. Ширак
узкий, не более 1 м, проход, ведущий к пристенному очагу-камину -
бухари. Пол этого прохода был несколько выше пола передней и хлева. Над
камином делали узорчатый, украшенный орнаментом свод и полки в стене
для хранения праздничной посуды. Потолок поднимался ступенчато, его
тщательно обстругивали и полировали.
Зимой гоми-ода выполняла роль клуба, здесь собирались мужчины для
бесед и пирушек, слушали сказки и песни гусанов', здесь же проводились
свадебные торжества. Особого архитектурного совершенства гоми-ода достигл
а в Высокой Армении и там, где жили потомки переселенцев оттуда, -
в Шираке и Джавахке (Ахалцихский, Ахалкалакский и Богдановский
районы Грузии).
Традиционное крестьянское жилище, интерьер которого на широком
круге источников был детально исследован А.Т.Марутяном, отапливалось
различными видами очагов. В районах, богатых лесами (Лори, Тавуш,
Сюник, Арцах), отопительным устройством служил оджах - сравнительно
небольшое, обложенное камнями углубление для разведения огня в середине
жилища. Его топили большими бревнами, которые по мере сгорания
придвигали ближе к огню. Зимой огонь в очаге поддерживали круглые

Посмотри в окно!

Чтобы сохранить великий дар природы — зрение, врачи рекомендуют читать непрерывно не более 45–50 минут, а потом делать перерыв для ослабления мышц глаза. В перерывах между чтением полезны гимнастические упражнения: переключение зрения с ближней точки на более дальнюю.

81

".л
EUSte- ^
Рис. 34
Орнаментированный очаг бухари в разрушенной гоми-ода.
XIX в. Ширак, сел. Дзитанков
сутки. Тут же готовили пищу на металлическом тагане или просто на двух
камнях.
В безлесных районах для отопления, а также для приготовления пищи и
выпечки хлеба использовали более совершенный вид очага, о котором уже
упоминалось, - тонир. Нередко в одном и том же помещении было два

82

тонира - большой, предназначенный для выпечки хлеба и обогрева, и
меньшего размера - для приготовления пищи. Тонир топили хворостом,
дровами, но большей частью кизяком. В холодное время года люди грелись
около тонира, на который ставился курса - низкий квадратный столик шириной
1-1,2 м. Сверху курсы покрывали большим безворсовым ковром -
карпетом или одеялом так, чтобы его края, свешиваясь до полу, закрывали
ноги сидящих. Ночью спали ногами к курси. Наиболее почетным у столика
считалось место, удаленное от входа в помещение.
Для обогрева и для приготовления пищи служили также очаги-камины
нескольких видов. Как правило, их сооружали в гоми-ода и украшали орнаментом.
Для отопления жилища использовали и переносные очаги-жаровни -
металлические {мангал) или глиняные (тагар). С начала XX в. у зажиточных
крестьян стали появляться печки с дымовыми трубами, с чугунными
или жестяными крышками. Их топили кизяком, а позднее - дровами и
нефтью.
У армян, как и у многих других народов, существовал культ домашнего
очага, особое его почитание, связанное с культом огня и плодородия. Огонь
очага ассоциировался с благополучием дома, поскольку кормил и грел его
обитателей. Поэтому поделиться огнем из своего очага армянин не мог -
обычай запрещал это: считалось, что хозяин рискует благополучием своего
дома и семьи. Позднее, к концу XIX в., этот запрет был ограничен тремя
днями в неделю (понедельником, средой и субботой), ночным временем и
некоторыми ситуациями, например, когда в доме был новорожденный,
когда на огне кипятили молоко и т.п. В огонь нельзя бросать мусор, плев
ать в него, заливать водой. По древнему поверью, огонь мог "наслать проклятие"
на того, кто зальет его водой, и человек умрет. Чтобы погасить
огонь, его полагалось засыпать золой, но это делалось только в том случае,
если переставала существовать живущая около этого очага семья. Когда человеку
хотели сказать что-то приятное, благословить его дом, говорили:
"Да будет вечным дым твоего очага", и страшным проклятием для армянина
было: "Пусть иссякнет дым в твоем очаге!"
Для искусственного освещения крестьяне использовали лучины, плошки,
коптилки, позднее - керосиновые лампы. Особенно распространены
были разной формы плошки (чраг) - глиняные, металлические, реже каменные;
в них наливали масло, обычно льняное, и вставляли фитиль.
Традиционная мебель в крестьянском доме была довольно разнообразной.
Значительную часть ее составляли уже упоминавшиеся неподвижные,
каменно-земляные возвышения прямоугольной формы (тумб), устроенные
вдоль стен и функционально напоминавшие длинные скамьи в старинных
русских избах. Днем их покрывали, в зависимости от достатка семьи, циновк
ами, войлоком, корнетами или ворсовыми коврами, а ночью, в случае
необходимости, на них стелили постель. Позднее стали широко использов
ать и различные деревянные тахты-кровати со спинками и без. Их также

83

Рис. 35
Металлический светильник чраг. XIX в.
обязательно покрывали, причем особенно шикарным считался большой
карпет или ковер, спускавшийся со стены на тахту и доходящий до пола.
Такие тахты-кровати предназначались для старших членов семьи и почетных
гостей. На них сидели, поджав ноги и облокотившись на длинные, округлой
формы подушки (мутака). Если тахту использовали для трапезы, то
садились по краям, а посередине расстилали скатерть. Ночью на тахтахкров

Закладка в соц.сетях

Купить

☏ Заказ рекламы: +380504468872

© Ассоциация электронных библиотек Украины

☝ Все материалы сайта (включая статьи, изображения, рекламные объявления и пр.) предназначены только для предварительного ознакомления. Все права на публикации, представленные на сайте принадлежат их законным владельцам. Просим Вас не сохранять копии информации.